Каждому приходится с чем-то жить.

Мне, например, приходится жить с непослушными вьющимися, цвета сгоревшего тоста волосами. Только представьте: просыпаясь каждый день, выглядеть как Король Лев или тратить несоизмеримое количество карманных денег на средства для волос, которые не действуют. Как те, что стоят под моей раковиной.

Ряд за рядом наполовину пустых контейнеров из-под муссов, гелей и субстанций, делающих волосы послушными, стоят удрученно, как третий состав баскетболистов, которые редко выходят на поле. Дело даже не в этом, я бы справилась с половой тряпкой на голове, правда, если бы только не другая проблема: неконтролируемые путешествия в девятнадцатое столетие. Я никогда не встречала кого-либо с такой же проблемой, что говорит о том, что я — урод. Положительным моментом — как у слепых, у которой сильнее развиваются остальные чувства, чтобы компенсировать недостающее — является то, что я одновременно получила некоторые навыки. Развитый мной инстинкт самосохранения подсказывает, как быстро выкручиваться из сложных ситуаций. Можно сказать, у меня хорошая реакция.

Ну, в общем-то, это положительная сторона.

Была до минувшей секунды.

Я сидела со своей лучшей подругой Люсиндой на скамейке у футбольного поля. Как обычно, мы больше наблюдали за аппетитными игроками, вместо самих тренировок, так как, честно говоря, кого волновала игра? Несмотря на блики заходящего солнца, я увидела бурое пятно, несущееся прямиком ко мне.

Машинально я подпрыгнула, и БАМ, мяч Нейта Маккензи, с автографом прославленного Тома Брэди, оказался в моих руках. Я не могла в это поверить. Я поймала мяч Нейта Маккензи!

Я с опаской подняла голову. Самый симпатичный парень в школе, самый ценный футбольный игрок выпускного класса школы Кембриджа и любовь всей моей жизни неторопливо шел через поле во всем своем великолепии. Он остановился передо мной.

— Отлично сработано, — его твердый мужской голос одурманил меня. Он сказал, что я хорошо поймала. Я не могла шевельнуться и отвести глаз от его лица. То, как на солнце блестел его пот, подчеркивая сильную челюсть и яркие голубые глаза, которые были еще ярче на контрасте с темными, взъерошенными волосами…

— Так я могу получить обратно свой мяч?

Мои руки, липкие от пота, зажали его мяч. Аппарат для передачи сообщений в голове долго искал верный ответ прежде, чем высветить слово «ОШИБКА» красным неоновым шрифтом двенадцатого размера.

— Кейси? — Люсинда толкнула меня в спину. Слегка повернув голову, я увидела выражение ее лица. Унижение. Отдай чертов мяч! Может быть, у меня в мозгу просто аневризма? Я почувствовала слабость, как будто меня начало подташнивать. Я представила, что меня стошнило прямо на ноги Нейта.

Не поверите, но есть некоторые вещи хуже, чем приступ рвоты на глазах у футбольной команды. Волна головокружения грозила смыть меня в черное небытие. Но мне не настолько везло, чтобы просто упасть в обморок. Это происходило. О, нет. Только не здесь. Пожалуйста, только не на глазах у Нейта Маккензи.

В мгновение мир сделался ярким, как ядерный взрыв, когда я проваливалась в длинный белый тоннель. Когда я открыла глаза, он пропал. Нейт исчез, как и Люсинда, как и остальные игроки.

Я была одна посреди цветущего леса всех оттенков зеленого. Мои легкие наполнились сладким запахом незагрязненного воздуха, кожу покалывала теплая влага. Мохнатые и пернатые обитатели леса воодушевленно визжали и щебетали. Я услышала неожиданный шумный свист и хлопок. Мяч Нейта, который был все еще у меня в руках, проткнула стрела. Надо было соображать. Я прыгнула за дерево и спряталась, когда пара детей, возможно десяток или дюжина, галопом прискакали на лошадях.

— Упустили! — поддразнил старший мальчик. Удачливая белка суетилась на дереве, из-под её маленьких лапок вылетали кусочки коры, дождем сыпавшиеся мне на голову. Меня могли убить, или, по крайней мере, серьезно ранить, но все, о чем я могла думать, был футбольный мяч Нейта. Воздух выходил, когда я вытаскивала сделанную вручную стрелу. Я сползла спиной по дереву и тяжело вздохнула.

Автограф Тома Брэди был проколот прямо посередине. Наступая на кусты и расталкивая колючие ветки, я сжимала расплющенный мяч. Почему это произошло на глазах у Нейта Маккензи? Почему? Хватит жалеть себя. Путешествия во времени были моим проклятием. Я была их рабом, потому что не могла решать, когда или перед кем это происходило, и, насколько я знала, от этого не было лекарства. Не то, чтобы мне было у кого об этом спросить. Мне приходилось только выживать, что, к счастью, у меня довольно хорошо получалось.

Скоро я пришла к широкой грунтовой дороге с неровной колеей, будто шрамами от проезжающих повозок и пустыми выбоинами. Я представила их, неприглядно заполненными мутной дождевой водой. На каменном верстовом столбе высотой по пояс, слегка наклоненном, как раненый солдат, было вырезано расстояние до Кембриджа, штат Массачусетс. Хорошо. Я знала, где находилась.

Путешествия во времени, как ожидалось, чреваты затруднениями. Самое первое — что надеть. Точнее — чего не надевать. От синих джинсов и кроссовок необходимо избавиться как можно скорее. Я скользнула обратно в густой лес и продолжила прятаться. Следующий вопрос — еда и питье. Давайте просто признаемся, что уже для того, чтобы решить эти проблемы, нужно стать изобретательным.

Я узнала густую рощу кустов сирени и протиснулась в центр, где показался участок земли поросший буйной травой, как лысина на макушке в обрамлении густых волос у старика. Когда я путешествую — а это началось в девять лет — я всегда оказываюсь в одной и той же местности. По сути, место на планете Земля остается тем же самым — меняется то, что на нем. В будущем здесь будет мой район.

Я подняла копну сухой травы, чтобы открыть глубокую дыру; которую я с гордостью выкопала для себя с помощью одолженной на соседней ферме лопаты. Внутри лежали весь в ржавых пятнах топор, кусочек кремня, крепкая рогатка и две пахнущие мускусом сумки из мешковины, которые я вытащила по очереди. В первой была еда: вяленое мясо, изюм и кувшин с питьевой водой. Я открыла сосуд, глотнула и поморщилась. Вода задохнулась. Во второй сумке была одежда: длинное хлопковое цвета слоновой кости платье с крошечными колокольчиками, вышитыми вручную вразброс, женские сапоги, которые выглядели как коньки для фигурного катания без лезвий, пара штанов, пара мужских сапог (да, мои ноги были достаточно большими, чтобы носить мужские) и кепка. Я одалживала все это во время путешествий и хранила «на будущее».

Низко опустившееся бревно, покрытое зеленым мхом и наполовину выеденное муравьями, служило скамейкой. Я прислонилась к нему, положив мяч Нейта на землю. Я гипнотизирующим взглядом смотрела на него до тех пор, пока мечты не захватили меня. В мечтах я была на футбольном поле в школе Кембриджа. На этот раз я сделала всё правильно.

Нейт говорит «Отлично сработано», в его глазах читается восхищение моими очевидными, хоть до того и скрытыми, спортивными задатками. Я говорю «Спасибо», и улыбаюсь в ответ с уверенностью, мои волосы совершенным образом уложены, а джинсы исключительно хорошо на мне сидят. И, самое важное, я отдаю мяч обратно, как будто приз, и наши пальцы слегка соприкасаются. Нейт бросает мяч и смотрит на меня, чтобы посмотреть наблюдаю ли я все еще за ним.

Я закричала. Голова кораллового аспида скользнула по моей руке. Я вскочила на ноги и изобразила импровизированный танец дождя. Я даже не боялась коралловых аспидов, просто он застал меня врасплох. Мое сердце вернулось к своему нормальному ритму, и я покачала головой, пытаясь, навести порядок в мыслях. Сосредоточься, Кейси. Иногда было сложно разрываться между двумя сумасшедшими мирами. В тот момент было очень неудачное время, чтобы оказаться в моей альтернативной вселенной в 1860 году.

Я надела штаны. К счастью, в мужской моде преобладали мешковатые и свободные фасоны, такие, что не нужно было лёжа на спине сражаться с молнией, которую, впрочем, еще не изобрели. Подняв мяч Нейта, я тщательно запрятала его под рубашку. Я должна была быть уверена, что мяч вернется со мной домой. Он так же помогал достичь второй важной цели, а именно имитировал мальчишескую полноту в талии. Кусок веревки стал удобным поясом.

БАМ. Штанины заканчивались у меня на лодыжках. Ладно, я забыла добавить в список моих несовершенств (хронические дни плохих причесок, путешествия во времени, парализующее увлечение недоступным красавчиком), мой слишком высокий рост. Я была не высокой грациозной моделью с кошачьей походкой или высокой королевой красоты. Я была высокой, как страус. Но без перьев. Длинные руки и ноги с выпирающими коленями и локтями.

Я заправила волосы за уши под кепку. Я не стала заводить привычку наносить макияж, потому что:

а) без него я лучше сливалась с толпой и б) это помогало мне выдавать себя за мальчика, когда я хотела этого. Я потренировалась говорить низким голосом «Привет, меня зовут Кейси».

Я убрала вещи в свой тайник и постаралась скрыть следы своего пребывания там. Я решила направиться на ферму Ватсонов, чтобы узнать, не наймет ли меня снова Вилли Ватсон. Это была грязная работа, коровы, куры и всё такое, но это давало мне возможность заработать немного денег и получить еду. У них была так же тонна детей, и я могла легко в них затеряться.

На главной дороге я повернула на восток к Бостону. Стояла середина осени и листва дрожала на прохладном ветру, от которого моя кожа покрылась пупырышками. Я энергично потерла их своими длинными пальцами. Позади себя я услышала ритмичное цок-цок одной лошади и телеги. Молодой мужчина с копной рыжих кудрявых волос остановился рядом со мной, подняв небольшое облачко пыли. Я узнала его, не смотря на то, что он округлился с нашей последней встречи и щетина оттеняла его лицо. Это был Вилли Ватсон.

— Могу я предложить подвести вас? — сказал он.

Настало время представления. Я понизила голос:

— Вилли?

— Кейси?

— Да, это я.

Он приложил ко лбу руку козырьком, чтобы закрыться от солнца.

— Я едва узнал тебя. Ты стал таким высоким.

— Мне говорили.

— Куда ты направляешься?

Я переминалась с ноги на ногу в мужской, как я надеялась, манере.

— Ну, на самом деле, я думал, что мог бы снова поработать на тебя.

