Родовое Имение — 🏡
Родовой меч — 🗡
Питомцы — 👻🐜🐱
Враги — ☠️ (еще далеко не все)
Друзья — 🍻
Деньги — ❌ Упс!!! Нужно больше золота!!!
А еще нужна Родовая гвардия! И домработница! И садовник… И… А ведь я просто собирался отдохнуть в этом Мире!
Много бесплатных книг на https://sait-knig.com
— Привет, сестричка! — в своей обычной «простой» манере Сергей Долгоруков постучался, но не дожидаясь ответа, тут же зашёл внутрь, чем вызвал недовольное фырканье Марии.
— Серёжа, ну когда ты уже перестанешь ко мне так врываться? А если бы я переодевалась сейчас?
— Тю, переодевалась! — засмеялся старший брат. — Я тебя купал в детстве. Что я там не видел?
— Но сейчас я уже не ребенок, — попыталась сделать серьёзное лицо, но всё-таки улыбнулась Мария. — Я, как видишь, немного повзрослела.
— Ой, сестричка, я умоляю тебя! — закатил глаза Долгоруков.
Мария улыбнулась. Любила она своего старшего брата. Да она всех братьев любила, и родителей тоже. Семья у них была очень крепкой. Сергей, начальник СБ Рода и командир Гвардии Рода, добрым и весёлым был только со своими. Знавшие его враги обоснованно опасались этого, такого улыбчивого сейчас молодого мужчину.
Сергей плюхнулся на диван, где Мария сидела с ноутбуком, приобнял её за плечи, а затем чмокнул в щёчку.
— Чем занимаешься?
— Да вот отец попросил с пороховым заводом разобраться. Херня у них там какая-то происходит — брак попёр. Возможно, придётся туда слетать мне самой.
— Как так получилось, что из четырёх братьев и одной сестры, самой умной оказалась именно младшенькая? — засмеялся Сергей.
— Потому что мужики… — многозначительно улыбнулась Мария, затем улыбнулась ещё шире, и сказала: — Ну, ты меня понял.
— Да-да, понял. Все мужчины глупые. Если ты найдёшь кого-нибудь умнее себя, то обязательно выйдешь за него замуж. Ты мне это когда сказала? Лет в пять, кажется?
— Я и сейчас не изменила своего мнения. Чего ты хотел?
— А чего сразу «хотел»? Может, я просто пришёл сестру увидеть.
— Ой, Сергей, — вздохнула Мария, — не заставляй меня думать о мужском поле ещё хуже. Вижу я по твоим глазам, что не просто так.
— Да вот, птичка на хвосте принесла, что известный нам барон Галактионов отсудил свою усадьбу.
— Ну, это я знаю, ты мне говорил, — нахмурилась Мария, но, тем не менее, полностью отключилась от работы, внимательно слушая брата.
— Так вот, местные бандосы решили обобрать его усадьбу, и послали туда около сотни «торпед».
— Галактионов успел набрать гвардию? — Мария закрыла ноутбук громким хлопком и, нахмурившись, вопросительно посмотрела на брата.
— Да нет. Прикинь, этот отморозок встретил их в одиночку.
— И что? — буквально выдохнула Мария.
— Да ничего. Андросов со своей Гвардией примчался, положили они всех этих дебилов. Подозреваю, что на это и был расчёт — заманить всех, а потом в тыл ударить, — задумчиво почесал подбородок Сергей.
— А я вот почему-то в этом не уверена, — задумалась Мария.
— В чём не уверена?
— Что такой был план.
— Ну, а какой мог быть план?
— Ну, например, что Галактионов хотел их в одиночку перебить, — слегка улыбнулась Мария.
Сергей внимательно посмотрел на неё.
— Ты это сейчас серьёзно, что ли?
Долгорукова пожала плечами, улыбнулась каким-то своим мыслям, и прощебетала:
— Ну, всё хорошо, что хорошо кончается, — она снова открыла экран ноутбука. — Извини, но мне нужно работать. А вообще, Андросов молодец! Надо будет поблагодарить его когда-нибудь потом.
— А это сделать как раз очень просто. И я думаю, что это произойдет в самое ближайшее время, — рассмеялся Сергей, за что получил недоуменный взгляд сестры.
— Это почему же?
— Да Андросов-младший неожиданно за Галактионова свою сестру Катюху сосватал. Думаю, что скоро будет свадьба. И я уверен, что нас точно пригласят. Вот и выразишь там своё восхищение.
На этот раз ноутбук закрылся так сильно, что во все стороны полетели стекла от разбитого экрана.
— Ты чё, сеструха? — удивился Сергей.
— Ни-че-го! — медленно и задумчиво проговорила Мария. — Ты знаешь, мне кажется, что наш Иркутский завод с браком без меня не справится. Я, пожалуй, сегодня же туда и отправлюсь. Сколько сейчас времени? — она посмотрела на часы. — А, ну вот, — она умоляюще сложила руки. — Серёж, позвони своим военным. Пусть мне выделят самолёт.
Сергей показательно насупился.
— Маша, я тебя, конечно, люблю. Но ты не думаешь, что всё ВВС Империи работает только для того, чтобы перевозить твою беспокойную попку?
— Ну, пожа-а-алу-у-у-йста… — протянула умоляюще Мария, глядя на брата.
Сергей улыбнулся. Конечно же, он всё сделает. Он не мог ни в чём отказать своей любимой младшей сестрёнке, как, впрочем, и все мужчины из его Рода.
Вот только… На завод она непременно попадет, и решит все там вопросы. Сергей судорожно начал вспоминать, кто сейчас у него в Иркутске находится из гвардейцев. Ведь после завода его младшая сестричка обязательно нанесет визит вежливости Галактионову, а рядом с этим молодым человеком очень неспокойно.
Он вышел, нашел в телефонной книжке абонента «Глава СБ Андросовых», и нажал кнопку вызова.
— Игорь Васильевич? Приветствую вас! Долгоруков беспокоит. А скажите-ка мне, коллега…
***
Андросов, похоже, немного обиделся, когда я отказал ему в посещении своего поместья. Я буркнул, что там не убрано, и заходить пока туда не стоит. Похоже, Андрюха мне не поверил, и правильно сделал. Не буду же я рассказывать ему про отмороженного на всю голову медоеда, который в запале боевого азарта может сожрать такого ценного для Империи Лекаря. В общем, наплел я что-то, пообещав пригласить его в гости, как только, так и сразу. Да и смотреть на его откровенно довольную высокородную харю мне было совсем невесело. Пусть уё… валит, с Богом!
А сам уселся на ступеньки и некоторое время тупил, переваривая последние события. Жених Андросовой?! Серьезно?! Да я ее в глаза не видел?! Вдруг она страшная? Или, что еще хуже — тупая? Ладно, как-нибудь разрулю. А сейчас даже думать на эту тему не хочу. Вот же Андросов… гад!
В общем, стал я ожидать Волка. Сидел и щурился на неожиданно осеннее теплое солнышко, радуясь жизни. И рядом вдруг кто-то ткнулся в меня носом. Я повернулся и увидел медоеда, заинтересованно смотрящего мне в глаза.
— Слышь, отморозок, — сказал я ему. — Давай уже, привязывайся ко мне. Пора.
Я взял нож, разрезал ладонь и протянул кровоточащую руку к нему поближе. Зверёк осторожно понюхал, фыркнул, развернулся ко мне жопой, пару раз загрёб задней лапой, и гордо удалился в свою вотчину.
— Вот же противная зверюшка, — почесал я свою голову.
И что мне теперь делать? У меня есть целое имение. Вот только, кроме меня, туда зайти никто не может. Хотя, кое-какой план у меня есть.
Тут я увидел, что по уже заросшей за десятилетия дорожке лихо подъезжает ко мне Волк. Он ловко выскочил из-за руля, а сбоку, на удивление, вывалился улыбающийся Петрович.
— Я вот деда подсобить с собой взял. Ты же говорил, что на него можно рассчитывать. А мы поговорили, Петрович отлично разбирается в любом оружии.
Ну, если Волк сказал, что Петрович разбирается в оружии, это значит, что Петрович — охрененный эксперт, не хуже самого Волка, так как Потапов обычно с большим пренебрежением относился ко всяким прочим.
— Небось, и служил до этого где-то? — улыбнулся я.
— Было такое дело, — ухмыльнулся в бороду Петрович. — До того, как Истом побыть, пришлось повоевать.
Я перевёл взгляд на Волка. Тот молча просто кивнул, подтверждая его слова.
— Ладно. Я чего вас позвал… Вы там проезжали мимо машин. Так вот, все эти машины наши.
— И «Катран»? — тут же навострил ушки на макушке Волк.
— Ну да, я же сказал — все.
— О, крутяк! — широко улыбнулся Потапов. — Будем на нём на рыбалку ездить.
— Куда ездить? — нахмурился я.
— Ну, так это БРДМ, он и плавать умеет. У него двигатель водомётный есть.
— Да ладно!? — удивился я, всё ещё мало разбирающийся в технике этого мира.
— Серьезно, — засмеялся Волк. — И, кстати, очень здорово. Учитывая близость Байкала и всяких тварюшек в северной части, я, честно говоря, беспокоился, что нам придётся бронированный катер покупать.
Я посмотрел на стоящую вдалеке плоскую бронированную машинку. Ну да, так-то она по виду похожа.
— Ну, катер мы тоже позже купим, — почесал голову я. — Не выглядит эта штука слишком… гхм… водоплавающей.
— Зря ты так, командир. Машинка старая, но по тому, что я вижу, она в хорошем состоянии, и надёжная.
— Короче, — хлопнул я в ладоши, — хватит болтать. Собирайте трофеи.
— Фуры тоже наши? — напоследок обернулся Волк.
— Блин, Андрюха! Я же сказал — всё!
— Ну, я только уточнил, — снова улыбнулся довольный Лысый, и запрыгнул за баранку.
Иногда мне кажется, что новый лут приводит его в боевую форму гораздо быстрее, нежели еда и манипуляции Андросова. Я думал, что среди Охотников самые большие «хомяки», но внутренний хомяк Потапова, мне кажется, чемпион среди них.
— Петрович! — окликнул я деда. — Там у тебя в сторожке еда есть?
— Есть, ваш-бродие! Холодильник полный, и печка газовая есть.
— Ты это, с Волком поедешь, оставь там под порогом ключи. Я, возможно, поживу в ней пару дней.
— Мне вернуться? — тут же насторожился Потапов.
— Нет, у меня тут кое-какие дела, личные.
Никого из чужих привлекать я не хотел, поэтому почти целый день понадобился нам троим, чтобы собрать весь урожай оружия и убрать трупы. Трупы мы загрузили в одну из фур, и я сказал Волку отогнать её поближе к Королю. Во-первых, мне не нужны эти уроды на моей земле, точнее под землей. А во-вторых, это будет своего рода послание.
Быстрая инвентаризация, проведенная Волком и Петровичем, показала, что кроме «Ласточки» — такое название было написано прямо на корпусе, нормальных машин не было. Только обычные легковухи — хлам, частично простреленные пулями, частично подбитые боевые машины бандосов для разборок, используемые только для того, чтобы довести их жопы до нужного места. Эти все машины перегнали на околицу Галактионовки до лучших времен, вместе с фурами.
На моё предложение позвонить Архипу и скинуть всё оружие и снарягу, Потапов посмотрел на меня с изумлением и негодованием, и сказал, что ему нужно сперва все рассортировать. Подозреваю, что всё то время, что я буду решать вопрос с усадьбой, Потапов с Петровичем будут заниматься этой самой сортировкой.
Когда запасливые гости уехали, я приступил к задуманному плану. А план был у меня заставить этого грёбаного медоеда мне подчиниться. Лаской это не получалось, поэтому пришла идея использоваться его злость и ярость.
Прошло почти двое суток. Я сидел на складном стульчике, что позаимствовал у Петровича, а рядом развалилась Карамелька. Даже Шнырька проявился у меня под стулом, сидя в тени, и с интересом наблюдая за представлением. Почти двое суток, с короткими перерывами на сон, я драконил эту гадскую тварь. Кого я только не вызывал!
Это были и летающие твари, это были бегающие, и кусающиеся и… короче, полный ассортимент. Фантазия моя иссякла. Призванные твари пересекали границу, вступая в бой с медоедом, и отступали, выманивая его наружу. Медоед возмущенно верещал, но границу не переступал. Кажется, нервы у него крепче, чем я предполагал. Хотя, последний мой призывной зверь, а именно гигантский жук-навозник, слегка подорвал нервную систему призрачного охранника. Когда в тот момент, громко жужжа, он летал над ступенями, а медоед подпрыгнул, чтобы схватить его за лапу, жук натурально насрал ему на голову. Чем заставил того плеваться, ругаться и матюкаться. Жука он всё-таки достал, и тут же схомячил. Но сейчас, кажется, нервы его были на пределе.
Я доел бутерброд с колбасой, что нашёл у Петровича, отряхнул руки, и вызвал Давосскую Жабу. Жаба эта была размером со здоровенную собаку, и плевалась не очень сильной, но очень липкой и вонючей слизью. Плевалась далеко и точно туда, куда не мог достать её длинный язык, чтобы потом сожрать обездвиженную добычу, подойдя к ней, и немного подождав. А ещё она прыгала далеко и высоко.
Чтобы добиться нужного эффекта, я вызвал ещё одну. И вот две жабы начали прыгать туда-сюда, плюя в рассерженного медоеда, который метался, визжал и орал.
— Мне кажется, что у него сейчас случится разрыв сердца, — прокомментировал я двум своим питомцам, которые с интересом наблюдали за представлением.
— Ну, и фиг с ш-ш-шним! — выдал недовольный Шнырька, всё ещё помнящий свое противостояние с этой адской тварью.
«Думаю, что его так просто не возьмёшь», — раздался голос Карамельки.
— Да я ржу, — сказал я и реально заржал, когда жабы синхронизировались.
Медоед открыл рот, чтобы клацнуть за ногу одну, а в этот момент в него плюнула вторая.
Вонь, конечно, стояла от плевков страшная. Гладкая шерсть медоеда слиплась. Представляю, как он сейчас вонял. Я отдал мысленный приказ жабам прыгнуть ко мне поближе. Они перепрыгнули через невидимую черту, и уселись буквально в двух метрах, изредка поплёвывая в сторону беснующегося медоеда. Кажется, клиент созрел.
Я встал со стульчика, подошёл к медоеду, и уселся рядом с ним на ступеньки.
— Какие мерзкие твари, — начал я с ним неспешный диалог. — И какие вонючие, — я повёл носом. — Слышь, братишка, от тебя воняет хуже, чем от сортира. А эту слизь так просто не смыть.
Медоед орал без остановки, возмущенно прыгая на одном месте. Похоже, он даже подумывал — не укусить ли меня в отместку. Но, видимо, ему это было не позволено.
— А ведь они так вечно могут продолжать, — снова я кивнул на жаб. — А прикинь, их ещё несколько штук появится. И будут по всему дому прыгать, заплёвывая твою «норку.» И вонять здесь так будет круглосуточно.
В вое медоеда была вся горечь и тоска обиженного бойца, которому не дают вломить врагу.
— Но у меня есть идея! — я повернулся к медоеду, и тот внимательно посмотрел на меня своими маленькими глазками. — Хватит ломаться. Я же Галактионов, ты это знаешь. Других Галактионовых в округе нет. Даже если они вообще где-то есть в этом мире, то, поверь, я лучший вариант. А ещё у тебя будут друзья, — я кивнул на насупившуюся Карамельку, и сидящего на моём стуле Шнырьку. — У вас даже есть кое-что общее. Карамелька ненавидит белок. Ты теперь, походу, ненавидишь жаб. Ну, а Шнырьке похрен, кому из вас что таскать. Так что давай, присоединяйся, будет весело!
Я ещё раз разрезал ладонь, и протянул ему руку. Медоед посмотрел на меня, затем на моих питомцев, потом перевел свой недовольный взгляд на жаб, подошёл и слизнул кровь. Я не зевал и подхватил его душу в момент ритуала, накрепко привязав её к себе. Приручение состоялось. Я выдохнул. У меня были опасения, что это не случится. Был ещё вариант насильного приручения, но это могло поломать психику, как питомцу, так и мне. Мне же сильно этого не хотелось!
Я счастливо улыбался, когда острые когти осторожно покарябали меня за ногу. Я посмотрел на медоеда, который, кажется, своим видом показывал: «Ну, и что теперь?».
— А теперь иди и сожри этих зелёных тварюшек, — кивнул я.
Медоед неуверенно протянул лапку над последней ступенькой, вторую. Опустил на траву свою жирную задницу, и в два присеста схомячил сначала одну, а потом вторую лягушку. Гордо дёрнул лапами, и неспешно пошёл обратно в своё жилище.
— Эй, отморозок! Теперь тебе не обязательно там тусить, ты можешь гулять, где угодно.
Медоед как шёл, так и застыл с поднятой лапой. Развернулся, посмотрел, а затем спустился, и внезапно начал кататься в траве, как счастливое животное.
— Это всё хорошо, — почесал голову я. — Только вот вонь от тебя никуда не делась. Надо бы устроить тебе ванну. Сомневаюсь, что здесь работает водопровод. Но колодец же должен быть в этом месте?
Я посмотрел на свой большой новый дом. Теперь он был условно-безопасным для всех моих гостей. А с чего начинается любое новоселье? Правильно! С генеральной уборки!
Вот только… Дела еще есть в Иркутске. Разлом, обещанный Хрулеву, не закрыт. Король пока жив, падла! Сюда тоже охрана нужна. Мечи родовые, хрен знает где. И… И дохрена этих самых «И». Бли-и-ин! Я задрал взор к небу.
— Алло, Высшие Силы?! И ЭТО вы называете ОТДЫХОМ за правильно прожитую жизнь?!
Андросов возвращался в Иркутск, испытывая двойственные чувства. Во-первых, он очень близко подошел к опасной черте безусловного доверия, которое имел у своего отца. Сосватать по собственной инициативе свою сестру Галактионову? Да, он надежный друг, и всё такое. Но кроме этого есть ещё и другие аристократы в этом мире, которые посмотрят на союз одного из сильнейших княжеских родов Империи и провинциального барона, как на… В общем, возникнут вопросы, много вопросов. И один из них будет — не ослабели ли Андросовы, если не нашли другого избранника для их дочери.
И это ещё Катюха не знает… А ведь она та ещё штучка. Андрей подозревал, что ему от нее «прилетит» гораздо сильнее, чем от родителей, и прилетит за дело. У Екатерины были сложности с мужским полом, связанные с определёнными её… Ай, ладно, что пока об этом говорить!
А ведь Андросов не мог поступить по-другому. Это ещё не беря в расчёт то, что даже сейчас Галактионов прикрыл его своей грудью, точнее, весь его Род, абстрактно выражаясь. Ведь Род Андросовых, в случае войны с Вербицкими, скорее всего победит. Ну, появится еще парочка дополнительных проблем, в первый раз, что ли? Но Саша показал себя точно также, как и в тот раз, в Разломе.
Андрей нахмурился, вспоминая один из самых первых их Разломов, в рамках так называемой практики, когда они, ещё зелёные новички, отстали от основной группы. Рейд-группа растянулась, и старший Ист побежал вперёд, где возникла основная опасность. А Андросов немного заблудился с непривычки, и ту тварь, которая ломанулась на него, он запомнил на всю свою жизнь. Андрей никому не признается вслух, но в тот момент он испугался, видя несущегося на него огромного зверя. Хотелось закрыть глаза руками, но даже пальцами пошевелить не успел. Лишь только в оцепенении наблюдал за приближающейся к нему смертью.
Но в последний момент смазанным пятном справа метнулся его друг Александр, который, не обнаружив рядом своего товарища, вернулся на его поиски. Удар молодого барона снёс тварь, превосходящую раза в три его по весу. Он, как сейчас запомнил, что каким-то позорным кинжалом Галактионов с азартом расковырял мозг, вытащил из дохлого тела белую желейку, весело подкинул её на руке, и широко улыбнулся. Андрей тогда «отмер», но в очередной раз поразился своему товарищу. Для него всё это выглядело, как забавная игра. Помнится, Саша тогда подошёл тогда к нему, приобнял за плечи, и всего-навсего сказал.
— Давай, Андрюха, двинули дальше, — а потом посмотрел на него как-то странно. — И это… со всеми случается. Главное, чтобы твой временный коматоз не перешел в дурную привычку, — рассмеялся своим звонким заразительным смехом, и слегка подтолкнул Андросова, придав тому ускорение, в нужную сторону.
И с тех пор, он даже словом не обмолвился о том случае. А ведь спасти жизнь старшему наследнику рода Андросовых — это дорогого стоило. И самое удивительное было то, что, уже немного зная Галактионова, сделал тот абсолютно без задней мысли. От другого можно было бы заподозрить, что он подождет определённого момента, чтобы потребовать взаимную услугу. А Саша, кажется, просто забыл о том происшествии. Для него это было настолько рядовое событие, как зубы почистить.
Андросов широко усмехнулся. С отцом он поговорит, с Катюхой тоже порешает. А Галактионов… Хорошо, что у него в друзьях есть такой человек, как Александр!
***
Утром, к моему удивлению, к порогу лихо подкатила «Ласточка», и из люка вылез улыбающийся Волк.
— Осваиваешь новую технику? — поинтересовался я.
— Да. Хочу обкатать немного, чтобы в бою нас не подвела, — кивнул старый спецназер. — Но похоже, состояние у нее отличное. Годная вещь! Отдам Семенычу в Центр, — тут он запнулся, — с твоего позволения. Нужно небольшую модернизацию произвести.
— На сколько миллионов рублей? — улыбнулся я.
На что Волк тут же запротестовал.
— Да там будут сущие копейки!
Я вздохнул.
— Да уж, копейки.
— Эй, Волк! Может, ты наконец-то поможешь даме выйти? — раздалось из нутра БРДМ.
— УПС! — сказал Волк, и побежал отдраивать боковой люк.
Оттуда вылезла недовольная Анна.
— Может это и хорошая боевая машина, но внутри там совсем некомфортно, — скривилась девушка, неприязненно глянув на Волка, на что тот только развёл руками и широко улыбнулся.
Тут же глаза девушки цепко оббежали старое здание поместья. Она крутанулась пару раз вокруг, посмотрев ещё на хозяйственные постройки, и смешно наморщила носик.
— Да тут работы непочатый край!
— Точно, — сказал я. — Для начала нужно вызвать клининг. Пусть здесь всё тщательно вычистят.
— Клининг? — нахмурилась Анна.
— Ну да, а в чем проблема?
— У тебя целая деревня Галактионовка. Там половина людей сейчас без работы. А ты будешь платить деньги пришлым?
Я улыбнулся, в очередной раз обрадовавшись, что на моём жизненном пути встретилась такая умная девушка, которая может поддержать меня в бытовых вопросах.
— Ну, тогда тебе и карты в руки!
— Не сомневаюсь, — сказала она. — Так что, внутрь пойдем? Волк сказал, что там какая-то проблема.
— Проблема уже решена, — я улыбнулся, и свистнул. — Ты только не пугайся, — предупредил я сразу Анну.
Тут же перед нами из воздуха воплотился медоед и радостно оскалился, облизав зубы.
— Не-не! — повысил голос я. — Никого жрать не надо! Это Анна! это Волк! А это — отморозок.
— Его так зовут? — тут же поинтересовалась Анна, которая, на удивление, совсем не испугалась.
— Да нет, я ещё не придумал, как его назвать. Отморозок — это его кредо по жизни. Протяните ему свои руки.
И тут Анна слегка замялась, глядя на длинные острые зубы зверька.
— Да не укусит он. Давай, нюхай, тварюшка, — сказал я. — Этих людей трогать нельзя!
Чисто вымытый медоед, на купание которого я потратил два часа и два куска хозяйственного мыла, окаменевшие куски которого я нашёл в уличном трактире, выглядел довольно смешно. Всего его вымыть мне не удалось, поэтому часть шерсти пришлось просто выстричь. Выглядел он сейчас, как больное плешивое животное. Ну, надеюсь, шерсть со временем отрастет.
