Пролог

Стояла середина лета. Обычно в столь жаркое время люди берут отпуска и отправляются отдыхать куда-нибудь подальше от душного города, пропахшего пылью, бензином, сигаретами и другими ненавистными ароматами, отсутствующими на природе.

Но я не из таких скучных личностей. Я люблю приключения, драйв, просто обожаю, когда адреналин пульсирует по венам. Именно поэтому сейчас удобно устроилась на крыльце заброшенного дома. Он сразу привлёк моё внимание, выделяясь среди других, несмотря на обшарпанность и черноту.

Лестница скрипела от малейшего движения, и я побаивалась, что она вот-вот обрушится, только дай ей волю. Перила давно развалились и валялись неподалёку. На втором этаже в окнах отсутствовало стекло. На железной двери висел замок.

Несколько обветшавших жилищ больше походили на избушки на курьих ножках из сказок о бабе-яге. Но меня это не смущало: ради них я приехала на окраину города.

Глубоко вздохнула: духота наконец-то спала, и теперь легко дышалось полной грудью. На горизонте и вовсе виднелся закат. Красота! Люблю бывать вдали от шума городских дорог.

Посмотрела на экран мобильного и сердито покачала головой, тряхнув своими светлыми длинными кудрями. Подруга никогда не отличалась пунктуальностью.

Совершенно не понимаю, как можно так долго собираться, бездумно тратя своё и моё время. А каково парням?! Они частенько ждут часами, пока их возлюбленная закончит марафет. Так и состариться можно!

Неожиданная трель телефона заставила меня вздрогнуть.

— Анька! Прости, что немного задерживаюсь — трамвай попал в пробку, — затараторил голос из трубки: его перебивал шум рельсов.

Глубоко вздохнула, досчитала до десяти, мысленно наехала на человека, что так нагло врал, и язвительно бросила:

— Трамвай? В пробку?! Я, конечно, понимаю, что ты не часто ездишь на этом транспорте, но… Рит, трамвай, случайно в бутылку не залетел? — саркастично подметила я, не скрывая своего раздражения.

— Уф… Прости, что задержалась… — подруга сдалась, признавшись, что не права. — Не хотела тебе говорить… Но я пропустила один трамвай, потому что увидела твоего с другой. Ну, знаешь, с такой сексапильной блондинкой.

— Он не мой, — среагировала быстрее, чем требовалось. Если он мне нравится, то это мои проблемы: — мы просто друзья. Да и этого следовало ожидать — вчера он интересовался, как понравиться девушке, — испытала мощный укол ревности, который болью отозвался в сердце.

Надеюсь, что мой голос звучал равнодушно. Не хотелось сознаваться в поражении. Тем более, не время унывать! Впереди такое приключение!

— Да-да, конечно. Ты его любишь, а вы друзья, — Рита не могла угомониться, подливая масла в огонь, словно получала удовольствие от моих мучений.

— Жду тебя возле десятого дома. Надеюсь, ты захватила отмычку, — холодно бросила, а затем положила трубку.

На секунду поддалась охватившим эмоциям и замахнулась, чтобы разбить телефон, но вовремя опустила руку, аккуратно положив его в сумку. В чём виновата несчастная техника? В том, что я неудачница? Что люблю не взаимно?

Но разбитый телефон не улучшит ситуацию! А каковы последствия? Только расстроюсь сильнее!

Я уже давно планировала вылазку в запретное местечко. Так хотелось чего-то нового и необычного! Легко подговорила подругу проникнуть в те дома, которые сможем вскрыть. Мы знали риск, но тот факт, что небольшую деревеньку через неделю снесут, только сильнее подбивал совершить безумство. А вдруг мы найдём что-то действительно ценное?!

Злость охватила меня. Я сжала кулаки, пытаясь справиться с нагрянувшими эмоциями. Новость выбила из колеи. Рита знала, как я отношусь к другу, но нет! Тактичность у неё напрочь отсутствовала.

Чтобы не заплакать, я пнула дверь, и та, на удивление, распахнулась. Но ведь ещё недавно висел тяжёлый замок! Коричневый дом являлся самым большим из всех построек, поэтому я и хотела начать с него.

Здравый смысл кричал, буквально умолял меня, что следует убраться как можно дальше. К сожалению, не послушала его и, закинув сумку на плечо, бесстрашно шагнула внутрь, на секунду отвлекшись от бушующих чувств.

Я очутилась в просторном холле, откуда, как в старинных замках, ветвились большие лестницы на второй этаж. А ведь снаружи дом выглядел гораздо меньше…

Неожиданно потеряла интерес, эмоции накрыли, и я, молча скатившись по пустой стене на пол, беззвучно расплакалась.

Всхлипывания прервал резкий и громкий звук закрывшейся двери…

Оставшись в тишине, Аня разрыдалась не стесняясь. Слёзы текли по её щекам, и девушка не обратила внимание как обстановка в доме постепенно менялась: входная дверь исчезла, полностью слившись со стеной, обветшавшая лестница обновилась, дырки в полу залатались. Когда Анна подняла глаза, она вскрикнула от удивления…

Погрузившись в свою боль, я совершенно не заметила происходящих метаморфоз. А когда очнулась, было поздно. Случившееся меня напугало. Я замерла, внимательно осмотрев изменившийся интерьер.

Потёрла глаза, удостоверившись, что всё это мне не причудилось. Больно ущипнула за руку, ойкнула. Всё осталось на своих местах.

Ну не в сказку же я попала!

Подскочила к месту, где ещё секунду назад стояла дверь, толкнула стену, но тщетно. Похоже, я в настоящей западне!

— Вот только этого мне не хватало! — не рассчитав силы голоса воскликнула и вздрогнула: мои слова эхом раздались в незнакомом помещении. А ведь говорила мама: лазить по заброшенкам опасно!

Попыталась взять себя в руки и достала телефон, чтобы позвонить опаздывающей подруге. Но надпись на дисплее повергла меня в ещё больший шок.

— Как это «связь не найдена»?! — от неожиданности чуть не выронила из рук мобильный, который неожиданно решил отключиться в самый неподходящий момент. У него, видите ли, села батарея! А ведь я точно заряжала его с утра!

Прикидывая варианты, осмотрела помещение: осталось ещё пару окон. Пожалуй, можно попытаться вылезти в окно. Там не должно быть высоко.

Я уже думала какое из окон подойдёт лучше, но тут меня отвлек неприятный и неожиданный звук. Я обернулась и не поверила глазам: из ниоткуда вырастала новая, железная и высокая дверь, которая была в разы выше предыдущей.

У меня создалось впечатление, что дом живой. И это ощущение пугало больше всего. Попыталась отогнать медленно развивающуюся паранойю, но было поздно: семена сумасшествия уже засеяны, ещё немного и их плоды взрастут.

— Какого черта?! — выругалась я, когда всё же решилась толкнуть дверь и выйти на улицу.

Увиденное поразило до глубины души. Я будто перенеслась за тридевять земель в тридесятое царство. Обветшавшие избушки исчезли, словно растворившись в воздухе, взору предстала необычайно красивая сказочная природа. Повсюду были огромные могучие деревья, неизвестные доселе. Их изумрудные и лиловые листья поражали своей многогранностью и узорами.

Зачарованная новой местностью, спустилась по трём целым ступенькам — они заменили полуразрушенную веранду. Ноги коснулись шелковистой, ярко — зеленой, высокой, сочной и мягкой травы. Её щекотание чувствовалось даже сквозь джинсы. Вокруг росли невиданные, дивные и благоухающие цветы, переливающиеся всеми цветами радуги. Их запах расслаблял. Захотелось сорвать хотя бы один, чтобы украсить волосы.

И о чём я только думаю?!

Я оглянулась на хижину и не сдержала вздоха восхищения и удивления. Дом тоже преобразился. Он больше не казался разваливающимся, напротив, его вид завораживал: сделанный из сиреневого камня, он походил на небольшой замок. Двухэтажный, с тремя башенками (центральная чуть выше) — дворец завораживал красотой. На каждой из башен вместо крыши стояли ярко-фиолетовые купола, а над дверью висела табличка с номером девять.

Я могла бы любоваться ожившей картинкой из сказки часами.

Вместо избушек в ряд на расстоянии несколько метров друг от друга выстроились причудливые дома, похожие на тот, из которого я вышла. Они различались лишь цветами. Например, домик номер восемь был воинственно-алого. Седьмой, наоборот, успокаивающе-морского.

Единственное, что осталось неизменным — близился закат. Невероятно красивый, он подчёркивал красоту природы вокруг.

Как я оказалась здесь? Наверное, заснула, и это всё мой глупый сон. Возможно даже ещё не доехала до заброшенной деревни, сейчас я проснусь и…

Зажмурилась, досчитав до десяти, пытаясь избавиться от дрёмы. Ничего не вышло. Я так и осталась стоять посреди странной поляны.

Сзади послышались осторожные, неторопливые шаги. Обернулась и увидела человечка, который шёл навстречу. Выглядел мужчина необычно, несовременно. На нем красовалась белая рубашка с широким рукавом-фонариком, а поверх неё сиреневая, под цвет хижины, жилетка. На шее был подвязан галстук-бабочка, а на ногах одеты темные брюки. Светлые, даже седые, волосы зачесаны назад, что полностью оголяло его лоб. Тёплая улыбка незнакомца подтвердила его доброту, поэтому я не испугалась и не попыталась бежать.

К тому же, бежать мне некуда — кругом незнакомые дома и неизвестная местность.

— Я рад приветствовать вас, Аннет, — незнакомец почтительно поклонился, поравнявшись со мной.

Недоумённо уставилась на него, но вздохнув, заговорила:

— Здравствуйте… Вообще-то я Анна.

— Попадая сюда, каждый получает новое имя, похожее на его предыдущее, — снисходительно заметил мужчина. — Мое имя Бекендорф. И я проводник, слуга, помощник, как вам будет угодно.

— Куда «сюда»? — моментально среагировала, ещё не понимая всю глубину и абсурдность ситуации.

— В королевство Иннотентия, конечно же, — загадочно улыбнулся незнакомец. — Думаю, нам стоит немного пройтись.

Выбора у меня не оставалось. Если теперь я Алиса в Стране чудес, то хотя бы о правилах незнакомого мира послушаю.

Вот ведь! Хотела приключений на свою голову — распишитесь! Жаль, что Принц остался в реальном мире… А был ли он моим суженным…

Мы шли в полной тишине. На удивление, молчание не угнетало, я была слишком занята: любовалась причудливыми красотами волшебного и странного мира, послушно плетясь за Бекендерфом. То, что повсюду магия — не сомневалась ни капли. Это чувствовалось в каждом вздохе, в каждом аромате, в каждом цвете. Всё было не обычно для глаза землянки. Я же могу себя так называть? Я же правильно понимаю, что попала в другой мир?

Усмехнулась. Грусть, как рукой сняло. Чувство нового и желание познать его — полностью захватило меня.

Все каноны Земли были беспощадно нарушены, но это не сильно бросалось в глаза. Всё выглядело довольно-таки эстетично, органично. Мне неожиданно понравились деревья с нежно-лиловыми и бирюзовыми листьями, поражавшие огромным количеством граней. Трава переливалась всеми цветами радуги, а к необычным растениям так и тянулись руки.

Так и не решилась сорвать хотя бы один из них. Не знала о здешней растительности. Вдруг, что так красиво, ещё и настолько ядовито?! Совершенно не удивлюсь такому раскладу.

Единственное, что было вполне обычно — это абсолютно чистое и голубое небо, но с розовыми облаками причудливых форм. Угадывались и некоторые животные, будь то кошки, лисы или волки, и даже архитектурные строения. На секунду замечталась: а, что если здесь есть жизнь и на небесах?!

После природы сказочного мира меня мало что могло поразить. Даже розовые облака казались обыденностью.

Бекендорф вывел меня на причал и остановился. Я с восхищением уставилась на малиновый пруд, в котором так и кипела жизнь: заметила несколько рыбёшек, плавающих на дне. Тёмно-синие водоросли шевелись, и в них явно прятался хищник, готовый вот-вот напасть на растерявшегося малька.

Вода была кристально чиста и прозрачна. Этот мир выигрывал у нашего во всём.

Закат отражался в волнах, добавляя романтичности происходящему. Слишком красиво, чтобы быть правдой. Слишком вдохновлённо, чтобы перестать любоваться.

— Аннет, королева выбрала вас в качестве претендентки на трон, — вздохнул проводник, всё это время молчавший. — Я всё ждал, когда вы начнёте расспрашивать.

— А должна была? — громко воскликнула, чуть не оступившись и не свалившись в пруд.

Бекендорф настолько резко заговорил, прервав тишину и умиротворение незнакомого мира, вырвав меня из плена фантазий.

— Разве вам не интересно, как и почему вы здесь? — Бекендорф тяжело вздохнул. Мне показалось, или он начал думать что — то вроде: «боже, за что мне всё это?!».

Постаралась отогнать неприятную мысль. Вот только паранойи для полного счастья мне не хватало!

— Меня больше волнует, как вернуться домой. Здесь очень красиво и волшебно, но в реальности меня могли потерять, — прямолинейно созналась, не желая задерживаться здесь и минуты.

Хватит с меня приключений на сегодня. Правда! Показали демоверсию, и назад! Никакие сокровища королевства не заставят меня отказаться от родных.

— Не волнуйтесь об этом. Это не ваши заботы. Ваш мир может спокойно прожить и без вашего участия. А Иннотентия нуждается в вас, — Бекендорф говорил это настолько уверенно, что я уже была готова поверить в любой бред, которым он собирался со мной поделиться.

И ведь не исключено, что я сплю. Это больше похоже на правду. Яркая, красочная фантазия, которой вот-вот придёт конец.

— Хорошо. Рассказывай, — нехотя согласилась, махнув рукой.

Ситуация меня утомила. Спорить, видимо, бесполезно. Что ж, если это неизбежно, то надо поскорее от этого отделаться.

— Уже тысячелетиями Иннотентией правят невинные, молодые девушки. Только они могут познать все тайны и секреты магии, дабы защитить свой народ от любых бед и невзгод. Когда приходит время, королева выбирает претенденток из разных миров, чтобы отыскать достойнейшую, что сможет заменить её.

Мужчина сделал паузу, явно ожидая, что я задам хоть какой-то вопрос, но я молчала, глядя на него.

— Вы одна из четырнадцати. Вы вместе пройдёте ряд испытаний. Достойнейшая взойдёт на трон великого и могучего государства, — закончил Бекендорф, поняв, что ждать от меня хоть какой-то реакции бесполезно.

Если честно, чуть не заснула, слушая столь занудную речь. Но последние слова меня зацепили. Серьёзно?! Я Избранная? Ну вот, история «Алиса в Стране Чудес» неожиданно превратилась в «Гарри Поттера».

— Почему моё мнение не учитывалось? — гневно спросила, тряхнув волосами.

Бекендорф, похоже, испугался, сгорбился, словно боясь того, что я могу ему сделать. Какой же ненормальный мир!

— Ну, это же честь! Вас выбрали из тысячи претенденток… Вы чисты душой, невинны и… способны! У вас есть дар, который вы сможете открыть только. здесь. Разве это не привлекательно?

Покачала головой, отвернувшись. Не согласна с принятым без меня решением. Я не просила, я не хотела. Мне эта ответственность ни к чему.

Какой же это всё-таки театр абсурда. Если вернусь в реальный мир, обязательно напишу об этом сказку.

Фыркнула. Вот ведь умудрилась попасть! Среди всех знакомых выбрали почему-то меня! Вот ведь невезение!

Нет. Не верю! Нужно всего лишь проснуться. К сожалению, это не всегда получается, когда так нужно!

Смешенные чувства охватили меня, и я совершенно не успевала за мыслями. Они роились, голова медленно начинала пухнуть.

На ближайшем дереве раздался странный звук. Вздрогнула и подняла взгляд. На ветке с пурпурными листьями сидела большая (размером примерно с павлина) белоснежная птица с золотым клювом, пурпурным хохолком на голове и красным крылом. Но больше всего меня изумили её глаза: они были похожи на человеческие.

— О, это Каплица, не переживайте, — заметив мой интерес, сказал Бекендорф.

— Кто? — не поняла я, не в силах перестать глазеть на красавицу. Та, совершенно не стесняясь, рассматривала меня в ответ.

— Царская птица. Очень разумные, живут при дворе. Не разговаривают, но их перья обладают магическими свойствами, — отчеканил мужчина, словно прочитал страницу из местной энциклопедии. Фыркнула: ну хоть что-то полезное сказал.

Эти знания мне точно пригодятся!

Некоторое время мы стояли в тишине. Я наблюдала за каплицей, Бекендорф за мной. Видимо поняв, что уговаривать меня бесполезно, проводник, громко кашлянув, прошептал:

— Что ж, вернуть вас в родной мир у меня нет возможности, но… Думаю, вы устали и голодны. Соизволите ли пройти в домик и отужинать?

Я бы с удовольствием отказалась, но мой желудок издал злостный рык, от звука которого даже мне стало неудобно. Пришлось согласиться.

Хуже же уже не будет?!

Разбудил меня солнечный луч, настойчиво светивший из окна. Поморщилась и окончательно проснулась. Сладостно потянулась и, зевая, пробормотала:

— Хорошо, что это всего лишь сон.

Ну, это же полный бред! Счастливо улыбнулась, вспомнив, как открыла дверь заброшенного дома и оказалась в совершенно ином мире, где встретила причудливого незнакомца. Он так интересно рассказывал о своём королевстве! Вот они последствия бурной фантазии.

Открыла глаза, наконец-то решив задёрнуть шторы. Наверняка мама оставила, чтобы я поскорее встала. И неожиданно замерла, поняв, что не дома. Первое, что смутило — это кровать с балдахином. Присев, отодвинула шторку, желая осмотреться.

Почему я в светлой и просторной комнате, которая больше походит на хоромы королевы?!

И только спустя несколько секунд до меня дошло.

Случившееся не было ни сном, ни фантазией. Дословно вспомнился вчерашний разговор с Бекендорфом. Я попала в другой мир со странным названием Иннотентия. Я одна из претенденток на трон. Принцесса. Таких избранных четырнадцать. Всю следующую неделю мне предстоит соревноваться с другими кандидатками, чтобы возглавить королевство.

Тяжело вздохнув, в бессилье повалилась на кровать, положив ладони на лицо. За что?! Почему никто не спросил, хочу ли я получить чужой трон и странное царство в придачу?! Да мне это даром не сдалось! А мои родные? Близкие? Они, наверное, меня потеряли! А как же моя мама?! И Дима… Даже несмотря на то, что у него теперь есть девушка, его дружбу я не хотела терять.

Сердце отозвалось резкой болью. Не хотела признаваться себе, но для меня это оказалось принять гораздо сложнее, чем я думала.

Жаль, что не у каждой любви бывает Хэппи Енд. Но я об этом знала всегда. Готовилась к такому исходу и.

Внезапно меня озарила идея. На лице моментально зажглась хитрая улыбка. Никогда не умела скрывать свои эмоции. Если я не пройду хотя бы одно испытание, то распрощаюсь с Иннотентией и вернусь домой. Почему бы не провалить самое первое испытание?!

Я радостно соскочила с кровати, но не ожидала, что шёлковая сорочка окажется длиной с бальное платье. Запутавшись в юбке, с диким воплем упала, распластавшись на полу. Громко выругалась, поняв, насколько не готова и не достойна взойти на престол сказочного королевства.

И это неказистое и неуклюжее чудо вы хотите усадить на трон? Вы серьёзно? Громко фыркнула и зло рассмеялась. Да, королева с ума сошла!

Кое-как поднявшись и подойдя к зеркалу, стоявшему неподалеку от кровати, оценивающе взглянула на себя: заспанные голубые глаза, под которыми красовались синяки и растрепанные русые волосы.

И это чудо вы хотите сделать королевой?! Моё вам трижды ха-ха!

— А может вообще пойти на смотры в сорочке?! Ну, а что? Почти платье, — грозно проворчала. Собственный голос немного успокаивал. Не давал сойти с ума в происходящем сумасшествии.

Осмотревшись, обнаружила, что шкафа с бальными нарядами не было и в помине. Да, что за абсурдность?!

— Видимо, всё-таки придётся идти на смотры в рубашке. Интересно, у королевы хорошее чувство юмора?!

На полке у зеркала заметила странную косметичку, которая по форме напоминала маленький ноутбук. Этот мир явно сошёл с ума. И я вместе с ним!

Раздражение охватило меня. Хотелось кого-нибудь убить. К сожалению, это не решило бы моих проблем и не вернуло бы меня домой.

Любопытство одержало верх. Взяв интересную вещицу в руки, я открыла её, ожидая чего угодно, даже захлопнувшегося капкана. Внутри вместо экрана виднелось зеркальце, а на нижней панели четыре клавиши: «вперёд», «назад», «вернуть предыдущее» и четвёртая без надписи.

— Я вижу, вы проснулись, — раздался голос Бекендорфа сзади.

От неожиданности подскочила и чуть не выронила странный прибор, который держала в руках. Блеск! Они решили сделать меня заикой!

— О, я вижу, вы нашли Вестем, — да он сегодня капитан очевидность! Я не нанимала суфлёра на каждое своё действие!

— Что, простите? — наконец-то очнулась, резко повернувшись. — Почему ты ворвался без стука?! А если бы я была голая?!

И тут до меня дошло, что я стою перед лакеем в одной спальной рубашке, отчего моментально покраснела. Но не нагая же? Уф, законы и порядки этого мира совершенно неадекватные!

— Простите, Аннет. Я не буду вас более смущать. Просто хотел сообщить, что ваш завтрак будет готов с минуты на минуту.

— Что-то ещё, Бекендорф? — грубо спросила, а затем, подумав, что общается с наставником, как со слугой, что, конечно же, нормально для принцессы, но далеко не нормально для простой смертной, коей я являюсь, решила, что надо срочно выбираться отсюда. Иннотентия пробралась мне в мозг и промыла его.

— То, что вы держите в руках, называется Вестемом. Он поможет вам переодеться во всё, что вы захотите, — невозмутимо ответил Бекендорф, не обратив внимания на мою грубость. Привык? Поведение в пределах нормы? Мне на секунду стало стыдно. Но, с другой стороны, именно он затащил меня сюда.

— Каким образом?

— Представьте наряд, в который хотите облачиться. Если идей нет, то нажмите на неподписанную кнопку — Вестем предложит вам несколько платьев, которые вы сможете переключить кнопками «вперёд», «назад». Напоминаю, что смотры в двенадцать, и вам нужно явиться на них в фиолетовом платье под цвет вашего дома. Сейчас одиннадцать. Я буду ждать вас внизу, — мужчина поклонился и не разгибаясь, покинул комнату.

Покачала головой, постепенно сходя с ума от происходящего.

Внезапная, дерзкая идея пришла мне в голову. На лице появилась хитрая улыбка. Я так просто не сдамся!

В полдень двенадцать принцесс собрались на поляне неподалёку от их деревни. Девушки стояли ровно в ряд, пестря яркими нарядами. По отдельности красавицы были элегантно и изящно одеты, но вместе смотрелись большим разноцветным пятном, от которого рябило в глазах. Многие из них напялили корсеты и теперь не могли ни двигаться, ни дышать. Одна из претенденток стояла скрюченная, как старушка, что делало самый дорогой наряд яркозелёного цвета полной безвкусицей.

Тринадцатая принцесса, коей оказалась я, не торопясь, шла на смотры в бежевом бальном платье. Конечно же, оно мне шло, изящно подчёркивая фигуру, но на фоне остальных я выглядела вороной. И даже не белой, а бежевой. Впрочем, именно в этом и состоял мой тонкий расчёт.

Увидев разноцветную кляксу издалека, я еле-еле сдержала смех. Моё платье разительно отличалась от их. Корсет отсутствовал, пышность юбки не бросалась в глаза. Но я хотя бы спину могла держать прямо! Каждый мой шаг был пропитан лёгкостью. Руки старалась держать как истинная леди, не по швам, а согнутыми в локтях на уровне талии, в отличие от других: те словно стояли на построении.

Поморщилась. То же мне принцессы.

Все как одна собрали волосы в кубышку. Многим причёска шла, других же делала похожими на клоунесс. Мои же локоны струились по плечам.

— Простушка, — хмыкнула одна из самонадеянных девиц. Пожала плечами и промолчала. Незнакомка может думать обо мне всё, что ей заблагорассудится.

Бекендорф, увидев меня, затрясся, как осиновый лист. Он нервно вытер пот со лба, но промолчал. Лакеи других домиков смотрели на меня с восхищением и не могли оторвать глаз. Подумаешь, нарядилась не под цвет дома.

Как же я могла!

— Всем тихо! — крикнул мужчина в сером сюртуке. — Королева!

Незнакомец привлёк моё внимание, и я с неприкрытым любопытством начала рассматривать его. Он держался высокомернее остальных. Он явно занимал должность куда выше лакеев. Его одежда выделялась элегантностью. Чего только стоила белая кружевная рубашка, надетая под сюртук, или серые штаны с высокими сапогами. Но больше всего бросалась в глаза шляпа с большими полями.

Мужчина снял её, поклонившись даме.

— Довольно, Томас, — послышался властный женский голос, и я перевела взгляд.

Королева.

Роскошная и изящная. Элегантная и статная. Ослепительная и устрашающая.

Все взгляды устремились к ней. Мне даже показалось, что многие принцессы почувствовали дискомфорт.

Им точно не сравниться с ней, потому что грациозности в этой женщине гораздо больше, чем во всех претендентках вместе взятых.

Голос выдавал её немолодость, но лицо говорило обратное — казалось, что она не старше принцесс, окружавших её.

Я еле сдержала вздоха восхищения.

Но наряд… Ни одно из платьев, собравшихся не могло сравниться по красоте и утонченности. Никакой пышности, никакой броскости, никакой безвкусности. Платье салатного цвета с высоким воротником, полностью оголяло шею, на которой блестело серебряное колье с изумрудами. Зелёный камень был и в серебряной диадеме: огромный, он сиял на солнце. Над изумрудом красовалась голова орла, и корона была выполнена в форме его крыльев. Рукава у платья отсутствовали, но на руках были надеты перчатки по локоть серого цвета. Королева держала веер, периодически раскрывая его и размахивая им. Образ завершали зелёные глаза с большими ярко-чёрными ресницами и рыжие волосы, собранные в королевскую кубышку.

— Королева Шенна, — заговорил Томас, отвесив поклон, — Одиннадцатый домик запаздывает.

— Эдмунд снова не смог найти подходящую девушку? — вздохнула Шенна, осуждающе покачав головой. — Что ж, займёмся остальными.

Слово «снова» сильно резануло по ушам. Неужели состязания проходили и ранее?! От этого мне стало не по себе.

Королева начала молча прохаживаться мимо девушек. На мне её взгляд остановился дольше, чем на остальных. Я выдержала, втайне надеясь, что сейчас меня отправят домой. Но королева промолчала и пошла дальше.

Через мгновение Шенна сделала первое замечание принцессе в роскошном платье с корсетом, но с согнутой спиной.

— Разве истинная принцесса может так предстать на важных смотрах? Будущая королева и в рваном платье будет выглядеть достойно, а вы… Вы разоделись, как кукла и совершенно не держите спину! — возмущалась Шенна, а затем выдохнула простую фразу: — вы не достойны! — и взмахнула рукой.

Земля под ногами несчастной разверзлась, и бывшая претендентка с криками полетела куда-то вниз. Остальные ахнули. Вздрогнула: не так я представляла себе возвращение в родной мир. Всё это начинало походить на дешёвый фильм ужасов. Слишком обожала этот жанр, чтобы не вспомнить о нём в столь напряжённый момент.

Королева же продолжила движение между кандидатками, как ни в чём не бывало. Если честно, меня уже начинала пугать эта женщина.

— Твоё платье слишком аляпистое. Ты недостойна звания принцессы, — после чего под землю провалилась ещё одна.

Некоторым королева просто делала замечание, но оставляла их. Избавившись, таким образом, от трёх претенденток, Шенна вновь остановилась рядом со мной. Я уже была готова получить замечание и вернуться домой.

— Твоё имя?

— Принцесса Аннет, — вызывающе глядя ей в глаза, ответила я.

— Ты в курсе, что наряд должен соответствовать цвету дома? — спросила королева устрашающим тоном.

— Да, Ваше Величество, — ни один мускул на моём лице не дрогнул.

Стоит ли говорить, что Бекендорф уже выжимал платок, которым вытирал пот со лба?

— Дерзкая бунтарка, идущая против правил… — осматривая меня с ног до головы, чеканила Шенна. — Но вежливая, знающая этикет и с прекрасным вкусом…

Покорно ждала приговора, мысленно готовясь провалиться под землю. Согласна, неприятно, но что не сделаешь ради цели. Но моим планам было не суждено сбыться. Королеву прервал Томас:

— Ваше Величество! Эдмунд пришёл вместе… — паж запнулся, видимо, не зная, как сформулировать мысль.

Повернула голову в сторону подошедших и ахнула, увидев происходящее. Даже я догадалась, что по меркам Иннотентии — это чересчур.

Лакей одиннадцатого домика стоял с двумя принцессами, одетыми в схожий цвет. Это были оттенки голубого, но, если шатенка нарядилась в платье небесного цвета, то блондинка — в кричаще-бирюзовый. Ужасно в наряде было всё: кружева, к месту и не к месту пришитые, рукава, которые имели причудливую форму и неуместно свисали. Но больше всего выделялась юбка, переливающаяся всеми оттенками синего, голубого и бирюзового. Из-за стоячей причёски, которой позавидовала бы сама Мардж Симпсон, (мною любимая героиня Симпсонов) блондинка казалась выше.

У темноволосой, напротив, платье было небесно-голубого цвета, без рукавов, с большим вырезом, но аккуратным пошивом. На плечах сидели бабочки, казавшиеся живыми — они даже махали крыльями. Многочисленные юбки, волочившиеся по земле, придавали элегантность. Но как она держалась! Идеально ровная спина, улыбка на губах, блеск в голубых глазах и волосы, собранные в кубышку, весь образ делал кандидатку настоящей принцессой.

Я восхитилась ею: до неё мне было явно далеко.

Эдмунд! — возмутилась королева. — Почему их двое?

— В-в-ва-ш-ш-ше Вы-вы… — запинаясь, промычал тот, но Шенна его перебила:

— Я итак знаю свой титул, — взмах руки, и Эдмунд заговорил, не заикаясь:

— Когда я забирал мисс Линду, вместе с ней была лучшая подруга Давина — они сидели вместе в одном кафе… Девушка случайно задела зеркало, и провалилась вместе с Линдой.

— Идиот! — взвизгнула Шенна, ударив его веером, и Эдмунд мгновенно превратился в енота.

Я ойкнула, не в силах сдержать эмоции. Этот мир был куда более жестоким, чем казался на первый взгляд. Определённо пора домой! Я сильно перепугалась произошедшим метаморфозам, но была бессильна.

Живого человека при мне превратили в енота!

— Я целый год наблюдала за девушками, подбирая лучших из лучших, а ты не смог даже привести её? — енот у ног королевы сжался, нервно виляя хвостом. Затем королева перевела взгляд на подошедших: — Кто из вас, кто?

— Давина, Ваше Величество, — принцесса в небесном платье сделала реверанс, склонив голову.

— Линда, и именно я вам нужна! — выступила вперёд блондинка, оттолкнув подругу. Она запуталась в юбках и чуть не упала к ногам королевы.

Покачала головой. Может, она займёт моё место? Как же глупо выглядело её поведение!

— Я сама решу, — брезгливо поморщив носом, ответила Шенна, взмахнув веером, и ещё одна принцесса с визгом провалилась под землю. Ею стала Линда. — Не люблю выскочек и хамок,

— а затем пытливо всмотрелась в ту, что попала сюда по ошибке. — Чиста, невинна, вежлива, умна, добра, но целовалась с парнем, — глядя той в глаза, прочитала королева Давину, как открытую книгу. — Пожалуй, ты можешь остаться.

Что за странный набор качеств? Мне определённо не понять этот мир!

— Но, Ваше Величество! Правила… — Томас попытался спорить, но взмахом веера женщина остановила его.

— Некоторые правила можно нарушить. Но чтобы иметь право их нарушать, их нужно знать. Остальных принцесс я жду сегодня вечером на первом балу, — Шенна окинула всех нас взглядом.

И это всё? Нужно срочно спасать положение! Быстро пробежалась взглядом и, заметив, что все стоят ровно, я решила присесть в реверансе, чтобы показаться более простой, недостойной звания королевы.

Вместе со мной в реверансе присела и Давина.

— Поучитесь у принцесс Аннет и Давины этикету, — хмыкнула Шенна, раскрыла веер, взмахнула им и исчезла в воздухе, оставив после себя тёмную дымку.

Я ещё несколько секунд смотрела ей вслед, пытаясь понять, что сделала не так. Королева оставила меня в полнейшем недоумении.

К сожалению, королева Иннотентии решила, что я достойна участвовать в соревновании за престол, как бы я не старалась доказать обратное. Но я не была готова так просто сдаться.

Шенна посчитала меня бунтаркой? Что ж, тогда подчинюсь. Она думает, что так просто разгадала меня?

Жаль, что я не знала правил, а поэтому могла случайно их нарушить.

И вновь хитрая улыбка мелькнула у меня на лице.

Первый день в сказочном мире незаметно пролетел: я не выходила из дома, не хотела видеть красоты королевства, не желала знакомиться с его уставами и обычаями. Мне просто хотелось вернуться домой. К родным и близким.

Поэтому провела день, как настоящая девушка: выбирала платье, в котором мне идти на вечерний бал. У любой из представительниц прекрасного пола прошли хотя бы несколько часов в муках выбора наряда. Вот и я не стала исключением, хоть и до этого гордо хвасталась этим.

Свои идеи отсутствовали, поэтому с удовольствием рассматривала то, что предлагал мне Вестем. Попутно поглядывала в окно, пытаясь понять в какой стороне находится малиновый пруд. Мне хотелось вновь на нём побывать, но я не позволяла даже думать об этом.

А вдруг я начну привязываться к этому миру? Он непрост, но так и манит своей загадочностью и волшебством. Любопытство так и побуждает раскрыть все секреты странного, но красивого мира.

Но здесь нет моих родных. Здесь нет Димы. А значит я должна сделать всё, чтобы вернуться назад. Я уже решила, и теперь не готова отступать.

Когда часы на главной башне, неподалёку от городка принцесс, который назывался, как мне сказал Бекендорф, Нова Реджин, пробили семь, сиреневая карета подъехала к девятому домику. Моему домику. Две белые лошади с фиолетовой гривой били копытцами, ожидая меня. На секунду почувствовала себя Золушкой.

— Следуйте за мной, Аннет, и старайтесь не разозлить королеву, — Бекендорф подал мне руку, помогая залезть, что в новом платье оказалось весьма проблематично. Похоже, я перестаралась с выдумкой.

— Ровно в полночь волшебство исчезнет, и я должна сбежать? — хихикнула, но мужчина никак не отреагировал на шутку. Похоже, он её и вовсе не понял, и спокойно забрался на место кучера, и мы тронулись.

Серьёзно? В этом мире нет этой сказки? И после этого я должна хотеть остаться здесь?

Дорога до дворца королевы была недолгой, но утомительной. Я старалась не смотреть в окно, но красоту и величие дворца королевы пропустить не смогла. От восхищения потеряла дар речи, не в силах отвести взгляд. Замок словно сошёл с иллюстрации волшебной истории: огромнейший, выстланный белоснежным камнем, он переливался на заходящем солнце всеми цветами радуги. Его купола были сделаны из голубого металла, напоминавшего гладь морской воды. Вокруг замка росли живописные деревья с перламутровыми листьями, в озере неподалёку плавали причудливые птицы, отдалённо напоминающие лебедей. Каменную дорогу украшали волшебные фонари.

Это казалось настолько волшебным и настолько завораживало, что я на мгновение лишилась дара речи.

Карета въехала в золотистые ворота. И теперь я очутилась во дворце королевы. Я бы продолжила восхищаться открывшимися мне пейзажами, но, похоже, устала удивляться, поэтому флегматично наблюдала за происходящем. Претендентки на трон постепенно подъезжали, высаживаясь из своих карет. Большинство принцесс оделись в нежно — бежевые, светло-жёлтые, белые платья.

Фыркнула. Хотели быть похожими на меня? Как жаль, что я не лучший пример для подражания. Я вновь сильно выделялась на их фоне в своём ярко-фиолетовом наряде с накрахмаленными пышными юбками, с ярко-оранжевым огромным бантом на спине и пышными яркими рукавами. Бант платья получился настолько огромен, что красовался сзади, словно крылья.

Я старалась.

Только Давина, оставившая утренний наряд, смотрелась гармонично. Рядом с ней шёл не Эдмунд, и меня это удивило. Лакей выбывшей из соревнования девушки? Боже, как я хотела оказаться на месте улетевшей!

Вскоре мы спустились в тронный зал. Королева восседала на огромнейшем троне в пышном ярко-алом платье и с массивной короной на голове. Сначала мне показалось, что конца и края у этого просторного помещения нет. По-прежнему всё переливалось и привлекало взгляд своей необычностью. Зал был усыпан разнообразными драгоценными камнями, названия которых я даже не знала. Но тут хотя бы легко узнавалось золото. Это же было золото? Хоть чем-то Иннотентия похожа на Землю?

Похоже, я не перестану задаваться этим вопросом.

— Рада приветствовать вас во дворце, — властно сказала Шенна, встав с трона и присев в реверансе. — Да начнётся бал! — она хлопнула в ладоши и вокруг начала твориться магия.

Вмиг заиграла музыка, лакеи исчезли, и появились… принцы. Они приглашали красавиц на танец, а те, смеясь и заигрывая, соглашались. Всё, как всегда.

Я пожала плечами. Наверное, со стороны казалось, что я здесь не впервые, но… Но, похоже, меня уже очень сложно чем-то поразить. Мои эмоции за сутки, проведённые в этом мире, изрядно поредели.

— Могу ли я вас пригласить? — послышался сзади приятный, знакомый голос. От него у меня побежали мурашки по коже. Я не могла поверить в это. Это невозможно! Я схожу с ума.

Я медленно обернулась и… окончательно потеряла дар речи, глупо уставившись на приглашающего.

— Сергей? — выдохнула, не в силах отвести от него глаз. Парень подал руку, а спустя несколько секунд мы закружились с ним в вальсе. Я ощущала его горячее прикосновение на своей талии, и оно просто не могло мне не нравиться. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Но как он здесь оказался?

Я по-прежнему смотрела ему в глаза, не в силах оторваться. Его светлые волосы, его белоснежная улыбка. Ничего не изменилось: он оставался таким же, каким я запомнила его после окончания школы.

Разве я могла его забыть?! Разве можно забыть человека, в которого была так долго и безответно влюблена? Разве можно забыть парня, который оставил серьёзную рану на сердце? Забыть того, кто не замечал тебя всё это время…

После танца Сергей пригласил меня прогуляться по замку, и я с радостью согласилась. Мне было неуютно в компании дюжины принцесс, которые ворковали, танцуя и веселясь со своими кавалерами. Мне давно хотелось сбежать, но я никак не находила повод сделать это. К тому же, повсюду чувствовала взгляд королевы, который буравил насквозь.

Похоже, у меня началась паранойя. Шенна не могла быть настолько всесильна. Или могла?

И есть ли другие способы свалить из этого красочного дурдома, кроме как не понравиться правительнице?

Никак не получалось уследить за ходом мыслей. Их лихорадило вместе со мной. Чудесно. Давно мечтала!

Сергей. Бывший одноклассник, звезда класса, гордость школы, когда-то мой приятель, и, по совместительству, первая любовь. Несбыточная мечта. Он здесь, он рядом. Разве я не клялась себе, что больше ничего к нему не чувствую?

После одиннадцатого класса он уехал в другой город, и все контакты с ним оборвались. Потерялись. Первый год ещё пыталась поддерживать с ним связь, но потом наши пути окончательно разошлись. Я думала, что всё кончено. Но какое же у жизни отвратительное чувство юмора!

К тому же, в моем сердце давно поселился Дмитрий.

Забавно. Ровно до этого момента я считала, что люблю Диму. Что мои чувства реальны. Неужели, это просто иллюзия, фальшь, желание не замечать очевидного и просто способ убежать от настоящих эмоций?

— Как ты здесь оказался? — наконец спросила, рассматривая живописные виды, открывшиеся с балкона. Даже их причудливость и притягательность уже не так сильно интересовали и манили. Теперь не они сводили с ума.

— Мне предложили работу здесь, и через год я стал принцем. Чудесный мир, Аннет, гораздо лучше того, где мы родились, — Сергей не отводил от меня восхищённого взгляда, заставляя краснеть. — А как тут оказалась ты? У тебя… необычный наряд.

Кто бы мог подумать?! Стал принцем! Он хоть где-то может занять не первые места?! Меня внезапно затошнило от его крутости. Он был такой во всём.

Но потом Сергей сделал комплимент, и я растаяла.

— Спасибо, — смущенно ответила, на автомате присев в реверансе. Похоже, это вошло в привычку. — Я всего лишь претендентка на трон, — хмыкнула, немного похваставшись. Хоть в чём-то у меня получилось превзойти несносного засранца. После стольких лет. Знаменитость, спортсмен, комсомолец… Любимчик девушек, тот ещё бабник и… красавец.

— Даже так, — Сергей улыбнулся, дотронувшись до моего подбородка и рукой притягивая к себе. Интимный жест был на редкость приятным. — Теперь мы наконец-то можем быть вместе, — прошептал он мне в губы, с явным желанием соблазнить.

Сергей потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но тут неожиданно для себя, я резко поняла, что не хотела этого.

Да, он мне симпатичен, даже немного нравится. Да, я любила его, но это в прошлом, которое теперь кажется столь далёким.

Я люблю другого! И отчётливо это понимаю! И я не могу предать свои чувства, предать родного мне человека, даже если ему не нужна.

Некоторые чувства бывают запоздалыми, и уже не нужны тебе.

— Нет, Сергей, — секундное помешательство закончилось, и я вырвалась из его сладостного плена. — Не можем.

— Дмитрий? — с неприкрытой ревностью в голосе спросил Сергей.

Откуда ему известно? Невозможно! Тут все подряд обладают магией?

Я кивнула, не в силах произнести это вслух. Мне больше не хотелось находиться рядом с этим человеком, не после всего, что между ними. не было.

Главное, что я больше не люблю его.

Подняв пышные юбки, сорвалась с места, сбежав с балкона. Боже, почему эти лестницы бесконечны?

Как бы не упасть и не сломать ногу! Врачи Иннотентии смогут при помощи магии вылечить её?

Почему я бегу? Боже, как хочется сбежать от своих мыслей, от чёртовых, никому ненужных эмоций, оказаться в объятиях Димы и не чувствовать испанского стыда!

Не рассчитав скорости, я внезапно врезалась в человека.

— Дима?! — удивлённо воскликнула, чуть не задохнувшись от удивления. Вмиг потеряла равновесие, но парень вовремя поймал, подхватил, не позволив упасть.

Да что за чертовщина творится сегодня? В Иннотентию решили переехать все мои знакомые? Даже это не заставит меня остаться здесь!

Не стала разбираться что к чему, вырвалась, поправила юбки и ускорила бег.