Вилли кивнул.

— Лишние руки всегда пригодятся. Залезай.

Я делила телегу с копной сена и маленькой козой с серой бородой. Вилли щелкнул поводьями и рывок отбросил меня на спину в конец повозки, где я и устроилась до конца поездки. Я была рада, что мне не пришлось долго идти пешком на ферму Ватсонов, но не особенно радовалась, что путешествовала автостопом с козой. Она почувствовала мой дискомфорт и немедленно придвинулась ко мне, чтобы пожевать мою рубашку. Я помахала рукой в воздухе между нами: — Уйди.

Вилли крикнул через плечо:

— Что с тобой случилось? Ты сорвался с места в предыдущий раз, ничего не сказав.

У меня уже была выдумана история:

— Я должен был поехать обратно в Спрингфилд. Семейные дела. Но моя ма только что родила номер тринадцать, поэтому па снова отправил меня работать.

— Ай, я понимаю. Моя мама не выходит из комнат с номером десять.

Я первый раз встретилась с Вилли, когда нам обоим было по двенадцать лет. Он поймал меня, когда я воровала яйца из их курятника. Не самый лучший мой момент, я признаю, но в качестве оправдания могу сказать, что на воровство меня толкнуло отчаяние от того факта, что я восьмой день была в прошлом. До тех пор, путешествия длились до нескольких дней, но в то лето все изменилось. Голодная и паникующая, я думала, что застряла в прошлом навсегда, никогда не вернусь домой, никогда не увижу родителей и младшего брата Тимоти. Я проползла на ближайшую ферму, как лисица на заре.

К счастью, это была ферма Ватсонов, и Ватсоны оказались самыми приятными и добрыми людьми, которых я когда-либо встречала. В любом случае, Вилли поймал меня на месте преступления, так сказать.

— Ты собираешься есть их сырыми? — сказал он. Я об этом не думала. Я пожала плечами, слишком ошарашенная и напуганная, чтобы что-либо сказать. — У нас на кухне есть блинчики, ты можешь зайти позавтракать.

Мысль о том, чтобы есть вместо со всеми Ватсонами была слишком пугающей. Моё лицо, должно быть, выдало меня, поскольку Вилли сказал:

— Это ничего. Я принесу тебе. Жди меня в доке, — я кивнула и в тишине наблюдала, как Вилли собрал яйца, прежде чем уйти.

Я добралась до маленького озера, расположенного посреди фермы Ватсонов, думая, что я или получу самый вкусный завтрак в жизни, или Вилли собирается вернуться с ружьем и отправить меня в тюрьму. Он появился с завтраком.

— Спасибо, — сказала я. Голос Вилли еще не сломался, поэтому он не обратил внимания на мой высокий девчоночий писк. Я съела теплые и липкие блинчики голыми грязными руками. Я пыталась представить, как это выглядело для Вилли. Я не принимала душ десять дней, у меня были грязные волосы и истерика. Как дети в «Повелителе мух» после того, как они провели несколько недель без родителей, которые ими командовали. Он никогда не упоминал о моём рейде в курятник и нанял меня переворачивать сено. Я оставалась в прошлом на протяжении трех недель, и с того момента «правила» моих путешествий изменились. Сейчас я не знала, сколько меня не будет.

Мы провели остаток поездки на ферму в тишине. Ну, кроме козы, которая блеяла и пыталась жевать мои штаны.

Я потерла зад, когда мы прибыли, хотя мы с козой получили удовольствие от поездки по ухабистой дороге.

— Мне пригодилась бы помощь в дойке коров и чистке хлева, — сказал Вилли, указывая на красное, бросающееся в глаза, здание за жилым домом. — Ты можешь спать на чердаке, как в прошлый раз, — добавил он. Я пошла прочь, концентрируясь на своей походке, пытаясь подражать тому, как ходит мой брат. Покачивание бедрами принесло бы мне большие проблемы. В такие моменты, я чувствовала благодарность за свою грудь размером с яйцо. Просто зовите меня Мистер Кейси.

Кто-то наблюдал, как я иду через двор. Конечно, вокруг было много народу, другие работники, дети Ватсонов, игравшие в догонялки, но я почувствовала на себе его глаза. Коббс. Он сейчас был ниже меня, но крепкий, как боксер, с круглым выпирающим пивным животом. Его розовое лицо лоснилось и его темные глаза-бусинки изучали моё тело.

Фу, какой извращенец. Я мальчик, придурок! Или он догадался, что нет? Он помнил меня с предыдущего раза? В любом случае, он был гадким. Я опустила взгляд на землю и продолжала идти подальше от хлева. Удостоверившись, что Коббса не было в поле зрения, я повернула назад и скользнула в хлев, забравшись по лестнице на чердак. Я спряталась в колючей соломе и, хотя только спускались сумерки, сразу же заснула.

Маленький надоедливый комар жужжал рядом с моим лицом и я драматически хлопнула в ладоши. Прокричал петух, и я вздохнула, разочарованная тем, что я все еще была в прошлом. Не то, чтобы я путешествовала ночью. Я никогда не путешествовала во сне. Никогда. Я не знаю, почему. Какой-то закон.

И я была голодна. Лучше пойти подоить нескольких коров и заслужить завтрак. Дюжина коров стояли в ряд. Взяв оловянный подойник и деревянный табурет, я устроилась рядом с Бетси Один. Я звала их всех Бетси: начиная с Бетси Один до Бетси Тринадцать.

Вилли присоединился ко мне:

— Доброе утро, Кейси. — он взял низкий трехногий табурет, как тот, на котором я сидела, и поставил подойник под Бетси Три. Прошло много времени с тех пор, как я доила корову, и честно, я никогда не могла сделать это хорошо. Прежде всего, коровье вымя похоже на короткие скользкие веревки. До них неприятно дотрагиваться. И нужно тянуть их в молокоотдающем ритме. Коровы очень раздражаются, если ты этого не понимаешь.

Вз-з-з, вз-з-з, вз-з-з. Звук молока, брызжущего в металлический подойник. К сожалению, не в мой. Вилли показывал мне.

Я взглянула заглянула через зад Бетси Один, шпионя за олимпийским искусством дойки Вилли. Бетси Один не понравилось, что я смотрю через её зад, и она сильно стукнула меня хвостом. Как будто тебя ударили кнутом, покрытым мехом.

— Ой!

— Ты в порядке, Кейси? — крикнул Вилли.

— Гм, да, в порядке, — я подражала ритму Вилли, раз, два, три, четыре, и, к счастью, молоко стало появляться.

К тому времени, когда я закончила с пятой коровой, а это значило, что Вилли надрал мне зад, подоив восьмерых, мои руки горели и тряслись как сумасшедшие. Мы отнесли ведра в кухню, где младшие дети Ватсонов налили молоко в кувшины, чтобы старшие мальчики могли развезти его по соседям.

Старшая дочь Ватсонов, Сара, наблюдала за этой операцией. Её рыжие волосы были разделены пробором посередине и две косы извивались как рыжие ручки у её лица. Модная, но не очень привлекательная прическа в том столетии, как я рассудила. Казалось, что у неё под юбкой большой абажур, если судить по тому, как она расширялась внизу, и поскольку женщины не носили кринолин, работая дома, я предположила, что она собиралась уехать, увидев меня, она уперла руки в бока.

— Вилли, — позвала она. — Кто у нас здесь?

Она не помнила меня, потому что Вилли и его отец, когда он был дома, занимались наймом работников для фермы. Она, когда её мать была больна или с ребенком, управляла кухней и домашней прислугой.

— Ты помнишь Кейси Донован? Он работал здесь раньше.

— Правда? Я не припомню, — Сара свела брови. Она позвала:

— Дункан, Жозефина, Шарлотта, Эбигейл, Джонатон!

Набор детей с кудрявыми рыжими или темными волосами появился в комнате.

Под управлением крепкой женщины по имени Мисси они перешли к розливу молока в бутылки, стараясь не попадаться на пути юбки Сары с кринолином, чтобы не оказаться сбитыми с ног. Вилли ушел и я повернулась, чтобы последовать за ним, но она откашлялась, останавливая меня. Я ждала, что меня отпустят, но она смотрела мне в глаза. Она сразу перешла к делу. — Сколько тебе лет?

— Гм, почти шестнадцать.

— Ты бреешься, Кейси?

— Гм, — мои руки подпрыгнули к подбородку. — Иногда. Я поздний цветок. Это у нас в крови.

— Я осмелюсь это утверждать. Ты провел всю ночь на чердаке?

— Да.

— Один?

— Я так думаю. Я уснул сразу же по приезду. Я не помню, чтобы видел кого-то еще.

— Какое облегчение, — сказала она.

— Почему это?

Она сняла фартук и разгладила юбку. Потом она посмотрела мне прямо в глаза.

— Потому что, Кейси Донован, я полагаю, что ты такая же девушка, как и я.

Перевод для сайта https://vk-booksource.net

Глава 8

Кровати заскрипели, когда мы сели на них. Мы смотрели друг на друга, сидя напротив в маленькой комнате, словно противники перед первым выстрелом на поле боя. И даже больше. Несмотря на изнурительную прогулку, мешковатые брюки и натянутое выражение лица, Нейт всё ещё был милым. Как я вообще смогу делить одну комнату с Нейтом? Это было так неловко!

— Рассказывай, — сказал он.

— Что ты хочешь от меня услышать?

Его левая бровь медленно поползла вверх.

— Ладно. Я тебе с самого начала говорила, что я путешествую по времени.

— Да, необычное хобби.

— Ты хочешь, чтобы я рассказала или как?

Я приняла его молчание за согласие посмотрела в потемневшие голубые глаза, пристально смотревшие на меня.

— Иногда, я путешествую, но, — я смягчила голос. — Я всегда возвращаюсь назад.

— Обратно в какое время?

— Обратно туда, откуда началось путешествие. Никто даже не замечает, что я отсутствовала.

— Это хорошо. Джессика очень разозлится, если я исчезну, не сказав ни слова.

Я вздрогнула. Гнусная Джессика Фуллер. Я совсем о ней забыла. Одно из хороших особенностей путешествий это то, что я не должна иметь с ней дело. Нейт заметил, что я замолчала.

— Она тебе не нравится?

— Ну и что из того, если нет?

— Да так, не важно. Просто интересуюсь.

— Я ей не нравлюсь.

— Почему ты ей не нравишься?

— Она твоя подружка. Спроси её сам. И на самом деле, раз уж мы здесь уютно устроились, я хочу спросить, что ты нашел в ней?

Он просто пожал плечами.

— Неважно, меня это не волнует. — Я не хотела говорить о ней. Полагаю, что и он тоже.

— Итак, как мы вернемся назад? — спросил он, сделав глубокий вздох.