Обнюхав их руки, он согласно кивнул, и тут же свалил. С приручением дела пошли получше. Но вот его гадский характер я ещё до конца не распознал.
— Пошли уже.
Мы вошли внутрь. Анна присвистнула.
— Как для баронского Рода, здесь хорошая мебель — старая, но качественная и дорогая. Почти антиквариат. Вот только… — она снова нахмурила носик.
— Да, всё это нужно почистить, и частично отреставрировать, — сказал я.
— И эти кости… — она брезгливо приподняла подол платья, переступая через скелеты, которых уже просто не смогли сожрать слизни, уж слишком много их было.
А эти желеобразные сволочи увлеклись, и я еле успел их отозвать, когда они уже начали пробовать на вкус антикварную мебель. Дальше придётся ручками.
— Я пройдусь? — кивнула она на второй этаж.
— Конечно, в доме уже безопасно. Только в подвал не заходи, — кивнул я на запертую дверь, которую я, на всякий случай, придавил шкафом.
— А что там? — тут же сделала «стойку» любопытная Анна.
— Там много всего вкусного. Но только это вкусное пока что охраняется мерзкими тварями. Когда-нибудь мы туда обязательно доберемся, — сказал я, и кивнул Волку. — А вот мы с тобой туда сейчас пойдём. Помоги мне отодвинуть эту дуру.
Потапов сдвинул автомат на спину, и быстро отодвинул тяжеленный шкаф из мореного дуба, даже не заметив его. Процедуры Андросова явно идут ему на пользу, как и хорошее питание.
— Носилки? — напомнил я ему.
Андрей чертыхнулся, и сбегал в машину за требуемым.
Вперёд прошмыгнула Карамелька, а я пошёл следом. Кара попутно разорвала любопытного гоблина, а так больше на пути до открытой комнаты хранилища никто нам больше не попался.
Я завёл Волка внутрь, где встретил преданного Роду некроманта, и кивнул на пол, где валялись доспехи и мечи незадачливых захватчиков.
— Надо всё это вытащить наверх, — сказал я. — А там уже отсортировать.
Волк с любопытством огляделся. От его взгляда не ускользнули ни постаменты, ни слова Кодекса Рода, ни беспорядок вокруг.
— Сделаем, — он кинул носилки на пол и шустро начал стаскивать туда весь лут, попутно гремя костями, безжалостно вытряхивая их из доспехов.
За три ходки, под присмотром Кары, мы вытащили всё наверх. В четвертый раз, в два небольших мешка влезли все оставшиеся немногочисленные свитки и книги, которые нашли в этой комнате. В итоге, там остались только старые кости.
— Давай, припрем этот подвальчик обратно.
Я отправил Шнырьку наверх, чтобы он посмотрел, что сейчас делает Анна. Анна же там проводила тщательную инвентаризацию, открывая каждую створку шкафа, выдвигая каждую полочку, и с любопытством туда заглядывала, периодически чихая от поднимающейся пыли. Можно быть спокойным, ничего не ускользнет от внимания девушки.
Я же принялся под светом солнца, льющегося из пыльных и частично разбитых окон, перебирать всё, что мы притащили, собирая в две кучки. В одну то, что нужно выкинуть или продать. А в другую то, что надо оставить. А потом… Начал создавать третью кучку. Ведь мне в руки попалась интересная добыча.
— Ну, надо же! — я закончил сортировку, и задумчиво посмотрел на третью кучу оружия. Очень странного и не местного оружия.
— Ну, ничего себе! — поддержал меня Волк. — Можно? — протянул он руку.
Я кивнул. Он начал перебирать изогнутые мечи странной формы, парочкой даже показательно взмахнул. Затем постарался вытереть рукавом окислившееся, но не ржавое лезвие, под которым обнаружилась вязь арабского письма.
— Восточное оружие, — выдал он свое экспертное мнение.
Я улыбнулся. Так-то он по огнестрелу эксперт, а «холодняк» — моя стезя.
— Ты прав, друг мой. Вон ятаганы, похожие используют янычары в Османском Султанате, а вон шамшир — это, похоже уже Персия. Вот только что это оружие делает здесь?
Я подошел, и поковырялся в груде доспехов. Там также лежали несколько непривычных доспехов, по большей части, кожаных.
Арабских мечей было восемь штук. А ещё было восемь медальонов с красными рубинами внутри, также с арабской гравировкой. Арабский я в свое время выучил, на всякий случай, так как на ближнем Востоке, кроме Персии и Османского Султаната, было множество мелких, но очень сильных, и постоянно враждующих между собой королевств. В крайнем случае, я думал укрыться там. Им всегда требовались наёмники. И они плевать хотели на законы других государств, не выдавая ни преступников, ни чёрта лысого.
— Да не прикоснется рука неверных к этому оружию, иначе падет проклятие на голову владельца его, и весь его Род, — прочёл я надпись на наиболее «нарядном» шамшире, и присвистнул.
На медальонах, с обратной стороны, была краткая молитва и имена владельцев. Действительно, здесь побывали янычары и персидские «бессмертные» — гвардейцы, как правило дворяне, двух самых крупных государств Ближнего Востока. А один медальона с более крупным камнем я осмотрел поближе.
— Эфенди Ахмет Фаик Рашид, — почесал я голову.
Мне это ничего не говорило, но, похоже, это был кто-то из знатных.
Бросив взгляд на отложенное в сторону восточное оружие, я понял, что в руках держал как раз самый дорогой клинок, интуитивно выбрав его первым. Остальные были попроще. Именно на нём фиолетовый металл не тронула ни капля коррозии. Хорошее дорогое оружие.
Я сам пару раз сделал несколько финтов. Балансировка непривычная. Не было бы у меня Аквилы, вполне можно было взять его. Хотя нет, вряд ли я бы его взял. Эти родовые заморочки… Да ну их на хрен!
Мой взгляд упал на надпись с другой стороны. Я приблизил клинок к глазам и прочитал:
«Всякий недостойный, кто коснётся этого меча, будет убит, как и весь Род его, во имя искупления грехов сына своего».
— Какие-то грёбаные фанатики! — пробурчал я, и отложил меч в сторону, подальше от себя.
Выходит, что меня уже должны убить? Ну-ну…
Так-то, не считая восьми восточных клинков, мы разбогатели на двенадцать мечей, двадцать четыре ножа и кинжала, два топора и одну булаву. А также на два с лишним десятка комплектов брони, над которыми сперва нужно серьёзно поработать, прежде чем оценить — как минимум, почистить, и кое-что постирать. Кое-что было испорчено безвозвратно — я видел это невооруженным взглядом.
Навскидку, я не нашел ничего здесь уникального. Хотя, вон та кольчуга была получше той, что исчезла при взрыве. Пробита, правда, в двух местах. Похоже на работу уже моей Аквилы в руках старого некроманта. Я снова почесал голову. По-хорошему, нужно начать уже снаряжаться в Разломы. Но человеку, который в прошлой жизни носил броню из чешуи дракона, сложно заставить надеть на себя что-то из местного… хлама. Ну, кроме спортивного костюма, конечно. Ха-ха!
— Закидывай всё это в машину! — кивнул я, и Волк бросился исполнять.
Сверху спустилась Анна, по дороге чихая. Она смешно вытирала нос после каждого чиха, уже совсем не белым от пыли платком.
— Ну здесь и грязища! — выдала она свой вердикт.
— А ты как думала! У меня кое-что есть для тебя, — сказал я, кивнув на два мешка.
— Что там?
— Свитки и книги из хранилища Галактионовых.
— Во! — сразу посерьезнела девушка. — Это действительно интересно!
Она быстро посмотрела одну книгу и пару свитков.
— Слушай, им не одна сотня лет! Думаю, что там должно быть что-то важное!
— Поэтому я тебе их и отдал.
Она сверкнула на меня глазами.
— Не боишься, что я продам твои тайны?
— Очень смешно, — улыбаясь, подмигнул я ей. — А ты не боишься, что я обратно отдам тебя твоему папашке?
Про то, как я поступаю с предателями, решил пока не говорить. Пока она не дает мне повода подозревать ее. А мой «начальник разведки» еще не докладывал о ее косяках. Шнырька в таких вопросах очень дотошный.
— Ха-ха, юморист! — абсолютно без страха покачала головой Анна, зная, что я никогда так не сделаю.
Она взяла оба мешка, и потащила их к броневику.
— Волк, помоги! — кивнул я.
Тот быстро подхватил мешки из рук девушки, и потащил вперёд.
— Да я бы и сама справилась, — сказала Анна.
— Не сомневаюсь.
Я встал и осмотрелся.
— В общем, такие дела. Анюта, мне нужно в ближайшее время в Иркутске закрыть вопрос с Центром. Здесь же нужно, чтобы кто-то присмотрел за уборкой. До восстановления еще дело дойдет. И этот кто-то, как очевидно догадываешься, ты.
— Хорошо, без вопросов, — сказала Анна и крикнула. — Эй, Волк! Тащи мешки обратно, я остаюсь здесь.
— Подожди, не так резко, — сказал я. — Как бы то ни было, ты исключительно ценная для меня… — тут я замялся, пытаясь подобрать эпитет.
— Друг, помощник и компаньон? — хитро улыбнулась Анна.
Я улыбнулся в ответ и кивнул. Честно говоря, после того, как я поставил печать регенерации, моя сексуальная энергия после Разломов пошла в «мирное русло». Туда, куда и должна была пойти — на укрепление тела и духа. Вот только всё равно это так не работает. По крайней мере, я мог думать верхней головой. Но вот расслабиться мне очень нужно. И было нужно уже давно!
При этом, несмотря на потрясающую красоту Анны, я не воспринимал её, как объект сексуального желания. Нужно сказать, что она отвечала мне такой же взаимностью. Может притворялась, а может действительно я был не в её вкусе. Но, слава яйцам, в любом случае, это хорошо!
— В общем, Волка оставить я тоже не могу. Но охранять тебя как-то нужно.
Девушка пожала плечами.
— Да что со мной может случиться в этой глуши?
Я усмехнулся. Это она не видела те горы трупов, которые мы убрали отсюда накануне.
— Да много чего, — загадочно улыбнулся я. — Уж поверь мне.
Я снова свистнул, без всякого результата. Потом ещё и ещё. Рядом появился недовольный медоед, который что-то жевал. Это «что-то» было лапой гоблина. Кажется, он опять сходил в подвал на охоту. И судя по тому, что дверь была заперта, туда ведёт ещё какой-то вход. Или он, как Шнырька, может передвигаться сквозь двери.
— Останешься здесь, и будешь присматривать за ней, — я кивнул на Анну. — Если с ней что-то случится… Помнишь, что я тебе говорил про ветеринара и твои мохнатые бубенцы?
Медоед оскалился и зашипел, негодуя. Но всё же кивнул головой, и опять куда-то смотался.
— А ну-ка, вернись, скотина! Я еще не договорил, — крикнул я.
И снова появилось недовольное хлебало мохнатой твари с немым вопросом: «Ну, что тебе ещё?».
— Анна скажет тебе, каких людей не трогать. Слушайся её так же, как и меня.
На этот раз кивок был менее активный, но, по крайней мере, он и на это согласился.
Я повернулся к ней.
— Всех людей, которых запускаешь внутрь, сперва знакомишь с этим дегенератом… гхм… я хотел сказать, родовым животным, — сказал я. — Не хватало, чтобы он сожрал наших собственных рабочих.
Я почесал затылок. Но всё равно этого не достаточно.
— Андрюха, — подозвал я Потапова, — ты видел, как работала Гвардия Андросовых. Как они тебе?
Потапов пожал плечами.
— На уровне.
Что в переводе на обычный язык означало — вполне достойные профессионалы.
— Есть одна благородная… гхм… зараза, который мне должен, — взял я трубку телефона. — Волк, помнишь, мы поговорили, что тебе нужно собрать твою новую дюжину, как минимум. Так вот, считай, что я дал тебе официальное добро.
— Отлично, — сразу оживился Волк, и потёр руки в предвкушении.
Я же поднял трубку.
— Андрей Батькович, — официально начал я. — Можно арендовать у вас пару десятков ваших гвардейцев? На пару неделек. Буду должен, — тут я осёкся. — Хотя, нет… Ни хрена я тебе должен! Интриган ты хренов! — сорвался я.
А в ответ услышал лишь счастливый смех своего друга, который подтвердил, что он распорядится.
Анна всё-таки осталась, уже связавшись с администратором Аркадием, и вызвала сюда народ на уборку и мелкий ремонт. От нее сразу посыпались указания, что с собой захватить, сколько людей взять, кто конкретно ей здесь нужен. Ну, а я стоял рядом с броневиком, напоследок попросив Шнырьку внимательно вокруг осмотреться.
Вот он как раз из воздуха.
— Ш-ш-шука! Белки! Ш-ш-шуки-и-и!!! — заверещал он.
Я присмотрелся к нему, и оторопел. Два из четырёх его голубых глаз заплыли. Под ними были натуральные фингалы.
— Кто тебя так приложил? — оторопел я.
— Ш-ш-шука! Белки! Ш-ш-шуки-и-и!!! — затараторил он без остановки.
Рядом сразу появилась Кара. От упоминания знакомого и вечного врага, её всю аж затрясло от предвкушения. А хвост ее торчал, как стрела.
— Давай, показывай!
И он показал. Небольшой Разлом, что выходил в сосновом лесу, в котором водились синие белки-мутанты, что очень ловко швырялись шишками, даже по виду больше напоминающие свинцовые гири. И одна такая шишка прилетела бедолаге прямо в лицо.
— Ладно, пошли разберёмся с ними. Показывай, где вход.
И он показал. Я присвистнул. Гадский Разлом! Он был среди тех редких Разломов, которые почему-то потеряли связь с земной поверхностью. Также, как они бывают под водой, также они иногда возникают в воздухе. Так вот, этот висел в воздухе, метрах в двадцати пяти над усадьбой. Если хорошо присмотреться, то его тусклое мерцание было видно на фоне пасмурного неба.
— Ну, извини, братан! — развел я руками. — И ты, подруга, — посмотрел я на расстроенную Карамельку, которая всё поняла. — Но, как говорят у нас, у Охотников, глаз за глаз!
— Ш-ш-шука! — уже чуть поспокойнее выдал Шнырька.
Я открыл люк, и кивнул на оружие, сложенное в отсеке.
— Ножик хотя бы с собой возьми!
Шнырька меня удивил. Он тут же подхватил здоровую булаву. Не такую огромную, конечно, как та, которая осталась у меня дома. Но всё равно, она была в несколько раз его больше, и раз в десять его тяжелее, и скрылся с ней из виду.
Честно говоря, я немного начал переживать, когда он отсутствовал больше пяти минут. Изображение из Разломов он мог мне показывать только в режиме «записи». А вот сами Разломы онлайн-картинку не транслировали. Что там творится, я без понятия. Но, по крайней мере, я чувствовал, что душа его жива, и хоть это немного радовало.
Прошло почти полчаса, когда из ниоткуда сперва упала окровавленная дубина. А потом появился мой зверек, у которого уже заплыли все четыре глаза. Он походил на маленького четырехглазого мохнатого китайца, который, тем не менее, довольно ухмылялся.
— Ш-ш-шнырька тащщ-щ-щ-щит! — радостно оскалился зверёк.
И для непонятливых предъявил боевые трофеи. А трофеями были синие пушистые хвосты, надетые на какую-то веревку, которую он нацепил себе на шею, как ожерелье. На него даже образовавшийся рядом медоед посмотрел с уважением.
— Ш-ш-шнырька, маладеш-ш-ш-ш?! — довольно выдал мелкий.
Тут уже не выдержал я, и от души заржал, осторожно потрепав питомца по головке. А увидев завистливый взгляд Кары, добавил.
— Не боись, подруга! Когда-нибудь, когда наши дела наладятся, я арендую вертолёт, и тоже отправлю тебя туда повеселиться!
Вернулись мы в Иркутск поздно, долго ждали гвардейцев Андросова — я не хотел оставлять без охраны Анну одну.
Зашли с Волком перекусить в трактир при Центре. Потапов быстро все сожрал, и побежал дальше перебирать все свои новые игрушки. Вот же хомячья душа!
Мне, честно говоря, даже пиво в рот не лезло. Я выцедил пол кружки и сидел, уныло грея ее в руках. А ведь обычно — пол литра залпом, и только начиналось веселье. Увидев входящего и улыбающегося на все тридцать два зуба Андросова, мое настроение испортилось еще больше.
— Здорова, Саня! — плюхнулся напротив меня мой товарищ, и тут же махнул подходящему официанту. — Мне пива, две кружки. И мяса. Дайте вашу фирменную тушеную оленину.
Кажется, у него с аппетитом было всё в порядке.
— Что будем делать, Андрюха? — угрюмо посмотрел я на него.
— Ну… как что? Жениться будем, свадьбу играть! Повесели-и-имся-я-я!
Он радостно рассмеялся.
— Хорош шутить! Не в настроении я сейчас.
Кружка у меня в руках внезапно лопнула. А ведь я просто сжал её покрепче. Я матюкнулся и подскочил, стряхивая брызги пива со своей одежды.
Андрей сразу посерьезнел.
— Да вижу, что тебе не смешно. В общем, так! Мы пишем официальный предварительный контракт на вашу свадьбу, чтобы было что предъявить Вербицким. Ну, а потом, — он задумался и ещё раз улыбнулся, — если ты не передумаешь, конечно, то отец разорвет вашу помолвку. Официальные причины всегда найдутся, и самая очевидная из них, без обид, что барон не подходит для княжны.
Я облегченно выдохнул.
— Да какие обиды. Ясен пень, не подхожу! Я вообще не подхожу для семейной жизни!
— С чего это ты взял? — удивился Андросов.
— Да были прецеденты! — нахмурился я.
— Когда это у тебя прецеденты успели быть в восемнадцать лет?
Я открыл рот, чтобы ответить, а потом просто махнул рукой.
— А, забей!
На меня вдруг накатила усталость, и я сказал.
— Слушай, Андрюх, я пойду. Что-то я подустал.
— Ты? Устал? — удивился Андрюха.
— Бывай, короче. И это! Не накидывайся! Завтра в Разлом, — я хлопнул его по плечу, и пошёл к себе в комнату.
Уже засыпая, я пытался понять, почему у меня такое сильное отвращение к браку. Ведь даже в прошлой жизни… Тут на меня накатили воспоминания. Моя Рина. Точнее, если быть точным — королева Рианна III. Ослепительная красавица и очень могущественная женщина, которая влюбилась в меня без памяти. Да и я, честно говоря, тогда чуть слабину не дал.
На тот момент я прожил долгую жизнь, которой позавидовал бы любой Охотник, и уже при жизни стал своего рода легендой. Вот только иногда, в минуты слабости, и мне хотелось спокойной жизни, домика у моря, рыбалки по выходным, с бутылочкой чего-то горячительного.
Помню, как ржали надо мной друзья, сказав, что меня ровно на три дня хватит. Но это они так думали. А вот к Рианне я испытывал по-настоящему сильные чувства. Она хотела всего-навсего одного — чтобы я бросил свою опасную жизнь и ушёл в отставку. Мы бы нарожали кучу детей, жили долго и счастливо, как в сказках.
Вот только… этот чёртов Кодекс, который не позволял Охотникам заводить семьи. Да, в отставку выйти можно было, в основном, по инвалидности. Но были и такие, что делали это без всяких очевидных причин. Относились к ним по-разному, кто с пониманием, кто с некоторым презрением. В мире, где всё ещё есть столько тварей, угрожающих людям, профессиональный убийца чудовищ греет пузо где-то на солнышке. Я тогда так и не смог.
Помнится, я даже не попрощался. Ведь увидев в больших глазах любовь и слёзы, даже моё зачерствевшее сердце могло дать слабину. Я бежал без оглядки, хватая контракт за контрактом, в упоении битвы пытаясь забыть это прекрасное лицо.
В конце концов, у меня получилось. И до самой смерти я больше не проявлял слабости. Я чтил Кодекс. И Кодекс наградил меня этой жизнью. Вот только у меня вопрос — ведь теперь в этой жизни я могу поступить так, как мне хочется, без оглядки на Кодекс? Ведь могу же, правда?!
***
Не люблю я быть должником. А долг перед Хрулевым у меня всё ещё висел. Оставалось закрыть еще два Разлома в качестве «счета за проживание».
Я предварительно смотался туда с Волком, и через Шнырьку определил потенциальную опасность, сверив данные с теми, что были в официальном доступе. Два оставшихся Разлома были такими же, как и первый, «проблемными». Но проблемными они были по разным причинам.
Забежал к Хрулеву и согласовал с ним состав группы на следующий Разлом.
Он представлял собой отрезок крутого и высокого ущелья, в котором водились натуральные горные козлы. Конечно же, видоизменённые, они отличались от обычных козлят этой планеты. Отличались тем, что копыта и рога у них были из очень интересного сплава, который, во-первых, очень ценился оружейниками, а, во-вторых, достаточно легко пробивал большинство существующей брони, вместе с духовными доспехами Истребителей.
Еще одна сложность заключалась в том, что хотя Истребители были хорошо подготовленными, но скалолазов среди них не наблюдалось. А отлавливать прыгающих по уступам злобных зверюг было проблематично. Поэтому, оставив костяк группы из Хельги, Смолина и Андросова, вместо трёх стихийников, которые неплохо себя показали в прошлом бою, я попросил у Хрулёва ребят, что имели на вооружении и хорошо управлялись с магическими луками и арбалетами.
Предстоящий рейд выходил достаточно затратным, учитывая стоимость каждой стрелы и ножа. Но тут уже Хрулёв, предварительно побрюзжав, согласился компенсировать часть метательного оружия, и выделил подходящих для моей цели шесть сильных Истребителей. В принципе, они всегда работали группой. Взаимодействие между ними было отлажено. Казалось бы, какие могут быть проблемы? Но проблемы начались уже на моменте погрузки в транспорт Центра.
Да, группа была слажена. Да, мужчины и женщины в пропорции четыре к двум, были годными бойцами. Вот только при этом они являлись аристократами. Официальный глава группы имел титул графа, а еще являлся Истребителем четвёртого класса. Как бы ровня мне, но в свои тридцать пять лет он получил этот класс уже несколько лет назад, подбирался к третьему, и смотрел на меня свысока. Ну, так же свысока смотрела на меня вся остальная группа. Прямой приказ Хрулёва они игнорировать не могли, но особой радости я в их глазах не заметил.
Повторный инструктаж возле самого Разлома лишь подтвердил мои опасения. Выслушивали они мои указания со скучающим и пренебрежительным видом, всячески показывая, что не время яйцам учить курицу.
Когда мы зашли в Разлом, то вначале все шло по плану. Я точно распределил роли, отдав залетной шестерке функции артиллерии. Я с Хельгой и Смолиным должен был их прикрывать, ну, а Андрюха был на подхвате.
Козлины имели толстую шкуру, но моя артиллерия работала слаженно, выбив пятерых животных в самом начале. Притом, что только один подранок успел добежать до нас, и Пашка Смолин эффектно его прикончил. Я даже немного расслабился и, похоже, зря. Шнырька докладывал мне обстановку. Козлы, как выяснилось, были глуховаты. Взрывы магического оружия и блеяние их собратьев они особо не слышали.
План у меня был прост — не торопясь, отстреливать их по одиночке, максимум по два-три, не допуская ближнего боя. План был хорош, если бы не одно «НО». На пути нам встретилась целая козлиная семья. Одного из них сняла виконтесса, ловко орудующая длинным луком. Остальные спрятались за парапетом. Кажется, там было что-то вроде пещеры. И тут выступил вожак шестёрки — граф Тараканов.
— Хулио, Сабрина, распечатайте этих козлов! — улыбнулся вожак.
И двое его подопечных загадочно улыбнулись, убирая один свой арбалет, а вторая свой лук за спину. Я ничего не успел предпринять, как из рук испанца потянулись раскидистые ветви молнии, а девушка засадила туда мощным огненным шаром. Шарахнуло знатно! Парапет обвалился, сначала вниз посыпались орущие звери, а сверху нас накрыло камнепадом.
