Доббишрек проснулся, когда мы уже подходили к моему домику. Сонно проморгавшись, он увидел вокруг сугробы и затрепыхался у нас в руках, шарахнув кулаками по стенкам обогревающего его шумоизолирующего купола. От неожиданности мы едва не уронили зеленого засранца. Вернее, Андреас, который и нес это чучело. Оставшаяся пара метров была преисполнена шипения, рычания и запредельного визга тролля, явно не уважавшего зиму. Зато преодолели их почти бегом, пока на шум не посбегались и студенты, и преподаватели, и сторож-демон. Что-то сомневаюсь я, что в правилах проживания на территории академии прописано разрешение на содержание дикой живности.

«Дикая живность», в свою очередь, попав в дом, все же немного притихла, успев то ли охрипнуть, то ли замерзнуть… То ли набирала силы для следующего этапа концерта.

— А у меня замечательная идея! — выпалила я, поспешно избавившись от пальто и перехватив тролля, чтобы Андреас тоже снял верхнюю одежду. — Я сейчас сооружу ему убежище, а ты искупаешь его.

И не забыть умильно похлопать глазками. Уголки губ нэко дернулись, он на миг остановился, но принялся снимать пальто медленнее, чем до этого.

— И с какой же стороны это замечательная идея? — все же спросил он заинтересованно.

— С моей. У меня и так сегодня день тяжелый… И вообще, ты же бытовой маг, можешь помочь в купании заклинаниями. А я представляю, каким должен быть «вольер» для троллика. Грамотное распределение труда! — и победно выставила указательный палец вверх.

Парень проследил за моим перстом, но лишь хмыкнул на это, аккуратно повесив пальто и скинув мокрые от снега ботинки.

— Коробку с самоочищающимся песком ты ему тоже соорудишь?

— А такие есть? Я бы прикупила, — тут же заинтересовалась.

— Найди просто коробку и песок — сделаю, знаю одно подходящее заклинание, — усмехнулся Андреас.

— Моя ты зая! — умиленно протянула я, от переизбытка чувств прижав к себе тролля чуть сильнее, отчего он возмущенно крякнул и попытался укусить за руку. К счастью, там еще была защитная заслонка, наложенная раньше. В нее я щедро вложила магии, так что иммунитет тролля ее не разрушил, хоть и потрепал. На один-два укуса еще должно было хватить.

— Вроде ж сошлись на том, что я большой кот, который ходит рядом с тобой.

Андреас, забирая из моих рук Доббишрека, искренне улыбнулся своей солнечной улыбкой, из-за чего мое сердце на какой-то миг забилось быстрее. Ну что поделать, кошатница я, кошатница! И, не удержавшись, провела ладонью по волосам Андреаса, мимоходом чуть почесав за ушком, вызвав его негромкое уютное мурлыканье.

— Не тролль — и на том спасибо, — подмигнула ему и указала на ванную. — Удачи вам там.

Покачав головой, нэко наколдовал иллюзорных бабочек перед носом начавшего было возмущаться тролля и, перехватив его поудобнее, двинулся в указанном направлении. Вскоре оттуда донесся шум воды, визги и шипение тролля, местами переходившее в рычание, и тихие чертыхания Андреаса. Нет, определенно, распределение труда прошло удачно.

В несколько пассов подтащила диван так, как и планировала, туда же столик, огородив хороший такой кусок комнаты. Из спальни притащила несколько подушек. Подумав, туда же кинула еще мягкий плед. Из кухни принесла несколько яблок. Осталось решить вопрос с коробкой и песком. Может, мерзлой земли накопать? Нет, в самом деле, где я сейчас возьму песок? Знакомых строителей у меня нет, тут, в общем-то, и коробка под вопросом, которой тоже нет…

— Ай! Да не кусайся ты, а если я укушу? — донеслось из ванной вперемешку с шипением, урчанием и плеском воды.

— Анд, не кусай троллика, ему сегодня и так досталось… Кстати, ты рассмотрел, какого он пола? — отозвалась я, подойдя к самой двери, но не рискуя зайти внутрь. Судя по звукам, там и без меня сейчас весело.

— Да тут сложно не рассмотреть, на самом деле. У нас мальчик. Конкретный такой пацан, — проворчал нэко сквозь пыхтение.

— «У нас»? Это намек, что ты будешь приходить его купать постоянно? — осведомилась лукаво, желая больше поддразнить. Но за дверью озадаченно притихли, даже тролль замолчал, было слышно лишь капанье воды. Угу, ну, будем считать, что это знак согласия. По крайней мере, я бы не отказалась.

Тихо пиликнул мой артефакт связи, доставив сообщение. Потянувшись к нему, совсем не удивилась посланию от любимой маман, которую лично я больше воспринимала как заботливую тетушку, но со своими загонами. Вернее, с одним конкретным.

«Не планируешь еще возвращаться? Помолвку лучше заключать официально, организовав приём…», — прочитала я после обычной череды вопросов в стиле «что я ела, сколько спала и как гуляла».

Улыбнувшись, принялась быстро набирать ответ. По-своему мать Сандры любила свою дочь и желала ей добра, так что глупо было злиться на нее, ссориться, что-то доказывать. Да и я как-то уже привыкла к подобным сообщениям. Ну бредит она тем, чтобы Сандра, вернее, я в ее лице, побыстрее сдружилась с каким-то женихом, что поделать. У каждого свои недостатки.

«А ты не планируешь мне сообщить имя жениха? Кто он, откуда, знает ли вообще о моем существовании?..» — быстро настрочила, особо ни на что не рассчитывая.

«Не говори ерунды, разумеется, он тебя прекрасно знает, потому сразу же и откликнулся на наше предложение».

Очередное послание заставило исчезнуть улыбку с моего лица. Все это время я больше воспринимала жениха как нечто эфемерное, едва ли не из разряда детских пугалок, мол, не будешь слушаться, и за тобой придет большой и страшный жених. И новая информация, что кто-то в самом деле знал Сандру и хотел на ней жениться…

«А я почему его не знаю?! Или знаю?»

«Солнышко, ну ты же всегда витала в облаках, дальше своего носика и не видела, преподавателей своих, и тех не всех запоминала»

«Так это преподаватель? Или студент? Ты можешь хотя бы это сказать?»

«А что? Есть кто-то на примете, кто нравится? У вас это серьезно? Знаешь, если вдруг что, помолвку можете заключить в академии, а прием устроим позже, мы с папой не против»

«А если это не одобренный вами «хороший мальчик», не ваш жених?»

«Ну, значит, тебе понравился другой. Против воли тебя никто ни за кого не выдаст… И да, мы были неправы, когда воспротивились тогда. Но ты была чересчур влюбленная, да еще и безответно, а имя возлюбленного не называла. Так что, у тебя там появился мальчик?»

От переизбытка эмоций хотелось зашвырнуть артефакт подальше. А еще лучше в стену, чтобы просто разлетелся вдребезги! Да у Сандры вся семейка друг друга стоит. А если возлюбленный Сандры и есть этот жених?! То есть, Саймон… Да ну на хрен!

Дверь ванной открылась, выпуская измученного, абсолютно мокрого Андреаса с укутанным в полотенце уже снова смирным троллем.

— С коробкой пока можно не торопиться — во время купания проблема на время решилась сама собой, — пробормотал нэко, едва заметно скривившись.

— Спасибо! Я тебе безумно благодарна! Хочешь, сделаю кофе с молоком, как ты любишь? — тут же подхватилась я, сочувственно улыбнувшись. Андреас только устало кивнул, покосившись на самодельный вольер.

Артефакт связи пиликнул, поймав послание от маман. А потом еще раз. И еще. Досадливо поморщившись, подхватила его и, активировав режим магскана, запечатлела изображение троллика, сидевшего на руках Андреаса. И тут же отправила матери с припиской: «Вот мой мальчик, так что пока не до вашего жениха точно».

Пока Андреас устраивал вымытого хмурого тролля в его новом месте обитания, задабривая иллюзиями бабочек и жуков, я готовила на кухоньке обещанный кофе. Попутно прихватила артефакт связи, где мигало очередное неотвеченное сообщение. И едва не опрокинула на себя кофейник, прочитав его.

«Милая, ты как-то коряво запечатлела его, лица не видно. А чуть повыше можешь? И что за чудище у него в руках? Скажи ему, пусть не приносит ничего подобного на встречи с тобой, дикие животные могут быть опасны»

Мда, мамуля в своем репертуаре. Я даже не стала отвечать ей. В конце концов, она мне не говорит всего, вот и мне нечего. Некоторое время назад даже пыталась у отца выспросить, но тот, вдохновившись тем, что я аспирантка, еще и куратор, и вовсе закрыл тему. Сказал лишь, чтобы особо не забивала себе голову любовными бреднями… Но если вдруг что — примет любой мой выбор. И ни слова о женихе! Сандра, небось, была бы счастлива до ужаса…

Эх, Сандра… В последнее время все чаще возвращаюсь мыслями к ней. Нет, желания поменяться телами обратно абсолютно не было — я полностью приняла свою новую жизнь, надеюсь, она тоже. Но иногда до боли хотелось узнать, как она устроилась, чем живет, какие интересы, друзья, какие отношения с моими родными.

Надо бы заняться этим вопросом: не могу поверить, что в мире магии нет способа связаться со своим двойником из другого мира… Ладно, признаю, даже в мире магии это звучит не очень, но, тем не менее, не означает, что не предусмотрено никакого ритуала на этот счет. Уверена, все возможно, было бы желание!

Выставив на поднос чашки с кофе и вазочку с ореховым печеньем, подхватила его и вернулась в гостиную. В дверях замерла, невольно улыбнувшись открывшейся картине. Котик забрался на диван, став на него коленями, и, свесившись над спинкой, заглядывал к Доббишреку в его «вольер», видимо, наколдовывая новых гусеничек и бабочек. Оттуда доносилось негромкое беззлобное ворчание, и периодически звучали гулкие шлепки, когда мой питомец ловил очередную иллюзию. Сам Андреас явно наслаждался этой игрой, о чем свидетельствовали и ушки, ставшие торчком, и чуть подрагивавший кончик хвоста.

— Ну как он там? Нормально все? — уточнила, подойдя ближе, и сама заглянула к троллю.

Приподняла бровь, отметив, что подушки свалены уже в другом углу, похоже, обитатель решил, что им там не место. Но сейчас мое внимание привлекло нечто другое, заставившее даже смутиться. Да уж, без платьица точно было видно, что перед нами таки пацан. Интересно, а для троллей не предусмотрены какие-то трусы, там, не знаю? А лучше сразу памперсы.

— Ага, освоился, похоже. О, спасибо, — Андреас заинтересованно подался вперед, принюхиваясь к ароматному кофе с молоком.

— Да вот поставить теперь негде, — я озадаченно огляделась, осознав, что мой столик стал теперь частью вольера. Ставить поднос было некуда.

— Воздушная подушка?

— Можно. Подержи, пожалуйста.

И, ткнув другу в руки поднос, принялась выплетать довольно сложное плетение для удобной и устойчивой воздушной подушки длительного действия, чтобы при этом еще и не жрала прорву магии. Когда заканчивала уже последний вензелек плетения, почувствовала, как нечто коснулось меня на ментальном уровне. Нечто теплое, уютное, заставившее почему-то вспомнить о какао с зефирками, а еще ощущение теплого пушистого пледа на плечах и мягкой шкуры подо мной, в мех которой так удобно зарываться пальцами, а рядом уютно потрескивавший поленьями очаг… Это была настолько яркая ассоциация, что я почти наяву почувствовала и легкий запах дыма, и жар, исходящий от него, и даже вкус подтаявших в горячем напитке зефирок. Сглотнув, отпустила завершенное заклинание, обернувшись к нэко.

— Я чуть подправил, затянул третью секцию посильнее и в четвертую влил немного больше силы, оттянув откат на себя, — обезоруживающе улыбнулся парень.

Я же лишь заторможенно кивнула, поставив наконец-то поднос на созданную нами воздушную подушку. Это я чувствовала только что прикосновение его магии? Ничего себе. Обычно чужеродная магия воспринимается как легкий холодок, в редких случаях, среди друзей, она вместе с тем несет какие-то едва уловимые образы или запахи, или же, если речь о врагах, неприятные ассоциации. Тут же едва сдержалась, чтобы не попросить Андреаса кастануть еще какое-то заклинание вместе со мной… И ведь когда-то уже колдовали вместе, на заре нашего знакомства, когда мою дверь заклинило, тогда ничего подобного, кажется не было…

— Санни, смотри, он снова уснул, — позвал Андреас тихо, вновь заглянув к троллю.

— Не знаешь, в спячку они, случайно, не впадают? — поинтересовалась, выбрасывая дурацкие мысли из головы, а то так неизвестно до чего можно дойти в своих выводах.

Тем не менее, невольно задумалась, а с Риэль у них магия тоже настолько совместима? Если они с детства знакомы, да и помолвлены, чего уж там, то наверняка тоже должно быть нечто подобное… Вернее, сильнее, разумеется, намного сильнее!

— Если честно, я мало о них знаю. В наших краях они не водятся, так, слышал какие-то общие сведения. Завтра поищу книги о них, принесу тебе. Так что с песком? Вместо коробки еще можно что-то придумать, а вот тут без вариантов как-то…

— Да, точно. Сейчас.

И, взяв артефакт связи, принялась быстро набирать сообщение. Вскоре пиликнул ответ, заставивший меня улыбнуться. Покосившись на сладко посапывающего в своем вольере тролля, черкнула еще одно послание, соглашаясь на предложенные условия, и отложила артефакт.

— Песок нам добудут, — озвучила, беря в руки мою чашку и делая большой глоток обжигающей ароматной жидкости.

— Это радует. Откуда?

— Я знаю только одно место в академии, где есть песок и которое окружено противопогодным куполом круглогодично, — пожала плечами, хитро улыбнувшись.

От неожиданности нэко, сообразивший, что я имею в виду, поперхнулся кофе. Откашлявшись, покачал головой.

— Смело, однако. Кстати, я завтра занят почти до самого вечера, но потом вполне могу прийти искупать Доббишрека снова, — заявил Андреас, отчего уже я едва не вылила на себя кофе.

— Да я, как бы, пошутила… — пробормотала растерянно, вновь испытав то чувство защищенности и уюта, как когда наша магия соприкоснулась.

— Да ладно, мне не сложно. К тому же, еще не хватало, чтобы он тебя хряпнул, — фыркнул друг, кивнув на отчетливый след зубов на своей руке, благо, хоть не до крови. — Повезло еще, что щит выставил перед этим. Прокусить — не прокусил, но сдавил ощутимо. Я где-то после ужина заскочу, не волнуйся.

— Спасибо… Отказываться не буду, так и знай! — тут же выпалила и, поддавшись порыву, чувствуя себя виноватой, что его укусили, потянулась к парню и почти привычным жестом почесала за кошачьим ушком. Раздавшееся громкое мурлыканье отозвалось мурашками на моей коже и каким-то сладким щекочущим ощущением в районе живота.

Андреас с блаженной улыбкой чуть наклонил голову, чтобы мне было удобнее тянуться к нему. Да уж, всегда мечтала о большой кисе, но кто бы мог подумать, что реальность переплюнет все фантазии? Правда, киса совсем не моя…

— Риэль же не будет против, что ты вечер проведешь, помогая мне? — уточнила зачем-то, борясь с желанием сесть еще ближе к парню и обнять его, прижаться ухом к груди, слушая, как там где-то внутри зарождается мурлыканье, ощущая едва уловимую характерную вибрацию.

— Нет, с чего ей быть против? Она тебя любит. Думаю, еще и сама увяжется следом. Лишь бы потом не решила завести и себе такого необычного питомца, — фыркнул Андреас, сбивая меня с мысли.

— А, ну да… Пусть приходит, — натянуто улыбнулась я и, скрывая вдруг обуявшую меня неловкость, порывисто поднялась. — Я вспомнила, у меня же еще были эти… как их… тоже к кофе. Сейчас принесу.

И, не оглядываясь, поспешно выскочила из комнаты на кухню, так и не придумав сходу, что у меня могло быть из сладостей. Там остановилась у стены, прижавшись к ней спиной, и приложила прохладные ладони к горящим щекам. Что я вообще творю?

Андреас — друг. Милый, надежный, интересный, с этой его солнечной улыбкой, няшными ушками и крышесносным мурлыканьем… помолвленный друг! Как бы там моя магия на него вдруг ни откликнулась. Да и вообще, мало ли какие ассоциации! Я устала, а ко всем своим друзьям в принципе испытываю симпатию, это нормально, а тут еще и благодарна, да плюс день тяжелый…

И, между прочим, его невеста — моя подруга. С которой тоже довольно часто видимся в одной компании, даже научилась умиляться ее шебутной непосредственности. Черт, лучше бы невестой Андреаса была Адрелия — одного взгляда поверх кинжала, порхающего в ее ловких пальцах, наверняка было бы достаточно, чтобы я не тянула свои лапки к ушам нэко.

Самое дурацкое, что я все это понимала. Да и, положа руку на сердце, не могла сказать, что испытывала в самом деле какие-то романтичные чувства к нему. Была бы в моем родном мире, сказала бы, что у нас крепкая френдзона, где даже не друзья уже, а братаны друг другу. И все же… Да какого хрена мне так неловко-то?

— Санни, тебе помочь? Что ты тут ищешь?

В дверях кухни показался нэко, заставив меня нервно вздрогнуть, лихорадочно подыскивая достаточно вескую причину, почему я вдруг ни с того ни с сего сбежала.

— Да вспомнила, что у меня еще были булочки… Но ошиблась, закончились, — выдавила, в конце концов.

К счастью, прежде чем Андреас спросил что-то еще, в дверь позвонили. Облегченно выдохнув, я поспешила открыть.

И замерла, увидев на пороге радостного Саймона с мешочком песка в одной руке и присыпанным снегом букетиком цветов в другой.

— Привет еще раз. Конечно, обычно на свидание идут с цветами и конфетами, но раз уж моя дама сердца предпочла конфетам песок с боевого полигона — кто я такой, чтобы спорить? — выдал этот придурок и вошел в дом.

— А, ты его попросила… Привет, Саймон, — отозвался Андреас довольно кисло.

Пусть мы и часто собирались одной большой компанией, нэко относился к своему соседу довольно предвзято. Не знаю, тому виной слишком большая разница в характерах и векторах магии или же какие-то свои соседские терки, но эти двое не упускали возможности поддеть друг друга.

— Так вот для кого Сандра просила лоток с песком! А я-то думал… Слушай, Андреас, ну в твоем возрасте можно было бы научиться уже пользоваться уборной… — протянул Саймон насмешливо.