— Гм, я не знаю, как именно это работает.

От удивления его челюсть упала.

— Ты не знаешь, как это работает?

— Не совсем, это просто происходит.

— Без предупреждения?

— О, нет, у меня есть немного времени на подготовку к возвращению. Когда я путешествую сюда, это всегда происходит неожиданно, я оказываюсь застигнутой врасплох. В противном случае, ну, я была бы здесь без тебя.

Это, казалось, поразило его.

— Как часто это с тобой происходит?

— Когда я была младше, может быть, один, два раза в год, но в последнее время, это набирает обороты. Не знаю, почему. Я думаю, это связано со стрессом.

Медленный танец с Нейтом Маккензи. Хождение на высоких каблуках по полу спортзала под огнями стробоскопа. Быть осмеянной привередливой смазливой, высокомерной рыжей чирлидершей. Медленный танец с Нейтом Маккензи.

Он забросил ноги на койку и лег, положив руки под голову.

— Это как будто научно-фантастический роман. Но круто, когда подумаешь об этом.

Я рада, что он подумал так. Я исследовала наш новый дом. Деревянные полы, две койки с ночным столиком между ними — только свеча и коробок спичек на нем — и большой стол под окном с кувшином и чашей для мытья. Небольшой кирпичный камин был устроен в углу с маленькой кучкой лучин для розжига и штабель дров у стены. Я зажгла свечу, затем перешла через комнату, и деревянный пол поскрипывал под моими ногами. Я налила немного воды в чашу, зачерпнула и плеснула на лицо. Я глубоко вздохнула. Так или иначе, мы переживем это.

Я вернулась на свою койку и позволила себе развалиться. Тело ныло и дрожало от истощения. Нейт повернулся на своей стороне лицом ко мне.

— Сколько тебе было, когда это случилось первый раз?

— Девять.

— Это должно быть было ужасно.

— Так и было, — я рассказала о своем опыте мальчика из книги Джунглей.

— Как долго это длится?

— Иногда это быстро, всего несколько часов, а иногда…

Как и летом, когда я встретила Вилли…

— Иногда… — подсказал Нейт.

— Дольше. Я никогда не знаю. Надеюсь, это будет только пару дней.

— Это происходит еще с кем-то, кого ты знаешь?

— Я не встречала никого. Я знаю признаки, но я не видела доказательств.

— Есть признаки?

— Ну, некоторые. У меня появляются темные круги под глазами, когда я путешествую обратно в свое время, я сбита с толку на некоторое время и действительно, на самом деле уставшая.

Нейт принимал это, закрыв глаза.

— Итак, ты путешественник во времени. Я нет. Как я вернусь обратно?

— Ты должен касаться меня. Кожа к коже. — его глаза были закрыты, но он улыбался. Если бы у меня была запасная подушка, я бы бросила в него. Вместо этого, я слезла со своей койки и направилась наружу.

— Куда ты?

— Туалет.

— Эй, Кейси?

Я остановилась у двери.

— А?

— Что случится, если, ну, знаешь, ты не доберешься до меня вовремя, чтобы коснуться моей кожи?

— Ты останешься здесь, я полагаю.

Мышцы вокруг его глаз напряглись и стали немного выступать под кожей. Я быстро добавила:

— Я вернусь в конце концов, так что ты не останешься здесь навсегда.

— Здорово, — произнес он с сарказмом.

Мне, на самом деле, надо было идти, но теперь я волновалась, что оставляю его одного. Что если это случится, когда мы будем порознь? Я вернусь на танцы, а Нейт исчезнет. Для всех остальных, он просто «хлоп» и растворится в воздухе. Как я смогу это объяснить? Это будет ужасно. Я решила сделать поход в туалет очень быстрым.

Когда я вернулась, Нейт выходил из домика.

— Просто иди по тропинке в траве, — прокричала я ему вслед. — И задуй свечу, когда будешь уходить.

Я смотрела на его спину, когда он вышел из домика, всё ещё не веря, что я находилась здесь с Нейтом Маккензи, и что мы собирались лечь спать в одной комнате. Боже мой. Лучше не думать об этом слишком много. К счастью, я быстро уснула проснулась не раньше, чем раздался скребущий нервы крик петуха на рассвете.

Две пары ботинок стояли снаружи нашего домика. Ватсоны могли быть кем угодно, но они были наблюдательными. Вилли появился на пороге, чтобы показать Нейту ферму. Я отвела его в сторонку до того, как они ушли.

— Вилли, я не осуждаю тебя за то, что ты зол на меня.

— Я признаю, что мне было обидно, Кейси, гм, Кассандра. Мужчинам не нравится быть в дураках. Но после того, как я немного поразмыслил об этом, я понял, что ты сделала это лишь для того, чтобы защитить себя. Я не знаю, почему твой отец или твои братья позволили тебе быть самостоятельной, и не мне осуждать их за это. Но я понимаю, что для тебя, как для девушки, путешествовать одной рискованно.

— Так, мы всё ещё друзья? — с надеждой спросила я.

Он улыбнулся.

— Друзья.

Мы совершили некий странный танец под названием должны-ли-мы-пожать-руки-или-обняться (я, к примеру, избегала пожатий голыми руками, когда это было возможно), затем я схватила его и быстро платонически его обняла. Я направилась к дому, чтобы помочь с приготовлением завтрака. Моим первым заданием было сходить на улицу и принести ведро воды из колонки. Из-за отсутствия крана мне пришлось, прикладывая усилия, самой качать ручку, чтобы вода текла в ведро.

Вернувшись на кухню, я сварила большой горшок каши. В то время, когда я брала воду, на кухню вошёл гость. Сара представила его мне как Самюэля Джонса. Похоже, ему было около двадцати, и взгляд у него был такой же безумно-голодный, как и у меня с Нейтом, когда мы прибыли. И он был чёрным. Ничего особенно, в стране, где президент афроамериканец, но в 1860 году это был спорный вопрос, грозящий перерасти в гражданскую войну.

Нейт, Вилли и Коббс показались на кухне чуть позже, и Сара снова всем его представила. Коббс что-то проворчал и сел.

— Привет, — сказал Нейт Самюэлю. — Как дела?

— Теперь хорошо, — ответил Самюэль. — Здесь пахнет, как в раю.

Сара позвала детей и поставила горшок с кашей на стол. Все мы положили себе щедрые порции.

— Ну так, Сэм. — сказал Нейт, — Ты здесь надолго? Я бы предложил тебе переночевать со мной в домике, но моя сестра, — он послал мне ухмылку, — Занимает всё место.

Он разговаривал с Самюэлем с такой же фамильярностью, как и со своим другом Тайсоном. Я не знала, замечал ли он ошеломленные лица наших хозяев и самого Самюэля. Просто белые люди здесь разговаривают подобным образом с теми, кто не был белым. Я повернулась к Нейту и послала ему мой самый выразительный взгляд говорящий «заткнись».

— Ничего страшного, — тихо ответил Самюэль. — Я ненадолго.

— Самюэль недавно вернулся с юга, — перевела разговор Сара.

Ах, возможно, он был сбежавшим рабом? У него было симпатичное лицо, он был сильным, но уязвимым. Я стала волноваться за него.

— Он будет здесь в безопасности, — осмелилась произнести я. — В свободном штате Массачусетс.

Наступила многозначительная пауза. Неужели я сказала что-то, что не должна была произносить?

— Всё верно, — ответил Вилли, — Но не забывай о Законе О Беглых Рабах.

Конечно же. Глупая, я же знаю об этом.

— Я жду своего младшего брата Иона, — сказал Самюэль. — Затем мы отправимся в Канаду.

— Ох, — сказал Нейт. — Я из Канады.

Ну почему, почему он просто не мог держать рот закрытым?

— На самом деле? — Спросил Вилли. — Я думал, что вы из Спрингфилда.

— Да, — встряла я, — Натаниель имеет ввиду нашу бабушку по материнской линии, которая была родом из Канады. Мы никогда там не были.

Я схватила коричневый сахар.

— Кому-нибудь сахара? — Сара налила кофе и мы продолжили вести обычную беседу. Самюэль и Нейт ушли в амбар, а я убрала посуду. Это заняло вечность. Опять мне пришлось сходить за водой на улицу и притащить её на кухню, затем нагреть на плите, прежде чем наполнить раковину.

Когда я, наконец, вымыла последнюю миску, вытерла её насухо и отставила в сторону, меня окликнула Сара.

— Матушке сегодня лучше, и она хотела бы провести время в гостиной. Мне потребуется твоя помощь, чтобы помочь ей спуститься по лестнице.

— Конечно, — в последний раз, когда я видела Мисс Ватсон, после чего прошло некоторое время, она командовала на кухне, полностью вжившись в роль, которую теперь играла Сара. Сейчас она была маленькой и худой, словно скелет в юбке. Несмотря на торчащий живот, Мисс Ватсон все ещё была худышкой. Её темные волосы, прорезанные сединой, были собраны сзади в пучок. Кожа её лица была обвисшей с глубокими морщинами на лбу. Для меня она выглядела чересчур старой, чтобы иметь детей, но что я понимала?

Гостиная была тепло оформлена, на стенах висели полки с книгами, а на красочном ковре красовался набор кресел с высокой спинкой. Мы с Сарой усадили её в одно из ближайших к массивному каменному камину кресел. Огонь горел мягко, иногда потрескивая, вся комната словно сошла с рождественской открытки.

— Спасибо тебе, Сара и…

— Это Кассандра, Матушка, — ответила Сара. — Это новая девушка, я тебе о ней говорила.

— Да, что ж, спасибо тебе, Кассандра, за помощь моей дорогой Саре. Я, право, не знаю, чтобы без неё делала.

— Что ж, не будем сегодня беспокоиться по этому поводу. — Сара обернула шаль вокруг плеч матери.

— Спорю, вы будете рады, когда Мистер Ватсон вернётся, — сказала я.

— Ах, он не сможет вернуться, чтобы присутствовать при появлении этого малыша на свет, — сказала Мисс Ватсон. — Потребуется много недель на поездку в Лондон и обратно.

Мистер Ватсон не планировал присутствовать при рождении его собственного ребёнка? Полагаю, десятый по счёту ребёнок не был достаточно веским поводом для празднования.

Сразу после этого, я помогла Саре с консервированием овощей на зиму. Затем я приготовила ужин. И снова помыла посуду. По крайней мере, младшие девочки помогали с этим, хотя иногда казалось, что лучше бы они этого не делали.

Прежде чем вернуться в домик, я нашла моток бечёвки и лишнюю простыню. Идея вертелась у меня в голове весь день, и я сразу же приступила к её воплощению. Я натянула бечёвку от передней до задней стены домика, и прищепками для белья прикрепила простыню к ней, тем самым разделяя комнату. Я не была сестрой Нейта, и у меня не было в планах позволять ему видеть то, что ему не принадлежало.