Я успел пнуть Смолина, загнав его в выемку под каменный козырёк, схватить за шкирку Андросова, и запихнуть его туда же. А вот до Хельги я не успел добраться. Она увидела надвигающуюся опасность и бросилась в укрытие, но было уже поздно. Камнепад накрыл всю группу. Камни всё падали и падали, но что самое плохое — со всех сторон раздалось яростное блеяние. Кажется, эти глухие твари всё-таки расслышали звуки местного катаклизма. И это было неудивительно. Грохот стоял такой, что даже у меня заложило уши.
Смолин и Андросов не пострадали, а вот Хельгу потоком камней сбило на землю, придавив огромным валуном.
— Сука!!! — заорал я, бросаясь к камню, напитывая свое тело силой, и осторожно сдвигая его. Услышал крик боли, и глянув вниз, я понял, что смелая девушка кричала не просто так. Камень пробил её доспех и сломал ногу. И, судя по всему, в нескольких местах.
Я разозлился. Сильно разозлился. Ведь Охотники, что не подчинялись своему рейд-лидеру… нет, их не казнили, ну иногда только… они наказывались, вплоть до изгнания из Ордена. Неподчинение приказу в боевой обстановке было чуть ли не самым тяжким грехом, согласно Кодексу. Если уж вы выбрали командира, то теперь, на время боя, он ваш царь и бог. Только так, и никак иначе.
Андрей мгновенно подскочил к девушке. Руки его окутались сиянием. Он пытался убрать её боль, и частично восстановить кость. Но мне одного взгляда хватило, чтобы было понятно, что даже при всём мастерстве Андросова за такой короткий промежуток времени он Хельгу в строй никак не вернёт. Я обернулся к идиотам, которые всё это устроили. Вожак, отдавший идиотский приказ, и два дебила, что его послушались, не пострадали. А вот вторая тройка, державшаяся чуть впереди, также, как и Хельга, попала под камнепад. Девушка лежала с окровавленной головой, часть кожи свисала в виде скальпа. Она была без сознания. У второго бойца плетью висела переломанная рука, здоровой он держался за грудь, дыша с перерывами. Похоже, у него были сломаны рёбра. Третий же истошно орал, перебирая руками, при этом его ноги были абсолютно неподвижны — перебит позвоночник.
Как тупо! Я махнул рукой Андрею.
— Помоги этим, пока они не загнулись.
Да, я был на них зол. Но Хельга не собиралась умирать прямо сейчас. А вот двое из этих тупиц, кажется, собирались отбросить копыта в ближайшее время.
Копыта… многочисленный звук копыт раздался со всех сторон. Кажется, вся козлиная армия спешила сюда, дабы покарать дерзких вторженцев, то есть нас.
И похоже, что козлины собрались взять нас в кольцо.
— Круговая оборона! — завопил я, показывая всем своим места.
Всё же не удержался, схватил за шкирку дерзкого графа и подтянул его к себе.
— Только попробуй сделать еще что-то, вопреки моим приказам! Поверь, ты об этом сильно пожалеешь!!!
Тараканов открыл было рот, чтобы мне ответить, но что-то увидел в моих глазах, и закрыл его. Он лишь молча кивнул головой.
Эта битва была сложной. Пару моментов было, когда я уже хотел плюнуть на свою конспирацию, и призвать на помощь кого-нибудь из душ. Но, слава яйцам, мы справились сами.
Козлы использовали интересную тактику — они прыгали с высоты, целясь острыми копытами в своего врага. Если такой удар достигал цели, он пробивал доспех и броню, ломая кости. Один из таких прыжков прозевал оставшийся на ногах «залетный» боец. Я в диком броске дотянулся и убил его обидчика, пока тот не отпрыгнул из зоны поражения. И Андросову достался ещё один раненый клиент.
Очень помогла мне Кара, которая не менее ловко, чем сами козлы, прыгала по камням. Она не стремилась убивать врагов сразу, а просто ударами лапой скидывала их в нашу сторону. А мы уже добивали их на месте.
Бой продолжался долго. И когда пал последний из козлов, которого я, летящего сверху, фактически перерубил пополам в воздухе, волна энергии прокатилась по нашим телам, но я не почувствовал облегчения. Лишь сильную злость.
Меч был хорош, очень хорош.
Оглядевшись, я подошёл к графу, и без затей врезал ему в челюсть. Хорошо, что я «придержал» свою силу, иначе ослабевшему графу я бы точно свернул голову. Он и так отлетел на два метра.
— Это тебе за неподчинение приказу, козёл!
И тут меня удивил Андросов, который подскочил к валяющемуся в нокдауне врагу и начал трясти его за грудки, одновременно выдавая смачные пощечины.
— Ты чем думал, дебил?! Ты как мог нас так подставить? Ты представляешь, что ты мог сделать, сволочь? Башка твоя козлиная, дебил сраный! Отморозок ёб…
Мне даже стало слегка тревожно за жизнь графа. Удары Лекаря становились всё сильнее и сильнее, и башка идиота дергалась из стороны в сторону. Да и слов таких от «мирного» Андросова я никогда не слышал. Поэтому я аккуратно подхватил его за подмышки, а затем оттащил в сторону.
— Отпусти меня, Саша! Я ему еще сейчас врежу! — орал Андросов, брызгая слюной.
— Спокойно, спокойно, мой друг! Ты ему уже врезал, — успокоил я его. — Иди и позаботься лучше о раненых.
Боевой пыл Андросова тут же стих, и он недовольно буркнул.
— Да позаботился уже. Живы будут. Вот только некоторые из них долго еще пролежат в больнице, — он хищно усмехнулся. — А вот к этим, — он указал пальцем на раненую четверку, — я лично даже пальцем не притронусь.
— Хорошо, — кивнул я. — Все на выход!
— А как же лут? — подала робкий голос единственная целая, и мгновенно присмиревшая, девушка из шестёрки.
— Лут, — я на секунду остановился и задумался. Ну да, злость и раздражение — дело такое. Но деньги тоже сами себя не заработают.
Я достал из рюкзака две ножовки из специального металла, взятые для этого момента. Одну бросил приходящему в сознание побитому, но целому вожаку. А вторую жадной девушке.
— Пилите, ребята, пилите. И чтобы собрали здесь всё.
Шнырька пробежался по округе, и больше не заметил живых индивидов. Да и сам Разлом закрылся, показав, что всё прошло успешно. Поэтому пилить эти козлы козлов будут до посинения. По крайней мере, до того момента, пока всё здесь не соберут.
— Помоги, — кивнул я Андросову. — Сначала тяжёлые.
Мы вытащили три бессознательных тела — девушку с пробитой головой и мужика, пробитого козлом. Барона с переломанным позвоночником Андрей зафиксировал и сразу выключил, чтобы он не терпел боль. Мы вытащили его третьим.
Я вернулся к Хельге, которая, опираясь на стену скалы, уже прыгала на одной ноге к выходу.
— Я сама, — сказала она.
— Ага, щас! — бережно подхватывая девушку на руки.
Она дёрнулась, как будто хотела вырваться. Но смирившись, обхватила меня своими руками за шею. А затем вздохнув, положила голову на мое плечо.
Я пошёл к выходу, но потом обернулся.
— Одну машину я оставлю. Жду вас с лутом. И желейки не забудьте забрать. Я проверю.
— Будет сделано, — буркнул вожак, почему-то с испугом косясь не на меня, а на Андросова.
Я хмыкнул, переводя взгляд на друга. Тот уже выглядел абсолютно спокойным.
— Ты чего разъярился так? — поинтересовался я. — Что они «чуть не сделали»?
— Ну… — Андросов на секунду замялся, почему-то взглянув при этом на Хельгу. — Мы могли все погибнуть.
— Это вряд ли, — улыбнулся я. — Я, так точно, нет. Да и вас бы я вытащил. Паша, идёшь?
— Я бы остался, командир, — задумчиво посмотрел Смолин на оставшихся. — Не доверяю я этим. Глядишь, чего-то пропустят.
— Дело хорошее, — сказал я. — Пил и ножовок я больше не взял, но ты можешь собирать желейки.
— Сделаю, — усмехнулся Смолин, напитал силой меч и опустился на колени перед первым трупом барана. Он расколол ему череп и погрузил внутрь мозга руку в боевой перчатке.
— Ну, вот и хорошо. А мы поехали домой.
Ненавижу фразу «Я же говорил», но именно её я произнёс Хрулеву, который почему-то в ужасе выбежал встречать нас лично. Я в первый раз увидел, чтобы старый герцог так быстро бежал.
Увидев, как медики вытаскивают тела из машины, он как будто искал кого-то глазами. Когда же я осторожно достал Хельгу, не доверяя никому из врачей, я прям отчетливо услышал, как Хрулёв глубоко выдохнул.
— Как же так, Саша?! — с упреком сказал он, посмотрев на меня.
И тут меня понесло.
— Как же так?! — я при этом держал Хельгу, которая с интересом вслушивалась в наш диалог. — А я вам говорил, нахрена мне нужна команда? Я работаю один, и работаю хорошо! Это не моя вина! Это вина этих идиотов, которые почему-то решили, что они охренительные Истребители, и лучше «выскочки барона» знают, как действовать в критических ситуациях.
— Саша, Саша! Подожди, ну что же ты так завелся… — похоже, Хрулёв был в шоке от моего спича.
Но я уже не мог остановиться.
— Значит так, я обещал вам закрыть третий Разлом. И я обещал закрыть его с группой Истребителей Центра. Я это сделаю. Своё слово я всегда держу. Но выбор группы будет за мной. И у вас даже совета не буду спрашивать, при всём уважении, Ваша Светлость!
— Хорошо-хорошо! — Хрулев поднял руки вверх. — Я согласен.
— Ну, вот и здорово. Сейчас я отнесу Хельгу в лазарет, и выступлю к третьему.
— Прямо сейчас? — в один голос спросили Хрулев и Хельга.
— Да, а когда? — раздраженно бросил я. — Сейчас самое время.
— Но я не смогу с тобой пойти, — возмутилась девушка.
— Я вижу, что не сможешь. И это очень хорошо.
— Почему это? — нахмурилась девушка.
— Потому что… Всё, разговор окончен.
Девушка аж покраснела от злости, но замолчала. А герцог с улыбкой наблюдал за нашей перепалкой.
Сбоку появился Андросов.
— Сколько у меня есть времени на подготовку?
— Нисколько. Ты тоже не идёшь! — резко сказал я.
— Но Саша…
— Да задолбали вы меня этим Сашей! Уже восемнадцать лет Саша. Я сказал — не идешь, значит — не идёшь! Лучше поработай вот с ней, — кивнул я на Хельгу. — Пожалуйста.
Андросов сжал кулаки, пытаясь возразить. Но тоже решил не препятствовать.
Я отнес девушку в лазарет Центра, который только назывался так. На самом деле, его оснащению и персоналу могли позавидовать лучшие лечебные заведения столицы. Истребители были слишком ценным активом, чтобы относиться к их жизни и здоровью попустительски. Фактически, если Иста заносили живым через порог, то вероятность его исцеления было на все сто процентов. Так что я больше за них не переживал.
Выйдя на улицу, я отошёл за угол, огляделся, не заметив чужих глаз, и заорал.
— Сука! Сука!! СУКА!!!
Прооравшись, я вздохнул, и немного пришёл в себя. Ненавижу такие моменты. Просто ненавижу такие моменты! Я понимаю, почему не очень доверяю людям, и работаю в одиночку. Одно идиотское решение ставит под угрозу множество жизней. Именно поэтому я всегда с большой щепетильностью относился к подбору своих соратников. А здесь моя спешка чуть не привела к катастрофе.
На плече возник озабоченный Шнырька и погладил меня по голове лапкой, пытаясь успокоить.
— Все ш-ш-шуки, а Ш-ш-шандр малатец-с!
А Кара молча потерлась тёплым боком об мое бедро. Я искренне рассмеялся, немного успокоившись. Затем погладил милых питомцев, и уже спокойно набрал телефонный номер. Хрулёв ответил.
— Да, Александр?
— Я могу взять любых из свободных Истребителей в Центре?
— Верно, любых. А кого ты хо…
Но я уже положил трубку. Неуважительно, да. Но, услышав положительный ответ, нужно всегда класть трубку.
Я ухмыльнулся, и побрел к гауптвахте.
Исты не были военным подразделением. Они даже не относились к Министерству Обороны. Они вообще были «над государством». Но дисциплина должна была поддерживаться на уровне. Поэтому гауптвахта была и в Центре. Никаких карцеров, никаких издевательств. Просто ограничение свободы. По большей части, добровольно. Не было никаких решеток, бункеров, не дай бог, спец. камер, в которой держали Волка. Просто казармы пониженной комфортности, где отбывали наказание провинившиеся. У них даже замков на дверях не было. А патрульный на входе стоял, дабы туда-сюда не шастали чужие.
— Привет! — махнул я ему рукой. — Дай мне список находящихся сейчас здесь.
— А зачем? — удивился патрульный.
— Много вопросов, боец. Всё согласовано с начальником Центра.
— Я должен проверить.
Тут его в бок толкнул напарник.
— Ты что, это же Галактионов. Я думаю, ему можно верить.
Я усмехнулся.
— Вот это правильно. Давай!
Он дал мне список на планшете, где я посмотрел сидевших здесь бедолаг. Тыкая в фамилию каждого, первое, на что я обращал внимание — причину их задержания, а второе, — тыкая в имя, я получал личное дело.
Я хмыкнул, и ткнул на несколько фамилий.
— Этих приведите сюда.
Боец кивнул, и побежал исполнять.
Я же вышел на свежий воздух. Душно было что-то внутри. Или на душе у меня сейчас душно.
Пять мужчин разного возраста и класса вывели наружу. Я на них посмотрел и улыбнулся.
***
Все пятеро сидели в наказание за пьянку.
Четверо были из одной компании, которые подрались с дежурным караулом на центральной проходной Центра. Кажется, они что-то пытались пронести неположенное и, по их мнению, очень смешное. Но караул был против, я не вникал. В итоге, они набили морды бойцам и прорвались внутрь, где уже были повязаны дежурной группой.
Пятый тоже отличился. Находясь в клубе, ему понравилась дама, и он очень хотел, как он выражался, поцеловать даме ручку. Но у дамы было четыре кавалера. Он положил их всех, действительно поцеловал даме ручку, галантно откланялся и неровной походкой пошёл к Центру, где его взяли тепленьким по звонку с жалобой. Но он особо не переживал, и просто пошёл досыпать не в казарму, а на гауптвахту.
Выглядели все они помятыми и потрепанными, смотря на меня угрюмо.
Четыре молодых Истов пятого ранга. А вот «галантный кавалер» был третьего класса. Его личное дело я просмотрел чуть подольше. Виконт Григорий Астахов, тридцать четыре года. Профессионал, в хорошем смысле этого слова. Голубоглазый мужчина с каменным рельефным лицом, и с частично седыми волосами, что было странно для такого молодого возраста. Его личное дело я пролистал поподробнее, почему-то проявив к нему интерес.
Ранее рейд-лидер дежурной группы Центра имел безупречную репутацию до своего 33-го года, точнее до того, как его группа зашла в Разлом, и пропала там на две недели. Их даже записали в мертвецы, а Разлом записали в «проблемный». Но на 15-й день полуживой и практически полностью седой Григорий вышел из Разлома и вынес оттуда трупы остальной группы. Дождавшись дежурных армейцев, он сказал — «Разлом зачищен!» и сразу впал в кому от полученных ран. Через неделю он оклемался, но из дежурной группы он навсегда ушел. О Разломе рассказывать наотрез отказался, и в последнее время зарабатывал на жизнь прохождением Разломов низкого уровня. В одиночку.
А еще он заимел, после того случая, одну пагубную страсть — это был алкоголь. Так-то вопросов к нему в боевых действиях не было. Вопросы возникали только в мирной жизни. Не мог он себя нормально вести, будучи на отдыхе. Второй его страстью были Разломы. Только в боевых выходах он не пил.
— Так, алкоголики-тунеядцы, — провозгласил я. — Кто из вас хочет немножко повоевать?
Ожидаемо, руку потянул Астахов с каменным лицом. Четверо остальных просто пробурчали, сказав, что они лучше бы еще поспали.
— Я глянул, что всем вам дали по трое суток. Но если пойдете со мной в Разлом, сразу после этого можете быть свободны. Дело быстрое, дело понятное. Хотите отдыхать здесь и дальше? Отдыхайте. Нет? Пошли со мной.
Молодые люди немного посовещались между собой, а затем согласно кивнули. Ну, другого я и не ожидал.
— Пятнадцать минут на сборы. Жду вас возле гаражей.
Подъезжая к Разлому, я улыбался своим мыслям. Честно говоря, мне трудно понять, почему я сделал именно это. Мне просто хотелось сделать что-то неправильное, что ли? Нет, «неправильное» — это не то слово. Мне просто хотелось немного пошалить. Мой юмор был странным еще в прошлом мире. И мои собственные шутки меня успокаивали немного. А злость от частичного провала прошлой миссии была внутри меня всё ещё сильна.
Этот Разлом я тоже разведал, и народ набрал не наобум. В Разломе был участок леса, в котором водились гигантские комары. Сильные, но не супер-сильные твари. Проблема была в другом. Его зачищали уже пару десятков раз, выискивая под каждым пнем очередного врага. Но вот только Разлом не закрывался, и всё тут. А через некоторое время комары появлялись опять.
Четверо молодых и дерзких Истов были стихийниками. А вот у виконта в личном деле стояла надпись «универсал». Мне интересно было посмотреть на его работу.
Кстати, взглянув на собравшуюся группу, я чуть было не присвистнул от удивления. Молодёжь была в разы лучше снаряжена, чем опытный Истребитель целого третьего класса. У него была лёгкая броня, и неплохой меч из адаманита — самый дорогой предмет в его «гардеробе». Мне кажется, проблемы с алкоголем у него реально серьёзные. Истребитель его уровня и в его возрасте уже должен был иметь пару домиков на берегу моря или живописной речки.
Внутри было все без неожиданностей. Эти «залётчики» действовали чётко по моему приказу. Молодежь принялась азартно отстреливать комаров. Сначала с кислыми минами, но после того, как энергия начала интенсивно циркулировать по телу, всё похмелье выветрилось, и они даже, кажется, начали вести счёт — своего рода соревнование, кто больше набьет.
А я, не вмешиваясь, с интересом наблюдал за Астаховым, который со скучающим видом стоял в расслабленной позе, опустив руки по швам, и даже не достал свой меч.
Вот только два момента заставили меня посмотреть на него ещё более пристальнее. Один обгорелый комар пробился сквозь заградительный огонь стихийников, и полетел прямо в голову одному из юных артиллеристов. Неуловимый взмах руки, и метательный нож разрывает летящую тварюшку надвое. А Григорий снова изображает скучающий вид.
И второй момент, когда особо хитрая пара комаров сделала натуральный противовоздушный вираж, пролетев мимо заградительного огня. Седой Ист снова оживился. На этот раз это был не нож. На этот раз было какое-то заклинание, которое я не успел заметить. Что-то типа парализации, потому что с виду невредимые твари упали на землю и замерли. Астахов же подошёл к ним, и также, не доставая свой меч, просто напитал ногу силой и раздавил их головы, счастливо улыбнувшись. Да он еще тот отморозок, похоже! Но вот силу его я никак не мог определить. Тут «пахло», как минимум, Мастером.
Собственно, тупорылые комары всё летели и летели, пока не сдохли все, до единого. И да, ожидаемо, Разлом не закрылся.
— Ищем еще, — кивнул я. — Далеко друг от друга не отходим.
Мы пошли цепочкой, рассматривая окрестности. Но, собственно, я уже знал, что ничего мы там не найдем. Шнырька мне уже всё показал. Официальная причина проблемы Разлома на сайте была в том, что изначально первая группа Истов обнаружила здесь энергетический кристалл. Вот только, когда они его разбили, что-то пошло не так. Часть энергии из него выплеснулась и растворилась в пространстве. А куда она растворилась — никто не имел понятия. Просто стояла пометка «некачественное закрытие», которую вот уже пару лет никто не смог превратить в «качественное».
Я решил пойти другим путём, и попытался почувствовать отголоски душ.
Лесопосадку раньше уже рубили, выжигали, оставляя одно пепелище. Но деревья чудесным образом вырастали, и снова выдавали комариную армию.
— Наш-ш-ш-шёл! — довольный Шнырька возник рядом со мной.
— Что ты нашёл?
И он мне показал. Внизу, где-то на глубине десяти метров, находилась пещера, в которой был ещё один кристалл поменьше размером, то ли дублирующий, то ли новый. В общем, понятно, куда перешла энергия из первого разбитого. А может этот кристалл был здесь всегда.
Исты, конечно, копали, пытаясь найти что-то под корнями, но на такую глубину рыть им просто не приходило в голову.
Я ухмыльнулся, а затем призвал двух броненосцев из моего поместья, которые глубоко под землей тупо начали отгрызать от этого кристалла кусочки. Когда он рассыпался на мелкие части, веяние силы показало, что Разлом закрыт.
Молодёжь недоуменно заозиралась, а вот Астахов криво усмехнулся, посмотрел мне прямо в глаза, и молча похлопал в ладоши. Похоже, он тоже что-то почувствовал, и сразу понял, кто виновник этого торжества.
— Всё, господа, на выход! Вечером можете опохмелиться, только без фанатизма. Второй такой счастливой случайности у меня для вас не будет.
Закрыв по-быстрому этот Разлом, я выдохнул. Во-первых, штрафников выгулял, а во-вторых, сделал все свои дела и закрыл долги.
Блин, нужно побыстрее решить все дела с особняком, и свалить туда вместе со своими людьми. А то я очень не люблю быть должным.
Еще этот Андросов… Вот кто его просил вмешиваться?
Выйдя из Разлома, я сразу же взял в руки смартфон, и стал судорожно искать, где бы мне спустить свой пар. Надо же… Меня сумели настолько достать, что теперь во мне проснулась жажда убийства.
В голове не укладывается, как можно было быть такими идиотами, чтобы подставить всю команду. Я полагаю, что в их делах появятся очень жирные минуса, после которых поубавятся желающие идти с ними в Разломы. К этому здесь тоже очень ответственно относятся. Ну, что я могу сказать… Влияние аристократии, которая забывает, что иногда нужно думать головой. Не все проблемы можно удачно решить, козырнув своей знатной фамилией.
Может мне отправить к нему в гости одного из своих существ? Но это явно не выход… Лучше Шнырьку отправлю, чтобы тот чего шпишдил у него в честь компенсации, а то мне хреново на душе.
Группу я отправил назад на транспорте Центра, а сам дождался Волка. К моему удивлению, дверь открылась, и наружу выскочил медоед, рванув куда-то в кусты.
— Что за хрень? Он что тут делает?
Волк смутился.
— Анна по делам в администрацию Иркутска приехала, а этот за ней увязался. Ну, тут как раз ты позвонил, а она еще не все дела порешала.
— Блин, Волк! А нельзя было сказать это по телефону? Я бы тебя не дергал!
— Ну… — смутился Потапов. — Приказ есть приказ!
Я вздохнул. Бывшие военные — конечно, хорошо и здорово, но голова промыта у них знатно! Это Андрей еще нормальный!
Твою мать… Медоед вместо Кары полез на ветку за белкой. Та перепрыгнула на другое дерево, а медоед свалился вниз.
Да что за день сегодня такой?! Даже мой питомец, и тот тупой! Впрочем, это не предположение, а кажется, истина.
Чем больше я за ним слежу, тем сильнее в этом убеждаюсь. Вот даже сейчас он лежит на спине, задрав лапы кверху, и кажется, его шея неправильно повернута набок.
Эх…
— Ш-ш-ш-шкатина… — покачал головой Шнырька, подтверждая, сколько от него проблем.
На данный момент он еще даже и близко не силен, как надо. Он попросту тащил энергию из артефакта, как угорелый, и от того был в достаточно хорошей форме. Даже думаю, что он его и сломал этим. А вот я не позволяю ему брать много энергии, что он и пытается постоянно сделать. Упорный, однако… Но даже так он сейчас на уровне с Карамелькой, а может и немного выше. Как минимум, думаю, его опыт превосходит ее. Вот только он слишком своенравный.