Прочь! Прочь из странного дворца, где люди принимают облик того, в кого ты влюблена. Если Сергей ещё мог быть реальным, ведь после окончания школы я не слышала о нём ровным счётом ничего, то наличие Димы здесь было невозможным.

А, может, они оба нереальны?!

Лабиринты замка пугали всё больше. Я бежала по, казалось, бесконечным коридорам, башням, лестницам. Неважно куда, лишь бы подальше. Подол платья и бант мешались, и пару раз я чуть не упала.

Чёрт возьми, я не девушка, а одно сплошное стихийное бедствие! Хотелось плакать от горькой обиды и непонимания происходящего. Почему всё так сложно? Почему это произошло именно со мной? Я не хотела попасть на этот чёртов отбор! Не хотела становиться принцессой.

Дьявола дери! Мой принц ждёт меня в реальном мире!

Наконец, я очутилась в саду. До меня не сразу дошло, что карета ждала меня с другой стороны замка. А когда я это отчётливо поняла, было поздно. Мне не хотелось возвращаться назад, не хотелось идти в этот проклятый дворец, где любой носил лицо близкого.

Но являлся ли им?

Я продолжала неразумно бежать вперёд, и совершенно не заметила, как дивные сады закончились, я вышла далеко за пределы замка и очутилась на неизвестной мне дороге.

От мыслей отвлёк топот копыт, и девичий окрик:

— Стой!

Замерла, резко почувствовав дикую усталость. Она свалилась на меня камнем и буквально пригвоздила к земле. И куда я так настойчиво спешила?

Обернувшись, увидела небесно-голубую карету, которая приближалась ко мне. Из окна высунулась Давина.

— Ты бежишь в противоположное от Нова Реджин направление! — Давина затормозила рядом со мной и открыла дверцу. — Залезай, мы тебя подвезём.

— А твоё какое дело? — настороженно и грубо пробурчала. Мне не нужны были ни помощники, ни друзья в этом мире. Мне дико хотелось домой. — Разве тебе не легче стать королевой, если одна из претенденток потеряется?

Давина закатила глаза, и мне мгновенно стало стыдно. Похоже, я перегнула палку, пытаясь оттолкнуть удивительную девушку.

— Не пори чушь. Тебя с легкостью найдут, а Бекендорфа за то, что не углядел за принцессой, превратят в енота или в другого пушистого зверя, — после небольшой паузы строго произнесла она, сдавшись.

Резонность в её словах была. Но мне так не хотелось соглашаться! Я начинала вести себя, как маленький избалованный ребёнок. Прекрасно это понимала, но ничего не могла с собой поделать. Стыдно, но продолжала отвратно себя вести.

— Ну, по крайней мере, меня отправят домой, — скрестила руки на груди, недовольно уставившись на свою спасительницу.

— И не мечтай! Шенна любит бунтарок. Королева без характера — скучная и серая. Иначе бы ты отправилась домой после прихода не в том цвете, а я сразу после того, как попала сюда. Залезай.

Вздохнула, досчитала до десяти и сдалась, признав, что Давина права. Я повиновалась и потеснила её в карете.

— Боже! Какое отвратительное платье! — воскликнула она, осмотрев меня с ног до головы. Хотела возмутиться, но не успела: принцесса взмахнула рукой. Мой наряд принял совершенно другой вид: исчез ненужный бант, пышные юбки распрямились. Платье разгладилось, став элегантнее.

— Как у тебя это получилось?! — поразилась, любуясь результатом. Я выдумала этот наряд и благодаря Вестему воплотила. Но управлять магией собственноручно — не могла. Неужели, это так просто?

Попыталась подавить в себе желание разузнать о волшебстве странного мира. Ведь для этого мне придётся задержаться.

Дьявол!

— Просто почувствовала магию в себе. От кого ты так рьяно бежала?

Вопрос застал врасплох, и отвечать на него не хотелось. Действительно, от кого или чего я убегала? Иннотентия продолжала пугать. После случившегося на балу уже не могла верить даже собственным глазам.

Если нахождение Сергея здесь хоть как-то можно было объяснить, то как сюда попал Дмитрий? Статный красавец, с глазами цвета тёмного шоколада, влекущими губами, давно запал в моё сердце, и его было крайне тяжело оттуда выковырять.

Мы познакомились на совместной лекции по психологии, начав спор на пустом месте. Спор продолжался очень долго и чуть не перерос во вражду. К счастью, мы смогли вовремя решить нарастающую проблему и даже нашли общий язык.

Наше общение и взаимные вызовы друг другу постепенно переросли в крепкую дружбу, в которой каждый находил океан эмоций, тепла и взаимопонимания. Друзья, ставшие общими, никак не могли понять, почему мы до сих пор не вместе.

Но теперь я понимала совершенно точно: я для него просто друг. Друг противоположного пола, и он не видит во мне девушку.

Обидно, что оба раза, когда я влюблялась, парни видели во мне хорошую подругу, своего человека.

— Выпей, отдышись, — от мыслей оторвала тяжело вздохнувшая Давина. Она протянула стакан воды, который достала из воздуха.

И как у неё это получается?

— Благодарю, — кивнула, сделав глоток. Простая вода вдруг показалась самым вкуснейшим напитком из всех, что когда-либо пила. — Я бегу от себя. И от своих мыслей.

Давина удовлетворённо кивнула, выглянув в окно, явно о чём — то задумавшись.

— Как ты нашла меня? — не выдержала тишины, которая буквально давила.

— Я почувствовала магию в себе, — принцесса даже не повернула головы. Её загадочность тоже начинала подбешивать.

— Надеюсь, что раз я гораздо раньше сбежала с чёртового бала, меня выгонят завтра с утра. Я ведь нарушила очередное правило, о котором не знала, — попыталась сменить тему и, с вызовом посмотрев на собеседницу, скрестила руки на груди.

— У тебя вздорный характер, — Давина повернулась ко мне, словно снизошла до разговора. Я фыркнула, не сдержавшись. Вот кто должен стать королевой! Она своим холодом заморозит любого! — Ты всё делаешь наоборот, желая сбежать из Иннотентии, считая, что принцессы должны подчиняться правилам, но их нет. Бал — проверка на чистоту, благоразумие и целомудрие, если ты не поняла.

— Почему?! — очень не понравилось, что меня начали учить. Кем себя Давина возомнила?!

Она не обиделась на тон, лишь взяла меня за руку. Место, к которому она прикоснулась, сильно обожгло, а рука начинающей волшебницы засветилась. Я вскрикнула, испугавшись. Что она хотела сделать со мной?! Зря я села в карету!

Чёрт, чёрт, чёрт!

Давина не обратила ни малейшего внимания на мой испуг и убрала руку, положив свою ладонь на ладонь, а затем развела их. Между ними образовалась магическая, искрящаяся связь, которая темнела с каждой секундой, обретая форму. Вскоре в руках появился маленький мужчинка, который уселся у неё на ладони и весело заболтал ногами, напевая:

— Я люблю Аннет, я люблю Аннет, жить без неё не могу.

Единственную фразу он повторял с завидным постоянством, но, что больше всего ужасало… он был копией Дмитрия. Уменьшенной и живой копией.

— Как?.. — воскликнула я, прикоснувшись к пареньку, который схватил мою руку мёртвой хваткой, обнимая и прижимая к себе.

— Воздух пропитан магией, и я нашла её в себе, — Давина повторила фразу, как попугай, и я бросила на неё злой взгляд. Та не смутилась, щёлкнула пальцами, и миниатюрная копия исчезла. — Организаторы бала пользовались примерно такой же магией, но они куда сильнее, опытнее меня и…

— Им не составило труда сделать копии тех, кого мы когда-то любили или любим? — продолжила я за собеседницу, ужаснувшись догадке. Неужели так просто? Им так просто манипулировать нашими мыслями и желаниями?! Не хотелось в это верить!

Давина лишь подтвердила догадку, коротко кивнув.

— Представь какой «Содом и Гоморра» творится сейчас в замке! Часть претенденток уж точно потеряли голову и вместе с ней невинность и честь! — возмущённо воскликнула она.

— Почему это так важно для тебя?

— Ты ещё не поняла? — Давина посмотрела на меня с видом познавшего все тайны мира человека. — Королева Иннотентии должна быть чистой и невинной, только так она сможет сохранить молодость и управлять магией. Разве ты не хотела бы этого?

— Не познать взаимную, настоящую любовь? — я поняла это по-своему, задохнувшись от возмущения.

Но мне не дали развить мысль и хорошенько возмутиться законами чокнутого мира: карета резко остановилась, отчего я улетела вперёд, слегка стукнувшись о сидение напротив.

Спутница осталась невозмутимой и неподвижной, словно её с детства учили ездить на лошадях.

— Любви не существует. Её придумали сказочники и романтики. Подумай, Аннет.

Брезжил рассвет, переливающийся сотнями, а то и тысячами разнообразных цветов, не виданного глазами человека. Солнце озарило тронный зал, разбавив пустоту и мрачность помещения.

После шумного бала здесь осталась одна королева. Она рассматривала свои владения, попутно наслаждалась манящим теплом местного светила. Казалось, сейчас весь мир лежал у её ног, и из окна она спокойно могла наблюдать за всем королевством.

Шенна размышляла о чём-то своём, и думы, судя по её хмурому выражению лица были очень тяжёлые.

Дверь внезапно распахнулась, и на пороге появилась прекрасная девушка, наряженная, как принцесса. Красавица явно пробралась в зал тайком. Она встала в тень просторного помещения, чтобы лица её не было видно.

— Ваше Величество, — прошептала она, пытаясь привлечь к себе внимание королевы.

Её голос эхом отозвался в зале.

Шенна обернулась и на её губах мелькнула улыбка. Женщина кивком поприветствовала вошедшую.

— У тебя есть хорошая новость, дорогая? — поинтересовалась она.

— Большинство кандидаток дома, Ваше Величество, — присела в реверансе гостья. — К сожалению, многие повели себя на балу, не как принцессы. Оступились, отступились от благородства и чести.

Шенна тяжело вздохнула. Ей не хотелось слушать эту лекцию в очередной раз. Но она слишком хорошо знала гостью.

— Ты же помнишь, что это не единичный случай. Это было во все времена, — снисходительно улыбнулась Шенна. — Тебе ли, как моей фрейлине, не знать, Тамилла.

— Я помню наше состязание, моя королева. Продавших душу похоти было не меньше, — осуждающе отметила Тамилла.

Красавица вышла из тени, потянув за свой нос. Волшебная маска претендентки на трон растворилась в воздухе, и в зале предстала Тамилла. Девушка, которая соревновалась в прошлом отборе, но проиграла Шенне. Впрочем, это не помешало ей стать фрейлиной, верной и честной помощницей правительницы. Советником, правой рукой и лучшей подругой.

Они давно были, как сёстры. У них было много общего: взгляды на жизнь, на правление королевством. Спустя столько времени, они даже стали немного походить друг на друга: высокие, рыжеволосые, статные, с огнём в глазах, который никому было не в силах погасить.

— Ты могла бы просто принять моё наследство, и мы бы не искали новую, чистейшую девушку, — с укором посмотрела Шенна.

Они подружились ещё тогда, несколько десятков лет назад, пронесли дружбу сквозь года, и развили Иннотентию.

Вместе.

Тамилла промолчала, взмахнув рукой, наслаждаясь всесилием. Она без проблем игралась с магией. Фрейлинам, если они сохраняют верность и отказываются от любви в пользу Иннотентия, доступна королевская магия.

— Они просто влюблённые дурочки. Оставь их. Завтра они вернутся в привычный мир, в привычное тело, и всё произошедшее в этом мире для них будет сном. Приятной сказкой, которую они возможно вскоре забудут.

— Ты слишком добра. Я бы этих похотливых… — Тамилла явно не разделяла мягкость Шенны. К тому же, убедившись, что за ними нет слежки, она заговорила привычным для подруг языком.

— Хватит, — оборвала Шенна. Она лишь предостерегающе подняла руку, не желая больше слушать. У них были противоречивые мнения по поводу многих вещей. И ситуация не стала исключением. — Как там Аннет?

— Безрассудная и бездарная бунтарка, — фыркнула, пожав плечами Тамилла. — Мне не понять ни её поведения, ни зачем ты её держишь здесь. Она нарушила сотню правил, среди девушек есть куда более достойные, чем она, но ты уцепилась именно за неё, — фрейлина скрестила руки на груди, не пряча злости на королеву.

— Просто я узнала в ней себя, — покачала головой Шенна.

— Она явно хочет домой, и сделает всё, чтобы ты вышвырнула её из дворца! А возглавить Иннотентию — это честь, которую получают очень и очень немногие! — казалось, вот-вот, и Тамилла начнёт плеваться ядом.

Её явно раздражала эта несносная девчонка. Была ли в этом причина?

— Тогда почему это не сделаешь ты? Почему не станешь королевой? Ты знаешь от скольких проблем мы бы избавились твоим простым решением? — Шенна усмехнулась, бросив хитрый взгляд.

Честь? Безусловно важный фактор. Но самое главное — желание девушки.

Тамилла осеклась, замерла на полуслове и крепко задумалась. Она не ожидала такого подвоха от лучшей подруги, единственно близкого человека.

Сколько же им было, когда они очутились в незнакомом мире? Семнадцать? У Тамиллы был шанс вернуться домой, но она не бросила Шенну. В Иннотентии у неё появилась почти сестра, королева, а в реальном мире… Кем она была там? Сиротой, без близких и без друзей.

— Потому что, есть более достойные, чем я, — наконец, вздохнула Тамилла, отогнав мысли о далёком прошлом.

Все, кто над ней издевался, давно канули в небытие, а она по-прежнему молода и прекрасна.

— Есть, — Шенна и не отрицала. — Это была твоя идея, занять место среди претенденток. И ты выглядишь ничуть не хуже, а даже лучше, чем многие из них. Продолжишь соревноваться, и, кто знает, возможно учредители будут голосовать за тебя. Отвертишься?

— Тогда я скажу, что это была честная борьба. Тем более, что я нахожусь под маской. Знаешь, как тяжело держать лицо? — усмехнулась Тамилла, вновь потеряв пальцами, которые засветились голубым светом.

— Догадываюсь, — рассмеялась Шенна, увидев, как давняя подруга продолжает играться с магией и меняться прямо на глазах.

— Шенна, мне будет не хватать того времени, что мы провели вместе. Ты поступаешь очень глупо, отказываясь от всего, что ты сделала, — наигравшись, заметила Тамилла. Было видно, что слова дались ей нелегко.

— Брось, дорогая. Мой век правления подошёл к концу. Я устала. Любовь существует, и я хочу наконец-то познать её, больше не задумываясь о правилах, о том, что можно, и что нельзя. Понимаешь?

— Совершенно нет. Променять целое королевство, магию, вечную жизнь и молодость, свой дар на какого-то мальчишку, который в любой момент…

Шенна предостерегающе подняла ладонь, и фрейлина замолчала. Каждая из них была права по-своему, они обе это понимали, поэтому и не спорили.

Но сколько всего Тамилле было сказать лучшей подруге! Ей хотелось остановить, предостеречь правительницу от ошибки, которую та глупо совершала. Но что Тамилла могла? Шенна тоже была мудра, умна и давно уже никого не слушала в делах сердечных.

— А, если не выгорит? Если он предаст тебя и разобьёт сердце? — вздохнула Тамилла, постаравшись найти наиболее мягкие слова.

Она слишком боялась за подругу, хотела предостеречь и избавить от боли. Тамилла давно разучилась рисковать, привыкнув к размеренной и вечной молодости.

— Значит, я попробую ещё раз, — Шенна легкомысленно пожала плечами и улыбнулась. Она совершенно иначе относилась к жизни. Трон научил её многому, а от монотонной стабильности стало до невозможности скучно.

— Но ты же знаешь, что Аннет влюблена! Почему ты не позволишь ей вернуться в родной мир? Ей тут не место! — взорвалась Тамилла, в очередной раз возмутившись нелогичным поведением давней знакомой.

Тамилла часто не понимала Шенну, но с годами смирилась и безоговорочно доверяла ей. Но это не мешало постоянным возмущениям.

— Знаю. Но ей пора бы научиться говорить о своих желаниях прямо, а не намёками и неадекватными поступками, — Шенна усмехнулась и вновь отвернулась к окну.

Некоторое время женщины в телах юных девушек стояли молча. Каждая думала о своём. Наконец, Шенна заговорила, окончательно сменив тему:

— Согласись, рассветы здесь сказочно красивы. Вот, что мне будет не хватать, если меня вернут в тот мир, откуда я родом. — она резко прервалась, печально улыбнувшись, пытаясь отогнать не совсем радужные мысли.

На горизонте виднелась новая, полная приключений, взлётов и падений жизнь. Настоящая, без магии и фокусов. И она манила и привлекала куда больше, чем текущая, в скором времени прошлое.

— А, знаешь, не время грустить! Время пить чай. Через час тебе придётся возвращаться в Нова Реджин и играть тобою же придуманную роль. Учти, поблажек от меня не жди!

Мне очень не понравились слова Давины. В конце концов, кто она такая, чтобы заявлять, что любви не существует? Разве это не дело двух сердец?

Не удержалась и начала спорить с упрямой принцессой, даже привела хорошие доводы, но собеседница лишь фыркала и молчала в ответ. Такое поведение выводило из себя и обезоруживало одновременно. Давина не спорила, но у меня вскоре закончились контраргументы.

Карета затормозила возле моего домика, дверь отворилась, и у меня не было выбора: пришлось гордо уйти.

Но я это так не оставлю! Найду тысячу и одно доказательство, что любовь есть. Если понадобится, докажу на собственном примере!

Но Давина обязательно поверит во взаимные чувства!

Поднялась к себе, усевшись у окна, наблюдая за ночным небом. Оно было не менее удивительно, но я не могла отделаться от мыслей о недавнем разговоре. Похоже, просто привыкла к красоте и необычности Иннотентии, и вряд ли что — то сможет меня поразить так же, как в первые минуты пребывания в волнующей сердце сказки.

От размышлений отвлёк внезапно ворвавшийся Бекендорф. Вздрогнула, даже подпрыгнула на месте, когда услышала его голос.

— Почему вы сбежали?! Я переживал!

— Спокойно, — повернулась и примирительно подняла правую ладонь. — Всё хорошо, я жива.

Бекендорф покачал головой, ещё раз убедился, что я в порядке, пожелал доброй ночи и строго наказал, чтобы я долго не засиживалась. А затем оставил наедине с собственными мыслями.

Но разве тут уснёшь?

Кроме убеждений Давины об отсутствии любви, мне не давала покое возможность колдовать. Магия, о которой я мечтала с самого детства, была так близко, но по закону подлости, я её не чувствовала. Вновь то, что так желала, в чём отчаянно нуждалась, досталось кому-то другому.

И это сводило с ума.

Не найдя себе места, резко вскочила и начала расхаживать по комнате из стороны в сторону. Заламывала руки, пытаясь понять, что делать дальше. Медленно сходила с ума от волнения.

Решив, что хуже уже не будет, потёрла руки, мысленно вызывая электричество, потом щёлкнула пальцами, желая преобразиться. Не вышло.

Когда вошла во вкус, то стала вытворять всякие разные магические движения руками и ногами, какие только вспомнила. Всё без толку: ничего не поменялось.

Наверное, я выглядела нелепо и смешно. Как клоун.

Дьявол!

Во время своих шаманских плясок, я и не заметила, как на улице пошёл дождь, постепенно переросший в ливень. Он сопровождался яркими вспышками молнии и периодическими раскатами грома.

Внезапный звук заставил меня вздрогнуть и тихонечко вскрикнуть, отчего все свечи, что стояли в комнате, зажглись, замерцав небольшим огоньком.

Вау… Это я сделала? Или происки какого-нибудь полтергейста? Честное слово… Готова уже поверить и в него тоже!

— Простите, Ваша Светлость, не хотел вас напугать, — дверь отворилась, и на пороге вновь появился Бекендорф. Он учтиво поклонился. — С вами всё в порядке? Вы вызвали грозу, и я подумал, что…

— Я. что. натворила?! — неожиданно подпрыгнула, даже не пытаясь скрыть восторга и удивления. Неразумно подбежала к окну, чтобы удостовериться и также отскочила, увидев очередную молнию. — Но как?!

— Я принёс вам какао с зефиринками, — мужчина вёл себя сдержанно, спрятав все эмоции. Он не ответил ни на один мой вопрос, но мне это и не требовалось.

Подумать только! Я способна к магии! Осталось всего-лишь научиться ею управлять.

Взяла кружку, благодарно присела в реверансе, что вошло в дурацкую привычку. Молча сделала глоток, наслаждаясь напитком, почувствовала, как удовольствие растекается по телу. Вмиг уличная буря стихла.

Слуга поклонился и покинул комнату, оставив гадать как контролировать свои силы.

В голове безумной стайкой роились сумбурные мысли, и я совершенно не успевала за ними. Поставила допитый какао на тумбочку, укладываясь в постель.

Поразмыслив, с нескрываемым любопытством, взмахнула рукой, и все свечи погасли.

Начало положено. Завтра, при случае, утру нос Давине и приведу ей несколько доказательств, что любовь — есть.

С приятными мыслями уснула, полностью расслабившись.

Похоже, возвращение домой немного подождёт.

На второй день королева вновь собрала всех на небольшой поляне. Претендентки уяснили, что на утренние смотрины нужно обязательно приходить в цвете их дома.

Я не стала выдумывать или изобретать: просто облачилась во вчерашний наряд, которое подправила мне Давина. Я не была согласна с её убеждениями, но не могла не отметить её прекрасный вкус. Как будто она создана для этого мира, или прожила здесь ни одну жизнь.

Давина, впрочем, увидев меня, хмыкнула и спрятала улыбку. Ощутила её самодовольство за километр, но ничего не сказала. Она оделась гораздо проще: распустила тёмные волосы, что локонами заструились по открытым плечам, а на шею надела ожерелье из голубых жемчужин. Прямая юбка платья так и переливалась, словно море. Давина вновь превзошла всех красотой и умением держаться.

В очередной раз восхитилась ею, не в силах оторвать взгляд.

Между нами встала принцесса из десятого домика, видимо возомнившая, что бунтарка сегодня — она. На ней был серый наряд, но её довольная ухмылка затмевала всю безвкусность блёклость одежды.

Давина покачала головой и отвернулась. Я всё поняла, и догадка мне не понравилась.

Неужели?.. Неужели это случилось ночью? Отказывалась верить, что всё может быть так скверно. Надежда в людей и их чистоту во мне ещё не умерла, но это событие заставило мою веру пошатнуться.

Шенна вновь появилась из неоткуда. Она выглядела устрашающе, и от неё веяло угрозой. Рыжие волосы костром горели на солнце, а голову украшала массивная корона. Платье кроваво-красного цвета подчёркивало фигуру, и пышные юбки вот-вот обещали загореться. Ухмыльнулась: женщина явно знала толк в эффектных появлениях.

Один за другим лакеи в страхе поклонились, а затем, словно получив сигнал, одна за другой, принцессы присели в реверансе. Не стала исключением, и повторила ритуал. Выделяться не хотелось, было желание остаться в тени.

— Вчерашний бал был показательным, — Шенна посмотрела на каждую из нас, и взгляд на секунду затормозил на десятой, только подтвердив догадку Давины. Меня затошнило, а королева неумолимо продолжила: — Несколько претенденток сильно огорчили, ведь я рассчитывала, что гораздо больше из вас достойны занять трон, принять моё наследство, — Шенна очутилась рядом с десятой, и от столь резкого перемещения у меня перехватило дыхание. — Как ты посмела, распутная девица, отдать незнакомцу, пусть даже и принцу, свой белый цветок?

«Да они все с ума посходили!» — возмутилась я, но, несмотря на близость Шенны, всё же сохранила внешнее спокойствие. Ситуация настолько вывела из равновесия, что закружилась голова.

Десятая замерла, глядя невидящими глазами. Её трясло от страха.

— Отвечай же! — холодный тон правительницы замораживал всё на своём пути. Мне даже показалось, что буквально.

— Он… он… — несчастная задохнулась от ужаса, сковавшего её изнутри. — пообещал, что женится на мне, что я стану его королевой… — принцесса расплакалась, — я имею в виду… кроме меня столько кандидаток…

— Ты недостойна стать во главе даже небольшой деревни. Королевы не ведут себя как распутные девицы, — жёстко отчеканила Шенна, и земля под девушкой разверзлась, утянув теперь уже бывшую претендентку куда-то вниз.

Дыра затянулась и как ни в чём не бывало заросла травой, словно ещё секунду назад здесь не стояла красавица в сером платье.

Моргнула, подавив лёгкую тошноту.

Давина посмотрела на меня взглядом: «я же говорила». Фыркнула, повела плечом, не желая признавать правоту знакомой.

— Принцессы не ведут себя, как распутные девицы, — вновь повторила Шенна, и кандидаткииз четырнадцатого, двенадцатого и седьмого исчезли вслед за десятой. — Ровно через час состоится урок верховой езды. Лакеи, прошу сопроводить своих подопечных.

На месте правительницы осталась лишь чёрная дымка. Закатила глаза, скрестив руки на груди.

От спецэффектов этой женщины уже голова кружится!

Претендентки на трон, после злой тирады королевы, не задержались на поляне ни на минуту. Я замерла, наблюдая за побегом девушек, пытаясь понять почему ни одна из них не хочет пообщаться друг с другом, познакомиться с конкурентками. Это показалось мне дикостью.

Принцесса в красном платье резко остановилась, бросила на меня полный презрения взгляд. Я хотела её окрикнуть, поговорить с ней, но потом та, громко фыркнув, молча удалилась в сторону восьмого дома.

Соседка.

К счастью для моей измученной фантазии, придумывать наряд не пришлось: когда я зашла в спальню, одежда для верховой езды уже лежала на кровати. Она состояла из кофты фиолетового цвета, сшитой из приятной на ощупь ткани, с красивым тёмно-синем узором на груди и рукавами в три четверти. К кофте прилагались длинные чёрные расклешённые штаны и удобные серые ботфорты.

Переодевшись, как и любая представительница женского пола, я покрутилась у зеркала, придя к выводу, что костюм мне идёт. Только распущенные волосы мешают.

Провела по ним рукой, подумав о косе. И случилось чудо: локоны словно повиновались её желанию и сами заплелись. Вот и свершилась моя первая магия! А я ведь ещё что-то могу!

Этот мир имел как свои плюсы, так и минусы. Я испытывала неподдельный интерес, жаждала узнать, что будет дальше, но с каждым днём всё больше скучала по родным. Хотелось домой, увидеть близких. Они, наверное, потеряли меня. Боюсь представить реакцию мамы! Не хватало мне и Димы, который, скорее всего, встречаясь с сексапильной блондинкой, уже и думать забыл обо мне. Неважно. Он всё ещё остался другом, целым миром, непонятым никому другому.

Может, именно поэтому я сразу поняла, что тот, кто предстал передо мной во дворце, всего лишь двойник. Жалкая копия. Пародия. Я давно впитала его милый образ, сохранила его в сердце. У дубликата был не тот взгляд, не та манера держаться, не та улыбка.

Если с Сергеем им удалось меня обмануть, то с возлюбленным — нет.

От воспоминаний о Диме, в груди разлилось приятное тепло, которое через несколько секунд отдалось болью. Он никогда не будет со мной, не подарит мне недружеское объятие. Я для него просто друг, сейчас, как сказала Рита, он с другой.

Другой девушке Дима скажет тёплые слова, признается в любви, с другой будет проводить всё свободное время, встречать рассветы, провожать закаты…

Может, Давина права? Может, любви нет и всё это только сказки для глупых девочек? Существует лишь влечение, которое быстро проходит?

Может, стоит смириться и забыть о прошлой жизни и начать новую, королевскую? Никто не сделает тебе больно, если ты не подпустишь его близко…

Спустя несколько часов мы уже стояли на поляне. Все были одеты одинаково и различались лишь цветом. Сёстры — близняшки, ей богу. Нас ждали семь прекрасных белоснежных лошадей, гривы которых выкрашенные в семь цветов: жёлтый, розовый, синий, красный, фиолетовый, бирюзовый и оранжевый. Нетрудно догадаться, какой конь был предназначен той или иной принцессе.

Если честно, от пестроты и яркости Иннотентии рябило в глазах и начинало подташнивать.

Когда-то в детстве я посещала уроки езды, и мне это очень нравилось. Каждый раз сидя верхом, чувствовала свободу, эйфорию и адреналин, что ударял в голову и пьянил.

К сожалению, содержать лошадь у нашей семьи не хватило денег, поэтому покупка коня осталась лишь подростковой мечтой. Иннотентия словно играла на моих эмоциях, заставляя мысленно пережить приятные воспоминания.

Интересно, так у всех или только у меня?

Шенна восседала на золотистом скакуне в таком же наряде, что и мы, выделяясь белоснежным цветом. И она бы сошла за принцессу, если не вчерашняя диадема в её волосах. Томас стоял рядом, послушно держа повод (1) лошади.

Я поняла, что это мой шанс. Шанс вылететь из глупого состязания. Шанс вернуться домой. Не дожидаясь приказа, я смело подошла к коню, потеребив его за гриву. Почему бы и не изобразить полное неумение кататься?

— Вау! А как забраться?! — театрально прокричала я с целью привлечь к себе внимание. — Даже не знаю! Это не опасно? — вставила ногу в стремена (2), специально неправильно, легко подтянулась и оказалась в седле… спиной к гриве. — Упс, говорю же, не умею садиться верхом, не буду пытаться залезть ещё раз, — вульгарно задирая ноги и громко кряхтя, я пересела.

Еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Реакция окружающих была феноменальной: абсолютно все стояли молча, удивлённо и обескураженно уставившись на меня. Бекендорф, в который раз за последние сутки, вытирал пот со лба. Бедный, ему после такого нужен отпуск. А лучше пенсия. Интересно, сколько он таких девиц на своём веку повидал?

Напряжённость момента разрядил заливистый смех Шенны.

— Принцессы, вам стоит последовать её примеру. По-моему, я ясно выразилась, что через час состоится урок верховой езды. Почему же вы до сих пор не оседлали лошадей? Мне кажется, что только Аннет меня слушает.

Блеск! Моё имя ещё и запомнили.

И долго мне стараться сделать что-то, чтобы разозлить Шенну, но каждый раз больше угождать и располагать к себе?! Так и королевой сего дурдома недалеко стать.

Внезапно в голове возникла очередная блестящая мысль, которая точно должна разрушить хорошее впечатление обо мне. Блестящей она казалось только мне, окружающие, наверное, пришли в дикий ужас. Схватив поводья и сильно ударив по бокам лошади, я завизжала: любой даже абсолютно спокойный конь перепугался бы.

Что случилось и с моим скакуном, и он, словно сойдя с ума, побежал трусцой в сторону леса.

— Я совершенно не умею управлять этим монстром! — дико проорала я, ещё больше пугая бедного коня.

Скакун, полностью обезумев, утащил меня в чащу где я старательно попыталась не свалиться с седла…

В этот момент мне задумка показалась не такой уж и правильной, и даже опасной для жизни. Но я же искательница приключений?..

(1) Повод — длинный ремешок, позволяющий всаднику поддерживать контакт со ртом лошади, и для её контроля.

(2) Стремена — небольшие петли для фиксации ног всадника. Также служат подставкой, чтобы сесть на лошадь.

Когда я ускакала за пределы видимости слуг, запросто взяла контроль над обезумевшим конём, но темп не сбавила. Я руководствовалась простой логикой. Чем быстрее конь, чем дальше убежит от надзирателей, чем дольше они будут искать меня, тем сильнее разозлится королева. Ну, или не достаточно простой…

Сошлют ли меня после такой выходки домой?

Идеальный план. Жаль, правда, что ему не дали сбыться: Давина легко нагнала меня.

И зачем она меня преследует?!

Закатила глаза.

— Не ожидала увидеть? — бесцеремонная принцесса одиннадцатого домика поравнялась со мной, чем раздразнила ещё больше. — Думаешь, что только ты одна умеешь ездить на лошадях?

— Как ты поняла… — опешила, и моя злость моментально улетучилась, заменившись любопытством.

— Ага, по-твоему, я галоп от неуправляемой скачки не отличу?

— Если ты легко меня обнаружила, то почему среди прислужников меня не поймали? — расстроенно поинтересовалась. Мой план трещал по швам.

— Ну, во-первых, у них нет магии, а я послала за тобой навигационную нить. Во-вторых, пока они найдут лошадей, ты скроешься в чаще леса, потеряешься, заблудишься. В-третьих, я сорвалась с места сразу, лишь ты устремилась в лес, — отчеканила Давина, явно довольная собой.

— У тебя появятся неприятности из-за меня. Будущим королевам не пристало гоняться за сбежавшими девчонками, — бросила, размышляя как скрыться от навязчивой знакомой.

— Если ты продолжишь вредничать, то нашлю на твою лошадь заклинание послушания и выведу к придворным, — спокойствию Давины я могла только позавидовать. И откуда берутся столь невозмутимые люди?

— Ты освоила всё волшебством? — громко и показательно хмыкнула. Самоуверенность Давины раздражала. Злость становилась всё сильнее, и я не выдержала, мысленно представила барьер меж скакунами, и взмахнула рукой. — Давай, попробуй.

— Чудесно, ты тоже познала магию. Делаешь успехи. Поздравляю, — конь Давины, наткнувшись на невидимую преграду, фыркнул.

Я порадовалась скромным результатом.

— Ага. И совершенно не соревнуюсь с тобой. Если хочешь стать новой правительнице-пожалуйста. Мешать не буду. Я всего лишь хочу домой. А ты угождай королеве сколько влезет.

— Я не пытаюсь кому-либо понравиться, я остаюсь собой, как и ты, в отличие от других невзрачных «принцессок», которые лебезят перед Шенной, мечтая занять её место, не понимая, что ждёт их дальше. Кстати, если ты не участвовать в отборе, скажи Шенне, и она отправит тебя в родной мир.

Замолчала, поразившись внезапному решению. Серьёзно?! Почему я не подумала об этом раньше? Я ведь могу отказаться от состязания… от коронации… Но не может же быть всё настолько просто!

Некоторое время мы ехали молча, постепенно сбавляя шаг. Давно убрала барьер из-за его ненужности. Чего я хотела добиться? Понтануться перед новой знакомой? А какой в этом смысл?

— Если Эдмунда превратили в енота, то кто рядом с тобой сейчас? — наконец, нарушила я тишину, которая давила всё больше с каждой секундой.

— Хьюберт, хозяин первого домика, раз его принцесса выбыла. Он рад, что ему позволили поменяться, а не засунули в лампу для лакеев, — равнодушно пожала плечами спутница.

— Прости, куда? — я резко затормозила, уставившись на собеседницу. Её фраза меня поразила. Похоже, я ещё не утратила способность удивляться.

Ну, и мирок…

Давина тоже остановилась, покачав головой.

— Разве ты не спрашивала у лакея о том, как устроена Иннотентия? — и, видимо, заметив удивление в моих глазах, глубоко вздохнула и заговорила: — правительницей должна стать невинная девушка, ведь только такая будет мудро властвовать, найдя источник магии. Бонусом она получит вечную молодость. Она сможет оставить трон по той или иной причине, к примеру, решив продолжить род, но тогда ей придётся стать простой смертной. И тогда в Нова Реджин придут новые претендентки на трон, которых нынешняя королева испытает как пожелает. К каждой из принцесс будет прикреплён лакей, своеобразный друг, живущий вечно. Если его конкурсантка победит, то он станет пажом, а все остальные вернутся в лампу до следующего отбора.

То, что говорила Давина удивляло. Сказочный мир Иннотентии сводил с ума. Эти законы и обычаи казались дикими. Покачала головой, не в силах справиться с эмоциями. Давина же неумолимо излагала историю:

— Отбор, в котором победила Шенна, состоялись тридцать лет назад. Ей миновало всего восемнадцать, когда она взошла на престол, и с тех пор почти не изменилась. Предыдущая правительница Камилла исполняла царские обязанности четыреста лет, но случилась война. Камилла смогла защитить Иннотентию, но трагично погибла сама, передав близкой фрейлине право выбрать следующую.

— Почему фрейлина не заняла трон?

— Ты задаёшь слишком много глупых вопросов, Аннет. Да, фрейлина при королеве жила вечно, но лишилась магии, когда встретила любовь… Как только умерла королева, умерла и молодость первой советчицы, и она тихо погибала, мгновенно старея.

Я молчала, внимательно слушая спутницу, чувствуя себя на уроке истории. Впрочем, будь учительница в школе хоть вполовину столь интересная и харизматичная, как Давина, то я ни за что бы не прогуляла ни одного урока. Но, увы, не всем дано быть хорошими рассказчиками.

От мыслей отвлекли нагнавшие нас Шенна с пажом и принцессы, неуверенно держащиеся на лошадях. Ей богу, они смешно сидели в седле, и я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться потешному зрелищу.

— Мы еле-еле вас нашли, — Шенна нависла над нами тучей. — Убегать в лес безрассудно! О чём вы обе думали?!

Да, это был мой шанс. Но. Я понимала, что если меня выгонят сейчас, то вместе Давиной. А эта девушка явно не горела желанием вернуться в родной мир. Да, что у неё случилось там? Почему она перестала верить в любовь и с какой целью так интересуется здешними традициями?

В конце концов, кто, если не Давина, станет прекрасной королевой Иннотентии?!

Надо действовать. Глубоко вздохнула и залепетала:

— Давина с помощью волшебства нашла меня и смогла успокоить мою лошадь. Простите нас, Ваше Величество.

— Она научилась колдовать? На второй день?! — удивилась Шенна, пристально уставившись на Давину, на секунду забыв обо мне. — Превосходно! — захлопала она в ладоши от радости, а затем всмотрелась в Давину. — Какой потенциал! — потом перевела взгляд на меня, отчего вздрогнула, почувствовав легкое покалывание в груди. Ощущение того, что меня сканирули, не пропадало. — И у тебя проснулась магия, дитя моё, — но Шенна быстро потеряла ко мне интерес, и я облегчённо выдохнула. — Как тебя зовут, напомни, бирюзовая принцесса?

— Давина, Ваше Величество.

— Прекрасно, девочки мои, — кивнула женщина, а потом обратилась ко всем: — сегодня у вас свободный вечер. Проведите его с пользой, потому что завтра я жду от вас выступление. Каждая из вас должна показать себя, — после чего, развернув лошадь, направилась к выходу из леса, оставляя после себя яркую нить, по которой любая нашла бы дорогу назад.

Мы с Давиной задержались. Я не торопилась следовать за ними, а она явно хотела мнечем-то со мной поделиться.

— Зачем ты выделила меня? — прошептала она, когда мы остались наедине.

— Из всех девушек ты больше всего достойна взойти на престол. А если бы я не сказала правду, нас бы вышвырнули обеих, — честно призналась я, пожав плечами.

— Ты поступила как истинная подруга, — после небольшой паузы, оценивающе рассматривая меня, произнесла Давина.

Похоже, она посмотрела на меня новыми глазами.

— Брось, я не сделала ничего, просто хотела поблагодарить за вчерашний день, — я потёрла ладони и запустила комочек света вверх.

Как же всё-таки приятно колдовать!

Дорогие читатели прод! Мне очень важна ваша поддержка в виде комментариев (даже маленькое "спасибо" / "спасибо за проду" очень приятны). Хочу знать сколько ещё рядом со мной, скольким людям нравится данная история.

По традиции, самые активное, часто комментирующие получат от меня бонусы и подарки. И первый бонус уже на подходе.

Дворец имел множество залов, коридоров, в которых легко можно было заблудиться. По легенде, ходящей в Иннотентии с зарождения времён, в лабиринтах замка потерялось немало воров и странников, и теперь их призраки скулят в подземелье, желая обрести наконец-то свободу. Правда ли это, или очередные детские страшилки — мы никогда не узнаем.

В одной из комнат без окон, больше напоминавший приёмную для гостей, на мягких и удобных диванах сидело трое деловых мужчин и две статные женщины. Небольшое помещение согревал огонь в камине, а освещали несколько сотен свечей, повисших в воздухе.

Возле пламени в кресле расположилась королева. Она наблюдала над беседой учредителей, ведь не только ей выбирать будущую наследницу, хоть и за ней и было решающее слово. Две фрейлины, яро спорили с таинником, пытаясь настоять на своём. Двое советников, сохраняя внешнее спокойствие, молча слушали смешную перебранку.

В дверь аккуратно отворилась. В покои тихо вошла Тамилла. Собрание являлось тайным, и она не хотела его нарушить.

— Ты, как всегда, опоздала, — зло сверкнув глазами, отметила девушка со светлыми волосами. Она недовольно тряхнула локонами и нахмурилась.

— Хельга, я в отличие от тебя, делом занимаюсь, а не языком чешу, — бросила Тамилла, поведя плечами. Никто из организаторов знать не знал, что она секретно участвовала в состязаниях на трон.

Хельга надула губы и уже открыла рот, чтобы выдать гневную тираду, но Шенна предостерегающе подняла правую ладонь и тихо произнесла:

— Хватит. Мы собрались здесь не для ругани. Времени у нас очень мало.

— Мало? Ещё пять дней впереди, а у нас половина участниц отсеялась! — возмутилась третья. Она имела иссиня-чёрный цвет волос, что выделялось на фоне остальных.

— Агата, перестань. Эти соревнования совсем не хуже, чем тридцать лет назад, — снисходительно ухмыльнулся мужчина, который до этого молчал.

— Вы же понимаете, что вы трое развеетесь в тот же миг, когда Шенна откажется от престола и, если нынешняя королева не заключит с вами контракт на крови? — Тамилла сверкнула глазами.

— Ну, я видел на своём веку трёх правительниц. Я устал, и хочу на покой. Вечная жизнь не для меня, — тепло улыбнулся он.

— Орест! Что ты такое говоришь! — воскликнула Хельга, в ужасе закрыв рот рукой.

— Иннотентия без тебя загнётся в пару месяцев!

— Ты недооцениваешь Иннотентию и новое поколение. Я уверен, что следующая царица будет ничуть не хуже, а то и лучше Шенны. Прости, если обидел, — добродушно проговорил Орест, посмотрев на Шенну. Та кивнула в ответ, подтвердив, что всё нормально.

Молодость Ореста была только внешней. Если заглянуть в его карие глаза… В них виднелась мудрость прожитых столетий. Он в комнате был самым старшим. Они с

Маркелом, тихим соседом слева, жили не при одной королеве. И Орест устал, желая завершить всё это.

Другое дело Клим: он заключил договор на крови только при Шенне. Относительно остальных он был молод, горяч и прямо — таки желал занять центральные места, что в Иннотентии не было подвластно мужчинам, как бы магияведы не старались отыскать её источник.

— Я хотела бы обсудить с вами претенденток. У вас уже есть фавориты? — Шенна перевела тему, пока никто не переругался.

— Никакие бы фавориты не были бы нужны, если бы ты осталась на своём месте, — едко заметила Хельга, отчего получила локтем в бок от Агаты.

Хельга никак не могла смириться с решением Шенны, но, в отличие от Тамиллы, не потому, что теряла лучшую подругу. Хельга когда-то тоже мечтала встретить свою любовь. Участвуя в отборе, она пожелала стать фрейлиной, обрести магию, вечную молодость до тех пор, пока не познакомиться с нужным принцем. Годы шли, и именно Шенна обрела то, что хотела Хельга. А если новая королева не заключит с ней магический контракт? Хельга даже думать боялась о роковых последствиях.