Так и прошёл наш первый день, затем прошёл и второй. На третий день, я взяла Нейта и совершила секретную вылазку в рощу, чтобы пополнить запасы в тайнике. Имея подходящую обувь, мы были пропали с фермы всего лишь на час. Нейт понял, что я должна подготовиться к следующему возвращению и, опять же, даже долгая прогулка была отдыхом от работы. К четвёртому дню, моя спина горела и я бы всё отдала за горячую ванну. Нейт ходил, словно старик. Не важно, что он был спортсменом в супер-отличной форме, это не очень помогало подготовиться к суровой и изнурительной работе. Нейт появился в конце дня, как только я зажгла свечу, и рухнул на свою койку.

— Я думал, ты сказала пару дней, — пробормотал он.

— Ну, — сказала я со своей стороны простыни. — Обычно это так. Я уверена, что скоро буду кричать твое имя.

Я пообещала ему, что прибегу к сараю, зовя его имя, когда почувствую начало путешествия.

— Тебе лучше быть готовым, — сказала я, снимая своей рабочее платье. — Мы собираемся встретиться с Робертом Виллингсвортом в Бостоне. Наконец-то мы будем делать что-то поинтереснее.

— Ты знаешь, что я вижу твой силуэт, когда свеча горит.

— Что! — Я схватила выходное платье, которое Сара одолжила мне и прикрыла себя. — Закрой глаза! — я услышала его смешок. — Заткнись! — Мне очень хотелось бросить в него чем-нибудь. Я была очень аккуратна, когда выбирала простыню, убедившись, что там нет никаких дыр. Никаких подглядываний. Однако, я не учла, что отбрасывала тень.

— Будь джентльменом и отвернись.

— А если я не буду? — в его голосе была раздражающая напевность, которую я когда-то находила забавной.

— Если ты не сделаешь, я… я скажу Джессике!

Дразня меня, он сказал:

— Какая Джессика?

— Твоя девушка.

— О, она. Без паники. Я уже десять минут назад отвернулся.

Хм. Я скользнула в платье, благодарная, что кнопки были спереди, и потом натянула социально требуемый, но смешной кринолин. Я думала о том, чтобы попросить Сару помочь мне с прической, и вышла из хижины, и прикрыв уши, чтобы не слышать смех Нейта.

Мы заняли одну из карет, принадлежащих Ватсонам.

— Нам нужны обе, — объяснила Сара, — чтобы доставлять все семейство Ватсонов в церковь по воскресеньям.

Нейт вытаращил глаза в окно. Мне пришлось пихнуть его локтем и шепнуть: «Прикрой рот». Я вспомнила, как увидела это впервые, Бостон без автомобилей уличных фонарей, костюмы, как из фильмов, множество лошадей и черные или ирландцы, толкающие тачки и выгребающие навоз. Все современные здания, и стекло, и стальные небоскребы, такие, как Башня Джона Хэнкока, зажатая рядом со старыми каменными постройками на Шоссе Свободы, исчезли.

Двери ирландского паба распахнулись, когда мы цокали мимо. Коббс вылетел на улицу как раз вовремя, чтобы увидеть меня, уставившуюся в окно кареты. Он льстиво ухмыльнулся и салютовал.

— Мне не нравится этот парень, — прошептал Нейт.

— Думаю, он не хотел к нам сегодня присоединяться.

Когда мы достигли места назначения, уже стемнело. Тусклый свет масляных ламп позволял прочитать надпись на здании «Отель Соединенных Штатов». Нейт удивил меня, подав мне руку, чтобы помочь выйти из кареты. Он был одет в позаимствованный жилет, свою белую рубашку, подтяжки, ботинки и пальто. Я почти перестала его ненавидеть в эту минуту.

Отель Соединенных Штатов оказался тщательно продуманной кирпичной постройкой на углу улиц Пляжной, Линкольна и Кингстон, и в 1860 году это был самый большой отель в стране. Он возвышался на три этажа и занимал три квартала. Сара и Вилли поприветствовали швейцара.

— Его нет в наше время? — указал Нейт на очевидный факт.

Я покачала головой.

— Теперь здесь китайский квартал.

На каменной мостовой кипела суматоха. Другие кареты проезжали или останавливались перед отелем. Лошади цокали копытами под всадниками среди лавины пешеходов. На другой стороне улицы тихо стояла группа темнокожих мужчин. Они держали плакат «Отмените закон о беглых рабах»

Я заметила Самюэля Джонса. Он слегка кивнул головой, приветствуя меня. Швейцар открыл для нас дверь и портье провел нас в большой зал. Это было политическое собрание, ключевой темой которого было обсуждение насущных вопросов о рабстве и правах штатов.

Нейт тихо сказал мне на ухо:

— Мы увидим Линкольна?

— Нет, но если ты посмотришь направо, то увидишь Ральфа Вардо Эмерсона, который сидит рядом с Натаниелем Готорном.

— Ах, писатель, — добавил он, подражая Саре.

Сара увидела Роберта Виллинсворта и подошла к нему. Искорка в её глазах все мне сказала — она была влюблена. К несчастью, Роберт смотрел через её голову. На меня. Этикет требовал, чтобы он побеседовал с ней, но после вежливых вопросов о здоровье и семье, он пошел в моем направлении.

— Мисс Донован! — он схватил меня за руку, к счастью, Сара одолжила мне пару белых перчаток, и грациозно поцеловал её. — Что, во имя всего святого, случилось с вами в Фанел-Холле? Вы просто растворились в воздухе!

Глаза Нейта сверкнули весельем, и он прикусил губу, чтобы не рассмеяться. Я хотела пнуть его в лодыжку.

— Да. Мне пришлось внезапно уехать. Посыльный принес новость о том, что моя мать очень больна и я немедленно поспешила домой.

— Как прискорбно это слышать.

Сара, следовавшая за Робертом с померкшим взглядом, добавила:

— Но она вернулась с братом.

— Ах, да, — я неловко их представила: — Роберт, познакомьтесь с моим, гм, братом, Натаниэлем.

— Мистер Донован, — сказал Роберт, протягивая руку. — Рад с вами познакомиться.

Мистер Донован? Теперь настал мой черед прикусить губу. Мы выбрали стол и начали рассаживаться. Казалось, Роберт намерен сесть рядом со мной, я нашла это раздражающим. Нейт занял место с другой стороны.

— Ты ему так нравишься, — прошептал Нейт. Его глаза расширились, когда он это говорил. Он был удивлен тем, что я могу привлечь внимание мужчины?

— Ш-ш-ш!

— Я слышал, что если Линкольн победит, южным штатам угрожает вторжение, — сказал Вилли.

Благодарная за смену темы, я сказала:

— Всё настолько плохо? — конечно, я знала, что так и было.

— Кажется, что да, — сказал Роберт. Есть слухи об отдельном союзе. Конфедерации.

— Это так страшно, — сказала Сара. — То, что они используют людей как животных.

— Что ж, — сказал Роберт, — в этом можно винить север.

— Как так? — спросил Нейт, и я предупреждающе подняла бровь. Не играй с историей, приятель.

Вилли ответил:

— Промышленное превосходство северных штатов, особенно в случае фабрик, прядущих хлопок и ткущих ткани, создали огромную потребность в сырье.

— Единственный способ соответствовать требованиям рынка, это увеличить количество рабочей силы, таким образом, создается необходимость в рабах, — добавил Роберт.

— Разве нельзя достичь того же, нанимая свободных людей? — сказал Нейт, улыбка сошла с его лица. — Черных или нет?

— Мы говорим о необходимости в огромном количестве рабочей силы, которую невозможно найти, не говоря уже о вековых традициях.

Я протянула руку под стол и взяла ладонь Нейта, мягко сжав её. Он поймал мой взгляд и понял. Мы не могли вмешиваться. Вдобавок, мне было приятно держать его за руку.

— Разве ваша семья не держит хлопковую плантацию в Вирджинии, Роберт? — сказал Вилли. Настроение за столом испортилось.

— Разумеется, — сказал Роберт.

— Сколько рабов требуется, чтобы справляться с ней? — спросила Сара.

— Мой дядя владеет шестьюдесятью.

С губ Сары сорвался тихий вскрик. Я напряглась, и увидела, как нахмурился Нейт. Было очевидно, что ему тоже не понравилось услышанное.

— Но я не мой дядя. Давайте проясним это.

К счастью, беседа прервалась из-за прибытия докладчика. Хозяин вечера потребовал внимания.

— Разрешите вам представить Сенатора Чарльза Самнера.

Публика встала и громко начала аплодировать, в то время как джентльмен, одетый в твидовый жакет осторожно прошел к помосту, припадая на одну ногу и опираясь на деревянную трость. Я наклонилась к Нейту.

— Он однажды произносил речь против рабства, которая называлась «Преступление против Канзаса». Конгрессмен из Южной Каролины бил Самнера его собственной тростью до тех пор, пока тот не потерял сознание. Ты можешь в это поверить? Поэтому он сейчас хромает.

Нейт помотал головой. Я продолжила:

— Это избиение стало для севера символом южной жестокости. Я уверена, мы услышим сегодня об этом.

Нейт усмехнулся:

— Откуда ты обо всем этом знаешь?

— Я же тебе говорила, История Америки — это мой любимый предмет.

Аплодисменты стихли и все вернулись на свои места. Предвкушение толпой будущей речи было очевидным. Чарльз Самнер не разочаровал бы их. Он прочистил горло и начал:

— Цитируя Ральфа Валдо Эмерсона, который, как я вижу, почтил нас сегодня своим присутствием, «Всякий несправедливый закон означает, что его нужно разрушить»…

После лекции начал играть квартет.

— Что сейчас происходит? — спросила я.

Сара хлопнула в ладоши.

— Танцы.

Танцы?

Вилли пригласил меня на первый.

— Ты восхитительно выглядишь, Кассандра — сказал он с большой ухмылкой. — Но должен признать, я чувствую себя так, словно танцую с братом.

Я игриво шлепнула его. Он продолжил:

— Однако я хочу сказать, что всегда думал, что Кейси, немного женское имя.

— Я знала, что рано или поздно мой маскарад разоблачат.

— Поэтому на этот раз ты привела брата?

Эй, отличная мысль.

— Именно поэтому.

— Хорошо, что я был добр с тобой. Я не смог бы вынести чувства вины, если бы побил девочку.

Я посмотрела на него снизу вверх, внезапно охваченная желанием задать вопрос, который уже долгое время меня мучил.

— Почему вы так добры к нам? Ты и твоя семья? Мы работаем на вас, но вы обращаетесь с нами как с равными.