О! Пока я размышлял об этом, он оклемался, встал и… Сука, снова полез на дерево. Надеюсь, что он что-то понял для себя, и не упадет в этот раз.
Повернулся к нему спиной, чтобы не сглазить, и снова достал телефон.
*Шмяк*
— Да, твою ж мать… Отморозок, ты реально? — ответить он мне не мог. Кажется, он умер…
Когда питомец умирает, то это означает, что мне надо дать ему энергию на оживление, и тогда он снова будет в строю. Пока их души у меня, им ничего не грозит. А вот мне грозит нервный срыв и первые седые волосы до тридцати лет.
Такс… Нужно успокоиться, я как раз нашел интересный Разлом, который уже два раза пытались закрыть, и сейчас он свободен.
Недолго думая, беру на руки тушку медоеда, и отношу его в багажник.
Этот Разлом мне не принес трофеев, и я могу сказать, что потратил время зря. Нужно исправить этот досадный минус.
К новому Разлому мы подъехали быстро, он был недалеко, всего в тридцати километрах от этого места.
Здесь было все стандартно. Двое вояк на посту, которые проверили мою регистрацию и пожелали удачи. А еще предупредили, что даже крупные группы не справились там. Возможно, и мне не стоит заходить туда. Я лишь кивнул им, и направился внутрь.
Этот Разлом был интересным, здесь обитало два вида существ. Первые — это собакоподобные существа, которые явно произошли от бойцовских собак, и мутировали при этом. Не знаю, в прошлом мире именно такой породы я не встречал. Они были крупнее и сильнее.
— Кара и Затупок… или Отморозок… — я задумался. — Вы берете на себя всех псов, и рвете их на части.
— Мяу? — сделала красивые глазки Кара.
— Если увидишь белок, то их тоже можно, — дал ей ответ на ее вопрос.
А вот Отморозку не нужно было давать объяснений, он уже сам бежал навстречу приключениям.
Сама локация была прикольной. Лес, и посреди него находились развалины старого небольшого замка.
— А ты отвечаешь за трофеи, причем, все! — дал задание еще одному члену команды.
— Шнырька ш-ш-ш-ш-шделает…. — радостно открыл рот тот и, сделав сальто, пропал в тени.
Сам же я, напевая под нос дурацкую песенку про трёх гномов, которые подрались за золото, а потом их сожрал тролль и подавился, пошел к руинам.
То, что это был замок, я понял только по остаткам башни. Слишком круглые и обтесанные стены были внизу. А еще Шнырька все мне уже показал.
Волка я, кстати, оставил снаружи охранять, а Шнырька сейчас все ценности будет приносить ко входу в Разлом.
Причина, почему этот Разлом был не закрыт — это грязевики. Противные существа, которых очень легко убить, если знать, где они прячутся.
Они напоминали слизь, которая состояла полностью из грязи. Их любимый прием — распластаться на земле и ждать. За это время они припадали листьями, ветками и прочим мусором. Обычный путник мог их не заметить, и наступив, нередко умирал или лишался конечностей.
Те вмиг могли становиться объемными и обволакивали тело жертвы, при этом делая свое тело каменным, ломая кости и все остальное.
Вот, к примеру, я вижу одного такого, и спокойно сейчас иду к нему. Даже делаю вид, что не замечаю, и наступаю. Тот не стал терпеть такого, и сразу обволок меня, но его хватило лишь до живота.
Мой доспех стал трещать. Вот только я был сильнее, хотя он и стал каменным и легко вибрировал, стараясь сперва сломать меня, а потом сожрать и переварить.
Не выйдет… Легкий импульс, и мой доспех совсем немного увеличивается, и грязевого разрывает на куски.
Ну, как куски… куски грязи.
Желейки не видно… Обидно…
— Ко мне! — призываю я Шнырьку, и он не заставляет себя долго ждать. — Найди и покажи мне их всех, а еще тщательно проверь руины.
— Еш-ш-шть! — он приставил лапку к голове, и тут же пропал. У Волка, что ли, подсмотрел?
За десять минут я знал про этот Разлом все! Он был интересным, необычным. Есть над чем подумать, пока я ходил по всем грязевым, и лопал их. Только с одним возникли проблемы, так как он был громаден. Пришлось врубить свою ауру, которая прожгла его насквозь.
Кстати, хотя я и убил многих, но душ не было, от слова совсем. Они не совсем живые… Как бы это лучше сказать… элементали.
Только высшие элементали получают подобие души. Хотя мне кажется, что все они имеют свои души, просто у них работают совсем другие правила.
Впрочем, не суть важна, а важно то, что тут оказывается не два вида тварей жило, а три… А ведь Исты встретили только двух, и о них всех предупредили. Или специально не рассказали про третьих?
— Дерш-ш-ш-ши… — загробным голосом протянул мне мелкий кольца Истов, которые пали здесь.
Всего два кольца.
— Паш-ш-шиба… — с улыбкой передразнил я его, и погладил при этом.
Он надулся и пропал. А я пошел к новым неприятностям, где можно неплохо повеселиться.
Вот кого-кого, но каменного голема я не ожидал тут встретить. Возможно, это даже один из стражей этого замка.
Ростом под четыре метра, и три в плечах. Он был собран из этого самого камня, и вся эта башня была его материалом. И это было удивительно интересно.
Стоило мне подойти поближе, как он вышел из развалин, и взглянул на меня своими пустыми глазницами.
— УргалашХ… ШгарннннТраш!!!
Ого! Да у него даже речевые связки есть. Видно, основа была другая, а восстановился он уже из замка.
Язык мне был незнаком, и ответить я ему ничего не мог. Но, кажется, и не нужно. Наверное, он сказал что-то типа — «Убить нарушителя». И сейчас он бежит на меня на полной скорости, пытаясь раздавить своими массивными ручищами.
Я тоже побежал прямо на него, зная, как нужно действовать, вот только… Снова перенапрягаюсь. Противник непростой, но это будет полезно.
В последний момент, когда мы должны были столкнуться, я заливаю энергией ноги, и прыгаю ему на плечи, а потом, не теряя времени, с двух запитанных рук наношу энергетический удар.
Его голова в щебень, а с моих рук капает кровь. Гадство… Не выдержал доспех напряжения. Я теперь, практически, пуст, столько энергии вложил в этот удар. Но это сработало, и туша стала разваливаться на куски.
Другого выбора попросту не было. Голем силен, и любой урон может быстро восстановить. Тут нужна одна сильная атака, которая сразу перерубит место его сосредоточения. Странно, что у него оно было в голове. Не один уважающий себя големостроитель не сделал бы такого. Видно сразу, что это уже механизм регенерации и «самосбора».
Вот теперь это место безопасно. Ну, этот замок. А вот вокруг лес, и в нем полным-полно собак. Души так и поступают ко мне.
Чтобы немного помочь своим, создаю тридцать собак и вселяю в них души, а затем отправляю на помощь Каре и Отморозку.
Вроде мне даже полегчало, несмотря еще на слабость в теле. Но до завтра буду, надеюсь, как огурчик.
Интересно, надолго ли хватит собак. Как оказалось, да, надолго. Мне пришлось даже на помощь идти. И теперь у меня не меньше двух сотен свежих душ. И это хорошо объясняет, почему так быстро сбежали Исты отсюда. Собаки под халявной энергией размножаются слишком быстро.
Кстати, а Разлом не закрылся, и я не удивлен. Я знал, что с ним не все так просто. Я бы даже сказал — это чудо природы.
Все дело в том, что голем подключил артефактами все камни вокруг себя к своему источнику, чтобы в любой момент можно было восстановить свое тело за их счет. А Разлом напитывал голема, и заодно, и все руины.
Я попытался сломать один булыжник, и у меня ничего не получилось. Хмыкнув, попробовал кое-что еще. Подошел к новому булыжнику с гладкой поверхностью и стал вспоминать, как это делается.
Вливаю энергию в указательный палец, и рисую Руну Ингра на нем. Не прошло и пары секунд, как она засветилась и пропала, но в энергетическом плане я ее хорошо вижу. Удивительно, это магический камень. Я бы даже сказал — аномалия.
Нужно обязательно забрать весь этот строительный материал! Подозреваю, что стоит он немало, да и мне может пригодиться в усадьбе. Как раз у меня есть четыре фуры, да и деревенские сейчас без работы.
Одним из главных правил, если не самым главным, что вбивалось юным Охотникам со студенческой скамьи… хотя, какая там скамья — обучение Охотников проводилось по аналогии, когда ребёнка кидают в воду, и с интересом смотрят, выплывет он или нет. Вот только своего ребёнка, в случае, если он начинал тонуть, вытаскивали, а наставник же просто ухмылялся и уходил. Если пацан не может удержаться на воде, то Охотник из него не получится.
Так вот, с детства им вбивали в голову, что репутация для Охотников — самое важное. Слово Охотника в этом мире было твёрже самого прочного металла. И если он брался за контракт, то либо выполнял, либо помирал.
Сандр был хорошим Охотником. Его слово было кремень. По последнему контракту он лазил по этим идиотским горным пикам в поисках гнезда драконихи уже вторую неделю. За это время он сожрал почти все свои запасы. Оставалось немного вяленого мяса. Хоть закалённый организм мог продержаться почти месяц без пищи, и при этом быть в боевой форме, но доходить до этого не хотелось. У контракта тикали часы.
И вот, сидя у костра в пещере, наконец-то, он заметил в небе смутную тень. И мгновенно бросился в ту же сторону, несмотря на то, что уже расположился здесь на ночь.
Он угадал. Это был дракон, который привел его в своё логово.
Ещё полтора дня Сандр провёл в битве с практически неуязвимой тварью, пытаясь добраться до её гнезда. Измученный, слегка раненый и закопченный, он, наконец-то, почти завалил обессилившую тварюгу, которая уже плохо держалась в воздухе, тоже обессилев, и припадая на одно крыло, уселась на уступ неподалёку.
Сандр задолбался сражаться. Он хотел есть, хотел спать, а еще хотел женщину. А копошиться тут можно было еще долго. Драконы, твари полуразумные, поэтому Сандр, сложив руки «рупором», громко закричал.
— Не переживай! Я не хочу тебя убивать! Мне просто нужно одно твое яйцо!!! — попытался он успокоить тварь, намекая, что не все заберет.
Дальнейшее событие было неожиданностью даже для опытного Охотника. Дракон заревел, подпрыгнул в воздухе, и отчаянно загребая потрепанными крыльями, полетел прочь. Откуда только у него силы взялись?
Сандр усмехнулся и полез в покинутую пещеру. Против самих драконов он ничего не имел. Твари были умные, сильные и, как правило, не сильно вредные. Если только у них не падала планка. Эта дракониха вроде выглядела адекватно, так что пусть живёт. В любом случае, контракт у него был только на яйцо.
Зайдя внутрь пещеры, он сразу почуял неладное. А где гнездо-то? Вот кости зверей и незадачливых любителей приключений. Вот обязательный водопой. Вот «блестяшки», что любит собирать дракон. А где гнездо с яйцом?! Вот и «лежанка» дикой твари… Пустая…
Упс… Неудобно как-то вышло…
Сандр несмело улыбнулся, а потом до него дошло. И через секунду он уже ржал во всю глотку. Это же не самка…
Прости, братан! Я не хотел тебя так напугать!
Пять высокородных молодых девушек на выданье сидели своим узким графским кружком, пренебрежительно поглядывая на сидящих в стороне многочисленных виконтесс и баронесс. Статус у аристократов — это всё. И подружек нужно было заводить соответствующих.
— Девчонки, а что вы думаете о Галактионове? — задала вопрос одна из девушек, потягивая холодное шампанское.
Все оживились.
— Что ты имеешь в виду? О нем последнее время столько слухов ходит, что непонятно, где слухи, а где правда.
— Да я про Голдсмит говорю. Он уже пару недель вместе с ней живёт. Как вы думаете, у них что-то было?
— Конечно же было! — сказала вторая. — Без присмотра, наедине.
— Фу! — скривилась третья. — Как позорно.
Анна Голдсмит, до недавнего времени, была участником их узкого клуба графских дочерей. Но с тех пор, как связалась с Галактионовым, они ее не видели ни разу.
— Мне удивительно, что её батюшка так спокойно на это реагирует.
— Ну, ты же знаешь его отношение к Анне.
— Да, — согласно кивнула первая. — Наверное, он даже рад, что от неё избавился.
Все сдержанно захихикали.
— Но вообще, Галактионов красавчик! Нищий барон, и захомутал графиню!
Молчавшая до этого четвёртая дождалась, пока все замолкнут. В очередной пригубив пузырящийся напиток, заговорщически произнесла.
— Девочки, сейчас я вам что-то расскажу, и вы умрёте!
— Что у тебя? — тут уже обернулись все остальные.
— Я слышала, что объявлена помолвка между Андросовой и Галактионовым.
— Да ладно! — в четыре глотки сказали девушки.
— Как так-то? Он же живёт с Голдсмит!
— Барон и княжна?!
— Да бред, не может быть!
Со всех сторон посыпались удивленные возгласы.
— Информация стопроцентная. Один из гвардейцев Андросовых проболтался. Он дружит с моим охранником, — сказала «инсайдер».
— До чего же низко пал род Андросовых! — возмутилась одна из девушек.
Вторая же скривила носик.
— Я решительно ничего не понимаю. Он же нищий барон! Да Андросовы могли взять кого угодно!
— Ну, вот так-то.
Девушки откинулись на стулья с высокими спинками, задумавшись над своими думами, пока одна из них не сказала.
— А ведь признайтесь, если убрать в сторону его сомнительное происхождение и отсутствие денег, он ведь красавчик, правда?
— Это да! — вздохнули все остальные.
И перешли к следующим порциям великосветских сплетен.
***
Дела в Центре были закончены. Волк отвез Анну и медоеда в усадьбу, а затем вернулся ко мне. Мы последний раз переночевали в казарме, и Потапов сдал комнаты коменданту.
Предварительно я попрощался с Андросовым, сказав, где меня можно найти. Да он и так знал. А еще навестил Хельгу в лазарете. Нога у неё стремительно восстановилась, благодаря Лекарям Центра. Да и Андросов в этом поучаствовал. Несмотря на свой молодой возраст, его Дар значительно превосходил лучших Лекарей Истребителей. День-два, и снова девушка будет, как новенькая.
Кстати, несмотря на своё возмущение и показательный протест в последнем рейде, добрая душа проявилась в нём. Он уделил время и пострадавшим Истребителям, значительно упростив работу врачам. Всё-таки хороший он человек!
Волку я показал две точки на карте, куда мне нужно было попасть — склад и наркопритон. Оба объекта принадлежат Королю через подставных лиц. Это выяснила Анна, которая, занимаясь контролем уборки поместья, не забывала и о моих поручениях. А затем их проверил Шнырька.
Сперва запылал склад. А потом я вызвал неприятных существ, что напугали местных нариков до усрачки, выгнав их из помещения. После этого я поджёг и эту мерзкую опухоль на теле города.
Когда мой бронированный джип удалялся из Иркутска в сторону имения, меня посетила мысль. Интересно, если я выжгу имущество Короля дотла, и он останется голым, он всё ещё будет Королём?
***
Следующих два дня я посвятил отдыху и рабочим вопросам в имении. В принципе, Анна и сама прекрасно со всем справилась. И бригада селян оттерла главное здание усадьбы до блеска. Вот только после этого обнажились моменты, которые не исправишь простой уборкой. Частично сгнившая и потрепанная проводка, треснутые трубы и прогнивший пол. Похоже, здесь одной уборкой не обойдется.
Я в это время с Волком отсортировал полученное оружие на продажу. И пригласил к себе в гости Архипа, предупредив, чтобы он взял машину побольше. Любопытный лавочник, конечно, сразу принял моё приглашение. Я заранее его предупредил, что у меня за «товар», чтобы не было никаких неожиданностей. Но он сказал, что никаких проблем не будет.
Оглядев кучу добра, скинутого в обычный сарай, Архип широко улыбнулся.
— Знаешь, Александр, чем больше я тебя узнаю, тем больше поражаюсь. Король больше двадцати лет держал в узде Иркутск. А сейчас, за неполные две недели, на него начали тявкать даже собственные шавки. К твоему вопросу, знаю ли я, что покупаю, и точно ли понимаю, что делаю, отвечу так — если бы мне кто-то две недели назад позвонил и сказал, что хочет продать мне оружие, снятое с трупов людей Короля, я бы послал его нахер и заблокировал телефонный контакт, во избежание неприятностей. Сейчас же я понимаю, что это меньшая из проблем. Кстати, два дня назад кто-то спалил притон и склад Короля. Ты не в курсе, кто бы это мог быть? — лукаво усмехнулся Архип.
— Не имею ни малейшего понятия, — без улыбки покачал я головой.
— Я так и думал, — сказал он. — Ну что ж, приступим.
И мы приступили.
Торговля шла вовсю. На удивление, в неё с азартом включился Волк. Особенно, когда дело касалось огнестрела. За каждый автомат или винтовку он торговался, как за единственную любимую машину.
Когда торг закончился, то я разбогател 117 000 на рублей.
Из них сорок три тысячи я получил за оптовую продажу огнестрела и снаряги рядовых, и не очень, бандосов, кое-что оставив, конечно же себе. В первую очередь — антимагические боеприпасы, чтобы вооружать свою будущую гвардию.
А еще семьдесят четыре тысячи я заработал на продаже оружия и доспехов Одарённых, что погибли в подвале усадьбы. Из всего того я оставил лишь скимитар благородного эфенди, четыре интересных кинжала, и два комплекта брони — наручи, поножи и кольчуги, отказавшись от шлемов. Эти комплекты я передал Архипу на реставрацию, за что хитрый лавочник удержал с меня деньги за нее.
В принципе, мы разошлись, довольные друг другом. Я пожал Архипу на прощание руку, а Волк остался проконтролировать, чтобы подсобные рабочие не вынесли ничего лишнего.
И да, все машины, что мы забрали у бандосов, Волк продал по цене металлолома, чем они, по сути, и являлись. Мы выручили за них еще семь тысяч. Он оставил два лучших джипа для собственных нужд. Ну, и фуры, кроме той, что с трупами мы отправили Королю, мы тоже оставили. В хозяйстве пригодится.
У меня было почти 180 тысяч рублей — нехилая сумма, но подозреваю, что это ненадолго.
Я пошёл к имению, где Шнырька мне показал странную картину. Я не поверил своим глазам, кивнул уборщикам, а затем забежал на второй этаж, где Анна по-хозяйски расположилась в кабинете.
Кожаное кресло сгнило, его выкинули. Но сам деревянный стол из дорогого крепкого дерева сохранился. Девушка сидела на табуретке. Одной рукой клацала по клавишам, а второй брала из большого блюда аккуратно очищенные и нарезанные дольки яблок. Причём, один кусок она клала в рот, медленно пережевывая, а два куска отправлялось… кто бы мог подумать — медоеду, который сидел рядом с ней, как собака, и преданно смотрел ей в глаза.
Я зашёл внутрь, и присвистнул.
— Ни хрена себе, Отморозок! Ты что, сдался?
Медоед фыркнул, бросил на меня взгляд, и снова поднял морду, ожидая очередную вкусную дольку.
— Какой же это Отморозок, если он — Пупсик!
— Кто, блин?! — нахмурился я.
— Пупсик! — улыбнулась Анна. — Отличное имя для зверька. Правда, Пупсик?
«Пупсик» встал на задние лапы, а передние положил на стол, требовательно глядя на еще оставшиеся яблоки. Анна засмеялась, и закинула ему в рот ещё пару кусочков.
— Вот видишь, он отзывается.
— Позор на мою еще не седую голову! — театрально закатил я глаза. — Родовой зверь. Машина для убийства! Идеальный Отморозок. И… Пупсик?! Эй, Отморозок, иди сюда!
Тот покосился на меня, а потом перевел взгляд на Анну.
— Я сказал — бегом!
Честно говоря, я смухлевал, добавив немного духовной силы. Так что зверь побежал ко мне, и встал передо мной, недовольно скалясь.
— Вот это совсем другое дело!
Я пошёл, и уселся на чудом сохранившийся диван. Ну, как чудом… Просто он был сделан из дерева и кожи, а кожа, походу, была тоже непростая. Его отмыли, и он выглядел сейчас достаточно мягким и прочным.
— Пупсик! — крикнула Анна.
Смешно переваливаясь ножками, и тряся жирной задницей, медоед снова бросился к ней.
Я изобразил фейспалм.
— Анюта, я тебя умоляю! — не говори больше никому.
— Но ведь круто! И очень мило… — пожала плечами девушка.
Я вздохнул. Женщины… от них одни проблемы.
— Ладно, в боевых условиях ты будешь Отморозком, а дома Пупсиком, — милостиво разрешил я. — Пупсиком, конкретно, для этой девушки. У меня даже язык не повернется так называть тебя. Ну, рассказывай, как дела?
Она рассказала. Народ был «построен», имение вычищено. Собственно, это я и так видел. Дальше осталось произвести ремонт. Она достала из ряда стопочек с бумагами визитку виконта Смородина, что я дал ей заранее, и предъявила её мне.
— Вызываем строителей? — уточнила она.
— Конечно, ты пробила информацию?
— Исключительно положительные отзывы, как он и говорил. И да, если он даст тебе скидку, как обещал, то невероятно! Они обычно вообще скидок не дают. Но знаешь, что самое интересное?
— Что?
— На момент проведения работ, согласно Сертификату Имперской Безопасности, они привозят с собой нехилую кучу военных. Кроме собственной гвардии, там будут ещё представители Имперской Безопасности. Чтобы обеспечить ту самую конфиденциальность клиента, про которую они тебе все уши прожужжали.
— Хм-м-м… — протянул я. — Интересно! Ты в этом точно уверена?
Она закатила глаза.
— Конечно, я в этом уверена. Несколько раз проверила.
— И сколько они здесь будут находиться?
— Пока объект не будет сдан заказчику.
— Интересно… А дополнительная оплата?
— Все услуги входят в общую смету, поэтому они такие дорогие.
— Ясно-о-о… — ещё раз протянул я. — Ну, тогда решено. Дай-ка мне визитку. И это… Там немножко камней нужно перетащить — организуешь? Волк в курсе.
— Камней? — нахмурилась девушка.
— Магических, — почесал голову я. — Подозреваю, что очень недешевых!
— Сделаю! — загорелись глаза у Анны. Она вскочила со стула, сладко потянулась, изогнувшись и быстрым шагом направилась наружу. На пороге притормозила. — Пупсик, идёшь?
Медоед, как мне показалось, немного виновато посмотрел на меня, а затем повернулся и вихляя толстой жопкой пошел за Анной.
Я вздохнул и взял в руку телефон. Женщины не только мужчин в браке портят!
Виконт явно обрадовался моему звонку. И сдержал свое слово. Когда я описал ему фронт работ, он сказал, что первая бригада, а соответственно, и охрана, прибудут уже сегодня. Он приедет лично, и составит смету на все остальные работы.
После этого я позвонил Андросову, поблагодарил его за гвардию и сказал, что он может ее отозвать. Конечно же, Андрей не удержался, чтобы не спросить в чём дело.
Ну, никакой тайны здесь не было. Я сказал, что привлекаю строителей с собственной охраной. Это Андросов принял вполне благосклонно. Конечно же, не упустив момент пошутить, чтобы я был осторожен. И чтобы, как он выразился, «небольшой косметический ремонт» не оставил меня без штанов. Без спортивных штанов. Ха-ха!
Я сказал, что он дурак, и шутки у него тоже дурацкие! И всё нормально, деньги есть. А сам, с небольшой опаской, стал ожидать приезда виконта. Я никак не привыкну чувствовать себя нищебродом. Денег Архип отсыпал нормально. Вот только расценки на местные строительные работы я ни хрена не знал. Подозреваю, что это будет больно, очень больно. А это значит, что Разломы сами себя не закроют. И деньги сами себя не заработают.