— Хельга, я не могу править вечно, — снисходительно улыбнулась Шенна. — Что ж, если вы не хотите говорить, то скажу я. Мне пока импонирует Аннет.

И Шенна тихо порадовалась, увидев реакцию, которую вызвала своей короткой, но ёмкой репликой. Никто не остался равнодушным: каждый накинулся на девушку.

— Эта бунтарка?! Она с самого начала мне не нравится! На первые смотрины вырядилась в невесть что, пыталась строить из себя королеву… — из уст Хельги полился настоящий яд.

— Но в отличие от выбывших, она также сохранила свою честь, не поддавшись чарам ни одного из образов её возлюбленных, — мудро кивнул Орест.

— Она могла просто не поверить, что перед ней именно он! — взвизгнула Хельга, эмоционально вскинув руки, задев при этом Агату. Та ойкнула, но промолчала.

— Это не отменяет результата, — Орест продолжал добро улыбаться, но в его глазах так и горели огоньки.

— Сегодня она запрыгнула на коня и поскакала вглубь. Если бы не Давина… — Хельга буквально задыхалась от возмущения от поведения не нравившейся ей кандидатки.

— Ага, а ещё она сейчас, против воли королевы собирает принцесс, чтобы познакомиться и/или подружиться, — добавила Тамилла, сверкнув глазами. — Это противоречит всем возможным законам Иннотентии.

— Правила давно пора менять. Мы же не в Средневековье. Ты взгляни на продвинутость иных миров, — неожиданно заговорил Маркел. — Мы магически развиты, но ты видела технологии, способности и достижения других миров? И, если так посмотреть, то из неё получится неплохой лидер, если у неё удастся собрать хотя бы половину девушек.

Между учредителями воцарилась тишина. Каждый словно боялся сказать хоть слово, перебить мысли другого.

— А мне нравится Аннет. Есть у неё что-то неземное, нечеловеческое. В общем, посмотрим, что будет дальше, — прервала молчание Агата.

Шенна кивнула, взглядом окинув всех присутствующих.

— Вы не поверите, — затараторил Клим. — Но мне симпатична Катрина. Она ещё ни один закон Иннотентии своим поведением не нарушила. На первых смотрах оделась под моду мира, идеально попав под все наши каноны, на балу вежливо отказывала ей принцам, разговаривая с прислугой, а на скачках с лошадьми и вовсе держалась достойно. Я рекомендую присмотреться к ней.

Перешёптываясь, все тихо согласились с мнением Клима. Катрина явно стоила того, чтобы приглядеться к ней.

Тамилла хищно ухмылялась, заговорив следующей:

— А как вам Давина? Иномирянка с чёткой позицией, что любви нет. Конечно, она попала сюда не совсем корректно, но за Аннет неплохо присматривает. Если бы не она, то мы бы потеряли шаловливую девицу ещё после бала, когда та улепётывала в противоположную от замка сторону. Я уже хотела позвать Бекендорфа.

— Да, Давина хороша. Но тебя не смущает, что она целовалась с парнем? — Хельга ревностно сверкнула глазами.

— Как будто это преступление! — махнула рукой Тамилла, бросив недолгий взгляд на Шенну. Между ними образовалась короткая мысленная связь, после которой Шенна покачала головой. Что же они обе знали, о чём не подозревали другие присутствующие?

— Ещё какое! Мы не сможем предугадать, как скажется это на её магии! — продолжала вопить Хельга.

— Успокойся. Она одна из первых начала колдовать, — Агата положила руку на плечо разнервничавшейся подруги. Ладонь загорелась голубым светом, после чего по телу Хельги поползло приятное тепло. — Как и Катрина, как и Аннет.

— М-да, а остальные девушки-то и не особо яркие, — почесал репу Орест. — Пелагея из тринадцатого домика блёклая, скромная, зажатая, как и Элиса из второго. Ничего выделяющегося они так и не сделали.

— А это плохо? Разве правительница не должна быть покорна? — рассудительно заметила Агата. — Не всегда бунтарство — правильное поведение. Иногда спокойствие и покорность

— лучшие оружия королевы.

— Насчёт Карен… Не сказал бы, что она тихая, — поддержал Клим. — По-моему, эта блондинка ещё покажет себя.

— Мне больше не понятно, почему Диана на их фоне теряется, — вздохнул Маркел. — Принцесса-то, из нашего мира! Вон Катрина-то какая молодец! Её заметно, а Диана?

— Не всем девушкам править. Мне кажется, она станет отличной фрейлиной, если захочет,

— улыбнулась Тамилла. — И иногда оставаться в тени, это и есть высшее мастерство.

За несколько часов до разговора учредителей.

Мы спокойно выехали на поляну, где каждой принцессе лакей помог слезть с лошади. Слуги уводили коней. Королевы и вовсе след простыл.

Мои соперницы уже собирались по домам. По их потерянным взглядам я догадалась, что они не знали, куда потратить день. Признаться честно, я и сама не понимала куда себя деть. С одной стороны, хотелось исследовать мир, но с другой — попытаться найти хотя бы один способ вернуться в родной мир. Одолевали противоречивые думы, сжирая изнутри, не давая расслабиться ни на минуту.

Неожиданно в голову пришла безумная идея, которую я тут же и озвучила:

— Девчонки! — рискнула я привлечь их внимание. — Раз у нас выпала такая возможность… может, соберёмся вместе и пообщаемся… Познакомимся…

Давина скептически взглянула на меня, скрестив руки на груди. Скорчила ей в ответ гримасу. Нечего в меня не верить!

Впрочем, остальные тоже смотрели недоверчиво, с опаской. Словно я какой-то террорист или человек, который хочет заманить их в ловушку и избавиться от них.

Отогнала странные мысли. У них есть причины для волнений. Согласна.

— Для чего? — поинтересовалась шатенка в жёлтом одеянии.

— Чтобы ты превратила нас в летучих мышей? Нет уж, я пас! — выкрикнула блондинка с ярко-розовыми оттенками в наряде. Другие девушки боязливо переглянулись.

— Да брось! Ты сама владеешь магией не хуже неё, Карен, — Давина не смогла промолчать, явно защищая меня. И откуда она всё знает?

— Кто бы говорил! Моё имя до сих пор не спросили, а её стало известно на первый день! — фыркнула самодовольная Карен. Похоже, я очень сильно ущемила её самолюбие. Ах! Как же я посмела!

— Это важно? — задала разумный вопрос принцесса из последнего домика. И только после того, как крутившаяся мысль была озвучена, до меня дошла весомость этого события.

— Важно, Пелагея, важно, — Карен сверкнула глазами.

— Откуда ты… — испуганно начала Пелагея, но Карен её перебила:

— Я владею магией, если ты не заметила. Ах да! Куда тебе, тринадцатой, до меня?

— Номер дома не имеет значения! — возмутилась Давина, попытавшись хоть как-то унять разгорающийся спор.

Я же стояла неподалёку от шести воинственно-настроенных девчонок и совершенно не понимала, почему они так резко взъелись друг на друга.

От обилия имён кругом шла голова. Некоторые, как оказалось, уже были знакомы. Когда успели? Неужели, я была настолько увлечена желанием вернуться домой, что не замечала окружающих?

— Учредители и без того знают всё о вас, — подала голос девушка номер восемь в алом одеянии. Именно от неё я вчера получила презрительный взгляд. — Как только правительница спрашивает о вашем имени, с того момента вы становитесь достойными стать королевой.

Карен сверкнула глазами, всматриваясь в соперницу, явно прикидывая каким образом её лучше убить. От этого взгляда даже мне нехорошо стало!

Впрочем, она отвернулась от восьмой, чьего имени я не знала, и посмотрела на Давину, воинственно скрестив руки на груди.

— Тебя в списке претенденток не было. Ты очутилась здесь совершенно случайно, заняв место Линды. Каково это, а, пятнадцатая?

Давина уже подняла ладонь, явно желая сказать что-то едкое в ответ, или, что хуже, и вовсе проклясть, но её прервала девушка в синем. Она спокойно вышла вперёд и встала между готовыми подраться:

— Замолчите! Я Диана, и мне плевать, что правительница не спросила моего имени, потому что я не выделилась. Сейчас уже не важно какой по счёту нас заметили в других мирах. Посмотрите на себя: вы ругаетесь, как неизвестно кто, а ведь каждая из вас прынцесса, кандидатка в королевы, — она кисло улыбнулась и обратилась к огненной: — Катрина, если мы обе отсюда, это абсолютно не означает, что стоит кичиться этим и выставлять свои знания напоказ. Я тоже могу рассказать об Иннотентии много чего, как лестного, так и не очень.

— Иннотентия — твой родной дом, — нехорошие искорки зажглись в глазах Катрины. Красный цвет идеально подходил её взрывному характеру. — Ты не можешь отзываться о нём плохо.

— Дом — это место, где ты хочешь жить, а не там, где ты родился, — спокойно произнесла Диана, и я поразилась её умению держаться. И, в общем-то, в её словах был смысл.

— Тогда что ты делаешь в отборе? — Катрина не собиралась сдаваться, и со стороны казалось, что спорят пламя и вода. И каждая из стихий резонно опасается другую, боясь напасть первой.

— Я хочу сделать Иннотентию лучше, — фыркнула Диана, взглядом окинув всех своих соперниц.

Между нами воцарилось молчание. Семь красавиц, такие разные, и такие одинаковые, одновременно, тихо переглядывались, не решаясь сказать ни слова. После таких ярких фраз явно нечего было добавить.

Тяжело вздохнула. Я заварила эту кашу, мне же её и разгребать.

— В общем, давайте посидим как принцессы, пообщаемся… — неуверенно пробормотала я.

Девушка из пятого домика поразила всех. У меня даже шутить на тему «принцессы Дианы» расхотелось. Её имя идеально подходило ей, словно было создано для неё. Нередко такое увидишь.

А огненная Катрина и вовсе пугала одним только видом.

Но я собралась с силами и уже заговорила гораздо смелее:

— Да вы посмотрите на себя! Какие из нас принцессы? Мы все — обычные девочки, у которых детская мечта сбылась. Мы оказались в сказке, полной магии, роскоши и веселья. Но без принцев. Неужели никто не чувствует себя одиноко? — выдохнула и сделала паузу, — Может соберёмся вечером по-простому возле костра, устроим себе небольшой пикник?

Неожиданно, но мою идею поддержали. Не знаю, хорошо это, или плохо, но мы договорились встретиться и посидеть у костра.

В Иннотентии не было драконов, которые воровали девиц, не было отважных рыцарей, что спасали бы невинных дев. Война и жестокость обошли стороной волшебный мир. Здесь не заточали в башнях, ведьмы не проклинали на вечные страдания. Все жили в достатке «долго и счастливо».

Именно так я охарактеризовала королевство. Это не делало его хуже, оно просто разрывало любые шаблоны сказок, знакомых мне с детства. А ещё в «хэппи енде», привычном для моего мира, отсутствовал жених. Я выросла на Золушке, Белоснежке, Спящей красавице, Жасмин.

И не уверена, что соглашусь с таким раскладом. Остаться одной.

Я могла бесконечно перечислять принцесс, получивших в конце любовь, но до сих пор не понимала, почему их история заканчивалась свадьбой. По какой причине нельзя было показать хотя бы пару мгновений после? Как они преодолевали трудности, притирались, обретали счастье.

Но я слишком увлеклась. Спустя пару часов идея собраться у костра уже не казалась гениальной, и начала пугать. Волнуясь, я бегала по комнате, пытаясь придумать что взять с собой, Бекендорф собирал внизу еду, а Давина вальяжно расселась на моей кровати, по — царски закинув ногу на ногу. При этом она умудрялась элегантно пить чай из чашки, периодически ставила её на блюдечко, не забывая при этом позвякивать.

У неё, что, в жилах течёт королевская кровь? Не удивлюсь, если узнаю, что её родители из этого мира, и в наш она попала случайно.

— Если ты до сих пор хочешь вернуться домой, к своей любви, то могла бы сказать об этом Шенне. Думаю, она бы расстроилась, что ты не желаешь принять её наследие, но спокойно отпустила, — Давина продолжала давать мудрые советы, о которых её не просили. Бесили и то, что она была права. Но признаваться в этом я не хотела.

После дневной перепалки между принцессами мы не виделись больше часа, а потом она просто, без разрешения завалилась ко мне. И ей оно явно не требовалось.

На ней уже не было платья, лишь вполне удобные джинсы и толстовка. Я оценила её выбор: она явно оделась соответствующе погоде и мероприятию.

В итоге отмахнулась от её едкого замечания. Не могла сознаться подруге, что боюсь сказать что-то королеве. Вдруг за мою дерзость она не домой отправит, а в жабу превратит? И стану я Царевной — лягушкой, в ожидании принца, который меня поцелует. Ай! Это же не тот мир… Тогда у меня вообще никаких шансов снова стать человеком.

— В конце концов, кто, если не я составит тебе неплохую конкуренцию? — в очередной раз отшутилась. Знала Давину всего второй день, но уже прекрасно понимала, что просто так от неё уже не отделаюсь.

Ух!

— Ну, даже не знаю, — Давина вновь поднесла чашку к губам. Как у неё столь элегантно получается? — Думаю, Карен хорошо справится. Или Катрина.

— Карен — типичная блондинка. Не хочу отдавать Иннотентию… ей, — фыркнула, зло зыркнув на собеседницу. Из всех девчонок она вызвала стойкую антипатию. Даже огненная Катрина, явно выделяющаяся на фоне остальных, и то настолько сильно не раздражала. Ну, родилась ты в этом мире, знаешь о нём, кичишься этим, ну флаг тебе в п.

— А, может, ты полюбила Иннотентию, и в глубине души сама хочешь стать правительницей? Тогда одна просьба: возьми меня во фрейлины.

— Обойдёшься, — хмыкнула я. Дерзкое предположение, но этот слащавый мир иногда выводил из себя своей нелогичность. — Быть тебе королевой.

Давина издала очень странный звук, выйдя из образа принцессы. Повела плечами. Отнюдь не мои проблемы.

Если бы знала, что нас ждёт, ни за что бы не согласилась идти на встречу с избалованными девчонками. Но это была моя идея, и мне за неё расплачиваться.

Мы собрались в районе шести, и только я догадалась взять рюкзак. Мне захотелось ругаться на великовозрастных детей. Но я сдержалась. Еле-еле. Закрыла глаза, досчитала до десяти и возмущённо воскликнула:

— Неужели вы раньше в походы не ходили?!

К счастью, они пришли не в юбках, и их наряды с натяжкой, но соответствовали будущей прогулке.

Вечерело, близился закат. Погода располагала к идеальным посиделкам возле костра. Я быстро нашла малиновый пруд, который недавно показывал мне Бекендорф. Иномирянки лишь восхищённо переглянулись. Диана и Катрина хорошо знали это место. Диана улыбалась, одобряя мой выбор, а Катрина стояла, скрестив руки на груди, высокомерно глядя на присутствующих.

Являясь единственным ребёнком в семье, я многое умела, благодаря папе. Могла без проблем срубить дерево, вбить гвоздь, что-либо починить. Отец всегда хотел сына. А сколько было походов, ночей на природе, в палатке! И ворчание мамы на следующий день, что её красавишну искусали. Ну, не выросла из меня принцеска! Только пацанка.

И по иронии судьбы я здесь, на отборе.

Конечно же девчонки начали канючить, что собирать ветки не для их нежных ручек, но, к счастью, на помощь подоспела магия Катрины и Давины, которые без лишних вопросов сделали то, что не могли другие. Карен фыркала и всё больше становилась похожей на жабу. Она явно злилась, что упустила возможность проявить себя. Усмехнулась: вот кто не может спрятать эго, так и выпирает.

Через несколько минут мы сидели возле костра, уплетая бутерброды, запивали соком и весело болтали обо всём и ни о чём. Мне впервые понравилось в Иннотентии. Никогда ранее не была в компании, состоящей только из лиц женского пола. Не получалось у меня дружить с девушками.

— Я очень рада, что ты смогла нас вытащить, Аннет. Ты неплохо выделяешься среди всех,

— улыбнулась Диана, и я зарделась от такой лестной похвалы. — У тебя есть лидерские способности.

— Брось, если не ты, Карен явно убедила бы всех, что я замышляю что-то ужасное. Наверное, собираюсь превратить вас в летучих мышей, — рассмеялась я, а Карен скривилась. — Расскажешь о себе?

— Нам всем стоило собраться в первый же день, но лучше поздно, чем никогда, верно? — Диана скромно опустила голову. Она занервничала и не знала, с чего начать. — Как я говорила, меня зовут Диана, мне недавно исполнилось шестнадцать лет… Я родилась и выросла в Иннотентии, в семье крестьянки-матери, которая давно хотела выдать меня замуж. Засиделась я в девках — мои родители рано поженились: матери было тринадцать.

Для жительниц другого мира, где семью заводили не раньше восемнадцати, а то и до тридцати не торопились, услышать это было дико. Я видела удивлённые лица Давины, Пелагеи, Элис, и даже Карен не осталась равнодушной, издав какой-то странный гортанный звук. Одна Катрина сидела молча, в упор глядя на рассказчицу.

Диана повествовала нам о приключениях в Иннотентии, о том, как мечтала встретить дракона и защитить деревню от зла. Она сообщила нам, что дети для неё не главный приоритет, и что жить ей всегда хотелось для других.

— Я знала, что существуют иные миры, старалась учиться, но в нашей деревне к девушкам, что изучают грамоту, относятся хуже, чем к ведьмам. Но я всё равно продолжала познавать всё то, что, мне казалось, когда-то пригодится в жизни.

— И правильно делают, — фыркнула до этого время молчавшая Катрина.

— Почему? — удивлённо пискнула Пелагея. Среди нас она казалась самой младшей.

— Потому что высшие знания должны быть доступны только для знати, для королевы и для фрейлин. Остальные девушки не должны выделяться. У них своя цель: продолжать род. Королева и фрейлины лишены этих возможностей, если хотят защищать свой народ. Каждый должен чем-то жертвовать, иначе вся система Иннотентии, создаваемая веками, рухнет в один короткий миг.

— И что ты выучила? — я проигнорировала пламенную речь Катрины.

Не согласилась с ней. Все имеют право выбрать самостоятельно, чего они хотят от своей жизни. Иначе, в чём смысл?

— Арифметику, астрономию, грамоту, и очень хочу продолжить обучение. Если стану правительницей, то открою школы для девушек, — мечтательно лепетала Диана, а затем резко прервалась: — в один прекрасный момент ко мне пришёл Лодмунд, пригласив меня поучаствовать в состязании. Мать не обрадовалась, но не смогла возразить королеве.

История Дианы была по-своему удивительна, и тогда я, увлекшись непринуждённой беседой, поведала о себе: о том, что всегда была искательницей приключений, что попала в Иннотентию случайно, открыв не ту дверь. Рассказала и об учёбе в моём мире, и о технике, о которой Диана не знала, но с восторгом и замиранием сердца слушала. Умолчала лишь о Дмитрии. Другим о нём знать не стоило.

— Ты вряд ли очутилась здесь случайно. Тебя, как и остальных избрала Шенна, — Катрина сверкнула глазами, посмотрев на меня. От этого взгляда стало не по себе, но я вновь промолчала.

Если честно, Катрина пугала. Не удивлюсь, если она станет королевой. С таким характером, только миром править, ей богу!

Давина, видимо почувствовав накаляющуюся обстановку, заговорила, переведя внимание на себя. Я, в принципе уже знала о ней, и поэтому наблюдала за реакцией девушек. Катрина насупилась, но ничего так и не сказала.

— Мне двадцать два, и немного неуютно, что я, похоже, старше всех. Воспитывалась в приюте, и даже не знаю своего настоящего дня рождения. Мои родители оставили меня в корзинке на пороге детдома ночью очень жаркого лета, — никто и слова пискнуть не мог: все напряжённо смотрели на неё, и даже увидела жалость в глазах Дианы, Элисы и Пелагеи. Да уж, не позавидуешь. — Поступила на журфак, собиралась работать журналисткой. Простая и местами скучная жизнь, — Давина говорила отстранённо, холодно. Я так и не смогла понять больно ли ей делиться с нами своей непростой жизнью.

— На первых смотрах королева заявила, что ты целовалась с парнем. Не такая уж и скучная жизнь, — бестактно фыркнула Карен.

Кто-то ахнул, несколько девочек устремили гневный взор в сторону Карен. Даже Катрина не осталась равнодушной. Надо же! А я начинала думать, что она — робот. Но Карен, похоже, было плевать. Она вела себя дерзко, некрасиво и вызывала раздражение одним только присутствием среди нас.

— Я устроилась на стажировку, где познакомилась с ним, — флегматично продолжила Давина, ничуть не смутившись. — Мне даже показалось, что мы любим друг друга. Начались отношения, мы пару раз поцеловались, но я никак не могла переступить грань. А потом застала его с другой и услышала, что я фригидна, — Давина пожала плечами и потянулась к стакану с соком.

Все замерли, не зная, что сказать. Я еле-еле промолчала, сдержав едкие замечания в сторону похотливо идиота. Теперь понятно, почему Давина уверена, что любви нет! Мудак разбил ей сердце! Сжала кулаки от негодования. Хотелось вернуться в наш мир, чтобы набить ему морду!

Мы все напряглись. Больше всего я испугалась, что эмоции Давины выйдут из-под контроля, а вместе с этим и магия. Чего хорошего можно ожидать от разъярённой ведьмы?!

Я запаниковала, молча следя за ней…

Мои волнения были напрасны. Давина взяла сок, промочила горло и спокойно резюмировала:

— Если честно, я не хочу возвращаться. Меня там не ждут, никто не потерял. Я бы с удовольствием осталась фрейлиной у новой правительницы.

А я же позавидовала её стойкости и умению держать эмоции при себе. Мне бы её способности!

— Поддерживаю! — воскликнула Диана, пытаясь разрядить накалившуюся обстановку. — Я бы многое сделала для королевства, и о моей преданности слагали бы легенды местные сказочники.

— Есть такая профессия? — не смогла не удивиться, мгновенно переключившись на заинтересовавшую меня тему.

— О, ты так мало знаешь об Иннотентии, — Диана заливисто рассмеялась, подмигнув.

Карен громко фыркнула, желая выделиться.

— Карен, да ты без помощи Аннет сейчас в лягушку превратишься, — пошутила Давина, отчего мы все расхохотались.

Болезненная история Давины канула, напряжение спало.

— А я думаю, что любовь существует. — когда девчонки просмеялись, стеснительная Пелагея вдруг решила рассказать о себе. — Да, вы скажите, что это россказни маленькой девочки, ведь мне всего пятнадцать, но.

— На Земле уже в одиннадцать имеют беспорядочные связи и залетают, а в Иннотентии в тринадцать выйти замуж — норма. Ты серьёзно думаешь, что мы посчитаем тебя мелкой? — ободряюще улыбнулась Элиса, попытавшись поддержать скромницу.

Та благодарно кивнула.

— Значение возраста преувеличенно. У каждого свой путь, — снисходительно добавила Катрина, и мои бровь взлетели, когда я услышала от неё что-то поучительное, но доброе. Эта кандидатка удивляла каждую секунду.

— В общем, в школе есть мальчик, который мне нравится… И которому я, вроде как, небезразлична. Мы много гуляем, проводим время наедине и, по-моему, у нас было свидание, — Пелагея покраснела, пряча глаза.

Карен, не сдерживаясь, расхохоталась.

— Ну, или у него гормоны шалят, и он хочет тебя завалить, — просмеявшись, поставила она диагноз.

Может, влепить ей магическую пощёчину? Ну, уж очень сильное желание! Невозможно себя ведёт! Правда!

— Да, что вы на меня смотрите? Не могу я похвастаться ни разбитым сердцем, ни парнем, который хочет меня, но боится сказать об этом вслух! Мне, право, всего девятнадцать! И жизнь не заканчивается на засосах и сексе! Это скучно! Мама всё мечтает удачно выдать меня замуж. А я не хочу! Я вообще путешествовать люблю! — в последних словах я услышала боль и на секунду прониклась Карен. А потом напомнила какой она человек и промолчала.

— Путешествия — это здорово, — согласилась Элиса. — Мы с мамой с детства путешествуем и не остаёмся ни в одном городе больше, чем на год! Я уже побывала в семнадцати.

Карен бросила завистливый взгляд, но ничего не сказала.

Воодушевлённые девчонки продолжили тараторить без умолку, обсуждая те или иные события их жизни. Мне нравилось, что они такие разные нашли общий язык и взаимопонимание.

Темнело и медленно холодало. Огонь я старалась поддерживать при помощи магии, но не могли же мы просидеть тут всю ночь. Завтра выступление, на которое совершенно не хотелось идти.

Неожиданно до меня дошло, что Катрина так и не обмолвилась ни словом о своём прошлом. Попыталась исправить это недоразумение:

— Катрин, а почему ты не рассказываешь о себе? Мы, значит, тут душу изливаем, а ты отмалчиваешься.

Катрина тяжело вздохнула.

— А я думала, в всеобщем гаме меня не заметят. Что ж, история будет долгая, а тут становится холодно. Может, хватить строить из себя искательниц приключений? Как насчёт того, чтобы плавно перетечь ко мне в гости? Тёплым чаем угощу, а Неонил будет рад встретить принцесс на пороге своего дома.

Я посчитала её идею разумной, а остальные с радостью поддержали. Мы затушили костёр, убрали после себя и под звёздное небо направились в сторону Новы Реджин.

Восьмой домик внутри ничем не отличался от моего. Роскошный холл, внушительная лестница… На первом этаже расположилась столовая, на втором — спальня и ванная комната.

Неонил даже не удивился огромной компании девушек, напротив, тепло впустил нас и захлопотал по хозяйству. Вскоре мы сидели за столом и с удовольствием пили горячий чай, согреваясь после прохладной ночи.

— Так ты нам поведаешь историю из прошлого? — простодушно полюбопытствовала Диана.

Ухмыльнулась: ни одной мне была интересна загадочная принцесса. Катрина вздохнула, смирившись с тем, что ей не отвертеться. Её ярко — зелёные глаза пытливо всматривались в каждого присутствующего.

— Я появилась на свет в соседней деревне, у бедняка, который за кружку эля продал меня в пятилетнем возрасте. Мать, впрочем, недолго плакала и просто потребовала от правительницы свою долю. Получив, она ушла от отца, второй раз вышла замуж и родила ещё несколько детишек, благополучно забыв обо мне, — с этими словами она поднесла чашку и элегантно сделала глоток чая. На секунду мне показалось, что они с Давиной — потерянные сёстры.

Мы молчали. Никто не рискнул даже пискнуть.

— С детства приучили служить во благо королевства. Взамен обучили грамоте и магии. И только сейчас, став кандидаткой на трон я почувствовала глубину волшебства, — легко взмахнула рукой, потушила все свечи в зале, оставив нас в полной темноте. Затем откинула ладонь набок и из неё полился голубой свет, обогнувший каждую из нас, а затем влился в каждую свечу.

— Давно в фокусницы записалась? — хмыкнула Карен, скрестив руки на груди и воинственно уставившись на девушку, которую явно считала соперницей.

— А кто это? — дерзко улыбнулась в ответ Катрина, смерив наглую девчонку взглядом.

Она правда не знала или так искусно поставила нахалку на место?

— Люди, при помощи ловкости рук и обмана зрения творящие магию, чего в нашем мире нет, — спокойно прошептала Давина.

— У вас совсем нет магии? — мне показалось, что Катрина изобразила удивление. Она просто не могла не знать об этом. — Тогда мне вас искренне жаль.

— Зато у нас развиты технологии! — не согласилась Элис.

— Технологии? — саркастично повела бровью Катрина.

М-да. Неоднозначная, загадочная и сложная красавица. У меня начала развиваться паранойя: волшебница явно затеяла с нами какую-то игру, правил которой мы не знали.

— И что? Ты достигла всех уровней магии? — фыркнула Карен. — У тебя, в отличие от нас, была фора.

— Меня учили азам. Девушки, не принцессы и не фрейлины, имеют очень низкий магический потенциал, и им доступно не всё, — повела она плечами. — И то, мы лишаемся магии, когда соглашаемся на отношения.

— А мужчины? — я не смогла сформулировать вопрос, что возник у меня в голове, но меня поняли и так.

— Создания, полностью лишённые магии и способные забрать её у нас, — флегматично заметила хозяйка дома. Она сконфузилась и сморщила свой идеальный носик, словно лица противоположного пола раздражали её одним только существованием. Впрочем, возможно, так и было.

— И тебя правда обучали магии? Как в Хогвартсе?! — я не сдержала улыбки, когда Пелагея задала этот поистине детский и наивный вопрос. Ну, кто не любил вселенную Гарри Поттера, написанную мамой Роулинг. Я уже постепенно вырастала из этой истории, но у Пелагеи был как раз такой возраст, когда веришь в подобные сказки.

Катрина явно не знала ни о Хогвартсе, ни о кумире молодёжи. Я не могла её в этом винить: мы были из разных миров. Интересно, сколько их? Отличных, порою диких друг для друга и таких далёких? Похоже, это тот секрет, разгадать который мне не под силам.

— Волшебству невозможно научить. Его можно только почувствовать. Поверить в него. Можно изучить теорию, устройства мира, но, если ты не найдёшь источник магии в себе, никто не найдёт.

— И, что, даже заклинаний нет? — обидчиво надув губки, пробубнила Пелагея.

— Что для тебя заклинание? Рецепт? Приготовить ты можешь суп, добавив нужные ингредиенты, изрядно поработав руками. Магия — нечто сложнее, чтобы давать к ней рецепты, — холодно заметила Катрина, дав всем присутствующим пищу для размышлений.

Спустя примерно час, девушки расползлись по маленьким компаниям. И мне оставалось удивляться необычности парочек.

Карен что-то эмоционально рассказывала Элис, и та лишь поддакивала. Обсуждали ли они путешествия или предстоящий день — я могла только догадываться.

Давина и Пелагея, как самые младшие, плюхнулись на подоконник. Каждая из них попеременно болтала ногами. Они явно говорили о разности миров, и это их веселило.

Катрина и Давина внезапно тоже нашли общий язык, отзеркаливая друг друга, каждый раз изящно поднося чашку с чаем. Сёстры, не иначе.

Я могла подслушать любой разговор, немного поколдовав. Но не хотела: всё это личное. Мне нравилось строить предположения и догадки, но не стала нарушать идиллию.

Оставалась в стороне, размышляя о своём, о магии, о правилах и законах мира, о несправедливости по отношении к мужчинам… Моя голова пухла от мыслей.

Когда стало совсем поздно, я сдалась, решившись покинуть гостеприимную хозяйку. Моему примеру последовали остальные. Всё-таки, завтра нам выступать перед королевой. Лично у меня не было ни малейшего понятия, чем её поразить.

По-прежнему роились вопросы, которые так и останутся без ответа.

Свет, исходящий от местной луны (возможно, здесь ночное светило называется по-другому, но меня это не волновало), был необыкновенно ярким, как днём. Это поражало и завораживало.

Ничто не вставало на пути. Но я и сама не знала, что делаю не в постели в столь позднее время. Выгнала ли меня бессонница, мучающие вопросы, ответа на которые я так и не нашла, или мелькнувшая в окне Давина.

Любопытство взяло верх, и я поспешила за подругой. Та бежала не оглядываясь, полностью уверенная, что за ней не может быть никакой слежки.

Вместе мы преодолели полянку для смотрин и ворвались в лес, где пару часов назад собирались с девчонками. Вскоре Давина перестала бежать и, озираясь по сторонам, почти на цыпочках продолжила путь. Мне пришлось прятаться за деревьями, чтобы не выдать себя.

Я никогда не была в этом месте, отчего мне стало неуютно: без Давины я вряд ли найду выход из леса. Но вопрос «зачем она здесь?» был важнее, и я старалась не отстать.

На поляне в чаще стояла скамейка, на которой вальяжно сидела Шенна.

— Здравствуй, моя королева, — кивнула Давина и плюхнулась рядом с ней.

Я закрыла рот ладонью, чтобы не ахнуть громко. Спрятавшись в кустах, следила за ними. Неужели, Давина — предательница? Неужели, подставная?

— Что ты расскажешь, дитя моё? — улыбнулась Шенна, разглядывая свою гостью.

— Девчонки даже не думают готовиться к выступлению. Собирались у костра, как иномирянки, и травили байки о прошлой жизни, — подруга вложила всю злость на соперниц в свой взгляд.

Смотрела на это со стороны и недоумевала. Как я не заметила, что Давина — не одна из нас?! Как я могла довериться человеку, который сливал обо мне всю информацию королеве?! Почему я не поинтересовалась как она нашла меня, когда я заблудилась в первый день?

Всё резко встало на свои места и одновременно с ног на голову. Я начала терять сознание: стало невыносимо душно и обидно.

Неприятный звук заставил вздрогнуть и подпрыгнуть на месте. От испуга закрыла глаза. Когда я их открыла, то поняла, что лежу в постели. Не сразу догадалась, что я только что проснулась. Мыслями по-прежнему находилась в лесу.

Был ли это сон? Или Давина заметила меня и, при помощи магии, отправила домой? Тогда проще было стереть мне память, ежели оставлять хоть какие-то воспоминания. Чёрт, почему в этом королевстве всё так сложно?!

Мне вновь чертовски захотелось домой. Я лежала и пялилась в потолок, не понимая, что произошло. Всё это медленно, но верно сводило меня с ума.

Бекендорф неожиданно зашёл ко мне в комнату, неся поднос с конфетами и какао.

— Ваша Светлость, вы кричали во сне. Сладкое — лучшее успокоительное, — он поставил поднос ко мне на колени и поклонился.

— Благодарю, — кивнула и поднесла к губам кружку. Горячий напиток приятно обжёг мой рот. Стало гораздо спокойнее. Туман в мозгу медленно, но верно начинал развеиваться. — Бекендорф, скажи, я выходила сегодня ночью из дома?

— Никак нет, Ваша Светлость. Вам явно снились кошмары. Нервничаете перед завтрашним выступлением?

Вздохнула. Может, и Бекендорфа подговорили? Всё может быть… Не могу быть уверенной наверняка.

— Нет, ни капли. Просто думаю о магии, и о том, у кого она сильнее.

— О, вы заинтересовались правилами волшебства Иннотентии? — оживился Бекендорф. Мне стало немного стыдно. Наверное, другие девчонки давно расспросили лакеев и знали больше меня. — Мужчины не владеют магией. Невинные девочки и женщины могут научиться слабому волшебству. Принцессы, претендентки на трон, имеют среднюю силу. Девушки, заключившие договор крови с правительницейи ставшие фрейлиной, имеют среднюю величину. Королева — самая могущественная.

— Почему же мужчин магия обделила? — отрешённо спросила, взглянув в окно. Там была глубокая и тёмная ночь. Совсем не как в моём сне. Сне же?

— О, этим вопросом задаются магиковеды уже несколько тысячилетий подряд. Ещё при прошлой королеве Камилле пытались найти ответ и источник, но всё тщетно. Колдовать могут только невинные девушки. Коронация — обряд посвящения и открытие в девушке ещё большего потенциала. Договор на крови — раскрытие дара у остальных.

— Получаются, мужчины не могут жить вечно?

— Ну, почему же. Договор на крови действуют и на них. Правда, они получают только бессмертие и вечную молодость, пока действует договор.

Задумалась, не до конца понимая, как это работает. Иннотентия слишком сильно отличалась от Земли, и рушила все известные мне каноны. Когда-то я увлекалась фэнтези, и нигде магия не делала таких подлянок.

— Спите. Утро вечера мудренее. Завтра предстоит тяжёлый день.

— А ты умеешь подбодрить, — хихикнула я, допив замечательный напиток.

Бекендорф виновато улыбнулся и, поклонившись, оставил меня наедине с темнотой ночи.

Ночь освещала лишь магический шар королевы. Женщина сидела в глубине сада на скамейке и явно кого-то ждала. Г олубой свет повис в воздухе, периодически покачиваясь, словно от ветра. Он добавлял мистицизм происходящему.

Стояла тишина. Птицы давно улеглись спать, чтобы завтра радовать своим пением народ Иннотентии. Некоторые бутоны цветов закрылись, спрятавшись от подступившей темноты.

Спустя несколько безмолвных мгновений к Шенне подлетела красивая большая белоснежная каплица с ярко-алым крылом. Её перья переливались, а хвост был похож на павлиний. Золотой клюв напоминал древнее украшение, а в карих глазах таилась человеческая мудрость.

— Ты не умеешь быть незаметной? — усмехнулась Шенна, погладив существо по загривку. Через минуту на скамье сидела Тамилла, недовольно поправляя причёску.

— Брось, никто из них даже не заметил, что я вылетела из своего домика, — хмыкнула фрейлина. Она достала из волос последнее перо, которое неожиданно вспыхнуло и обратилось в пепел.

От магического превращения не осталось и следа. Вряд ли кто докажет, что мгновение назад здесь была каплица.

— Не жалуешь ты их, — вздохнула королева. Ей явно не нравился резкий тон подруги, и она этого не скрывала. — Почему ты не хочешь дать им шанс?

— А должна? — Тамилла фыркнула, жеманно поджав губы. — Среди них нет достойных. Ни одна не сможет править так, как ты!

— Среди них есть ты, — спокойно отметила Шенна, легонько подув на шар. Тот резко загорелся ярко-жёлтым и теперь походил на маленькое солнце. Шенна наслаждалась последними деньками с магией. Впереди её ждала другая жизнь, наполненная совершенно другим волшебством.

— Я и в половину не дотягиваю до твоего уровня, — покачала головой Тамилла, грустно посмотрев на тёмно-синюю траву у её ног. Она не считала, что заслуживает стать королевой.

— Я так и не научилась магии превращения. Ты же легко превращаешься в каплицу и прочих животных Иннотентии, — подметила Шенна, подчеркнув важность подруги. Она, как могла, пыталась подбодрить фрейлину, заставить поверить в себя.

— Это не так сложно, — отмахнулась Тамилла, не приняв похвалу.

Слишком правильная. Уже вбила себе в голову, и ничто не может её переубедить. А жаль.

— Зря ты так думаешь, — не согласилась Шенна и привела ещё один аргумент: — Часть учредителей в восторге от тебя.

Тамилла помолчала некоторое время, сделав вид, что её увлек волшебный светящийся шар, который попеременно менял цвет.

— Что будет, когда они узнают правду? — разом вывалила Тамилла свои волнения: — Хельга точно взбесится и проклянёт всех нас. Агата покачает головой, а мужчины покрутят у виска! — взвизгнула она, а потом добавила чуть спокойнее: — Завтра мне вообще придётся играть на два фронта: сидеть среди членов жюри и выступать на сцене. И вот как я должна справиться, скажи?

— Спокойно, я прикрою тебя. Уже придумала, что сделаешь? — Шенна была невозмутима. Она поглаживала подругу по спине.

— Я удивлю тебя на завтрашнем показе, не беспокойся, — самоуверенно фыркнула Тамилла.

Порой, её было сложно понять. Она одновременно хотела стать правительницей, и могла бы это сделать, но потом резко передумывала и начинала канючить о том, что достойных среди кандидаток нет. В такие минуты Шенна закатывала глаза и думала о своём. Приступ фрейлины обычно быстро проходил. Его нужно просто переждать.

— Даже не сомневаюсь. Как прошло знакомство? — улыбнулась Шенна, совершенно не смутившись. Она наконец-то задала тот вопрос, который мучал её последние пару часов. Ей давно хотелось узнать подробности.

— Полный разрыв шаблона, — неожиданно с восхищением в голосе отозвалась Тамилла. Она взмахнула рукой, и шар резко превратился в маленький экран, где предстали самые яркие отрывки — моменты с их встречи. — У Аннет есть неплохие задатки лидера, тут я не могу поспорить. Но мне кажется, что она что — то скрывает.

— Например то, что в родном мире остался парень, которого она любит? — Шенна кокетливо рассмеялась, рассматривая фрагменты. — Я наблюдала за ней, ты забыла?

— Но большой вопрос, любит ли он её? — вздохнула Тамилла, словно и у неё была какая-то тайна в жизни, которую она тщательно скрывала от всех.

— Это не вопрос, — также игриво хихикнула Шенна.

И пусть окружающие понимают её поведение, как хотят. Иногда намёки — боль всех людей. Их никто и никогда не расшифровывает полностью правильно.

— Тогда зачем, моя королева? — Тамилла поняла по-своему.

— Чтобы проверить её. Ко всему прочему, ты сама сказала, что у неё превосходные лидерские качества. Она идеальный кандидат.

Тамилла поморщилась: подруга была права, и возразить было нечем.

Шенна же равнодушно пожала плечами и взмахнула правой рукой. Волшебный шар исчез и в саду резко стало темно.

Теперь вряд ли кто-то найдёт их посреди ночи. И вряд ли кто-то докажет, что они виделись этой ночью.

На утро я не вспоминала своё загадочное приключение, и не размышляла наяву ли оно было или во сне. Смотрин сегодня отменили, и я была полностью предоставлена себе, готовясь к выступлению. Это был мой очередной шанс «показать себя» и забить окончательный гвоздь в крышке гроба моего становления королевой.

Я пыталась придумать что бы такого учудить. Конечно, тысяча и одна попытка вылететь из сумасшедшего состязания провалилась, но я не унывала. К вечеру спланировала еплохое шоу, совместив мои умения, юмор родного мира, настоящую любовь и свой взбалмошный характер.

Длинные наряды давно раздражали, я постоянно путалась в юбках. К сожалению, они являлись одной из норм приличия. Но правила созданы, чтобы их нарушать, не так ли? Хитро улыбнулась, посмотрев в зеркало.

В этот раз я нарядилась в платье с коротким рукавом, верх которого был тепло-синий с тонкими, едва заметными, алыми узорами. Несколько юбок были пышными до пола, яркооранжевого цвета. На ноги надела белые гольфы и чёрные балетки. Волосы распустила и заколола красным ободком с бантиком, лицо отбелила.

— Вылитая Белоснежка! Жаль, что местные жители не знакомы с этой сказкой.

Я потренировалась в магии, решив сегодня выступить с чудесными песнями, поразив всех безрассудностью и неумением вести себя как будущая правительница. Мне нравилось изучать чужой мир, но домой я хотела быстрее. Надоели эти дворцовые интриги и непонимание где сон, где явь.

Вечером ждала карета. Бекендорф недоверчиво посмотрел на меня, явно не зная, чего ожидать. Вздохнула. Успокаивать и врать не стала: не после того, что он делал ради меня.

Замок немного преобразился: по центру тронного зала стояла большая сцена, рядом с которой расположилось несколько кресел. Главенствующее было огромное. На нём сидела роскошная королева. Другие же заняли личности, от которых так и веяло властностью. Слева сидело три мужчины, справа — две женщины. Третье пустовало.

Кандидатки, вместе с лакеями и прочими слугами замка, стояли позади, и мне пришлось влиться в небольшую толпу. Впрочем, с моего места был отличный вид, и я не жаловалась.

Первой повезло выступать Давине. Она медленно поднималась на сцену. Невольно залюбовалась ею: как всегда, красавица выглядела эффектно, элегантно. Сегодня на ней было надето платье цвета морской волны, идеально подчёркивающее фигуру, а волосы аккуратно убраны и повязаны синей лентой. Голову украшала диадема. Давина походила на настоящую принцессу, словно всю жизнь жила во дворце в окружении слуг и лакеев. Я никак не могла оторвать от неё восторженного взгляда.