— Ах, что ж, во-первых, Книга Добра учит нас что все мужчины и женщины созданы равными, даже те, которые приходят и уходят без объяснений.

— Откуда вы знаете, что мы не хотим причинить вам вред?

— Я полагаю, что если бы ты хотела, ты бы уже это сделала. Осуждать, не наше дело. Кроме того, нам говорили, что помогая незнакомцам, мы сами того не зная, можем помогать ангелам, — он усмехнулся. — Ты ангел?

Я громко рассмеялась.

— Едва ли.

Немного погодя я отдала Вилли его поклонницам, но мне не пришлось долго ждать прежде, чем до меня добрался Роберт. Я позволила ему отвести меня на танцпол, но успела бросить умоляющий взгляд в сторону Нейта. Кроме того, я не очень хорошо умела танцевать. Одно дело изображать это с Вилли, но другое дело с такими, как Роберт Виллигнсворт.

— Вы очаровательны, как всегда, мисс Донован, — он деликатно держал меня за талию, кружа по паркету. — Могу ли я называть вас Кассандрой?

Гм. Я действительно хотела избежать ненужного панибратства, но казалось, ответить нет, было бы грубо.

— Можете, мистер Виллингсворт.

— А вы можете называть меня Роберт, — Роберт, казалось, намеревался пылко смотреть мне в глаза в течение всего танца. Я ответила тем, что смотрела через его плечо, сглатывая. Я не привыкла к неприкрытому обожанию.

Вилли не терял времени и пригласил симпатичную блондинку на танец и подмигнул мне, оказавшись рядом с нами. Нейт и Сара сидели за столом одни. Поймав взгляд Нейта, я попыталась намекнуть, чтобы он пригласил её на танец. Удивительно, но он послушался, хотя, я догадывалась, что как и для меня, бальные танцы были чужеродным спортом для него. Как только они оказались на паркете, я указала на них. Может быть, Роберту стоило увидеть Сару с кем-то еще, чтобы он понял, что упускает.

— Смотрите, Роберт. Разве Нейт и Сара не превосходно смотрятся вместе? — он что-то пробормотал. Увлекшись, я продолжала: — Сара, она удивительная. Вы были бы очарованы тем, как прекрасно она справляется с большим хозяйством. Я бы умерла, если бы мне пришлось делать всю ту работу, что выпадает на её долю, когда её мать на постельном режиме. Все эти дети. Однажды она станет прекрасной женой какому-нибудь удачливому мужчине.

Намёк, намёк, намёк.

— Безусловно, — он многозначительно посмотрел на меня. — Так же, как и вы.

Ой! В эту минуту очень вовремя вмешался Нейт.

— Вы не будете возражать, если сделаю круг с сестрой?

Сделаю круг? Он быстро научился говорить на языке девятнадцатого века.

— Конечно, — сказал Роберт с едва прикрытым раздражением, но великодушно предложил руку Саре.

— Спасибо, — сказала я, оказавшись в руках Нейта.

— Ты выглядела так, словно тебе неловко.

— Именно, — я улыбнулась ему снизу вверх.

— Именно, — он улыбнулся в ответ. — Знаешь, ты удивляешь меня, Кейси.

— О чем ты говоришь?

— Ты совсем не такая, как я думал.

— Что ты думал?

— Не знаю, тихая, скучная, невдохновлённая.

Я могла смириться с тихой. Скучная? Невдохновлённая? Это было неприятно.

— А сейчас? — спросила я, очень заинтересованная ответом.

— Очевидно, противоположное, — уголки его рта немного поднялись. Мой живот наполнился счастьем.

— Ты неплохо танцуешь, — сказала я, немного помолчав.

— Разве не так всё началось?

— Что ты имеешь в виду?

— С танца. Так мы оказались здесь. Вместе.

Ох.

— Мы вернемся обратно, Нейт. Я не знаю, почему это так долго, но мы вернемся.

Признание Нейт был опьяняющим. Будучи так близко к нему, его рука в моей, мои колени подгибались. А то, как он смотрел на меня?

— Роберт и Сара наблюдают за нами, — напомнила я. — Помни, мы брат и сестра.

Что-то между нами изменилось. Между нами пробежала искра и я знала, что он тоже это почувствовал. Я должна была бы радоваться, но я знала, что между нами здесь ничего не может произойти, потому что если выяснилось бы, что мы не брат и сестра, мы попали бы в большие неприятности, потому что жили в одной комнате.

Также, я была уверена в том, что когда мы вернемся домой, всё опять станет по-прежнему. Я буду проводить время с Люсиндой, а он вернется к своему футболу и Джессике. И, прежде всего, я не могла забыть то, почему он здесь со мной.

— Как думаешь, твои приятели хорошо посмеялись?

— Что?

О, как быстро они забывают.

— Спор.

Нейт опустил голову.

— Я сожалею только о том, что мне нужен был спор, чтобы потанцевать с тобой…

Оборона! Оборона! Это была самая милая вещь, которую парень когда-либо мне говорил. Еще больше причин переключиться в режим самосохранения.

— Давай не будем еще больше усложнять положение.

Его спина напряглась.

— Мы этим занимаемся? — Всё усложняем? — ляпнула я. — Я не могу себе представить более сложного положения.

Когда квартет объявил, что они собираются сыграть последний танец, наш столик приготовился уйти. Нейт помог мне с шалью прежде, чем Роберт смог до неё добраться. Сара и Вилли прощались с друзьями.

Роберт подошел ко мне.

— Моя дорогая Кассандра. Я надеюсь вскоре снова вас увидеть. Возможно, я могу нанести визит семейству Ватсонов и застану вас там?

Он приглашает меня на свидание? Я украдкой взглянула на Нейта и увидела, что он хмурится. Очень по-братски.

— Полагаю, что да.

Я волновалась и не хотела быть грубой.

— Но мы с Натаниэлем не знаем, как долго пробудем здесь.

Вмешался Нейт.

— Мы приехали ненадолго.

Как раз в то мгновение, когда мы подошли к парадной двери, кто-то вбежал внутрь с криками «Драка! Драка! Южане начали драку!». Снаружи мы наткнулись на ужасную сцену, перебранка переросла в драку. Масляные фонари не давали яркого света, но стояла полная луна. Примерно дюжина людей участвовали в потасовке.

— Вилли! — закричала Сара. — Иди за каретой.

— О нет! — я схватила за руку Нейта. — Смотри!

В стычке был Самюэль Джонс.

— Самюэль! — закричала я. — Самюэль!

На секунду он обернулся ко мне. Его глаза были огромными от страха, по лицу текла кровь. Потом он пропал.

И Нейт тоже. Я развернулась и его знакомого силуэта не было видно ни рядом со мной, ни сзади. Потом я мельком увидела его в потасовке. Его было сложно не заметить, потому что он был единственным высоким белым парнем.

— Нейт! Ты сошел с ума? — я не могла этому поверить. — Нейт! Прекрати!

У меня не было выбора, только побежать в гущу людей за ним. Я пробивалась через мускулистые потные тела, это было непросто в моей юбке с кринолином. Я умудрилась схватить Нейта за рукав и сильно потянула.

— Нейт! Прекрати сейчас же! Это НЕ твоя драка!

Может быть и нет, но парни в толпе этого не знали. Я отвлекла Нейта и один из мужчин получил возможность ударить Нейта в живот. Он согнулся и застонал.

— Нейт! — не смотря на мою юбку с кольцами, вздымавшуюся к небу, я тащила его из толпы, почти выбравшись на свободу, когда моя голова взорвалась. Мой щека встретилась с чьим-то локтем. Сумасшедшая пульсирующая боль последовала за теплой и мягкой темнотой и оглушила меня, мои глаза наполнились слезами.

Я услышала зовущий голос Вилли:

— Кассандра! Натаниель! — я почувствовала его руку в своей и он провел меня и Нейта обратно к карете. — Ты ранена, — сказал он.

— Со мной будет всё в порядке, — я чувствовала себя так, словно меня скоро стошнит.

Нейт держался за живот и восстановил дыхание. Он нагнулся, чтобы обследовать моё лицо.

— Кожа не рассечена, но будет синяк.

Прибыла полиция с дубинками в руках и начала стучать ими по спинам парней из толпы.

— Залезайте в карету! — Сара высунула голову из окна. Нейт помог мне и Вилли прыгнул вперёд, щелкая поводьями. Внезапный рывок отбросил меня на Нейта. У меня не было сил, чтобы отстраниться. Казалось, Нейт не возражал. На самом деле он даже обхватил меня рукой. Конечно, в братской манере.

— Надеюсь, с Самюэлем всё в порядке, — сказала Сара, держа платок у лица. Она побелела как лист бумаги и очевидно была в шоке. Губы Нейта сдались в твердую линию, в его глазах сверкал гнев. Остаток поездки прошел без разговоров, мы были слишком расстроены, чтобы вести беседу. По возвращении Сара предложила осмотреть мою щеку. Я просто хотела побыть одна.

— Со мной будет всё в порядке, Сара. Я приложу холодную ткань к щеке в домике, — она с Вилли обеспокоенно смотрели вслед нам с Нейтом.

Оказавшись в нашем домике, Нейт разжег огонь, чтобы прогнать холод.

— Это действительно отстойно, — сказал он.

Я налила холодной воды из кувшина в чашу и погрузила в неё кусочек тряпки. Слегка отжав, я приложила её к щеке. Нейт увидел, как я сморщилась.

— Кейси, прости меня.

— Это не твоя вина.

— Я не должен был вмешиваться. Я не думал. Я здесь действительно не в своей стихии.

Правда. Он не был путешественником и это было не его время. Я должна была отправить его обратно, и потом каким-то образом забыть об этом волшебном времени, которое мы провели вместе. Укрывшись за простынёй, я сняла юбку с кольцами, но оставила платье. Я залезла под одеяло в изнеможении. Пульсация в щеке уменьшилась, но сон ускользал от меня. Я ворочалась и металась, не в силах призвать сон. Мне нужна была эмоциональная разрядка от увиденного этим вечером. Вдобавок, работать на следующий день, не получив хорошего отдыха, было бы непросто. Я не спала, когда ночное небо просветлело и прокричал петух. Ух. Как я должна буду пережить этот день? Я услышала, как Нейт что-то пробормотал, простонал и отбросил одеяла. Он зевнул и развёл огонь. Я плеснула в лицо холодной водой, жжение на щеке напомнило мне и предыдущем вечере. Мой желудок перевернулся, сначала от мысли, что у Самюэля могут быть неприятности и потом от того, что я была уверена, что Нейт ждет не дождется той минуты, когда избавится от этого всего. От этого и от меня.