Для встречи двух великих князей была выбрана нейтральная территория. Инициатором встречи выступил Вербицкий, так что Иван Васильевич выбирал место. И он, нимало не смущаясь, выбрал ресторан «Империал», который часто посещал даже сам Император. У Андросова, в связи с близостью его Рода к имперскому, там была отдельная кабинка. Хотел ли Андросов-старший слегка ткнуть носом зарвавшегося Вербицкого, показав свою близость к Императору? Не без этого.
Иван Васильевич был очень миролюбивым и, как говорили его подчинённые, справедливым человеком. Но когда дело касалось его Рода, лучший Лекарь Империи сразу вспоминал старую заповедь, что донёс до него сперва отец, а до отца его дед. Он говорил — «Иван, мы владеем очень мощным Даром. Наш Дар позволит спасти множество жизней. Но если ты почувствуешь опасность, вспомни, что этот же Дар можно применить врагам во вред. И тогда храни их Господь!» Собственно, по этой «методичке» и жил Иван Васильевич.
Когда открылась дверца в кабинку, и официант пропустил внутрь князя Вербицкого, Андросов широко улыбнулся, не переставая жевать, и даже не приподнял пятую точку с дивана. Лишь слегка улыбнулся.
— Присаживайтесь, Геннадий Павлович. Угощайтесь.
Вербицкий выглядел нервно. Его худое скуластое лицо пыталось сохранить невозмутимость, но получалось у него плохо. Ведь его Род также по праву занимал одну из верхних ступеней иерархии Империи. Но в данный момент эта ситуация, кажется, вышла из-под контроля. И зачем только ввязался этот пацан Андросов?!
— Спасибо, не хочу, — сказал он.
— Ну, как скажете, — улыбнулся Андросов, и щедрой рукой наложил себе на тарелку вкуснейшего салата.
— Я получил ваше предложение, — сказал Вербицкий.
— И?
— И я его принимаю.
— Отлично, — широко улыбнулся Иван Васильевич. — И очень разумно.
Собственно, длинное предложение, написанное изысканным витиеватым языком, несло всего один короткий посыл: «Давайте оставим всё, как есть».
Андросовы были в своём праве, защищая будущее родича. Вербицкие не знали, что посягнули на этого самого будущего родича. Ну, погиб внучатый племянник Вербицкого. Так ходили слухи, что он ещё слишком долго задержался на этом свете, учитывая непонятные движения, в которых он постоянно участвовал.
— Правда, всё это можно было сказать ответным письмом, или по телефону, — съехидничал Андросов.
— Я хотел обсудить с вами другое, Иван Васильевич.
— Слушаю вас, Геннадий Павлович!
— Я не верю, что помолвка Екатерины с Галактионовым — это правда.
— Вот как? — Андросов отложил приборы, и глаза его опасно блеснули. — Вы подозреваете меня во вранье?
— При всём уважении, — немного стушевался Вербицкий. — Но я… да и не только я… многие наши знакомые сомневаются, что, учитывая… гхм… специфику Екатерины, когда-нибудь найдётся для неё хоть какой-то мужчина.
У Андросова абсолютно пропал аппетит. Он раздраженно схватил салфетку и вытер губы.
— Мне кажется, вы зарываетесь, князь!
— Ничуть. Я всего лишь высказываю некоторые сомнения. И, заметьте, вполне обоснованные.
— Вам предъявить предварительный контракт?
— Нет-нет, не стоит. Зачем? Я вам верю! Вот только бумажка… вы же сами понимаете… это бумажка. Я другое хотел сказать. Ведь скоро у Екатерины день рождения. Верно?
— Да, — кивнул Андросов. — И к чему вы ведете?
— Я бы хотел получить приглашение на торжественный бал по этому случаю, чтобы посмотреть, как Екатерина танцует с Галактионовым.
Тут уже он не удержался, и широко усмехнулся.
Андросов долго молчал, раздумывая. Но, в конце концов, согласно кивнул.
— Считайте, что вы уже приглашены.
— Отлично. Этого я и хотел. Тогда увидимся на балу? И, кстати, какой подарок мне приготовить княжне?
— Решайте сами, — буркнул Андросов.
Аппетит и настроение у него испортились, и небезосновательно.
Вербицкий сел в свой бронированный лимузин, и кортеж вскоре тронулся. Напротив него сидел командир его гвардии.
— Странно, — задумчиво почесал скулы Вербицкий. — Андросов согласился. А ведь я думал, что он будет против. И что война Родов будет неизбежной.
Его командир гвардии посмотрел на него вопросительно.
— Так мне разрывать контракты и соглашения с нашими союзниками?
— Подожди, не торопись. Я думаю, что ещё рановато, — он поднял голову. — Ты уверен, что с их помощью мы уничтожим Андросовых?
— Я был бы уверен на все сто процентов, вот только, если бы не их близость к Императору, — улыбнулся в ответ гвардеец.
— Ну, этот вопрос я решу, — сказал Вербицкий. Он надолго задумался, а потом качнул головой. — Но вообще, конечно, риски большие. Сделаем так… Подстрой Галактионову несчастный случай.
— Без следов?
— Именно! Сделай это «шумно», но главное, чтобы на нас не указывало. Возможно, до войны и не дойдёт, — снова задумался Вербицкий. — Если помолвка и вправду существует, этим мы ослабим Андросовых. Если же помолвки нет, то мы просто уберем виновника гибели моего племянника-идиота.
Андросов лично пришел убедиться, что Хельгу вовремя выписывают из лазарета. Конечно, он понимал, что время пришло, ведь он сам приложил к ее излечению все свое умение. Но он должен был убедиться в этом сам. Смешно было наблюдать, как седые врачи серьезно кивали, соглашаясь с аргументами юноши, еще вчерашнего мальчика. Но только этот юноша был Лекарем из рода Андросовых, который, по всем своим способностям, превосходил их, всех вместе взятых.
Собственно, как и ожидалось, Хельга снова была в боевой форме. Немного расстроенная, так как пропустила момент падения того камня. В принципе, она знала, что у неё сил должно было быть достаточно. Она как раз уворачивалась от козла, но ее доспех просел от попадания предыдущего. Ладно, всё хорошо, что хорошо заканчивается.
Хельгу выписали, и они вышли наружу, обсуждая животрепещущую проблему — как им всё-таки привить Галактионову элементарные великосветские манеры.
У Андросова зазвонил телефон, и он взял трубку.
— Да, Мария, приветствую тебя. Нет, не знаю. Скорее всего, он у себя в имении, — тут Андрей рассмеялся. — Какие у него планы? Ну, ты же его уже немного знаешь, и понимаешь, что его планы — это только его планы. А мы можем об этом только догадываться. Да, у него там всё хорошо. Зная Сашу, думаю, что ближайшее время он посвятит Разломам, чтобы заработать ещё больше золота. Ну, я имею в виду рубли. «Больше золота» — это слова Саши. Не знаю, почему ему нравится этот металл. Хорошо, не буду говорить. Пока!
После отбоя он посмотрел на нахмурившуюся Хельгу.
— Это кто?
— Княжна Долгорукова прилетела в Иркутск по своим делам. Интересовалась нашим общим знакомым.
— В каком смысле — «интересовалась»? — ещё больше нахмурилась Хельга.
— Да кто ее знает! Они после Японии подружились вроде неплохо. Мне отец говорил, что ему Долгоруков-старший звонил, наводил справки о Галактионове.
— Зачем ему это? — спросила Хельга.
— Не знаю! — заржал Андросов. — Может, Марию за него замуж выдать хотят.
Вот только Хельге, похоже, было совсем не смешно. И Андрей перестал смеяться.
— Да ладно, ты чего надулась?
— Ничего! — фыркнула Хельга. — Ладно, Андрюх, спасибо тебе! Мне нужно еще к Хрулеву забежать.
И она оставила растерянного Лекаря в сторонке, а сама направилась в сторону административного здания Центра.
***
Строители принялись за дело. Смета была, ожидаемо, драконовская. Пятьдесят тысяч я отдал только в качестве аванса виконту, и это с учетом предоставленной скидки. По-хорошему, за эти деньги можно построить особняк с нуля. Такой обычный гражданский особняк. А тут только косметический ремонт.
Прав был Андросов. Но делать нечего. Если восстанавливать родовое гнездо, то восстанавливать его качественно. А за качество «Строительная компания братьев Смородиных» ручалась. Значит, надо обобрать больше Разломов или раздраконить ещё какой-нибудь Род побогаче, с которого получить на продаже лута много денег.
Мы с Волком прибыли в Иркутск, и остановились возле военного госпиталя. Госпиталь представлял собой несколько корпусов, разделенных, как по лечебному принципу, так и по родовому. Мы долго плутали по вполне ухоженной территории, пока не зашли в непрезентабельный барак для обычных простолюдинов, даже, не офицеров. Странно…
Когда мы зашли в палату, в нос ударил запах дезинфекционных средств, от которого реально начало щипать в глазах. Хотя местным пациентам было похоже все равно. Люди, которые лежали здесь, были больше похожи на живые растения. Большинство из них находились в коме, и жизнь их поддерживалась только с помощью приборов.
Волк уверенно прошёл через всю палату, и мы зашли в комнату поменьше, которая была, в отличии от общей палаты, чище и, главное, намного светлее.
Исхудавший человек, увидев нас, широко улыбнулся и попытался сесть в кровати, но скривился от боли, сдавшись. Невысокий, когда-то крепкий мужчина, сейчас явно исхудал. Из рук у него торчали иглы с капельницами, а сам он был подключён к большому медицинскому агрегату.
— Здорово, Пуля! — протянул ему руку Потапов.
— Здорова, Волчара! — в ответ улыбнулся пациент, и слабым голосом сказал. — Очень рад тебя видеть!
Андрей повернулся ко мне.
— Это и есть подпоручик Сарамбайкин Михаил Викторович, о котором я рассказывал.
Я осторожно протянул руку, боясь сделать ему больно.
— Здравствуй, боец! Меня зовут Александр.
— Здравия желаю, ваш-бродие!
— Волк много мне о тебе рассказывал, — продолжил я. — Он считает, что без тебя не справится.
Тут уж больной рассмеялся, на середине прервавшись. Даже смех доставлял ему боль.
— Конечно, не справится! Кто прикроет его задницу и подстрелит тех, кого он, увлекшись, не заметит.
Я глянул на Волка, и тот кивнул головой, подтверждая.
Я ощупал его тело своим духовным «сканером». Делал я это не так хорошо, как Андросов. Но я, в отличии от него, задевал ещё эмоциональный план. Тело у бойца было снаружи целое, а вот внутри творилось непонятно-что. Внутренние органы работали, как попало. Энергия внутри еле двигалась. А ведь он, похоже, был когда-то крепким Ветераном.
— Чем это его так? — повернулся я к Волку.
— Да мы… — он задумчиво почесал гладко выбритый подбородок, задумавшись, можно ли мне говорить. Потом решился. — Устранить нужно было Одарённых. Но когда мы попали в засаду, они швырялись, чем попало. В Мишу прилетело одно мерзкое заклинание, когда он прикрывал наш отход. Врачи сказали, что он не умрет, но никогда и не выздоровеет. Вот теперь вся его пенсия уходит на поддержание жизни. Как видишь, хватает только на корпус для рядового состава.
Я оглянулся, обводя рукой палату.
— Ну, я так понимаю, что здесь не только его пенсия. Но и немножко твои средства?
— Виноват, — буркнул Волк.
— Причём тут виноват?!
Внутри спецназовца-снайпера я чувствовал только одну очень сильную эмоцию — сумасшедшую надежду. Боец хотел вернуться в строй. И за эту возможность он был готов отплатить, как угодно и чем угодно.
— Значит так! — я посмотрел на часы. — Скоро за тобой приедет транспорт, и они заберут тебя в Центр Истребителей. Там тебя встретит княжич Андросов. Я думаю, через недельку ты будешь стоять на ногах.
Боец смотрел на меня выпученными глазами. Молча, лишь до крови, прикусив зубами губу. И тут я увидел, как из его уголка глаза потекла одинокая слеза.
Я хлопнул Волка по плечу, и кивнул в сторону выхода.
— Наговоритесь еще. Бывай, боец. До встречи!
Мужчины имеют право на эмоции. Вот только никто другой не имеет права эти эмоции у них наблюдать. Так что пускай Михаил переварит все это в одиночку.
Мы шли по территории госпиталя, и Волк был непривычно тих. Через некоторое время он поднял голову и сказал.
— Спасибо, Саша. Поверь, это очень многое для меня значит.
Я широко усмехнулся.
— Привыкай, Волк. Всё значимое для моей семьи и моих братьев — так же значимое для меня. Так что да, пожалуйста, всегда можешь на меня рассчитывать.
— Так я и сделаю, — кивнул Волк, мгновенно возвращаясь в хорошее расположение духа.
Привычно осмотревшись вокруг, мы сели в машину. Но Волк не торопился нажимать кнопку старта. Он включил камеры наблюдения, которые следили за обстановкой в наше отсутствие. И тут я услышал.
— Командир, выходим из машины! Осторожно!
Я тоже заглянул в экран и увидел, что какой-то мужчина некоторое время терся возле нашей машины.
Мы вышли, отошли в сторону, и только Волк собрался осмотреть машину, когда я оттащил его за рукав, отдав мысленный приказ Шнырьке.
Тут же у меня в руках появилось странное устройство с таймером обратного отсчёта, на котором красным цветом бежало:
«5… 4… 3…»
Устройство было выдрано у меня из рук, и отправлено в полёт. Сам же я оказался за широкой спиной спецназера, который закрыл меня от возможного взрыва. Я это, конечно, ценю, но я и сам мог о себе позаботиться.
По моему приказу Шнырька подхватил взрывное устройство, летевшее в сторону идущих по тротуару беззащитных людей, и телепортировал его, как можно выше.
Сильно громыхнуло. И над головой у нас расцвел огненный цветок.
— Ш-ш-ш-шалют!!! — восторженно заверещал Шнырька, образовавшись у меня на плече.
А Волк внезапно сорвался с места, выхватывая из кобуры пистолет, и открывая огонь уже на бегу. Когда я добежал до него через несколько секунд, он ногами бил мужчину, которого мы видели в кадре. Его духовный доспех нещадно трещал, несколько передних зубов уже отсутствовало. Свой меч он даже не успел вытащить из ножен. Волк же, похоже, намеревался забить его до смерти. Сквозь всхлипы я услышал обоснованные претензии.
— Так нельзя! Я аристократ! Я требую дуэли!
Но это вывело из себя Волка ещё больше. Он опустился на колени, и начал бить бедолагу головой об асфальт, повторяя.
— Аристократ?! Дуэль?! В жопу дуэли!!! Ненавижу аристократов!!!
— Не нужно его убивать, — осторожно сказал я.
На что увидел веселую усмешку Волка.
— Да я и не хочу. Ясное дело, его надо допросить.
Вокруг нас собрались люди. Когда Волк закончил, то схватил за ногу бесчувственное тело и потащил его в сторону нашей машины, оставляя за ним следы крови на асфальте.
— Расходимся, господа! — поднял я руки. — Ничего интересного. Просто неудавшаяся попытка покушения.
Волк подтащил его к машине и бросил на тротуар, не убирая из руки пистолет с антимагическими боеприпасами, следя за каждым его движением.
— Он твой, — кивнул он мне.
Не люблю я это дело, но допрос — есть допрос. Ожидаемо, незадачливый убийца не знал заказчика. Он просто был наёмником. Причём наёмником местным, специалистом по взрывотехнике, выполнявшим деликатные работы для заказчиков. Собственно, я и так знал, откуда ноги растут, точнее, предполагал. Понимал, что заказчики перестрахуются. Хотя, кто конкретно из тех, что имеют на меня зуб, я не понимал. Но с другой стороны, мне это было неинтересно.
Я встал и кивнул Волку.
— Устроим дуэль?
Волк усмехнулся и убрал пистолет в карман, после чего напитал ногу силой.
— Отойди, командир, в сторонку, чтобы не забрызгало.
Я хмыкнул и послушался. Он же просто раздавил ногой голову незадачливого наёмника. Потом спокойно достал тряпочку из багажника, и вытер ботинок.
Я расстегнул ремень, и снял его вместе с мечом и ножнами. А также достал кошелёк и телефон, бросив всё в багажник. Война — войной, а копеечка — к копеечке.
— Секунду.
Я подошёл к проходной госпиталя, откуда уже бежали солдаты, и кивнул на камеры, развешенные в округе.
— Что-то мне подсказывает, что с камерами у вас на пятнадцать минут возникли проблемы, и они отключились?
— Так точно! Откуда вы знаете?
— Да уж как-то так, — сказал я.
Наёмник был не дурак, и наверняка это подстроил.
— Я думаю, вы все видели собственными глазами. Если возникнут вопросы, звоните по этому телефону. Затем достал визитку, на которой был написан номер Анны. Любит она заниматься такими делами. А мы с Волком поехали в Центр.
Меня ждал «обязательный» Разлом. Как раз подошел срок, и Хрулёв, конечно же, этим воспользовался. А может и не Хрулёв, потому что в строчке «обязательные партнёры» я увидел имя Хельги. Когда она уже угомонится?
***
Разлом — это для меня не проблема, а наоборот — радость. Именно там я становлюсь сильнее, и ощущаю себя, как рыба в воде.
В этот раз я решил идти сам, без Карамельки и Отморозка. Не хотелось сильно многое показывать Хельге, а Отморозок — это «многое».
— Привет! Это ведь ты все подстроила? — сразу после прибытия в Центр набрал я Хельгу.
— Ты о чем? Привет! — ответила девушка, и голосом дала мне понять, что это она, но ни за что об этом не признается.
— Да вот думал сегодня пойти в бар и выпить немного, а потом с девушками познакомиться. А у меня, оказывается, Разлом на сегодня висит.
Мне показалось, что ее зубы скрипнули? Неужели, ревнуешь, девочка? Зря… Ты, конечно, красотка, но что-то меня в тебе смущает, только пока не могу понять, что. Не люблю загадочных девушек. Да и ревность была какая-то странная, как будто не к живому человеку, а к собственной вещи.
Если случится чудо, и небо упадет на землю, я буду выбирать себе жену, то такую, с которой у меня не будет проблем. Дом — это место, где отдыхают от всех проблем! Ну, я так считаю.
Подумал я, и грустно вздохнул, совсем забыв, что говорю по телефону с Хельгой.
Как у нас там говорилось? Охотник планирует, а Фортуна смеется.
— После Разлома сходишь, в чем проблема? — наигранно удивилась девушка. — В общем, через два часа ждем тебя возле ангара. Пойдешь с моей группой, считай, мы взяли тебя для усиления. Поедем на наших машинах, и в этот раз вся экипировка тоже наша.
Ого!
— Хорошо! Как скажешь, дорогая! — я согласился с ней, не раздумывая.
— Пока… — слегка смущенно ответила девушка.
Когда услышал о том, что одевают они, то сразу обрадовался. Дорого же им может обойтись этот поход. Они еще не знают, сколько всего может унести на своих плечах нормальный Охотник.
Ничего, скоро узнают. Ха-ха!
Кстати, мне показалось, что когда она еще не успела бросить трубку, то кому-то крикнула, что у них планы поменялись.
Какие еще там планы?
Да, я любопытный, но что поделать. А потому…
— Мелкий ко мне! — позвал я Шнырьку.
— Ш-ш-шта? — вылез он на мое плечо.
— Проведи разведку, и узнай покажи мне Хельгу, — сказал я, долго не думая.
— Ш-ш-шделаю и…
Что он сказал дальше, но я не расслышал, так как он уже пропал.
Я решил прогуляться по территории Центра и подумать о предстоящих планах. Анна с моим зверинцем сейчас находится в моем же поместье, а Волку я дал отгул, чтобы он своего товарища в лазарете устроил. Но, это дело минутное, дальше все зависит от врачей и Андросова. И что он делает сейчас, я не знаю. Наверное, как всегда мечется, не зная, чем конкретно заняться. А возможно поедет в поместье Анну охранять. Но, учитывая, что охраняют его сейчас боевики строителей, у которых крыша сам Император, то за нее можно не переживать.
Кстати, Карамельке и Отморозку там тоже теперь не скучно. Я дал им разрешение гулять в лесу. Они могут бродить там и убивать все, что нам мешает. Правда, кроме местных людей. Пришлось для этого прочитать Отморозку целую лекцию, что можно делать, а чего нельзя. Но он тупой, сука… или притворяется, чтобы выбесить меня?!
Но я же Охотник, или погулять вышел? Я ментально устроил связь между Отморозком и Шнырькой и Карой. Теперь, когда тот не знает, можно ли атаковать, то спрашивает Шнырьку, а мелкий не тупой, да и у нас с ним очень прочная связь. Все он знает, как лучше надо сделать. А Карамельку, похоже, только белки интересуют.
— Прошу прощения, можно вас на секунду? — услышал я милый девичий голосок.
Обернулся, а за моей спиной стоит девушка, лет восемнадцати-двадцати, с милым лицом и красивой фигурой. Стесняется, судя по всему, а еще на руке у нее блестит кольцо Иста 6-го ранга.
Она хочет что-то у меня спросить, но стесняется? Или у нее есть ко мне какое-то дело?
— Вы ведь Галактионов? Я не ошиблась? — смущается так мило.
Блин… Держите меня семеро!
— Верно! Слушаю тебя внимательно… Чем могу помочь? — спокойно спрашиваю, рассматривая ее.
— Я Мариса Хартская, новенький Истребитель, — начинает она говорить, а сути я пока не понял.
— Приятно познакомиться. Александр Галактионов! — учтиво вклиниваюсь и перебиваю ее. — Так чем могу помочь?
— Я хотела… узнать… как вы сами ходите в Разломы… Можете… поделиться опытом, как легенда нашего потока.
Ого?! Легенда? Когда я успел стать таким?
Два часа пролетели незаметно. Вот что называется пошел в парк подышать свежим воздухом, а меня тут подцепили. Я думал просто убить здесь время, а вышло даже интересно. Девушка была из новеньких, и как оказалось, их там муштруют, приводя меня в пример, говоря — будьте нормальными людьми и сразу ищите группу, а то будете, как Галактионов, в одиночку искать на задницу неприятности.
Теперь обо мне знают многие, и не понимают, что со мной не так.
Она хотела лично поговорить с таким человеком, и узнать мои секреты и уловки, если кратко. Глазки, кстати, не строила, она была слишком стеснительна. Нужно будет позже узнать о ней побольше от Анны.
Все два часа я ей рассказывал, что мне попадалось в Разломах. Никакой секретной информации, как я действовал. Не обошлось и без простых советов, которые чаще всего сводились к тому, что не нужно соваться туда в одиночку, и с умом выбирать отряд. А если что-то идет не так, и отряд наглеет, сразу разрывать с ним контакт. Но если и дальше что-то не так, то сразу идти к Хрулеву, тот мужик справедливый и порядочный.
Она не скупилась на слова благодарности на мою помощь, и когда мы уже расставались, пообещала, что все запомнит.
Надеюсь, что ее не убьют в первом же Разломе. Слишком добрая она для этого. А может просто грамотная маска, но не думаю. Гниль, обычно, Охотник ощущает почти сразу. У меня для этого опыта была слишком длинная жизнь.
Да и что я ей рассказал по сути? Не раскрывая своей тайны Душелова я мог только рассказать о контактном бое. А об этом не рассказывать нужно, это уметь необходимо! Кое-что звучало фантастически, я видел по ее глазам и прерывался. Ведь чтобы так действовать нужно быть мной. Ну, надеюсь, что-то у нее в голове отложилось.
Такс… Пора спешить, а то опоздаю на встречу с группой, и Шнырьку нужно с собой позвать.
Из оружия у меня был только родовой клинок. Я специально не брал ничего другого, хотя и была возможность попросить Волка привезти. Но зачем, если мне обещали все устроить. Удобно ходить в Разломы со знатными детишками богатых Родов. Они ничего не жалеют на своих отпрысков.
Когда я уже подходил к ангару, в котором готовился отряд Хельги, из тени вынырнул Шнырька, и первым делом вручил мне два «интересных подарка».