Давина присела рядом с арфой и коснулась её кончиками пальцев: вмиг заструилась волшебнейшая музыка, которая буквально гипнотизировала. Через мгновение в открытые окна влетели птички. Среди мелких, неизвестных мне, я заметила крупную каплицу, прилетевшую на зов. Давина запела — птицы зачирикали, кружась вокруг неё, воркуя на свой лад.

Наконец она завершила дивное представление, остановившись. Волшебство момента исчезло, бедные пташки, явно не понимали, как они здесь оказались, поспешили вылететь из зала, а арфа растворилась в воздухе. Давина поднялась и присела в реверансе.

Несколько секунд зал, поражённый, молчал. Я не сдержалась и начала хлопать, зал подхватил, и вскоре по залу раздались бурные апплодисменты.

После Давины на сцену вышли Элиса и Карен, неизвестно почему выступавшие вместе. Я удивилась такому раскладу. Когда они успели договориться? Подружиться? Впрочем, королева не возражала.

Несмотря на то, что Элиса была одета в платье жёлтого цвета и являлась шатенкой, а Карен — в розовое платье, являясь блондинкой, выглядели девушки почти как близнецы. Наряды совпадали, различаясь лишь цветом.

Принцессы синхронно затанцевали, и слаженность их движений была не просто магической, но и отдавала мистицизмом. Вдруг Карен топнула, и на сцене появилось множество ее копий, которые продолжали синхронно танцевать под волшебную музыку.

Выступающие одновременно взмахнули левой рукой — на сцене появилось озеро, взмахнули правой — по нему поплыли лебеди.

Под конец Карен снова топнула, и наколдованное исчезло. Принцессы поклонились и покинули сцену. Несмотря на специфичность зрелища, зрителям понравилось. Шенна и вовсе была в восторге. Я видела, как она радостно хлопала в ладоши.

Что ж, моя очередь. Надеюсь, им понравится. Хитро улыбнулась и бросила короткий взгляд на Давину. Та лишь покачала головой, не одобряя любую дикость, которую я только могла задумать.

Мне недолго пришлось ждать своей очереди. Я стояла третьей в списке и, несмотря на интересные выступления соперниц, была готова удивить всех.

Внизу сцены я потёрла руки друг о друга, и из них посыпалась пыльца, которую сдула на сцену. Возник небольшой блестящий туман, а на его месте появилось несколько гномов. Немного перестаралась, видимо не рассчитав силы своей магии, — их оказалось больше семи. Впрочем, какая разница. Никто из жителей этого мира даже не знают о существовании этой сказки.

У некоторых гномов в руках появились музыкальные инструменты, и они заиграли на них.

Я спокойно поднялась на сцену и запела (1):

А я ни разу не была в Малинках до этого дня, Точнее до вечера.

Но когда сюда сегодня ребята пригласили меня — Осталась бы навечно!

Я полностью отдалась музыке, растворяясь в ней. В детстве я ходила в музыкальную школу, но, научившись играть на гитаре, бросила, посчитав, что учёба важнее. И сейчас, стоя на сцене, глядя на королеву и принцесс, понимала, что зря не занималась.

Я не могла и представить, что мне понравится выступать, понравится быть в центре внимания…

Малинки, Малинки, такие вечеринки, Зеленые тропинки, где тихо и свежо! Малинки, Малинки, брюнетки и блондинки, Сережки и Маринки.

Один из играющих гномов, подскочил ко мне и протянул маленькую гитару. Я улыбнулась, наклонилась и взяла в руки его музыкальный инструмент. Гитара в моих руках начала увеличиваться и расти.

— И я расскажу вам историю из Малинок, — ударила по струнам, отчего все гномы, резко взорвались красочным фейерверком, а пышная юбка резко уменьшилась в размерах, оголив гольфы. Теперь наряд едва ли доставал до колена.

Придворные мужчины в зале ахнули, Давина закрыла глаза рукой, но я перестала не обращать на них внимания. Самоуверенно и равнодушно начала играть на гитаре, проигрывая длинную вступительную часть.

Я помнила любимую песню наизусть. Когда я услышала её в первый раз, я расплакалась. Она задела меня за живое, и теперь я хотела показать жителям Иннотентии чего они были лишены (2):

Так вот теперь сиди и слушай:

Он не желал ей зла.

Он не хотел запасть ей в душу,

И тем лишить ее сна.

Он приносил по выходным ей сладости, Читал в ее ладонях линии.

И он не знал на свете больше радости, Чем называть ее по имени.

Когда я делала очередной проигрыш мелодии, огляделась: Бекендорф стоял белее мела, Давина качала головой, словно стыдно было ей, а королеве, похоже, нравилось выступление. Мужчины, которых я не знала, беззастенчиво смотрели на ноги. Такая песня, а они… Элис и Пелагея наслаждались музыкой, а Катрина и Карен скривились, словно я к чему-то их принуждала.

Ей было где-то тридцать шесть,

Когда он очень тихо помер.

Ей даже не пришлось успеть

В последний раз

Набрать его несложный номер.

И в первый раз несла она ему цветы: Две ярко-белых лилии.

В знак, что более никто кроме него так Не называл ее по имени.

Я вновь ощутила тот самый комок в горле, словно слышала песню в первый раз. Это было душераздирающе слушать, а петь… оказалось ещё сложнее. Мне даже не хватило сил осмотреть зал, узнать реакцию на второй куплет. Успела только взглянуть на Шенну, а ей, похоже, нравилось. Но… королеве Иннотентии не может нравиться история о любви!

И было ей семьдесят шесть,

Когда её самой не стало.

Нет, не страшила ее смерть.

Скорее, она о ней мечтала:

Бывало, знаете ли, сядет у окна И смотрит, смотрит, смотрит В небо синее.

Дескать, когда умру, я встречу его там,

И вновь тогда он назовет меня по имени.

Слёзы подступили к глазам, но я настойчиво продолжала играть, замолчав. Сверху спустилось магическое облако, на которое я аккуратно опустила, и вместе с ним начала медленно подниматься вверх, продолжая:

Какая, в сущности, смешная вышла жизнь, Хотя, что может быть красивее:

Чем сидеть на облачке и, свесив ножки вниз, Друг друга называть по имени.

Облако унесло меня со сцены, прямо в хлопающую толпу, среди которых была королева. Ей явно понравилось выступление, несмотря на все мои выходки.

Но песня того стоила, не правда ли?

(1) Слова из песни «Малинки» Жанна Фриске и Дискотека Авария, 2006 год. С этой песней у Аннет ассоциируется Иннотентия

(2) Слова из песни «Лучшая песня о любви» Високосный год, 1995 год.

Я не стала смотреть выступления оставшихся принцесс: пропало настроение. В горле першило, глаза жгло, хотелось плакать, даже реветь. Ни за что бы не подумала, что простая песня может задеть за живое!

Выбежала в сад и, найдя там скамейку, уселась на неё, вырастив платье до приличной для нормы Иннотентии.

Причина же в песне?

Мне очень не хватало Дмитрия, потому что никто, кроме него так не называл меня по имени. Было мучительно больно без него, без его любимых глаз, которые смотрели с теплотой, без его голоса. Но сейчас он был слишком далеко, в ином мире. Да я по родным не скучала так сильно, как по нему!

Наверное, я бы даже в силу своего эгоизма, осталась бы здесь, если он был рядом. Мир мне на удивление нравился, поэтому признаться Шенне, что не хочу претендовать на трон, я не могла. Я с детства была искательницей приключений, любила узнавать что — то новое, бывать в новых местах.

Но нет… Правительницей Иннотентии мне не быть. Все прилегающие обязанности полностью противоречат моим жизненным принципам. Никогда не желала о замках, дворцах, мне была близка по духу принцесса Забава с её мечтами о маленьком домике и работящем муже. Ну и о любви конечно.

Больше не в силах мучиться, погрузилась в воспоминания. Мне снова хотелось вернуться туда и пережить это мгновение. Пару дней назад, наплевав на все условности и правила, мы, оседлав велосипеды, уехали на пляж, совершенно забыв, что у нас есть приятели. Погода стояла чудесная, вода — тёплая.

Никакой романтики. Мы друзья… лучшие друзья. Настолько лучшие, что Дмитрий поинтересовался как можно впечатлить девушку, чтобы она в него влюбилась, но не стал упоминать о красотке, с которой потом видела его моя подруга. Наличие другой не помешало ему утащить меня на руках в реку, заискивающе бросив на глубину. Не помешало нам буйствовать и играться на воде, а затем зависнуть, обнимаясь…

Я не смогу забыть, как наши губы были настолько близко, что мы вполне могли поцеловаться, если бы не мячик, залетевший Диме по затылку…

— Красивейшая песня, — от мыслей отвлёк Томас. От неожиданности я вздрогнула. Я ведь совершенно не заметила, как лакей подкрался.

— Спасибо, — коротко кивнула, не желая разговаривать.

Надеюсь, он догадается и оставит меня одну. Не могу справиться с разбушевавшимися чувствами.

— Шенне очень понравилась, — паж сделал вид, что не заметил мой недружелюбный тон. Или действительно не понял, что ему здесь не рады.

— Песня о любви?! Понравилась? — я выдохнула и не смогла вздохнуть, настолько это заявление меня поразило.

— Почему ты удивляешься?

— Наличие короны Иннотентии подразумевает отсутствие любого намёка на любовь, — жёстко бросила, сказав то, что считала правдой.

— Ошибаешься! Правительница, которая не знает любви, беспощадна и тиранична. Нам не нужна такая, — возмутился Томас.

От обилия информации уже начинали трещать виски. В Иннотентии существовало слишком много правил, что открыто противоречили друг другу. Буквально. Я никак не могла понять их, структурировать и уложить по полочкам в голове.

Томас молчание воспринял по-своему.

— Шенна взошла на престол в восемнадцать лет, пройдя испытания, которые сейчас проходишь ты. Помню, словно это было вчера… Принцесса четвёртого домика, пугливая и невинная девочка. Раз за разом она показывала благоразумие, рассудительность и ум, и в итоге стала королевой, наимудрейшей из всех. Я знал её неопытной девчонкой, и мне очень жаль, что, спустя тридцать лет блестящего правления, Шенна решила покинуть трон. Дело в том, что год назад она познакомилась с замечательным мужчиной и влюбилась в него. Он ответил ей взаимностью. Я наблюдал целый год за тем, как Шенна, зная все правила и обычаи, борясь, бегала к нему на свидания, прекрасно понимая, чем каждое из них могло бы кончиться для неё. Но она сдержала слово, показав наивысший образец верности и чести. В итоге она приняла тяжёлое для неё решение, отрекшись от трона во имя любви.

По спине побежали мурашки, а в груди разлилось тепло — настолько история королевы меня впечатлила. Всё-таки настоящая любовь есть, и она не чужда даже Иннотентии.

— Твоя песня покорила всех, и очень многие плакали. Давина — среди них.

Удивлённо вскинула брови. Девушка, которая считает, что любви нет, поддалась магии песни о любви? Как иронично!

Вернувшись в зал, обнаружила, что выступления завершились, и большинство принцесс покинуло замок.

Я столкнулась с Катриной, которая отряхивала свои рукава от огня.

— Я думала, ты уже свалила, — коротко и недружелюбно бросила она. Проигнорировала её тон и улыбнулась:

— Нет, я искала Давину. Не видела её?

— Она уже уехала, — совершенно не глядя на меня, произнесла собеседница.

— Благодарю, — машинально поклонилась и тут же чертыхнулась — это уже вошло в дурацкую привычку. Я развернулась, чтобы пойти к выходу, но неожиданно Катрина окрикнула меня. Пришлось остановиться.

— Что тебе? — теперь я недовольно бросила ей.

— Что с тобой не так, Аннет? Тебя ведь так и тянет домой, но ты упорно не хочешь сознаться об этом королеве. Признайся себе, ты влюблена в Иннотентию больше, чем в мальчика из другого мира.

Я опешила от её едкого замечания, но промолчала. Мне некогда было размышлять над её словами. Мне стоило поспешить, если я хотела осуществить пришедшую в голову идею. Бекендорф терпеливо ждал меня во дворе, и я села в карету.

Я просто не могу упустить такой шанс!

Послала лёгкое заклинание поиска, а заодно и небольшого разрушения, решив во что бы то не стало выполнить задуманное. Впрочем, волшебство сработало, и через несколько минут поездки, мы наткнулись на карету, у которой по взмаху руки пропало колесо. Моей руки.

— Тебя подвезти? — даже и не пыталась скрыть своего самодовольства.

— Учитывая, что ты устроила, пожалуй, да. Я не глупая, Аннет, — заявила Давина, пересев ко мне.

Я пожала плечами, не опровергая очевидного.

— Зачем, Аннет? — спросила она, когда мы тронулись с места.

— Мне нравится добираться домой вместе с тобой, — честно созналась, а потом добавила: — ты прекрасно выступила, подчинив себе птиц.

— Спасибо, — сухо ответила она. — У тебя же получилось нечто большее: ты смогла задеть сердца людей. Песня красивая, как и твоё выступление.

Я не сдержала улыбки. Похвала подруги (а именно ею Давина стала за три коротких дня) была весьма приятной.

Некоторое время мы сидели в полной тишине, пока я вновь не заговорила.

— Ты плакала во время песни…

— Твоё выступление цепляющее, — отрезала Давина, отвернувшись к окну. Всем своим видом она показывала, что не хочет обсуждать эту тему.

— Или, может, ты узнала себя? — я не была так просто отстать от неё.

— Ох, Аннет, любви нет, — собеседница рассмеялась, но смех показался искусственным, ненастоящим, словно его выдавливали.

И я не поверила.

— Я хороша в магии не меньше, чем ты, — схватила подругу за руку, ещё не зная, к чему это приведёт…

Яркая вспышка в моей голове. На пару мгновений между нами образовалась стойкая магическая связь, и я увидела небольшой отрывок, которое объяснило всё.

Давина раньше жила в крупном мегаполисе, потому что в воспоминаниях показалась одна из станций метро. Давина стояла, нетерпеливо ожидая кого-то, кто ехал на поезде. О её местонахождении парень не знал, ведь красавица задумала сделать сюрприз.

Послышался шум рельсов, и через несколько секунд вагон предстал перед ней и двери открылись. Увиденное не понравилось Давине: её любимый (я поняла это по щемящему чувству в груди) вышел, держа под руку девушку. Он, не стесняясь, обнял и поцеловал другую.

— Не смей! — громкий крик Давины вытолкнул из памяти. Давина яростно смотрела на Аннет, тяжело дыша.

— Ты по-прежнему влюблена и…

Договорить ей не дали: Давина щёлкнула пальцами, и карета резко затормозила.

— Пожалуй, я дойду пешком, — Давина вылезла, приподняв юбки. Принцесса бесцеремонно подошла к лошадям, отцепила одну из них (не обращая внимания на оцепеневшего Бекендорфа), а затем непринуждённо забралась на неё и грациозно ускакала вдаль.

Что-что, а выглядеть эффектно у неё получалось всегда.

Она не сказала нам всей правды: у неё остались к нему чувства. Глубоко вздохнула: Давина не может быть подставной. Мне это привидилось.

Тогда кто?

Тамилла бежала по запутанным коридорам дворца. Она серьёзно опаздывала, и понимала, что Хельга так просто это не оставит.

Не проклянёт, так в жабу обратит.

Впрочем, а чего Тамилле бояться? Она не слабее Хельги, возможно даже и сильнее. Хельга правда и не освоила магию самостоятельного превращений в животного. Куда ей тягаться-то с двуликим Янусом.

Жить двойной жизнью, следить за принцессами, быть одной из них — оказалось не так-то уж и просто. Но Тамилла сама предложила, когда услышала, что Шенна нашла только тринадцать девушек, и больше месяца не может найти последнюю.

— Законы придуманы, чтобы их нарушать. Иннотентия переживёт, если претенденток будет меньше, чем нужно, — тогда отчаяние охватило Шенну, и она ничего не могла с собой поделать.

— Да, правила для того, чтобы их нарушать, если ты знаешь их, знаешь каковы последствия и берёшь за них ответственность. Но не так явно или открыто. Давай, я стану четырнадцатой, и смогу проследить за ними изнутри отбора.

Вот так это случилось. Тамилла получила вторую личность. Сначала она тешила себя возможностью стать правительницей, а потом, проведя несколько дней на отборе, вспомнила, что это не для неё. Тридцать лет назад она не захотела стать королевой, желая во всём помогать Шенне, и сейчас это не изменилось.

Плевать, кто будет следующей. Тамилла готова служить и ей.

А вот и тайный проход. Отдышавшись и поправив причёску, женщина вошла в кабинет. Советчики и фрейлины уже были на месте. Трон Шенны пустовал.

— Ну? Как в этот раз ты объяснишь своё опоздание и отсутствие на выступлении дорогих девочек? — язвительно бросила Хельга, не скрывая ни злости, ни своего скверного характера. Агата попыталась её одёрнуть, но тщетно: у Хельги так и капал яд с губ.

— Она была со мной, — Шенна тихо вплыла в комнату и взмахом руки зажгла камин. Дверь также тихо закрылась за ней. — Мы говорили о том, что не было видно с места учредителей.

— Стесняюсь спросить, откуда она могла увидеть то, что не увидели мы, высшие колдуньи Иннотентии? — Хельга была слишком самодовольна, и Тамилла поморщилась, садясь рядом с ней.

— Если ты не заметила каплицу, в образе которой я была, то мне не о чем с тобой разговаривать, — передразнивала тон собеседницы Тамилла.

— Девушки, не ссорьтесь, — добродушно сказал Орест. — Мы же всё-таки претенденток обсуждать.

— Аннет неплохо показала себя за эти два дня, — тихо произнесла Агата, стараясь сгладить углы. Ей давно не хотелось ссор и никому ненужного стресса. — Вчера она собрала принцесс, где вела себя, как истинный лидер. Я лично проследила за ними в животном обличие. И сегодня у неё было неплохое и живое выступление.

— Неплохое и живое?! — Хельга показушно фыркнула. — Да, она повела себя, как… — она замолчала от переполняющего её негодования, не зная, как выразить мысль, которая, очевидно, была гадкой, — распутная девчонка! — наконец, нашлась она. — Песня о каких-то малинок, потом о любви. А наряд!

— Ну, у неё хотя бы очень красивые ножки, — хохотнул Клим. Остальные мужчины, неожиданно, поддержали его. Они смеялись и хлопали его по плечам.

Хельга одарила их пронзительным, прожигающим взглядом. Наверное, примени бы она магию, бедняги сгорели бы изнутри.

— Вот! Именно поэтому я не допущу, чтобы правительницей стала эта проходимка! Она вмиг перевернёт Иннотентию с ног на голову! И что ещё за моду взяла! Петь о любви! Королеве! Которой не положено любить!

— А мне понравилась её песня, — спокойно отметила Шенна. — Правдивая, правильная, жизненная, — помолчав, она добавила: — Королева не может быть бесчувственной.

— Ой, да брось! Не всем, как тебе, везёт с любовью, — показушно фыркнула Хельга, скрестив руки на груди. К концу состязания фрейлина, как с цепи сорвалась, кидаясь на всех и каждого. Обычно она была гораздо сдержаннее и спокойнее.

— Я бы хотела ещё отметить Катрину, — Агата сегодня взяла идеальную тактику. Она просто игнорировала весь яд светловолосой бестии, не желая поддаваться на провокацию. Остальные тоже придерживались той же стратегии. — К сожалению, беседу принцесс в её домике я не услышала, но она своевременно подхватила инициативу и пригласила соперниц к себе.

— А соперницы ли они, — тихо произнесла Шенна, и они с Тамиллой обменялись взглядами. Словно сказали что-то друг другу. Они давно общались без слов.

— Она могла бы стать королевой сегодня же, если бы додумалась подсыпать им яд в чай, — нервно хихикнула Тамилла, вслух сказав совершенно другое. Она явно устала от отбора и от двойной игры.

— А неплохой план. Жаль, что я на прошлом отборе об этом не догадалась! — неожиданно поддержала Хельга. — Пожалуй, соглашусь с Агатой. Хорошая кандидатка. Не сильно выделялась в первые дни, но сейчас уверенно и спокойно идёт к победе. Пропитанный магией, пронизывающий насквозь номер, очень выигрышно смотрелось на фоне остальных.

Все учредители согласились. Катрина действительно отлично держалась. Она не ввязывалась в конфликты, вела себя достойно принцессе, и хорошо знала законы Иннотентии и правила приличия.

— А я вот не понял выступление Пелагеи, — вздохнул Маркел. — Причём тут маленький домик, и что такое русская печка?

Он явно был не в теме. Пелагея исполнила две очень странные песни для возможно будущей королевы, что вызвало много вопросов у мужской части судей.

— Те слова, которые она произнесла крайне неоднозначны, — фыркнула Хельга. Похоже, у неё было своё, очень важное и, быть может, неоспоримое мнение по каждому вопросу. — До чего же мы несчастливы царевны… Нам законом запрещается любить, — она попыталась напеть, но резко замолчала, потому что не могла вспомнить слова.

Воцарилась тишина, и тут Шенна неожиданно нарушила гнетущую тишину:

— Ох, да это же земной мультфильм прошлого столетия! Летучий корабль. — видя непонимание в их глазах, она рассмеялась. — Не обращайте внимание. Мультфильм — это местная визуализированная при помощи технологичной магии сказка для детей. С правильной моралью и смыслом.

Никто из присутствующих так и не смог оценить глубину выступления Пелагеи. Девушка явно пыталась выделиться, рассказав, как тяжело живётся царевнам. Но зачем-то закончила мечтой, чем окончательно смазала своё представление. Причём, мечтой о мужчине.

— А вот зачем объединились Карен и Элиса я совершенно не понимаю! — устало прошипела Хельга. — Это неправильно и рушит все каноны нашего мира.

— Ну, я же считаю, что в объединении есть свои плюсы. Например — это показывает то, что они умеют договариваться, — отметила Шенна.

— Хорошие качества для двух принцесс. Только вот мне показалось, что Элиса подчиняется Карен, и это отлично в связке фрейлина — королева. Но серьёзно рассматривать Элису, как будущую наследницу престола пока не стоит, — задумчиво кивнулаТамилла.

Мужчины ей поддакнули, Хельга насупилась, явно не согласилась, но так и не нашла, чем возразить.

— И, всё-таки, самое красивое и волшебное выступление было у Давины. Она с лёгкостью подчинила своей магией птиц. Её музыка была волшебна и расслабляла. Это был незабываемый номер, — с восхищением произнесла Агата, в очередной раз сгладив острые углы.

Неожиданно, все учредители поддержали мнение умной Агаты. Даже у занозы Хельги нечего было сказать.

Сбежав из тайной комнаты, где собирались учредители, Тамилла обратилась в каплицу. Свежий воздух и небеса всегда манили её, очищали разум, выпуская на волю все страхи и пороки. Среди розовых облаков она ощущала, что она дома. Свободной. Свободной от обязанностей, проблем и лишних терзаний. Здесь Тамилла не чувствовала ни вину, ни ответственность.

Прочь. Подальше от этого места. Разговор с сумасбродной Хельгой медленно, но верно сводил с ума.

Ещё в зале хотелось задушить стерву, дабы избавить мир от её глупых речей. Столько лет фрейлина, а порой кажется, что мудрости в голове не прибавляется, а убывает с каждым днём.

Не сказать, что Тамилла ненавидела «коллегу», но, порой, она настолько сильно выводила из равновесия своим идиотизмом, что спасу от неё просто не было.

Каплица пролетела Нову Реджин, задержалась над лесом, а потом опустилась в его чащице. Через пару секунд она оказалась на причале Малинового пруда. Его называли так не только из-за необычного цвета. Вода из него на вкус была похожа на малину. Когда-то сей факт очень удивил впечатлительную девушку.

Ах, сколько воспоминаний было связано с этим местом! Это сейчас всё кажется обыденным, но тогда иномирянке Тамилле было непросто свыкнуться с причудливостью происходящего. Вода в водоёмах родного мира была либо пресной, либо солёной. Тогда

Малиновый пруд поразил сладким вкусом. Тамилла долго не верила, что воду можно пить, но потом перестала сравнивать всё с Землёй, и жить стало гораздо проще.

Тридцать лет промчались, как один миг. Она помнит каждое мгновение, проведённое с Шенной, словно это было вчера. Их дружба была восхитительна. Они начали с соперничества, боролись за трон, но в одночасье их вражда резко превратилось в сотрудничество, а уже оно — в настоящее сестринство.

И Тамилла точно не забудет, что случилось меньше полгода назад. Женщина глубоко вздохнула, сбросила сандалии и опустила ноги в воду. Она погрузилась в воспоминания, позволяя любимому пруду себя успокоить.

Времена года в Иннотентии отсутствовали. Всегда было благоприятное, тёплое лето. Жара изредка сменялась дождём. Жители никогда не знавали что такое снег и отрицательная температура за окном. Урожай собирали каждые два месяца, и жили в полном достатке.

Тамилла была счастлива, что решила остаться здесь. Иннотентия стала для неё домом, где она обрела родных и близких. Дом — это не то место, где ты родился. Дом — то место, где ты чувствуешь себя хорошо.

И это прекрасно, когда ты можешь его выбрать сам.

Тогда наполненная радостными эмоциями, Тамилла улыбнулась новому дню в сказочном мире. Решив сделать королеве сюрприз, она приготовила вкуснейший завтрак и налила горячий шоколад. Напевая себе под нос, девушка буквально плыла по воздуху и не скрывала волшебного настроения.

Всё изменилось ровно в то мгновение, когда фрейлина открыла дверь спальни Шенны. Простодушная девушка даже не думала их запирать.

Поднос с едой и чашками со звоном повалился на пол: Тамилла застала Шенну, целующейся с юным, привлекательным парнем. Светловолосый красавец с виду был не старше своей избранницы. Задор и молодость так и читались в его небесно-голубых глазах, в которых утонула бы любая. Волосы были растрёпаны и торчали отовсюду. На нём был бордовый кафтан с огромными фонарями-рукавами, длинный атласный плащ и тёмные брюки.

Обычно мужчины выглядят в таких костюмах нелепо, но незнакомец походил на царя.

Сейчас это событие вспоминалось с улыбкой. Но тогда Тамилла пришла в дикий ужас. Разбойник противоположного пола украл у правительницы магию? Что станет с королевством? А что будет с ней, с Тамиллой?

Первым порывом было заколдовать ненавистника, превратить в лягушку и отправить на кухню в качестве деликатеса. Но фрейлина сдержалась. Она молча выскочила из покоев и, обратившись в птицу, улетела из замка.

Шенна отыскала её довольно-таки скоро. Местом встречи даже тогда стал излюбленный Малиновый пруд.

— Как ты нашла меня? — зло бросила Тамилла. Лучший способ защиты — нападение. И ей нужна была защита от изменщицы-подруги.

— Это твоё любимое место ещё со времён, когда мы впервые попали сюда. Правда, я сначала оббегала замок, и только узнав, что ты улетела, подумала об этом месте. Ты же знаешь, телепортироваться гораздо проще и быстрее.

Тамилла промолчала, покачав головой.

Если она сейчас обратится в каплицу и вновь взлетит, то вряд ли королева сможет отыскать её в воздухе.

— Прости, что не сказала тебе, — тяжело вздохнула Шенна. Слова давались ей нелегко. Ей стало бесконечно стыдно, что она скрыла от самого близкого человека важную часть своей жизни. А ведь Тамилла для неё была как сестра. Что же сделала Шенна? Испугалась? Струсила? Посчитала, что справится одна?

Эгоистично.

— Вижу, что магия при тебе, — фыркнула Тамилла, с лютой ненавистью косясь на подругу.

— Поздравляю.

Тамилле было дико обидно, что всё произошло вот так. И она никак не могла понять, что было неприятнее: что близкий человек скрывал, или и вовсе сам факт наличия симпатии к нечту противоположного пола, которое воровало у девушек способность колдовать.

— Да, старейшины нам врали. Поцелуй не крадёт магию. А если тебя интересует… Между нами ничего не было, — зачем-то начала оправдываться Шенна. Она невольно теребила своё белоснежное платье.

Дурацкий символ чистоты.

— Я не спрашивала, — грубо обрубила Тамилла. Подробности интимной жизни первой непорочной красавицы королевства ей были не нужны.

— Но хотела спросить. Я же вижу, — едко подметила Шенна. Она очень хорошо знала свою фрейлину.

— Мне плевать.

— Я больше не хочу и не могу быть правительницей. Тамилла, я люблю Богдана, — и это была правда. Впервые за полгода скрытых отношений она смогла сознаться кому-то в этом, кроме него. Они случайно встретились, и теперь ничто не могло разлучить их. Шенна верила в это.

Сначала Шенна избегала Богдана, боясь его, своих чувств и неминуемых последствий. Но принц был слишком настойчив, чтобы отступиться от возлюбленной. Первый поцелуй был спонтанный, но именно он положил конец страху. Шенна не лишилась магии, и больше могла скрывать от себя свои необузданные эмоции к Богдану. Вскоре они уже встречались урывками, бегали друг к другу на свидания.

Иногда по ночам Богдан прокрадывался в спальные покои королевы. Отмечая его благородство, он ни разу не посягнул на её честь, и сделал ей предложение. Она просто не смогла отказать.

Шенна ошиблась тридцать лет назад, когда взошла на трон. Она прекрасно знала, что когда-нибудь настанет тот миг, и она встретит человека, перед которым не сможет устоять. Человека, который станет для неё целой вселенной. Человека, ради которого она будет готова отказаться от всего: престола, магии и жизненных принципов. И этот день настал.

— Я начала поиск претенденток на трон.

Эти слова больно резанули по ушам Тамиллы. Больно отозвались в сердце, чуть ли не разбив его по мелким осколкам.

Это означало многое. Например то, что больше ничто не будет, как прежде. Их райское место разрушено из-за прихоти подруги. А ведь это были тридцать лет безграничного счастья. И теперь Шенна меняет их на какого-то мужчину и возможность продолжить свой род. Целое королевство, магию на мужчину и его любовь.

Тамилла громко фыркнула, не желая верить в это и мериться с этим.

Любовь… Что это такое и существует ли она?

Я волновалась, что мой поступок разрушил только начавшую зарождаться дружбу между мной и Давиной, но на утренних смотринах Давина, представшая в очередном изящном наряде, улыбнулась мне. Она, похоже, не злилась на меня, ведь я влезла в её душу. Сунула нос не в своё дело.

Если честно, меня грызла совесть, и я пыталась придумать как загладить вину, как извиниться перед этой замечательной девушкой. Но она всё поняла без слов, по моему взгляду и покачала головой. Не стала спорить. Проехали, так проехали.

Шенна сегодня казалась в разы добрее, чем в прошлые дни. Она улыбалась, размахивая веером, прохаживаясь между оставшимися претендентками, шелестя юбками роскошного платья нежно-розового цвета.

Я начала удивляться, как им всем удаётся менять платья каждый день и, при этом, не уставать. Это же так утомительно!

— Аннет, — Шенна остановилась подле меня, и я машинально присела в реверансе, глядя мудрой женщине в глаза, — чудесное выступление. Во всех отношениях. Ты показала блестящий уровень магии, что для такого маленького срока пребывания здесь — запредельно. Ты также показала, что тебе не чужда любовь. Ты проникновенно пела, словно сама давным-давно влюблена, — пытливый взгляд Шенны пронизывал, сжигал изнутри. Она явно ждала ответа.

Может, сознаться прямо сейчас? Сказать, что в реальном мире меня ждёт принц? Я задумалась на одно короткое мгновение, а потом напомнила себе, что у него есть другая. Зачем ему я?

Блин, никогда не умела поступать благоразумно. Боже, да что со мной не так?

Слегка покачала головой, вновь присев в реверансе. Безнадёжная лгунья! Не могу признаться даже перед лицом смерти! А, может, Катрина права, и я просто не хочу домой? После выступления между нами вчера вспыхнул короткий, неприятный разговор. И теперь её слова: «ты влюблена в Иннотентию больше, чем в мальчика из другого мира» стучали у меня в голове молотком. К тому же, не давал покоя вопрос: «Откуда она вообще знает об этом парне?»

Королева же продолжала молча сверлить меня взглядом, словно пыталась прочесть мои мысли. А затем кивнула, встав рядом с Давиной. Я облегчённо вздохнула.

— Дитя моё, ты прекрасна. Если ты с такой простотой подчиняешь птиц, то и народ смело пойдёт за тобой, — по-доброму отметила она. Давина с улыбкой присела в реверансе. Она не скрывала, что довольна собой.

Дальше Шенна поравнялась с Катриной и ухмыльнулась. Принцесса смотрела на неё вызывающе.

Дерзко.

Мне даже показалось, что они телепатически общаются. А такое возможно? С другой стороны, а что невозможно в этом мире? Заинтересованно следила за ними, пытаясь разгадать их секрет, но, увы, я не могла подслушать их мысленный разговор, если он был.

Отмахнулась, списав всё на паранойю. Так ведь и умом тронуться недолго.

— Твоё имя? — наконец нарушила молчание Шенна.

— Катрина, Ваше Величество, — поклонилась кандидатка и вновь хитро уставилась на правительницу.

— Ты очень способна, Катрина. Твоё волшебное выступление показало насколько ты яркая личность.

И тут я пожалела: я не увидела её номера. Не видела, что же сделала такого огненная принцесса, чтобы её отметили. Но, наверное, это было что — то эксцентричное, как её знойный характер. Я даже не сомневалась в этой девчонке.

— Спасибо, Ваше Величество, — сдержанно произнесла та.

Шенна пошла дальше. На этот раз она остановилась рядом с претенденткой, одетой в розовое платье.

— Твоё имя? — коротко поинтересовалась она.

— Карен, Ваше Величество, — лучезарно сообщила та, радуясь, что её тоже заметили.

— А твоё? — Шенна повернулась к принцессе второго домика. Спросила таким тоном, что даже я вздрогнула.

— Элиса, Ваше Величество, — если Карен буквально светилась, то Элиса свои эмоции надёжно спрятала

В солнечном свете они больше не казались близнецами. Похоже, так сработало их общее волшебство. Неужели использовали иллюзию? Других вариантов я не находила. Но выступление было необычным.

— У вас у обеих отличный магический потенциал, да и то, что вы объединились говорит о многом. Вам не чужда дипломатия и сотрудничество, — Шенна сказала ровно то, что думала я, но немного иными словами.

Наконец, Шенна вернулась в центр поляны, прекратив сыпать комплименты направо и налево:

— Все прекрасно выступили, вы все молодцы. Но, я также хотела бы отметить позавчерашний день, когда вы ослушались меня и вместо подготовки собирались у Малинового пруда, — она смерила каждую из нас злым взглядом.

А я улыбалась.

Ха! Пруд и правда называют Малиновым! Как же всё просто в этом загадочном мире!

— Но с пользой провели время, что несказанно радует, — Шенна же продолжала свой монолог. — Вы показали, что умеете общаться, не боитесь незнакомых компаний и всегда готовы к сотрудничеству. Аннет, — Шенна в который раз остановилась возле меня, и я тяжело вздохнула. В очередной раз выделили среди всех кандидаток. — Ты вновь порадовала, показав умение сплачивать народ. Похвально, — я присела в реверансе, не в силах смотреть правительнице в глаза. — Катрина, твоё умение брать всё в свои руки в нужный момент, тоже похвально.

После пламенной речи Шенна сделала ещё один молчаливый круг вокруг нас, смерив каждую оценивающим взглядом.

— Через два часа состоится королевский бал, и в этот раз он будет настоящим. Каждую из вас будут расценивать как претендентку на трон. Я надеюсь, вы будете вести себя достойно и не опозорите меня. Жду вас через два часа во дворце, — с этими словами Шенна изящно растворилась в воздухе.

Она знала толк в эффектных появлениях и исчезновениях. Мне и самой хотелось научиться телепортироваться, но у меня не получалось. Эх! Сколько это бы сэкономило времени!

— Эх, моё имя так и не спросили, — печально вздохнула Диана. — Я одна осталась неотмеченной?

— Не переживай. Моё имя они тоже не знают, — хихикнула Пелагея, ободряюще похлопав собеседницу по плечу.

— Вы серьёзно считаете, что ваше имя не знакомо королеве? — Катрина закатила глаза, нервно отбросив тёмные локоны в сторону.

— Я в курсе, что мы просто неотмеченные, в отличие от тебя, — Диана улыбнулась. От её секундной грусти не осталось и следа. — Пойдём, Пелагея, домой. Мы с тобой в аутсайдерах!

— Ну, вообще-то, песня из другого мира, исполненная Пелагеей, была сильной провокацией. Несчастная царевна, — хмыкнула Катрина. Она словно хотела поспорить или даже поссориться с девчонками.

— Ага. Нам законом запрещается любить, — дружелюбно ответила Пелагея, не почувствовав негатива в её устах. — Я хотела пошутить. И, в отличие от тебя, не рвусь в королевы. Для меня это просто приключение, этап жизни, вызов, который я хочу преодолеть.

Я стояла поодаль, не вмешиваясь в их разговор, но внимательно вслушиваясь в каждую фразу. Давина неслышно очутилась рядом. Она словно не подошла, а подплыла ко мне.

— Задумалась над словами Катрины? — тихо прошептала Давина, и я удивлённо уставилась на неё. — Твоё вмешательство в мою память не прошли без последствий для тебя, — усмехнулась она, явно пытаясь меня запугать.

— Всё казалось таким простым пару дней назад, но сейчас… Сейчас я чувствую себя потерянной девушкой. А ещё есть ощущение, что чужие мечты сбылись у меня.

— Это жизнь, Аннет. И у нас нет выбора: в ближайшее время всё разрешится.

Вздохнула, но согласившись. Она, как никогда, была права.

Настоящий королевский бал навевал жуткую тоску и безумно клонил ко сну. Очень жалела, что пришла сюда, а не проигнорировала приглашение и не осталась дома, ждать, когда меня вернуть в родной мир. Если в прошлый раз и была хоть какая-то динамика, небольшой страх и эйфория, особенно когда сталкиваешься со своей первой любовью, то сейчас я откровенно скучала, не зная куда себя деть.

Ещё я никак не могла отогнать мысль, что за нами постоянно кто — то следит. И это было правдой: заметила двух фрейлин, которые не только периодически общались с принцессами, но и вовсе косо поглядывали на остальных.

Следят? Проверяют? Изучают?

Были представители близлежащих окрестностей Иннотентии. Не стала разбираться в политике мира, просто наблюдала со стороны и пила какой-то сладкий напиток. К счастью, он без алкоголя. Не люблю любые дурманящие вещи. От них на утро болит голова, или, что хуже, теряется память.

Давина явно находилась в своей тарелке. Она без проблем очутилась в центре внимания, привлекая всех и каждого улыбкой, красотой, умением держаться. Она весело отвечала на вопросы и ничего не стеснялась.

Диана, впрочем, тоже не отставала, блистая эрудированностью, начитанностью и знаниями, которые у большинства отсутствовали. Но ей это шло. Она не выглядела зазнайкой.

Карен также была на виду: она ярко колдовала, дерзко выделывая разнообразные штуки, будто только вчера научилась пользоваться волшебством и хотела показать это всему миру.

Выскочка.

Катрина же поступила мудрее. Несмотря на то, что она умела пользоваться магией не хуже Карен, а то и лучше, да и знаний у неё было не меньше Дианы, она старалась особо не выделяться и вела себя примерно также, как Давина.

Пелагея и Элиса и вовсе затерялись в толпе. Никак не могла их найти.

— Аннет, могу ли я пригласить вас на танец? — рядом со мной нарисовался молодой мужчина, но по голосу и взгляду я поняла, что это обман.

Есть ли что-то настоящее в Иннотентии?

Пожав плечами, я согласилась. Мы закружились в вальсе, и я упорно молчала, хоть и догадывалась, что по здешним законам — это неприлично.

— Ваша Светлость, — первым сдался он. — Что вы думаете о нашем королевстве?

— Что оно полное абсурда и странных правил, — честно призналась, не сдержавшись. Вопрос откровенно был глупым. — Но жить в нём можно.

— Мне нравится ваше чувство юмора, — рассмеялся он. Ну, вот. Хочешь казаться дерзкой, а тебе комплименты отвешивают! — Я Орест, один из учредителей состязания и первый помощник правительницы.

— Вы создатель организации? — ляпнула я первое, что пришло в голову.

Ой. И чему я удивляюсь?! Надо бы забыть про каноны Земли на время соревнования и начать привыкать к странностям Иннотентии. Например, в этом мире к принцессам — кандидаткам то обращались как «Ваша Светлость», а у нас даже титула не было. Наверное, здесь отсылка к тому, что мы чисты душой…

Если так подумать, то и Иннотентия с латинского — невинность, но, возможно, у него иное значение.

— Что такое «организация»? — с явным интересом и удивлением поинтересовался Орест.

— Простите. Это слово из мира, откуда я родом, — наш танец как раз подошёл к концу, и я присела в реверансе.

— Не подарите ли вы мне ещё один круг? Я бы желал поговорить с вами, — он снисходительно не стал расспрашивать, совершенно проигнорировав мою ошибку. Прониклась к нему небольшой симпатией.

Тяжело вздохнула: выбора не оставалось. Мне не хотелось вальсировать, лишь прятаться в тени остальных принцесс.

Интересно, что ему от меня нужно?

Я покорно разрешила вести себяв ритме танца.

Хуже от этого не станет.

— Я видел не одно поколение принцесс, Ваша Светлость, — загадочно произнёс он и пытливо уставился, ожидая мою реакцию.

Что он хотел этим показать? Я продолжала молчать, давая возможность высказаться, не подавая виду, что он меня заинтересовал.

— И ещё не видел настолько необузданной бунтарки, вроде вас, — наконец закончил он мысль, что мгновенно повергла в шок.

Это комплимент? Оскорбление? Замечание? Никак не могла понять, чего он пытался добиться.

— Я застал и правительницу Камиллу, которая отважно сражалась за мир в суровые времена войны. Она погибла, но спасла королевство. Её ближайшей фрейлине пришлось в срочно найти девушек, что могли бы её заменить, — Орест кашлянул, будто скучал по ней. — Присутствовал я и при отборе, где участвовали Шенна, Хельга, Тамилла, последние две стали фрейлинами. Видел и то, как Шенна пришла к престолу.

Внимательно слушала, ловя каждый вздох, каждое слово. История казалась мне интересной, но я никак не могла понять причём здесь я.

— И ни в одной из них не было искорки, той жажды жизни и приключения, какая есть в вас, Ваша Светлость, — резюмировал он.

Всё-таки это комплимент.

— Я считаю, что Иннотентией должны править именно вы, — долго не догадывалась к чему он клонит. — И я могу вам помочь.

Очередная проверка, или он говорит искренне? А вообще есть ли что — то настоящее в этом фальшивом мирке?!

— Благодарю за столь лестную оценку, — присела в реверансе, резко прервав танец. — Но меня это не интересует. Если коррупция присутствует и здесь, то мне с Иннотентией не по пути.

— Что, простите? — видимо, я опять не угадала со словом. Да, что ж такое! Почему мой словарный запас настолько необычен для этого мира?!

— Я не позволю вам воспользоваться вашей властью и статусом для получения того, чего вы хотите. Того, что будет вам выгодно, — отрезала я, желая объяснить свою позицию. — Всего хорошего.