Низкий рокочущий звук, похожий на рычание, заставил меня вздрогнуть. Как-то привыкла больше к мурлыканью. Да и сам Андреас как-то неуловимо преобразился, движения приобрели хищную грацию. Зрачки вытянулись, став полностью вертикальными, верхняя губа чуть приподнялась, обнажая клыки, да и на пальцах сверкнули когти… Ого, а как он их раньше прятал? Хищный котик, однако.

— Но-но, кошак, успокойся, шутка юмора у меня такая, ты же знаешь. Друзья моей девушки — мои друзья тоже, лишь бы обои не драли… — фыркнул Саймон, миролюбиво подняв руки с букетом и песком.

— Саймон, прекрати! — нахмурилась я. Вот только стычек в моем доме не хватало.

Проворчав себе под нос что-то явно нелицеприятное, нэко выдохнул, успокаиваясь. И направил луч магии на мешочек с песком, шепнув какое-то заклинание.

— Самоочищающийся теперь, завтра еще подправлю векторы. Ладно, не буду вам мешать, а мне уже пора, — сказал он, явно раздосадованный перепалкой с Саймоном. Быстро обувшись, потянулся за своим пальто.

— Может, задержишься? Я еще кофе сделаю…

Андреас мягко улыбнулся, вновь став милым домашним котиком, которого я знала.

— Мне и вправду уже пора бежать, перед завтрашним днем надо подготовить кое-какие макеты по проекту… Но если вдруг понадобится какая помощь — сразу пиши, — подмигнул он и, начисто проигнорировав Саймона, выскользнул за дверь.

— Ну и какого хрена ты устроил? — вздохнула я, обернувшись к Саймону.

Тот обезоруживающе улыбнулся и пожал плечами, скидывая ботинки с налипшими на них комьями грязноватого снега. Я лишь поморщилась, когда комок грязи ляпнулся на ковер. Тем не менее, в первый свой визит, на мое новоселье здесь, он и вовсе попытался ворваться обутым, невзирая на ливший на улице дождь. Зато в полной мере осознал, что разозленная магичка-теоретик в некоторых случаях может быть опасной и для боевика.

Вот и сейчас, проследив за моим взглядом, тяжело вздохнул и, поставив мешочек с песком у стенки, изобразил умиленную улыбку и ткнул мне в руки букет.

— Не работает, — отозвалась хмуро.

Но цветы все же взяла, без особого интереса повертев в руках. Надо бы их куда-то деть побыстрее, пока снег на них не растаял и не оставил мне тут мокрые следы.

— А что я такого сказал? Чаю не предложишь замерзшему путнику? Успел продрогнуть, пока дошел… — поинтересовался Саймон как ни в чем не бывало и, не дожидаясь моего ответа, прошествовал в кухню. — Нет? Ну ладно, я парень негордый, сам могу сделать.

— Какая я тебе девушка, Саймон? Совсем сбрендил? — не выдержала я и поспешила за ним, прихватив букет.

В кухне же едва сдержалась, чтобы не съездить цветами по одной наглой роже, что чувствовала себя на моей территории как у себя дома.

И сколько раз уже говорила, что терпеть не могу, когда кто-то хозяйничает на моей кухне, все без толку! Внушений, даже сдобренных дружескими тумаками, хватало аккурат до следующего раза.

— А почему нет? Лайла с головой упорхнула в отношения, следовательно, мое сердце свободно и ждет лишь тебя… Где у тебя чай хранится? — осведомился он, тем временем, бесцеремонно открыв дверцу ближайшего шкафчика, и ойкнул, когда я его шлепнула по руке. — Ай! Чего злая такая?

— Это мое пожизненное состояние. Радуйся, что не припечатала пульсаром пониже спины. Брысь! Воду поставь лучше, — фыркнула, оттеснив его бедром и ткнув в руки чайник. — И с каких это пор ты мне таскаешь цветы?

— С тех пор, как нашел букетик, выброшенный кем-то в сугроб. Ну жалко, чего пропадать, все равно к тебе шел. Не нравится — тоже выбрось, — отмахнулся парень, набирая в чайник воду и ставя его на магическую плиту.

— Ну конечно! Лучше бы ты его Лайле подарил… Или Адрелии. Кстати, у нее ведь нет парня?

Выбрасывать цветы я все же не стала. Не знаю, как они называются, но мне понравились их широкие мясистые голубоватые лепестки с фиолетовыми прожилками. Вкупе с покрывавшей их изморозью выглядело завораживающе необычно.

— У Адрелии есть ее Малышка!

— И что? Разве это повод отказываться от мысли поухаживать за такой интересной девушкой? — подначила, доставая чай и еще две чашки. Я и не сомневалась, что те, из которых мы с Андреасом пили кофе, нэко перед уходом успел очистить бытовой магией. Но возвращаться за ними в гостиную, оставляя Саймона тут хозяйничать, не очень-то хотелось.

— Ты вообще видела ее Малышку?! По сравнению с ней, Адрелия со своими кинжалами безобидная милаха, а еще я подозреваю, что эта тварь у нее ярая мужененавистница! — выпалил Саймон, отбирая у меня чашки и засыпая туда чай.

— Или Саймононенавистница? Дрейка и Джоша она не трогает, насколько слышала.

— Ой, ну тебя! Лучше цветы в вазу поставь, если передумала выбрасывать.

Вазы у меня не было, впрочем, ей и взяться неоткуда. Зато была обычная стеклянная трехлитровая банка, которую я и определила под пристанище букета.

— Серьезно? Сандра, запомни, у каждой уважающей себя девушки просто обязано быть несколько ваз под цветы от поклонников, — завел друг менторским тоном.

— Как тебя Лайла вообще терпела? Это ж с ума сойти…

— Это намек, что ты от меня без ума? Вот и я говорю: мы с тобой просто созданы друг для друга!

Я лишь закатила глаза в ответ на это заявление. Саймон в своем репертуаре. С тех пор, как Лайла и Дрейк, неожиданно для всех, начали встречаться, боевик переключился на меня. Поначалу я думала, что он хочет досадить Лайле, сидевшей теперь в обнимку с орком, в отместку выбрав своей целью ее подругу, то бишь меня. Подспудно ожидала, что атмосфера в компании станет довольно напряженной, невзирая на то, что в нее как-то органично так влились Андреас с Риэль.

Но, на удивление, Саймон в самом деле был рад за друзей, так же тепло общаясь и с Дрейком, и с Лайлой, без капли ревности или обиды. Похоже, и в самом деле в их отношениях преобладала дружба, а страсть и/или любовь остались далеко в прошлом.

На данный момент в нашей компании было три, скажем так, действующих пары: Лайла с Дрейком, Ричи с Бьянкой и Андреас с Риэль. Хотя последние больше напоминали рассудительного старшего брата с его легкомысленной сестрой, зато они единственные были помолвлены.

И сейчас мне казалось, что Саймоном вдруг завладела мысль создать в нашем тесном коллективчике четвертую пару. Но поскольку к Адрелии предпочитает лишний раз не соваться, а кроме меня остается лишь Джош — выбор очевиден.

— Слушай, ну найди уже девушку, а? И тебе хорошо, и мне спокойнее… Кстати, если уж на то пошло, я не люблю срезанные цветы, — добавила, расправив стебельки так, чтобы банка не перевернулась, а все цветки доставали до воды. — Красиво, но недолговечно.

— Так я и нашел. Это ты. Рада? Для тебя — любой каприз, моя дорогая!

— Посуду помоешь? — тут же быстро ввинтила я.

— Я о цветах, — ни капли не смутился парень, даже не глянув в сторону раковины, где, между прочим, стоял лишь стакан с одинокой ложкой в нем. — В следующий раз на свидание принесу цветы с корнями.

— Какое свидание? Совсем кукуха поехала? Я о помощи попросила как друга!

— Набрать песка на боевом полигоне? Между прочим, я знатно рисковал. Но, с другой стороны, есть в этом своя романтика… — завел он ту же песню, все больше вживаясь в роль моего гипотетического парня. Даже чайник не выдержал, закипев, кажется, раньше времени, пронзительно засвистев при этом.

— Мне песок нужен для дела!

— И какого же? Засыпать в цветочный горшок, что у тебя стоит на крыльце, и высадить в него долговечные цветы? Ну так сказала бы, в самом деле купил бы нечто с корнями…

— В песке, между прочим, цветы не растут… Горшок! Это же даже лучше коробки! — воскликнула я, как только до меня в полной мере дошел смысл сказанного.

Как-то уж успела даже забыть, что в самом деле стояло у меня нечто широкое и глиняное с небольшим бортиком, доставшееся в наследство вместе с домиком. В нем даже остатки земли были, что наводило на мысль, что когда-то в нем выращивали то ли лекарственные травы, то ли просто петрушку какую. И сейчас он просто идеально подойдет на роль… кхм… на роль горшка и подойдет, только для тролля.

— Эм… Ну, возможно… — отозвался Саймон неуверенно, но я уже просто нетерпеливо махнула рукой.

— Неси чай в гостиную, там печеньки уже стоят на подносе на воздушной подушке, я сейчас! — крикнула ему и помчалась в сторону входной двери.

— А что со столиком случилось? — донеслось мне в спину, но я уже выскочила на крыльцо.

Босиком. В снег. Молодец я, однако! Но горшок-лоток обнаружила сразу. Постучав им о порог крыльца, зябко переступая с ноги на ногу и выдыхая облачка пара, вытряхнула и снег, и землю, после чего поспешила вернуться в дом с моей добычей.

— Сандра, золотце… А ты в курсе, что у тебя завелся тролль за диваном? — услышала я несколько напряженный голос Саймона.

— Ага, для него и нужны горшок и песок… — пропыхтела я, развязывая принесенный другом мешочек, подготавливая лоток.

— Угу. Значит, пульсар убираю, я понял…

— Что? Ты чего там с Доббишреком делаешь, изверг?! — воскликнула, бросив свое занятие и ворвавшись в гостиную.

Но, на первый взгляд, все было мирно. Тролль продолжал спокойно спать в своём вольере, Саймон тоже выглядел достаточно мирно, рассматривая его с задумчивым видом.

— Вот ты мне скажи. Почему если девушка красивая, умная и интересная, она обязательно заведет себе какую-то зубастую хрень? Или тебя просто Адрелия покусала? Кстати, есть смысл попытаться уговорить тебя избавиться от него? — пробормотал он тоскливо.

— Нет. Отныне Доббишрек мой питомец, — отозвалась категорично, скрестив руки на груди.

— Угу. Я почему-то так и подумал… И песок был для него?

— Ага.

— Шикарно! Я едва ли не с риском для жизни собирал песок на боевом полигоне, чтобы какому-то троллю было куда ср… — начал Саймон, но, покосившись на меня, оборвал себя на полуслове и лишь тяжело вздохнул. — Ладно, пока оно дрыхнет, давай хотя бы научу, как ставить защиту от укусов вот таких вот зубастиков, имеющих иммунитет.

— О, спаси-ибо! — обрадовалась я и, подскочив к парню, даже чмокнула его в щеку.

— Хм… Ну ладно, посчитаю за аванс. Смотри и запоминай. Для начала…

Толку с того, что я поднялась так рано, было мало. Вернее, почти не было совсем, учитывая потраченное время на выуживание тролля из-под кровати и разговор с эльфом.

Найдя в холодильном шкафу штук пять морковок, одну быстро почистила и ткнула троллю, тут же радостно захрустевшему ею. Сама же поплелась варить остальные. Судя по всему, в столовую я уже не успевала. Так что сейчас хоть морковью покормлю Доббишрека, затем на кафедру, радовать декана новостью о некроманте в наших рядах. Потом уже отпрошусь у него на полчасика, побегу в столовую, схвачу чего-то для троллика, отнесу ему, колдану побольше иллюзий бабочек. И пулей обратно, на пару к моим одаренным вредителям. Увы, вариант, что при этом я в какой-то момент покормлю и себя — не рассматривался.

Раздавшийся стук в дверь заставил меня выругаться. Прикрутив кипящую воду, пошла открывать, уже не задумываясь, что по-прежнему рассекаю в своей розовой пижаме. Ну а что мне уже терять? Эльфу в таком виде открыла спросонья, вроде инфаркт не хватанул. Лерри Клизма наверняка тоже успела оценить мой видок — желчью не захлебнулась. Конечно, наслушаюсь еще немало, но больше радовало, что заодно и леру Натиандриэлю достанется — на одной же кафедре работают. А если кто еще пожаловал… Надо приходить по приглашению!

И с такими мыслями и воинственным видом я решительно открыла входную дверь. Чтобы увидеть мигом смутившегося Андреаса. Он уставился на мои растрепанные волосы, затем на пижаму, после опустил голову…

— Привет, — помахала ему ложкой, зажатой в руке.

— Ты почему босая? Заболеешь же… — ответил он вместо приветствия немного растерянно, шепнув заклинание. Мои ступни тут же окутало блаженным теплом. Я и сама так могу, но как-то не задумалась об этом, да и чего скрывать, приятно, когда кто-то другой заботится о тебе.

— Спасибо. Мы договаривались о встрече? Или я что-то обещала? Прости, все в голове перемешалось уже. Проходи, — кивнула ему, пытаясь вспомнить своим полусонным мозгом, должен был Андреас прийти или нет. Следующую фразу я уже крикнула на ходу, отправившись в кухню. — Только я тороплюсь, утро дурацкое.

Успела как раз вовремя, кастрюлька угрожающе тарахтела крышкой, выпуская клубы пара, приятно пахнущего вареной морковью. Выключив магическую конфорку, аккуратно вилкой подцепила чуть разварившиеся овощи и выложила их на тарелку остывать.

— Ты просто не пришла на завтрак, вот и подумал, что либо проспала, либо слишком занята. Вот, собрал тебе перекус и твоему питомцу, чтобы ему было нескучно дожидаться твоего возвращения, — сообщил Андреас, появившись в кухне.

— Что бы я без тебя делала? Спасибо, — тут же расплылась в умиленной улыбке и повисла на шее у друга, звонко чмокнув его в щеку.

— Слушай, можешь тогда Доббишреку отнести его еду? Я пока сбегаю оденусь, все утро гоняю тут в пижаме, соседей пугаю, — пробормотала скороговоркой, выбегая из кухни, но тут же мысленно одернула себя и заглянула к несколько опешившему от моего напора Андреасу. За столько времени мог бы уже и привыкнуть к моим манерам.

— И буду вдвойне благодарна, если троллю бабочек каких-то или жучков наколдуешь побольше. Я тогда и перекусить успею. И потом вместе пойдем в академию… — улыбнулась радостно и в следующий миг вновь дала себе мысленную затрещину, напоминая, что никто не обязан что-то делать по первому же моему зову, у людей свои дела бывают, Сашка! — Или ты уже убегаешь?

— Нет, подожду тебя, — открыто улыбнулся Андреас. — Беги, собирайся. Тролль в своем «вольере»? Как песок, кстати, воспользовался? Нашла коробку?

— Ага. Мне тут немного усовершенствовали для него загон, а то он всю ночь выбирался, а утром так вообще… Брр! Аж вспомнить страшно, — крикнула я уже из своей спальни, копаясь в шкафу, намереваясь найти какие-то штаны.

Как назло, под руку лезли либо тонкие шифоновые блузки, что сейчас уж точно не по погоде, либо бальные платья Сандры. Наконец-то я выцепила один из своих любимых приталенных брючных костюмов насыщенного фиолетового цвета с золотистой окантовкой на пояске и рукавах. Сдув лезущую в лицо непослушную прядь, принялась спешно облачаться в него.

— Это Саймон вчера сделал загончик? Не знал, что у него есть способности к природной магии… — услышала я удивленный голос Андреаса под вполне себе довольное фырканье Доббишрека, наверное, получившего уже свою морковку, а может, и прочие вкусняшки от моего друга.

— Нет, лер Натиандриэль сегодня утром, — улыбнулась, выглянув из комнаты, успев уже одеться, и добавила поспешно, прежде чем снова скрыться, — все в порядке? Тролль ест, не психует? Отлично. Сейчас, я уже почти готова, расчешусь только.

— Ага… А что профессор делал у тебя утром дома?

— Долгая история. По пути в академию расскажу, — выдохнула, вновь вернувшись в гостиную. Времени заплетать волосы в какую-то прическу особо не было, так что ограничилась лишь тем, что очистила их простеньким косметическим заклинанием от осыпавшейся штукатурки с потолка и расчесала. — А чем ты меня кормить будешь? Это ж не совсем нагло?

— Совсем нет. Держи, — улыбнулся нэко, протягивая мне бумажный пакет, откуда одуряюще пахло свежими пирожками. Мне казалось, что таки нагло, но отказать не смогла. Совесть что-то вяло попискивала, когда я уже надкусывала первый пирожок со смородиновым джемом, а на подкорке билось: узнать хоть через ту же Риэль, есть ли что-то, что Андреасу нравится или хочется, в чем я могу помочь.

Наскоро перекусив, не забывая благодарить парня с набитым ртом, еще раз проверила, чтобы у тролля все было, и наколдовала побольше иллюзий жучков и бабочек, в некоторых из них зациклив плетение так, чтобы они исчезали за мгновение до того, как тролль их коснется, а через пару минут возрождались вновь. На пять-шесть таких появлений их должно было хватить.

По пути в академию я в самом деле успела рассказать Андреасу о своих ночных и утренних злоключениях, рассчитывая, что он посмеется вместе со мной. Переживать это все было не очень весело, а вот пересказывать, хихикая на особо эпичных моментах — вполне себе так. Но нэко как-то очень уж серьезно воспринял мой рассказ. Ну и ладно. На выходных все равно всей компанией соберемся в таверне, уверена, там мой рассказ все оценят по достоинству.

Тепло распрощавшись с Андреасом, поспешила на кафедру. На повестке дня все еще была немедленная необходимость сообщить декану о некроманте. Но пришлось повременить с планами: успела дойти до преподавательской как раз в тот момент, как в кабинет декана входил какой-то седовласый важный старикан в расшитой золотыми нитями мантии.

— Привет, ты сегодня позже обычного, — помахала мне рукой лерри Рарракша, учитель по стихийной магии. Хотя от здоровенной орчанки я больше ожидала боевых искусств.

— Непредвиденные обстоятельства, здравствуйте, — вымученно улыбнулась я, снимая пальто. С ней у нас были вполне нейтральные отношения, в отличие от той же Клизмы или Грымзы.

— Знаю я, какие там обстоятельства! Тоже мне… Как тебя к детям вообще допускают? — проскрипела лерри Клизма из-за шкафа с журналами, где я ее сразу даже не заметила.

— Хотите на мое место? Ну так чего же вы — попроситесь у декана, у нас как раз должность второго куратора простаивает, — мило улыбнулась ей, ни капли не смутившись.

Вот только не хватало еще оправдываться перед ней и объяснять, что преподаватель артефакторики в шесть утра просто доставал тролля из-под моей кровати… Мда, звучит еще хуже, чем все то, что она могла обо мне подумать.