— Ш-ш-шволощ-щ-щь ты, Шнырька, — с осуждением глянул я на него, передразнивая, и поспешил засунуть первый предмет подальше. А куда тут спрячешь? Пришлось запихнуть во внутренний карман своей куртки.
Как же я «люблю» такие моменты… Шнырька мне принес нижнее белье Хельги, пока та была в душе. Специально показал мне, как она туда заходит, и как он роется в ее вещах. Это как своеобразная плата за информацию.
— Н-н-н-нада?! — с надеждой и ожиданием посмотрел он на меня.
Я скривился, и он сразу загрустил. Делать нечего…
— Конечно, давай! Я всегда мечтал о таких… — бюстгальтер у меня уже в кармане, и протягиваю руку. Довольный Шнырька передает мне ажурные трусики.
Дальше он стал показывать мне разговоры моей нынешней группы, и их действия.
Мне тогда не послышалось. Хельга, оказалась той еще стервой. Когда она услышала, что я после Разлома планирую еще по бабам пойти, то изменила планы, и теперь мы идем в другой Разлом, а не в тот, что она хотела изначально. Этот был тяжелее… Раза в два, и она дура… Зачем так рисковать? Или думает, что если я с ними, то все будет прекрасно?
В целевом Разломе живут измененные шипастые черные волки, причем, целыми стаями. Несколько групп пытались закрыть этот Разлом, но поняли, что там слишком опасно. И предоставили возможность другим попробовать себя, кто лучше подготовлен и сильнее в себя верит.
Блин, а как я мог пропустить этот Разлом? Ведь спецом мониторю их. Отличные волки, которые могут мне пригодиться. Они злые, как некоторые бабы, и сильные, как Карамелька.
Этот Разлом реально сложный для них.
А когда зашел в ангар и увидел, как те готовятся, то понял, что они все понимают. Все были молчаливыми и хмурыми. Но сколько здесь, мать его, оружия… Это словами не передать.
— Вы что, выкупили весь магазин оружия? У кого тут миллион был лишний? — обалдел я от такого.
— Не гунди и проходи! — помахал мне рукой Андросов. — Ты почти опоздал. Теперь у нас будет меньше времени на сборы.
— Справлюсь! — усмехнулся я ему. — Ты лучше о себе подумай.
— Галактионов, он прав, — подошла ко мне серьезная Хельга. — Готовься… Да, и прочти документы на столе, возле доски.
Она намекает, что мне все же стоит узнать, куда мы сейчас направляемся?
— Да нет, не хочу, — отмахнулся я от ее предложения. — Я доверяю тебе, солнышко. Ты же не потащишь меня в опасное место, где мы можем все умереть? Вероятно, по этой причине ты и не сообщила мне раньше место, чтобы я не успел отказаться. Да?
Хельга виновато опустила голову, и слегка поникла, но потом быстро взяла себя в руки.
— Ты как всегда… — покачала она головой и, эффектно развернувшись, зашагала прочь, при этом аппетитно вертя попкой.
Точно! На ней же нет сейчас нижнего белья…
— Классная попка! — я сказал ей вслед так, чтобы услышать могла только она одна.
Девушка еще сделала пару шагов по инерции, а потом до нее дошло, что я могу видеть больше, чем надо, и когда повернулась, ее белоснежную кожу покрыл густой красный румянец.
Не обращая больше на нее никакого внимания, с улыбкой до ушей, я пошел к столам с оружием.
В ангаре уже находились четыре бронированных транспортера, которые отвезут нас на место, и еще группа прикрытия из военных, чтобы те сторожили наш вход в Разлом.
Андросов, кстати, на моей памяти первый раз облачился в легкую броню, которая должна была оберегать его тело. Вот только магии я не ощущаю от железа, а значит, вряд ли ему может что-то помочь против тех волков. Они попросту пробьют металл, и даже зубы не попортят.
Я же в этот раз набрал всего вдоволь. Нашел на столе военный тактический рюкзак, и давай закидывать в него метательные ножи. С какими лицами на меня все смотрели, это словами не передать, но было приятно. И это помимо двух перевязей на груди, полных ножей.
Они затаривались по-другому. Видел там разные артефакты, а Пашка Смолин зачем-то вообще взял с собой толстую веревку. Решили иметь вещи на все случаи жизни, наверное.
Мне же проще, я мог и пальцем убивать, а ножи — это я беру для них, а не для себя.
Ножом намного проще прикрыть незадачливых сопартийцев, попавших в беду, чем ускоряться и палиться.
Когда мы закончили со сборами, то Хельга скомандовала выдвигаться. Уже в машине, в которой ехали мы двое и Андросов она решила заговорить.
— Ты же понимаешь, что я сегодня главная? — с вызовом глянула она на меня.
— Принимаю, но не понимаю, — ответил со смыслом я ей.
— Сань, может не надо? — скривился Андросов.
— Андрюх, я не понимаю, зачем она всюду тащит меня? Решила закрыть сложные Разломы налегке, при этом числиться главной?
— В этот раз, да… — честно ответил он мне.
А Хельга промолчала.
Ну, окей… Я понял.
— Главная, так главная, я не против, — пожал равнодушно плечами.
— Этот Разлом будет очень тяжелым, и добычи там всем хватит… Твоя доля будет больше других рядовых членов, сопоставима с долей рейд-лидера. — А вот Андросову тяжело это говорить.
Я примерно понимаю, что она непростая, и что-то с ней не так, так как Андросов ее не раз выручал.
Мне, по факту, слава нахрен не нужна, но вот в такие моменты, когда кто-то специально будет использовать меня ради увеличения своего статуса в обществе или других целей, мне неприятны.
Ладно, все думают, что я деревенский барончик, и слово «интрига» мне незнакомо. Я тоже умею показывать фокусы.
— Хм… Тогда это выходит, что я выступаю в роли наемника.
— Выходит, что да! — ого, сколько холода в ее словах. Это что, она сейчас обиделась, и решила показать свой характер? А зря…
— Вы точно можете гарантировать мне, что там будет неплохая добыча? — с улыбкой барона-дурачка спрашиваю я у Андросова, даже не глядя на Хельгу.
— Ну… там должно… быть… — запнулся он.
— Вот видишь, не можешь! — улыбаюсь я. — А потому раз я наемник, то требую ставку. Скажем, тридцать тысяч за то, что обязуюсь исполнять все приказы, даже не пререкаясь.
Андросов побледнел.
— Андрюх, это уже… — он покосился на Хельгу, прекрасно понимая, кому это я адресовал. — Это же задание Центра!
— Ну, так позвоните Хрулеву! — улыбнулся я. — И мы решим этот вопрос!
— Согласна! — холодно и властно сразу сказала она. — Договор составим на месте.
— Вот теперь я доволен! — улыбнулся, и откинулся на сиденье.
Дорогая, ты даже не представляешь, каким я могу быть. Ты только учишься быть стервой, а я ведь с ними жил! Они правили долго и жестко. Их боялись, о них мечтали. А жили они со мной! До тех пор, пока Кодекс не выгонял меня с насиженного теплого местечка. Увы, но у тебя нет никаких шансов против меня!
Как же приятно наблюдать за их лицами. Андрею очень неудобно, и он виновато смотрит на меня, не зная, что сказать. Прости друг, но так нужно. Хельга строит из себя ледяную принцессу, которую оскорбили, но она проиграет в этом поединке. Она сейчас думает, что многие проблемы в рейде из-за меня. Однако, проблема совсем не во мне…
Сейчас я иду с ними, и некоторые Исты действительно считают меня более опытным, и не без основания. Они часто спрашивают у меня, что делать. Да что говорить, даже те рейды с осьминогами и козлами показали мой уровень, и уровень Хельги. И почему-то именно я выносил ее на руках из последнего Разлома. Возможно, она бесится и злится из-за этого. Привыкла быть лучшей во всем, как мне кажется. А еще в спарринге я ее победил, что тоже дало свой эффект.
Как же мне нравится моя новая жизнь!
По хорошему, ей вообще не стоило меня звать в этот раз с собой. Ведь тут столкнулись интересы двух прирожденных лидеров.
У нас в Ордене тоже бывали такие случаи, когда два лидера не могли что-то поделить между собой. Но решалось все проще. Связывались со старшими и они назначали главного, а второй должен был беспрекословно подчиниться.
Я тоже буду слушать ее, но постараюсь делать это по своему. Зачем выполнять бесполезный приказ, если я уже знаю, каким будет итог. Хотя приказ — есть приказ, но помирать или страдать я не собираюсь. Следовательно, её планы я буду дополнять и видоизменять, чем окончательно подорву авторитет Хельги перед другими Истами. Но что значит авторитет одного человека по сравнению с человеческими жизнями?
Так что такая себе ситуация получилась, из которой я вижу только один выход. Не хочешь подрыва своего авторитета — не бери меня с собой. А может она просто влюбилась, и хочет меня почаще видеть? Может… Или я в ее глазах просто слишком удачливый и сильный Ист, который помогает ей выходить из Разломов без потерь, что сделает ей отличную репутацию на будущее?
— Почти приехали, — говорит Андросов. — Может вы все таки не будете вести себя, как малые дети? Вам в один Разлом вместе идти…
— Я могу и не пойти, — пожимаю плечами, и иду на конфронтацию.
Посмотрим, что ты скажешь, когда я тебя еще немного раздраконю перед Андросовым. — Ты же понимаешь, что я и сам могу справиться? А вот вы без меня — нет! Быстрее всего, без меня, Хельга положит половину отряда, и ничего хорошего из этого не выйдет. Потому и взяла меня с собой через свои мутные связи.
Ох, как скрипят ее красивые зубки.
— Ты же делаешь это специально, — качает она головой, понимая, что я ее провоцирую.
Выгнать она меня уже не может. Все оговорено заранее, заявка подана, и одобрена Центром, а люди готовы к Разлому.
— Так я и думал, — не получив ответа, говорю с улыбкой. — Знаешь, Андрюх, в принципе, она должна была отменить этот рейд. Ведь один из членов группы сомневается в своем лидере, а это уже опасно. Или выгнать меня к хренам собачьим! Вот тебе еще одна из наук, — подмигиваю ему.
Андросов лишь страдальчески закатывает глаза, а Хельга, кажется, хочет меня убить. Но пока молчит.
А может она подумала, что я специально это делаю, чтобы ее довести до белого каления, и быть свободным. Поэтому назло мне и терпит. Кто знает.
Стоп! А может ей стыдно вернуться с поражением? Она просто не может сдаться, даже не войдя ещё в Разлом.
Ладно, подождем и увидим, что будет дальше. Как сказал Андросов, мы уже почти на месте.
Когда мы подъехали, Хельга объявила получасовую паузу для подготовки. Все стали суетиться и чем-то заниматься, а я просто отдыхал и смотрел в небо, лежа на зеленой травке. Разлом находился на поляне возле леса.
Пока мы «готовились», она реально составляла контракт, и с каменным выражением лица переслала мне его на планшет.
Шнырька успел мне доложить о его содержимом еще раньше, и я знал его от корки до корки. Она умна… а еще злопамятна.
Есть много видов таких контрактов, и девушка выбрала один из самых жестких. Из плюсов, он был настолько жестким, что цена выросла до пятидесяти тысяч, так как меньше нельзя было по правилам.
Их еще называют «рабскими» в узких кругах. О боевых наемных контрактах я знал многое. Было время, когда предполагал, что могу стать наемником.
— Как ты и хотел, вот твой контракт, — указывает она на мой планшет, и криво при этом улыбается.
— Спасибо, но сначала я его прочитаю, — улыбаюсь я ей в ответ.
Тут ее маска чуть не спала. Понимает, что только полный дебил такое подпишет, и я могу отказаться и уйти. Рассчитывала, что я, как всегда, буду полагаться на волю случая, и все сделаю так, как будет проще, и просто подпишу.
Какие интересные тут пункты…
Например, за каждый нарушенный приказ — штраф пять тысяч. Если скажет — стоять, а я не сделаю этого, то это минус пять тысяч, что нифига нерадостно. Еще есть пункт, где лидер выбирает, сколько добычи я получу, а не равную с ней долю. Решила показать мне, где мое место в ее группе? Тоже неплохо придумано.
Еще я не имею права говорить, пока меня не спросят. Такое часто к болтунам применяется. Есть люди, которые не могут удержать свой язык за зубами, и отвлекают при этом других в сложных ситуациях. Штраф такой же за каждое нарушение.
Идем дальше… Что там еще? А это специально шрифт стал меньше, чем остальной?
Все обмундирование предоставляет лидер, и я его должен вернуть. А за все, что потрачу, лидер отряда сможет взыскать с меня деньги по тем ценам, которые посчитает нужным. Нередко в такие моменты людей загоняли в конкретные долги.
Там, по этому поводу, еще есть пару пунктов, но сути это не меняет. Уточняется, что по рыночным ценам. Но в этом и есть загвоздка. Рынок может быть на другом континенте, и один ножик будет стоить не тридцать рублей, а всю тысячу. А если еще учесть доставку и прочее.
Как она внимательно следит за мной. Пора делать свой ход.
— Ладно, лень дальше читать… Все равно ничего не понимаю, — зеваю, и ставлю свою подпись.
Вот оно! Ликование на ее лице, которое она даже скрыть не пытается.
Довольная девушка забирает контракт, и убегает прочь. Может, даже тихонько хихикает злодейским хохотом в палатке, которую уже поставили военные для отряда.
Удобный момент для того, чтобы снять с себя всю перевязь ножей и сбросить рюкзак, в котором и находятся те самые ножи. Пока никто не видит, иду и отношу их в транспорт, на котором мы приехали сюда. Почему меня вся эта ситуация так забавляет?
О, все уже выходят… Удобно иметь своего шпиона.
По быстрому накидываю на себя иллюзию рюкзака и перевязи, и теперь их не отличишь от оригинала.
А группа вышла слегка мрачная, и смотрят все недовольно. Причем — одни на Хельгу, а другие — на меня.
Может устроить раскол в ее группе? Нет, это уже перебор, а вот повеселиться можно.
Веселье началось очень быстро. Стоило нам войти в Разлом, как напротив нас оказалась пятерка черных волков. Какие красавцы, и отличное пополнение душ для моей коллекции.
Хорошо, что в контракте был пункт про «условную безопасность». Если, по моему мнению, лидер пошлет на смерть, могу ее нафиг послать, и разорвать этот контракт. Потом будут разбирательства, свидетельства сопартийцев и прочая лабуда, но это будет потом.
Все встали в боевое построение, а я, как дурак, стою себе и смотрю по сторонам. Ну, а что? Мне разве говорили, что делать? Нет… А без приказа я не двигаюсь.
— Нападают! — кричит Андросов.
Нужно будет дать ему нагоняй за то, что он кричит в таком месте. Мы находимся в обширном гроте горной местности. Здесь с любой стороны могут подойти еще враги, а он орет. Это сейчас враг далеко, но их реально много, если верить тому, что показал мне Шнырька. А он только начал.
Хельга создает технику огня и посылает в бегущих волков, чем только раззадоривает их. Огонь не причинил им вреда, а лишь вызвал задымление бронированных пластин на спине.
Бронированные волки — это красиво, как я уже говорил. Если бы они открывали учебник почаще, то знали, что нужно делать в такой ситуации. Таких тварей нужно валить физически. Я бы легко справился. Но я стою и жду приказа.
С явными усилиями они завалили двоих. Андросов в шоке смотрит на место, куда привела их Хельга, а затем замечает меня.
— Ты чего? — не понимает товарищ, почему я ничего не делаю.
— Стою…
— Чего?
— Не было приказа…
— Какого… — и тут до него доходит. — Контракт на приказы?
— Ага! — улыбаюсь ему.
— Нам пиз… конец!!! — в панике стонет Андросов, и поворачивается к Хельге. — КАКОГО ХРЕНА ТЫ НАСОЧИНЯЛА В ТОМ КОНТРАКТЕ?
О, кажется мой друг психанул. До него доходит, как бывает, когда его друзья реально могут сейчас умереть.
Хельга освободилась от ближнего боя, и взглянула на Андросова, а потом на меня.
— Идиот!!! — орет она мне. — Помоги нам!
Ой… Ошибка.
— Пункт 37. Глава отряда не должен унижать меня или оскорблять. Я же не делаю тоже самое в ответ.
У тех, кто это услышал, упала челюсть. Кажется, это ее первый в жизни контракт, и она решила от души накидать туда всякой хрени.
Но она перестаралась — в моем контракте было 72 пункта, а в нормальных обычно около двадцати. В самых жестких, на которые не один идиот никогда не пойдет, 40–50. Ну, это обычно.
— Твоя задача помочь нам, и быстро! — доходит до нее, после горы матов, что надо делать.
— Выполняю! — отвечаю я, и бегу к ним.
Конечно, мог бы спросить, в чем помочь или с чем. А так же спросить у ребят, нужна ли им моя помощь. Чай, кофе, капучино? Если кто-то скажет, что он ранен, и ему нужна помощь, я могу перевязать ему руку или вынести из Разлома.
Но ладно, не буду настолько загоняться, ведь в моем списке есть издевательства и поинтереснее. Да и не хочется, чтобы невиновные ребята пострадали, пока я тут буду устраивать свою клоунаду.
Одну графиню почти сожрали. Она пока еще отбивается, но волк быстрый, а ее слегка оттеснили в сторону, где весь пол усыпан каменными глыбами, и она два раза чуть не упала.
Оказавшись возле нее, закрываю девушку своим телом, давая ей время отойти подальше, и начинаю сражаться с волком.
Он был зол, и неистово кидался на меня. Пытался убить меня с одного удара своей мощной лапой. Так-то драться с ним легко, если только не попасть под эту самую лапу.
Удачный взмах, и нет у него лапы. Надоело, уже минуту с ним играюсь. А мог бы и час так делать. Она же не сказала, убей их побыстрее. Правда, и тут я мог бы уточнить… Убить…. кого?
О! Пора! Хельга один на один осталась с последним волком, и к ней уже спешат на помощь, только я ближе всех. Добиваю своего волка по-быстрому, и мчусь к ней. Для этого использую ускорение тела, которое жрет прорву энергии, но я все равно не врубаю его на полную. Нельзя мне выделяться.
Я оказался возле Хельги в той момент, когда волк сделал выпад, пытаясь вцепиться ей в горло, а она засунула ему в пасть свой клинок, вот только не острием, а как палочку для собачки. Идиотка!
Щедро напитав свою Аквилу, я одним резким движением отрубил голову волку и теперь наблюдаю за тем, как из его шеи фонтаном брызжет кровь. Хрена себе, вот это крутое у него давление! Там литров пять за пару секунд вышло, по моим прикидкам.
— Сделано! — засовываю клинок в ножны, и рапортую, залитой с головы до ног собачьей кровью, девушке.
Надеюсь, ей понравилась кровавая баня!
Разлом состоял из нескольких пещер-гротов, связанных между собой. Кое-где сверху пробивался тусклый свет. Поверхность была где-то рядом, но всё действие происходило под землей. Возможно, здесь где-то и есть выход на поверхность. Вот только сомневаюсь, что он будет нам доступен.
Шнырька мне показал, что площадь примерно в несколько квадратных километров перекрывалась необычным защитным полем, свойственным Разломам.
Отбив первую атаку, уже слегка потрепанный отряд с опаской смотрел на Хельгу в ожидании приказов. Вместе со мной в рейде было двенадцать человек. Из знакомых — Андросов, Хельга, Смолин и две графини — Покровская и Синельникова, которых я уже видел раньше.
Самое плохое, что, не считая меня, из одиннадцати человек физиков было только четверо. А ведь стоило изучить данные по этому Разлому лучше! Собственно, кроме лекаря Андросова, я бы лично никого не брал из стихийников. Но у Хельги были какие-то свои представления, на мой взгляд, ошибочные.
Командир рейда указал направление, и все пошли, выстроившись так, чтобы физики защищали более слабых энергетиков.
Я же, засунув руки в карманы, стоял и с интересом наблюдал, как удаляется моя партия. Графиня Синельникова обернулась, и недоуменно посмотрела на меня.
— Александр, ты чего?
— Приказа не было, — пожал я плечами.
Кажется, все уже понимают, что так просто этот Разлом им не пройти.
Екатерина покраснела от злости, и громко крикнула.
— Хельга! Галактионова забыли!
— Что значит «забыли»? — тут же отозвалась Хельга, глядя на моё улыбающееся лицо. — Приказываю встать в строй, в первые ряды.
Я задумался, — «не угрожает ли этот приказ моей жизни». Но потом подумал, что ладно — сделаю небольшую поблажку, и неторопливо занял своё место. Тем более, в следующей пещере я видел, что там было всего шесть волков.
Их мы раскатали. С трудом, но раскатали. Я все еще сдерживал себя, но старался следить за товарищами, отсекая атаки особо наглых тварей.
Когда же партия пошла в следующую пещеру, я несколько напрягся, ведь там уже была дюжина волков. Я громко хмыкнул, привлекая внимание.
— Что ещё? — раздраженно отозвалась Хельга.
Надо же! А ведь она за мной пристально наблюдает, хотя и делает вид, что это не так. Помочь им? Или не стоит? Хотя, одновременная атака двенадцати тварюг может слегка проредить нашу группу. А этого мне совсем не нужно.
— Разрешите сказать, командир.
— Разрешаю, — буркнула Хельга.
— Когда на нас ломанутся волки, рекомендую встретить их метательным оружием, — я кивнул на ребят, что были обвешаны оружием, как елка новогодними игрушками.
Хельга нахмурилась. Теперь в ней боролись два чувства — здравый смысл, который подсказывал последовать моей рекомендации, и гордость с обидой, ведь все слышали, что это моё предложение. В конце концов, здравый смысл возобладал.
— Встречаем метательным и стрелковым оружием, — решила Хельга.
Физики взяли метательные ножи. Энергетики и Андросов вытащили из-за плеч арбалеты и зарядили их эффективными, но чертовски дорогими артефакторными болтами. Так что, зайдя в следующую пещеру, мы встретили радостных волков шквалом арбалетных болтов и метательных ножей. Ну, как «мы»… Я стоял, крепко сжимая в руках Аквилу, и радостно улыбался, чем заслужил яростный взгляд Хельги.
— Галактионов, ты почему не работаешь?!
Я пожал плечами.
— Согласно пункту сорок два, всё выданное снаряжение я обязан компенсировать. Боюсь, что бедный барон испытывает острую нехватку личных средств, а в долги влезать я не собираюсь.
— Идиот!!! — ожидаемо отреагировала Хельга.
— Пункт тридцать седьмой — оскорбление… — начал я монотонно.
— Сделай что-нибудь!!!
Волки приближались, и Хельга начала паниковать.
— Приказ неясен, — хмыкнул я.
Но тем не менее мгновенно схватил за шкирку Смолина, что увлекся и двинулся вперёд, и отдернул его себе за спину, встретив волка ударом напитанной Аквилы. Завязался рукопашный бой.
Собственно, благодаря моему совету, из двенадцати волков до нас добралось только восемь, которых мы благополучно порешили.
Я достал тряпочку и невозмутимо стал стирать кровь тварей с моего меча.
Рейд сделал передышку, чтобы достать желейки из бронированных голов мертвых тварей.
— Ты что творишь?! — громко прошипела Хельга, подходя вплотную, стараясь, чтобы нас никто не услышал.
— Как что? — удивлённо посмотрел я на неё. — Следую твоим приказам.
— Я разрешаю тебе использовать метательное оружие без компенсации, — сжала кулаки девушка.
— Эээ… нет! Контракт подписан. А слова, да ещё без свидетелей, ничего не стоят. Ты же меня потом по судам затаскаешь, — хмыкнул я.
— Идиот!!! — снова сказала Хельга.
— Вы повторяетесь, дамочка, — хмыкнул я, с удовлетворением наблюдая за удаляющейся фурией.
— Желейки собраны, арбалеты заряжены. Идём дальше, — кинула Хельга.
А вот тут уже я немного напрягся. Шнырька показал почти два десятка волков в следующей пещере. Это может быть большой проблемой.
Чтобы сделал я в таком случае? Ну, будь я один, призвал своих тварей. Если же есть условие «не палиться», то в нынешнем составе рейда я бы просто скомандовал отступление. И хрен с ней, с репутацией. Только Хельга думала иначе.