Поспешила убраться подальше от Ореста, предложение которого сильно возмутило меня. Побоялась представить, что этот незнакомец мог ещё мне предложить, и что я должна была сделать взамен. Фантазия рисовала очень красочные варианты, от которых я никак не могла отделаться.

Налила себе очередной стакан сладкой жидкости и залпом осушила его. Услышала весёлый смех позади. Резко обернулась.

— Вижу, ты тоже прошла проверку на честность, — всё также хихикая заметила Диана. У неё явно было отличное настроение.

— О чём ты? — непонимающе спросила.

— Ну, ты сейчас общалась с Орестом, правильно? Это первый советник королевы. Они на пару с Маркелем и Климом подходят к каждой принцессе.

— И? — до меня смысл сказанного доходил как до улитки. И, наверное, я очень оскорбила этих милейших существ своей медлительностью.

— Перечисляют твои лучшие качества и предлагают помощь в завоевании трона. Я сразу просекла их фишку, — Диана была явно довольна собой. Она раскрыла тайное знание, смогла разгадать общий секрет.

— Ещё одна проверка, значит? — тяжело вздохнула. Не было в этом мире правды.

Блин! Надо было соглашаться, сейчас бы уже вылетела из отбора! Делов — то. Но меня так возмутило его двусмысленное поведение, что мне даже в голову не пришло, что это постанова!

— Есть такое. Но мы же на состязании. Забыла? Тут почти никому верить нельзя, — Диана явно относилась ко всему этому проще. Она воспитана здесь, она не знает о других мирах. Для неё всё это — в порядке вещей.

Прониклась этой забавной милой девчушкой. Несмотря на свой возраст, Диана была слишком умна и целеустремлённа.

— А эти мужчины, они кто? Орест назвался учредителем.

— Ну, Орест, Клим и Маркел — это первые советники правительницы. Они заключили договор на крови, и благодаря её магии могут живут столько, сколько она правит. При смене власти, они либо перезаключат договор, либо доживают свои года в спокойствии, — Диана воодушевлённо начала делиться своими знаниями. — Ещё есть Хельга, Агата и Тамилла — фрейлины. Они ещё ближе к королеве, и, к тому же, поскольку ни одна из них не познала любовь, они искусные колдуньи. Правда, никак не могу понять, почему Тамиллы нет второй день подряд: ни на балу, ни на вчерашнем выступлении.

Диана вывалила на меня столько информации, что я только и могла, что стоять и хлопать ресницами, не понимая происходящего, пытаясь уложить всё в голове по полочкам.

— А учредители — это те, кто следит за нами и принимает решение, кому из нас возглавить Иннотентию. Последнее слово, конечно, за Шенной, но и эти шестеро неплохо могут повлиять на нашу судьбу, — задумчиво заключила Диана, а затем резко переключила внимание на то, что у меня в руках: — И не увлекайся ты идрисовым соком. В большом количестве он сильно бьёт по организму, — она попыталась изобразить раздражение, но на её губах горела улыбка.

Не стала уточнять, что такое идрис. Хватит с меня на сегодня полученных знаний. Наше состязание начало напоминать мне смесь голодных игр и телепередачи слабое звено.

Вот только почему-то мне казалось, что я могу оказаться последним героем. Блин.

Мечтала, что мне немного позволят побыть в тишине и покое, но после того, как я оказалась одна, рядом со мной нарисовалась светловолосая красавица. Она с явным неудовольствием рассматривала меня, и я тихо надеялась, даже молилась, что женщина пройдёт мимо.

Но мне не повезло.

— Здравствуй, Аннет, — она окинула меня пренебрежительным взглядом. — Чем порадуешь?

— Могу взмахнуть рукавом, чтобы образовалось озеро, — раздражительно фыркнула я и поморщилась.

Не люблю, когда ко мне относятся с таким неприкрытым негативом.

— Как ты смеешь разговаривать с фрейлиной, дрянная девчонка? — вскипела она. По её глазам стало понятно, что она хотела испепелить меня прямо на месте.

— Даже не думала. Вы всё додумали сами, — покачала головой. — Вы, я так понимаю, Хельга?

— предположила, рискнув. Если Тамиллы не было на балу, то передо мной либо Хельга, либо Агата.

Слова Дианы заставили меня задуматься.

Почему Тамиллы нет второй день? Может, потому что она скрывается среди нас?

Но незнакомца помешала хорошенько развить мысль:

— Ну, хоть что-то ты знаешь, — неодобрительно промычала, желая задеть меня, как можно сильнее. Она не отрицала, а значит я угадала с её именем. — Зачем ты здесь? Ты явно недостойна стать правительницей.

— Но, тем не менее, я всё равно здесь. И это не мой выбор. Все вопросы к Шенне, — равнодушно пожала плечами.

Уже было плевать, чем всё закончится.

Давина права: рано или поздно отбор завершится. Мне всё равно не возглавить Иннотентию. И я к этому не стремилась.

Хельга скрестила руки на груди, воинственно глядя на меня. Что это? Ещё одна проверка? Или она действительно настолько меня ненавидела? Но, что я ей такого сделала?

Но нас отвлекли. Где-то сбоку раздался неожиданный крик. Мы обе вздрогнули и посмотрели на источник шума.

Ахнула, увидев столь необычное и опасное зрелище. Ярко-алое платье Катрины зажглось. Буквально. Она пыталась его потушить, но пламя только сильнее возгоралось. Катрина кричала, потому что её магия никак не могла победить дикий огонь.

Присутствующие застыли, словно не зная, что делать. У них, что, правил пожарной безопасности не было?

Срочно нужна вода…

Адреналин ударил в голову. Мозг в сложившеся ситуации начал ускоренно думать. Растолкав всех, кто стоял на пути, устремилась к горящей принцессе.

Никто, кроме меня не может её спасти. Всем плевать.

Молниеносно оказалась у очага возгорания, и мне ничего не оставалось, как вызвать воду из неоткуда. Облила бедную Катрину, а заодно и несколько окружающих, но зато потушила пожар.

Катрина под мощной струёй моментально повалилась на пол. Её платье было безнадёжно испорчено, горелые клочья торчали отовсюду, одежда отвратительно воняла гарью.

Начинало тошнить от вида и запаха.

Ноги Катрины открылись и, судя по всему, это не очень-то нравилось здешним гостям.

У самой закружилась голова. Оправившись от шока, всё-таки села на колени рядом с пострадавшей и взяла её за руку.

— У тебя всё в порядке? Ничего не обожгла?

Катрина тяжело вздохнула и губами произнесла короткое нет.

К нам подскочила перепуганная Шенна вместе с довольно-таки симпатичным молодым человеком.

Шенна быстро оценила ситуацию. Она тут же начала отдавать приказы направо и налево:

— Богдан, возьми её на руки. Мне нужно осмотреть её наедине. Агата, разберись, пожалуйста, кто устроил это, — парень повиновался, взяв бедную девушку на руки. Мне стало жаль Катрину. Вид у неё был не из лучших. — Аннет, большое спасибо за спасение, — кивнула Шенна, и поспешила убраться из тронного зала следом за Богданом.

А я так и осталась обескураженно стоять посреди сорванного бала и не понимать, что только что произошло.

Агатой оказалась добродушная молодая (с виду) девушка. Она была обескуражена и очень волновалась за пострадавшую. Когда Агата уверилась, что я ни в чём не виновата, я тихо сбежала в сад. Происходящее так осточертело мне, что меня начало подташнивать.

Природа всегда успокаивала, тем более такая. необычная. Волшебная. Уже несколько дней любовалась диковинными цветами и растениями, которые в родном мире были плодом воображения. Некоторые из них светились в темноте, и я на секунду почувствовала себя Золушкой, случайно попавшей на бал.

А потом напомнила себе: на моих глазах чуть не сгорела моя «соперница». И это ещё больше походило на настоящие голодные игры, где только один победитель. Выживший.

Стало не по себе. А, что если, выбывшие не вернулись домой, а погибли?

Ага. И пустили их на шаурму. Мне вспомнился чёрный юмор Димы, и я невольно улыбнулась. Приятное тепло разлилось по моему телу, которое вмиг отозвалось тихой болью. Не имела права о нём думать: у него другая.

Вдруг услышала женские голоса: кто-то ссорился. Любопытство погубило кошку, а чем я хуже маленького хищника? Поспешила на звук и вскоре обнаружила Карен, Элису и Давину: те яростно спорили между собой. Вернее, Карен орала на Давину, а Элиса стояла в стороне.

— Ты хочешь забрать мою корону! — прокричала Карен.

— Она не твоя! Ты, как и другие, выбрана претенденткой на престол, но не более того. Смирись, что есть куда более достойные, чем ты, — Давина говорила абсолютно спокойно и держалась как истинная королева.

В который раз задалась вопросом: может её подкинули в наш мир из Иннотентии?!

— Ты по силе магии уступаешь мне! Ты из детдома! Ты никчёмна! Правительницей не станет голодранка! — Карен эмоционально сыпала оскорблениями.

— Ну, да. На троне должна восседать избалованная девчонка, строящая козни и мечтающая чем-нибудь поживиться. Думаешь, я не видела, что именно ты надоумила десятую поцеловаться с псевдопринцем? — Давина улыбнулась, элегантно скрестив руки на груди. Она всё делала изящно. — И зачем ты подожгла Катрину?!

Карен покраснела от ярости, мгновенно слившись со своим ядовито-розовым платьем. В следующую секунду Карен совершила то, что Давина не ожидала: выстрелила магическим шаром, желая, если не убить, то серьёзно покалечить соперницу.

Ойкнула, и моментально среагировала, поставив блок. Заклинание отскочило от невидимой стены и чуть не ударило по самой Карен. Та громко выругалась, а мне ничего не оставалось, как выйти из укрытия.

Я уже выдала себя.

— О, ещё одна выскочка. Заплаканное, влюблённое дитя. Бедняге «принц» не ответил взаимностью и теперь с очень красивой блондинкой, — Карен, всё больше и больше походила на змею, с языка которой так и стекала ядовитая слюна. Неожиданно хихикнула от пришедшего в голову образа.

Но откуда она знала о Дмитрии? Это же невозможно! Я делилась только с Давиной… Но подумать над этим мне не дали. Карен развела руки из стороны в сторону и между ними образовалась картинка. Застыла, почувствовав невыносимую боль в груди. Боль сжирала меня изнутри. Огромная чёрная дыра расширялась с каждой секудой всё больше. И конца и края не было видно.

Я увидела Дмитрия с очень красивой светловолосой девушкой.

Мне никогда с ней не сравниться! Она похожа на модель и, наверное, является ею.

Влюблённые обнимались и выглядели счастливой парой.

— Нюня станет правительницей?! Серьёзно? — Карен расхохоталась, вновь ударив заклинанием, что мгновенно разрушило барьер.

Давина успела поймать поток магии, и между принцессами образовался яркий луч света, который со стороны Давины переливался голубым цветом, а со стороны Карен — ядовиторозовым. И последний побеждал.

Я недолго приходила в себя. Меня ещё никто не называл размазнёй. В моменты опасности я всегда забывала о чувствах. Не знаю, возможно срабатывал инстинкт самосохранения.

— Ну, да! Королева должна стать злая и алчная тиранка! — зло прокричала я и подключилась к подруге фиолетовым сиянием.

Карен завизжала, понимая, что ей не выстоять против двух сильнейших волшебниц. А именно такой я себя и ощущала сейчас.

— Элиса! Не стой как истукан, сделай же что-нибудь! — брюзжала Карен, всё больше ослабевая под нашим напором.

— О, а она разве что-то может? — саркастично хмыкнула Давина. — Она не научилась пользоваться магией, и я это вижу. Зачем ты всех настойчиво обманываешь, Карен?

Пока Давина говорила, я, повинуясь порыву и заметив, что Карен отвлеклась, взмахнула левой рукой. Мгновенно на Карен свалилась крепкая рыболовная сеть. Она мигом опутала злую девчонку, подняв её на высоту больше трёх метров, подвесив на ближайшем дереве.

— Повиси немного, остынь. Сеть выдержит все твои заклинания, впитав их в себя, — флегматично бросила: мой серый голос ничего не передавал, кроме бесконечного безразличия.

Я слишком устала, чтобы показывать кому-то свои эмоции.

Карен, попав в такое неловкое положение, завопила. Несколько минут она кидала проклятия, а затем, увидев, что мы направились ко дворцу, умоляюще заканючила, чтобы её выпустили.

Мы с Давиной проигнорировали её просьбы. Если она та, кто поджёг Катрину, то так ей и надо. Это меньшее из чего мы можем сделать. Наказать её.

После случившегося, поспешила к замку: боль всё сильнее сжирала изнутри, не оставляя от меня ровным счётом ничего. Давина была рядом, словно понимала, что я испытывала сейчас.

Элиса застыла, не зная, что и предпринять. Ситуация для неё оказалась патовой.

— Мне очень жаль, — первой заговорила Давина, нарушив давящую тишину.

Но не наше взаимное молчание сжирало меня изнутри.

После инцидента с Карен, я вернулась во дворец, где впервые столкнулась с Тамиллой. Я сразу же поняла, что это молодая статная женщина — фрейлина. Уж слишком она была хороша собой с огненно-рыжей шевелюрой.

Но мне было наплевать, я выскочила из замка и без проблем нашла свою карету. Мне очень хотелось домой. Побыть в тишине. Порефлексировать. Попытаться понять, что со мной не так. Решить, что делать дальше, как быть, какой тактике придерживаться.

Бекендорф молча ударил по лошадям, и в последнюю минуту Давина успела заскочить ко мне. И теперь мы вновь возвращались в одной карете: это медленно входило в привычку.

Я не возражала. Присутствие Давины меня успокаивало, и даже немного радовало. Ощущала себя не такой одинокой, как секундой раньше. Меня буквально раздирало давящее чувство пустоты. Сжирало изнутри, надкусывая каждую клеточку. После пережитого, я уже не буду такой, как прежде…

Да, Рита предупреждала, что видела Диму с другой. Но одно дело услышать от подруги, другое — увидеть самой. Больше ничего не ждало меня в реальном мире, я могла спокойно забыть о доме, семье… Друзьям и родным будет лучше без меня, а Дима счастлив и так.

— Ничего. Я знала, — коротко бросила, отвернувшись к окну.

Разговор не клеился. Давина сняла перчатку и взяла меня за руку. В жесте не было магии, но волшебство всё равно ощущалось. В дружбе тоже есть любовь, своя, тёплая, не менее прекрасная. Жаль, что не каждому дано это почувствовать, испытать на себе. Распробовать.

Боль сжирала изнутри: пока я здесь, я ничего не могу исправить. С другой стороны, что я смогу изменить, когда вернусь домой? Заставлю его полюбить себя? Невозможно. А отбивать у другой не собираюсь, ведь на чужом несчастье счастья не построишь.

Ах, как же всё на пляже казалось идеально! Но почему тогда Дима вёл себя так. романтично? В тот момент я почти поверила, что у них пляжное свидание.

Влюблённая дурочка. Как я вообще могла принять его дружеские отношения за нечто большее? Он относится ко мне, как к лучшей подруге, может быть, даже как к младшей сестрёнке. Глупой, невинной и наивной.

Почему я так прокололась?!

— Чувства всегда дико ранят. Любви нет, Аннет, — Давина сделала паузу, тяжело вздохнув. Теперь я прекрасно понимала её. — Я не хочу потерять тебя. Хочу, чтобы ты осталась здесь, стала королевой, потому что это правильно. Ты достойнейшая, среди нас. Мне так кажется.

Удивлённо посмотрела на неё, не в силах что-то сказать. Её слова поразили меня. Задели. Достали до неизведанных ранее глубин души, отозвавшись теплом. Ни с кем из своих подруг никогда раньше я не испытывала такого единения душ. Такого. Ничего такого.

Забавно. До её слов, я ни разу не задумывалась над тем, чтобы стать правительницей. На кону было многое. Я не могла оставить прошлый мир, потому что в нём был Дима. Но сейчас он меня не держал.

До какой степени я эгоистична, если не хочу туда возвращаться? Эти чувства очень сильно терзали меня. Похоже, совесть проснулась слишком не вовремя.

Давина же чмокнула меня в щёку на прощание и грациозно покинула карету.

Я и не заметила, что мы столь быстро приехали… Кивнула, высвободилась из её тёплых и цепких объятий.

Забавно, насколько человек может стать близким всего за четыре дня.

Распласталась на траве и не могла пошевелиться. Каждое моё движение было скованно и доставляло жуткую боль. Не знала и не понимала, как я здесь очутилась, и что делала.

Слегка приподняла голову, чтобы понять, где нахожусь. Даже не удивилась, поняв где. Резкое движение отдалось болью в шее.

Снова этот проклятый Малиновый пруд. Начинаю подозревать, что все беды случаются из-за него.

А, может, он не малиновый, а кровавый? Сколько людей было убито, чтобы он принял такой причудливый окрас?!

Попыталась отогнать дичайшие мысли. И что за ужасы вечно лезут мне в голову? С другой стороны, не верила в то, что этот мир может быть настолько ламповым и добрым, каким он кажется.

Заметила королеву и каплицу, что сидела на ветке. Ту самую, с ярко-алым крылом, которую видела в первый раз.

Каплица бросилась с дерева, с размаху ударилась о землю и резко превратилась в красивую девушку. Как по закону жанра.

— Моя королева, мне есть, что вам рассказать.

Вскрикнула и проснулась. Долго ли ещё мне будут сниться чёртовы кошмары? Не выдержала, оделась и собралась. Плевать, что три часа ночи.

Через пару мгновений я стучала в дверь Давины. Вскоре мне открыл перепуганный и заспанный Хьюберт.

— Всё в порядке, Ваша Светлость? — он оценивающе смотрел на меня. Ну и что, что в сорочке и в тёплой кофте поверх? Мне некогда было наводить марафет, даже при помощи магии.

Слава богу, что дом Давины — соседний! Я бы замучалась шлёпать, будь он первый из причудливого ряда.

— Когда я говорила, что не хочу тебя потерять, это не означало, что хочу, чтобы ты врывалась ко мне ночью или и вовсе перебралась ко мне жить, — сонно проворчала принцесса.

— Да, но у меня важная новость. Знаешь, мне кажется, что одна из нас — подставная, — сходу заявила я, перепугав бедного лакея.

— Тише ты! Перепугаешь всех своими заявлениями! — зашипела Давина. Но я заметила, что в её глазах зажглись огоньки. Я прямо почувствовала её жажду приключений. Сама болела подобным. — Хьюберт, сделай нам чай, с корицей и медузием.

— Медузий? — переспросила, подумав, что ослышалась.

— Местное растение. Не попробуешь, не узнаешь, насколько оно чудесное на вкус, — хитро улыбнулась подруга.

Мне ничего не оставалось, как поверить ей на слово.

Давина утащила меня в гостиную, где мы плюхнулись на мягкий диван. Его удобство убаюкивало и успокаивало.

— У тебя провокационное обвинение. Вещай, давай, — когда Хьюберт принёс чай, с удивлением рассматривала с каким спокойствием Давина пьёт напиток.

Вроде бы не отравилась. Тоже решила попробовать и не прогадала: медузий придавал чаю сладкий аромат и блаженный вкус, который на земле был явно недоступен. Биологи ещё не вывели такое растение.

А жаль.

И я рассказала всё, что знала. Свои наблюдения, свои сны и поделилась даже умозаключениями.

Давина внимательно слушала меня, ни разу не перебив. И за это я ей была благодарна. Она не думала, что я сошла с ума, лишь верила на слово. Когда я закончила, её чай был полностью допит, и она заговорила:

— Либо тебя мучают кошмары, и ты замечаешь то, чего нет, либо, — принцесса сделала многозначительную паузу. В чём, а в них она была королевой. Мне в такие моменты, порой, хотелось её убить. Вот прям как сейчас. — Либо, ко всему прочему у тебя обострилась способность к вещему сну. Осталось понять, где правда, а где кошмары, появившиеся на фоне стресса.

Внимательно наблюдала за каждой реакцией, пытливо всматриваясь в каждое действие подруги. Она не переживала. Либо искусная актриса, либо действительно не причём. Тогда у нас пять подозреваемых…

— Подожди. Первый сон был. ты подозреваешь меня? — заметив мой пытливый взгляд, поинтересовалась Давина. А затем она рассмеялась, не сдерживая себя. — Серьёзно? Неужели, ты подумала.

— Подозрения пропали, когда я увидела тебя на перроне. Метро, знаешь ли, не так давно придумали, — фыркнула я.

— Ага. А ты в курсе, что метрополитен появился в Лондоне в 1963? — фыркнула Давина, пристыдив мою безграмотность.

— Ты была одета современно, — безжалостно вклинилась в её игру и начала с ней спорить. Что поделаешь, если это моя страсть?!

— А ещё я ведь ни разу не говорила, что с Земли! — не согласилась Давина.

— Ну, если твой бывший мир опережает нас на тридцать лет по развитию, и ты действительно Тамилла, поздравляю, ты — искусная лгунья! — воодушевлённо пропела, наблюдая за её реакцией.

Не стала называть её актрисой, лишь попыталась задеть её как можно сильнее.

Та молчала некоторое время, а я всё ждала, когда она признается.

— Ладно, хорошо. Ты победила! — наконец хмыкнула Давина, окончательно сдавшись. — Какой план?

Что ж. Круг подозреваемых снизился до пяти человек. Да, возможно, мы придумали очередное приключение себе на голову, но вдруг. Вдруг, среди нас есть та, что бессовестно сливает каждый наш шаг королеве? Что, если я права?!

Мы провели всю ночь, обсуждая всевозможные варианты. На утро у нас был готов план действий.

А ещё мы обе заснули от бессилья на диване.

В этот вечер среди учредителей разгорелся особо пламенный спор. Бал оказался очень показательным и обнаружил у принцесс ранее скрытые пороки, не затмив, при этом, хорошие качества.

Хельга совсем сорвалась с цепи. Она была готова наорать на любого человека и негодовала по любой причине: что Тамилла отсутствовала на приёме большее время, что Катрину подожгли, и, в конце концов, что Аннет ей нагрубила.

— Если ты не заметила моего присутствия, это не значит, что меня там не было, — фыркнула, защищаясь, Тамилла.

Предвзятость коллеги сводила с ума, и Тамилла была готова в любой момент накричать. У неё был крайне тяжёлый вечер.

— И где же ты была? — Хельга воинственно скрестила руки на груди. — Каплицей не отделаешься. Птиц в тронном зале не было ни одной. Лично проверяла. Ты же пришла в конце, пропустив то, как подожгли Катрину. Или, может, это была ты? — Хельга прищурилась.

— Самое глупое предположение в жизни! — возмутилась Тамилла. Как же ей хотелось вскрыть мозг Хельги и проверить присутствовали ли там мозги!

— Всё! Хватит! — резко рявкнул до этого момента абсолютно спокойный Орест. — Мне надоели ваши перебранки. Хотите поругаться — идите за дверь, а нам бы обсудить произошедшее.

— Да, очень важно узнать, как каждая из принцесс отреагировала на провокационное предложение, — Агата поддержала старого друга.

— Знаете, — вздохнул Маркел, — только одна принцесса согласилась. Другие — возмущённо отказались. Некоторые поинтересовались даже за кого мы их принимаем, — тепло улыбнулся мужчина.

Его взгляд как бы говорил окружающим, что ещё не всё потеряно.

— Ох, не таите, интриганы! Говорите! — будь у Агаты веер в руке, она явно стукнула бы каждого по носу. И была бы абсолютно права.

— Карен. Она поддалась искушению, — выдохнул Клим. — Все остальные вели себя достойно.

— Значит, на завтрашних смотринах я должна вернуть девчонку домой? — наконец-то очнулась Шенна, покачав головой.

После случившегося ей было не до проходившего соревнования принцесс. В мыслях она была совершенно не здесь: женщина думала, размышляла над тем, кто поджёг кандидатку. И зачем ему это было нужно. Или, быть может, это был способ отвлечь от чего — то, что они упустили из виду? Шенна не знала всей правды, и её это сильно пугало.

— Да, Карен в последнее время срывает многое. Тем более, если она везде будет искать выгоду… Не нужна нам такая правительница, — резюмировала Агата.

Шенна кивнула, даже не вслушиваясь в её слова.

— Ау, королева, ты здесь? — неожиданно Агата помахала рукой перед её глазами. Шенна вздрогнула.

— Да, я просто думаю над произошедшем. Кто мог поджечь принцессу? Кому это выгодно? И было ли это, чтобы сорвать состязание или для того, чтобы напугать конкурсанток? — Шенна задала очень правильные вопросы. Они настойчиво мучали её последние несколько часов. Не давали расслабиться ни на минуту.

Агате резко стало стыдно за свой довольно-таки провокационный поступок. А она-то, грешным делом подумала, что правительница замечталась о будущей жизни вдали от трона. Но нет, Шенна, как и всегда, думала о себе в последнюю очередь, ставя свои обязанности превыше всего.

— Моя королева, у меня есть соображения по этому поводу, — улыбнулась Тамилла. — Обсудим после собрания наедине?

Она самодовольно посмотрела на Хельгу. Та лишь фыркнула, почувствовав себя униженной и оскорблённой. Светловолосая фрейлина опять потеряла свой статус важности, и это очень ударило по её самооценке.

— У кого-нибудь есть, что ещё сказать? — Шенна вопросительно посмотрела на каждого. Ей хотелось, как можно скорее закончить затянувшееся собрание.

— Да, Ваше Величество, — улыбнулся Орест. — Я опрашивал Давину, Аннет и Катрину… ну… до случившегося. Ответы каждой из них были выше ожидаемого и выше всяческих похвал. Каждая из них ёмкими фразами показала честь и благородство. Я не могу выделить одну из них. Они все достойны.

На лице Тамиллы мелькнула еле заметная и немного хитрая улыбка. О чём она подумала в этот момент, похоже, останется загадкой.

— Мне довелось допросить Элис и Пелагею, — следующим заговорил Маркель. — Мне, в принципе, тоже понравились их ответы. Они были рациональными. Только я считаю, что девочки очень маленькие по своему развитию, чтобы занять трон.

Фрейлины тихо шепнули что-то друг другу. До мужчин не дошёл смысл их разговора, но они и не были настолько любопытны, чтобы влезать в чужую беседу.

— Я же общался с коренной жительницей нашего мира, — важно произнёс Клим, когда его коллеги замолчали. — Ответы Дианы мне понравились. Она показала себя достойнейшей девушкой, эрудированной. Она явно знает, что хочет, и может привнести в королевство очень много полезных нововведений. Мы все бы выиграли с такой правительницей. А вот Карен. — Клим, любитель театральных эффектов, сделал многозначительно паузу, победно окинув взглядом каждого присутствующего. — Заносчивая самовлюблённая девица, ищущая во всём выгоду. Но не для своего народа, для себя.

Шенна кивнула, выслушав точку зрения каждого мужчины. На этом балу у них была ответственейшая миссия, с которой они блестяще справились.

— Хорошо, я учту это в дальнейшем выборе. Спасибо, — сказала она, когда мужчины закончили говорить. — У кого-то ещё есть какие-либо пожелания?

— Я бы хотела высказаться. Аннет. — начала Хельга, но тут её прервала Агата:

— Мы уже поняли твою точку зрения. Аннет — наглая нахалка. Ты её терпеть не можешь. Но не забывай, что именно Аннет спасла Катрину.

— Если бы не Аннет, остался бы от Катрины только пепел, — тяжело вздохнула Тамилла. Ей пришлось поменять своё мнение по счёт принцессы, насколько болезненной смена решения бы не была.

— Вы вечно не даёте мне права голоса! — громко возмутилась Хельга, поджав губы, словно вот-вот заплачет. Все присутствующие знали: она играла на публику.

— Что ж. На этом предлагаю завершить наш совет. Я решу все вопросы насчёт Карен завтра на смотрах. Всем спасибо, все свободны.

Мужчины тут же поднялись с дивана, весело обсуждая планы на вечер. До Тамиллы донеслось, что они собирались посетить ближайшую таверну и повеселиться на славу. Что ж, это их право. Они, в отличие от фрейлин, могли спокойно снять даму на вечер. Почти любая с радостью бы легла в постель с советником королевы.

Женщина покачала головой: она не одобряла такого поведения, но ничего не могла с этим поделать. Увы, она не властна над другими людьми, не ответственна за их поступки и их ошибки.

С другой стороны, хоть у кого-то хватает времени на развлечения. У Тамиллы же его осталось непозволительно мало.

Когда все учредители покинули тайное собрание, и девушки остались вдвоём, Шенна наконец-то смогла спокойно выдохнуть. Ей больше нечего было скрывать. И нечего бояться. Тамилла была единственным человеком, после Богдана, которому она всецело доверяла.

— Ты выяснила хоть что-то? — с опаской глядя на выход из комнаты, спросила Шенна. Дверь захлопнулась, а значит защитные чары сработали: их больше никто не мог подслушать. Правительница лично заколдовала стены, и в своей магии была уверена.

— Немного. Поджёг был сделан с целью запугать оставшихся на отборе девиц. Они ничего не знают, и им просто повезло с выбранной претенденткой, — спокойно произнесла Тамилла.

С инцидента прошло больше четырёх часов. Бояться было нечего, всё самое опасное позади.

— У тебя есть предположение, кто это мог быть? — королева нахмурилась, хотя новости Тамиллы были скорее успокаивающие. Недостаточно хорошие, но отнюдь неплохие.

— Одна из принцесс. Не исключено, что даже Аннет. Она могла спасти Катрину, чтобы отвести от себя подозрение, — Тамилла достала из кармана мешочек с ягодами и теперь с удовольствием их поедала.

Идрис, маленькие чёрненькие ягодки, чуть крупнее смородины, успокаивал. После пережитого сегодня так и хотелось сладкого. Тамилла предложила королеве, но та отказалась, предпочитая чуть позже выпить вместе с Богданом медовуху. Она прекрасно понимала, чем их посиделки в очередной раз могли для неё закончиться, но была готова рискнуть. Уж слишком напряжённым стало правление в последнее время.

Успокаивало лишь то, что скоро всем мучениям придёт конец.

— Но мало вероятно, что это Аннет. Она, конечно, очень хочет домой, но поджигать человека заживо, даже для неё чересчур, — Тамилле почему-то казалось, что эта принцесса ни причём. — Но я также нашла подвешенной вверх ногами Карен. Она клялась, что её подвесили вверх тормашками Давина и Аннет. А ещё уверяла, что видела, как Давина делала ручные манипуляции, чтобы поджечь платье Катрины.

— Ты думаешь, она говорит правду? — пытливо уставившись на фрейлину, спросила королева.

Шенна слишком устала от ситуации, чтобы самостоятельно разобраться кто прав, кто виноват. Хотелось поскорее в тёплые, мягкие и успокаивающие объятия, которые каждым прикосновением будто защищали от опасностей окружающего мира.

В этом была своя красивая и необъяснимая магия. Она не поддавалась никакой логике, не подчинялась ни одному закону Иннотентии, но Шенна чувствовала её всем сердцем. Всей душой.

— Ну, ты слышала оценку Клима, — покачала головой Тамилла. — Карен — слишком ненадёжна. К тому же, Давина разговаривала со мной, когда случился инцидент. У неё стопроцентное алиби.

— Тогда кто? — тяжело вздохнула Шенна.

Похоже, эта загадка правительнице не по силам. Но, чем скорее она разберётся с этой проблемой, тем лучше будет для всех.

— Не знаю, — пожала плечами собеседница, задумчиво уставившись на языки пламени. — Вполне возможно, что Карен. Знаешь, думаю, завтра на смотрах надо у некоторых проверить память.

Шенна тяжело вздохнула, согласившись с близкой подругой. Завтра тяжёлый день, но он даст ответы на многие вопросы и, возможно, решит возникшие за сегодня проблемы.

Шенна тоже посмотрела на догорающий огонь в камине. В искрах она увидела своё светлое будущее с Богданом, вдали от дворцовых интриг, от которых она давным-давно устала.

Осталось всего три дня. И она свободна. В последнее время только обратный отчёт действовал успокаивающе.

Как ни странно, на диване у Давины, я очень быстро провалилась в сон. Тем не менее, всю ночь мне виделось нечто странное. Или нормальное, но по меркам Иннотентии.

Я то убегала от троллей, то сидела в заточении в башне под стражей дракона, ожидая спасения принцем, то и вовсе наблюдала за любовью Дмитрия с новой пассией.

Нет, пожалуй, последнее было кошмаром. Кошмаром наяву.

На утро дико болела шея. Всё-таки всю ночь спала сидя на диване. В общем, наутро настроение стало хуже, чем вечером, но я заставила себя встать и улыбнуться. В конце концов, если судьба даёт тебе бублик в виде начала новой жизни, грех брать от него только дырку.

Давина же не унывала, лишь с улыбкой что — то сделала. Боль, как рукой сняло. Мы на скорую руку позавтракали, быстро привели себя в порядок. Всё-таки смотрины обещали быть весёлыми: в зависимости от того нашли Карен или нет.

К тому же, мы должны выяснить, кто из принцесс являлся подставной. Если, конечно, мои видения были правдой. Подруга, похоже, сгорала от любопытства и ей не терпелось поскорее приступить к наблюдениям.

Судя по смотрам, взбалмошную розовую принцессу, похоже, отпустили лишь под утро: вчерашнее платье, помятое, висело, как на вешалке. Причёска растрепалась, а прихрамывающая походка говорила сама за себя.

Элиса стояла поодаль и походила на серую мышку, которую насильно вытащили из норки.

— Аннет, потрудитесь объяснить, — Шенна нависла над принцессой.

Замешкалась, не зная, что сказать и что тут нужно объяснять. Мне не хотелось вмешиваться во все эти королевские интриги. Слишком много я пережила за вчерашний вечер.

— Карен позвала меня на пару слов в сады, — вместо меня заговорила Давина, — где начала орать на меня, что я не имею права стать королевой, ведь я безродная, да и вообще отсутствовала в списке претенденток. Затем Карен ударила заклинанием, чего я не ожидала, но меня спасла Аннет.

Шенна удовлетворённо кивнула, глядя на то, как бирюзовая принцесса присела в реверансе. Я подхватила и тоже поклонилась правительнице.

— Если Давина говорит правду, то твоя магическая сила впечатляет, как и твоё умение вовремя прийти на выручку и поддержать подругу, — тихо произнесла Шенна, коротко посмотрев на меня, а затем повернулась к Давине: — ты не безродная, пусть и воспитывалась в приюте Земли. Мне очень жаль, что я не заметила тебя сразу, просто я искала среди тех, кто ни разу не целовался с противоположным полом. Ты достойнейшая из достойнейших,

— сделав небольшую паузу, задумчиво прикусив нижнюю губу, она добавила: — законы Иннотентии давным-давно пора переписать.

Потом Шенна подошла к синей принцессе и улыбнулась ей:

— Диана, ты блестяще выступила на балу, показав прекрасные знания Иннотентии. Я очень горда, что в нашем мире рождаются и растут столь удивительные и способные девушки.

Я с интересом наблюдала за происходящем.

— Но также на балу произошёл очень неприятный инцидент. Кто — то поджёг платье принцессы Катрины. И нам нужно выяснить, кто это сделал, — Шенна строга осмотрела каждую принцессу.

— Ваше Величество, позвольте сказать, — залебезила всё это время молчавшая Карен. — Я видела, что Давина делала руками необходимые манипуляции для возгорания одежды. Я думаю, она сделала это, чтобы напугать конкурентку.

— Протестую, — неожиданно заговорила Катрина. — Давина в этот момент была со мной, и её руки были на виду. Будь это она, я бы успела поставить конт — заклинание.

— Тогда почему она не потушила твоё платье? — Шенна строго посмотрела на Давину.

Та, в испуге, залебезила:

— Я растерялась, Ваше Величество. Я видела, что Карен делала какие-то манипуляции, но, когда я поняла, что именно она вытворяла, было уже поздно.

— Достаточно! — Шенну лепет принцесс явно начал выводить из себя. Даже я почувствовала раздражение королевы, и оно меня напугало.

— Давина, Карен! Я прошу каждую из вас подойти ко мне, чтобы я заглянула в вашу память для восстановления событий на балу. Если вы обе окажетесь невиновны, то я проверю остальных.

Её строгий взгляд заставил содрогнуться. Давина покорно подошла первой, потому что знала, что ей нечего скрывать. А вот Карен задрожала. Её магии было недостаточно, чтобы противостоять главной колдуньи царства.

Шенна держала Давину за руку около минуты. Давина спокойно стояла и не двигалась. Её лицо было расслабленным, глаза закрытыми. Видимо, Шенна использовала примерно ту же магию, что и я пару дней назад, когда случайно залезла в её воспоминания о потерянной любви.

Вскоре Шенна выпустила руку, кивком попросив вернуться на место. Карен медленно подошла, пытаясь скрыть дрожь, но у неё откровенно это не получалось. Я внимательно наблюдала за каждым её жестом. Она вся напряглась, её глаза были открыты. Она явно пыталась что-то скрыть от нас.

— Врать нехорошо, Карен, — покачала головой Шенна, когда закончила.

— Я не хотела, чтобы такая прошмандовка, как Давина, заняла трон! Я хотела поджечь именно её. Напугать! Покалечить! Я…

Карен провалилась сквозь землю. Шенна не дала договорить её пламенную речь.

— Сколько ненависти. Как я могла не заметить этого раньше, — Шенна неодобрительно покачала головой. — Стара я стала. И невнимательна.

Последние слова услышать из уст молодой красотки показалось мне чересчур удивительным и. странным.

— Но я рада, что мы вовремя разрешили конфликт. Дорогие мои, сегодня ваш ждёт ещё одно важное мероприятие. Карета прибудет за вами через пару часов. Будьте готовы, — Шенна с улыбкой окинула взглядом каждую из нас.

Я, Давина, Диана, Катрина, Элиса и Пелагея одновременно присели в реверансе. Похоже, у нас выработалась синхронность.

Королева, как всегда, эффектно растворилась в воздухе. Принцессы поспешили по домам, чтобы переодеться, а мы с Давиной немного отстали, желая поговорить наедине о произошедшем на смотринах.

— Пожалуй, воздух станет чище, раз Карен исключили, — первой заговорила я, стараясь убедиться, что нас никто не подслушивает.

— Есть такое. Кстати, я следила за каждой на смотринах, — шёпотом вторила мне Давина.

— Да, я тоже. Катрина выглядела чересчур спокойной для того, кого вчера подожгли, — вслух озвучила я свои мысли.

— Либо хорошо умеет себя держать. Но я подозревала, что Карен хотела поджечь меня, а Катрина чисто случайно попала ей под руку. Мне просто повезло, что заклинание отскочило, — Давина тяжело вздохнула. — И очень хорошо, что сегодня мы все будем друг у дружки на виду. Думаю, к концу дня мы уже узнаем, кто подставная. И есть ли она вообще среди нас.

— А что дальше? — вопрос пришёл в голову настолько неожиданно, что я сама даже не ожидала, что задам его.

— Давай решать проблемы по мере поступления, — Давина отмахнулась, не желая об этом думать. — Итак, у нас четыре подозреваемые.

— Я не думаю, что Пелагея — подставная. Мне кажется, что она просто маленькая девочка, чисто случайно попавшая на отбор.

— Не согласна. Да, Пелагея — последняя, кого не отметили. Но это очень подозрительно. Возможно, она хорошая актриса. Тебе не кажется? — Давина пламенно доказывала свою идею, я лишь качала головой в ответ. — Ну, и не стоит списывать Элису со счетов. У неё, конечно, нет магии, но она ошивалась некоторое время рядом с Карен. Не исключено, что именно она вытащила тёмные закоулки души из Карен.

— Ты видишь зло там, где его нет, — не согласилась я. — Элис и Пелагея кажутся мне просто милыми девчушками, которые немного слабее нас.

— В тихом омуте черти водятся. Дьявол кроется в мелочах, — фыркнула Давина, осыпав меня жизненными премудростями. — В общем, я считаю иначе.

— Я же думаю присмотреться к Катрине и Диане. Девушки из этого мира, слишком много знают. У Катрины очень хороший магический потенциал. Мне кажется, у одной из них может быть договорённость с королевой, — замолчала на мгновение, а затем неуверенно добавила: — Или, возможно одна из них и вовсе Тамилла.

— Я не думаю, что подставная так бы сильно палилась, — Давина скрестила руки на груди. — Но, в любом случае, здравое зерно в твоих устах есть. Возможно, ты права, и одна из них не та, за кого себя выдаёт. Возможно, права я…

— Не понаблюдаем, не узнаем! — воодушевилась я.

— Это точно. В общем, нас впереди ждёт тяжёлый день. Нас всего двое, сократить число подозреваемых мы не смогли.

— Может, это вообще Карен, — перебила я подругу, неожиданно пришедшей догадкой мне в голову. — Поняв, что почти раскрылись, замели следы и избавились от довольно — таки сильной кандидатки.

— Не исключено. Но, подумай, мне кажется, это слишком сложным? Могли придумать другой способ, не запугивая оставшихся принцесс. Не думала?

Прикусила губу, не желая признаваться в том, что Давина, возможно, права. Но, пока у нас нет ни одного доказательства, только догадки.

— Тогда предлагаю разделиться. Я наблюдаю за Дианой и Катриной. Ты за Элисой и Пелагеей, — предложила я, сдавшись.

— Идёт. По рукам. Надеюсь, сегодня мы добьёмся хоть каких-то результатов, — Давина кивнула, одарив меня лучезарной улыбкой

Хитро улыбнулась в ответ и подмигнула подруге. Интрига увлекала меня вперёд, любопытство сжигало изнутри. Почувствовала себя частным сыщиком, и осталась довольна. Всё-таки, какое никакое, а очередное, маленькое приключение.

Мысли о Диме, и о том, что он, возможно, сейчас не один, сейчас не съедали меня.

Все оставшиеся принцессы нашли на кровати новый костюм, и я не стала исключением. Не совсем понимала, что будет дальше, но этого мне и не требовалось. На день были большие планы, и королевские дела мне совершенно не мешали. Лишь помогали их воплотить.

Даже для Иннотентии наряд показался необычным: он выделялся изысканностью, элегантностью и забавной строгостью. Платье под цвет дома имело прямую длинную строгую юбку, а сверху — декольте. Также прилагались чёрный пиджачок с рукавами в три четверти и элегантная шляпка чёрного цвета.

Не успела я переодеться, как к дому подъехала открытая карета. Пелагея, Катрина, Диана и Давина уже ждали в точно таком же наряде, отличаясь от моего только цветом, что было логично. Я молча присоединилась к ним, заняв место с краю.

Моя подруга вела себя как обычно, хотя я и знала, что она собирается присматривать за подозрительными ей девушками. Я же думала на других, и тихо надеялась, что меня не раскроют, когда я начну пристально следить за ними.

— Для чего нас собрали? — подала голос Пелагея.

Давина пожала плечами, всем видом показывая, что не знает причины. Пелагея испуганно озиралась по сторонам.

Катрина хитро улыбалась, словно знала гораздо больше, чем мы. Но она настойчиво молчала, не желая делиться с нами своими знаниями.

Она выглядела крайне подозрительной.

Диана же, напротив, нервно теребила рукав пиджака, и явно не знала о цели очередного сбора.

Томас, сидящий вместо кучера, загадочно молчал.