— Думаешь, самая умная тут? Хвостом крутишь направо и налево, и все сойдет с рук? Потому и ученики твои такие безбашенные и неуправляемые! — продолжила шипеть она, со злостью захлопнув дверцу шкафа, откуда доставала какой-то журнал.

— Ага, да-да, все оттуда и идет, вы правы как никогда, — покивала я с глубокомысленным видом. — Дверь декана вот там, все претензии к нему. Как раз успеваете перед парой. Если не ошибаюсь, у вас как раз артефакторика должна быть сейчас у моих?

— У Оливера сейчас лер Сильверий, из Министерства Образования! Он наверняка не знает, как обстоят дела с вашим кураторством. Поиграли, смущая юные умы, и… — завелась эта курица, направив на меня палец с длинным, чуть загнутым ногтем. Могла бы и на маникюр сходить. Или нынче преподавателям, имеющим профессорскую степень, мало платят?

— Да? Ну так я вас очень прошу — сообщите ему об этом как можно скорее! Шутка ли — спит по ночам спокойно и не знает ничего! — перебила ее, мило улыбнувшись, отчего лерри Рарракша насмешливо прыснула, одобрительно показав мне большой палец.

Лерри Клизма многих уже успела достать и, наверное, не меньше меня хотела, чтобы лер Родерган все же достал откуда-то еще одного куратора. Чем черт не шутит, может, если эта мымра накапает человеку из министерства, нужного кандидата найдут быстрее?

— Сандра, ты куда? Я хотела с тобой поговорить по поводу домашнего задания по стихийной магии. Почти никто не справился, а нам по программе нужно идти дальше. Пока у них артефакторика, давай расскажу тебе, что они должны знать и как это задание выполняется, на вашей паре объяснишь им, проконтролируешь? — позвала меня стихийница, заметив, что я вновь направилась к выходу из кафедры.

— Да-да, я на пару минут буквально. Пока лерри Агнес дожидается лера Сильверия с целью наябедничать на меня как можно скорее, забегу к детям, хочу задать им пару вопросов, — кивнула на бегу и, не слушая сердитое шипение Клизмы, покинула кафедру.

Хотелось бы сразу сейчас выяснить, еще до пар, кто конкретно из малявок некромант, а потом уже решать, что делать с деканом. Можно, конечно, заняться этим вопросом на моей паре, но сначала у них артефакторика будет, потом стихийная магия и только потом я. Лучше уж сразу со всем разобраться и на моем занятии перейти к конкретным действиям.

С этой мыслью я дернула дверь в аудиторию, за которой стояла подозрительная тишина, и… И зря я это сделала. Очень даже зря…

Когда у меня над головой что-то с негромким хлопком треснуло, я еще успела молниеносно выпустить заклинание универсального антимагического щита и даже вдогонку выпустила щит против вредоносных веществ. Но меня это не спасло, и все равно окатило водой. Вернее, не водой, а чем-то более густым, по консистенции больше похожим на шампунь или жидкое мыло.

Я даже сказать ничего не успела, лишь судорожно вздохнула и закашлялась, когда непонятное горькое нечто попало в рот.

— Куколка… не Клизма… Придурки-и… — пронеслось растерянным шепотом быстрой волной по рядам.

Утерев кое-как с лица эту жидкость, бросила слегка ошалевший взгляд на детей, затравленными кроликами смотревших на меня. И только после этого перевела взгляд на свою руку с какими-то разноцветными потеками, что, смешиваясь, превращались в грязно-бурое нечто. Эта же жижа покрывала мой брючный костюм и стекала с волос.

В аудитории царила полнейшая полуобреченная тишина, когда я выплетала пассы очищающего заклинания, пытаясь не сбиться, в то время как мной понемногу овладевала паника. И с каждым несработавшим пассом она лишь укреплялась, а взгляд затуманивался из-за невольно проступивших слез.

— Это что? — все же нашла в себе силы спросить звенящим от готовых вот-вот пролиться слез голосом, указав чуть дрожащим испачканным пальцем на свои волосы.

И тишина была мне ответом.

— Как это убрать? — чувствуя, что уже на пределе.

Тишина стала просто звенящей, сами же дети все как один поопускали виноватые взгляды. Меня уже конкретно трясло, когда я создавала магическое зеркало. Почему-то никак не удавалась последняя петелька заклинания. Сказывалась бессонная ночь, нервы по поводу тролля, просто всеобщий стресс…

В мареве передо мной отразилось нечто жуткое. Волосы мокрыми змеями облепили щеки, плечи, с них стекали какие-то разноцветные бурые сопли с вкраплением желтого, зеленого, малинового…

Это стало последней каплей. Рывком развеяв заклинание, неожиданно громко всхлипнула. Горячие слезы потекли по щекам, наверняка размазывая мешанину красок, которые почему-то не взяло ни заклинание, ни остановил щит. Не выдержав, просто выбежала из аудитории, хотя вслед раздалось несколько нестройных выкриков, полных сожаления. Только мне от этого было совсем не легче.

В коридоре столкнулась с лерри Клизмой, опешившей в первый миг от моего вида. А в следующий момент на ее губах расползлась донельзя ехидная ухмылка.

— О, вижу, Сандрочка, ваши подопечные отплатили вам тем же, чем отплачивают всем, кто имеет с ними дело? — завела она елейным голоском. — Черной неблагодарностью… Вернее, в вашем случае, болотно-зеленой…

— А не пойти ли вам далеко и надолго?! — выпалила я, перебив ее неуместные комментарии.

— Что, простите?.. — она аж икнула от удивления. Но мне сейчас было уж точно не до псевдовежливых уколов исподтишка.

— Вам не давало покоя, что я занимаю место куратора? Ну так чего же вы! У вас появилась замечательная возможность самой занять это место, вас же так любят дети! Уверена, занимаясь со всей группой ежедневно, вы мигом обретете у них любовь и уважение, с вашим-то опытом! — распалялась я, с криком выплескивая всю обиду и злость, что душили меня.

— Я не потерплю, чтобы со мной говорили в таком тоне!.. — попыталась она прервать меня, как-то очень уж испуганно оглядываясь по сторонам, будто надеясь, что кто-то сейчас подойдет и спасет ее от такой неадекватной меня.

Только занятия уже начались, и студенты успели разбежаться по своим аудиториям. Впрочем, и я не собиралась торчать в коридоре долго. Шагнув к ней, слегка маньячно улыбаясь, подхватила ее под локоток и потащила на буксире в сторону нашей кафедры.

— Ну так отлично же! — перебила ее. — Вот сейчас как раз самое время пойти к декану, пока у него там сидит представитель Министерства, и рассказать, что я совсем не справляюсь со своими обязанностями, нужен человек с опытом! Пойдем-пойдем…

— Да отпустите же меня! Смотрите, что вы наделали! Испачкали мне мантию какой-то дрянью! — вскрикнула лерри Агнес, все же вырвавшись из моей хватки.

— А что такое? Ваша хваленая мантия не справляется с экспериментальным составом, изобретенным детьми? — нарочито участливым тоном припомнила ее же слова, сказанные мне пару недель назад относительно моей мантии со склада. — Ну разве ж можно экономить на своей безопасности? А если они в следующий раз обольют вас кислотой?

— П-почему меня?

— Ну так меня же уволят после вашей жалобы в Министерство. А вы прекрасная кандидатура…

— Мне некогда! И вообще, у меня сейчас пара по артефакторике, я и так опоздала уже! Имейте смелость нести ответственность, раз уж согласились на кураторство! — воскликнула она полуистерично и отскочила от меня на несколько шагов, чтобы уже с безопасного расстояния добавить. — И некогда леру Сильверию заниматься вашими глупостями. Отмойтесь и дальше разбирайтесь со своими малолетними бандитами!

Несколько секунд я смотрела вслед преподавательнице, с неожиданной для ее возраста скоростью в рекордные сроки пересекшей отрезок коридора и скрывшейся в аудитории детей. Невесело хмыкнув, покачала головой и поплелась дальше к декану.

Слезы высохли, в душе царила какая-то опустошенность. Выскочивший из бокового отрезка опаздывавший на занятие дриад-первокурсник невнятно выругался и оторопело замер, во все глаза уставившись на меня.

— Это где ж тебя так угораздило? — выдохнул он, гулко сглотнув. — Практика по зельеварению? А преподаватель не подстраховал?

— Я преподаватель.

— А-а-а…

В этом обреченном «а-а-а» так и слышалось сомнение, правильно ли он сделал, что решил учиться в этой академии. Я же не стала ничего объяснять и просто прошла мимо.

Толкнув дверь кафедры, под невнятный удивленный вскрик от лерри Рарракши решительно пересекла преподавательскую и, коротко постучав, ввалилась в кабинет декана. Отстраненно отметила, что лер Сильверий уже покинул его. Жаль. У меня как раз подходящее настроение, чтобы пообщаться с компетентными людьми на тему «Да найдете вы наконец куратора, черти б вас побрали, или нет?!»

— Сандра? Все хорошо? — растерянно переспросил лер Родерган.

— А вы как думаете? Вы обещали найти куратора. Нашли? — на удивление ровно спросила я, глядя мужчине прямо в глаза.

Но мой тон его не обманул. Скорее, даже обеспокоил.

— Так, успокойтесь, все будет хорошо. Сейчас я избавлю вас от этой смеси. Не жжет? Не щиплет? — тут же спохватился он, вскочив со своего места.

Я же уже просто безразлично пожала плечами и села в кресло для посетителей, не заботясь о том, что пачкаю его обивку.

Декан использовал несколько очищающих заклинаний, но, как и у меня, ничего не получилось… Ан нет, неправа. После третьего или четвертого заклинания пятна с моей одежды исчезли. Да и кожа на руках стала чистой. Тем не менее, лер Родерган продолжал шептать какие-то заклинания, вливая все больше магии.

Тяжело вздохнув, проверила свою догадку, поднеся прядь моих длинных распущенных волос к глазам. Ну, конечно. Все тот же дивный болотно-зеленый оттенок с бурыми вкраплениями. А вот еще одна прядка почему-то желтая, а кончик ярко-красный. Видимо, краска размешалась неравномерно.

— Кажется, я понял, что за состав они использовали. Это из косметической магии. Видимо, у кого-то из детей родители работают в одном из модных салонов города, они взяли краску за основу… — выдал лер Родерган в итоге сочувственным тоном. — Добавили своей магии, укрепив формулу, и разнообразили цветом.

— То есть, мне так и ходить с вот этим на голове?

— Я не владею косметической магией, простите. Обратитесь в хороший салон, уверен, там исправят проблему, вернут все как было. За счет академии. Сразу указывайте нашу кафедру, я разберусь с оплатой… — заверил он меня, неловко похлопав по плечу.

— Все настолько плохо? — скривилась, подняв на него измученный взгляд. Колдовать магическое зеркало после манипуляций декана, чтобы удостовериться наверняка, было страшно.

— М-м-м… Кому-то, возможно, такое нравится… — выкрутился он и добавил поспешно. — За свою пару не переживайте, я сам проведу ее!

Так понимаю, не то что плохо — а жуть как кошмарно! Судорожно перевела дыхание, призвав на помощь остатки самообладания.

— Вы в курсе, что один из детей некромант? — спросила вместо этого, чтобы как-то отвлечься.

— Что? Кто?

— Вот на паре и узнаете, раз уж берете на себя обязанности куратора. Я могу идти? — спросила тем же ровным тоном, граничащим с безразличием, и поднялась с места.

— Да, конечно… Сандра… — замялся он, потерев переносицу. — Вы замечательно справляетесь с ними. И я верю, что вам тяжело…

— Неубедительно. Найдите куратора, вы обещали, — не глядя на него.

— Сандра… Я поговорю с ними. Может, хотите выходной?

— Я хочу нормальную жизнь, — выдохнула едва слышно и покинула его кабинет.

Я только-только покинула двор академии, как услышала какие-то дикие вопли, визги и целую бурю возмущения, которые доносились со стороны преподавательского городка. Наверное, будет глупо надеяться, что это просто Клизма там разоряется, сцепившись с… ммм… да хоть бы с Натиандриэлем и сцепилась, в конце концов! Ну а чего она только на меня наезжает? Вот и стоят, небось, возле его дома, потому мне и кажется, что звук исходит аккурат от моего крайнего домика… Ладно, даже у меня в голове это звучало неубедительно.

Логика подсказывала, что нужно ускориться, как можно быстрее прибежать туда, разобраться в ситуации, спасти кого еще можно. Но чем ближе были ворота на закрытую для студентов территорию, тем короче становился мой шаг, тем больше хотелось полюбоваться заснеженными деревьями на аллее, тем медленнее я двигалась в принципе. Думать о том, что же стало причиной этой вакханалии, и вовсе желания не было никакого.

Но сколько ни тяни, если движешься по прямой траектории, рано или поздно ты дойдешь до цели. И вот уже мне слышен возмущенный крик… привратника? А он тут при чем?

Нет, хоть я и старалась не думать и не представлять, что там могло случиться, но моя фантазия все равно нарисовала картины того, как Доббишрек, аки Рембо, преодолевает препятствие в виде живой изгороди, выращенной эльфом, раскрашивает себе морду остатками морковки, выбивает моим сапогом окно, выпрыгивает в героическом кувырке — и айда крушить все дома на единственной улочке преподавательского городка. И как сюда вписывался привратник?

Или он пытался остановить его бесчинства? А может, мой троллик и вовсе решил сначала одолеть местную стражу и только потом творить свои темные дела?

Как бы там ни было, а под такие мысли я уже практически пришла. Судорожно вздохнув, осторожно заглянула в проем ворот и оторопело замерла, узрев представшую перед моими глазами картину.

На моем крыльце торчат мои замерзшие и нахохлившиеся дети в урезанном составе и держат оборону от привратника, отказываясь покидать место своего гнездования. Я успела заметить негласного лидера группы, боевика Тайрина, стихийника Винсента, целительниц Надин и Магдален и зельеваров Марселя и Дэниела. Мне аж страшно, что они в такой разномастной компании забыли. Причем вякают все одновременно, вычленить что-то одно невозможно, а от демона-привратника уже едва ли пар не идет от возмущения и попыток доказать, что нефиг тут всяким бродить по преподавательской территории.

— Лер Стэльнар, что здесь происходит? — поспешила вмешаться я, отметив, как у Винсента опасно заледенели глаза, а ветер немного усилился. Вот только нервничающего стихийника, не всегда контролирующего свой дар на эмоциях, нам и не хватало!

— Нарушители! — только и сумел зло рявкнуть демон, напомнив мне почему-то Филча из «Гарри Поттера». А с виду вполне адекватный мужчина был… Хотя история умалчивает, каким сам Филч был до того, как на свою беду решил веки-вечные работать в Хогвартсе.

— Простите, они пришли ко мне, — добавила быстро, пока демон не рявкнул что-то еще, а мои мысли не снесло совсем уж в другую степь.

— Правилами запрещено водить к себе группы студентов! — отбрил вредный привратник.

Правда, что ли? А как же ко мне приходят Саймон, Андреас и Лайла? А, они ж аспиранты. Наверное им можно. Риэль разок забегала, но ту, скорее, контрабандой, выходит, провели… Обдумывая это, я озадаченно поправила сбившуюся шапку, отчего она вероломно и вовсе упала в сугроб.

Дети, громко сопевшие и виновато захлюпавшие носами, когда я заговорила, пораженно ахнули, уставившись на меня. Лер Стэльнар и вовсе выругался, за что удостоился моего укоризненного взгляда. Ну не при малявках же! Ветер весело затрепал мои освободившиеся яркие пряди волос, мигом напомнив о причинах подобной реакции. И, тем не менее, это помогло мне принять решение.

— А это не группа студентов, и вообще, в свое свободное время я вправе водить к себе кого угодно, — парировала и, скупо улыбнувшись, подошла к ученикам, стыдливо опустившим взгляды. — Так что простите за беспокойство, но причин для скандалов здесь нет. Хорошего вам дня.

Так-то имела в виду, что это не вся группа, да и не студенты они, хоть уже и не школьники, но привратник понял по-своему.

— Ваши дети, что ли? — усомнился он, не скрывая ехидцы.

На что я лишь тяжело вздохнула, покосившись на нарушителей спокойствия.

— Мои, чьи ж еще… — пробормотала, еще раз кивнув леру Стэльнару, и ступила на свое крыльцо. Уже стоя на пороге, добавила, обращаясь к притихшей малышне, не решившейся ничего сказать, но захлюпавшей носами активнее. — И чего стоим, быстро в дом… Винсент, ни за что не поверю, что не мог вокруг той же Надин подогреть воздух — смотри, едва в сугроб не падает от холода уже. Давайте-давайте, быстро!

Дети, как мышата, мигом позаскакивали в теплое нутро моего дома, отчего в нем стало необычайно тесно. Вроде не так уж и много их, да и мелкие все, Тайрин, как самый старший, и тот на полголовы ниже меня, да и худощавые все, а все же семь человек есть семь человек.

— Снимайте верхнюю одежду, разувайтесь, сейчас чай сделаю, и будем тогда уж говорить и разбираться, за каким хр… м-м-м… зачем вы ко мне пожаловали, — скомандовала, быстро избавившись от своего пальто и обуви.

— Да мы только сказать хотели… — пробормотал Тайрин непривычно неуверенно. А вот Надин, волей случая оказавшаяся ко мне ближе всех, и вовсе внезапно вдруг разрыдалась и уткнулась в меня носом. То ли места было совсем мало, то ли это была попытка обнять. Но на всякий случай я как-то извернулась и осторожно похлопала её по плечу, перепуганно уставившись на остальных учеников. Как успокаивать детей — я не знала. Со времен Маши, вылезавшей во время урока в окно, у меня никто не рыдал. И то, тогда у меня было лишь одно желание: зарыдать с ней в унисон.

Но мой взгляд сработал как-то совсем не так, как надо. Следом раздались всхлипы от мелкого Марселя, их подхватила Магдален, у Винсента тоже как-то подозрительно заблестели и покраснели глаза… Да что происходит-то?! Невольно закралась мысль, полная возмущения: кто уже посмел тронуть моих учеников?! Покажите мне эту скотину! Да я ее сейчас сама, своими же руками…

— Не отказывайтесь от нас… — провыла Магдален, зарыдав в полный голос.

— Мы не хотели на вас это… — прогундосил Марсель.

А, вон оно что… Эм… Да я понятия не имею, как слезоразлив остановить и успокоить этих мелких вредителей! Я и со своими-то истериками справляюсь через раз. Еще и Тайрин решил добить.

— Это я виноват. Давайте переведусь в другую школу или на домашнее обучение, а вы останетесь с остальными, — заявил он решительно, а в глазах так и светится неуверенность, едва ли не отчаяние, густо перемешанные с виной.