— Встать в строй, Галактионов!
Я пожал плечами и выполнил приказ, незаметно доставая желейку, и рассасывая ее в руке. Кажется, мне сейчас понадобится много энергии.
Так и получилось.
Хорошо, что у нас были арбалеты с необычными боеприпасами. Ребята умели неплохо ими пользоваться. Вот только, в отличие от того же лука и ножей, перезарядка у них была долгой. Да, арбалеты тоже были непростыми. Встроенная в них красная желейка взводила механизм по нажатию кнопки. Не нужно было вручную натягивать тетиву. Но ребята успели сделать только по два выстрела, когда с грохотом и лязгом волна волков схлестнулась с нами. Вот тут и пришлось мне повертеться.
Два волка нападали на Смолина. Я снова отбросил Пашку прочь, рубанув одного волка, и напитанной ногой вырубив другого. А затем, в невероятном прыжке, пригвоздил к земле другого волчару, что заходил в тыл к Хельге, увлеченной битвой со своим противником.
А потом я чуть было не прозевал пару волков, которые прорвались сквозь строй физиков, чтобы добраться до нашей поддержки.
Вот тут меня порадовал Андросов. В то время, как все остальные энергетики бросились врассыпную, как испуганные дети, Андросов отбросил арбалет, и поднял свой меч, встав на пути бронированных тварей.
Что же ты творишь, дружище?! Однако он смог меня удивить. Силы в нём было не занимать. Когда первый волк приблизился к нему почти вплотную, он вытянул руку перед собой, и полупрозрачное марево окутало волка, который вроде бы внешне оставался невредимым, но сразу перевернулся на спину и стал корчиться от боли, протяжно завывая. Вот только второй уже летел в прыжке на друга, который, кажется, не мог применять свой имба-навык так быстро.
Я матюкнулся про себя, что не оставил вообще ни одного метательного ножа. Кто же ждал такой подставы от Хельги. Я-то думал, что у меня всего будет в достатке за счет нанимателя. Но у меня всё ещё была Аквила. Это, конечно, не метательный нож, но в бытность свою, чем я только не сражался. Я вам скажу, напитанная силой чугунная сковородка, прилетевшая в голову неподготовленному человеку — это даже очень сильное оружие. Тем более боевой меч.
Коротко замахнувшись, и напитав меч силой, я швырнул его в летящего волка. Мир как будто замер. Волчара всё ещё висел в воздухе, когда в него, сделав два оборота, врубился мой клинок. В отличие от предназначенного для этого метательного оружия, он не имел «накопителя» силы. Но это был непростой меч. И Душа Орла, и без этого, давала ему достаточную мощь. Поэтому, врезавшись ровно в горло, он не убил тварь, но от кинетической силы удара полёт твари сбился, и волк плюхнулся рядом с Андросовым.
К чести остальных энергетиков, они не разбежались, куда глаза глядят, а начали швыряться в зверя, чем попало. Возможно, у волков и было сопротивление против магии, но когда тебя в упор шарахают шесть неслабых энергетиков, тут уж не позавидуешь.
В какой-то момент я испугался, что мой меч расплавится — так они заливали огнём несчастную тварь.
— Хватит! — рявкнул я, выдергивая горячий меч из обугленного тела. Горячо!
Я бросился к волку, которого остановил Андросов своим анти-лечебным заклинанием, но Андрюха удивил меня во второй раз. Напитав меч силой, он проткнул ему башку до того, как я подоспел на помощь.
— Красавец! — хлопнул я его по плечу, и побежал вперёд, где все еще рубились физики.
Десять минут, и бой был закончен. На ребят было больно смотреть. Среди энергетиков пострадавших не было, а вот физики выглядели довольно потрепанными. Но самое главное, что вся рейд-группа выглядела опустошенной внутренне и физически. Они кидали косые взгляды на Хельгу, и тихо перешептывались.
Ну что, возобладает у неё здравый смысл? Хрен там!
— Андросов! Подлечи Смолина и Прокофьева! — начала раздавать приказы Хельга. — Всем рассосать желейки. Энергетики, держать строй! Заряжайте быстрее! Что вы, как дети малые?!
Один из энергетиков, между прочим, Истребитель четвёртого класса, фамилию которого я не запомнил, изумленно посмотрел на нее.
— При всём уважении, командир, но мы и так работаем быстро. Просто наши навыки не подходят для этого Разлома.
Хельга покраснела, потом побледнела, и сжала кулаки. В какой-то момент я подумал, что она набросится на подавшего голос виконта. Но она сдержалась. Представляю, сколько усилий ей это стоило.
Рассчитывала, что я тут буду жилы рвать, как всегда? Такой у неё был план? Увы, нет… Пора ее спустить на землю, и показать, что они могут сделать без меня. Я сейчас действую с ними на одном уровне, и в одной связке, но без моих основных способностей, это не дает нам преимущества. Хотя, я хорош! Ха-ха!
Пусть сейчас им тяжело, но однажды эта практика может и жизнь спасти. Правильная оценка своих сил — важнее всего.
Собственно, её косяк был уже очевиден для всех. Мне даже стало её где-то жалко. Сама по себе, являясь хорошим бойцом, у неё просто не было навыка командования. Тем более, в постоянно меняющихся реалиях Разломов и разнообразных тварей. Будь это обычные человеческие сражения, опыт накопился гораздо быстрее. Вот только, когда заходишь в Разлом, ты не знаешь, кого и насколько сильного противника ты там встретишь. Но, с другой стороны, этот Разлом был разведан, и твари были известны. Непонятно…
— А где твоё снаряжение? — нахмурилась Хельга, глядя на меня.
УПС! В момент наивысшего напряжения я забыл поддерживать иллюзию, и она рассеялась.
— Да волки сожрали, наверное, — небрежно махнул я рукой.
— Это залет, боец! — хищно улыбнулась девушка, у которой тут же поднялось настроение.
На что я молча пожал плечами.
— Так, двигаемся дальше!
Тихое роптание раздалось со всех сторон.
Ко мне сбоку подошёл Андросов.
— Саша, может хватит? Найди с ней общий язык. Это ребячество не доведет нас до добра.
— Андрюха… за все свои действия приходится платить, и она не исключение. Возможно, для других она отличный командир и боец, но не для меня. Не стоило ей показывать свой характер таким образом, за мой счет. А за команду ладно, так и быть, не бойся! — тихо ответил я. — Я присмотрю за вами.
Андрей нахмурился, но кивнул. Что-что, а верить мне он, кажется, уже научился.
В двух боковых пещерах было по пять волков, которых мы с трудом, но тоже ликвидировали. А вот дальше Шнырька показал мне что-то очень интересное.
Рейд-партия восстанавливала силы, и уже открыто выказывала свое недовольство. По глазам я видел, что Хельга сама сомневается, стоит ли продолжать рейд. Но ее гордость возобладала над разумом.
Никогда этого не понимал. Лучше проиграть, и остаться живым, чтобы потом вернуться и отомстить за поруганную честь, чем геройски сдохнуть, и доставить врагу удовольствие победы. Немного не по-аристократическому? Да, и хрен с ним! Я аристократ пока всего восемнадцать лет. А Охотник… намного-намного больше.
Вот только сейчас у нас действительно возникла проблема. В следующем помещении Шнырька показал здоровенную матерую волчицу, вокруг которой выстроилась дюжина злобных охранников. И все они смотрели в нашу сторону. Они явно ждали нас.
И это мне совсем не нравится…
Вот мне интересно, этот момент подходящий, чтобы перестать дурачиться, и начать вести себя нормально? Я призадумался… С одной стороны, с волками я и сам могу справиться, а с другой, тогда придется приложить намного больше сил.
Ладно… Снизим немного накал страстей. Хельга уже не такая серьезная, а больше взволнованная и обеспокоенная. У девушки горячий нрав. Сначала делает, а потом думает.
Наверное, она предполагала, что будет так, как в прошлых походах, когда я давал советы, а она их выдавала за свои. Хоть все и так слышали, от кого они шли, но ей, видимо, было так удобнее. Не нравится ей подчиняться мне, не заставлять же.
— Рекомендую встать у меня за плечом, — тихо буркнул я, чтобы окончательно не подорвать ее авторитет.
Хельга удивлённо посмотрела на меня. Затем нахмурилась и пристроилась рядом.
— Ты слишком много возомнил о себе, Галактионов! — яростно прошипела Хельга.
Ее дело… Мне даже нравится в ней то, что она такая строптивая. Все равно все будет по моему.
— Ну, я тебя предупреждал, — хмыкнул я.
И мы пошли вперёд.
Как только мы зашли в пещеру, все остановились, как вкопанные, разглядев здоровенную тварь, что ждала нас. Позади раздались удивленные возгласы. В некоторых слышался откровенный ужас. Да, выглядит она внушительно. Размером со здоровенного быка, весом, наверное, в полтонны, а с броней, и всю тонну будет. Вся закрыта броневыми плитами, которые явно толще, и так не тонкой брони её «детишек».
Помимо воли мои губы растянулись в кривой улыбке. Не мог я ничего поделать с собой, когда видел здоровую и крепкую тварь, чья душа здорово усилит меня и моё тело. К тому же, если я всё-таки разберусь с окончательным оживлением душ в этом мире, к моей муравьиной армии можно будет прибавить еще этих злобных бронированных волчар. Красота же! Жизнь налаживается!
— Ты чего улыбаешься? — буркнула Хельга, заметив перемену в моем настроении.
Не стал ей говорить, что красотой волка любуюсь.
— С жизнью прощаюсь, чего же ещё! — громко сказал я. — Кажется, по вине одного очень самонадеянного рейд-лидера в Иркутском Центре станет на двенадцать Истребителей меньше.
— Хельга… — осторожно начал Андросов — Может не…
— Молчать!!! Держать строй!!! — девушка сорвалась на крик.
Кажется, ее нервы начинают сдавать. Кстати, пока не забыл, послал мысленный посыл Шнырьке облазить здесь все и собрать трофеи. Может, что-то ценное найдет.
Кажется, у неё сейчас натуральная истерика. Похоже, я перегнул палку. Идея была заставить её отступить. Я бы потом вернулся сюда в одиночку. Но снова я не рассчитал яростный характер Хельги. У неё упала планка, и она махнула ярким белым мечом в сторону твари.
— Атакуем!!!
— Стоять!!! — рявкнул я, не выдержав.
— Что??? Неподчинение приказу?!
Но тут уже планка упала у меня. Хер с ним, с этим приказом.
— Забыл про контракт?! — злобно зашипела девушка.
— Нет… Дорогая, я хорошо помню о нем, а вот ты, кажется, забыла. Пункт номер 56, в котором говорится о неподчинении приказам в случае их неправомерности для жизни наемника, — я повернулся к Андросову. — Князь Андросов, не считаете ли вы, что эта ситуация явно выходит за рамки слова — “безопасно?”
Андросов нахмурился, и это был интересный для меня момент, к которому я специально подводил. Хотел узнать, насколько велик статус Хельги или ее связи. Не может же целый княжич вот так легко плясать под её дудку.
— Вынужден с вами согласиться, барон Галактионов! — кивнул мне Андрюха.
Хельга глянула на него недобро, но не так, как на меня. Скорее, с обидой. А мне только этого и требовалось.
— Смотри и учись… командирша! — усмехнулся я Хельге, и повернулся к группе.
— Что ты себе…
— Из прохода не выходить! Стоять здесь, и отстреливать подходящих поближе врагов! — стал раздавать команды, не обращая на нее никакого внимания.
Я посмотрел на физиков. Смолин и Прокофьев пострадали больше, чем Хельга. И ещё один здоровый Ист четвёртого класса держался очень хорошо.
— Смолин, Прокофьев! Стойте здесь, и не подпускаете к ним волков.
— Я сказала — вперёд!!!
Я тяжело вздохнул.
— Вы можете послушаться её. А можете послушаться меня. Во втором случае, у вас будет минус к “репе”, как неподчинение приказу рейд-лидера. А вот в первом случае, хорошо, если ваши медальоны смогут передать родственникам, потому-что эти тварюшки сожрут вас всех без остатка.
Ребята переглянулись, и сразу заняли построение, как я говорил.
Хельга нависла надо мной. Она была в бешенстве.
— Доволен?! И что же теперь?!
Я издевательски улыбнулся, и открыл рот, чтобы попросить приказ, но потом захлопнул. Игры закончились. Да, я понимал, что сейчас я собственными руками рушу тот костяк, на чем стояла армия и, частично, Истребители. А именно, беспрекословное подчинение лидеру.
Вот только у нас тут не война… А ясли… В Центре сейчас у них проходит обучение к дальнейшей жизни Истов. И именно поэтому такие моменты очень даже часто встречаются. А за свою репутацию я не переживаю. Сегодня просто отличный день, все идет так, как я и хотел. А после этого Разлома я смогу с чистой совестью заявиться к Хрулеву, и сбросить с души еще один камешек. Он поймет, почему я так поступил. Хоть и нехорошо пререкаться с командиром.
— Стойте во втором эшелоне. Я вытягиваю тварей на вас, сначала отработка на дистанции, а затем ближний бой.
— Ты пойдёшь сам? — слегка дрогнуло лицо Хельги.
Ой, а что такое милая? Дошло, что командир — это не только тот, кто отдает приказы, но и берет на себя все самые опасные места. Именно поэтому командирами не становятся слабаки и глупцы. Хотя она и не была глупой, но сегодня не ее день. Да и по сравнению со мной, шансов у нее никаких нет.
Было видно, что у неё не было задачи меня убить. Она просто хотела мне показать, кто здесь главный. Этот же мой поступок был сродни самоубийству.
Я только улыбнулся и пошёл вперёд, осторожно прощупывая агро-зону врагов. Она «нашлась» примерно на полпути. Первая полудюжина волков стартовала. Вторая оставалась с неподвижной маткой.
Не время сейчас геройствовать. Я развернулся, и припустил назад, крича во всё горло.
— ОГОНЬ!!!
Двух волков они подбили. Ещё с тремя мы справились.
— Молодцы! — от души сказал я им. — А теперь повторим.
Хельга открыла рот, чтобы что-то сказать, но я устало махнул рукой.
— Молчи. Просто помолчи. И учись, а то так и будешь ходить истеричкой.
Кажется, слова про истеричку задели ее больше всего. Но что поделать, нравится мне злить ее. Как бы пунцовый цвет лица не остался с ней навсегда. А ещё от такого, я слышал, случаются инсульты.
Я про себя улыбнулся и, не торопясь, пошёл выманивать следующую группу. На этот раз они все ломанулись на нас. Я было бросился бежать, но потом понял, что даже если ребятам повезет и они отстрелят двух волков, остальные просто сметут их тараном. Особенно эта главная здоровая дура. Поэтому я резко развернулся, и бросился навстречу всей семёрке.
Сзади раздались изумленные крики. Кажется, Андросов закричал — «Саша, осторожно!!!». Но умирать я не собирался.
Максимально ускорившись, я врезался в ряды противника, не сшибая грубой силой, а уворачиваясь от врагов, работая мечом. За короткое время я отрубил лапу одному, распорол бок второму и, уже пробежав на противоходе всю группу, всадил Аквилу в задницу здоровенной волчары. Со скрипом, но клинок вошёл. Я почувствовал толщину брони матки, и поблагодарил Высшие Существа за то, что у меня теперь есть такой меч. Он выдержал! Выдержал, как приток энергии из моего тела, так и удар через толстенный лист брони, которому бы позавидовал любой земной танк.
Я добился своего. Тварь взвизгнула и повернулась ко мне.
Часть волков продолжала бежать, но двое остались. Придётся немного потанцевать. Так быстро я не двигался уже давно. Моё неподготовленное тело скрипело и стонало. Я чувствовал, что суставы буквально хрустят, когда я изгибался под невероятными углами, а мышцы находятся на грани разрыва. Охотники всю свою жизнь прокачивают своё тело. А у меня пока только две печати, которые, несомненно, помогают, но сегодня противник мне попался очень серьезный.
Была бы здесь Карамелька и другие призванные питомцы, я бы даже не устал, скорее всего. А так приходится отыгрывать роль слабака, который действует на грани своих сил. Поэтому нужно следить за врагами, а еще за тем, чтобы на автомате не сделать чего-то, что удивит всех остальных.
У меня даже не было времени посмотреть, что там происходит у ребят. Я умудрился отрубить лапу одному из двух «обычных» волков, ранить второго, при этом уворачиваясь от выпадов волчицы.
Ещё пять минут моих танцев, и остались только матка и один подранок. Я оттягивал его на себя, чтобы прибить, когда сбоку промчался смутный силуэт, и с криком «Атакую!!!», Хельга ломанулась на главную тварь.
— Что ты делаешь, дура?! — кажется, я сказал это вслух.
Но даже это не выражало всего моего отчаяния. Эта дурочка только что сломала весь мой план, который и так балансировал на грани. И вместо того, чтобы прикончить волка, как я задумывал, я просто пнул его ногой в уже раненый бок, откидывая его подальше, чтобы выиграть немного времени. И бросился к Хельге на выручку.
Удар огромной лапой сбил храбрую, но глупую девчонку с ног, и она сломанной куклой отлетела в сторону. А волчица напружинила лапы, чтобы в прыжке добить дерзкую воительницу. Все случилось потому, что Хельга была измотана, а волчица лишь притворялась уставшей. Волки хитрые твари, а видоизмененные еще и очень умные. Разломы дают им не только силу, но и мозги.
Я заорал, и в одном прыжке бросился вперед, сталкиваясь с тварью в воздухе. Полтонны живого веса, ещё, наверное, столько же брони. И всего неполные сто килограмм человеческого тела. Вот только внутри этого человеческого тела находился очень сильный дух, который не привык проигрывать.
В доспех я вкинул всю энергию без остатка, что у меня оставалась. Но этого было мало. Спера затрещал мой доспех, а потом и кости, когда мы с тварью с громким грохотом сшиблись в воздухе и рухнули на землю. Слава яйцам, что упали рядом, а не на ошеломленную Хельгу.
Острая боль пронзила мне руку, в которой был меч. Я увидел, как огромные зубы сомкнулись, продавливая доспех. Да как так-то?!
Боль — это хорошо. Боль даёт понять человеку, что он ещё жив. А пока человек жив, он может что-то предпринять, в отличие от мёртвых, которые уже не испытывают боли.
Потерять руку я не боялся… Я терял ее не один десяток раз раньше, и знал способы вернуть, вот только все равно приятного мало. Пришлось использовать души в экстренном варианте, и брать из них больше энергии, а также из лежащей в кармане красной желейки. Вроде хватило, чтобы доспех еще немного продержался.
Перехватив меч, который был в зажатой, как в капкане, руке, я оценил остатки своей энергии. Бронированную морду я не пробью, поэтому поступим по-другому. Мозг работал на сверхсветовых скоростях, усиленно рассчитывая варианты.
Зачерпнув силы уже из самого тела, что несомненно мне аукнется потом жёстким отходняком, напитав руку, я двинул рукояткой в нос твари, прямо под бронированный лицевой щиток. Нос у собакообразных — очень нежное место, и даже у адской твари это не было исключением.
Не могу сказать, что это её сильно ошеломило. Но пасть она разжала, заорав, и одновременно освободила мою руку, показав незащищенное нёбо, куда точно вонзился мой напитанный меч, пробивая его, и вонзаясь в мозг этой твари. От всей души я потянул его на себя, изображая миксер, и представляя, что меч сейчас делает с её мозгом.
Вот только одного я не предусмотрел — при предсмертной судороге её челюсть сжалась, прихватив мою вторую здоровую руку.
А недобиток уже летел ко мне, явно намереваясь отомстить. Всё, что мне оставалось — это лягнуть его ногой и постараться сделать так, чтобы гад не укусил меня ещё и за ногу.
Вроде удалось. Волк, взвизгнув, отлетел. И тут же в него вонзился один, второй арбалетные болты. Потом подскочил потрепанный Смолин, и добил его.
Вокруг наступила неестественная тишина. Рядом со мной на колени упал сначала Павел, а потом и Андрей.
— Жив?
— Жив, — усмехнулся я. — Но не совсем здоров. И буду очень благодарен, если вы откроете эту чертову пасть.
Я был пуст. Пуст… полностью.
— И ещё, — я открыл рот. — Можно мне желейку?
— В рот? — удивился Андросов.
— Ну не в задницу же!
— Так ты же раньше говорил, что это шутка насчет поедания желеек, — нахмурился Андросов, но, тем не менее, достал красную желейку.
— В каждой шутке есть доля правды. Давай уже.
Я снова открыл рот, куда залетела желейка. Здравствуй, изжога!
Силы начали потихоньку возвращаться. Два физика подошли и разжали челюсти волка, достав мою руку. Осторожно ею поводив, я понял, что доспех сдержал, и кости не задеты, в отличии от моей правой руки.
— Все живы?
— Все! — сказал Андросов. — И, походу, только благодаря тебе, — добавил Смолин.
Молчаливый физик согласно кивнул.
— Твоя рука! — увидел Андрей.
Энергия уже вливалась в меня. Адреналин уходил из крови. Я начал чувствовать боль. Но тем не менее, мотнул головой на бесчувственную девушку.
— Посмотри, что с ней.
Андрей ахнул, и подбежал к Хельге. Я уселся, и бесцеремонно привалился спиной к большой башке твари.
— А ты хорош! — выдал Истребитель, фамилию которого я так и не запомнил.
— Спасибо, — сказал я. — Вы тоже неплохо поработали. Кстати, как тебя-то в группу занесло?
Ист почему-то смутился, брякнул что-то невразумительное, и отошел в сторону от меня, и от моих неудобных вопросов.
Сбоку раздалось копошение. Хельга пришла в себя, и резко приняла сидячее положение, зашипев от боли. Андросов произвёл ещё пару манипуляций, и она осторожно встала на ноги. Сделала шаг, нога у неё подвернулась, и она с криком упала.
— Что с ней? — крикнул я.
— Что-то с ногой. По-хорошему, она немного не долечилась. Ну, как не долечилась… — скривился Андросов. — Для обычной жизни — да, а вот нагрузки не выдержала. Похоже, ей придётся ещё раз полежать в больничке.
Он подошёл ко мне.
— Дай посмотрю.
— Ты точно всех других осмотрел? — усмехнулся я.
— Да-да, герой, точно! — он осторожно прикоснулся к моей руке, нахмурился, и достал желейку, рассасывая ее в руке.
— Всё так плохо? — уточнил я у него.
Особой боли я не чувствовал, хотя и не очень хорошо соображал.
— Да нет. Более-менее. Я просто хочу тебе срастить кость прямо сейчас.
— А что, так можно? — удивился я.
— Ну… в некоторых случаях, — замялся Андросов.
— Давай, говори уже обо всем.
— У меня откат будет некислый.
— Так может не нужно? — уточнил я. — Подождём до лазарета.
— Нужно, Саша, нужно.
Андрей дотронулся до руки, и я почувствовал адскую боль, когда физически мои кости соединились. А потом еще один всплеск боли, и сверху, как будто ледяная анестезия.
Я с удивлением посмотрел на руку. Реально, кость встала на место, и куски костей срослись между собой.
Я с уважением посмотрел на Андросова. Даже в прошлом мире такое было провернуть непросто. А здесь восемнадцатилетний пацан. Вот только «восемнадцатилетний пацан» был бледен и сидел на жопе, тяжело дыша. Я даже немного забеспокоился о его здоровье.
— Ну, и как долго у тебя будет отходняк?
— Недельку, наверное, побуду без своего Дара, — виновато улыбнулся Андросов.
М-да… Я открыл рот, чтобы попенять ему, но потом просто сказал спасибо.
— Спасибо, Андрюха! Я это очень ценю!
Неделя без Дара для Одаренного, который привык жить с ним с детства. На целую неделю стать обычным простолюдином, которого ненавидят и презирают все аристо. Меня бы это особо не парило. Но вот княжич…
В очередной раз убеждаюсь, что у меня теперь есть в этом мире настоящий друг.