— Куда мы направляемся, сэр? — тихо спросила Элиса, присоединившись к нашей компании последней.

— Сейчас мы прокатимся по ближайшим деревням королевства: народ должен знать кандидаток на трон королевы в лицо, — Томас пытливо осмотрел нас. — После чего мы поедем во дворец, где вас ждёт ещё одно испытание.

Элиса глубоко и испуганно вздохнула. Если он подставная, то слишком театрально. Дайте ей Оскара.

— У каждой из нас ещё есть шанс вылететь? — пискнула Пелагея. Её глаза сузились от страха и стали похожи на маленькие горошины. — В смысле, не хотелось бы уйти под землю, как другие… Наверное, это больно.

И снова не менее театрально! Боже, у меня таким образом скоро разыграется паранойя. Я уже никому и никогда не смогу доверять.

Это сделает меня наилучшей королевой?

Томас рассмеялся, отвернувшись. После удара кнутом по лошадям, карета вновь сдвинулась с места.

— Не переживайте, вы финальная шестёрка. Каждая из вас, при желании, может стать фрейлиной.

Блеск. Сама того не ведая, добралась до самой вершины состязания. А ведь хотела вылететь ещё в начале! Наверное, стоило поджечь Катрину, как Карен, и вернуться домой. А, может, ещё не поздно?

Всю дорогу сидела молча, то рассматривая причудливую природу Иннотентии, то поглядывая на соперниц. Ни Катрина, ни Диана никак не выдавали себя. Они обе сохраняли внешнее спокойствие.

В окне мелькали живописные деревья, странные кустарники с цветами в форме звёзд. Даже фауна выделялась изысканностью и необычностью. Но меня это уже не поражало, как раньше. Говорят, что люди ко всему привыкают. Похоже, я не стала исключением из этого правила.

Пелагея и Элиса о чём-то перешёптывались, а остальные держались по-королевски холодно, молча наблюдая за поездкой.

Наконец, мы въехали в первую деревню: я заёрзала на месте, глядя на мимо проплывающие дома и жителей, выскакивающих на улицу.

Народец Иннотентии, пожалуй, ничем не отличались от людей родного мира. Они с интересом рассматривали нашу карету. Некоторые мужчины в знак приветствия снимали шапку и кланялись, женщины приседали в реверансе, а детишки, смеясь и резвясь, бежали за каретой.

— Прощай старая королева, да здравствует новая! — кричали вслед.

Я, услышав необычное приветствие в первый раз, вздрогнула. Кажется, уровень сумасшествия состязания достиг своего апогея.

Наконец, первая деревня закончилась и вновь начались бескрайние поля, ромбовидные цветы и причудливые деревья с лиловыми листьями.

В следующей деревне люди размахивали однотонными платками.

— О, у мужчины платок жёлтого цвета, — удивлённо воскликнула Элиса, непроизвольно поправив юбку своего жёлтого платья, с интересом разглядывая жителя, чуть не свернув шею.

— Держись по-королевски! — одёрнула ей Диана. — Если ты думала, что жители Иннотентии не знают о нашем состязании, то ты глубоко заблуждалась.

— Ты хочешь сказать, что они в курсе о каждом нашем шаге? — настороженно спросила я. Мне не понравилась такая перспектива, но я с интересом наблюдала за реакцией соперниц.

— Не совсем о каждом, но многое они видят, и поэтому болеют за конкретную принцессу, — кивнула Диана.

— Абсурд, — коротко прошептала я, почувствовав себя на реалити-шоу.

— Как много синего! — с грустью в голосе заметила Пелагея. — И красного!

— Чего ты расстраиваешься раньше времени! — фыркнула Элиса. — Присмотрись, это оттенки фиолетового, бирюзового и синего. Они смешались. О, а вот и твой оранжевый, взгляни! — Элиса как могла подбадривала соперницу.

— Нет, это жёлтый! — возразила Пелагея.

— Ш-ш-ш! — Катрина яростно зашипела, приложив палец к губам. — Это тоже испытание. Держите себя в руках!

Деревня сменяла деревню, и спустя несколько часов я уже совсем ничему не удивлялась: природа казалось обычной, люди перестали поражать поведением, даже когда кричали что-то вроде:

— Да здравствует королева Диана!

— Умная Катрина — наше будущее!

— Рассудительная Давина — вот наш выбор!

— Смелая и безрассудная Аннет, мы пойдём за тобой!

— Элиса, вперёд!

— Пелагея, ты лучшая!

Все крики смешались в один большой шум, и вскоре различить хоть слово стало очень тяжело. Либо я просто устала.

К концу поездки чувствовала себя выжатой, как лимон. Мне показалось, что и другие устали, но ни одна из нас так и не пожаловалась.

Когда мы подъехали ко дворцу, нас встретила Шенна:

— Я горжусь вашей королевской выдержкой. Следуйте за мной, — Шенна направилась в замок, жестом пригласив и нас.

Никто не стал приседать в реверансе, все молча последовали во дворец. Шея затекла, ноги ныли от боли. Вскоре мы очутились в узком коридоре, где стояла небольшая скамейка.

— Присаживайтесь и ожидайте очереди. Хьюберт будет вызывать следующую. Катрина, ты идёшь первой.

Лакей Давины кивнул, поклонившись.

Катрина, словно величественная королева, ускользнула за железную дверь. Покачала головой: к сожалению, не смогу проследить за ней.

Но что там за дверью?!

Минуты тянулись, словно вечность. Начинала медленно, но верно сходить с ума. Сколько мы тут просидим? Час? Два? А что нас ждёт за стеной? Что за очередное испытание, которое мы должны с блеском пройти?

И тут в коридор вышел Хьюберт.

— Аннет, ты следующая.

Тяжело вздохнув, подошла к двери, коротким взглядом окинув принцесс: Диана и Давина уже сидели со спокойным видом, а вот Элиса и Пелагея испуганно озирались по сторонам.

Что же ждало нас за железной дверью?!

За дверью начинался большой зал с освещённым центром: друг напротив друга стояли два стола. Один, чуть поменьше — свободный, а второй — побольше, занятый учредителями. В центре восседала королева, по правую руку от неё — Томас. Учредители были одеты в такие же «строгие» костюмы, как у принцесс. Я узнала и Хельгу, и Агату. А вот место Тамиллы по-прежнему пустовало.

Чуть дальше от центра расположилось несколько рядов, где сидели зрители. Заметила в зале Катрину. Она с неприкрытым злорадством посмотрела на меня. Я повела плечами, отогнав любые неприятные мысли.

Рядом с Катриной было ещё пять свободных мест. Догадалась, что вскоре мне предстоит занять одно из них.

То, что Тамиллы не было среди нас, только сильнее навевало на мысль, что фрейлина — одна из принцесс.

Смело прошла в центр, понимая, что и дальше стоять как истукан, нет смысла. Кто-то может заподозрить неладное.

— Здравствуй, Аннет, — улыбнулся мужчина в строгом пиджаке по правую руку от Шенна.

— Присаживайся, — он взмахом руки предложил расположиться напротив них.

Недоверчиво глядя на каждого присутствующего, повиновалась, недовольно шелестя юбками. Заметила Ореста и поморщилась: наш предыдущий разговор был крайне неприятен. Хотя мужчина изначально казался мне нормальным.

Ошиблась ли я, или это была вчерашняя проверка?

— Ты, наверное, гадаешь, зачем ты здесь? — лицо Ореста расплылось в улыбке.

Покачала головой, сердито тряхнув длинными локонами. Мне было всё равно ради чего весь этот фарс. Чувствовала заинтересованные взгляды на себе, но сегодня так устала, что не стала задумываться об этом. Я сидела ровно, по-королевски сдержанно улыбаясь.

Мысли были совершенно о другом.

— Сегодня пятый день вашего испытания, Аннет, — с важным видом заметил Томас.

— Как, уже? — флегматично спросила, не проявив ни капли интереса.

— Послезавтра коронация, — не обращая внимание на моё дерзкое поведение, продолжал Томас. — Сегодня я провёз всех принцесс по ближайшим деревням, чтобы посмотреть на реакцию народа, — последнюю фразу он сказал, похоже, не мне.

— Вы хотите рассказать о предварительных результатах состязания? — хмыкнула я, перебив его. Скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула.

— Конечно же нет! — рассмеялась Шенна. Королева всё это время пристально наблюдала за каждым моим движением. Я чувствовала её взгляд каждой клеточкой своего тела.

— Сегодня у нас вечер дипломатии. Мы зададим тебе ряд вопросов, после чего отпустим в зрительный зал, — Томас по-прежнему говорил спокойно.

— И я буду видеть выступления остальных? Разве это честно? — я заметила, как секретарь рядом с Томасом старательно записывал что-то в свой пергамент.

— Список кандидаток расставлялся по приоритету, — холодно отчеканил Орест, видимо, решив сменить тактику общения со мной.

А как он заливал, что за моим бунтарством будущее! Как же здесь всё фальшиво!

Фыркнула. Всю эту неделю старалась выделиться, кривлялась, пыталась не понравиться, но в итоге моё поведение привело почти на вершину «топа». Была вторая, после Катрины.

В горле запершило, появилось ощущение тошноты от мысли, что я попала в реалити-шоу «Кто хочет стать принцессой».

И главная интрига здесь не кто взойдёт на престол, а кто из нас подставная.

Орест вновь заговорил:

— Думаю, нет смысла тянуть. Преступим к вопросам. Что вы почувствовали, оказавшись в Иннотентии?

Громко хмыкнула. Ещё чуть-чуть и буду похожа на плюющуюся лошадь. Они ждут ответов истинной королевы? Ну, уж нет. Им придётся горестно разочароваться.

— Мне показалось, что я сплю. «Нереалистичность» Иннотентии доведена до предела. До абсурда.

Шенна рассмеялась, услышав мой ответ, а затем неожиданно кивнула. Неужели, я вновь умудрилась попасть в точку?

— Что вы думаете об Иннотентии? — лицо Ореста осталось беспристрастным. О чём он думал, мне было неведомо.

А тут я всё же задумалась. Мне не хотелось грубить, но подобрать нужные слова не получалось. В конце концов, я лишь покачала головой. Что я могла сказать? Волшебный мир со странными законами, в котором мне хотелось бы ещё немного погостить, но не было желания остаться жить и уж тем более править?

— Объясните почему вы достойны стать королевой Иннотентии? — Орест продолжал, как ни в чём не бывало.

Его хоть что-то может смутить?

— Я считаю, что существуют кандидатки достойнее меня, — с вызовом посмотрев на него, ухмыльнулась.

Кто же?! Давина или Диана? Если Диана не подставная, то она прекрасный претендент. Странный выбор мучал меня вот уже несколько часов. Они обе могли с достоинством занять трон, возглавить целое королевство. Целый мир был подвластен им.

Диана знала всё о мире, Давина прекрасно овладела магией. К тому же, Давина точно на несколько ближайших лет потеряла интерес к противоположному полу. Всему ли виной разбитое сердце?

Нет. Моё сердце тоже раскололось пополам, но я знала, что когда-нибудь испытаю настоящие взаимные чувства. Неважно с Димой или без. Мне не хотелось так просто сдаваться.

Но разве мне решать, кто займёт королевское место? Почему я вообще об этом думаю?

— Что полезного вы сделали бы для королевства? — от пространственных мыслей отвлёк дотошный Орест.

— Я не знаю королевство достаточно хорошо, чтобы ответить на этот вопрос, — вызывающе улыбнулась, уйдя от ответа.

— Проявилась ли у вас магия, и как давно? — Орест сделал вид, что ничего не заметил.

А если я тебе кирпич на голову наколдую, ты сменишь выражение лица, или останешься по-прежнему невозмутимым?!

— Да, появилась. Первая, кто почувствовал магию в себе… — на секунду запнулась. Дожили! Теперь я говорю, как истинная жительница Иннотентии! — была Давина. Она показала мне волшебство, чем разозлила меня. Я упорно тренировалась, пока не вызвала грозу, тем самым, научившись колдовать.

— Верите ли вы в любовь? Существуют ли человеческие отношения? — Орест равнодушно относился к моим ответам, словно куда-то торопясь. Секретарь по-прежнему скрупулёзно что-то записал на пергамент.

Мой взгляд устремился на мучителя. Мужчина продолжал сохранять беспристрастное лицо. Я, почти что душу излила, а ему всё равно?! Тогда зачем вообще весь этот фарс?!

— Верю, — наконец, прошептала, не в силах врать. — Существуют. У любви много оттенков. Есть страстная, есть безответная, — запнулась, мой голос слегка дрогнул. Неожиданно для себя почувствовала лёгкую боль в груди. — Или между двумя любящими сердцами. Ещё к родителям, к друзьям. Список бесконечен. Каждая любовь совершенно разная. Про какую из них вы хотели бы поговорить? — с вызовом посмотрев на каждого опрашивателя спросила я.

Хельга лишь показушно фыркнула, пытаясь привлечь внимание к себе.

— Что показалось вам самым неожиданным в отборе принцесс? — перебил Орест. Если вчера он казался милым мужчиной, то сегодня безумно раздражал.

— Езда на лошадях, — в тон Хельге фыркнула я. — Это состязание самое безобидное и адекватное из всех, что провело королевство, чем и удивило.

— Благодарю, Аннет, займите, пожалуйста, место в зале, — улыбнулся Томас. Я поднялась, присела в реверансе и громко выдохнула. Когда я очутилась среди зрителей, в зал вошла Диана. В отличие от меня, она, похоже, знала, на что идёт.

А вот Катрины уже почему-то не было на месте.

Осмотрелась по сторонам: Катрина действительно сбежала. Но куда? Зачем? Никак не могла понять, что происходит.

Неужели?..

Тем временем, Томас уже проинструктировал Диану, и они перешли к идентичному опросу.

— Что вы почувствовали, оказавшись в этом мире? — закатила глаза, услышав с каким холодным тоном робота Орест задал вопрос.

Диана вообще-то родилась в этом мире!

Может, Орест ненастоящий? Может, он и вовсе не человек?!

— О, я родилась в Иннотентии, здесь же и выросла. Это честь для меня, участвовать в отборе принцесс, — лучезарная улыбка Дианы озарила весь зал.

Они хотя бы вопросы для коренных жительниц немного изменили. Но нет. Всё больше и больше происходящее походило на цирк.

— Что вы думаете об Иннотентии?

— Конечно, я не могу быть непредвзятой, ведь это мой родной дом, место, где я родилась, но… — Диана на секунду прервалась, словно пыталась совладеть со своими чувствами, а затем, набравшись сил, продолжила: — Иннотентия — удивительный мир, где царит магия и благополучие, — Диана продолжала по-королевски улыбаться.

Где-то этому учат? Мне бы очень пригодились такие курсы. Внимательно следила за Дианой, пытаясь увидеть малейший отголосок вранья, малейшую фальшь. Но. ничего не находила.

В эту секунду железная дверь отворилась. К столу учредителей подбежала запыхавшаяся Тамилла.

— Извините, что опоздала, — с этими словами она заняла место рядом с Хельгой. Та одарила её настолько злобным взглядом, что нехорошо стало даже мне.

Тем временем, Катрина так и не вернулась на своё место. Я уже начала серьёзно подозревать, что Катрина и Тамилла — одно лицо.

— Объясните почему вы достойны стать королевой Иннотентии? — невозмутимо продолжал Орест. А от его спокойного тона мне сделалось окончательно дурно. Меня подташнивало, а потом живот резко заурчал.

Надеюсь, этого никто не услышал?! Мне стало дико неудобно, но потом я вспомнила, что с утра мы ничего не ели. Желудок настойчиво напоминал мне, что он абсолютно пустой.

Неужели, все принцессы так же нехорошо себя чувствуют?!

— Потому что знаю мир, как никто другой. Я знаю его достоинства и недостатки, знаю, какие нововведения пойдут ему на пользу. Я хочу подарить и посвятить Иннотентии всю свою жизнь, — Диана лучезарно улыбалась, не обращая внимания ни на какие неудобства.

— Что бы полезного вы сделали для королевства? — пытливо уставившись на принцессу, продолжил опрос Орест.

— Для начала открыла школы для девушек. Огромный минус Иннотентии в том, что девушки по-прежнему не имеют тех прав, что есть у мужчин. У нас давно не средневековье, и я считаю, что это неправильно. Другие миры гораздо развитее нас в этом плане. К тому же, именно у женщин есть магия. Кроме этого, у меня полно идей для процветания королевства, — Диана засмущалась, покраснев.

Диана или Давина? Вновь задалась странным вопросом. Конечно, не мне решать, но в то, что Элиса или Пелагея займут королевский трон, слабо верилось. Хотя, всё же зависит от их выступления?

А вот, что именно Катрина — подставная, я почти уже не сомневалась.

— Верите ли вы в любовь? Существуют ли человеческие отношения?

Диана просто кивнула, не став комментировать очевидное. Я с ней согласилась. В этом плане мы мыслили одинаково.

— Что показалось вам самым неожиданным в отборе принцесс?

— Даже не неожиданным, а омерзительным… — Диана поморщилась. Улыбка мгновенно погасла, будто её и не было. — Некоторые кандидатки в первый же день, увидев симпатичного мужчину, отдались им. Само испытание верное, оно показало истинную натуру девушек, но. — Диана прервалась, покачав головой. — Всё равно неприятно.

Королева кивнула, и Диана заняла место рядом со мной.

— Ну, как я тебе? — улыбка вернулась на лицо Дианы. Она не скрывала, что довольна собой.

— Как истинная королева, — тихо рассмеялась я, по-дружески погладив принцессу по спине. Не верила, что Диана — подставная.

— Так круто, что я иду второй после тебя! — хихикнула Диана, окончательно расслабившись.

— Королевой мне, конечно, не стать, я боюсь, что не смогу. — Диана сделала многозначительную паузу, оглядев меня с ног до головы. — Но вот ты, похоже, справишься. Ты же возьмёшь меня фрейлиной?

Тяжело вздохнула, не понимая, почему все в округе видели во мне особу королевских кровей.

К счастью, в зал вошла следующая претендентка, и Диана отвлеклась на неё. Давина, в отличие от остальных, уже выглядела как настоящая королева: ее походка была плавной и естественной. Время, потраченное на дорогу, и часы, проезженные по деревне, никак не отразились на ней.

И почему все в упор не замечают волшебство Давины?! Тяжело вздохнула, пытаясь найти ответ на величайшую загадку отбора.

Давина села на предложенное место и внимательно выслушала повторившуюся речь Томаса. Она ничуть не возмутилась, лишь слегка наклонила голову.

— Я готова ответить на любые ваши вопросы.

— Что вы почувствовали, оказавшись в Иннотентии? — Орест не стал тянуть.

— Удивление, — пожала плечами Давина. — Я попала сюда случайно. Королева избрала для соревнования мою подругу, которая на первых же смотрах повела себя некрасиво. — Давина прервалась, словно поперхнулась воздухом.

— И я ещё раз подчеркну, что была не права, когда выбрала её, а не тебя, — перебила Шенна.

Давина никак не отреагировала на комплимент королевы. В который раз я поразилась её силе выдержки.

— Что вы думаете об Иннотентии? — Орест пошёл дальше, тоже не обратив внимания на комментарий Шенны.

Да он точно робот!

— Ох… Это красочный, живописный и волшебный мир. Я даже не могу описать словами насколько он прекрасен. Я чувствую здесь, что я наконец-то дома, — Давина потупила глаза, пытаясь скрыть, что начала краснеть.

— Что я пропустила? — внезапно раздалось над моим ухом, отчего я вздрогнула, подпрыгнув на месте.

Повернула голову и заметила рядом с собой Катрину. Нахмурилась.

— Я просто не выдержала и сбегала в туалет. А по пути заблудилась, — она надула губы, ведя себя жеманно, не естественно.

Мне даже показалось, что передо мной не Катрина вовсе, а её сломанный двойник. Но возможно ли это? Усмехнулась, напомнив себе, где я нахожусь.

— Что бы полезного вы сделали для королевства? — опрос Давины, тем временем, настойчиво продолжался.

— Я постараюсь избавить мир от войн.

Почему Давина и Диана настолько прекрасны? Я почувствовала себя на их фоне по меньшей мере клоуном. Маленькой девочкой, которая постоянно ныла и хотела домой. «К маме». Вот только хотелось мне далеко не к маме.

— Верите ли вы в любовь? Существуют ли человеческие отношения? — Орест был неутолим. Наверное, ему стоило пытать людей. Ему бы идеально подошла эта, столь простая профессия.

— Отношения между людьми существуют, — согласилась Давина, избежав ответа на первый вопрос.

— Что показалось вам самым неожиданным в отборе принцесс? — Орест по-прежнему настаивал на своём.

— Я считаю, что состязание составлено грамотно, и здесь нет ничего неожиданного и неправильного, — жёстко бросила в ответ Давина.

Они с опрашивателем друг друга стоили.

— Благодарю вас за ответы, прошу присоединиться к соперницам, — отчеканил Томас.

Давина встала, присела в реверансе и изящной походкой прошла к нам. Я улыбнулась подруге.

— Ты была на высоте, — сделала комплимент Диана.

— Спасибо. Жаль, что я не видела вашего дипломатического выступления, — с печальной улыбкой заметила Давина.

— Ну, нашу красавицу Аннет никто не затмит, — хихикнула Диана.

Я поморщилась, Катрина фыркнула. И только сейчас я заметила, что у неё не карие, а голубые глаза. Когда она успела поменять их цвет?

Не успела шепнуть Давине о том, что заметила, потому что подруга внезапно шикнула на меня, ведь Элиса уже сидела напротив королевы и мысленно готовилась к опросу.

К тому же обсуждать то, что я якобы лидирую мне совершенно не хотелось.

— Помнится, ты хотела вернуться домой, — Давина заискивающе взглянула на меня, продолжая играть на публику. — Передумала?

Наградила её настолько строгим взглядом, отчего и Диана, и Давина расхохотались. А затем мне и самой стало смешно.

Катрина выпучила глаза, словно не понимала, что происходит.

Не понимала? Притворялась? Или и вовсе была двойником, как и Дима, и Сергей, и сотни других парней на первом балу?!

— Что вы почувствовали, оказавшись в Иннотентии?

— Страх. Первой моей эмоцией был страх, — словно задыхаясь от волнения, останавливаясь после каждого слова, выдохнула Элиса. — Потом радость, безграничное веселье… — Элиса замерла на пару секунд. — Невозможно описать весь спектр эмоций, что я испытала за пять дней, находясь в Иннотентии.

— Что вы думаете об Иннотентии? — прервал её Орест, словно куда-то торопился и не желал слушать её заунывную речь.

Меня крайне возмущало его поведение. Если последние две девушки не так важны, зачем их опрашивать?!

— Как я говорила ранее, невозможно описать словами то, что я испытываю и думаю об этом удивительном королевстве, — с недовольными нотками в голосе, произнесла Элиса.

Покосилась на Давину: та напряжённо следила за каждым жестом Элисы.

Посмотрела на Катрину. Меня не оставляло подозрение, что рядом со мной не Катрина, а её двойник, сделанный на скорую руку. От её грациозности и высокомерности не осталось и следа. Она словно вышла из зеркала и настойчиво пыталась её спародировать.

Диана по-прежнему светилась от счастья и никак не выдавала себя.

— Объясните почему вы достойны стать королевой Иннотентии? — Орест не заметил тона девушки. Или сделал вид?!

Элиса задумалась, прикусив губу.

— Мне кажется, здесь нет правильно ответа. Кто из нас достойнее знает только королева, — тело девушки немного дёрнулось. Весь её вид буквально кричал о том, что принцесса нервничала и мечтала, чтобы всё поскорее закончилось.

Покачала головой: Элиса явно не могла быть подставной. Теперь я уверилась в этом на сто процентов.

— Что бы полезного вы сделали для королевства? — Орест был холоден и равнодушен.

— Это нужно смотреть по ситуации. Но я бы старалась сделать его ещё лучше, чем он есть сейчас.

Секретарь черканул ответ в пергамент.

— Проявилась ли у вас магия, и как давно?

— Появилась. На третий день, — немного испуганно прошептала Элиса после секундного замешательства.

Мы с Давиной невольно переглянулись: обе знали, что Элиса врёт. Или…? Может, после того как Карен попала в беду, у Элисы получилось совладать с магией и вызволить её из ловушки?

Я глубоко вздохнула. Мне вдруг резко не хватило воздуха. Слишком много вопросов, которые грозили остаться без ответов.

— Верите ли вы в любовь? Существуют ли человеческие отношения?

— Любовь существует, как и отношения между людьми, — сдавшись, бросила Элиса, с грустью посмотрев на своего мучителя.

— Что показалось вам самым неожиданным в отборе принцесс?

— Самым неприятным, пожалуй, был бал, когда к нам приставали парни, которые, вроде как, должны были нам понравиться. Это немного… омерзительно, — Элиса поморщилась.

Покачала головой. Она просто не знала каково было мне, когда я увидела сначала свою первую любовь, а потом человека, к которому испытывала чувства сейчас.

Да я чуть с ума не сошла!

Интересно, она испытала то же самое?!

Секретарь продолжал записывать в пергамент, но Элису не торопились отпускать в зрительный зал. Королева улыбнулась, пытливо всматриваясь в глаза принцессы. Наконец, Шенна спросила:

— Как вы подружились с Карен?

Элиса вновь закусила губу, не зная, как ответить на столь тяжёлый для неё вопрос. Потом, глубоко вздохнув, она произнесла:

— На том самом балу. Она, при помощи магии, спасла меня от приставаний незнакомца, который зажал меня к стенке. Я сама там буквально чуть не потеряла голову, а этот болван был сильнее меня в несколько раз.

— Да, у Карен действительно были все шансы и способности стать королевой Иннотентии, но, увы, — Томас печально вздохнул, разведя руки в сторону.

Да, Карен совершила много ошибок за последние пару дней. И их было уже невозможно исправить, слишком большие последствия и урон они нанесли.

Элису, в конце концов, отпустили, и она присоединилась к девчонкам. В зал вошла последняя, Пелагея.

Пелагея выглядела испуганной: она дрожала как осиновый лист на ветру. На стул буквально плюхнулась, но Томаса слушала внимательно. Он произнёс выученную наизусть речь слово в слово.

Пелагея, улыбаясь, кивнула. Я зевнула. Мне, если честно, уже надоели эти однотипные опросы. Я начала скучать. Мне уже не казалось это таким волшебным и интригующим.

Хотелось поделиться своими догадками с Давиной. Похоже, она очень сильно удивится, когда узнает, что я узнала.

— Что вы почувствовали, оказавшись в Иннотентии? — Орест начал свою шарманку.

Я потёрла виски, чувствуя, как они начали гудеть от бесполезных расспросов мужчины. Никак не могла понять смысла происходящего фарса.

Пелагея, испуганно озираясь по сторонам, захлопала ресницами. Обдумав, принцесса пожала плечами и покачала головой.

— Что вы думаете об Иннотентии? — Орест неумолимо продолжал. То, что принцесса запорола ответ на вопрос, его явно не касалось.

— Это светлый и продуманный мир, — голос Пелагеи дрожал. Было видно, что она ляпнула первое, что пришло ей в голову.

— Объясните почему вы достойны стать королевой Иннотентии?

И вновь принцесса зависла, помотала головой и опустила глаза: она не знала, что сказать. Я видела её потерянный взгляд. Мне стало жаль Пелагею.

И после этого Давина будет настаивать, что именно Пелагея — подставная?! Лютый бред.

— Что бы полезного вы сделали для королевства? — безжалостность Ореста настолько выбесила меня, что я была готова соскочить с места и ударить в него мощным заклинанием.

— Самое полезное, что я могу сделать для него — вернуться домой, — выдала она неожиданно вызывающий ответ.

В зале воцарилась резкая и мёртвая тишина. Все были шокированы. Мы с Давиной в очередной раз переглянулись.

Надеюсь, подруга поняла, что не права?!

Шенна внезапно рассмеялась, сняв накопившее в помещении напряжении. Тут и там послышался лёгкий шепот.

— Проявилась ли у вас магия, и как давно? — этот вопрос неожиданно задала Тамилла, чем удивила меня.

— Нет, — честно призналась напуганная девочка.

— Верите ли вы в любовь? Существуют ли человеческие отношения? — Орест бросил недовольный взгляд на Тамиллу и продолжил опрос сам.

Пелагея в очередной раз сделала то, чего не ожидал никто. Она расплакалась. Большие слёзы потекли по её щекам. Я ахнула, закрыв рот рукой.

Ну, что, Орест, доволен?! Довёл бедную девочку до истерики!

Шенна что-то тихо прошептала принцессе, но Пелагея ни в какую не желала успокаиваться. В конце концов, Томас куда-то сбегал и вернулся со стаканом воды.

Пелагея перестала реветь и поведала, что в том мире её ждёт любимый человек, и она не должна была занимать место в отборе принцесс.

— Ты его очень любишь? — улыбнулась Шенна.

Пелагея кивнула, не в силах больше скрывать эмоции.

— Простите меня… Я должна была сказать сразу… отказаться. Просто Иннотентия оказалась привлекательным миром, которое мне бы очень хотелось исследовать, узнать, что это такое. «быть принцессой», научиться колдовать, веселиться с девчонками. — Пелагея запнулась, поискав нас глазами в зрительном зале. Я не сдержалась, махнула рукой, тепло и ободряюще улыбаясь. — Я не знала, что зайду так далеко, и не смогла врать, отвечая на ваши вопросы.

Королева, похоже, не злилась.

— Ты сделала правильное решение, дитя моё. Послезавтра коронация, и ты будешь присутствовать, после чего я отправлю тебя домой, через зеркало. Ты не будешь изгнана с позором, как другие выбывшие кандидатки.

Давина бросила многозначительный взгляд в мою сторону. Я сразу же поняла то, что она хотела мне сказать. Захотелось поспорить с ней, но в голову не пришло ни одного достойного аргумента.

Давина оказалась права: я должна была сказать Шенне, о том, что не могу стать правительницей. Я слишком привязана к дому, родным и дорогим мне людям.

Проблема в том, что за короткое время, в этом мире у меня появились близкие, с которыми я не хотела бы попрощаться навсегда. И это доставляло мне дикую боль.

А ещё было желание разгадать секрет, который я, возможно, придумала сама.

Дьявол!

— А в чём разница? — тихая улыбка коснулась губ Пелагеи.

— Те, кого я отправляю через яму в земле, просыпаются в кровати, на утро думая, что всё происходящее всего лишь сон. Вернувшиеся через зеркала будут помнить о своём маленьком приключении всё. Думаю, на сегодня мы узнали больше, чем достаточно.

Королева резко поднялась с места:

— Дорогие! Сейчас вас ждёт королевский ужин, после чего Томас развезёт вас по вашим резиденциям.

Возникло желание поскорее выйти из этого душного помещения и уединиться с Давиной на пару секунд, чтобы поделиться своими мыслями, но внезапно заметила, как Шенна остановила Пелагею. Заинтересовавшись, я воспользовалась магией, чтобы подслушать их разговор. Королева прошептала принцессе:

— Я знала о твоих взаимных чувствах, дитя моё.

Неприятные мурашки побежали по моей спине. Она могла знать и о том, что я наглая лгунья. Она, наверное, посчитала, что я в итоге поставила статус превыше любви… Стало очень стыдно перед Шенной и принцессами.

Внезапно созрел ещё один вопрос, но не к главе мира. Сорвавшись с места, я вскоре догнала Диану:

— Диана, подожди!

— Ты что-то хочешь мне сказать? — зевая спросила синяя принцесса. — Прости, я очень устала за день, и уже не получается вести себя по-королевски, — хихикнув, Диана присела в реверансе. Качаясь, она чуть не упала. Дёрнулась, чтобы подхватить её, но это ей не требовалось. — Видишь?

— Ты хочешь стать королевой? Скажи мне честно.

Диана задумалась, прикусив губу. Она до сих пор держала юбку в руке.

— Честно? — наконец заговорила она. — Я хочу стать фрейлиной, сделать королевство лучше, но в тени, оставаясь серым кардиналом. Нет, я бы не отказалась от должности правительницы, но, мне кажется, для этого идеально подойдешь ты.

— Хорошо, обязательно сделаю тебя фрейлиной, — хитрая улыбка коснулась моих губ.

В который раз у меня возник план, который я должна незамедлительно исполнить. Но для начала: поговорить с Давиной.

Мне повезло: я смогла сесть рядом с Давиной чуть поодаль от других кандидаток. Все принцессы были у меня на виду, кроме Катрины: она умело выскользнула из поля зрения при выходе из большого зала, и появилась только за столом.

Каждое движение Катрины вызывало у меня жуткие подозрения. Попыталась шикнуть на себя, мысленно проворчала, что у меня такими темпами вот-вот разовьётся паранойя, но ничего не могла с собой поделать. Катрина после всех манипуляций становилась первой подозреваемой на подставную девушку.

А потом я увидела яства на столе, и окончательно выпала из реальности. Мой желудок громко проурчал, напомнив, что ничего не ел с утра.

Нет, я ни в коем случае, не хотела сказать, что Бекендорф плохо кормил. Просто мы ездили по окрестностям весь день, и во рту не было и маковой росинки.

— Будь аккуратнее, Аннет, — предостерегла меня Давина. — Это тоже может быть проверкой на умение держать себя.

Отмахнулась, чувство голода победило, и я с удовольствием набросилась на жаренное мясо. Конечно, я, как могла, старалась соблюдать этикет, но, наверное, со стороны это выглядело дико смешно.

— Что ты хотела мне сказать? — когда мы обе наелись, прошептала Давина. Она и тут успела повести себя, как истинная королева. Салфетку положила на платье, локти строго на весу, нож в правой руке, вилка в левой…

Уф! Мне никогда не стать на неё похожей!

— Мне кажется, я знаю, кто из нас подставная. У тебя есть какие-то умозаключения по поводу Пелагеи и Элисы? — тихо произнесла, оглядываясь по сторонам.

— Пока нет. Ответы Элисы были уклончивы, ничего не могу по ним сказать. Пелагея же.

— Давина задумалась, попутно отправив малюсенький кусочек еды в рот. — тяжело сказать. Но мне кажется, что она не врёт. Просто заигравшаяся маленькая девочка.

Тяжело вздохнула. Была полностью согласна с каждым её выводом. Элиса и мне казалась подозрительной

— Что у тебя? Твоё выступление, выступления Катрины и Дианы я, к сожалению, не видела. И ничего не могу отметить.

— Диана не кажется мне подставной. Скорее девушкой из нашего мира, которая всё знает и многое умеет. Ответы Катрины я не видела. Но я заметила кое-что другое, не менее важное.

Я заговорила ещё тише, точно пересказав все движения Катрины. Как она то таинственно исчезала, то появлялась, как странно себя вела, и как в её отсутствие за столом учредителей появилась Тамилла.

Внезапно осеклась. Я вспомнила, как в зале, при нашем небольшом разговоре, у соперницы были голубые глаза.

— Что такое? — обеспокоенно поинтересовалась Давина, заметив мои резкие перемены.

— Катрина! — позвала я ту, за кем наблюдала.

— Чего тебе? — та недовольно повернула ко мне голову, и меня как током прошибло! Вот оно! Мелкое, но доказательство.

Её глаза были карие. Снова.

Там, на опросе, был двойник, не до конца продуманный. Или она по настроению меняла цвет глаз?!

— Хотела сказать… — запнулась, пытаясь придумать настоящий предлог. — Ты крута, раз лидируешь. Будь у меня медовуха, я бы выпила за будущую королеву.

Катрина ничуть не смутилась, лишь качнула головой, приняв мой комплимент за издёвку.

— Что ты делаешь? — прошипела Давина, явно недовольная моим поступком.

— Глаза. Её глаза на опросе были голубого цвета, хотя настоящие — карие. Как тебе такой аргумент?

— Они могут быть у неё хамелеонами, — пожала плечами моя собеседница. — В любом случае, у меня родился план проверки на сегодняшний вечер. Поверь мне, он тебе понравится и будет нескучно.

Хитрая улыбка скользнула на губах Давины. Смогу ли я доверять ей после такого зрелища? Невольно хихикнула: Давина была похожа на маньяка. Если именно она подставная, то мне не пережить эту ночь.

Это была одна из самых глупейших авантюр, которая когда-либо кому-либо приходила в голову. И именно поэтому я согласилась! Я никак не могла отказаться от очередного приключения, которое столь настойчиво стучалось мне в дверь.

Да и кому-либо разве это по силам?!

План Давины был чрезвычайно прост и до нелепости банален. Но зато как эффективен! Давина своевременно вспомнила, что у подставной была особая магия, и она могла без труда превратиться в каплицу.

И почему мы не подумали об этом раньше?!

Мы выбрали двух наиболее подозрительных, по нашему мнению, девушек (ими для нас стали Катрина и Элиса) и засели в тени кустов дежурить.

Если одна из нас увидела бы что — то подозрительное, то она должна была послать магический фейерверк в воздух, чтобы вторая незамедлительно пришла к ней.

Я надеялась на то, что мне улыбнётся удача, и из дома Катрины вылетит каплица. Это стало бы неопровержимым доказательством моей правоты.

Ночь пришла в Иннотентию незаметно. Скорее всего, причиной стало то, что весь день мы потратили на путешествие по окрестностям, затем на никому не нужный опрос и званый ужин.

Не думала, что сидеть в засаде так скучно… Через полчаса меня стало жутко клонить в сон, а свет в окне второго этажа так и не гас. Я по-прежнему видела женскую фигуру, расхаживающую по комнате.

Почему она не ложится спать?! Чего она ждёт?!

Эти вопросы не давали мне покоя, мучая меня, заставляя сгорать от нетерпения и любопытства.

Показалось, прошла целая вечность, пока я сидела в кустах в одном положении. Моя шея затекла и жалостливо ныла, напоминая о себе каждую секунду.

Внезапно свет погас. От неожиданности вздрогнула, но бдительность не потеряла. Глупо, конечно, пугаться по пустякам.

Легла ли Катрина спать или.

Окно второго этажа отворилось и из дома вылетела каплица. Та самая, белая с кроваво — алым крылом.

Вот оно!

Затаилась, дождавшись, пока птица скроется из виду, а затем послала вверх столп фиолетовых искр. Надеюсь, остальные принцессы не заметили моего фейерверка. Лишние глаза нам ни к чему.

Давина не заставила себя долго ждать. Мне даже показалось, что она научилась телепортироваться. Совсем освоилась в этом мире!

— Что ты увидела? Элиса спит. Либо там двойник, либо девушка не та, кого мы ищем, — немного расстроено бросила она.

Я же победоносно взглянула на неё, чувствуя свою важность. Чувствуя то, что опасную миссию слежки мы не провалили.

— Катрина — не та, за кого себя выдаёт. Только что из её окна вылетела каплица. Поздравляю, Ватсон, мы раскрыли это дело! — я счастливо улыбалась. Эмоции переполняли меня.

Адреналин давно ударил мне в голову и сильно опьянил.

— Хорошая работа, Холмс! — Давина кивнула, усмехнувшись. — Что дальше? Что мы теперь будем делать с полученными знаниями? В отборе остался всего один день.

Улыбка поникла. Вот ведь Давина! Умеет же она всё испортить! Я действительно не подумала, что мы будем делать после того, как раскроем преступление.

— А знаешь, что? Плевать! Пошли в гости к Катрине. Посмотрим, как Неонил выкрутится, когда поймёт, что его принцессы нет на месте.

— Сгорел сарай, гори и хата? — Давина покачала головой. — Впрочем, не возражаю. Мне действительно интересно его выражение лица. К тому же, я немного замёрзла и не отказалась бы от местного чая.

В этот миг я почувствовала себя самым счастливым существом на свете: у меня наконец-то появился человек, который был готов на любую предложенную мною авантюру.

И её совершенно не надо уговаривать! И плевать, что мы можем знатно получить после такого…

Ровно день назад. Сразу после поджога Катрины на балу.

Шенна очень переживала из-за случившегося с принцессой. Богдан аккуратно нёс претендентку на руках, и та медленно, но верно теряла сознание.

— Всё будет хорошо, только, прошу, не падай в обморок, — шептала Шенна в страхе, не зная, чем помочь.

— Я не могу, моя королева, — пропищала пострадавшая.

Силы медленно, но верно покидали её. Конечности обмякли, а глаза закрывались. Веки стали очень тяжёлыми.

Наконец, троица дошла до царской спальни, где никто не мог подслушать их. Богдан аккуратно положил Катрину на кровать, а Шенна заперла дверь.

— Ты можешь избавиться от маски другой девушки, — обеспокоенно произнесла Шенна, когда убедилась, что никто не услышит их разговор.

— При нём? — с неприкрытой ненавистью бросила Катрина, пренебрежительно махнув на мужчину рукой.

— Тамилла, мы с ним давно единое целое, — зло ответила Шенна и осеклась. — Ну, в смысле. Я не то имела в виду.

— Даже так? — прыснула Тамилла, наконец-то избавившись от образа принцессы. Он давно раздражал и сводил с ума. — Ты нашла новый источник магии? — с неприкрытым сарказмом фыркнула.

— Нет! Не переворачивай с ног на голову! Ты же понимаешь, что я имела в виду! — возмущённо повысила голос Шенна.

Такое поведение подруги даже спокойного человека взбесило бы. Что уж говорить об эмоциональной Шенне!

— Успокойся, родная, — Богдан потёр любимую за плечи. Сегодня он выглядел ещё более привлекательным, чем в день их знакомства. Или Шенна просто влюблялась в него с каждым днём все больше?.. — После свадьбы мы наверстаем упущенное, — он непринуждённо чмокнул красавицу в щёку. — Я подожду на балконе, вы можете посекретничать, — после чего он покинул царские покои.

Взгляд Шенны, брошенный в сторону Богдана и наполненный нежностью, заботой и любовью, сказал всё за неё. Она блаженно потёрла место поцелуя.

— Ну, как ты не понимаешь! Богдан — хочет лишить нас лучшей королевы! Лишить тебя магии! — в очередной раз взорвалась Тамилла, пытаясь вернуть подругу на землю. У неё это слабо получалось: королева по-прежнему витала в облаках.

— Мы это не однократно обсуждали, и неоднократно проверяли. Ты знаешь, что он чист, и что мы любим друг друга, — зло отрезала Шенна.

— Ты же знаешь, что я не верю в любовь, — воскликнула Тамилла, всем видом показав, что спорить с ней бесполезно.

Шенна глубоко вздохнула: они каждый раз в этом споре оставались при своём мнении. Был ли смысл начинать его заново?!

— Кто мог тебя поджечь? Ты думаешь, что Катрину всё-таки раскрыли? — Шенна перевела тему. Это казалось куда более важно.

Тамилла соскочила с кровати, взмахом руки избавившись от остатков сгоревшего платья и представ перед королевой в одном нижнем белье. Фрейлина подошла к зеркалу и осмотрела себя с ног до головы.

— Слава богу, что у меня получилось сдержать огонь и не сгореть заживо, — наконец резюмировала Тамилла и взмахнула рукой. На ней вмиг появилось роскошное длинное, но на этот раз бежевое платье.

— Почему ты его не потушила? — устало вздохнула Шенна. — Ты могла серьёзно пострадать.

— Могла. Но пламя было слишком сильным. Если бы я его затушила, то могла бы потерять маску Катрины. Одно другого не лучше, знаешь ли, — Тамилла поправила причёску, всем видом показав, что Катрина не вернётся на балл.

Хватит с неё этой двойной жизни.