— И среди домашних учителей и преподавателей школы, в которую ты пойдешь, вдруг резко возрастет количество седых и заикающихся, ага. Мечтаю просто… — пробормотала еле слышно, осторожно стащив с головы Надин смешную шапку с ярко-желтым помпоном и ласково погладив ее по светлым волосам. — Так, пока я никуда не делась, и вы, в общем-то, тоже, давайте как-то успокаивайтесь. Раздевайтесь, проходите в гостиную, там ванная рядом, умойтесь. Магдален, ты за старшую, проконтролируй. Тайрин, ты давай со мной, айда на кухню, чай готовить на всех.

Дети удивленно захлопали глазами, но спорить никто не стал. Тут же зашебуршали, раздеваясь и пихаясь локтями. Надин наконец-то отпустила меня и, громко шмыгнув носом, уставилась глазами, полными надежды.

— Да не деваюсь я никуда, будто у меня выбор есть, — призналась честно и, подмигнув малышке, ткнула ей в руки ее же шапку.

Выцепив взглядом уже успевшего раздеться Тайрина, махнула ему рукой, чтобы следовал за мной. И тут же вспомнила о еще одном своем подопечном, которому требуется не меньше внимания и воспитания. Так что прежде чем идти в кухню, с некоторой опаской заглянула в гостиную, опасаясь увидеть разгром. Но все было так же, как и до моего ухода. А тролль и вовсе мирно дрых, закопавшись в свои одеяла. Ага, вот и отлично.

Обернувшись, столкнулась взглядом с круглыми от изумления глазами Тайрина. Дэниел и Магдален тоже уже осторожно как раз прошли в комнату и замерли, увидев отгороженный уголок.

— Тролля не будить, не трогать, магией не пытаться воздействовать, но можно осторожно посмотреть, — сказала свое веское слово и все же увлекла главаря моей мелкой банды на кухню.

Набрать в чайник воды — дело двух минут, а вот с тем, чтобы найти семь чашек… Вернее, восемь — я ведь тоже буду с малышней чаевничать. У меня и в лучшие времена не было столько. Да и откуда бы, если я живу одна?

Ну, допустим, четыре чашки у меня были, пусть и разного размера и расцветки. Пятая — большая, пузатая, из которой удобно пить чай из мяты, грея ладошки о теплые глиняные бока, тоже нашлась довольно быстро. Еще три. Хм…

— Лерри Сандра, это в самом деле моя вина… — начал внезапно Тайрин, топтавшийся у двери, отчего я едва не выронила с трудом найденную пятую чашку.

— А остальные пришли ее засвидетельствовать? — хмыкнула насмешливо, стрельнув в его сторону взглядом.

И тут же с невнятным возгласом полезла в верхний шкаф, вспомнив, что там была еще одна чашка. Я ее уронила пару недель назад, отчего откололась ручка. Выбросить сразу было жалко. А потом пришел Андреас и прилепил все обратно, будто так и было. Я как-то поставила ее на верхнюю полку, да так и забыла. Так, еще две.

— Я им говорил, чтобы не шли, я сам скажу все, что нужно! — тут же завелся мальчик. Что не мешало ему с любопытством украдкой смотреть по сторонам.

— И что же нужно? — не удержалась, но, оценив совсем растерянный вид ученика, смягчилась. Вместо этого, как ни в чем не бывало, ткнула ему в руки мою добычу из столовой. — Разбери пока пакет. На морковку не покушайся, это для Доббишрека. Найди там сухофрукты и сушки — к чаю самое оно, вот в эту вазочку пересыпь, ага?

И, подмигнув ему, временно оставила поиск чашек на потом, достав уже из другого шкафчика пахучую смесь трав, которую обожала заваривать и пить вместо чая. А если еще добавить цедру апельсина, ммм…

Между тем, не забывала прислушиваться к шебуршанию в гостиной. Конечно, все до мельчайшего шороха не слышно, но доносившихся звуков хватило, чтобы примерно представить обстановку там. Часть детей топталась в ванной, а часть вполголоса переговаривалась в комнате. Меня немного напрягало осознание того, сколько мелких вредителей на моей практически родной уже жилплощади, но вряд ли они в самом деле умудрятся сейчас чего-то страшного натворить. Ничего не взрывалось, не визжало, не дрожало, тролль тоже не паниковал, продолжая спать — уже хорошо. А с остальным разберемся.

— Лерри Сандра, я все, — отозвался Тайрин спустя пару минут, отложив шелестящий пакет с остатками вкусняшек тролля. Если уж на то пошло, сухофрукты и сушки тоже предназначались ему, но харя треснет, и вообще, надо делиться.

— Умничка. Отнеси пока в гостиную. Чай сейчас уже будет готов, тоже прихвати кого-то в помощь, и помогите мне отнести все туда, ага? — улыбнулась ему по-доброму, в какой-то миг осознав, что в самом деле не то что зла не держу на этих кишкомотов, но и обиды как таковой уже нет. Так, легкое желание настучать некоторым из них по шапке, но, скорее, любя.

— Ага… Мы не хотели, чтобы задело именно вас, правда! — выпалил он снова, неожиданно громко, со свойственным детям отчаянным желанием донести, что говорит правду.

— Мы? Так все-таки не ты один? — не смогла не отметить. — Вся группа поучаствовала?

И тут же едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу, вспомнив о еще двух неучтенных чашках, подаренных мне Риэль на новоселье. Они скорее декоративные, маленькие, усыпанные блестками, перышками, какими-то разноцветными камешками и разрисованными сердечками. Вот Надин с Марселем, как самые мелкие среди собравшихся, и будут пить чай из них.

— Нет, остальная группа совсем не виновата!

— А тут у меня, так понимаю, собрались те, кто «не совсем»? — подмигнула ему, улыбнувшись, и выключила засвистевший чайник.

— Нет, мы… В любом случае, это была моя идея, — пробормотал он совсем тихо, на грани слышимости.

Вздохнув, обернулась к нему, оставив на время в покое заварник, куда уже начала наливать кипяток. Покрасневший и какой-то даже осунувшийся эльфик всем своим видом выражал раскаяние. Кажется, в глазах храброго одиннадцатилетки, помимо решительности стоять на своем и признаться до конца, даже заметила блеснувшие слезы. Плюнув на все условности, подошла к нему и, на миг прижав его к себе, быстро чмокнула в белобрысую макушку.

— Я знаю, солнышко. Ты же предводитель банды, — произнесла то, что думала, и, не давая мальчишке опомниться, легонько щелкнула его ноготками по остроконечному уху, выглядывавшему из шевелюры, после чего добавила беззлобно. — Выкрасить бы тебя тоже в какой-то дикий цвет за такие идеи. Но шиш тебе, будете теперь мной такой разноцветной любоваться и завидовать.

— Вы не сердитесь? — переспросил он недоверчиво.

— Я? Да я в ярости. Вазочку взял? Чашку еще вот возьми, я все не унесу.

— Не похоже, что вы в ярости, — отозвались бесхитростно от двери.

— Надин! Брысь обратно, тебе что сказали?! — тут же сердито зашипел Тайрин на любопытную малявку, притаившуюся в коридоре и нагло подслушивающую.

— А я тоже хочу помочь! — завелась она пискляво, после чего бросила на меня осторожный взгляд и добавила, тоскливо вздохнув. — И извиниться…

— Зайки, а давайте, пока вы мне тут не устроили паломничество на кухню, мы отнесем чай в гостиную, сядем все вместе и спокойно поговорим, кто чего хотел, чего не хотел и какие надо сделать выводы по случившемуся. Ладушки? — прервала я малышку, у которой вновь увлажнились глаза. Так мы и до ночи ни с чем не разберемся.

Оказавшись в гостиной, я внезапно осознала, что проблема не только в чашках, но и в наличии посадочных мест. У меня имелся лишь небольшой диванчик и два кресла. Но пока я размышляла, дети сами прекрасно разобрались: восьмилетние Марсель с Надин, как самые мелкие, вдвоем прекрасно уместились в одном кресле. Еще четверо каким-то чудом втиснулись на диване, на котором обычно с трудом помещался кто-то из орков и Саймон. Впрочем, на одного Дрейка и приходится примерно два с половиной ученика. Винсент наколдовал себе довольно сносную воздушную подушку, в которую уселся с довольным видом, и мне осталось второе кресло. Хм. Неплохо.

— Итак, начнем с самого начала. О причине, побудившей вас прийти ко мне, предположим, я догадываюсь, — хмыкнула, красноречиво дернув себя за разноцветную прядь волос, вызвав слаженный горестный вздох детей и почему-то усилившийся храп тролля. Невольно бросила взгляд в сторону вольера, но мой новоприобретенный питомец лишь почавкал во сне и продолжил спокойно дрыхнуть, сладко вытянувшись под одеялом. Посему я продолжила. — Почему толпой-то? И почему не дождаться нашего следующего занятия? Завтра бы и поговорили…

— А вдруг вы бы не пришли больше?

— Сегодня же не было, мы ждали, хотели извиниться…

— Не отказывайтесь от нас!..

— Да, можете даже кричать, как другие, но все равно лучше вы, чем кто другой!..

— Мы не хотим другого куратора!

Завопили они наперебой, забыв о необходимости соблюдать тишину. Неудивительно, что тролль проснулся, хрюкнув спросонья, и завопил не менее громко. Ну хоть перебил этот галдеж.

— Ой, а чего это он? — пробормотал удивленно Марсель.

— Потому что ты орешь! И пихаешься, — сердитым шепотом тут же отреагировала Надин, воинственно ткнув его острым локотком под ребра, вынудив вскрикнуть.

— Так, не драться! Разбудили мне моего домочадца… — проворчала и уже привычным жестом наколдовала иллюзий бабочек. Заодно взяла горсть сухофруктов и положила тарелочку в «вольер». Доббишрек заинтересованно повертел головой, смешно хрюкнув, едва слышно заворчал в сторону детей, как по команде заглянувших за живую изгородь, и потянул к себе курагу. Надо бы его после ухода моих учеников нормально покормить, поговорить с ним, что ли, чтоб не скучал, может, еще какие развлечения для него придумать…

— А он совсем ваш теперь, да?

— Вообще, когда так сидит, то даже хорошенький такой, а что он кушает? — заинтересовалась Магдален, едва не полностью повиснув на живой изгороди.

— Видимо, совсем мой, кушает все, что даю… Кстати, никто не хочет покаяться, где его взяли?

Я особо не рассчитывала на ответ и тем больше была удивлена, получив его.

— Да в сугробе нашли, по пути на занятие, — бесхитростно выдал Дэниел. — Совсем окоченел, бедный. Винсент его отогрел. А откуда он там взялся — понятия не имеем.

— Да, мы его уже такого нашли, — вразнобой подтвердила остальная компашка.

— Вы все вместе были, что ли?

Как-то я упустила из виду, что, оказывается, зачинщики у меня конкретная семерка, а не вся группа… Хотя, стоп! Артефактор не из их банды, а проказничает не меньше. Да и вокруг него тоже, в основном, крутится гномочка Лесли, дриад Заррен и… Ладно, не о том думаю. Компашек у меня в группе хватает, ага.

— Меня не было и Марселя, — отозвалась Магдален. — Я опоздала немного, а Марселя мама в тот день отвела раньше, они куда-то ездили перед выходными.

— К бабушке в пригород, ага, — поддакнул мелкий эльфик, отхлебнув чай из своей гламурной яркой чашки, и с хрустом откусил сушку, просыпав крошки на колени.

— В одном районе просто живем, удобно ходить в академию вместе и обратно, не дожидаясь, пока заберут родители, — охотно пояснил Тайрин в ответ на мой недоуменный взгляд.

Заодно стало понятно, почему сейчас они спокойно торчат у меня, а не идут домой с родителями. Если, допустим, одиннадцатилетний Тайрин или двенадцатилетняя Магдален могли вполне спокойно сами ходить, то от восьмилеток и девятилеток такого ожидать не приходилось. Все же столица на то и столица, что опасностей вокруг хватает, народу на улицах немало, да и транспорт ходит исправно. Мало ли что с малявками может случиться по дороге домой, если идти в одиночку.

— Ладно… И где нашли? — живо заинтересовалась я. Чем больше сейчас узнавала о Доббишреке, тем больше странностей обнаруживалось. — И почему в костюме феечки? Это же мальчик…

— А, это мы его одели! — выдал Винсент. — Ему просто было холодно же, наверное. Вот и в академию притащили, некуда было девать.

— Мы и с ним ничего такого не хотели, играли так… — добавил Тайрин, чуть смутившись под моим осуждающим взглядом. Догадываюсь я, кто был инициатором этой «игры». Тоже мне, веселун нашелся…

— Угу. Что-то он не выглядел особо радостным от таких игр. Но да ладно, это мы уже со всеми вами обсуждали. Так почему костюм феечки?

— У Надин с собой был.

— Мама по ошибке пихнула мне в сумку костюм Саманты, у нее репетиция утренника должна была быть…

Я аж похолодела. То есть, те тряпки должны были быть на маленьком ребенке? Мне их еще отдавать придется и отчитываться, почему они были на тролле, ведь тролль, по сути, мой?!

— Я маме сказала, что обнаружила пакет в академии, но не поняла, что это — и выбросила. Саманте костюм все равно не нравился, она в нем хныкала, — добавила Надин бесхитростно.

С ума сойти с этими детками! Добавленное затем название улицы, где замерзал несчастный Доббишрек, мне тоже ни о чем не говорило. Ну да ладно, с детей по этому поводу я уже и так добыла все, что они знали.

— А теперь вернемся к сегодняшнему происшествию, — вздохнула я, убедившись, что все уже допили чай и вполне мирно щебечут, явно освоившись на месте, шустрые какие. Но после моих слов атмосфера в комнате значительно сгустилась. Мои ученики даже выпрямились на своих местах, глядя на меня будто приговоренные.

— То, что вы не хотели вылить краску на меня — это я уже поняла, — продолжила и, отметив, как после этих слов малышня согласно заугукала, чуть расслабившись, предупреждающе цыкнула. — Больше всего меня в этой ситуации волнует, что вы в принципе хотели ее вылить на кого-либо. Без разницы, на кого. Меня, другого преподавателя, декана, ректора, да хоть привратника! В цивилизованном обществе так не поступают. Вы учитесь сейчас в элитной академии и должны не только отвечать за свои поступки, но и думать, прежде чем что-то совершить. Честно, я не обижаюсь на вас, но сегодня вы меня в самом деле сильно разочаровали.

В ответ вновь донеслось шмыганье носов и горестные вздохи. Но в данном случае я отступать не собиралась. Тем более что явно видела: их расстроила моя реакция, но раскаяния в том, что хотели сделать подлянку Грымзе — ни на грош.

— Я не знаю, что у вас там произошло с лерри Агнес, в чем конфликт и насколько она, по вашему мнению, заслуживает такого. Но я — ваш куратор. Это не просто слова или непонятная должность, за которой ничего не стоит. Если у вас проблемы, неприятности, вас кто-то обидел или просто разошлись с кем-то во мнениях на территории академии — вы с этим идете ко мне. И тогда мы вместе решаем, как выйти из ситуации! Это понятно? — продолжила, чеканя каждое слово, поочередно посмотрев на каждого из сидевших у меня учеников.

— И вам прямо не все равно? — невольно вырвалось у Тайрина, недоверчиво сверкавшего своими изумрудными глазками. — Простите, то есть, я хотел сказать…

— Да, Тайрин. Мне абсолютно точно не плевать, как обстоят дела у моих учеников. Было бы все равно — я бы уже давно нашла способ спетлять от вас всех подальше, уж поверьте, — фыркнула насмешливо.

— И прям даже можно подойти и сказать, если кто-то назвал меня «недалеким выскочкой, поверившим, что гений, лишь по той причине, что природа по ошибке отсыпала чуть больше таланта в одной сфере»? — задумчиво добавил Дэниел, явно кого-то процитировав.

— Это какая скотина такое вякнула? — тут же насторожилась я.

— Да так… Это я просто, к слову пришлось, — смутился мальчик, покосившись на друзей, но все же нашел в себе силы улыбнуться и тихо добавил. — Но если вдруг услышу подобное снова — обещаю, прежде чем пользоваться моим «ошибочным» талантом в зельеварении, вначале поговорю с вами.

— Так понимаю, ты и создал эту краску? — вздохнула я, про себя отметив, что, похоже, Грымзе все это должно было достаться за дело. Ничего-ничего, на эту старую кошелку найду управу. Ладно меня, но моих детей задевать… В груди шевельнулась злость и желание накостылять жучке.

— Не совсем… — пробормотал, тем временем, Дэниел, чуть смутившись.

От остальных юных террористов донесся слаженный вздох раскаяния, и взгляды вновь сосредоточились на моей шевелюре. После чего в гостиной вновь повисла тишина, прерываемая чавканьем тролля и негромкими хлопками, с которыми лопались иллюзии бабочек. Покосившись в сторону загончика, обновила заклинание, наколдовав еще несколько — пусть развлекается.

— Итак. Идея принадлежала Тайрину, так понимаю, — решила проверить я свои дедуктивные методы.

Мальчик кивнул, поморщившись.

— Говорил же, что я виноват…

— Дэниел придумал, как воплотить это в реальность, и начал готовить зелье… — продолжила я уверенно и запнулась, остановившись взглядом на Марселе, с независимым видом изучавшем рисунки на чашке. Так, логично, что второй зельевар тоже замешан в этой компашке, но каким образом?

Надин, поймав мой взгляд, вновь ткнула несчастного мальчишку локтем под ребра. Тот возмущенно вскинулся, но, заметив, что я на него смотрю, несколько смутился и, быстро прожевал остатки сушки, находившейся у него во рту, уставился на меня невинными голубыми глазами.

— А чего Грымза такое Дэниелу говорит? И вообще, она сказала, что зельеварение бессмысленный предмет, вот косметоло-огия… А у меня мама тоже косметической магией занимается, у нее сеть магических салонов. И вот там без зельеварения вообще никуда, особенно в покраске волос или в кремах разных, — разоткровенничался эльфик. И еще несколько паззлов стали на свои места.

— Полностью с тобой согласна. Часто, кстати, мама хранит краски дома? — уточнила вкрадчиво.

— Да постоянно! Некоторые товары ей привозят к нам домой, а не в салон… Ой, — запнулся ушастик, мило покраснев. И лишь возмущенно слегка пихнул в бок мелкую целительницу, сидевшую вплотную с невинным видом, будто это не от нее прилетел очередной тычок локтем.

— Угу. Откуда взяли ингредиенты для вашего варева, можно не спрашивать, как и то, каким боком замешан Марсель, — хмыкнула я и перевела взгляд дальше. — Винсент… Нетрудно догадаться, кто поместил краску на воздушной подушке над дверью, а потом опустил вниз, минуя щиты, заранее расщепив молекулы и перемешав среди молекул воздуха, замаскировав под свойственные ему… В общем, принцип уловила. Молодец, хорошо схватываешь.