Повинуясь зову природы, я открыла дверь, чтобы выйти наружу, но отпрыгнула обратно, подавив вскрик. Самюэль провел ночь, прислонившись к нашей двери. ¶— Извините, что напугал вас, мисс Кассандра, — сказал он грубым и хриплым голосом. Его левый глаз заплыл и почти не открывался, а его губа была рассечена и покрыта засохшей кровью.

— Самюэль, заходите согреться, — Нейт подпрыгнул, услышал голос Самюэля, и помог ему забраться внутрь, проведя его к стулу рядом с кроватью. По тому, как сузились глаза Нейта и напряглась его челюсть, я догадывалась, что следы побоев на лице Самюэля разожгли в нем гнев. Я намочила тряпку водой из чаши и подала ему, он прижал её к губе.

— Что вы делали у нас под дверью, Самюэль?

— Мне действительно жаль вас беспокоить. Я хотел уйти прежде, чем вы встанете. Ваша дверь стоит против ветра.

— Но почему вы не спали на чердаке? — там он обычно проводил ночь.

— Коббс не любит черных. Мне возможно не стоило возвращаться, но Ватсоны хорошие люди, и мне пока больше некуда пойти.

— Что случилось прошлым вечером, Самюэль? — спросил Нейт.

— Охотники на рабов с юга. Они преследуют сбежавших рабов.

Самюэль смыл кровь со рта и я дала ему стакан воды.

— Я думала, вы направляетесь в Канаду. Там вы будете в безопасности.

Он проглотил воду и промямлил, вытирая лицо рукавом.

— Гм, ну, я жду своего брата.

— Ты не должен терять времени и уехать, — сказала я. Ватсоны помогут Ионе, когда он доберется сюда. Это слишком опасно для тебя.

— Вы можете остаться в нашем домике, Самюэль, — сказал Нейт. Отдохните. Мы скажем Ватсонам, что вы здесь.

— Благодарю вас. Вы слишком добры.

Мы почти добрались до дома. Я почувствовала головокружение и заметила боковым зрением Коббса. Я схватила руку Нейта и отчаянно потащила его за стог сена, в это же мгновение мы оба провалились в яркий белый свет. Я надеялась, что Коббс не видел, как мы растворились в воздухе.

Перевод для сайта https://vk-booksource.net

Глава 15

Я не понимала, почему он так рассердился. Неужели его это волновало? Когда мы, наконец, остались одни в домике, Нейт рявкнул:

— О чём вообще ты думала?

— Не похоже, чтобы я сказала «да».

Нейт вышагивал по нашей маленькой комнате, запустив руки в волосы, и резко фыркал через нос.

— Все смотрели на меня. Вся комната стихла, я имею в виду, что мне надо было сделать? И я не ответила согласием.

Кем вообще себя возомнил Нейт?

— Я сказала «возможно». Как такое вообще можно рассматривать как согласие?

— По той причине, — медленно ответил Нейт, словно разговаривая с ребенком. — Что «возможно» это не «НЕТ».

— Я не смогла вот так просто подойти и сказать это, что я могла поделать? — я плеснула воду на лицо и пальцем почистила зубы. — Я имею в виду, что Роберт Виллингсворт богатый парень, у которого много друзей, и Очень Важная Персона. Было бы бесцеремонно с моей стороны поставить его в неловкое положение после того, как он был так великодушен, пригласив всех в свой особняк.

— Стало быть, он ВИП, а что насчёт Сары Ватсон? Любой может заметить, насколько она без ума от него.

— Это очевидно всем, кроме Роберта, — а может быть и нет. Он, вероятно, понимал, что причинит ей боль, делая мне предложение в её присутствии. Какой скотский поступок. — Зачем, как ты думаешь, он сделал мне предложение в присутствии стольких людей? — я протопала через комнату на свою сторону домика. — Он же пытался манипулировать мной, чтобы получить согласие в ответ, разве ты этого не видишь?

Спрятавшись за простыней, я позволила платью упасть в ноги и поспешно запрыгнула под одеяло.

— Больше всего мне не нравится, какую боль это принесло Саре, но я не думаю, что унижение её семьи перед всем Бостоном принесло бы пользу.

Нейт перенёс свечу на маленький столик между нашими кроватями. Он сел прямо, прислонившись к стене, так что это давало ему полный обзор моей части комнаты через просвет между стеной и висящей простыней. Мне надо было решить проблему без промедления. Моё собственное одеяло было натянуто до подбородка, но всё же. То, как он пристально смотрел на меня заставляло меня нервничать. Он был таким напряженным. Я знала, что он был взбешен, что я причинила боль Саре. Следовательно, и всей семье Ватсонов. Я имею в виду, поездка домой в экипаже была ледяной, не только потому, что была холодная погода, посодействовало этому еще и то, что Роберт поцеловал мне руку, помогая сесть в экипаж.

Я задула свечу, внезапная темнота оградила меня от странного пристального внимания со стороны Нейта. Я отвернулась к стене и притворилась, что сплю. Что еще я могла сказать? Вся эта ситуация была настолько дикой. Делить комнату с Нейтом становилось действительно неловко, даже если он и был просто моим мнимым братом.

Следующим утром я встретила Сару на кухне. Она пробормотала «Доброе утро», избегая взгляда в глаза. Она стояла у раковины, ссутулившись, держась ко мне спиной.

— Сара, — начала я.

— Не надо ничего говорить. Мне и так понятно, как обстоят дела, — она бросила кусок хлеба на разделочную доску и нарезала его на ломтики, словно от этого зависела её жизнь. — Я очень счастлива за тебя, — мне она не показалась счастливой.

— Сара, пожалуйста. Я вообще не хочу замуж за Роберта, — она перестала резать хлеб.

— Он поставил меня в очень затруднительное положение. Я могла либо позволить ему услышать то, что он хочет услышать, либо поставить его в неловкое положение перед всеми.

Сара положила нож на доску и повернулась ко мне. Её глаза были красными от пролитых слёз.

— Прости меня. Это не твоя вина, что Роберт любит тебя, а не меня. Неправильно было с моей стороны злиться.

Я была более чем уверена, что Роберт любит Роберта, а не меня или Сару, но я этого не озвучила. Сара потянулась к свёртку на столе.

— Это пришло тебе утром.

— От…? — мне было больно произносить его имя. Сара кивнула. Я открыла сверток не церемонясь. Это была коробка шоколадных конфет.

— Мило, — любезно произнесла Сара. — Они от лучшего шоколатье Бостона.

Сняв крышку, я протянула открытую коробку Саре.

— Возьми одну.

— Нет, спасибо.

— Уверена? — я кинула конфету себе в рот. — Умм. Так вкусно! Давай же. Ты должна попробовать.

Смягчившись, она улыбнулась. Ничто не помогает подружиться лучше, чем коробка шоколадных конфет.

— Хорошо, — ответила Сара, доедая третью конфету. — Что ты собираешься делать с Робертом? Он думает, что ты дала согласие выйти за него.

— Я собираюсь сказать ему, что не выйду за него.

— И как ты планируешь это сделать?

— Полагаю, я должна просто навестить его.

Она вскинула брови.

— Просто пойти к нему домой? Кассандра, ты не можешь просто так появиться у Роберта дома без приглашения. И тем более в одиночестве.

— Почему нет?

На мгновение она заговорила быстро и бессвязно.

— Просто так не делается.

— О, — я раскусила конфету с карамельной начинкой. — Тогда, я должна придумать что-то ещё.

Сара прыснула со схему.

Прозвучал стук в дверь, и она всё еще хихикала, когда попросила Мисси открыть дверь. Вернулась Мисси.

— Мистер Виллингсворт к мисс Кассандре.

Мой рот был набит шоколадом! Мои волосы, крысиное гнездо. Я вовсе не рассчитывала на компанию. Сара, увидев мой испуганный вид, подала мне стакан воды и шляпку, которая висела на крючке у задней двери.

— Ох, мать честная, Сара! Он здесь. Что мне делать?

— Скажи ему правду.

Верно. Правда. Я встала и разгладила свою юбку. Ах. Ну, это гарантированно будет очень неприятный разговор, почему бы не покончить с этим.

— Это не займёт много времени.

Роберт был ошеломлен моим неопрятным видом (хотя это должно сыграть мне на руку), но быстро оправился от потрясения.

— Кассандра, дорогая, — он сделал два стремительных, больших шага, чтобы подойти ко мне, нежно положил руки мне на плечи. — Примите мои извинения, дорогая. Я должен был послать курьера с сообщением о своём прибытии.

— Вообще-то, я рада, что вы пришли. Нам нужно поговорить.

— Несомненно, нужно. Присядем?

Мы сели в гостиной напротив камина. Сара прогнала прочь детей, которые играли в прятки и затем незаметно выскользнула в кухню.

— Итак, безусловно, Кассандра, — начал Роберт. — Я разочарован, что вы не дали мне чёткого и положительного ответа прошлым вечером, особенно учитывая, что это произошло перед лицом моих гостей, но приму вину на себя за это. Я не должен был заставать вас врасплох с таким важным вопросом на публике.

Роберт встал с кресла. Ох, нет, он собрался преклонить колено.

— Кассандра, дорогая, выходите за меня замуж, — это не прозвучало не как вопрос. Больше было похоже на приказ, он, несомненно, был уверен, что хорошенько выспавшись, я образумилась.

— Роберт, я не могу выйти за вас.

Его ресницы непроизвольно затрепетали.

— Что?

— Простите. Я не имела намерения вводить вас в заблуждение каким бы то ни было образом.

— Вводить меня в заблуждение?

— Я лишь пыталась быть вашим другом.

— Моим другом?

Не иначе как он собирается повторять за мной?

— Да, я хочу быть вашим другом, но я не готова к замужеству.

Он фыркнул, ухмыльнулся, а затем начал хохотать. Этот парень был не в своем уме.

— Ох, Кассандра, вы такая смешная. Конечно, вы готовы к замужеству. Все девушки вашего возраста мечтают о замужестве. Сейчас, я понимаю, что мысль о нашей, гм, близости…

О, я не хотела это представлять.

— … заставляет вас немного нервничать, ну, это нормально. — он положил руку мне на колено и улыбнулся. — Я обещаю, что вы будете наслаждаться нашей брачной ночью.

Я резко встала. Рука Роберта упала ему на колено.

— Я не это имела в виду.

— Пожалуй, я всё ещё тороплю события. — Роберт встал, одёргивая лацканы. — Я вернусь завтра, и мы снова сможем поговорить.

— Нет. Никакого завтра, Роберт. Пожалуйста, не усложняйте это еще больше.

Губы Роберта подёргивались.

— Я понимаю о чём идет речь.

Помимо того факта, что он не был парнем моего типа? Не говоря уже о неподходящем столетии?

— С вами разговаривал Коббс. — сказал он.