— Аннет среагировала молниеносно. Если бы не она, я бы могла не успеть, — задумчиво вздохнула Шенна.

— Я обязательно поблагодарю её за это. Завтра, — кивнула фрейлина. — Сейчас мне надо вернуться на бал и попытаться найти того, кто это сделал. Ух, ему не поздоровится! — Тамилла была зла и наполнена решительностью.

Будем надеться, что никто не пострадает… Сильно.

— Есть подозрения, кто? Думаешь, нас раскрыли? — Шенна с опаской покосилась на дверь. Они нарушили сотню правил!

А как взбесится Хельга, если узнает!

— Вряд ли. Я считаю, что напали на Катрину, а не на меня. Кому-то из девчонок я преградила дорогу. И я выясню, кому, — целеустремленно произнесла Тамилла. — Я вернусь на бал и скажу, что Катрина под твоим присмотром и не появится, так как сильно пострадала и ослабла.

— Хорошо, я подойду чуть позже, — кивнула с улыбкой Шенна и присела в коротком реверансе.

— Уж не сомневаюсь, — фыркнула Тамилла, бросив короткий злой взгляд в сторону балкона.

— Хорошего времяпровождения.

— И не убей, пожалуйста, никого.

— Я постараюсь, но ничего не обещаю, — хищная улыбка коснулась её губ, а в глазах зажглись нехорошие огоньки, которые явно жаждали крови.

Убедившись, что слежки за ней нет, Тамилла обратилась в птицу и вылетела из окна. Она в который раз опаздывала на совет учредителей из-за своей двойной жизни. Быть одновременно и принцессой, и фрейлиной оказалось в разы сложнее, чем она думала.

Это слишком непосильная ноша.

Ух, Хельга опять будет негодовать. Может быть даже вручит часы или отчитает, как нашкодившего котёнка.

Если честно, Тамилла очень устала из-за этого отбора и из-за своего участия в нём. Ещё тридцать лет назад девушка поняла, что не её это — править царством. Ещё тогда отказалась в пользу Шенны.

И вот снова она среди участниц. Зачем? Потешить своё ЭГО? Стать королевой? Помочь подруге, чтобы та не искала последнюю участницу?

Тамилла и сама не знала верного ответа. А вопросы с каждым днём копились и приближалось время коронации.

Большинство заданий совпадало, но в некоторых случаях Шенна проявила находчивость и оригинальность. Тамилла была очень удивлена некоторым из них, но вскоре поняла, что обновить отбор, убрать лишнее и добавить новое — являлось одним из лучших решений.

А ещё Хельга начала что-то подозревать. Пришлось на опросе учредителей делать двойника, чтобы он присутствовал вместо неё в зале.

Оставалось надеяться, что подмены никто не заметил. Впрочем, Катрина тесно не общалась ни с одной из принцесс. Держалась холодно и отстранённо, всячески отталкивая каждую.

Вряд ли у неё возникнут проблемы.

Тамилла вошла в тайную комнату, когда обсуждение уже вовсю шло своим чередом. Хельга в этот раз даже не заметила её отсутствия, отчего опоздавшая выдохнула и заняла своё место.

— Моё мнение таково: Катрина — лучшая из всех кандидаток и единственная, кто достойна занять трон, — Хельга сказала это таким тоном, что Тамилла вздрогнула. Эх, знала бы давняя знакомая кто прячется под маской юной принцессы. — Её ответы показали девушку как взрослую, сформированную личность, которая знает, что хочет и разовьёт королевство только в лучшую сторону.

— Ты всю ночь готовилась к речи? — Тамилла не удержалась от едкой подколки.

— Ну, в отличие от тебя, я знаю цену и времени, и магии. И всегда прихожу вовремя, — Хельга не осталась в долгу.

— Знаете, мне кажется, что лучшая претендентка, всё же, Давина, — Тамилла сменила тему. Девушка нравилась ей с самого начала, и она неустанно это повторяла. — Рассудительная, взрослая, мудрая, с хорошим вкусом, она прекрасно знает, что будет нужно Иннотентии в будущем. И, ко всему прочему, она отличная ведьма, нашедшая магию в себе в первые же дни. Её способностям я могу только позавидовать.

— А я, напротив, считаю, что королевой должна быть коренная жительница Иннотентии. Диана показала себя ничуть не хуже, чем остальные, — вставил своё слово Маркел.

Разгорелся жаркий спор. Учредители никак не могли прийти к единому решению. Они поделились на два лагеря: Маркел и Агата бурно поддерживали Диану, а Тамилла и Клим приводили разнообразные аргументы за Давину.

Хельга возмущённо пыталась продвинуть Камиллу, и другие варианты её совершенно не устраивали.

Орест же долгое время, наблюдая за этим балаганом, молчал. Он улыбался, явно наслаждаясь предоставленным шоу.

Когда доводы иссякли, он тихо заговорил:

— По мне, все перечисленные вами девушки прекрасны. Я хотел бы отдельно отметить ответы и поведение Аннет, а также сдержанность и способности Катрины. В остальном, решение за королевой. Думаю, только она сможет сделать наиболее правильный выбор, — Орест даже и не скрывал, что наслаждается ситуацией.

— Спасибо, что всю ответственность возложил на мои хрупкие плечи, — рассмеялась Шенна.

— Ну, не такие уж и хрупкие, не скромничай. На тебе держится всё королевство, и ты выдающаяся колдунья этого мира, — сделал комплимент мужчина.

— А ты, как всегда, изворотлив, как уж, — кокетливо усмехнулась Шенна, краем глаза заметив, что Тамилла закатала глаза.

— Не без этого, — кивнул Орест. — Иначе я бы не был твоим первым советником.

— Что ж, я вас услышала. Завтра предпоследний день, посмотрим, как каждая из них сильна в магии, и уже сделаем окончательный выбор. На этом собрание, думаю, пора закончить.

Учредители, недовольно ворча и кряхтя начали покидать комнату. Тамилла задержалась, сделав вид, что засмотрелась на языки пламени.

На самом деле ей было, что сказать королеве.

Неонил был очень напуган поздним визитом, но, всё же, впустил нас. У него и выбора то не оставалось: Давина пригрозила магией.

Ну, кто устоит перед этой разбойницей?! Да и никто не хотел быть обращённым в енота, или в иного пушистого зверька.

Лакей, тяжело вздохнув, сбегал на второй этаж и разбудил принцессу. Катрина незамедлительно спустилась к нам, глядя на нас заспанными глазами. Она даже не переоделась, стоя в одной сорочке. А ведь для колдуньи её уровня, предстать в нормальном виде — рукой взмахнуть!

Но не эти вопросы интересовали меня. Как такое было возможно?! Я лично видела, как Катрина обратилась в птицу и выскользнула в окно под покровом ночи. Неужели, я начала сходить с ума?

Или что-то здесь не чисто? Что-то из этого обман зрения?! Но что?!

Давина с укором посмотрела на меня, и я лишь покачала головой, не зная, что ей сказать. Её взгляд кричал, что я ошиблась, и теперь нам как-то надо выкрутиться из непростой ситуации.

Нам стоит уйти? Отложить затею с поиском подставной? Может, её вообще нет!

Если честно, начала медленно, но верно паниковать.

— Потрудитесь объяснить, что вы делаете так поздно у меня дома? — гневно бросила Катрина. Она злилась и не скрывала своих чувств. Это было так на неё не похоже…

И наконец-то я заметила, что с ней не то.

Опять.

Внимательно пригляделась, и поняла: её глаза вновь голубые.

— А как часто ты меняешь внешность по своему желанию? — дерзко спросила в ответ, скрестив руки на груди.

Катрина непонимающе уставилась на меня, словно я сломала что — то у неё в голове. Она явно не знала, что ответить на мой выпад.

— Отойди в сторону, — вдруг заговорила Давина. — Перед нами не Катрина, а её двойник.

— Надеюсь не злобный? — прошептала, но сделала резкий шаг назад. Явно была не рада перспективе попасть под луч магии подруги.

— Да как вы смеете! — взвизгнула Катрина. — Меня ещё никто так не оскорблял!

Давина не слушала. Она взмахнула рукой и из ладони вылетел столп ярких искр. Я догадалась, что если перед нами живой человек, то ей ничего не будет. Но если копия…

Колдовство оправдало мои надежды. Дубликат принцессы резко взорвался красочным фейерверком, обрызгав нас, при этом, какой-то зелёной жижей.

Выплюнула часть и хорошенько выругалась. Ну, а чего я хотела, когда вламывалась к подозреваемой?

Конечно, я и не подозревала, о столь гадкой бомбе, и что буду вся грязная. Но ведь подумать об этом стоило!

Давина же не медлила. Она кивком головы сначала очистила свой наряд, а потом принялась за меня.

— Ну, что ж. Осталось дождаться истинную хозяйку жилища. Надеюсь, она будет вне себя от произошедшего, — Давина злорадно улыбнулась. Даже не предполагала, что она на такое способна!

Огляделась: болотного цвета жижа разлилась по полу, забрызгала всю мебель. Она жутко воняла, а теперь ещё и начала затвердевать. Катрине, или той, кто скрывается под её маской, это не понравится.

Неонила мы нашли за диваном. Его тело тряслось от страха. Он испуганно глядел на нас.

— Только не убивайте! — умоляюще пропищал он и картинно и с грохотом шлёпнулся в обморок.

— Похоже, он подумал, что мы взорвали принцессу, избавившись от соперницы, — задумчиво причмокнув губой, подметила Давина.

Мы переглянулись, а затем, не сдерживаясь, рассмеялись.

Тамилла не знала, как сознаться лучшей подруге в том, что она хочет покинуть состязание. Всё равно фавориты уже определены. Тамилла давно знала кому из девушек Шенна, несмотря ни на что, отдала предпочтение.

— Ты что-то хотела сказать? — наконец нарушила тишину Шенна. Она догадывалась насколько «сестре» нелегко. — Опять принцессы что-то учудили?

— Не совсем, — Тамилла виновато улыбнулась. — Ты же знаешь, после званого ужина, я сразу домой, где «уложила» копию и, обратившись, долетела до сюда.

— Не понимаю, почему ты так сильно пренебрегаешь телепортом, — осуждающе покачала головой Шенна.

— Я люблю чувствовать свободу, видеть перед собой розовые облака… Жаль, что ты так и не научилась обращаться в птицу. Ты бы поняла моё рвение побывать на небесах, — Тамилла пожала плечами.

— Но перемещения существенно экономят время. Не думала об этом? — Шенна вновь вклинилась в спор, который они вели уже три десятка лет. Казалось, они никогда не уставали, приводя каждый раз новые и новые аргументы.

— А что есть время? Отправная точка всегда относительна, — философски заметила Тамилла. На это у Шенны нечем было возразить. Тяжело вздохнула и посмотрела в огонь.

— Может, пойдём выпьем чаю, и ты расскажешь, что тебя гложит? — правительница сменила тему.

— Чай тоже не решение всех проблем, увы, — Тамилла набралась воздуха и мужества: — Я хочу прекратить участие в отборе. Это не для меня. И лучше уйти на шестой день, пока Хельга не усадила меня на трон.

Шенна рассмеялась. У неё словно груз с плеч свалился! Такой пустяк!

— Да, конечно. Без проблем. Как думаешь, что лучше всего сказать всем остальным? Почему Катрина выбывает в предпоследний день?

— Я скажу правду. Это то, что нужно.

— Хочешь утереть Хельге нос? — с пониманием отметила Шенна и внезапно расхохоталась.

— Ты только представь, какое у неё будет лицо!

— Боже, какое же ты всё-таки дитё! — Тамилла попыталась сдержать подступающий смех, потому что очень явно представила картину.

Но Шенна не унималась: она состроила рожицу, и Тамилла тоже рассмеялась. Несколько минут девушки по очереди строили кислые мины, представляя реакцию Хельги. В одном они сошлись на сто процентов: фрейлине не понравится новость.

— Боже! Сколько же мы нарушили правил, а! — вдоволь насмеявшись, прохрипела Тамилла, вытирая слёзы, которые полились из глаз.

— Ну, пока я королева, мне можно, — с важным видом произнесла Шенна. А что ей ещё оставалось делать?! — В общем, решено. Завтра объявляем, что ты скрывалась под маской Катрины, чтобы следить за остальными.

Тамилла отделалась простым кивком. Просто что-то сказать уже не получалось: от дикого хохота разболелся живот.

— Ты не будешь жалеть? У тебя наилучший результат. Ты понравилась самой Хельге! — последнюю фразу Шенна сказала с неприкрытой издёвкой.

— Не буду. Я тридцать лет назад решила, что не хочу править. И сейчас моё решение не изменилось. Мне просто хотелось помочь тебе, чтобы ты не мучилась, ища четырнадцатую принцессу. К тому же, было желание снова пережить времена отбора. Помнишь, как нам было весело? — Тамилла печально улыбнулась, размышляя о далёких, но счастливых временах.

— Ты всегда была лучше меня. И сильнее меня. Стать королевой должна была ты, — Шенна покачала головой.

— Я отказалась, помнишь?

Шенна вздохнула. Ей нечего было ответить. Вспоминать прошлое всегда нелегко. К тому же, в зависимости от пережитых эмоций, одно и то же событие в памяти двух людей, воспринималось по-разному.

Их идиллия резко нарушилась. Внезапно ноги Тамиллы подкосились, и она схватилась за сердце.

— Что случилось? — обеспокоенно взвизгнула Шенна, подскочив к лучшей подруге.

— Меня рассекретили. В мой дом кто-то проник и уничтожил двойника. Мне надо возвращаться в Нова Реджин, — Тамилла уже хотела было обратиться, но королева остановила её:

— Хватит с тебя на сегодня приключений. Я пойду с тобой. И пойдём мы моим путём, — Шенна сказала это таким тоном, что Тамилла даже не стала с ней спорить.

Правительница открыла портал прямиком в восьмой дом.

Мы с Давиной не ожидали того, что случилось в следующую мгновение после Неонила, шмякнувшегося в обморок

Посреди комнаты резко появился серый сгусток энергии, из которого выстрелила молния. Моей реакции хватило, чтобы повалить Давину, закрыв собой. Мы обе шмякнулись на пол.

Происходящее вдруг стало напоминать сумасшедший фэнтезийный боевик.

Из образовавшегося портала к нам вышли Шенна и Тамилла. Они обе обеспокоенно, с интересом озирались по сторонам.

— Что тут случилось? — грозно спросила фрейлина, заметив нас.

Давина, пока Тамилла говорила уже успела подняться и отряхнуть платье. Она встала с гордо поднятой головой и идеально-ровной спиной. Со стороны казалось, что из нас четверых королева — она.

— Мы раскрыли обман, Ваша Честь, — Давина поклонилась, а у меня от обилия титулов, которые абсолютно не совпадали с титулами моего родного мира, начала кружиться голова.

И когда подруга успела их запомнить? Величество — правитель, Светлость — принцесса, Честь — фрейлина. Фыркнула. И почему у последних двух явные отсылки к чистоте?

Тоже встала, но, увы, не так грациозно. И как у Давины это получалось настолько непринуждённо.

— Какой же? — строго поинтересовалась Тамилла, бросая взгляды то на меня, то мою спутницу?

— Вашу, конечно же, — прямолинейно фыркнула я. — Или вы будете и дальше отнекиваться, что Катрина — не вы?

Тамилла тяжело вздохнула, покачав головой. Она отвернулась от нас и посмотрела на правительницу.

— Почему вы решили, что именно Тамилла — подставная? — Шенна не стала отрицать нашу правоту. Это было бессмысленно.

— Именно она отсутствовала на каждом собрании, — повела плечом Давина. Ей вдруг стало неуютно под взглядом двух властных женщин.

Королева и фрейлина переглянулись, и у меня сложилось ощущение, что они общаются между собой телепатически. Не исключено. Похоже, в этом сумасшедшем мире возможно, если не всё, то очень многое.

Не выдержала давящей тишины, что воцарилась между нами:

— Кроме того, когда вы использовали ту же магию двойников, что и на фальшивом балу, вы оплошали. Когда Тамилла была в маске Катрины, её глаза были карие. У дубликата — голубые.

Грубо? Да. Нам за это может влететь? Не сомневаюсь. Но молчать я больше не могу и не буду.

— Да? — Тамилла удивлённо вскинула брови. — Удивительно, я не заметила…

— Зачем вам это всё нужно? — не унималась, желая докопаться до истины. Почему Тамилле просто нельзя было стать правительницей и без отбора? Это стало бы лучшим и простым решением проблемы!

— Я не смогла своевременно найти четырнадцатую претендентку, — произнесла Шенна, — и Тамилла любезно согласилась занять её место.

— Я не собиралась побеждать. Так вышло случайно, что придуманный образ Катрины получился слишком хорошо, и она вышла в лидеры, — Тамилла говорила о себе в третьем лице, что сильно пугало. — В любом случае, двойная жизнь меня очень утомила.

— Мы хотели открыть наш обман завтра, на уроке магии. А тут вы раскрыли нас чуточку раньше, — Шенна примирительно улыбнулась.

— Вы хотите сказать, что об этом знали только двое? — взвизгнула, не в силах сдерживать ту бурю эмоций, что бушевала внутри меня.

— Ну, теперь четверо, — пожала плечами Тамилла. Она подошла к до сих пор лежащему Неонилу. — Бедный джинн. Вы сильно напугали его, — покачала она головой, а затем взмахнула рукой, возвращая его в лампу.

Мне даже стало жаль лакеев. Четырнадцать мужчин выпускали каждый отбор и запирали в конце каждого. Но они же, как люди! Живые, разумные существа!

Что за дискриминация?!

— Никакого криминала, дорогие, — заговорила Шенна. — Вы молодцы, оказались очень внимательны.

— Но как вы поняли? — Тамиллу явно терзал этот вопрос.

Глубоко вздохнула.

— Сначала меня начали мучать сны о подставной принцессе. Потом я стала замечать каплицу с огненно-красным крылом. Я разузнала об этих птицах всё: они, как правило, белоснежные. Последней каплей стало вечное отсутствие Тамиллы, — выдала целую тираду.

Они допустили слишком много ошибок. Но все оказались настолько невнимательны, что их заметили только мы.

— Что ж… Ты оказалась ещё способнее, чем я предполагала, — Шенна печально улыбнулась. Стало не по себе. Чем для меня грозил этот комплимент?

Вместо привычных смотрин на шестой день нас ждала карета с утра пораньше. Перекусив, я быстро нарядилась и спустилась вниз.

В ней меня уже ждало несколько принцесс. Катрина поприветствовала меня простым кивком.

Интересно, когда она раскроет себя? Или вчерашний уговор больше не действует?

Нас провели по закоулкам дворца к тронному залу. Просторный и роскошный зал был полностью освобождён от мебели. Неподалёку от трона расположилось три мягких кресла, два из которых заняли Агата и Хельга. По воинственному выражению последней догадалась, что ничего хорошего от неё ждать не придётся.

— Тамилла вновь запаздывает. Интересно, как она выкрутится на этот раз? — громко и презренно фыркнула Хельга, не скрывая враждебности, направленную на её, можно сказать, коллегу.

Покачала головой, заметив, как Катрина начинала вскипать и еле-еле сдерживала себя от взаимных нападок.

Элис и Пелагея в страхе осматривались по сторонам. Я, Давина и Диана оставались абсолютно спокойны и невозмутимы.

Вслед за нами в зал вошла королева. Она поприветствовала всех присутствующих простым кивком.

— Принцессы, прошу переоденьтесь в брючные костюмы при по помощи магии и сделайте шаг вперёд.

Я повиновалась. На ум пришёл наряд для прогулок на лошадях, и я легко, взмахом руки облачилась в него. Давина и Катрина вторили моему шагу.

Диана, Пелагея и Элис остались позади в своих бальных нарядах. Похоже, ни одна из них так и не научилась колдовать.

Шенна бросила строгий взгляд на оставшихся трёх принцесс, но промолчала, потому что Катрина сделала ещё один шаг вперёд.

— Ваше Величество! У меня есть важное объявление, — Катрина смотрела только на улыбающуюся Шенну, что стояла спиной к двум фрейлинам. Краем глаза я заметила, как напряглась Хельга, и насколько спокойной осталась Агата.

— Слушаю тебя, дитя моё.

Катрина не смогла сдержать ухмылки.

— Я хотела бы отказаться от отбора, ибо не считаю себя достойной занимать королевский трон, — после её слов в зале раздался громкий вскрик Хельги. Не трудно было догадаться какие у неё были предпочтения. — К тому же, я не та, за кого себя выдаю! — с этой фразой, Катрина невозмутимо потянула за свой нос. Маска принцессы мгновенно слетела с её лица, оставшись туманом в воздухе, который постепенно рассеивался.

Перед нами предстала Тамилла.

Хельга от неожиданности чуть не потеряла сознание. Но Тамилла, явно довольная собой, прошла к фрейлинам и заняла своё место.

— Никто больше не хочет ни в чём признаться? — вздрогнула, услышав этот вопрос. Шенна же молча прошлась мимо оставшейся пятёрки, заглянув каждой в глаза. В этот миг мне показалось, что она абсолютно всё знала о каждой из нас.

Оставшиеся кандидатки стояли молча, выпрямившись. Со стороны даже показалось, что мы на построении.

Когда добровольцев признаться в чём-либо не оказалось, Шенна грозно заговорила, остановившись рядом с Элисой:

— Как долго ты собиралась скрывать, что не умеешь колдовать?!

Вздрогнула. Будь я на месте Элисы, провалилась бы под землю. Самостоятельно. Придумала бы магический способ, лишь бы не испытывать тот испанский стыд.

— Я-я… — начала заикаться Элиса. — Испугалась… Растерялась!

— Ты не достойна быть королевой. Можешь остаться на завтрашнюю коронацию, — уже спокойнее добавила Шенна, наконец-то отступив от зашуганной девчонки.

Шенна прошлась по тронному залу, и оставшиеся три принцессы по её волшебству облачились в брючный наряд.

Урок магии шёл своим чередом. Фрейлины и правительница рассказывали о свойствах волшебства и о том, насколько важно найти его внутри себя. Обрести гармонию с собой и научиться контролировать всё, что тебе подвластно.

Но мои мысли были далеко от их напутственных лекций, смешанных с жёсткой практикой. Каждая из оставшихся пятёрки могла стать фрейлиной. Напомнила себе, что Пелагея отказалась от звания королевы ещё вчера. Я наблюдала за тем, как она наслаждалась последними деньками в Иннотентии. Я всерьёз размышляла над тем, чтобы признаться Шенне о своей любви к парню, но потом у меня созрел немного иной план. Не совсем понимала, правда, насколько он правильный.

Элиса потеряла возможность стать правительницей. Никак не могла понять, почему на дипломатичном вечере она честно не призналась в своём неумении колдовать. Но, наблюдая за ней, понимала, что ей это было не так уж и важно.

Катрина наконец-то созналась, что она Тамилла, и теперь, обучая нас, явно наслаждалась раздражением Хельги.

Нетрудно было догадаться, что претенденток осталось трое: я, Давина и Диана. Небольшой выбор, но показательный.

Мы с Давиной при помощи магии развлекались весь урок, показывая искусные фокусы, которые только приходили на ум. И даже у неказистой Пелагеи к концу занятия получилось что-то более-менее сносное. Диана не показала ни единого признака волшебства.

— Не переживай, — Шенна ободряюще похлопала Диану по плечу. — Я научилась колдовать после того как стала королевой.

Диана облегчённо выдохнула. А я опять задумалась, кто же достойнее взойти на трон: Диана или Давина?

Вечером того же дня, наплевав на правила и надев джинсы, решила пройтись по лесу и всё хорошенько обдумать. Завтра вместо смотрин — объявление результатов. Нас осталось ровно три претендентки, и у каждой из нас были свои плюсы и минусы.

Изначально не нравилась идея отбора, и то, что я дошла до конца и чуть ли не лидировала, меня не устраивало.

Давина послала магический туман с предложением встретиться, погулять перед церемонией и последующей коронацией, но я отказалась: хотелось привести мысли в порядок.

Не желала прощаться с Иннотентией и с её обитателями. Не хотелось расставаться с Давиной и Дианой. С другой стороны — хотелось вернуться домой, остаться сильной, не прятаться от боли, а встретиться с ней лицом к лицу. Признать поражение, познакомиться с девушкой возлюбленного. Пережить глубокую душевную травму.

Да, тот, кого я люблю, с другой, но это не повод скрываться в чужом мире. На нём свет клином не сошёлся.

Когда-нибудь обязательно будет кто-то, с кем я найду счастье и взаимность.

В конце концов, иногда принцессы и вовсе влюблялись в дракона, хотя долгое время и не замечали его присутствие рядом. И это уже была не сказка, а суровая реальность.

Кроме Димы меня ждали друзья, родные и близкие, родители, которые наверняка пролили не мало слёз, пытаясь найти без вести пропавшую дочку. Да, наличие магии манило, но огромное количество «но» перевешивало.

В глубине леса заметила светящуюся скамейку, где восседала королева. Я замерла, застыла от удивления не в силах пошевелиться.

— Подойди, присядь, дитя моё, — улыбнулась Шенна.

— Как скажете, Ваше Величество, — беспрекословно повиновалась, присев в реверансе.

Через мгновение я сидела рядом, порой переставая дышать от столь близкого присутствия правительницы.

— Ой, брось. Называй меня Шенна. В конце концов, после коронации одной из вас, я официально стану вашей ровесницей, — Шенна рассмеялась. — И уже будет неважно, что я прожила чуть дольше вас.

Еле подавила смешок. Девушки остаются девушками в любой ситуации. И не важно сколько нам лет.

— Терзают мысли? Я перед коронацией ужасно нервничала… И сейчас переживаю… Завтра первый день моей свободы.

Прямолинейность и честность Шенны расслабляла и располагала к себе. Подумала, что могу быть с ней хоть немного откровенной.

— Что значит «быть королевой»? — не знала, как себя вести, но озвучила вопрос, который мучал столь долго.

— По началу сложно, непривычно. Нужно во всём сдерживать себя, чтобы устоять перед разными соблазнами. Ох! Сколько я повидала разношерстных принцев, к которым влекло, но. нельзя. Иначе магия иссякнет, — кокетливо хохотнула Шенна.

И чем она отличалась от нас?!

Никогда не считала себя ветреной, но когда-то, ещё до знакомства с «парнем мечты», мне нравились мальчики. Причём, каждый день новый. Но положение королевы, когда нельзя зайти дальше флирта, меня жутко пугало.

— Что скажешь — молодость, — королева улыбнулась, словно прочитав мои мысли. — Аннет, ты не хочешь мне ничего рассказать?

О, стандартная фраза для всех наставников, когда их протеже должен чем — то поделиться, но в силу каких-либо обстоятельств не хочет или не может этого сделать.

И я лишь покачала головой, заранее осознав свои ошибку. Но ничего не могла с собой поделать!

— Хорошо, тогда я, — покачала головой Шенна. Мне даже показалось, что в её тоне присутствовало осуждение. — Томас, думаю, беседовал с тобой после твоего удивительного пения, — она сделала небольшую паузу. — Встреча с Богданом случилась год назад, когда во время бала, со всех королевств приехали гости… — Шенна опустила глаза, отчего показалась наивной девочкой.

Слушала внимательно, не перебивая. Ловила каждое слово, боясь упустить что — то важное. Не каждый день со мной делились своей историей любви.

— Я совершенно не желала танцевать или общаться с кем-либо: моё звание меня угнетало, и магия больше не радовала. Вдруг ворота тронного зала открылись — в них вошёл, вернее, ввалился молодой мужчина: его одежда была разорвана, он еле мог говорить. Музыка стихла, Томас тотчас оказался рядом с ним, подхватил. Мой паж успел вовремя: незнакомец потерял сознание, — женщина глубоко вздохнула, переведя дух. — Следующая наша встреча случилась в лазарете спустя несколько дней, когда парень пришёл в себя. Оказалось, что он нёс весть с дальнего царства, когда на него напали злые иеле на рогатых зайцах.

— Иеле? — переспросила, подумав, что мне послышалось.

— А ты веришь в существование только добрых фей? — усмехнулась Шенна. — Это злые ведьмы, живущие в наших лесах. В соседних королевствах даже драконы водятся, — глаза собеседницы загадочно сверкнули.

Не могла понять шутила она или нет. Но подозревала, что говорила на полном серьёзе, и всё это было в столь загадочном мире.

— Иннотентия полна разнообразных загадок, которые я не смогла разгадать за тридцать лет. К середине второго десятка мне стало скучно, и я почувствовала себя одинокой, — Шенна тяжело вздохнула. — Богдан буквально вдохнул в меня новую жизнь, ведь с иеле ещё при прошлой королеве заключалось перемирие. Вместе с волшебницами, Томасом и гостем мы отправились в поход, а когда добрались — разразилась магическая битва. Конечно мы победили, но за время долгих битв мы с Богданом сблизились, и, когда остались наедине он… — лёгкий румянец появился на щеках королевы, — меня поцеловал, а я залепила пощёчину. Первый поцелуй. Он украл его у меня.

— И вы не лишились сил? — история сильно зацепила меня. Я еле перевела дыхание.

Шенна не ответила, запустив магический фейерверк в воздух.

— Я изгнала Богдана из нашего королевства, но не смогла изгнать из мыслей. Он снился мне ночами в самых разных снах. Спустя несколько недель от него пришла весточка с извинениями: он не хотел, чтобы так вышло и не знал о законах и обычаях Иннотентии. А я… я, как безвольная дурочка в него влюбилась. Ответила ему на письмо, мы начали переписываться. Казалось, я жила от письма до письма. К концу пятого месяца не выдержала и попросила его вернуться. Несколько месяцев мы провели вместе, много общаясь, понимая, что созданы друг для друга. Тогда я решила покинуть королевский трон, потому что сама больше не хотела править. Простое человеческое счастье мне показалось важнее, — Шенна встала, шелестя юбками. — Но тогда, тридцать лет назад я не верила в любовь, считая уделом романтиков, сказочников и мечтателей. Я наивно считала, что смогу посвятить жизнь чему-нибудь другому, жить на благо общества — о чём я мечтала больше всего на свете. Неудивительно, что стала лучшей кандидаткой на замену.

Молчала, всё это время внимательно слушая очень поучительный монолог прекрасной женщины.

Мне нечего было сказать.

— Думаю, я ответила на твои вопросы, которые ты мне не задавала, — Шенна растворилась в воздухе, оставив меня наедине со своими мыслями.

Вечером на собрании учредителей разразился спор, который Иннотентия не видывала тысячи лет. В тайной комнате стоял такой шум и гам, что Шенна смирилась, ожидая, когда главы утихомирятся, сидела, закрыв глаза рукой.

— Какого лешего ты нарушила правила и участвовала в отборе? — никак не успокаивалась Хельга, явно желая сжечь «несчастную» Тамиллу взглядом. — И какого дьявола призналась в этом в последний день?! Ты лидировала! Ты могла законно занять трон! И вот из кого мне теперь выбирать? Безответственной Аннет, самодовольной Давины или неспособной к магии Дианы?

Тамилла настойчиво молчала, игнорируя Хельгу, как большую, жужжащую, надоедливую муху. Она так и не поняла за что её ругали сильнее: за то, что нарушила десяток правил или из-за того, что отказалась от участия.

— Прекрати, ты во всех видишь только плохое. Давина — очень способная, Аннет — прекрасный лидер, Диана — искусный дипломат, — примирительно заметила Агата. — С любой у Иннотентии огромные шансы расцвести и стать лучше. А если оставшиеся две станут фрейлинами, то ещё лучше! К тому же, мы по-прежнему будем учредителями. Если нам не понравится правление, мы сможем инициировать новый отбор.

— Давина — наилучший вариант, как я и говорила, — Тамилла резко поднялась, затмив своим тоном выкрики Хельги и громкие обсуждения мужчин. — Я участвовала в отборе не для того, чтобы править. Если ты забыла, Хельга, — Тамилла вложила в свой голос столько ненависти, сколько смогла, что даже Хельга ойкнула, — то в прошлом отборе лидировала я, но отказалась в пользу Шенны. Встать во главу государства… не для меня. В текущем отборе я участвовала, чтобы присмотреть за принцессами.

— Но из-за тебя не взяли четырнадцатую! А вдруг она была достойнее? — взвизгнула Хельга, приведя самый мощный аргумент, по её «скромному» мнению.

Шенна умоляюще посмотрела на Тамиллу.

— На одном из собраний перед началом отбора я предлагала вам, фрейлины, — Тамилла осуждающе посмотрела сначала на Хельгу, потом на Агату, — помочь королеве в подборе кандидаток. И что вы тогда ответили? — в её глазах загорелись недобрые огоньки.

— Что королева должна сама отобрать кандидаток, — отчеканила Агата. Её тон был скорее извиняющимся, чем враждебным.

— Ещё есть претензии?

Агата покачала головой. Хельга же воинственно скрестила руки на груди, не желая признавать свою неправоту.

— Почему ты считаешь Давину наилучшей? — Оресту надоела ругань девчонок. Сдавшись, он попробовал сменить тему.

— Я была на отборе среди кандидаток, забыл? — фыркнула Тамилла.

— Не забыл. Хотел бы послушать доводы, — терпеливо ответил Орест. В его агрессия отсутствовала.

— Давина — умная, рассудительная девушка. Она знает, что любовь — это самообман, чувства, которые когда-то пройдут. Она не боится быть прямолинейной. Всё состязание она была собой, не пытаясь никому понравиться. Она неплохой лидер, и хороший друг. Неоднократно замечала, когда Диане или Аннет была нужна помощь, Давина вовремя появлялась рядом.

— А что ты скажешь об остальных? — задумчиво покусывая свой длинный ус, поинтересовался Маркел.

— Диана — образованная, интеллигентная. Из неё вышла бы отличная фрейлина, если она захочет этого. Про Аннет, как о будущей королеве, мне нечего сказать, — Тамилла села, не желая больше говорить.

Она заметила короткий благодарный кивок в её сторону от Шенны.

— Не соглашусь с тобой по поводу Дианы. Она станет выдающимся дипломатом и прекратит любую войну, не начиная её. Мне кажется, та же война с иеле, которую мы успешно предотвратили год назад, можно было бы исправить, будь среди нас хороший дипломат, — Агата развела руками.

— А как же магия? — фыркнула Хельга.

— А так ли она важна? Тебе магия мозгов не прибавила, — с тёплой улыбкой отметила Агата.

Хельга издала странный звук, не зная, как реагировать на столь необычный комплимент. Даже всегда спокойная Тамилла не смогла сдержать улыбки.

Вновь разразился спор. Учредители не могли решить, кто из оставшихся претенденток лучше.

Шенна покачала головой. Давина или Диана? Кто из них лучше? И стоит ли слушать учредителей, если у королевы другое мнение по этому вопросу.

Шенна усмехнулась: у неё давно был план.

Я шла босиком по непривычно зелёной траве. На мне больше не было шелковистого платья, что вызвало непривычное ощущение, ведь каждое движение не сковывала длинная юбка.

— Джинсы — лучшее изобретение человечества, — сделала вывод и печально улыбнулась. Мой голос, разрушивший тишину городской ночи заставил вздрогнуть.

Всё закончилось. И закончилось хорошо. Меня не короновали, позволив вернуться в родной мир. Конечно, жаль утраченную магию, потерянных новых друзей…

Но какое это имеет значение, если вскоре меня ждёт встреча с родными? К тому же, я наконец-то увижу Дмитрия.

Удивительно. Городское молчание не прерывали даже машины. Мегаполис словно опустел, вымер за неделю отсутствия. Ночь ласково окутала город своим мягким и тёплым одеялом.

Шла прямо, удивляясь тому, как легко получалось держать осанку. Неужели неделя в Иннотентии настолько сильно изменила меня?

Так быстро?

Я понимала, что не буду прежней. Всё изменялось: мировоззрение, умение держаться, общаться.

Не поспешила ли, пожелав вернуться домой?

Кто стал королевой? Нахмурилась. Похоже то, что я ничего не помнила — последствия возвращения.

Давина предупреждала, что если я не стану фрейлиной, то вскоре забуду Иннотентию, изредка вспоминая о ней, как о долгом и интересном сне.

Но разве одна неделя так важна?

— Ну, не на людях же! — от мыслей прервал приятный голос хихикающей незнакомки где-то неподалёку.

Не смогла понять откуда донеслась столь легкомысленная фраза.

— Да, брось, мы тут одни, — а вот мужской голос был знакомым.

Резко обернулась и замерла, чувствуя, как всё тело онемело и превратилось в статую. Мгновенно.

Больно.

Невыносимо.

Высокая длинноногая блондинка. Ночной кошмар для серых мышек. Штампованный штамп для мужского эго. Но, несмотря на все «но», красавица. Мне с ней не сравниться, победи я хоть в королевском отборе.

Но я же вернулась в свой мир? Значит, соревнование принцесс тоже проиграла. Неудачница. По жизни.

Дима. Такой прекрасный, желанный, улыбчивый. Главное, счастливый. Довольная улыбка чеширского кота не сходила с его лица. Дима хихикал, прижимая девушку к себе. Он щекотал её, обнимал, словно ненароком сообщая всему миру, что он её, а она его.

Что может быть милее?

И отвратительнее.

Неприятно смотреть на то, как любимый человек любит другую. Это причиняет боль, опустошает изнутри и…

— На нас смотрят! — возмутилась блондинка, оттолкнув Диму и пальцем показав на меня. Дима ойкнул. Вздрогнула, ибо меня поймали с поличным.

— Аня?

Промолчала. Мне захотелось вернуться в Иннотентию, провалиться под землю, исчезнуть, раствориться, сгореть от стыда. Что угодно. Только не наблюдать за тем, как Дима счастлив. Счастлив не со мной. Чертовски эгоистично.

Боже, пусть это окажется сном! Ночным кошмаром, чем угодно! Только бы не видеть, не слышать, не чувствовать.

— Твоя мама сказала, что ты уехала навсегда. — разочарованно подметил Дима, окинув меня презрительным взглядом.

— Кто это, Любимый? — в голосе его подруги чувствовалась ревность.

— Та, кто хотела бы занять твоё место, — наконец-то, заговорила. Бросила первое, что пришло в голову.

И пожалела. Но так давно хотелось сказать правду! Зачем скрывать то, что итак очевидно? Зачем молчала? Чего боялась?! Надо было покончить с этим гораздо раньше. Но страх.

О, разве Дима не знал, не чувствовал, не понимал, не видел? Или просто не хотел замечать? Существовала такая предательская вещь — френдзона. Не стоило соглашаться на нечестные правила игры, чтобы находиться рядом.

Это иллюзия.

— Что?! — возмутилась блондинка.

Плевать, как её зовут. Хочется обозвать блондинкой, ТП, глупенькой красоткой, кем угодно. Но это всё равно не сделает мне лучше.

Но это решение Димы. Я, как подруга, должна уважать его выбор.

Но молчать и скрывать больше не буду. Пускай. Почему только мне одной должно быть так невыносимо больно? Разве заслужила такого отношения? Разве заслуживали его все девушки Земли, которых предали? Давина, например? Что сделала она своему парню, что он так предательски обошёлся с ней?

Противно.

И мерзко.

Дима непонимающе посмотрел на меня.

— Я думал, мы друзья. ЛУЧШИЕ друзья, — после минуты молчания, показавшейся вечностью, добавил он.

Нервно, даже истерически хихикнула. Есть ли смысл скрывать эмоции, если они настоящие? Хоть что-то настоящее в этом фальшивом мире.

— Брось, разве существует дружба между мужчиной и женщиной? — с горечью бросила, чувствуя, как мои глаза начинали гореть от подступающих слёз. — Ты прекрасно знаешь, что всегда кто-то любит, а другой позволяет ему, делая вид, что ничего не замечает. Разве не так?

— Глупости. А Гермиона и Гарри?

Что-то здесь не то. Дмитрий никогда не любил вселенную Гарри Поттера. Он не стал бы приводить моменты из книги в качестве жизненного примера.

Но меня это не сильно смутило.

— Брось, их любви помешал Рон. Что только подтверждает, что дружбы между мужчиной и женщиной, увы, нет.

— Ага, — подала голос подруга Димы. Её тон звучал спокойно и размеренно, словно не было никакой ревности, что горела в её глазах мгновение назад. Словно не было прожигающей ненависти в её тоне минуту назад: — Между девушками тоже дружба очень сложна. Многие завистливы, желчны и очень хотят забрать то, что принадлежит тебе, — девушка подошла к Диме, по-дружески положив руку ему на плечо. — Почему слова Риты истина в последней инстанции? Почему ты не выслушала Диму? Поверила подруге?!

Резко села в кровати, тяжело дыша и чувствуя, как капельки пота стекали по спине. После увиденного кошмара я наконец-то поняла, чего боялась больше всего на свете.

Встречи с Димой.

Знакомства с его девушкой, если она есть.

Именно поэтому я не хочу возвращаться на Землю…

А ведь оказалось, что есть то, что я опустила из поля зрения. И всё могло быть не так, как представлялось.

После увиденного кошмара так и не смогла заснуть, поэтому с рассветом тихо пробралась к Давине, не чувствуя никаких угрызений совести.

— Слушай, Давина, чем отличаются волшебницы от злых ведьм? — расселась на кровати в привычном сиреневом платье, подаренном подругой и фривольно болтала ногами.

Давина нервно крутилась у зеркала: за последние десять минут она сменила несколько наряда и никак не могла определиться.

— О боже, Аннет! — раздражённо выкрикнула она. — Волшебницы — чистые и невинные, ведьмы — те, что злоупотребляют грязными делами, в том числе и копуляцией!

Фыркнула: одержимость Давины удивительна. Чем плох секс между двумя любящими людьми? Зачем использовать столь заумные термины? Тем более, столь неочевидные. Ещё бы «спариванием» обозвала!

— Фасон платья на тебе сейчас идеален, но бирюзовый не подходит! Поверь, сейчас цвет не важен, ведь он нужен, чтобы различать нас на начальных этапах. Королева давно помнит каждую из нас по имени, — сменила тему, решив, что спорить с упрямой принцессой себе дороже.

Давина, поморщившись, но, в конце концов, согласилась, без зазрений совести окрасив платье в красный.

Теперь она выглядела идеальной. Невольно залюбовалась ею и никак не могла оторвать глаз. Слишком хороша, чтобы быть просто фрейлиной. Идеальна для королевского трона.

У входа нас вновь ждала открытая карета, где уже сидели оставшиеся кандидатки и нервно перешёптывались.

Нас забирала сама Тамилла, и она хитро улыбалась, попеременно глядя на каждую. От такого поведения бывшей претендентке мне стало не по себе.

Привычная дорога до замка немного утомила. В горле пересохло от волнения и предвкушения неизбежного.

Ещё немного и всё закончится.

Ещё немного и откроется главная интрига недели.

Интрига ли?

Вскоре наша неугомонная пятёрка стояла на сцене, в ожидании правительницы. Каждая вела себя по-разному.

Элиса и Пелагея расположились чуть поодаль в серых платьях и улыбались. Пелагее не терпелось вернуться домой, Элиса знала, что тоже вернётся, не желая становиться фрейлиной.

Давина и Диана нервничали и никак не могли скрыть волнение. Диане очень хотелось стать фрейлиной, но взойти на престол, по её словам, она была не готова. И я прекрасно понимала её.

Сама стояла ровно, не пряча улыбки. После вчерашнего разговора с правительницей, она приняла решение, от которого и не думала отказываться.