Даже скупо похвалила, сообразив, что паренек использовал именно те знания, что давала я еще на первых лекциях, когда объясняла принцип универсальной магии, позволяющей творить немыслимые вещи при помощи банальных комбинаций простейших заклинаний.

Остались две целительницы, неуютно завозившиеся под моим взглядом.

— Так понимаю, одна из вас позаботилась о том, чтобы краска буквально вживилась в структуру волоса, заменив его естественный цвет и делая невозможным задействовать магический растворитель краски, — протянула я. — А вторая? Помогала? Или есть еще какое-то свойство, которое я пока не успела распознать?

Несколько секунд стояла полная тишина. Которую разрушил горестный всхлип Надин. Та-ак. И какую же пакость могло придумать это белокурое чудо?

— Я подумала, что было бы забавно внедрить эту структуру не в сам волос, а в волосяную луковицу, — зажмурившись, выдала она.

— То есть, иными словами, отрастать у меня будет тот серо-буро-малиновый ужас?! — пораженная догадкой, я даже сорвалась на писк.

— Ну, не совсем, косметическая магия, которая сейчас у вас, изменила немного исходные параметры, разделив цвета на секции… Так что отрастать будет вот как сейчас, — заверила меня Магдален. Но мне как-то стало не намного легче.

— Всю жизнь?!

— Пока не закончится вложенная нами магия, — тихо пискнул Марсель, максимально вжавшись в спинку кресла.

— То есть, лет на пять-шесть… — я окинула эту братию оценивающим взглядом. — А точнее, десять-одиннадцать. Хм. Ладно, это еще куда ни шло. Обновленная версия смотрится прикольно, так что живите. Но если меня еще раз вызовут вдруг и скажут, что вы кому-то нарочно устроили какую-либо подлянку…

Начала я и запнулась, понимая, что угрожать, в общем-то, все же непедагогично. Да и страшилок особых в запасе у меня нет. Но и оставлять фразу без продолжения как-то глупо…

— Мы больше не будем! Честно-честно! А на вас что, тоже кричат? Обижает? Лер Родерган? — тут же спохватились дети, которым хватило и моей корявой угрозы. Причем последний вопрос прозвучал как-то очень уж подозрительно. Еще не хватало мне сейчас науськивать юных мстителей.

— Нет, кроме вас, меня никто не трогает. В общем, ребят, я очень надеюсь, что мы правильно друг друга поняли. По возможности донесите эту мысль до остальных. Если какие-то проблемы, кого-то обидели, недопоняли и прочее — в первую очередь топаете ко мне, и тогда уже разбираетесь, ага? Завтра уже на нашей паре вернемся к этому, когда вся группа будет в сборе, — резюмировала я.

И, посчитав на этом воспитательный момент законченным, все оставшееся время, что малышня сидела у меня, уделила рассказу о подвигах Доббишрека. Но на периферии не давала покоя мысль: а не много ли я на себя беру, учитывая, что не далее как несколько часов назад искренне радовалась обещанию декана все же позаботиться о появлении нового куратора? И от этого становилось как-то особенно неуютно…

— … начинается с улыбки-и… — мурлыкала я себе под нос, уже не заботясь о том, что кто-то услышит.

Да в том шуме и гаме, что творился сейчас, за несколько минут до начала первой пары, я могла и вовсе орать во всю глотку — никто бы не обратил внимания. Если кто и задерживался возле меня, то лишь с целью посмотреть, чего такое интересное я делаю. А в большинстве случаев и вовсе поглазеть на мои волосы, к расцветке которых я за сутки уже успела даже привыкнуть.

— Лерри Куколка! Смотрите, лерри Куколка! — различила я среди общего гула знакомые звонкие детские голоса.

Любовно разгладив последний лист и убедившись, что он хорошо держится, обернулась к своим кишкомотам.

— Доброе утро. А что вы делаете? А вы у нас сегодня будете? А магистр Родерган не будет же вместо вас? А я говорила, что вы нас не бросите, они не верят! Не бросите же? А я тоже такие волосы теперь хочу… — загалдела подбежавшая малышня вся разом, заставив шарахнуться в разные стороны прочих студентов, что по несчастливой случайности попались им на пути.

Надин, Ланка, Сирин… О, и Марселя едва не пропустила взглядом. В общем, самая мелочь вокруг меня собралась. Но чуть дальше отметила и некоторых ребят постарше, глядевших на меня одновременно и с надеждой, и с опаской. Ну понятно, одна банда до меня вчера добралась, а поделиться новостями либо не успела, либо за ночь снова себя накрутила, сомневаясь, как я с утра буду реагировать на них. Но я лишь улыбнулась им искренне и махнула рукой, чтобы подошли поближе.

— Ребятушки, кто что узнает о пропавшем тролле или его хозяевах — сообщите, пожалуйста, ага? Буду весьма признательна. И нет, я от вас не ухожу, так что встретимся на нашем занятии. А теперь бегите, не опаздывайте, — кивнула им, попытавшись в одной фразе выразить все, что их интересовало. Но это породило лишь новый шквал вопросов.

— А правда, что тролль у вас? А мы вот не хотели… И случайно вообще получилось… Вы не сердитесь? А плакаты зачем? Вы тролля себе оставите?..

— Сандра, что вы себе позволяете?! — голоса ребятишек вдруг перекрыл неприятный, визгливый, но, к сожалению, не менее знакомый голос Клизмы.

— И вам доброе утро. Как часто мы забываем о вежливости, ведомые низменными чувствами. А ведь именно мы, преподаватели, должны подавать пример… Но не всем суждено, верно? — ослепительно улыбнулась я своей коллеге, глядя прямо в ее пышущее злобой лицо.

Возможно, я не совсем права, что не постаралась сейчас сгладить конфликт. Но, честно? Задолбали уже. Как с детьми моими проводить нормальные занятия или занять пост куратора, так нафиг никому не сдалось. А как мне высказывать, какая я не такая, и вообще, тем более, при детях же — так они первые!

— Да как вы… да что вы… — она явно не ожидала получить отпор и сейчас лишь открывала и закрывала рот. Воспользовавшись паузой, я повернулась к своим ученикам.

— И что мы все еще здесь делаем? Две минуты до звонка. Давайте-давайте, у нас с вами еще целая пара будет, чтобы решить все вопросы, — подмигнула им, но неуклонно указала на выход из холла.

Повздыхав, малявки не стали спорить, как и подтянувшиеся к ним старшие товарищи, даже Тайрин, не торопившийся пока избавляться от шапки, хоть и был в помещении, согласно угукнул, неодобрительно покосившись на целительницу. Ну вот невзлюбила она меня, что поделать.

— Я буду настаивать на том, чтобы вашу кандидатуру сняли с этой должности как можно скорее, — прошипела преподаватель, наконец-то взяв себя в руки. Она сказала что-то еще, но прозвучавшая трель звонка заглушила ее последние слова. Впрочем, явно ничего хорошего я бы не услышала.

Серьезно? Нет, ну а ей я когда успела дорогу перейти? Ладно, лерри Агнес помнила меня со студенческих лет, когда я ходила к ее коллеге писать диплом. Да-да, я была не очень прилежна, каюсь. В предвзятости конкретно здесь ее не обвинить. Ну а целительнице я чем не пришлась по нраву? С первого же дня ядом брызжет!

— И займете должность вместо Сандры? Это несложно устроить.

Помощь пришла откуда не ждали: пока я размышляла, что бы такого ответить, чтобы и не послать прямым текстом, но и намекнуть, куда ей идти, к нам подошел лер Родерган. То есть, лер Оливер, обещала же по имени звать…

— Доброе утро. Оливер, ты только посмотри, что твоя аспирантка устроила! — склочная баба тут же уцепилась за возможность наябедничать на меня, картинным жестом указав на развешанные по всем стенам, особенно на стендах с информацией и расписанием, объявления о пропавшем тролле. Я даже как смогла попыталась нарисовать Доббишрека, чтобы ни у кого не возникло сомнений, о чем я говорю. С прозвеневшим звонком толпа схлынула, давая возможность беспрепятственно осмотреть все стены.

Плотно стиснув губы и чуть прищурившись, обернулась к декану, приподняв подбородок вверх. Мужчина задумчиво осмотрел висевшие то тут, то там достаточно большие плакаты, подошел к ближайшему, вчитываясь в текст, и чему-то хмыкнул. И что забавного он там сумел найти? Обычная информация с приметами тролля, описание места, где его нашли и при каких условиях, а также просьба сообщить на мой артефакт связи, если кто знает этого тролля или его хозяев. Вдруг зеленорылого засранца все же ищут?

— Я думал, вы решили окончательно оставить его себе, — заметил декан негромко.

— Если хозяева не найдутся — оставлю. Но считаю, что должна сделать все возможное, чтобы хотя бы попытаться найти его семью, — ответила я настороженно.

— Разумно. Остались еще плакаты? Я занесу на боевую кафедру, как раз туда иду… Диана, ты не возьмешь парочку на кафедру целительства? — уточнил он, но Клизма, возмущенно фыркнув, что-то проворчала на тему, что опаздывает и ей некогда, и, источая недовольство, покинула холл. На что декан лишь пожал плечами.

— Спасибо. Не ожидала, что прямо сразу броситесь меня защищать, — невольно призналась я, ожидая услышать в ответ нечто типа «Я же обещал». Но получила немного иное.

— А вас разве требовалось защищать? — удивленно приподняв бровь.

— Пожалуй, нет. И все равно, спасибо, — улыбнулась уже шире и протянула ему плакат. — Хороший сегодня день.

— Не спорю. И, думаю, для вас он сегодня станет еще лучше. Вчера вечером из Министерства дали ответ по вашему запросу: сегодня прибудет куратор, который заменит вас…

В первый миг я непонимающе нахмурилась, пытаясь осознать, чего от меня хочет декан. Раздавшийся характерный хруст сминающейся бумаги заставил меня встрепенуться. Опешив от неожиданного предложения, я машинально чуть скомкала оставшиеся плакаты. Поморщившись, поправила их и, быстро облизнув нижнюю губу, бросила растерянный взгляд на мужчину.

— То есть, будет второй куратор?

Странное чувство вдруг овладело мной. Так долго этого хотелось, предвкушала, как услышу заветные слова, но вместо радости сейчас в душе была какая-то напряженная пустота, что ли. Кто знает, каким будет этот второй куратор. Опытный, понятно, небось, найдет общий язык с детьми… Но в ответ на эти мысли всколыхнулась едва ли не ревность. И тут же беспокойство: а вдруг не сойдутся? И тогда в мою смену будут дружно жаловаться на него или нее? Или наоборот, ей на меня? Хм… Тоже вполне вероятно. И непонятно, от какой мысли мне неприятнее.

— Не совсем. Второго куратора на замену я не сумел выбить для нашей кафедры за все время ее существования, — усмехнулся лер Родерган с легким недовольством. — Вы закончили здесь расклеивать объявления о пропаже тролля? К сожалению, я имею не так уж много времени на праздные разговоры. Мне нужно еще взять некоторые документы из моего кабинета, после чего отправлюсь в Министерство, как и говорил вам вчера. Зато вернусь уже не один.

Я лишь пожала на это плечами. С поклейкой плакатов я в самом деле покончила и так или иначе планировала вернуться на кафедру, у меня там еще непроверенные тетради детей лежали, да и стоило посмотреть, какие темы они проходили вчера и сегодня, чтобы подготовиться к занятию. Но уточнение декана заставило меня насторожиться, и даже если бы собиралась и дальше торчать в холле, все равно бросилась бы за ним.

— Лер Родерган, простите, не поняла… — начала я, догнав его в коридоре.

— Оливер, — мягко поправил меня он, не сбавляя шага.

— А? — запнулась на полуслове, непонимающе моргнув, но тут же вспомнила его вчерашнюю просьбу. — Ну да, точно, лер Оливер…

Мужчина едва слышно досадливо цыкнул, дернув уголком губ, но прерывать меня не стал и все же чуть сбавил скорость, подстроившись под мой шаг.

— Что вы имеете в виду? Вы нашли куратора, но он не будет проводить занятия? Какой тогда от него прок? Или он возьмет на себя проверку домашних заданий и составление программы на следующий семестр? В принципе, тоже неплохо, но мне все равно придется во все это вникать и переделывать под себя. Может, мой сменщик согласится выходить хотя бы дважды в неделю, а я три? Ну или, ладно уж, день и методические работы на нем? Личные дела детей он видел? Впрочем, дела — это такое, я сама о каждом расскажу…

Лер Оливер молча слушал мои предположения все время, пока мы шли на свой этаж, и только у самой двери соизволил ответить, одним махом разрушая созданную мной иллюзию того, как я теперь буду работать в паре с другим куратором.

— Вы не поняли, Сандра. Я сумел добиться того, чтобы нам в Академию выслали еще одного куратора по экспериментальной программе, лишь за счет того, что сказал, что мы остались и вовсе без преподавателя на эту должность, — медленно проговорил он, глядя мне в глаза.

— Ну, формально, так и есть. Я же не преподаватель, а аспирант… — пробормотала я, но уже и сама поняла, к чему он ведет. Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что я ошибаюсь, но…

— Вы же сами понимаете, насколько жалко это звучит? — с толикой сочувствия уточнил декан, толкнув дверь на кафедру. — И разве это не то, чего вы так долго хотели?

Я осталась стоять на пороге преподавательской, не в силах сразу подобрать нужные слова, а декан уже прошел через комнату, бегло поздоровавшись с лером Сантариусом, заполняющим журнал, и скрылся в своем кабинете. Я растерянно перевела взгляд на гнома, явно услышавшего последнюю фразу. Правда, выводы он сделал свои.

— Это ты что со своими волосами удумала? Между прочим, это Академия, а не притон, или куда ходят вот такие вот разноцветные, — забрюзжал он и тут же добавил вкрадчиво, просто лучась довольством. — Что, попросили тебя с должности куратора? Ну и правильно, нечего всяким вертихвосткам…

Но меня меньше всего волновало, что он там думает на мой счет. Встряхнувшись, бросила тубусы и плакаты, что так и держала в руках, на стол и поспешила вслед за деканом, пока он не ушел. Коротко постучав, тут же влетела в кабинет. Мужчина, перебиравший стопку каких-то документов, недоуменно приподнял бровь, давая мне возможность высказаться.

— Лер Родер… — начала я, но, наткнувшись на недовольный взгляд, исправилась. — Лер Оливер, то есть, меня убирают с должности? Я больше не буду куратором у моих детей?

И собиралась ведь просто спокойно все выяснить, разузнать подробности, да и спросить планировала, в первую очередь, о личности нового куратора, а вылезло вот это. Еще и голос предательски дрогнул на последних словах, явно удивив мужчину еще больше. Отложив документы в сторону, он окинул меня внимательным взглядом и рукой указал на кресло, предложив сесть. Но я отрицательно мотнула головой. Толку в расшаркиваниях? Вот сейчас все узнаю и пойду себе заниматься своими делами…

— Сандра, я не пойму, от меня вы чего хотите? Разве не вы обивали порог моего кабинета, раз за разом принося заявления об уходе? Считайте, что я одно из них удовлетворил, — пожал плечами он, но в его глазах мелькнула непонятная эмоция. Интерес, густо перемешанный с… Нет, не успела понять. Да и не до того сейчас, тут в своих бы чувствах разобраться.

— Мне тяжело одной с ними, я недостаточно компетентна, не хватает опыта… — принялась перечислять, собираясь с мыслями.

— Это все ваши убеждения, которые весьма легко опротестовать. Все упирается в один-единственный вопрос: хотите вы быть куратором или нет. Вы два месяца успешно доказывали, что нет. Воля ваша.

— Я просто просила о сменщике! Это должность для двоих преподавателей, а не одной аспирантки! — не выдержала я, сорвавшись на крик, стремительно шагнув к декану ближе. И тут же добавила значительно тише. — Может, вы поговорите с ним, и он согласится на смену, а?

— Или-или, Сандра. Я вам уже объяснил, под каким предлогом сумел выбить для нас куратора, — строгим тоном отрезал мужчина.

— Понимаю… Это разумно, — кивнула, уставившись в пол под ногами. Никогда раньше не замечала, насколько интересный узор тут на ковре, надо же…

— Сандра… — вздохнул декан. — Я уже говорил и не считаю зазорным повторить: вы — то, что нужно детям, они вас любят, вы их понимаете лучше других преподавателей. Но вас никто не в силах заставить оставаться на этой должности.

— И если я решу все же остаться?.. — тут же зацепилась за его слова.

— То это будет автоматически означать, что новый куратор в Академию не прибудет, — тем же серьезным тоном, но через паузу добавил ворчливо. — Тем более что лер Маралий усиленно сопротивлялся этому, наслышанный об успехах ваших подопечных в избавлении от прочих кураторов.

— Они не специально! — тут же возмутилась я, но, встретившись с насмешливым взглядом декана, тяжело вздохнула. — По крайней мере, не всегда.

— Ну да. Так что, мне тащить упирающегося лера Маралия сегодня, после моего визита в Министерство? — поторопил меня с ответом он. — Или вы все же признаете, что в самом деле желаете и дальше работать с этими детьми, которых вы уже давно зовете исключительно «моими»?

Я только набрала воздуха, чтобы достойно ответить, как осеклась, смерив его подозрительным взглядом. Как-то слишком гладко все выходило. Чересчур гладко.

— А лер Маралий вообще в курсе, что его кто-то ждет тут на должности куратора? — протянула, с каждой секундой все больше убеждаясь в своей правоте.

— Это что-то меняет? Или желаете проверить? — с безукоризненной вежливостью и легкой ехидцей в глазах.

— Можете не отвечать, и так все понятно, — проворчала, понимая, что, вероятнее всего, меня тут с утра пораньше решили взять на «слабо». И ведь едва не попалась! Или все же попалась? Мда, он прав, разве это что-то меняет?

— Вы сейчас поразительно похожи на своего отца, — заметил декан неожиданно с легкой усмешкой.

— А? Вы знакомы?

— Было дело. Боевикам вообще свойственно поддерживать связь друг с другом, — хмыкнул он и вновь принялся собирать документы со стола в одну стопку. — Я рад, что мы все выяснили, Сандра. И подмечу еще раз: вы всегда можете рассчитывать на меня. А сейчас, прошу простить меня, я тороплюсь.

Я чуть заторможено кивнула, мыслями переместившись с моего кураторства на, неожиданно, мою несостоявшуюся помолвку. Каковы шансы, что мои родители вдруг одобрили брак с каким-то хлюпиком-студентом, которого толком и не знают? А вот уважаемый боевик, с которым, к тому же, мой отец хорошо знаком, да еще и из моей академии…

В эту теорию тем более складно вписывается и причина, по которой меня взяли в аспирантки, и последующее назначение на должность куратора, и обещание поддержки. А что в первую встречу не узнал — ну так я влетела в него на всех парах… То есть, сначала не узнал, а потом узнал, взял в аспирантки. Ну и повторно не признал в другой одежде… Как бы, все равно многое складывалось. Хм.