— Что? Откуда вы знаете Коббса? — мелкая нервная дрожь ползла вверх по моим рукам, когда всё стало вставать на свои места. — Это поэтому вы видели нас у трактира? Вы были с Коббсом? — он не опроверг это. Я была поражена. — Вы вылавливаете сбежавших рабов в обмен на вознаграждение?

— Вознаграждение, это лишь гроши для меня. Это дело принципа. Знай я, что вы вновь появились у Ватсонов, я бы не нанял Коббса. Полно таких, как он, кто с радостью готов работать на меня. Кроме того, он относится к довольно ненадежному типу людей. Вероятно, всё к лучшему.

Он, похоже, вовсе не был обеспокоен тем, каково было моё мнение насчет этого. Несомненно, он должен был услышать от Коббса, что мы с Нейтом освободили Самюэля?

Или может быть он пока еще не уловил связи?

— Что вы и ваш брат делали у трактира в тот день?

Он знал, что Самюэль сбежал. Теперь он знает, что мы имеем к этому какое-то отношение.

— Мы просто катались верхом.

— Просто катались?

Он расхаживал по гостиной комнате, прижав средний палец к подбородку.

— Просто катались, говорите. Ну, расскажите мне, моя дорогая, почему вы всё время уезжаете из Кембриджа? Куда вы ездите?

Я устала от него.

— Я не должна перед вами отчитываться.

— Я позволю себе не согласиться. Мы помолвлены, если вы не помните. Скоро вы станете Миссис Виллингсворт и вы мне ответите.

Он пытался меня напугать?

— Я не выйду за вас.

Роберт схватил меня за руку, сильно сжав её. Он рывком притянул меня ближе, и вовсе не романтическим образом. Он пытался напугать меня — и это у него получилось.

— Я не знаю, что ты о себе возомнила, Кассандра Донован, но никто не посмеет оскорблять меня публично, никто.

— Ай, вы мне делаете больно.

Вместо того чтобы ослабить хватку, он сжал еще сильнее.

— Ты даже не знаешь, что такое боль, моя дорогая. Ты поняла меня?

Дверь из кухни распахнулась. Нейт! Его взгляд переместился с ладони Роберта на моей руке на моё лицо. Он сощурил глаза.

— Всё в порядке?

Роберт улыбнулся словно мальчишка, пойманный на краже сладостей. Его пальцы разомкнулись, освободив мою руку. Я яростно потерла образовавшееся пятно другой рукой. Будет синяк. Нейт вклинился между Робертом и мной, в глазах был огонь. Кисти его рук сжались в кулаки.

— Ах, брат, — сказал Роберт. — Или нет?

Я встряла.

— Конечно, брат. О чём вы говорите?

— Я говорю о том, что загадка, которую я обнаружил в тебе, так притягательна, и каким-то образом затрагивает его. То, как он смотрит на тебя, ненормально для брата.

Он резко одернул жилетку.

— Поэтому, да, я думаю, что ты в итоге оказалась права, моя дорогая. Свадьбы не будет.

Он развернулся, чтобы уйти.

— Всего доброго, провожать меня не надо.

Глаза Нейта были плотно закрыты, как делают люди, когда пытаются контролировать свою ярость. Он глубоко вздохнул, затем повернулся ко мне.

— Кейси, с тобой всё в порядке?

Я думала, что да. Я стоически кивнула головой, но мои глаза меня подвели. Я смахнула слезы.

— Ты очень удачно выбрал время, чтобы зайти.

— Сара пришла в амбар в поисках меня. Она сказала мне, что прибыл Роберт.

Он засуетился.

— Я подумал, что может быть тебе потребуется моральная поддержка, чтобы поступить правильно.

Дверь на кухню заскрипев приоткрылась. Я тихо позвала:

— Сара?

Сара открыла дверь шире.

— Извините меня, я не хотела вмешиваться.

— Всё в порядке. Всё кончено. Он ушел.

— Кассандра, он тебе причинил боль? — она увидела, как я потираю руку.

— Немного, но всё нормально.

Сара уставилась в ковер, потрясённо.

— Я никогда не могла бы представить, что он способен на такой несвойственный джентльмену поступок.

— Я лишь рада, что все мы теперь знаем правду.

Неожиданно, я почувствовала себя уставшей.

— Я думаю, мне надо прилечь ненадолго.

— Конечно, — Сара устремилась ко мне, готовая проводить меня.

— Сара, — окликнул её Нейт. — Я провожу её.

— Ах, — ответила она. — Несомненно.

Нейт обнял меня за плечи и повёл из дому. Я почувствовала дрожь.

— Я в порядке, ты же знаешь. Я сама могу идти.

Нейт пожал плечами. Он был слишком занят тем, что скрипел зубами, чтобы что-то ответить. Мы были почти у домика. Я была просто счастлива быть так близко к нему в данный момент, почти в обнимку. Еще два шага до домика. Еще один шаг. Головокружение. Вспышка света. Я схватила Нейта за руку. Фуд-корд.

Перевод для сайта https://vk-booksource.net

Глава 22

— Говорят, что из отношений, зародившихся в кризисной обстановке, никогда ничего не выйдет. — Люсинда наставляла мне между уроком алгебры и биологии. — К примеру, помнишь фильм, который мы смотрели по HBO, под названием " Скорость»?

Я пробурчала:

— Типа того.

— Ну, миловидная девушка и привлекательный парень должны держать скорость автобуса на определенном уровне или бомба, которая заложена под него активируется. Между ними возникла связь вовремя этого околосмертного, многочасового долгого кризиса, и к концу фильма они уже были «вместе».

— Ладно, да, теперь я вспомнила.

Мы пошли по переполненному коридору. Становилось теплее и большинство ребят перешли на футболки с коротким рукавом. Я всегда носила футболки с длинным рукавом в школе. До меня чересчур часто дотрагивались и толкали.

Люсинда продолжала болтать.

— Итак, затем вышла на экран вторая часть «Скорость 2». Тот же замысел, за исключением того, что происходит действие на круизном лайнере. Миловидная девушка вернулась, но вот уже без привлекательного парня. Причина? Миловидная девушка сказала, что из отношений, зародившихся в кризисной обстановке, никогда ничего не выходит или что-то в таком роде.

— Люси, на что ты намекаешь?

— Это примерно, как и у тебя с Нейтом. У вас зародилась связь на фоне необычных обстоятельств. Типа кризиса.

— Ты пытаешься воодушевить меня или я должна пойти и вскрыть себе вены?

— Кейси! Я имею в виду, примирись с фактами и двигайся дальше, — это так называемая жестокость из милосердия. Прямо сейчас я возненавидела её. Но она была права.

— Спасибо за ободряющие слова. Я собираюсь двигаться дальше.

По-прежнему я не могла удержаться от того, чтобы искать его глазами. Он не появился у моего шкафчика этим утром, ни для того, что просто поздороваться, ни ради того, чтобы поинтересоваться о моем здоровье. Пока я ждала начала урока биологии, я проверила свое расписание по английскому и замерла. Последний урок.

Люсинда присела рядом со мной и подвинула свой стул немного ближе ко мне, нечаянно задев мою поврежденную руку.

— Ай, — взвизгнула я. Повязка выглянула из-под рукава.

— Что с тобой случилось? — Спросила она.

— Упала.

Она прищурила глаза.

— Я слышала, что Нейт нёс девушку в медпункт вчера из библиотеки. Это была ты?

Я кивнула.

— Да.

Люсинда нахмурила брови.

— Итак, ты упала в библиотеке?

Эшли кинула свои книги на парту, на противоположную от меня сторону.

— Я тоже об этом слышала. Это была ты?

О, Боже. Хорошо хоть, что копна моих вьющихся волос прикрывала огромную шишку.

— Я путешествовала и зацепилась рукой о неровный край стола. Ничего серьезного.

Рот Эшли сложился в глуповатой улыбке.

— И каково это, когда тебя несет Нейт Маккензи?

— Это было потрясающе, за исключением пореза на моей руке и пульсирующей того что у мне было больно и я истекала кровью.

Люсинда прошипела мне в ухо:

— Ты опять путешествовала с ним, не так ли?

Мистер Пайбас призвал класс к порядку. Я была рада вырваться из-под увеличительного стекла Люсинды. Она отодвинула свой стул подальше о меня. Я не могла поверить, что она была в бешенстве от всего этого.

Нейта не было за столом спортсменов на ланче. Именно в этот момент я твёрдо осознала (вероятно), что он избегает меня. Мне было трудно есть, для еды не хватало места, когда внутри моего живота был большой нервный комок. Новая девочка, Келли, сидела с Тайсоном. Она захихикала и он схватил её изящную ручку, переплетя свои темные пальцы с её. Я знала, что они будут вместе. Это заставило меня подумать о Розе, о сердечной боли, которую она пережила лишь по тому, что она была черной, а Патрик был белым.

Люсинда выглядела так, словно она даже не собиралась сидеть со мной. Я схватила её за руку и заставила сесть на стул.

— Почему ты злишься на меня?

— Я не злюсь, — она смахнула волосы.

— Да. Ты. Злишься. Пойми, Люсинда, я на самом деле сейчас очень нуждаюсь в твоей дружбе. Я не могу совладать с этими ПМС-делами, которые ведешь по отношению к Нейту.

Люсинда сжала челюсть. Она не смотрела мне в глаза.

— Люси? Ну? — подталкивала я её к разговору. Её глаза стали стеклянными, и я подумала, что она может расплакаться прямо в кафетерии. Она выдавила улыбку.

— Я просто испытываю дурацкую ревность к тому, что у тебя проходит это всё с Нейтом, приключение, и что я не являюсь частью всего этого. Я чувствую себя покинутой, так как ты мне больше ничего не рассказываешь.

— Люсинда, прости меня, — сказала я. — Я знаю, что я не замечала окружающих в последнее время. Я не хотела, чтобы ты подумала, что я игнорирую тебя, или держу всё от тебя в секрете. Я бы очень хотела, чтобы ты была частью моего сумасшедшего другого мира.

— Правда?

— Ну, конечно, глупышка. — я потянулась и сжала её ладонь. Кожа к коже. Мы обе втянули воздух. Ничего не случилось. Я улыбнулась и выпустила её руку. — Видишь, этого просто не должно было произойти.

Уголки губ Люсинды приподнялись.

— Ух ты. Когда ты сделала это, я подумала, что ты сошла с ума. Спасибо за попытку, но откровенно говоря, я рада, что ничего не произошло. Я хотела бы и не хотела бы в тоже время, понимаешь? Это бессмысленно.

— Это необычная ситуация, и это не бессмысленно, — ответила я. — Итак, мы снова друзья?

Люсинда поднесла свой сендвич ко рту.

— Друзья.