Вряд ли они коронуют меня. Это глупо. Не после всех моих идиотских выходок и отвратительного поведения в целом.

Шенна, как всегда, появилась неожиданно и эффектно. Сегодня она нарядилась в белое платье, облегающее, и едва доходившее ей до колена. Весь её вид буквально кричал, что скоро она освободится от гнетущих её обязательств.

Не осуждала её поведение. Оно наоборот казалось мне достаточно разумным.

— Я рада приветствовать вас на сегодняшней церемонии. Сейчас, дорогие мои, на ваших глазах изменится судьба целого королевства и одной принцессы, в частности. Вершится история, — под аплодисменты придворных Шенна вскрыла конверт.

На секунду показалось, что мы все попали в телешоу. Мотнула головой, отгоняя мрачные мысли.

— Большинством голосов, после совещания учрежителей, выбрана самая дружелюбная, умеющая любить, сострадать, сплачивать народ… — Шенна сделала небольшую паузу, накаляя атмосферу, потом достала листочек и буквально выкрикнула имя на весь зал: — Аннет.

Снова взрыв аплодисментов. Я нескоро поняла смысл её слов. А когда поняла у меня закружилась голова и земля начала уходить из-под ног…

Нет, нет, нет!

Дрожащими ногами подошла к королеве, откашлявшись. Усилила голос при помощи магии, начав свой долгий монолог, постоянно сбиваясь:

— Дорогие жители Иннотентии… За эту неделю я очень привыкла к вам, со многими познакомилась, многих полюбила… Эта неделя была самой волшебной, магической, мистической в моей жизни, в прямом смысле, конечно же, — из поднятой ладони вылетела каплица, которая облетела весь зал, а затем вернулась ко мне, села на плечо и рассыпалась туманом.

Ничего не могла с собой поделать. Слишком любила крутые спецэффекты. Присутствующим начало моей речи понравилось, и я успокоилась.

— Но всё хорошее должно когда-нибудь закончится. Мне жаль, что я не призналась в самом начале. Но меня слишком увлекла и дружба с этими удивительными принцессами, — махнула рукой на стоящих позади, — Править — не для меня. Я не справлюсь. Я не настолько смела, отважна и храбра… Я чуть не примерила на себя корону… по ошибке. Кроме того, в моём мире меня ждут близкие, по которым я очень скучаю. Мне есть что терять, я сделала выбор.

Присела в реверансе и замолчала, наблюдая за реакцией. Мужчины — учредители улыбались, перешёптываясь между собой. Агата была спокойна, а лицо Хельги исказил гнев. Того гляди, ещё чуть-чуть и она проклянёт меня. Прекрасно понимала её реакцию, но не могла иначе.

Тамилле же, как мне показалось, всё равно.

— Честно… — заговорила вновь после небольшой паузы. — Из всех принцесс королевой должна стать Давина — самая отважная девушка. Она словно рождена для тронного зала, она бесстрашна и умна… Там, где я вела себя как ребёнок, придумывая очередной способ разозлить королеву, чтобы меня вышвырнули, Давина предложила отказаться, сойти с дистанции. Там, где я попадала в неприятности, она оказывалась рядом, выручая меня, и мне очень жаль, что в родном мире я не встретила её раньше, — повернулась к подруге, не скрывая слёз, которые подступили к её глазам.

Давина уже вытирала глаза.

Мы не выдержали, наплевав на все правила и устои, вмиг очутившись друг рядом с другом и обнявшись.

— Я знала, что ты так поступишь, дитя моё, — внезапно и по-доброму Шенна. — Мы просто не могли выбрать между Давиной и Дианой. Твой голос стал решающим. Иннотентию возглавит Давина.

Раздались бурные аплодисменты, люди поднялись с мест, поддержав бывшую королеву. И поприветствовав новую.

— Но… Я бы хотела… Я очень хочу, чтобы Диана была со мной… Я не справлюсь… без неё,

— Давина раскраснелась, задыхаясь от переизбытка чувств.

— Если Диана не против, — Шенна кивнула.

Лучезарная улыбка Дианы ослепила зал. Она подскочила к нам, заключив в свои объятия. Мы, стоя втроём, смеялись и плакали.

Иногда совместные испытания сближают.

— Коронация состоится сегодня в два часа дня.

Время в объятии подруги шло иначе, по-своему. Но, в конце концов, нас наглым образом разняли, и будущую королеву и её фрейлину забрали для подготовки к инициации и коронации. Элису и Пелагею отправили домой через ближайшее зеркало. Они были рады, что не провалились под землю, как остальные.

Вновь почувствовала себя одинокой: меня почему-то в родной мир отправлять никто не торопился, и пришлось убивать время под странной яблоней, плоды которой светились ярко-золотистым цветом.

— Я всё ждала, когда же ты сознаешься, — Шенна нашла меня, выдернув из тяжёлых мыслей.

Сознаюсь в чём?

— Что ты заноза в заднице, — Шенна рассмеялась, прекратив говорить, как леди. Сейчас передо мной предстала девушка моего возраста. И это было неожиданно и… приятно. — Знаешь, ему очень повезёт с тобой.

— Откуда вы… — запнулась, захлебнувшись от переизбытка эмоций, что овладели мной, — впрочем, какая разница. Он всё равно влюблён в другую.

— Ты не можешь знать наверняка, — играючи подмигнула Шенна. — Может, всё не так, как ты думаешь. Знаешь, я горжусь тобой. Я сама была такой… тридцать лет назад. Мне нравилась магия, меня манило всё новое, но я не смогла сознаться, что не хочу править. Я рада, что ты оказалась куда смелее. И мудрее.

Некоторое время красавицы стояли, глядя друг на друга, пока я не решилась задать давно мучавший её вопрос:

— Почему Иннотентией обязательно должна править королева?

Шенна опешила, удивлённо посмотрев на меня. Не винила её, мой вопрос действительно был очень наглым.

— Ты ещё не поняла? Мы живём в необычном мире, и доступ к источнику магии есть только у невинных девушек. Поверь, Иннотентия — это всего лишь кусочек огромного, неизведанного и загадочного мира.

— Но существуют ведьмы, феи… — не унималась я. Никак не могла разгадать тайну, что мучала меня так долго.

— Да, но королевская магия — иная. Сильнее и чище. Ты испытала её на себе, и ты ещё удивляешься?

— Тогда почему для девиц не открыты специальные школы? Почему Иннотентия застряла в средневековом мире?

— Моё упущение, — Шенна кивнула. — Вернись в королевство лет через тридцать и проверь, как справились Давина и Диана.

— Шенна, вы. удивительны, — выдохнула я. Мне нечего было добавить. В голове роились сотни и тысячи разнообразных мыслей и идей, и я никак не могла сформулировать их все.

— Я знаю, дорогая. Королевы все не без причуд, — хихикнув, как маленький ребёнок, Шенна растворилась в воздухе.

— Боже, опять?! Дешёвый фокус! — возмутилась я, пытаясь поймать остатки тумана, но тщетно. Шенна телепортировалась. — Жаль, что я не смогла научиться этому трюку.

Коронация — одно из самых знаменательных событий. Его можно сравнить разве что с выпускным в школе. Каждая девушка, как принцесса, тщательно выбирает «бальное» платье для эпизода, который случается лишь раз в жизни. Нельзя выпуститься из школы дважды, как и нельзя стать королевой во второй раз.

Усмехнулась. До чего же странные мысли иногда приходили в голову!

Мы с Дианой стояли по правую и левую сторону от трона. Обе в небесных платьях. Диана держала в руках нежный букет белых роз, а на голове сверкала маленькая диадема. Девушка идеально вписывалась в происходящее торжество.

Это я была лишней на этом празднике жизни. Впрочем, я знала, что скоро вернусь домой. Жизнь, наполненная волшебством и магией, закончится через пару часов. И я ни о чём не жалела.

На коронации присутствовали все придворные и почётные гости других королевств. По этому случаю вечером должен состояться бал, который я обязательно пропущу.

— Спасибо, что не выбрала меня, — прошептала Диана. Удивлённо посмотрела на неё. Очень странные слова. Но так на неё похоже! — Совершенно не знаю, что делать с целым миром.

— Брось, — отмахнулась я. — Ты бы справилась не хуже Давины.

— Нет. Мне проще быть в чьей-то тени… — прикусив губу, прошептала Диана нерешительно.

— Жаль, что ты уходишь. Ты и сама не понимаешь, какой силой обладаешь, — сменила она тему.

— Но я обязательно пойму, — кивнула, не споря. — Я нужнее там, а не здесь.

— Мы будем скучать, — вздохнула подруга, наблюдая за Давиной, гордо шедшей по залу. Невольно залюбовалась ею, не в силах оторвать взгляда.

— Я постараюсь наведываться в гости, — коротко бросила.

Давина шла мимо придворных. Меня бы на её меня давно бы страх окутал, но она держалась просто отлично.

Её роскошное ярко-алое платье ярко светилось огнём. Она послушала меня и нарядилась так, как я и предложила ей с утра. Теперь она ничего не стеснялась.

— Пообещай мне.

— Что? — Диана заинтересовалась, пытливо рассматривая меня, гадая, что я задумала.

— Научиться колдовать. И присмотреть за Давиной.

Диана хихикнула, кивнув.

— Тебе никто не говорил, что красный — твой цвет? — улыбнулась я, когда Давина уселась на трон. — Законы Иннотентии пора сменить.

— Я приму твои комплимент к сведению, — будущая правительница слегка наклонила голову в знак согласия.

— Прекрати разговаривать как королева! Ты становишься невыносимой, — еле-еле подавила смешок.

— Тебе стоило занять моё место, чтобы я не стала монстром, — рассудительно заметила она в ответ.

В зале появился Хьюберт. На огромной красной подушке он нёс величественную корону под звуки играющего в углу оркестра. Эту музыку нельзя было перепутать ни с чем. Волшебная музыка Иннотентии незаметно касалась души, забираясь под кожу, бередя разнообразные воспоминания.

Шенна вновь появилась из неоткуда рядом с принцессами.

— Вы когда-нибудь напугаете меня до инфаркта, — возмутилась я, но Шенна лишь ухмыльнулась в ответ.

Коронация прошла успешно: после того, как Шенна водрузила корону на голову Давины, Эдмунд из енота превратился в человека, а Хьюберт — новый паж королевы, открыл магическую лампу. Один за другим лакеи растворялись в воздухе, засасываясь вовнутрь, оставляя после себя небольшие вспышки магии.

— Боже, Давина! Мне тебе нужно столько всего рассказать, столько всему научить! И у меня столько предложений по улучшению мира! — Диана буквально задохнулась от восторга, чувствуя связь с новой королевой.

— Да, пожалуй, начнём с открытия нескольких школ для девиц, — невозмутимо ответила Давина, отчего её пока единственная фрейлина захлопала в ладоши.

Давине ещё предстояло поговорить с Хельгой, Агатой и Тамиллой, чтобы принять решение: заключать ли с ними магический контракт.

Я же улыбалась, глядя на лёгкое безумие подруг. Девочки всегда остаются девочками… в любой ситуации. Даже если одну только что короновали, лишив возможности строить отношения.

А вечером состоялся бал, самый пышный из всех, который я когда-либо видела.

— Привыкай, Давина, твоя жизнь теперь будет состоять из многочисленных приёмов. Теперь ты на своём месте, — подметила я.

Давина закатила глаза.

В середине бесконечных танцев, Давина утащила меня в одну из комнат. Она не хотела прощаться со мной. Я поняла это по стоящим в её глазах слезам. Но, надо сказать, подруга очень хорошо держалась.

Подумать только, мы столько пережили за эту неделю и так быстро стали близки! А теперь пришла пора прощаться…

Больно.

— То есть ты всё-таки решила вернуться?! Мне не удастся тебя разубедить? — грустно вздохнула Давина.

Пока Давина бессвязно говорила, я, тем временем, при помощи магии преображалась. Вскоре на мне были любимые потёртые джинсы и обтягивающая футболка. Я так по ним соскучилась! Крутилась перед зеркалом, пытаясь привыкнуть к ново-старому образу.

Это было так… необычно!

— Да. Жизнь невинной принцессы — не моё. Ты же знаешь меня — люблю приключения, драйв, путешествия, веселье… — на секунду замерла, сделала паузу, а затем договорила: — парней. Да ты и сама прекрасно знаешь, как я попала сюда — я сама открыла дверь в заброшенный дом.

— Да… Тягу к приключениям у тебя не отнять, — Давина глубоко вздохнула, — Давай на чистоту — основная причина твоего возвращения — «он».

Тяжело вздохнула, повернувшись к подруге спиной, словно разглядывая себя в зеркале, но на самом деле пряча боль, что отразилась в глазах.

— Даже, если он тебя не любит, — настаивала Давина.

Понимала зачем она это делала. Пыталась разубедить меня, чтобы я не совершала то, что, по мнению Давины, ошибка.

В который раз не согласилась с ней.

— Я буду бороться, — наконец тихо ответила я, — Я всегда боролась до конца. А если нет… — закрыла глаза, чтобы остановить слёзы, которые, чертовки, так и рвались наружу, — То будет кто-то другой, кто его заменит.

— Знаешь, я не хочу давать тебе надежду, но… Но почему мы с тобой решили, что картинки Карен — правда? Может, он свободен и ждёт тебя?

— Правильное решение, — в комнату легко вплыла Шенна.

Бывшая правительница улыбалась, и выглядела привлекательно. Казалось, что она похорошела с их последней встречи.

Преображение было странным и впечатляющим: перед нами стояла не невинная девушка, а взрослая и мудрая женщина. Мы переглянулись, ведь обе удивились разительным переменам, произошедшими с Шенной.

Но все встало на свои места, когда следом за ней появился симпатичный мужчина её возраста. Невольно залюбовалась им. От него было невозможно оторвать взгляд, настолько он был хорош собой. Он смущенно улыбнулся и отстранился, предпочитая остаться в тени.

Богдан?!

Мы снова переглянулись, поняв всё без слов. Во взгляде Давины заметила нотки осуждения.

— Так ты готова вернуться на домой? — строго поинтересовалась Шенна, заглядывая в мои глаза, словно пыталась прочитать то, что упустила ранее.

— Да, — кивнула я. — Но как я объясню отсутствие?

— Не беспокойся, твоего отсутствия никто не заметит. Ты вернёшься ровно в тот момент, из которого исчезла. — Шенна подошла к зеркалу и прикоснулась к нему. Случилось чудо — зеркало показало мой мир, мой любимый парк.

— Но я была в заброшенной деревне… Мы с Ритой хотели вскрыть и залезть в парочку домов… — сказала я и осеклась.

Боже, как глупо всё это прозвучало сейчас!

— Ну и? — Шенна громко фыркнула. — Знаешь ли, пока эта сударыня приедет, ты успеешь сгонять на другой конец города. Ненавижу непунктуальных и. — она осеклась, словно хотела как-то оскорбить мою давнюю подругу, но резко передумала. — Ах да! Чуть не забыла! Ты с утра прислала другу, Диме, кажется, смску, что очень хочешь его увидеть. Приятного возвращения домой!

Что?! Сейчас? Я не готова! Впала в ступор, остановившись у зеркала.

Шагнуть вперёд, значит вернуться. Значит, наткнуться на беседу… с ним.

Богдан рассмеялся. Смех мужчины оказался приятным. Интересно, а какой у него был голос?! Боже! О чём я только думала!

— Дорогая, у тебя просто нет выбора. Впрочем, я дам вам время попрощаться. Ах, всё-таки тяжело без магии: мне больше нельзя неожиданно исчезнуть, — Шенна кокетливо рассмеялась, взяв кавалера под руку.

— Я покажу тебе волшебство любви, — улыбнулся Богдан, подхватив красавицу на руки, и воркующие голубки скрылись за дверью.

— Королева права, — Давина глубоко вздохнула, но я её перебила, поправив оплошность:

— Королева теперь ты.

— Да, но ни один приказ не заставит тебя остаться здесь, потому что ты не жительница Иннотентии, и отказалась стать моей фрейлиной.

Мне вдруг пришла в голову идея, которую я просто не могла не воплотить в жизнь. Я потёрла ладони друг о друга, вызвала энергию, а затем слепила из неё небольшое сердечко, которое в воздухе разбила пополам. Каждой половинке сотворила цепочку и вручила одну Давине, надев вторую на шею.

— Теперь мы всегда будем друг с другом, даже если и никогда не увидимся, — с горечью в голосе вздохнула я.

Не думала, что будет так тяжело прощаться с подругой.

— Не увидимся?! — хмыкнула Давина, не согласившись со мной. Она приняла мой дар, а затем послала клочок магии в моё украшение. Что она сделала? Модернизировала его? — Теперь твой кулон — портал, и ты сможешь в любой момент очутиться в Иннотентии, сбежав от серости родного мира.

— О, Давина, ты чудо! — я повисла на шее подруги, в который раз сдерживая подступающие слёзы.

— Но я ещё только учусь. Мой портал не сможет вернуть тебя в тот момент, из которого ты сбежишь. Время, что ты проведёшь здесь, пройдёт и там, — Давина тяжело вздохнула. — И никому не рассказывай об Иннотентии. Если кто-то узнает правду, магия разрушится, и ты не сможешь вернуться сюда.

Стояла, молчала, еле сдерживая слёзы. Одна предательница всё-таки выскользнула из глаза и потекла по щеке.

— Полно. Ещё немного, и я передумаю, и не отпущу тебя никуда. Шенна права, — новая королева подтолкнула меня к выходу в мой мир.

Если честно, мне больше понравилось путешествовать через двери. Открыл дверь, и ты в другом мире.

Возвращаться через зеркало — совсем другие ощущения… Тебя засасывает куда-то вниз, а потом ты летишь, летишь, летишь… и нет конца и края бесконечному полёту. И когда он завершается — ты резко падаешь.

Нашла себя сидящей на траве посреди любимого парка. Что я появилась из ниоткуда, никто и не заметил — люди редко замечают чудеса, ведь они слишком увлечены собой.

Фыркнула. В будущем буду внимательнее.

По счастливой случайности, Дима оказался рядом. Он подскочил ко мне, помогая встать. На несколько секунд я зависла, разглядывая знакомые черты лица: зелёные глаза, небольшой и аккуратный нос, тёплые манящие губы. И эта чертовски привлекательная улыбка!

— Ты как? Не ушиблась?! — вместо приветствия взволнованно спросил Дима, — Ты чего разлеглась посреди парка?!

— Захотелось, — хмыкнула, увидев его, а когда встала, повисла на шее. Плевать, что подумают другие люди, я живу не для них. Вдвойне плевать, что он — парень другой девушки. Да, за эту неделю многое изменилось, но изменилась и сама я.

Важно то, что здесь и сейчас. А здесь и сейчас мы вместе, несмотря ни на что. Мы гуляем по парку. Мы друзья, и никакие вторые половинки никогда не запретят им остаться близкими людьми.

Как ты? — легонько коснулась его плеча.

Дима без лишних слов взял мою, и наши пальцы переплелись между собой, отчего по спине пошли приятные мурашки. Я ничего не могла с собой поделать. В его присутствии открывался новый, неизведанный никому до этого мир.

Дима и сам был сказочником. Волшебником.

— Ань, я скучал по тебе. Давно не виделись!

От сокращения имени вздрогнула: за неделю слишком привыкла к «Аннет». Что ж, пора забыть Иннотентию. Я буду скучать, но сохраню чужой мир и его жителей в сердце. И обязательно навещу его.

— Я тоже, — коротко кивнула, — Что, неужели не нашёл другой объект для издевательств?

— Я не мог, — рассмеялся Дима. — Прости, но я уже выбрал тебя и собираюсь подкалывать до конца жизни.

— А как же твоя новая девушка?! Не приревнует? — задала вопрос, который волновал меня всю неделю, и теперь с замиранием сердца ждала ответ. А ведь в этом мире не прошло и часа!

— Ну, сейчас она мне не помеха — у меня её просто нет, — Дима удивленно посмотрел на меня, явно пытаясь понять, какая муха меня укусила.

Застыла, заставляя себя не начать прыгать от радости. Это оказалось ой как нелегко. Соблазн пуститься в пляс по парку был слишком велик. Скрыла эмоции, сделав максимально равнодушное лицо.

— Это ненадолго, — вынесла я свой вердикт.

— Кстати, о девушках. Твоя подруга… Рита… В последнее время… она несколько раз звала меня то гулять, то в кино. Мне начинает казаться, что она хочет пригласить на свидание, — Дима сделал паузу, чтобы я осознала, что он только что сказал, — Что с ней?

Неожиданно испытала настолько острую боль, что резко остановилась. Диме тоже пришлось затормозить, потому что мы всё ещё шли, держась за руки.

Мы встали друг напротив друга, их лица оказались в опасной близости.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Дима.

— В полном, — голос не дрогнул, но глаза начинало жечь.

Опять

Подруга. Подруга поступала не по-дружески. Рита наговорила на возлюбленного. И что?! Глупенькая девочка поверила ей.

Подумать только! Я ведь всерьёз задумывалась над тем, чтобы остаться в Иннотентии!

— Кстати, в наш город переехала моя двоюродная сестра, с которой Рита успела познакомиться. Думаю, вы подружитесь, — Дмитрий не заметил моё замешательство и продолжал делиться новостями.

— Светловолосая, верно?

Картинка складывалась. Осталось сложить последний пазл.

— Блондинка, я бы сказал., - задумчиво ответил Дима. — Стоп. А откуда ты знаешь?

— Разве ты забыл, что я знаю все? — рассмеялась, пытаясь избавиться от нависшего на меня напряжения.

— Ах да. Ты же повсюду установила жучки и скрытые камеры, чтобы за мной следить, — Дима в долгу не остался. — Как же я мог забыть!

Мы расхохотались. Мы вновь были рядом и чувствовали себя счастливыми.

И пусть весь мир подождёт.

— Дим, знаешь, прости меня, — спустя некоторое время я прервала наше бесконечное веселье.

Я наконец-то решилась. Зачем тянуть? Чего ждать? Пора бы уже сознаться в своих чувствах. Завтра у Димы на самом деле может появиться другая. Хочу ли я этого? Однозначно нет.

— За что?! — Дима удивился, разглядывая меня, пытаясь угадать, что в этот раз задумала я.

— За это, — коротко бросила, сделав шаг навстречу, и поцеловала Диму.

Если честно, сама не ожидала от себя такого дерзкого и наглого поступка. Но что не сделаешь во имя любви?!

Каково же было моё удивление, когда Дима заключил меня в объятия и ответил на поцелуй! Дима не выпустил меня, когда поцелуй закончился, отчего я чувствовала его дыхание на своём лице:

— Я давно этого ждал. Более того, сам хотел попробовать твои губы на вкус, — Дима улыбался как чеширский кот, прижал меня к себе ещё сильнее и повторил поцелуй.

И я почувствовала себя самым счастливым человеком на свете…

Меня разбудил яркий луч солнца, пробравшийся сквозь плотные шторы. Сладко потянулась и оглянулась по сторонам. Ничего необычно. Проснулась там, где и ложилась. Светлая и просторная однокомнатная квартира встретила меня теплом и уютом.

С милым рай и в шалаше?

Взглянула на Диму, что тихо сопел на соседней подушке. Моё лицо предательски расплылось в улыбке. Никогда не видела любимого спящим, и вот наконец — то мне подвернулась такая возможность.

Мы встречались с ним вот уже два счастливых месяца. С того самого поцелуя я смело мола заявить: «любовь существует». Взаимная, нежная, страстная. Любовь — не одна невинная эмоция, а целый спектр разнообразных, среди которых, порой, бывала даже ненависть. Это всего лишь оттенок, не противопоставление.

Противоположность любви — равнодушие.

Я впервые осталась с ночёвкой, наплевав на все морали и устои. И это оказалось феерично. Тепло, нежно.

Тихо выбралась из-под одеяла и оделась во вчерашние джинсы и футболку. Накинула толстовку. Всё-таки сентябрь на дворе, хоть и не такой холодный, как обычно.

В этом году мне повезло. Во всём.

Не удержалась, чмокнула своего принца в щёку. Тот что — то промурлыкал в ответ. Завидовала его способности спать в любых условиях. Его даже мои утренние звонки иногда не способны разбудить.

Пусть спит.

Подошла к зеркалу и достала прибор, подаренный Давиной. После возвращения из Иннотентии и воссоединения с Дмитрием, мы с Ритой сильно отдалились. Она не смогла простить мне, что я теперь с Димой, ибо имела на него виды, о которых я не знала.

Я ни о чём не жалела. Лучше узнать сейчас, что рядом с тобой гнилой человек, чем потом, когда он сильно подставит тебя.

Но о Давине, и о Диане я не забыла. Первый месяц после коронации я бегала туда почти каждую неделю. Сейчас — чуть реже. Но сегодня был особый день. Не могла не поделиться эмоциями, что бурлили внутри меня. Хотелось поделиться, рассказать всё, что накопилось за последний месяц.

Интересно, как скоро она узнает, что я лишилась магии?

Портал без проблем открылся, и я очутилась в лабиринтах замка королевы. После коронации Давины они не сильно изменились, хотя ходят легенды, что с каждой новой правительницей дворец подстраивается под новую хозяйку, отражая её характер, доброту и силу воли.

Может, просто не так много времени прошло?!

Господи, где я? Огляделась по сторонам. Никогда не знаешь, куда занесёт тебя браслет дружбы. Да, Давина где-то неподалёку, но я лишена магии, и не найду её так просто!

— Эй! Почему ты так вульгарно и вызывающе одета? — услышала голос Тамиллы за спиной и с радостью повернулась.

Она ничуть не изменилась. Всё так же хороша и прекрасна собой. Её длинное светло — оранжевое платье идеально подходит её карим глазам.

Она прекрасна, и знает об этом.

— Привет! — махнула рукой, борясь с желанием повиснуть у неё на шее. — Я лишилась магии… Не поможешь приодеться?

Тамилла поморщилась, услышав это от меня. Боже! Как я могла забыть, что она ярая противница отношений между противоположными полами. Ну, по крайней мере, она так об этом отзывается.

— Не могу, — наконец выдохнула она. — Две недели назад я покинула пост фрейлины и больше не могу колдовать.

— Но как. — запнулась, вытаращив глаза, и закрыла рот рукой: челюсть стремительно падала вниз.

Лишиться магии в этом мире можно было одним способом.

Неужели?! Не может быть!

— Не заставляй меня говорить об этом вслух, — строго буркнула Тамилла. — Шенну угораздило познакомить меня с прекрасным представителем противоположного пола.

Поразительно! Она до сих пор не называла их мужчинами!

Как долго человек будет меняться, пока пересмотрит все свои устаревшие принципы? Загадка природы.

— В общем, в течении недели я переезжаю к нему. И поближе к Шенне. Она неимоверно счастлива.

— Ну, да. Две лучшие подруги снова вместе, — кивнула, не в силах спрятать улыбку. Ситуация слишком удивила, даже поразила меня.

Надо сказать, приятно удивила.

— У королевы сейчас совет учредителей. Она в ужасе, ибо для идеально функционирующего совета нужно семь человек, — отчеканила Тамилла, словно прочитав мои мысли.

— А разве их было не больше? — озадаченно поинтересовалась я.

— Отнюдь, — покачала головой Тамилла. — Орест и Маркел покинули пост вместе с Шенной. Они счастливы, что их тела больше не поддерживаются магией, и они стали простыми смертными.

— Почему?

— Ну, очевидно, чтобы пить дурманящие напитки и радоваться тому, что наконец-то могут нанести своему организму значительный вред, — Тамилла пожала плечами. — Люди просто обожают творить всякую непонятную дичь. Люди любят деградировать.

Вздохнула. Не могла не согласиться с Тамиллой. В Иннотентии были чересчур прямолинейны во всём. У них не было завуалированного «алкоголь», они честно называли любые подобные напитки дурманящими. И были правы.

Никогда не понимала, почему люди любят убивать свои организмы при помощи таких гадких вещей.

Мы вместе прошли к тайной комнате, где обычно собирались учредители. Они как раз к тому моменту закончили совещание.

Новый молодой мужчина по имени Баррет застенчиво улыбнулся и поклонился мне. Хельга поморщилась, оглядев мой наряд с ног до головы. На её лице застыло выражение будто бы вот-вот и её сейчас стошнит.

Даже, если и так, то её мнение меня особо никогда не волновало.

— К вам гости, Ваше Величество, — вычурно вежливо произнесла Тамилла.

Важные люди поспешили оставить нас наедине. Вскоре мы так и остались втроём: я, Давина и Диана.

— Ох, позволь я тебе помогу! — восторженно пропела Ди вместо приветствия и взмахнула рукой.

Я и моргнуть не успела, как была наряжена по всем канонам Иннотентии.

— Давно у тебя появилась магия? — воодушевлённо воскликнула я, с удовольствием рассматривая пышное сиреневое платье.

Оно было… волшебным.

— Пару недель назад. Но! Я вас оставлю. У меня есть пару срочных и важных дел, которые не терпят отлагательств, — Диана повисла у меня на шее, и я не смогла не обнять её в ответ.

— Обещай заходить почаще, а то в последнее время тебя почти не видно! — укоризненно прошипела она мне в ухо.

— Обязательно, Ди, — кивнула, еле сдерживая слёзы счастья.

Иномирянки стали для меня самыми близкими и надёжными подругами. Когда у меня была магия, я знала, что они меня не предадут.

И сейчас ничего не изменилось.

Давина всё это время пристально изучала меня и молчала. Когда за Дианой закрылась дверь, она строго спросила:

— Когда?

— Вчера, — выдерживая её недружелюбный тон произнесла я.

Не жалеешь?

— Нет, — отрезала, вторив её тону. Даже мама отнеслась спокойнее, когда я сообщила, что переночую у парня. — Это было так… волшебно…

— Пожалуйста, избавь меня от подробностей терения гениталиями, — пренебрежительно оборвала она меня.

Я опешила. Мы, конечно, не совпадали во вкусах и взглядах на жизнь, но не настолько же!

— Ваше Величество, я пришла поговорить с подругой, а не для того, чтобы меня осуждали,

— холодно отчеканила, скрестив руки на груди.

Давина мгновенно изменилась в лице и теперь походила на маленького, нашкодившего котёнка.

— Прости. я просто. — её мысль оборвалась. — Не хотела тебя обидеть. Просто сначала Тамилла, теперь ты. Так одновременно и такой удар для меня.

Вздохнула и растаяла. Мы обнялись, и Давина расплакалась у меня на плече. В этот момент я поняла, насколько ей ещё тяжело привыкнуть к роли королевы, осознать масштаб ответственности.

Но она не сможет по-другому. Это явно её предназначение.

Как и я не могу по-другому. Не могу жить без любви.

Мы разные, но прекрасно понимаем друг друга, и поэтому наша дружба крепка.

После мы ещё долго говорили обо всём и ни о чём. Выпили вместе чай и прогулялись по удивительной природе Иннотентии. Если бы я не приходила периодически в гости, то мне очень не хватало бы этого красочного и порой даже аляпистого мира.

Мама всегда говорила, что жизнь после замужества изменится раз и навсегда по взмаху волшебной палочки. Как только в твоём паспорте появится заветная печать, то больше ничто не будет, как прежде.

Я не верила ей. И оказалась права.

В моей жизни изменилась только фамилия.

Может быть, потому, что дурацкий штамп никогда не был моей мечтой или целью в жизни?!

Я с детства была какой-то не такой. Не мечтала о принце, о собственном дворце, о магии. Не верила в волшебство. И именно я сбежала из сказки. Какая ирония, аж смешно.

Видимо, судьба у меня такая: получать то, о чём мечтают другие.

Настюшка была в садике, а я наслаждалась выходным днём. Дима был на работе. Счастливая семейная жизнь.

Тяжело вздохнула. На глаза попалась масляная живопись, сделанная в Иннотентии. На ней были изображены: я, Давина и Диана. Я, по центру в ярко-сиреневом платье, Диана с краю в небесном, а Давина в нежно-розовом слева от меня. На её голове воинственно восседала корона. Статус правительницы ей шёл, как никому другому, словно она родилась для него.

Дима спрашивал меня откуда эта фотография, а я лишь отшучивалась, что местные художники сделали из меня принцессу, а оставшихся двух девушек нарисовали для фона. Любимый муж вроде бы поверил.

Я не имела права никому взаправду рассказывать об Иннотентии. Иначе бы лишилась возможности навещать подруг. Я итак так не была с тех пор как родилась Настюша. А это немного, немало, целых пять лет.

Взглянула на часы: до возвращения красавца с работы ещё три часа. Я успею.

Черканула смску, чтобы забрал дочку и активировала медальон. Приключений хотелось и в моём возрасте. Я никак не могла жить без этого. И даже замужняя жизнь меня не остепенила.

Я вмиг очутилась в тронном зале, где меня встретила царственная, властная, грозная королева.

— Я знала, что ты придёшь, — холодно произнесла Давина, даже не повернувшись ко мне. Она смотрела на малиновый закат над королевством.

— Ждала меня? — пискнула я. Мне вдруг стало стыдно.

— Последние пять лет, — Давина повернулась, оценивающе посмотрев на меня. — Как Анастасия? Ты рассказывала ей обо мне?

— Ты же знаешь правила, — тяжело вздохнула, покачав головой. — Иногда я рассказываю ей сказки о наипрекраснейшей правительнице, которая ради защиты своего царства отказалась от любви. Она всегда слушает это, открыв рот.

— А потом ты спрашиваешь её, поступила ли она так же? — усмехнулась Давина.

— Она теряется. Мы уже прочитали сказки о Золушке, Белоснежке, Спящей красавице…

— Да, там везде один шаблон: принцесса находит принца и живут они долго и счастливо. Но прочитала бы ты ей лучше сказку о русалочке. Андресона. Вот самая правдивая история.

— Ты что! Ей ещё рано знакомиться с таким явным насилием, — взвизгнула, испугавшись за психическое состояние дочки.

— Зато она будет знать правду, — Давина была непреклонна.

Годы совершенно не изменили её. Она по-прежнему была молода и красива. Я на её фоне сильно постарела и выглядела в разы старше. Никогда бы не подумала, что буду стесняться своей внешности.

Правду о чём?

— О том, что любви нет, Аннет, — она слово в слово повторила фразу, с которой началась наша дружба. Фразу, которая взбесила меня тогда. То, что я пыталась все эти годы опровергнуть.

— А как же мой счастливый брак с Дмитрием? — после долгого молчания отчеканила я. Будь у меня магия, послала бы в неё молнию, чтобы не вела себя настолько высокомерно!

— Аннет, ты всегда была исключением из любого правила, — хитрая улыбка скользнула по её губам.

У неё вновь удалось затянуть меня в спор, который мы вели столько лет, никак не найдя компромисса.

— А Шенна?

— Третьего ребёнка растят. Плодятся, как кошки, — Давина продолжала улыбаться, наблюдая за моей реакцией. Наслаждаясь ею.

— А Тамилла?

— Ну… Ей повезло меньше. Она рассталась с тем проходимцем, что лишил её магии, но сейчас вполне успешно вышла замуж. Отшучивается, что не всем удаётся с первого раза встретить свою любовь. Но я ей не верю, — Давина покачала головой. — Они вместе с Шенной живут в Платитьюбе. Почти соседнее королевство.

Застыла. Раньше никогда не знала куда переехала Шенна. Услышав название, замерла, сдерживая смех. Дьявол! Этот мир слишком прямолинеен во всём!

Несколько лет назад, вернувшись домой, я изучала древние языки, пытаясь хоть как-то понять значение всех этих названий. Я надеялась, что сходства с нашим миром имеются и существенные.

И нашла ответ на загадку, что придумала сама, в латинском. Иннотентия отдалённо напоминала слово «невинность». А вот Платитьюда была созвучна со словом «пошлость».

Покажите мне чёртова гения, который давал все эти названия. Я пожму ему руку! До хруста костей.

— Как насчёт прогуляться? Я помню, что ты у нас семейная дама, но о друзьях тоже не стоит забывать, — Давина решила сменить тему.

Я согласилась, позволив ей вести себя. Всё-таки подраться не хотелось: у подруги, в отличие от меня, была магия. Мне её не победить при любом раскладе.

Мы вышли на улицу, и я с удовольствием вздохнула свежий воздух причудливого мира. Всё-таки, в нашем не встретишь ни одного из дивных ароматов, что ударили мне в нос. Не заметишь ни одного яркого цвета, ибо Земля чаще затуманена выхлопными газами, сера и скучна. А растительности может только позавидовать.

Мы прошли в сторону Малинового пруда. Ах, сколько воспоминаний. Как приятных, так и не очень. За ту короткую неделю произошло столько событий. После я больше никогда не испытывала такой эйфории, адреналина. Это были лучшие приключения в моей жизни.

Но я не жалею, что они закончились. Я бы не смогла. Не смогла выбрать магию, отказавшись от любви. Я бы чувствовала себя одинокой, несмотря на близкие отношения с Давиной.

Обожала нашу дружбу с Давиной. Вроде бы такие разные, непохожие друг на друга, с диаметрально противоположными взглядами на жизнь, а подружились. Мы просто вовремя научились ценить друг друга, не давить, когда не были согласны. Вовремя останавливаться. Мы были взрослыми, когда познакомились.

И, если кто-то скажет, что самая крепкая это дружба со школы, я отрицательно покачаю головой. В любом возрасте можно встретить близкого тебе человека. Надо просто верить в это.

Огонь в камине догорал, треск пламени приятно дополненял мягкий голос рассказчицы. Она самозабвенно делилась историей, которая не походила ни на одну из сказок. Рассказчик с восторгом наблюдал за ней. Его не отвлекали от её прекрасного образа ни летающие перья, ни заинтересованные слушатели, ни даже самопишущаяся книга в её руках.

— Любимая, я думаю, здесь нужно остановиться. У читателя должен остаться лёгкий привкус недосказанности, чтобы он мог додумать конец сам.

— Брось, милый, пора перестать следовать навеянным кем-то шаблонам, — фыркнула она и соскочила с кресла, одёрнув короткую юбку.

— Я сказочник столько лет! — мужчина, гордо поправил сюртук, взглядом окинув впечатляющих размеров владения.

— Тебе напомнить благодаря кому ты им стал?! — заискивающе улыбнулась она. Девушка радостно закружилась по залу.

Рассказчик промолчал, закрыв глаза рукой с явной мыслью: «женщины». Огонь в камине затих, угрожая вот-вот потухнуть. Стоило бы поддать жару, но в библиотеке появился ещё один посетитель: молодая фрейлина в синем платье.

— Демис, королева Давина вас ждёт сию минуту. Проследуйте за мной.

— Хорошо, — Демис кивнул и встал с места. — Прошу тебя, любимая, не раскрывай всех тайн, это важно.

Они удалились, и у рассказчицы мелькнула хищная улыбка на лице. Красавица не собиралась просто так сдаваться.

— Ох, простите моего мужа-сказочника, он чересчур старомоден. Ему нравится начинать сказку фразой «жили-были», а заканчивать: «и жили они долго и счастливо».

Красавица задумчиво прошлась мимо книг, легонько касаясь их кончиками пальцев. Она специально сделала небольшую паузу, чтобы ещё больше заинтересовать слушателей, которые итак ловили каждое её слово.

— Аннет вернулась в родной мир, — наконец, продолжила она. — Они с Дмитрием стали гармоничной парой. «Долго и счастливо» утопия, кстати. Периодически, в силу характера, они доводили друг друга до белого каления, и Аннет успешно пряталась в Иннотентии. Аня лишилась магии, и Давина ещё долго осуждала подругу за столь «необдуманный» поступок,

— сказочница вновь сделала небольшую паузу, с хитрой улыбкой оглядев всех присутствующих.

Вскоре выяснилось, что Шенна и Богдан поженились, и у них родился ребёнок. Шли года, и Анна всё реже приходила в гости к Давине. Их любовь с Дмитрием всё росла и крепла, они вместе окончили университет, после чего поженились. У них появились дети. Давина радовалась, наблюдая за их семейным счастьем. В конце концов, нынешняя королева Иннотентии убедилась, что любовь существовала, но это огромнейший и колоссальнейший труд. Аня старела в отличие от Давины, что последнюю огорчало всё больше и больше.

Сказочница замолчала, тяжело вздохнув. Следующие слова дались ей нелегко.

— Годы не щадят никого. «Ей было семьдесят три, когда его не стало», всё прямо как в той песне. В тот день Анна не выдержала, вновь сбежав в Иннотентию. Давина вела важное совещание, которое остановила ради старой знакомой.

Подруги очень интересно выглядели со стороны: красивая молодая девушка с пышными кудрями, с короной на голове, в роскошном голубом платье и старая седая женщина, с морщинами и шалью на плечах. Они вышли в сад, оставшись наедине, где Аннет поведала произошедшее. Она больше не плакала, нет, но ей по-прежнему было бесконечно больно.

— Я могу его вернуть, — наконец тихо прошептала Давина. — Сделать сказочником Иннотентии, сделать вас обоих молодыми, тебя — фрейлиной, но… — Давина прервалась, глядя в глаза подруги. — Я могу дать вам вечную жизнь, но вы не сможете вернуться домой, станете заложниками Иннотентии. Все ваши дети, внуки останутся без бабушки и дедушки. И ты не сможешь попрощаться с ними, твоё старое тело умрёт в том мире.

Сложный выбор.

Аннет удивлённо уставилась на Давину, не зная, что и ответить. Она прибежала к подруге, чтобы поплакаться, потому что сдержать боль утраты оказалось невозможно, но…

Давина улыбалась, понимая состояние Аннет, ведь той никогда не было так сложно принимать решение. Всю жизнь они с Дмитрием решали всё вместе, советовались по каждому вопросу. Аннет никогда не рассказывала ему об Иннотентии, о мире с наипрекраснейшей королевой. Пожалуй, единственное, что девушка утаила от любимого. Анна, конечно, рассказывала сказку об Иннотентии детям, а потом и внукам. Дмитрий всегда хвалил жену, потому что история ему нравилась… Но жить в ней?

— Я согласна, — наконец, после небольшой паузы сказала Аннет. Никого важнее для неё нет. Дети взрослые, справятся сами, а он должен жить.

Давина кивнула, ей потребовалось очень много сил, чтобы сделать подругу молодой фрейлиной, а Дмитрия оживить и превратить в сказочника. После столь долгого и тяжёлого колдовства правительница проспала сутки.

Первое время Демос злился, что любимая врала ему, ведь сказка оказалась былью. Но, в конце концов, любовь побеждает всё и…

— Аннет, Давина ждёт тебя, — фрейлина вновь появилась в их библиотеке. — Она не может начать совещание без тебя.

— Да, Диана, спасибо, — кивнула сказочница.

— Надеюсь, ты не собираешься показаться в тронном зале в таком виде? — качая головой, осуждающим тоном спросила Диана.

— Понимаю, — Аннет хихикнула. — Не поможешь?

Диана вздохнула, взмахнув рукой. Аннет преобразилась в то самое лиловое платье, в которое её некогда одела Давина в их первую встречу.

— Друзья, мне пора, — покрутившись перед зеркалом и наслаждаясь любимым лиловым платьем, произнесла Аннет. — В королевстве появился очаровательный посол, которому Давина самозабвенно строит глазки. Подозреваю, скоро будет новый отбор, — Аннет задорно хихикнула, водрузив в волосы маленькую диадему.

Годы совершенно не изменили её.