— Лер Оливер, а вы холосты? — выдала я неожиданно для себя, прокручивая в голове мысли. Клянусь, никогда еще не видела таких идеально круглых глаз у людей, как у декана в тот момент!

— Я со студентками не завожу отношений, — ответил он, справившись с первым шоком.

Даже бумаги из рук не выпустил. Вздрогнул на миг, но после уже спокойно положил их в межпространственный карман, туда же добавил несколько инфокристаллов. А я почувствовала себя крайне глупо. Надо ж было такое ляпнуть! Может, у него вовсе жена и двое детей, а я тут…

— Да я не в том смысле, просто… — настала моя очередь смутиться и мысленно проклясть свое неумение держать язык за зубами. И на что рассчитывала, задавая такой дурацкий вопрос? Идиотка!

— Но совсем даже не прочь в свободное время выпить чашечку кофе с коллегой… — продолжил он, заставив меня нервно икнуть.

— А… Ага, я поняла… Вы там опаздывали, да? А я вот… м-м-м… тетради, там, проверить, еще тролля нарисовать… Пойду я, в общем… — промямлила я, чувствуя, как кровь прилила к щекам, и боком отступила к двери.

И уже взялась за дверную ручку, как меня догнал неожиданно мягкий голос декана:

— Да.

— Простите? — я невольно обернулась, удивленно нахмурившись, и повторно оторопела, увидев искреннюю улыбку на лице мужчины, мигом сбросившую ему лет десять, сделав почти моим ровесником.

— Ответ на ваш вопрос: да, я холост, — уже открыто улыбнулся он, даже в глазах отразились смешинки.

— Ну, ничего, бывает, — ляпнула я и все же выскочила за дверь, мысленно костеря себя на все лады. И, возможно, мне лишь показалось, но из кабинета донесся приятный приглушенный смех.

Учитывая крайне неловкую ситуацию, спровоцированную мною же, я искренне порадовалась, что декана зачем-то ожидают в Министерстве. Погруженная в свои мысли, даже не реагировала на ехидные подколки лера Сантариуса, решившего поупражняться в остроумии. Впрочем, гном, быстро сообразив, что я его вообще не слушаю, надулся и умолк, злобно попыхивая в мою сторону. А вскоре и вовсе утопал на пару, оставив меня на кафедре в одиночестве.

Зато я окончательно успокоилась, прокрутила еще раз в голове начало разговора и попытку декана взять меня на «слабо» и лишь убедилась, что тут он прав. Да и не только он. И Саймон, и Андреас, и даже Лайла с орками уже не единожды намекали или прямым текстом говорили, что я сама не хочу уходить от детей, и мне даже в некотором смысле нравится кураторство. Ну и чего я трепыхаюсь, отрицая очевидное, если сегодня при прямой возможности наконец-то избавиться от этой должности, сама же отказалась? Да уж, Сашка, и как тебя с такой логикой и противоречивостью мышления угораздило в педагогике оказаться?

До начала моей пары с детьми я уже полностью привела в порядок мысли и определила для себя, чего же мне хочется от моей жизни и какой отдачи ожидаю от моих учеников. Так что в аудиторию вошла с высоко поднятой головой и уверенной улыбкой на губах. Не сказать, что занятие прошло совсем легко в моральном плане, но, получив вчера с бандой мини-репетицию, так сказать, знала наверняка, что говорить и на какие точки давить, если хочу наладить с этой мелочью контакт. Легко и просто точно не будет, но когда я пасовала перед трудностями?

— И я вас очень прошу: не дразните и не провоцируйте Клизму лишний раз, ага? Вы отзанимались и ушли, а мне ее бубнение потом еще весь день на кафедре слушать… — выдала я под конец и только по донесшимся смешкам поняла, что повторила выданную ими кличку вслух вместо имени.

Ой, да и чего я должна испытывать неловкость или поправляться? Клизма она и есть! К тому же, до конца нашего занятия вплыли еще несколько подробностей ее пар. Да, сам материал она выдавала в полной степени, напрямую учеников также не оскорбляла. Но от ее уедливых замечаний на грани пострадало самолюбие не одного моего ребенка. И вот с этим уже стоило подумать, что делать. Ладно я, но моих детей трогать нельзя…

— Лерри Куколка, а у вас есть дети? — внезапно полюбопытствовала обычно молчаливая гномочка Юстари, вызвав мой надсадный кашель. На нее тут же зашикали несколько учеников, что не помешало им уставиться на меня любопытными глазенками, ожидая ответа.

— Ага, есть, — все же ответила и, насладившись пораженной тишиной и видом отвисших челюстей, смилостивилась и добавила: — Целых тридцать разномастных. Но статус матери-одиночки почему-то не дают.

— Это же не считается, мы о другом… — прогудели они.

— Ничего себе! Я с вами ежедневно трачу нервные клетки, а это даже не считается? Нетушки, — фыркнула насмешливо, и одновременно с этим прозвенел звонок. — Ладно, ребятушки, надеюсь, мы друг друга поняли. Со всеми проблемами идем ко мне, а там уже решаем, что будем делать. На этом наше занятие закончено, сейчас у вас по плану отработка в лабораториях, насколько помню… Эмиль, солнышко, задержись на пару минут.

Юный артефактор, настороженно покосившись на меня, тяжело вздохнул и без особых возражений подошел к моему столу, в то время как его товарищи, оживленно о чем-то переговариваясь, собирали свои вещи, то и дело бросая в нашу сторону любопытные взгляды.

— С лерри Стеллой что не поделил, что использовал свое изобретение в столовой? — задала вопрос в лоб, не желая ходить вокруг да около.

— Почему сразу «не поделил»? Нормальная она… — проворчал он, зыркнув на меня исподлобья. — Просто там удобно было проверить, получилось или нет… И разве Академия не рассчитана на то, чтобы здесь обучались чему-то, изобретали что-то?

Ага, лучшая защита — нападение. Вон как глазенки заблестели, и острый подбородок выпятил вперед. Хмыкнула, оценив выпад, краем глаза отметила, что хоть детишки и косились в нашу сторону, но потихоньку уже почти все покинули класс.

— Для этих целей есть специально оборудованные помещения. Лаборатории, аудитории с защитой, полигон, в конце концов. У одних только артефакторов три зала для испытаний имеются. Неужели так сложно попросить?

— У кого? У Клизмы? — хмыкнул мальчик. — Других артефакторов я не знаю.

— Во-первых, у меня. На самом деле, было бы желание, вот честно. Во-вторых, признай, что даже не подумал о последствиях, поставив на первое место собственное удобство, — проницательно прищурилась я.

Ученики уже успели покинуть аудиторию, пусть и несколько человек задержались в коридоре, что-то там обсуждая. Но в самом помещении мы сейчас находились только вдвоем. Эмиль возмущенно вскинулся в ответ на мое замечание, посопел для приличия несколько секунд, после чего опустил голову.

— Ну, даже если и так, я же изобрел новый артефакт! Рабочий! А меня только ругают, — пробормотал он едва слышно.

Я тихонько вздохнула и, плюнув на приличия, присела рядом с ним на корточки так, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Эмиль, я не отрицаю, что это действительно потрясающее изобретение, раскрывающее уйму возможностей! Но к испытанию экспериментального образца следует подходить с должной степенью ответственности, придерживаясь техники безопасности, разве нет? В столовой находились твои друзья, студенты, лерри Стелла, в конце концов. А если бы что-то пошло не так? Пострадали бы другие. Не лучше ли сделать все сразу правильно в предназначенном для этого месте? — мягко укорила его.

— Я не хотел никому навредить! — выпалил он, шумно задышав, а на скулах проявились красные пятна, когда он добавил. — Просто не подумал.

— Вот и я о том же. И тебя никто не ругает, если уж на то пошло. За декана, конечно, говорить не буду, я при вашем разговоре не присутствовала, но сомневаюсь, что он прям таки тебе скандал устроил. Все мы совершаем ошибки, хорошо, если есть возможность их исправить и постараться не допускать впредь, — улыбнулась, ободряюще сжав его предплечье, и поднялась.

— А как? — заинтересовался мальчик, подавшись чуть вперед. — И декан не ругал, но сказал, что со мной будет разбираться позже…

Последнюю фразу он произнес деланно небрежно, но все же прозвучало с некоторой опаской. Я же мысленно выругалась. Понимаю, конечно, что тут у нас собрались далеко не ангелы, но запугивать-то зачем?

— Ну вот считай, что с моей помощью и разобрался. Что так смотришь? Отработка в лабораториях за вчерашнее на всех вас уже есть, и на тебе, в том числе. Пора разнообразить твой досуг, желательно с пользой для общества, — хмыкнула я. — Пойдем, сегодня в лабораториях будут без тебя.

— А как потом тогда?

— Отработаешь в другом месте. Страшно? — протянула провокационно, магией выключая светильники и приводя демонстрационную доску в порядок.

На что мальчик чуть улыбнулся и поспешил собирать вещи. Дождавшись, пока он все возьмет, махнула ему рукой, приглашая следовать за мной.

— И вы меня прям совсем ругать не будете? — не выдержал он спустя пару минут нашего продвижения по коридору.

— А нужно? — приподняла бровь. — Предпочитаю объяснить все словами, а не руганью. А если уж слова не помогут — так тем более, какой смысл поднимать бучу? Проку все равно не будет…

Эмиль задумчиво кивнул, не став спорить. Некоторое время он хмуро о чем-то размышлял, но когда мы прошли лестницу на первый этаж, встрепенулся, непонимающе уставившись на меня.

— А куда мы идем? Столовая в другом крыле.

— Ты голодный? — настала уже моя очередь хмуриться. Насколько знала, перед моей парой ученики обычно как раз успевали засесть в столовой и пообедать. Сегодня вдруг изменили своим привычкам?

— Нет, но разве моя отработка будет не там?

— Мне кажется, твоим способностям найдется более подходящее применение. Уже почти пришли, — усмехнулась, повернув в боковое ответвление коридора.

— Вы меня ведете к Клизме?! — практически вскричал Эмиль, сообразив, что тут уже начинается вотчина кафедры артефакторов. Несколько студентов, шедших нам навстречу, аж шарахнулись от неожиданности и уставились на меня квадратными глазами с явным осуждением.

— Лерри Агнес, иначе не видать тебе зачета, как своих ушей, — поправила его нравоучительно, но, оценив длину эльфийских ушек Эмиля, тут же грустно поникших после моих слов, все же смягчилась. — За живодерством замечена не была. Мы к артефакторам, но не к ней.

И толкнула дверь кафедры, коротко постучав, втащив вслед за собой за рукав совсем уж растерянного мальчишку.

— Лер Натан, уделите нам минутку? — ослепительно улыбнулась я, выцепив взглядом цель моего визита. — Не желаете ли послушать интересную теорию, подкрепленную практикой, как можно использовать магию не своей специализации при помощи весьма занятного артефакта?

В конце концов, это единственный артефактор среди моих знакомых, который обожает все необычное и экспериментальное. И, судя по загоревшимся интересом глазам, мы с Эмилем попали как раз по адресу.

Расчет оправдался. Артефактор, в первый момент опешив от вида моей прически, вцепился в мальчишку, даже толком не дослушав, что конкретно делает его артефакт. Назначив Эмиля в добровольные помощники эльфу ежедневно по часу-полтора после пар, я с чистой совестью оставила их. Тем более что заметила похожий азартный блеск в глазах ученика.

Остаток дня прошел без особых происшествий. Декан так и не вернулся, Клизма с Грымзой на огонек не забегали, прочие преподаватели жаловаться на моих учеников тоже не заходили. Лер Кларенс, проклятийник, составил мне ненадолго компанию, намечая план урока на ближайшие несколько занятий, но и он вскоре убежал. Так что я спокойно смогла закончить со своими срочными делами и в кои-то веки даже посидеть немного над проектом.

Хотя, если так подумать, а есть ли смысл? Может, пора бы озаботиться поиском темы по теме моей кафедры и, так понимаю, дальнейшей деятельности? Да уж, Сашка, ты, конечно, вообще молодец: так год аспирантуры пролетит, а ты все еще не определилась с темой. Красота!

Ближе к концу рабочего дня на кафедру неожиданно заглянул лер Натаниэль. На мой удивленный взгляд и уточнение, что декана нет на месте, он улыбнулся и вошел.

— Да, я знаю, Оливер говорил. Нет, я к тебе. Хотел поблагодарить за чудного мальчика, что ты приставила ко мне. О, он настоящий самородок! Давно не встречал настолько тонкого чутья в столь юной особе, — восхищенно протянул мужчина, мечтательно уставившись почему-то на фикус, увивший большую часть преподавательской.

Впрочем, в сторону эльфа не шевельнулся ни единый листик. Я даже невольно позавидовала: хорошо, когда такая крепкая нервная система, что никакие стрессы не колышут. Или у него и поводов для них нет? Тогда вдвойне завидно!

— И это ребенок. Час-полтора после пар он с вами, не больше, — напомнила я, уже не став уточнять, что это, как бы, отработка за его шалость.

— Ну да, конечно… Да, я забыл сделать комплимент вашей прическе. Весьма смело и неожиданно, но смотрится весьма веселенько, — бодро заметил эльф, отвлекшись наконец от нашего особенного цветка.

Хм… Ну, веселенько — это не «что за жуть у тебя на голове?», что уже радует. Ладно, будем считать за комплимент. Хотя от лера Натиандриэля услышать весьма неожиданно.

— Спасибо. Вы что-то хотели спросить, сказать? Я, кстати, почти разобрала схему, что мы с вами обсуждали на прошлой неделе, — спохватилась я, пододвигая к артефактору раскрытый инфоскан.

— На позапрошлой, если быть точнее… — пробормотал он, склонившись над столом. — Ага… Да-да, именно то, о чем я и говорил. Напитать энергией вот эти два узла, и можно строить уже второй слой. Набросаете черновой вариант — сразу приносите мне, будем думать, как к нему пристроить третий слой с его энергопотоками…

Не знаю, сколько бы мы сидели, обсуждая детали моей научной работы, если бы нас не потревожил еще один посетитель. Саймон, как всегда бесцеремонно влетевший на кафедру, по инерции затормозив лишь у стола.

— Сандра, чего на сообщения не отвечаешь? Твой кошак уже панику почти поднял, не обнаружив тебя дома. Благо, Лайла подсказала, что ты могла воспылать трудоголизмом и… — начал он говорить, по-моему, еще в коридоре, но осекся, заметив артефактора. Так что остаток фразы скомкал. — В общем, мы верно подумали, что ты еще на кафедре. А рабочий день, как бы, уже того… Добрый вечер, лер Натиандриэль!

— Вечер? Сандра, похоже, мы с вами снова засиделись, — спохватился эльф, растерянно заморгав длинными светлыми ресницами, и бросил взгляд на окно, за которым как-то так неожиданно стемнело и, похоже, уже давно. Я и сама как-то упустила этот момент, хотя и помнила, как усилила свет магических светильников, когда он показался мне слишком тусклым.

— Да-да, Сандра такая — с ней многим хочется засидеться допоздна, пусть и на кафедре, — выдал вдруг Саймон, заставив меня покраснеть от возмущения и желания придушить одного непомерно наглого боевика, а лер Натиандриэль закашлялся.

— Что ж, вижу, у вас планы на вечер, не буду задерживать… — протянул он, поднявшись со своего места. — А знаете, ваш парень прав.

— Я прав?

— Мой парень?

Сложно сказать, кто из нас с Саймоном был удивлен этим заявлением больше. Но прежде чем боевик самодовольно надулся от гордости, а я возразила или хотя бы съездила по шее этому засранцу, вечно ставящему меня в неловкое положение, артефактор продолжил.

— Учитывая, что мы соседи, нам не обязательно выкраивать время от рабочего дня и сидеть на кафедре. Будут какие-то сдвиги или вопросы — заходите ко мне домой в любое время. Приятного вечера, — мягко улыбнулся он и покинул кафедру, бегло кивнув Саймону.

— Хм… Никогда не мечтала о длинноухих детишках? — уточнил боевик задумчиво, пока я подбирала упавшую челюсть с пола.

— Чего?! Охренел? — мгновенно встряхнулась я и не отказала себе в удовольствии влепить парню смачный подзатыльник. Тот, явно на него и напрашиваясь, даже не попытался уклониться, лишь насмешливо фыркнул.

— Нервная какая, уж и пошутить нельзя… Все-все, без рукоприкладства! Да шучу я, шучу, — тут же пошел он на попятную, когда я уже сформировала на ладони рой магических искорок. Безобидных, в общем-то, даже не подожгут ничего, а при соприкосновении с кожей укол напоминает больше разряд легкого статического электричества, но если пустить все скопом, да в нужное место…

— Дурак ты, Саймон, — вздохнула я устало, деактивировав заклинание и принявшись собирать свои вещи. — И шутки у тебя дурацкие.

— За то любишь, ценишь и уважаешь, — заявил он самодовольно, тронув на столе один из моих инфосканов, который я тут же выхватила из его рук. Но парень уже переключил свое внимание на один из плакатов о найденном тролле. Махнув на это рукой, оставшиеся объявления аккуратно скрутила и поместила в тубус.

— Я бы не была так в этом уверена. Сейчас соберусь, в столовую зайдем, я для Доббишрека возьму еды, хорошо? Покормлю тролля, и можно тогда двигать в таверну. Или все уже там? — спохватилась, только сейчас посмотрев на время. Черт! Надо же было так засидеться! С другой стороны, значительно продвинулись по проекту…

— Зная тебя, ты и на обед не выходила. Да и на завтраке я тебя не видел в столовой, как еще на ногах держишься? — заметил Саймон невпопад. — Тощая какая… Нет, сейчас мы сразу идем в таверну, откармливать тебя. Куда только кошак твой смотрит…

— Да что ты пристал к Андреасу? — не выдержала я, бегло осмотрев кафедру на предмет того, не забыла ли чего.

— Вообще я пристаю к тебе, в первую очередь, — обиженно заметил боевик и предпринял попытку приобнять меня, но я ловко выкрутилась из кольца его рук и подхватила свое пальто.

— Но безрезультатно и без надежды на изменения в этом плане, ага. И пока я не покормлю Доббишрека…

— Да не голодная твоя образина. Адрелии стало интересно, как он выглядит, а Лайла с Андреасом уже подумали о том, что он голодный, наверное, так что накормили его там от пуза, не волнуйся, — хмыкнул Саймон.

— О как. Это хорошо… — оценила я, запирая кафедру, и тут же нахмурилась. — Постой, а как они в дом попали?