Мой радар, настроенный на Нейта, никогда не отдыхал, и я заметила его в первый раз только после четвертого урока. Он удалялся от меня, и я могла лишь видеть, что он смотрел вниз, разговаривая с кем-то, кто ниже его ростом, но его тело загораживало мне обзор и я не могла увидеть кто это был, пока он не завернул за угол.

Это была Джессика. Она захихикала и заправила свои светлые рыжеватые волосы за ухо, а затем погладила его по руке. Мне стало дурно. Он снова начал с ней отношения. Безопасная, предсказуемая, любящая повеселиться, красивая (глупая) Джессика. Мой мир раскололся на части и я почувствовала, как падаю в разлом.

Я, конечно, думала, что увидеть их снова вместе будет стрессом для меня и станет причиной для путешествия, но этого не произошло. Чёрт, я была самым непредсказуемым, живущем на земле человеком, даже для самой себя.

Но следующим уроком будет английский. Как я должна пережить его? Я вошла через заднюю дверь классной комнаты. Нейт уже был в своем месте, сидя спиной ко мне, и не видел, как я вошла. Мистер Тёрнер призвал класс к порядку, а потом я затаила дыхание и стала ждать. Обернется ли Нейт, чтобы проверить была ли я в классе? Секунды тикали. Затем он обернулся. Он медленно повернулся, и приподнял подбородок в знак приветствия, прежде чем вернуть своё внимание к мистеру Тёрнеру.

Мистер Тёрнер раздал рабочие листы по Уильяму Шекспиру — тема «Личность», и весь урок был посвящен этому. Я не могла сосредоточиться. Я едва могла дышать. Нейт посмотрел на меня. Это означало, что он не ненавидел меня целиком и полностью.

К счастью, прозвенел звонок. Я вполне ожидала, что Нейт выскочит из класса, прежде чем он сможет натолкнуться на меня. Он удивил меня, подойдя к моей парте.

— Нам надо поговорить об этом, — сказал он, пока я собирала свои учебники.

— Ладно. Сейчас?

— Не могу. Тренировка по баскетболу. После?

— Конечно, в какое время?

— Семь часов. Я приду к тебе домой.

Я кивнула, заставляя страх исчезнуть. Я действительно хотела, чтобы мы уже покончили с этим. До семи часов еще так долго.

После школы я собрала свои домашние задания, перекинула рюкзак через плечо и пошла с Люсиндой мимо баскетбольной площадки.

— Я думаю, что сезон баскетбольных игр самый лучший, — сказала Люсинда. — Тебе не надо беспокоиться о погоде, или скашивать глаза от солнца, чтобы увидеть красивое лицо парня. Все мило и интимно.

Для некоторых людей спорт является всепоглощающим.

— Имеешь в виду Нейта? — Люсинда поправила солнечные очки на лице. Я последовала примеру — весенние блики были ослепляющими. — Как прошел английский?

— Он захотел поговорить после тренировки по баскетболу.

— Это хорошо, — она увидела выражение моего лица. — Не так ли?

— Я не знаю. Что-то случилось…

Я знала это. Вы тайно встречаетесь.

— Люсинда, по правде говоря, если бы Нейт был больше, чем друг мне, я бы не скрывала это от тебя. Я бы ни от кого бы это не скрывала. Я бы кричала об этом с вершины каждой горы, поэтому прекращай вести себя так, словно я тайно встречаюсь с ним.

— Эй, я лишь пошутила.

Я проигнорировала её. Люсинда положила руку мне на плечи, немного сдавив.

— Прости, я не хотела быть бесчувственной. Я знаю, я болею за тебя, верно? Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

В этот момент Нейт поймал мяч, и затем посмотрел прямо через поле заметив меня. Он сделал паузу прежде, чем бросить обратно мяч подающему.

— Ты тоже прости меня, Люси. Я знаю, что со мной в последнее время тяжело.

Её сотовый телефон зазвонил, и Люсинда стала копаться в своей сумке в его поисках.

Я указала на свои часы и выговорила:

— Позже.

Она кивнула, в то время пока отвечала на звонок, и пробормотала в ответ «Позвони мне», подразумевая звонок после разговора с Нейтом.

Сидя в автобусе, я размышляла о предстоящей встрече, представляя то, каким образом Нейт сможет отказаться от нашей дружбы. Это было подобно расставанию, даже несмотря на то, что мы никогда на самом деле не встречались. Это будет расставание «без расставания».

Какой вариант для объяснения он выберет? Типа «дело не в тебе, а во мне» вариант, или пересмотренную версию разговора в библиотеке «Я думал, что я сильный, Кейси, но я этого больше не вынесу. Кроме того, мне пора подумать о своем будущем и посмотреть правде в глаза. Я скоро уезжаю в Торонто.

Когда автобус остановился на моей остановке, я была совершенно подавлена. И испытывала жажду. Солнце палило по голове, и мое горло пересохло. Возможно, это было результатом жары, или, возможно, это было из-за усилия, которое я испытывала, стараясь сдерживать слезы. Не думая, я вошла в продовольственный магазин, поток кондиционированного воздуха поприветствовал меня, я направилась прямо к секции с охлажденными напитками. Моя рука потянулась, чтобы схватить темную содовую, почти не заметив прикосновения с другой более светлой рукой.

— Ох, извините, — сказал я.

У девушки были длинные светлые волосы, убранные в конский хвост, и на губах была ярко-красная блестящая помада. На ней было цветное платье в стиле «ретро» — это напомнило мне платье, которое я одолжила у Розы — и короткий жакет, который не подходил к платью, и туфли со шнуровкой без каблука

— Без проблем, после тебя, — сказала она.

— Спасибо, — я взяла содовую, передавая её девушке. — Это то, что ты хотела?

— Да, здорово. На улице так жарко сегодня. Я просто умираю от жажды, — она приняла банку, показав браслет ручной работы на запястье. Бусинками было выложено имя «Аделина».

Я взяла вторую содовую для себя и наблюдала за тем, как Аделина беспечно шла по проходам, а затем стала изучать стойку со сладостями. В ушах у неё были наушники, я не заметила их сразу, и она начала петь, громко, прямо в магазине. Это была какая-то эстрадная музыка, может быть в исполнении Майкла Бабл, и у нее был очень хороший голос. Я должна была восхититься ею, тем как она беззаботно оделась и как безудержно она пела на людях. Словно её не заботило, что о ней могут подумать.

Зависть острой болью поглотила меня. Почему я не могу быть похожей на нее? Почему я не могу быть просто нормальной девушкой? Я встала в очередь, чтобы рассчитаться и Аделина встала следом за мной, держа банку содовой в руке. Я решила, что она отказалась от сладостей. Она смахнула прядь светлых волос с глаз.

Кассир огласил стоимость покупки, и я бросила пятидолларовую купюру на прилавок. Я забрала свою сдачу и слегка повернулась к Аделине, стоявшей позади меня. Сейчас глаза у нее были другими. Блеск, освещавший глаза до этого, исчез, и, казалось, что она дезориентирована в пространстве.

И у неё под глазами были темные круги. Она раскрыла руку, всматриваясь в мелочь, лежавшую у неё на ладони, прежде чем положить её на прилавок. Затем она целеустремленно вышла из магазина, все беззаботное минуту назад поведение, исчезло.

— Эй! Подожди минутку. — я бросилась вслед за ней. — Аделина? — она развернулась.

— Мы знакомы?

— Ах, нет. Я увидела твой браслет, — она проверила свои часы и стала вглядываться в даль ниже по улице.

— О, ну, мне надо успеть на автобус, — она продолжила идти, и я последовала за ней. Я поставила себя на её место. Я предполагаю, я бы могла сойти на слегка взъерошенного маньяка.

Я смягчила голос.

— Я просто хочу поинтересоваться, эм, ты никуда не отправлялась сейчас?

Это было сложно.

— Мы все куда-нибудь да отправляемся, не так ли?

— Я знаю, просто, я заметила твои глаза. — она посмотрела вниз, застенчиво. — Я имею в виду, что со мной такое случается тоже. Я, гм, отправляюсь в разные места. А после меня круги под глазами.

Я говорила, как идиотка. Я не могла заставить себя сказать, что путешествую во времени. Она однозначно подумает, что я сижу на наркотиках. Если только я не была права, и она была тоже путешественником во времени.

Она остановилась и уставилась на меня.

— Что ты имеешь в виду под отправляешься куда-нибудь?

— Ну, иногда, я чувствую головокружение и вспышку яркого света, и я путешествую…

— Ты теряешь сознание?

— Нет, под путешествую я подразумеваю перемещение.

Её глаза широко распахнулись.

— Ты путешественник?

Я кивнула, сохраняя выражение своего лица дружественным с не-психопатическим видом.

— Во времени?

— Да, я путешествую сквозь время.

Она развернулась и продолжила идти. Может быть, я что-то упустила. Я неверно истолковала признаки? Мы подошли к автобусной остановке, и она опустилась на свободное место на скамейке. Я села рядом с ней, стараясь сохранить достаточно пространство между нами.

— Итак, когда ты путешествуешь, куда ты отправляешься? — спросила она.

— В девятнадцатое столетие.

Её левая бровь приподнялась.

— Серьезно? Надо же. А я то думала, что у меня все плохо. Как там, кстати?

Я пожала плечами.

— Нормально, я полагаю.

— Я постоянно попадаю в пятидесятые годы. Но мой отец и я переезжаем в Калифорнию в ближайшее время, и я переживаю.

— Я понимаю, — ответила я. — Это достаточно сложно, даже когда знаешь, чего ожидать. Это причина, почему я никогда никуда не езжу. С этой точки зрения я вовсе не путешественник.

Может быть, у Аделины были ответы, которые я хотела получить.

— Ты знаешь почему это происходит? — спросила я. — Почему ты, гм, мы путешествуем? В этом есть какой-то космический смысл?

Аделина рассматривала меня в течение минуты.

— Я не знаю. Я бы хотела это знать, поверь мне.

Я разочарованно выдохнула. Я не была особо удивлена, просто, было бы хорошо, если бы она знала.

— Ты встречала других?

Она покачала головой.

— Нет, ты первая. А ты?

— Да, — я рассказала ей о Самюэле.

— Ох. Это сумасшествие.

Автобус, визжа тормозами, остановился.

— Мне очень жаль, но я должна идти, — сказала она. — Но, эй, спасибо, что побежала за мной. Так здорово знать, что я не одинока.

Она заняла первое место в автобусе и прислонилась головой к окну, закрыв глаза. Она была истощена.

Я, Самюэль, и теперь Аделина. В течение стольких лет я считала, что я одна.

Теперь я задавалась вопросом как много таких как я было в мире. Я бросила банку из-под содовой в мусорный бак и направилась в сторону дома.

И я вспомнила о Нейте и о нашем надвигающемся свидании. Брр.

Перевод для сайта https://vk-booksource.net