— Я же сказал: Адрелии стало интересно. А если ей интересно на что-то посмотреть — ни одна дверь не остановит.

Тут я не нашлась, что ответить, вспомнив, как некогда дроу спасла меня от бесславного прозябания в коридоре общежития, каким-то чудом отперев заклинившую дверь.

— Ну, ладно, тогда я готова, — улыбнулась я, окончательно расслабившись и предвкушая приятные посиделки с друзьями. А где-то в глубине души шевельнулся росток досады на то, что я спасовала и не назначила встречу только лишь с Андреасом…

Первая половина дня прошла в какой-то суматохе и хлопотах. Декан вернулся из Министерства с не очень приятной новостью об изменениях в учебных планах. Не сказать, что это особо сильно влияло на учебный процесс, но вот бумажной волокиты прибавилось, будь здоров. Зато официально утвердили уже, что я обязана вести две пары у детей. Одна — универсальная магия и, по совместительству, разбор полетов, в случае нужды, а вторая — все то же курирование выполнения домашнего задания и разбор непонятых тем.

Еще и, собираясь утром впопыхах, умудрилась забыть дома артефакт связи. Не то чтобы он мне прям так уж срочно нужен был, но я еще в своем мире привыкла, что телефон должен быть под рукой. К тому же, хотела связаться с Андреасом, может, хоть сообщение кинуть, что ничего такого вчера не имела в виду, просто так вот по-дурацки поступила… Ладно, не на другом конце света нахожусь, в конце концов, пара часов роли не играет.

Провозившись с бумажками и отчитав первую пару, я наконец-то вырвалась на обед в столовую, зная, что Андреас практически всегда там в одно и то же время. Но, прибыв туда, с некоторым разочарованием отметила, что, похоже, как раз тот редкий шанс, когда он на обед решил прийти позже. Или, может, раньше. В любом случае, положив себе на поднос немного картофельного пюре с мясной подливой и легкий овощной салат, заняла столик, где обычно сидела наша компания. Правда, сейчас никого из них не было. Только Ричи с Бьянкой выясняли отношения вполголоса, но за другим столиком. Я им издалека кивнула, но подходить не стала.

Несмотря на сумбурное начало дня и пропущенный завтрак, есть особо не хотелось. В голове вновь блуждали невеселые мысли, а чувство, что я вчера все бесповоротно запорола, с каждой минутой лишь усиливалось, не прибавляя хорошего настроения.

— Чего грустная такая? Привет, — знакомый жизнерадостный голос, раздавшийся практически над ухом, заставил меня вздрогнуть и едва не выронить вилку.

— Чтоб тебя, Саймон! Чего подкрадываешься? — поморщилась я, недовольно вскинув взгляд на лучившегося довольством боевика, заставшего меня врасплох.

Парень, ничуть не обидевшись на неласковый прием, с грохотом отодвинул соседний стул и кинул на стол свой поднос, заваленный едой едва ли не с горой.

Похоже, увлекшись своими уничижительными мыслями, в какой-то момент перестала обращать внимание на окружающих, вот и прозевала появление этого баламута. Тут же возникла мысль: а вдруг я и Андреаса так пропустила? Не успев ее додумать, быстро окинула взглядом столовую, где народу уже прибавилось, но моего нэко среди них не было. Что он зашел, увидел меня и решил отказаться от обеда, думать не хотелось.

— И ничего не подкрадываюсь. Сидишь тут будто живая иллюстрация к слову «уныние», ни на что не реагируешь. Что случилось, рассказывай? Расчеты кошака оказались слишком зубодробительными? Или ты наконец-то осознала, насколько он занудный, и до сих пор прийти в себя не можешь? — хмыкнул он насмешливо, одним махом откусывая сразу половину пирожка с капустой и пододвигая ближе тарелку с супом.

— И ничего не занудный, — тут же возмутилась я, обидевшись за нэко и сбрасывая с себя апатичное настроение. — И с чего ты взял, что мое настроение связано с Андреасом?

— Не с ним? Да просто предположил. Я обычно такой пришибленный как раз после математический расчетов, — фыркнул он невозмутимо, вылавливая из тарелки вкусно пахнущую тефтелю. — Так что случилось? Не ешь ничего. А утром на завтраке тебя, между прочим, тоже не было.

Невольно усмехнулась, подивившись такой наблюдательности обычно бесцеремонного боевика, и лишь пожала плечами. Глядя, с каким удовольствием друг уплетает обед, все же и сама зачерпнула нежное картофельное пюре, отправляя в рот.

— Да ничего особенного не случилось. Хозяин тролля нашелся. Вот, забрали с утра, — поделилась с ним, радуясь возможности увести разговор в сторону.

— Так тебя поздравить или посочувствовать? — заметил Саймон проницательно, даже прекратив ненадолго жевать.

— Еще сама не разобралась, если честно. Наверное, это к лучшему. Просто непривычно пока. А еще его зовут Мортимер, представляешь? — хмыкнула, покачав головой.

— Хозяина?

— Тролля.

— Дурацкое имя. Доббишрек лучше, — авторитетно заявил Саймон, на что я не смогла не улыбнуться. Вот точно так же считала. Понимаю, что потому парень и сказал так, но все равно как-то так приятно стало.

— Хочешь, весной подарю тебе другого какого-то тролля? Узнаю, где они водятся, и…

— Не надо! — выпалила я испуганно, представив, как боевик притащит мне нечто дикое и агрессивное. — И вообще, погрустили, и хватит.

— Вот это правильный настрой, мне нравится! Грустить можно с хвостатым, а со мной нужно веселиться и радоваться жизни. Кстати, что ты делаешь завтра вечером?

— А что? — тут же насторожилась я, уже понимая, к чему он клонит. И не ошиблась.

— О, значит, планов нет, иначе сказала бы сразу. Тогда я тебе скажу, что ты делаешь завтра. Итак, мы с тобой вдвоем… — начал он искушающим тоном, понизив немного голос.

— Ни на какое свидание не идем, — закончила я категорично. — Серьезно, тебе еще не надоело? И, между прочим, я знаю, что ты помолвлен.

— Как и ты. И что с того? — фыркнул он, ничуть не смутившись. Я даже на какое-то мгновение растерялась, уставившись на него с подозрением.

— Заранее искренне сочувствую твоей невесте. Кстати, ты хоть знаешь, кто она? — поинтересовалась я с нервным смешком, пытаясь скрыть смятение, охватившее меня. Мысль в голове еще толком не сформировалась, а на нее уже появилась ответная мысль-реакция. Нет, ну не-ет, ну правда, не смешно, ну нет же! Нет?

— Моя невеста очень хорошая девушка, талантливая, красивая, из приличной семьи, сейчас учится в аспирантуре… — протянул парень вкрадчиво. С каждым его словом у меня все больше холодело внутри. — Кстати, тоже не сказал бы, что прям хранит мне верность, днями просиживая у окна и ожидая, пока я утащу ее на свидание.

От его последней фразы меня и вовсе начало колотить. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Саймон, вдоволь насладившись возникшей томительной паузой, уже продолжил обычным тоном, отхлебнув сок из стакана.

— Так что да, я — знаю, с кем помолвлен. В отличие от тебя.

— Лайла сказала? — пробормотала я слабым голосом, внутренне убеждая себя, что это ни черта не значит. Ну подумаешь, Саймон и есть тот самый жених. Пфф… Выходить за него замуж не собираюсь все равно. Так что…

— Что, гадаешь, не я ли твой жених? — хитро прищурился парень.

— Не ты? — невольно подалась вперед.

— А не скажу, пока не сходишь со мной на свидание, — выдал этот засранец.

— Ой, больно надо. И без этого знания проживу, — вспылила я и, подхватив свой поднос, вскочила с места, намереваясь пересесть за другой столик.

— Да не я, не я, постой. Пошутил я так по-дурацки, прости. Ну, дурак я, сама знаешь же. Не убегай, — тут же спохватился он, извинившись довольно искренне.

Я замерла, глядя на него сверху вниз и прикидывая, не треснуть ли с такого положения его подносом по кумполу. Но все же отказалась от этой идеи. Там и так пусто, судя по всему, еще последние извилины выбью, что делать буду? Вздохнув, села обратно, бросая на Саймона хмурые взгляды. И, тем не менее, зерно сомнения уже поселилось в моей душе…

— Да честно говорю, не твой я жених. Я помолвлен еще с детства, чтобы ты знала. Родители дружили, лелеяли мысль, что мы вырастем и поженимся. Ну, мы выросли, особого желания сковать себя узами брака, тем более друг с другом, так и не возникло. Родители не настаивают особо, но нас все устраивает. Меня — никто не лезет с матримониальными планами, а ей — это просто не мешает. Договорились, что если в какой-то момент что-то в личной жизни кого-то из нас изменится, помолвку разорвем. А там, кто знает, может, лет в тридцать-сорок вдруг и решим пожениться, если будем все еще холостыми, — поведал Саймон, на что я скептически прищурилась.

— Очень уж гладко все звучит. И слишком удобно для тебя, — усомнилась я, уже спокойно обедая под выдумки парня.

— Да какой мне резон врать? Ну хочешь, сама у нее спроси. Адрелия не любит обсуждать эту тему, но к тебе тепло относится, прибить не должна, — выпалил он неожиданный факт.

Мне же от столь неожиданных вестей пюрешка не в то горло попала, и я зашлась в надсадном кашле, глядя на парня едва ли не с ужасом. Тот тут же вскочил со своего места с намерением похлопать меня по спине, но я уже сама откашлялась, вовремя остановив его выставленной ладонью. Нет уж, не настолько ему доверяла, особенно сейчас. Такой скорее добьет.

— Твое дурацкое чувство юмора до добра тебя не доведет, — прохрипела я, пытаясь отдышаться.

— А вот тут я не шучу. Ты только представь, что Адрелия сделает с тем, кто использует ее имя в подобной шутке, — резонно заметил он, передернувшись.

— Хм… Ну да, тут ты прав. Реально, что ли, Адрелия твоя невеста? Ошизеть…

Зато в некоторой мере становилось понятно, как воинственная дроу с замашками социопата попала в дружную компанию к Саймону и остальным… Да уж, такую новость хрен переваришь!

— Слушай, ты извини, конечно, но тебя не смущает, что у вас срок жизни малость не совпадает?.. — выдала я абсолютную бестактность, видимо, заразившись от Саймона.

Но в самом деле, пусть маги в этом мире и живут порядка двухсот-трехсот лет, но те же дроу минимум отмотают веков пять, прежде чем начнут стариться.

— Ты всерьез думаешь, что Адрелию в принципе кто-то способен пережить? Меня смущает, что за неосторожно сказанное слово меня втихаря прирежут кинжалом еще на свадьбе, а в остальном — нет, все в порядке, — хмыкнул парень, ничуть не обидевшись. — Ты лучше расскажи, каким-таким образом не в курсе, кто твой жених?

— Да идиотская история, в общем-то. Узнав о помолвке, распсиховалась, не пожелала даже увидеться с этим парнем, заявила, что учиться в аспирантуру пойду. Родители ничего и не говорили. А уже тут узнала, что гипотетический жених здесь же, — вздохнула, чуть поморщившись, и как-то слово за слово поделилась с ним всеми сведениями, что сообщила мне мама.

— Ну вообще, это вполне мог быть твой кошак, — выдал парень, на что я тут же вскинулась. Вот почему именно с него начал, а? Едва заметно усмехнувшись, продолжил. — Твой декан тоже холост, так-то. Да и с отцом твоим мог быть знаком, если уж на то пошло… Лер Натиандриэль, кстати. То-то крутится так возле тебя. А вообще, любой аспирант или молодой препод достаточно аристократического происхождения может оказаться твоим женихом.

— Ну спасибо, помог так помог! — не удержалась я от саркастического замечания, грустно вздохнув.

— Да пожалуйста. Не пойму, чего ты вообще заморачиваешься? Особенно учитывая, что помолвка так и не произошла?

— Я не знаю, кто мой жених, но ему-то известно наверняка. И, выходит, это кто-то знакомый, кто общается со мной, может, каждый день, но притворяется… — начала я тоскливым тоном, но меня перебили.

— Кем? Не твоим женихом? Самой не смешно? Вообще-то нормальные девушки, когда родители сообщают им о возможной помолвке, в первую очередь узнают имя жениха. Если бы у меня сорвалась помолвка с тобой, я бы был уверен, что ты знаешь мое имя. А что не говоришь об этом — ну предпочла остаться друзьями или решила присмотреться вначале, сделать вид, что ничего не было. Чего тогда лезть с подобными разговорами? Ты же отказалась от помолвки. Захочешь — сама заговоришь, — пожал он плечами.

— Эм… А знаешь, это даже звучит разумно… — пробормотала, живо представив себя на месте этого гипотетического жениха.

— Бездна удивления в твоем голосе заставляет мою самооценку плавно опускаться вниз, — заметил боевик.

— Да нет, просто не ожидала настолько логичных выводов от тебя.

— Ауч. Самооценка коснулась пола, — прокомментировал парень, но по его виду совсем не сказать, что та самая самооценка хоть вздрогнула, продолжая дрейфовать где-то меж облаков. — Ладно, с женихом разобрались. А с кошаком у вас что вчера произошло?

Неожиданный вопрос застал меня врасплох.

— С чего ты взял? — ненатурально удивилась я.

— М-м-м… Например, с того, что он не выходил из своей комнаты со вчерашнего дня, — необычайно серьезно произнес парень, глядя мне в глаза.

— Откуда такая информация? — нахмурилась, запоздало вспомнив, что Саймон сосед Андреаса.

— На завтраке его не было. На обеде тоже.

— То, что его не было в столовой, когда сюда пришел ты, еще ничего не означает. Пришел раньше или позже, пока ты был на кафедре, — фыркнула, передернув плечами, но внутри тут же всколыхнулось волнение, которое лишь усилилось от следующей фразы Саймона.

— Я сегодня не ходил на кафедру, работаю над своим проектом дома. И проснулся довольно рано, если бы он выходил — услышал. Думал, на обед притопает, но мы с тобой уже сколько сидим, а он так и не появился… — поморщился он, кивнув в сторону двери, на которую за время разговора действительно нет-нет, но косился. — Да и вчера он выглядел неважно.

— Вчера? Когда? — переспросила поспешно, чувствуя, как бешено колотится сердце. И добавила неуверенно. — Я уходила, все нормально было…

— Ну, тебе виднее, что для него нормально. Я домой только вернулся, вспомнил, что у Ричи хотел взять конспект, вышел из комнаты и в коридоре столкнулся с Андреасом. Он был чем-то очень расстроен… и мокрый.

— Мокрый?

— Угу. В одной рубашке и штанах, без верхней одежды. Такое чувство, что выходил прогуляться по сугробам, освежиться…

— И тебя ничего не смутило?! Ты даже не спросил, что с ним? И сегодня даже не зашел к нему? Да что ты за друг такой?! — вскричала я и, наплевав на все, сорвалась с места и бросилась к выходу из столовой.

Глубоко в душе я понимала, что сейчас неправа, что наорала на Саймона, выплескивая на него охватившее меня беспокойство и злость на саму себя. Нетрудно догадаться, по чьей вине Андреас вчера поздно вечером выбежал на улицу в метель. Но извиниться перед боевиком, в случае чего, еще успею, а сейчас мне во что бы то ни стало нужно было увидеть Андреаса, убедиться, что он просто дальше корпит над расчетами, попросив домового Леоло доставить еду в комнату, как уже когда-то делал.

И я расскажу, как глупо всполошилась из-за неосторожной фразы Саймона, что примчала вот так внезапно посреди рабочего дня, мы вместе посмеемся, а потом наконец-то поговорим нормально обо всем и сразу, вместе разберемся… Лишь бы с ним все было в порядке, а я просто идиотка-паникерша.

— Да откуда мне знать, что с ним что-то не так? — воскликнул Саймон, догнав меня на выходе из столовой, и, несмотря на мой быстрый шаг, почти переходящий в бег, пристроился рядом. — Ну, может, провел тебя до порога, постояли там немного. Ну или просто мысли приводил в порядок после зубодробительных расчетов. А после обеда я и так собирался к нему заглянуть! Да стой, ненормальная, и ты на мороз в одном платье двинуть решила? Нам еще двор пересекать, забыла? Сначала на кафедры за верхней одеждой — и только потом пойдем проведывать хвостатого. Давай, встречаемся в холле через пять минут, не дури.

И, неожиданно, Саймону удалось достучаться до меня и заставить мыслить адекватно. Пора в самом деле заканчивать с импульсивными поступками. Как показывает практика — от этого все равно никому не легче…

Не сказать, что что-то глобально изменилось с того дня. За окном так и гудел периодически ветер, сердито бросая горсти снега в стекло. Во дворе академии так и устраивались снежные баталии, и пару раз, наплевав на все, я даже участвовала в них, заняв устойчивую позицию за выстроенной снежной крепостью, которую укреплял Винсент и которая, подозреваю, и весной не растает. Грымза и Клизма по-прежнему искали малейший повод, чтобы придраться ко мне и наябедничать декану. Которому все так же было все равно. Проект потихоньку делался, учебный план выполнялся, экзамены, после которых должны были начаться каникулы, близились, вводя практически всех студентов в состояние нервной трясучки…

Изменилось лишь одно: я наконец-то стала частью этого мира. Или он стал частью меня, судя по тому обожанию, которое лилось на меня через глаза Андреаса, отзываясь щемящим чувством нежности. Даже Саймон, поначалу делавший вид, что его тошнит от переизбытка приторности в наших отношениях, нередко радостно улыбался, глядя на нас.

И пусть мне все так же временами было тяжело поверить, что у меня ушастый и хвостатый парень, ни разу не возникло чувство фальши или неправильности. Это была именно та реальность, которую я заслужила, и в которой я была счастлива. Лайла так и не принесла мне обещанное ритуальное зелье, но, честно говоря, я и не думала ей напоминать. Может, оно и к лучшему.

К тому же, близился Новый Год, после которого каникулы, которые я решила провести в Академии. Во-первых, потому что решила максимально добить проект по артефакторике, выйдя уже на финишную прямую, и передать его леру Натану, а во-вторых, потому что и Андреас не собирался уезжать куда-либо…

Забавно, кстати, что в этом мире Новый Год отмечали не в январе, а с первым днем весны, начиная отсчет со дня, когда все начинает просыпаться от зимней спячки. Соответственно, экзамены как раз и выпадали на февраль, как и часть каникул и последний бал зимы, устраиваемый Академией для всех учащихся.

— Я влюбился в тебя еще на первом курсе, кстати, — поделился Андреас задумчиво, наблюдая, как я ползаю между пергаментами с расчетами уже по моему проекту и у меня дома.

— М-м-м? — я подняла голову, не сразу уловив смысл его слов, и вынула изо рта карандаш, который машинально туда сунула, пока разглаживала ладонями большой ватман с изображенной схемой потоков. — Что?.. А, влюбился… Я уже смутно помню, что и как было, столько впечатлений разных, ну и…

Чуть смущенно пожала плечами, не вдаваясь в подробности. У Сандры и в самом деле было слишком много впечатлений, а еще, сейчас я уже могла выцепить эти воспоминания наверняка, она в самом деле еще в первую неделю пребывания в Академии увидела старшекурсника Саймона и втюрилась по уши. Но, во-первых, Андреасу это слушать будет неприятно, а во-вторых, меня больно кольнуло пониманием, что влюбился-то нэко как раз в Сандру, не в меня…

— Угу… Был готов на все, чтобы просто посмотрела в мою сторону, даже иногда думал о том, как бы все сложилось, если бы мы были помолвлены, представляешь? А полюбил, когда уже узнал ближе… А точнее, даже могу назвать момент: я только закончил распаковывать чемодан, перебравшись на аспирантский этаж, как раздался стук в дверь. Открываю, а там ты, — негромко рассмеялся он, вспоминая, будто рассказывал какую-то обыденную вещь, а не впервые произнес вслух слова не просто о влюбленности, а именно о любви.

— О… — только и смогла выдавить я, пытаясь спешно подобрать слова.

— Шоколад будешь? Я сейчас приготовлю, — солнечно улыбнулся парень, по-прежнему не придавая ранее сказанному, казалось, никакого значения.

— Д-да, буду, — кивнула несколько заторможенно. Но когда мой котик уже выходил из гостиной, спохватилась и, отбросив сейчас совсем уже неважные чертежи, не заботясь об их сохранности, поспешила за ним.

— Постой. Анд, то, что ты сказал… — начала я, нервно облизнув нижнюю губу.

Но нэко, подавшись ко мне, лишь запечатлел целомудренный поцелуй у меня на лбу, сбивая с мысли.

— Это просто факт. То, что уже есть и что не изменится. Я не жду, что ты мне скажешь нечто подобное в ответ, — пожал плечами он. — Тебе шоколад с корицей?

— Ага… Анд, я… — начала я, намереваясь все же сказать ему важные слова, но почему-то запнулась, замешкалась.

— Не надо. Просто потому, что сказал я — не надо. Пусть никогда их не услышу, но просто в ответ — не нужно, — тихо произнес он серьезным тоном. — Только если в самом деле будешь это чувствовать и будешь уверена, что это именно оно.

— А если бы мы были помолвлены? Тебя бы не волновало, что я так и не сказала этих слов? — внезапно спросила, вспомнив о едва не произошедшей помолвке с неизвестным женихом… Впрочем, почему неизвестным? Кто еще мог обратиться к моим родителям о помолвке, побоявшись сперва заговорить с самой потенциальной невестой? Но я и не сердилась даже за это.

— Я бы любил за двоих. Поверь, моей любви хватит… — все так же светло улыбаясь, словно снова сообщал какой-то непреложный факт.

Как то, что сегодня потеплело и снег потихоньку начал таять. Или что завтра Грымза вновь будет искать повод придраться ко мне, а Клизма начнет визгливо подвякивать, что это за куратор, который не гнушается посещать таверну. Или как то, что мои волосы так и остались разноцветными… Просто факт.

— Сандра? Я еще спросить хотел… — вдруг замялся Андреас чуть позже, когда я, все так же сбитая с толку, сидела на диване, бросая на него взгляды украдкой, и наслаждалась ароматным шоколадом из маленькой беленькой чашечки.

— Да? — немного растерянно подняла голову.

— В Академии через полторы недели будет бал… Ты будешь моей парой на балу?

На несколько мгновений я даже не поняла, о чем он. Ну, то есть, а какие могут быть варианты?

— А есть сомнения? — все же уточнила, глядя на него непонимающе.

— Отправившись на бал вместе, парой, мы всем автоматически заявим о серьезности наших отношений, — чуть смутившись, пояснил парень.

Фыркнув, отставила чашку в сторону и подошла к нэко. Провела ладонью по его волосам, мимоходом слегка почесав за ушком, и, наклонившись к нему, прежде чем поцеловать, прошептала:

— А ты сомневаешься в их серьезности?

— Это значит «да»? — тут же спросил он, как только я прервала поцелуй.

— Я же не на помолвку сейчас соглашаюсь? — шутливо щелкнула его по носу.

— А если бы на нее? — внезапно спросил он, выбив своим вопросом меня из колеи. Что-то у него сегодня что ни фраза, то все в цель.

— Давай я сначала закончу этот учебный год куратором, а там… Там будет видно, к чему мы идем, — подмигнула ему, сказав чистую правду. — Ну и если для тебя так уж важно иметь подтверждение наших отношений, хочешь, познакомлю тебя с родителями? Уверена, ты им понравишься…

К тому же, я им уже успела сообщить, что когда они приедут ко мне забрать на празднование Нового Года домой, мы поужинаем в ресторане вместе с моим несостоявшимся женихом, с которым коварная Вселенная все равно столкнула меня… И в этот раз я действительно была искренне благодарна ей.

Зимне-весенние каникулы, захватившие несколько дней февраля и почти две недели марта, закончились неожиданно быстро. С одной стороны, я успела соскучиться по постоянному шуму и гаму в коридорах и по своим малявкам. А с другой, так хорошо было в тишине заниматься своим проектом, а в перерывах много гулять с моим котиком и по двору Академии, и по улицам пробуждавшегося после зимы города. Наслаждаться каждой минутой, проведенной с Андреасом, убеждаться, что это именно то, чего мне всегда хотелось, мой личный кусочек счастья…

Который, впрочем, никуда не делся, когда нас вновь захватили аспирантско-кураторские будни. Наши открытые отношения ни для кого из наших знакомых не стали откровением. Даже несколько учеников умудрились мне по секрету сказать, что давно знали, что это мой жених. Я уже не стала их разубеждать, что, во-первых, пока не жених, а во-вторых… Да-да, я тоже так думала!

Ожидала, что мне удастся удивить лера Оливера, когда пришла к нему и заявила, что намерена и дальше оставаться куратором детей и на следующий год, а также есть у меня кое-какие наработки по теме «Обучение магически одаренных детей нестандартными методами». Но увы, и тут пролет. Мне почти сразу же подсунули инфосканы с записью некоторых моих занятий, в частности, тем, где я заперла детей каждого на своем месте, объясняя принцип работы комбинирования простейших заклинаний.

— Именно с этого занятия я понял, что эта должность просто создана для вас. Оставалось лишь подождать немного, пока это поймете и вы, — только и сказал он, улыбнувшись.

— Тролля на вас нет… — проворчала я в ответ, но, несмотря на мой усиленно хмурый вид, все равно почему-то было приятно, что в меня верили еще тогда.

— А, кстати, где он?

— У своего хозяина. На прошлой неделе навещала его. Он меня даже узнал, — не удержавшись, похвасталась, вспомнив чуть потолстевшего после зимы Доббишрека-Мортимера, одетого все в ту же самодельную юбочку-килт. По словам его хозяина, он еще зимой жутко нервничал, когда его пытались раздеть, посему махнули рукой и оставили ему в напоминание о днях, проведенных у меня.

Декан лишь вежливо покивал на это, не высказывая особой заинтересованности. Ну и пусть. Главное, что я была окончательно успокоена, что мой троллик таки хорошо живет.

Моя же очередь удивляться настала буквально несколько дней спустя, когда мы в очередной раз собрались все в таверне, но Андреас чуть запаздывал, задержавшись на своей кафедре, и обещал прибежать позже. Орки тоже сегодня отсутствовали, тестируя свою разработку на полигоне, так что мы расположились за своим излюбленным столиком значительно поредевшей компанией.

Адрелия после зимне-весеннего бала, не скрываясь, сидела лишь рядом с Саймоном, впрочем, все так же задумчиво периодически поигрывая кинжалом. Правда, сам боевик и без этого даже не пытался больше ни на кого смотреть… Хоть на его дурацкое чувство юмора это никак и не повлияло. Но тут уж угрожай кинжалом — не угрожай, а Саймона не поменять.

А выбила меня из колеи, неожиданно, Лайла, умостившаяся рядом и с загадочным видом принявшаяся копошиться в своей сумочке.

— Прости, что так долго. У меня с моим проектом что-то все совсем застопорилось, да еще и экзамены, а потом у родни гостила долго, вернулась — снова всего навалилось как-то… — бормотала она, продолжая что-то искать, интригуя все больше.

И наконец-то с невнятным возгласом достала какой-то сиреневый флакончик. Я удивленно приподняла бровь, не понимая, что это и зачем это.

— Забыла, что ли? Сама же просила у меня. Ритуальное зелье астральной проекции. Или уже не нужно? — нахмурилась Лайла.

Но я, вспомнив, что к чему, прежде чем приняла уже какое-то решение, выхватила заветную бутылочку из рук стихийницы.

— Нужно! Спасибо! — выдохнула я, порывисто обняв ее.

— Да не за что. Используй аккуратно. Ну и чем дальше хочешь отправиться, тем больше зелья следует выпить. Но я на всякий случай сделала его концентрированностью посильнее. В идеале, трети флакона хватит, чтобы посетить самую дальнюю точку нашего мира. Действует около часа… — деловито принялась объяснять она, перечисляя все правила безопасности, которые стоило соблюдать, а также возможные побочные действия вроде легкой дезориентации в течение пяти минут после истечения срока действия зелья.

Я внимательно слушала, запоминая и отмечая, что в свое время умудрилась нарушить Сандра. В голове же набатом стучала одна мысль: это мой шанс увидеться с родными, убедиться, что Сандра не испортила мою… вернее, уже свою жизнь, окончательно успокоиться и, попрощавшись с прежней реальностью, вернуться в свою, новую.

Остаток вечера я просидела как на иголках, даже когда вернулся Андреас, отвечала на все вопросы невпопад. Мое солнышко даже заботливо поинтересовалось, все ли в порядке со мной, не заболела ли.

Врать что-либо не хотелось, а признаваться вдруг ни с того ни с сего, что той Сандры, в которую он когда-то влюбился и по которой сох не один год, уже давно тут нет, я все же не видела необходимости. Может, Андреас и поймет, но… От этой информации никому ни холодно ни жарко, она даже ни на что не влияет, учитывая, что полюбил нэко именно меня. Поэтому просто сослалась на необходимость подготовиться к предстоящему занятию с детьми и ушла пораньше.

В частности, это даже не было враньем: мне в самом деле не мешало бы подготовиться, но… Имея в руках флакончик с тем самым зельем, понятное дело, готовиться я как раз и не планировала.

Скрупулёзно выполнив все наставления Лайлы, несколько раз проверила все, чтобы если, не приведи святые силы, Сандра вдруг в этот же момент окажется без сознания или что-то типа того, мы вновь не поменялись телами. Лишь удостоверившись, что покинуть это тело мне не грозит, я, быстренько помолившись всем известным богам моего и этого мира, в несколько глотков опустошила всю бутылочку. Передозировки быть не должно, а мне нужна лишь одна, но меткая попытка. Путь мне предстоял уж точно не близкий.

В первые несколько секунд ничего не произошло, хоть я и лежала так, как сказала Лайла. Уже хотела вскочить, чтобы проверить, тот ли флакончик взяла, как в теле внезапно поселилась небывалая легкость, а я понеслась сквозь бескрайнюю пустоту, которую лишь местами расцвечивали звезды. И вдруг мой полет прекратился. Я оказалась в доме моих мамы и папы.

Все та же гостиная с персикового цвета обоями, разукрашенными странными серебристыми кляксами, которые мама постоянно грозилась содрать и переклеить на нормальные, но они уже лет десять не менялись. Все те же чуть расшатанные стулья с подранной котом Картошкой обивкой. Все те же знакомые родные запахи, от которых что-то аж екнуло в животе, отзываясь. Все те же мама с папой, у которых был их обычный вечер.

Стояла на расстоянии вытянутой руки от них, видела, как мама смешно морщит свой веснушчатый нос, складывая отбивные в пластмассовый лоточек, убирая в него остатки какого-то пиршества со стола. А папа стоит над тарелкой, торопливо дожевывает голубец, как всегда, когда мама начинает собирать со стола.

— Володь, ну в самом деле, будто я отбираю! Весь вечер сидели, ты был неголоден, а сейчас жор проснулся, — всплеснула руками мама, шутливо ругаясь на папу, как сотни раз до этого, на каждой нашей семейной встрече.

— Алин, ну вкусно же. Ты собирать начала, а оно мне так запахло вдруг. Да и я просто голубчик доесть на тарелке решил, и все… А отбивные ты ребятам все положила уже? — папа скорчил просительную рожицу, пытаясь разжалобить маму.

— Чтоб ты потом плакал, что для полного счастья тебе как раз одной отбивнушки и не хватило? Вот, отложила, — фыркнула она, кивнув на стоявшее за графином с компотом блюдо. — Сядь и поешь нормально, ну что ты, в самом деле?

— О-о, моя ты заюшка! Иногда сам себе завидую, как мне повезло с такой женой, — довольно крякнул папа, подмигнув смутившейся мамуле.

Я невольно рассмеялась, чувствуя, как по щекам потекли слезы. Я же просто проекция, они меня даже не видят, разве у меня могут быть слезы? Но это были, скорее, радостные слезы от того, что у моих родных явно все в порядке. Вон, праздновали что-то…

— Мам, да не нужно, ну чего ты. Что мы, отбивнушек с Ромчиком не пожарим? Не надо, — услышала я знакомый голос из кухни.

А в следующий момент на пороге появилась… я. То есть, понимаю, что Сандра. Но в обычной темно-синей футболке с принтом Железного Человека из комиксов и джинсах, да с волосами, небрежно стянутыми в конский хвост, она меньше всего напоминала ту избалованную аристократку, которая с возмущением рассказывала, как убого обставлена ванная парня, чей пес столкнул меня с моста.

— Вот только делать вам больше нечего! Да что я, не понимаю, что ли? Давай-давай, бери… Голубцов положить? — продолжила суетиться мама.

— Мам, ты как всегда… — прошептала я с улыбкой, наблюдая за ней.

А Сандра внезапно вздрогнула, недоуменно завертев головой.

— Что такое, Сашуль? — отреагировал папа, перестав жевать.

— А? Да ничего, просто показалось, — усмехнулась моя копия, немного нервным движением поправив челку правой рукой, на которой блеснуло… обручальное кольцо?!

— Ты когда это замуж успела выйти? — опешила я, не сумев промолчать, хоть и знала, что меня не слышат.

Но Сандра вновь вздрогнула, в ее глазах вдруг отразились недоверие и радость, да и губы так и норовили расползтись в улыбке.

— Я сейчас, — все же сообщила она родителям, выскользнув из комнаты.

Я, заинтригованная, пошла следом за ней в мою бывшую комнату. Где Сандра остановилась вдруг у трюмо, уставившись в свое отражение, упершись обеими руками в столешницу.

— Саш? Ты тут? Скажи что-нибудь? — позвала она неуверенно.

— Что-нибудь, — только и смогла ляпнуть от неожиданности.

— Я не ошиблась! Зелье астральной проекции? — обрадовалась Сандра, аж подпрыгнув на месте.

— Ага… У меня мало времени. Даже не думала, что ты сможешь меня слышать! Что ты, как ты? Где живешь? За кого вышла замуж? Диплом защитила? В аспирантуру пошла? Чем занимаешься? А ученики? А с мамой и папой хорошо все? А мои друзья? — тут же забросала ее вопросами, вне себя от волнения.

Счастливо рассмеявшись, Сандра покачала головой.

— Знала бы ты, насколько рада слышать твой голос! Да знаешь, кажется, именно в этом мире я стала по-настоящему счастливой. Хотя привыкнуть было очень тяжело… Диплом защитила, не волнуйся. Правда, на четверку. Но я честно пыталась. В аспирантуру зато прошла без проблем. Не думала, что мне понравится, но в самом деле интересно. Да и Рома поддерживал всячески… — затараторила она, все так же счастливо улыбаясь.

— Рома? Что за Рома? — нахмурилась я, спешно перебирая в памяти имена всех знакомых, но Ром среди них не было.

— Парень с собакой. Харона помнишь? — улыбнулась она.

— Да его хрен забудешь! Этот Рома? Который меня убил?!

— Ну, ты сама хороша, зачем по тому мосту полезла вообще?.. Ладно, это неважно на самом деле. Ты просто не представляешь, какой он хороший. Внимательный, заботливый, добрый, всегда рядом, а еще рядом с ним так тепло… — она мечтательно зажмурилась и добавила еще одну характеристику, припечатав. — И вообще, ты не представляешь, насколько умопомрачительно вкусный шоколад он готовит!

Я аж закашлялась от неожиданности. Да уж. Стоило Сандре попасть в другой мир, чтобы найти такого же Андреаса… Или же это провидение постаралось, и на самом деле эта версия Андреаса предназначалась мне? Хм…

— И ты прям сразу замуж за него вышла?

— Ну, не сразу, два месяца как женаты. Но да. Чего тянуть, если он тот самый?

— Может, ты и права…

— Учеников я распустила, извини. Все же занятие с детьми — это не мое. Да и времени нет совсем. А друзья после окончания обучения у меня другие. Я побоялась с твоими сходиться, так что тоже прости… Зато с родителями твоими видимся часто, они мне как родные… — она вновь искренне улыбнулась. — А мои? Как они? И как твоя жизнь? Как жених? Кто он, кстати? А то я как-то и не успела узнать…

Усмехнувшись, я поторопилась рассказать ей все о том, как сложилась теперь ее-моя жизнь, немало ее удивив.

— Кто бы только мог подумать… Ты же там счастлива? — спохватилась Сандра с некоторым беспокойством.

— Да, более чем. Говорю же, у меня тут свой «Рома». И, пожалуй, ты права. Чего тянуть? Как только придет время, тоже не мешкая скажу «да». Спасибо тебе за все. И даже за то злосчастное зелье астральной проекции, которое ты приняла неправильно. Будь счастлива. А я еще немного посмотрю на родителей, пока остались последние минутки, — сказала я ей напоследок и выскользнула за дверь, услышав вслед:

— И тебе спасибо. Обязательно буду. Как и ты.

Время, оставшееся после принятия зелья, я в самом деле провела в гостиной, наблюдая за такой уютной суетой родных мне людей, слушая их шутливые перепалки, впитывая эти воспоминания, стараясь отпечатать этот момент навсегда и прощаясь…

Очнувшись в своей кровати ставшего мне уже родным мира, я некоторое время просто лежала, счастливо улыбаясь и пялясь в потолок. Я это сделала. Удостоверилась, что там все хорошо, отпустила их и вернулась обратно. Туда, где отныне мой дом.

И… да, Вселенная, все же спасибо тебе за все, хоть иногда ты и бываешь той еще… м-м-м… ну, пусть будет «жучкой»!