— Разберитесь с трофеями, — кивнул я по привычке, а потом сбился, и посмотрел на Хельгу с улыбкой. — Если, конечно, рейд-лидер прикажет.
Та одарила меня усталым, и уже не злым взглядом, но сказала.
— Заберите трофеи.
Шнырька в это время исследовал все пещеры. Но кроме старых костей и экскрементов, здесь не было вообще никакого лута.
С другой стороны, мне ли быть в печали? Четыре десятка обычных душ, и одна душа их матки отправились ко мне в хранилище. А ведь мне еще полагается доля и выплата, как наемнику.
— Ну, надо же! — раздался голос сбоку, где Смолин расковырял череп огромной твари.
На его руке ярко горело «солнышко». Жёлтая желейка, размером с мячик для настольного тенниса, ярко переливалась у него в ладони. Ловко закинув её в специальный мешочек, Пашка восторженно улыбнулся.
— В первый раз такое вижу.
Подозреваю, что большинство из них тоже видело всё это в первый раз. Тварь была сильна, очень сильна. Так что награда была заслуженной.
Лут был собран. Хельга кивнула.
— На выход!
Все пошли на выход.
Я обернулся. Гордая воительница, закусив зубы, ковыляла сзади, с осторожностью ступая на поврежденную ногу, но не прося никого о помощи.
Я вздохнул, повернулся назад, и уже привычно взял её на руки.
— Опусти меня на землю, Галактионов. Это приказ!
— В жопу твой приказ, — буркнул я. — Можешь записать минус пять тысяч. Оно того стоит, — улыбнулся я, и пошёл вперёд.
Девушка особо не протестовала.
Из Разлома мы вышли быстро. Я, всё ещё держа девушку на руках, улыбнулся.
— Ну что, закроем контракт?
— С удовольствием, — как-то недобро улыбнулась Хельга, и достала свой планшет. — Четырехкратное неподчинение приказу было? Минус пять тысяч умножить на четыре. Потеря снаряжения… Я заранее подсчитала стоимость того, что ты взял. Минус семьдесят тысяч.
— А почему четырехкратное? — удивился я.
— Неповиновение приказу, и настраивание против командира всей остальной группы — минус двадцать тысяч.
— Что, и такой там пункт был? — улыбнулся я.
Она меня проигнорировала, и ответила на предыдущий вопрос.
— Потому что приказы — один, второй, третий были внутри Разлома в бою. А четвертый — ты меня на руки взял, вопреки моему приказу.
— Вот же ты сучка… — это удивило даже меня.
Я просто разжал руки, и она упала на землю, аккурат на больную ногу.
— Сволочь! Подними меня немедленно! Это приказ!
— С радостью, — поднял я её и, как только выпрямился, тут же снова разжал руки. — Упс! — глянул я, как она снова упала на землю. — Ещё приказы будут?
— Галактионов, ты об этом сильно пожалеешь!!!
— Уже пожалел, — абсолютно честно сказал я ей.
Я повернулся к участникам рейд-группы, которые с каменными лицами неодобрительно наблюдали за всем этим спектаклем.
— Тащите вашего рейд-лидера сами. А у меня ещё есть дела в Центре, — я повернулся к сидящей на земле девушке. — И да, посмотри в броневике — там ты найдешь всю “потерянную” снарягу, не нужно ее у меня вычитать. Кстати, там же лежит кое-что из того, что ты потеряла… Хотя… Без нижнего белья ты выглядишь более естественно!
— Что?!! — изумленно выпучила глаза девушка.
— Ничего! Бывай, прекрасное чудовище! — я направился к одной из машин, рассудив, что они влезут в другие два. Уплотнятся как-нибудь.
— Закрытый контракт я вышлю тебе по почте, — донеслось сзади.
— Удачи!!!
Броневик отвез меня в Центр, и по пути к нему я стал себя чувствовать намного лучше. Матка дала достаточно энергии, которую я направил в регенерационную печать, и та стала заживлять меня.
Еще немного времени, и я скоро приду в норму. Но самое главное, что я остался таким походом полностью доволен. Для Охотника нет ничего прекраснее тяжелого боя на грани сил. По правде говоря, я стал сильно злоупотреблять своим Даром. С призванными существами легко сражаться, а вот без них, все не так и просто. Хотя, с другой стороны, у меня было еще десятки козырей, которые я мог использовать в любой момент, но тогда раскрыл бы свои карты.
Мне нужно привыкнуть действовать скрытно, а иначе в одной из дуэлей или заварушек я могу пострадать только от того, что дам слишком много о себе информации, и после этого могут появится ко мне слишком неудобные вопросы.
В Центре я не стал задерживаться, и первым делом пошел к Хрулеву. Постучавшись, я зашел в кабинет, и увидел слегка напряженного мужчину.
— Все вышло не так, как рассчитывалось, — потер он устало веки, и откинулся на кресло. — Вы не должны были идти в тот Разлом. И перед тем, как ты начнешь говорить, хочу сказать, что знаю все, что там произошло, и Хельга получает в свое дело минусы, а ты плюсы за спасенную ситуацию и благоразумное поведение, которое спасло жизни твоих товарищей, на минутку, не последних аристократов Империи.
— Прежде, чем я начну говорить, это все, что вы хотели мне сказать? — вижу по его глазам, что нет.
— Ты, как всегда, прозорлив, — усмехнулся мужчина. — Как глава Центра я объявляю твой контракт наемника с Хельгой недействительным. Я возмущен его составлением!
— Ээээээ… — вот тут уже я решил возмутиться. А бабки?
— Но не спеши психовать, — вновь улыбнулся он. — Ты получаешь одноразовую выплату от Центра в размере 50 тысяч в счет компенсации. Устроит?
— Устроит, вполне! — теперь уже я доволен.
— А теперь говори, что хотел, — приготовился он к тяжелому разговору.
Но тут он прогадал. Я не буду орать, либо истерить. Мой план заключается не в том, чтобы показать себя не очень психически уравновешенным человеком, а наоборот.
— Я хотел поговорить насчет навязанных походов в Разломы, — начал я свою речь. — Я понимаю, что обязан их проходить, и хочу попросить только об одной услуге. Можно, это будут группы без Хельги? Я не знаю, кто она, но явно не все так просто, — мужчина выдержал паузу, а затем согласно кивнул. — Она мнит себя лидером, и может это так и есть, но только не в Разломах такого сложного уровня. То, что она стала часто ходить со мной, дало ей обманчивое ощущение силы, и сегодня сыграло злую шутку с ней. А потому, если вы прислушаетесь ко мне, все будет хорошо. А еще лучше будет, если вы присмотрите за ней, а то я боюсь за жизнь Андросова.
Мужик, кажется, выдохнул и успокоился. Я выбрал правильную тактику.
Я не стал ему говорить, что в других Разломах я действовал тоже максимально эффективно, а если бы не стал, то такое могло бы повториться еще не раз. Без моих призванных питомцев и прочих умений проблемы были бы везде.
— Принимается! — ого, а он сразу согласился, умный мужик. — Я хочу тебя поблагодарить за твои действия, а еще за сдержанность. Не каждый на твоем месте поступил бы также.
Произнося это, он встал со своего места, и подошел ко мне, а затем протянул руку для рукопожатия.
Я с радостью ее пожал.
— Хорошо то, что хорошо кончается, — улыбаюсь, и задаю свой вопрос. — Где я могу получить свои деньги?
— Кхе-кхе… — мужик даже закашлялся от такой быстрой смены темы. — Тебе переведут их сегодня на карту.
— Отлично! Теперь я могу идти в новый Разлом с чистой совестью.
А вот сейчас он посмотрел на меня, как на психа.
А что? Мне реально нужно в другой Разлом. У меня сроки горят, и денюжка нужна…
Когда я направился к выходу, он остановил меня.
— Прежде, чем ты выйдешь, я хотел тебе сказать, — на секунду он запнулся, подбирая нужные слова. — Работа в Центре непростая, и приходится принимать тяжелые решения. Не все команды идеальны, и их приходится долго подбирать, выявляя слабые элементы. Такое, как было сегодня, увы, случается часто. Хотел бы я избежать таких моментов, но увы…
Я молча кивнул ему и вышел.
Он все правильно сказал, потому я и не держу зла ни на кого. Это просто рабочий момент, и Хельге не двести лет, чтобы удивляться, почему она так действует. Всего восемнадцать, кажется? Не помню точно. У нее все еще впереди, но с таким характером, как бы ее кто-нибудь не придушил в очередном Разломе.
После этого я поехал домой, где пробыл целый день за отдыхом и медитациями.
А в начале второго дня утром, без звонка, какого-то хрена ко мне явился Андросов со своей гвардией, коих было машин пятнадцать.
— Привет, Саша! — улыбнулся он мне, стоя на пороге.
Я оглядел его с ног до головы, а затем спросил.
— И все?
Мои слова заставили его напрячься, чего я и добивался. Наверное, он уже надумал себе неизвестно чего. Вдруг, я теперь и его считаю ненадежным.
— Э-э-э-э… Ты о чем? — испуганно прошептал Андросов.
Мои глаза закатились, и я вздохнул.
— Вот ты сказал… Привет, Саша, да? — стал ему объяснять, что он сделал не так. — А ты здесь видишь только меня?
— Эм… — не догнал он.
Пришлось ему помочь, и я кивнул себе под ноги.
— Медоед? — растерянно спросил он.
— Ага! — теперь я уже улыбался вовсю. — Ты с Отморозком не поздоровался, а он, между прочим, бежал сюда со всех ног, чтобы не пропустить гостей. И даже, бедный, с лестницы скатился. А вдруг бы он свою лапку сломал? Ты вот умеешь лечить медоедов? — видя его офигевание на лице, я добавил. — Вот и я не умею…
— Вообще-то, с Пупсиком, — крикнула Анна из другой комнаты, которая услышала наш разговор.
Андросов теперь вообще ничего не понял.
А медоед стоял и внимательно смотрел на него, хмуро ожидая своего привета.
— Эммм… Привет, Отмороженный Пупсик! — проблеял Андросов.
Медоед довольно хрюкнул, кивнул, и потопал к себе в подвал по важным делам.
— Вот теперь все будет хорошо, — пригласил я его в дом.
Андросов зашел в дом, где его посадили на старинный диванчик и напоили душистым чаем. Он пытался неловко завести разговор за последний Разлом, но я ему не давал этого сделать. Слегка издевался над ним, но зато так весело было на это смотреть.
Когда он просек все, то тут же психанул.
— Короче, сам все знаю… Хватит уже, — отмахнулся он. — Я пришел не просто так, а по делу. Вот! — он вытащил из кармана то, что я совсем не ожидал, и признаю, ему удалось удивить меня этим.
— Это тебе! Мы с командой посовещались и решили, что это должно принадлежать тебе.
— Оу… — я был обескуражен на несколько мгновений. — Что, даже Хельга согласилась?
— Она была в меньшинстве, и ее голос не играл никакой роли, — улыбнулся Андросов.
Вот так я стал обладателем желтой желейки.
Охотник всегда должен слушать свою чуйку. Она мне прямым текстом говорила, что будет весело и прибыльно, и стоило сходить в той злополучный Разлом.
Василий Петрович сидел перед монитором, и задумчиво пялился в статичную картинку. Перед ним на экране была учетная карточка Истребителя Монстров 4-го класса Александра Галактионова.
Хрулев прихлебнул чай из кружки и выругался. Чай остыл. Сколько же он уже медитирует на это досье?
Истребитель 2-го класса Хрулев много чего повидал на своем веку, но такого стремительного взлета он еще никогда не видел. Причем, взлета, вроде, обоснованного, но… Как много здесь «но»!
Василий Петрович защелкал мышкой, раскрывая менюшки.
Титул: Барон
Дар: Иллюзии (подтвержденный). Имеет слабую расположенность к другим техникам, вероятно — Универсал.
Ранг: *** неизвестен *** Предположительно — не ниже Ветерана, с большой вероятностью — Мастер, потенциал — минимум Магистр.
Репутация: 137
Автоматически Хрулев обратил внимание, что репутация позволяет водить рейды любого размера. Рассчитывалась она по сложной формуле, но в основе был процент закрытия Разломов. А Галактионов не смог закрыть только один Разлом. С древней огромной Змеей, который не смог закрыть пока никто другой. И есть у герцога ощущение, что барон туда еще вернется и закроет его. Просто, потому что он не привык сдаваться.
Да, в принципе с такой репой можно было дать ему командование дежурной группой. А еще немного, и до спецгруппы дорастет! Эх, мечты-мечты! Где Галактионов, а где коллектив!
Любого Иста «дед» привык рассматривать, как личность, а оценивать по возможностям. И в оценке очень помогали цифры, но главное — информация. А в деле Галактионова были чёрные дыры размером… Огромного размера!
Что говорить, если даже начальник аналитического отдела ломал голову, но не смог даже близко представить возможную тактику ведения боя этого Истребителя.
Нет, он был физически силен, чрезвычайно силен! А его умения и навыки просто поражали воображение. Все, кто наблюдал за Александром в бою, а также те видео, что были получены Хрулевым не совсем законно, указывали на то, что этот парень — либо гений, либо… Ну, не могло же внутри этого крепкого юного тела сидеть сознание воина, столетиями оттачивающего свое боевое мастерство?
Еще его Дар. Полностью бесполезный, как для боевика. Ожидаемо был только один факт его применения. Подтвержденный факт. Да и то, в качестве шутки, он создал иллюзию рюкзака в последнем Разломе.
Василий Петрович встал, и со вздохом налил себе свежего чая. Еще одной странностью было то, что у барона всё получалось легко и просто, он даже не напрягался. Как это может быть? Хрулев лично видел несколько моделирований битв в Разломе, что представил его аналитический отдел. В некоторых был однозначный конец — смерть Истребителя. Но фактически Галактионов всегда выходил из Разломов победителем.
Вот бы его заполучить в дежурную группу! Но, похоже, он прирожденный одиночка. Как жаль. Василий Петрович вздохнул. Эта «отработка» жилья была лично его идеей. Конечно, он мог разрешить Александру пожить просто так, но он хотел, чтобы Галактионов сходил в рейды с группой, проникся командным духом, немного «оттаял», что ли? За залихватским поведением Хрулев заметил какой-то холодный расчет. Почему-то Александр не доверял людям. Очень сильно не доверял!
Да, и в конце-концов, в группе ведь безопаснее! Товарищ всегда подставит плечо, прикроет спину и вытащит из Разлома. Но затея Хрулева провалилась. Еще это Хельга… Что у нее в голове, вообще?! Договор же был, что после обучения и получения 6-го класса она сразу покинет Центр! А сейчас у неё уже 5-й, и творится чёрт знает что! Хрулев устало вздохнул, и нажал кнопку селектора.
— Сергей, зайди!
Через две минуты в кабинет зашел главный аналитик Центра.
— Вызывали, Василий Петрович?
— Ну-ка, Сережа, присядь, — Хрулёв отложил бумаги, которые сейчас просматривал. — Поговорим о Галактионове.
Аналитик глубоко вздохнул. Этот Ист был его персональной болью. Он всегда гордился своими способностями и профессионализмом, и свое место заслужил! Но все его расчеты по Галактионову были ошибочными. Проблема была в том, что у Галактионова есть неизвестная переменная в уравнении. Даже не так. Много неизвестных переменных!
— Конечно, Василий Петрович! О чём конкретно?
— Ты же закончил анализ его возможностей, исходя из пройденных Разломов, а не той недостоверной информации, что у нас есть по его личности?
— Так точно! — замялся немного Сергей.
— И какие ты сделал выводы?
— Вы же понимаете, Василий Петрович, что это может быть далеко от реальности?
— Понимаю, — кивнул Хрулев. — Но еще я понимаю, что это лучшее, что мы можем сделать сейчас. И так?
— Теоретически, Галактионов уверенно может закрыть любой Разлом до С-класса, включительно. С большой вероятностью — он закроет и D-класс. Дальше судить сложно, но если продолжать, то может… — тут он сбился. — Василий Петрович, я пока не ручаюсь за этот прогноз!
— И не надо, — кивнул Хрулев. — Вот что. Дай-ка мне перечень «спецразломов», которых нет в общем доступе. Категории В,С и D… тоже давай. Галактионов хочет «жирные» Разломы? Он их получит! А мы закроем проблемные Разломы за его счет, — герцог глянул на аналитика. — Как там твоя любимая стратегия? "Выиграл/Выиграл"?
***
Рабочие работали быстро. Судя по всему, я не прогадал с подрядчиком. По крайней мере, у Анны нареканий к ним особо не было. Она была по уши занята делами поместья, и заодно, разными отчетами. Но зато Петрович отрывался по полной, раздавая указания направо и налево. Местные строители от него уже убегали. У него на всё было своё чрезвычайно ценное мнение. Мне, в принципе, было похрен, главное, чтобы работа делалась.
А я проснулся утром в хорошем настроении, и решил почувствовать себя настоящим барином. Вышел на балкон с чашечкой кофе и в халате, рассматривая окружающий меня пейзаж.
Прямо передо мной расстилались поля, вдали были видны дымки из труб в Галактионовке, где местные жители, пользуясь бесконечной вокруг тайгой, топили печи дровами. Справа была видна гладь Байкала, куда Волк уже смотался на «Ласточке» на рыбалку. Теперь он пытался заманить туда и меня.
Работа кипела. Охрана охраняла. Петрович шарился по округе, раздавая всем указания. Он поднял голову, увидел меня, приподнял шапку-ушанку, типа приветствуя, и сказал, что виконт Смородин здесь, и хочет меня увидеть. Интересно, зачем?
Я, конечно, быстро оделся и пошёл с ним увидеться. Строитель выглядел слегка возбужденным.
После обязательного, ничего не значащего разговора, что всё идёт по плану, он осторожно сказал.
— Александр, есть вариант уменьшить вашу смету.
— Вот как? — удивился я. — И как же?
— Можем бартер устроить.
— Неужели? — рассмеялся я, уже понимая, куда он клонит. — И что же вы предлагаете?
Смородин указал на груду магических камней, которую как раз сейчас разгружали, как муравьи, жители Галактионовки. Пришлось заплатить Архипу за бригаду подрядчиков, которые выносили камень наружу, где его уже перехватывали мои грузчики. Но на будущее я держал в голове, что кольца вполне можно достать на черном рынке. Да и у меня их неучтенных десяток завалялся. И создать собственную бригаду по добыванию ресурсов из Разломов. Поставить пару опытных людей и небольшую охрану. И вот тебе дополнительный профит.
— Спасибо, но нет.
— Слушай, но у тебя тут материала — можно целый замок построить.
Я усмехнулся.
— Ну, возможно я его и построю. Но это неточно. Хотя, скорее всего, начнем с бани.
— Чего? — удивился виконт.
— Ну, баню из магического камня, если построить… вдруг там, кроме пара, будут ещё какие-нибудь процедуры, полезные для тела и духа.
Смородин на меня взглянул, и нахмурился.
— Ты что, издеваешься?
— Есть немного, — сказал я. — В общем, так! Если нужно будет что-то из этого камня для ремонта, согласовывайте с Анной, без проблем. Менять же я его ни на что не собираюсь.
— Ясно, — сказал Смородин, но не торопился уходить. — Но если ты вдруг передумаешь…
— Да-да, — сказал я. — Обязательно вам позвоню, первому.
— Вот и договорились.
Потом я помахал рукой Анне, которая задумчиво ходила с планшетом в одной руке, и яблоком в другой. Огрызок полетел в пасть Пупсику, что в режиме нон-стоп откармливался доброй девушкой. Кажется, она думает, что он слишком худой.
— Отморозок! Ко мне!!! — крикнул я.
Медоед покосился на Анну, увидел, что яблок больше нет, печально вздохнул, и потрусил ко мне.
— Аня, я в подвал! Ненадолго!
— Хорошо, — абсолютно спокойно кивнула девушка, хотя уже знала, КТО водится в подвале. — Завтрак через час. Прасковья блины делает!
— Блины — это хорошо! — искренне сказал я. — Буду вовремя!
Анна кивнула, и снова углубилась в свои вычисления и записи. Я задумчиво осмотрел её с головы до ног, пока она не обращала на меня никакого внимания. Всё-таки, Анна — красотка! А живем мы… как брат и сестра? Хмм… Сандр! Пора сбросить пар!
Я свистнул Карамельке, которая как раз шла с озера с Волком, и спустился в подвал.
Была у меня одна мысль. Требует она большого расхода и усилий, но оно того стоило. Пока же пусть это будет разведка. И да, тактическое слаживание!
Дело в том, что пока я не собираюсь набирать в рейды Истов, мне придется ходить со своими тварюшками. И если с Карой у меня уже есть кое-какое взаимопонимание, то медоед выглядит тупым, ведет себя тупо, и вообще, он тупой. Но сильный! И неубиваемый! Нужно это как-то использовать.
Удаляться я далеко не собирался, Шнырька был на подхвате, поэтому продвигались мы осторожно, вначале зайдя на территорию гоблинов. Кара быстро долбанула лапой двух зеленых коротышек, Отморозок догнал и загрыз еще одного. Привычно отгрыз ему ногу, пару раз надкусил и… выплюнул. На морде у него было явное отвращение.
Я засмеялся.
— Ну, поди, яблоки из рук Анечки повкуснее будут??
Медоед фыркнул, и снова сделал стойку в сторону враждебных звуков. Хотя он и слабоумный, но зато отважный! Прекрасное сочетание!
Я решил усложнить задачу. Мы направились в «секцию» броненосцев, и я даже достал Аквилу. Ожидаемо, случился эпик-фейл…
Медоед, увидев броненосца, радостно заорал и бросился в атаку, привычно вытягивая из меня энергию. Много энергии! Я был против, и «прикрутил краник». Медоед, не ожидавший от меня такой подставы, уже вцепившийся в морду здоровенной бронированной твари, и азартно ее обгладывающий, отлетел от броненосца, и тут же на него села вторая тварь своей бронированной задницей. Раздался треск костей, и храбрый Пупсик умер.
Мы с Карой завалили броненосцев, и я снова «открыл краник». На моих глазах безжизненная тушка дернулась, раз-другой, очнулась, и с радостным воплем бросилась на Карамельку, которая быстро спряталась у меня за спиной. Я же, как заправский центрфорвард, встретил дурачка ударом ноги, отправив того в дальний полет. Еще один побочный эффект от «смерти» медоеда, который я пока никак не мог нивелировать. Когда он воскрешался, у него в голове, похоже, опять были только заводские настройки. И он становился на несколько минут еще тупее… Приходилось заново устанавливать контакт и объяснять дегенерату «политику партии». Когда «настройки» восстановились, мы пошли дальше. Ровно до следующей пары броненосцев, где всё повторилось точно также. Когда раздался сочный хруст костей бедного Пупсика, Кара не выдержала, и скептически прикрыла лапой глаза.
— Испанский стыд, скажи?! — хмыкнул я, отправляя броненосцев в их персональный броненосный рай.
Воскресил Отморозка, пнул его, и уставился на злобную улыбку готового рвать и метать родового животного. Замкнутый круг. Без энергии медоед будет дохнуть, а отдав энергию ему, буду дохнуть я. Но если эта мохнатая сволочь помирает «понарошку», то моя смерть будет реальной. Выход самый простой — нон-стоп поглощать желейки. Что я и сделал.
Получив вдоволь энергии, медоед преобразился. Он снова мог исчезать, неповоротливые твари просто не могли его достать. А еще я стал свидетелем, как усилились его челюсти, и он начал натурально отгрызать куски панциря, а затем просто запрыгнул в дыру и, яростно работая челюстями, прогрыз тоннель внутри тела врага. Броненосец яростно вопил, пока зверек не добрался до его сердца. Когда из «кровавой норы» показалось окровавленное, но очень довольное лицо тварюшки, я невольно зааплодировал.
— А ты реальный Отморозок!
«Согласна»! — раздался в голове голос Карамельки.
— Наш-ш-ш-ш пе-ш-ш-шдюк! — на плече у меня возник довольный Шнырька.
— Точно! — потрепал я зверье, и задумался. Похоже, жёлтую желейку нужно потратить на Энергетическую печать, что увеличит мое энергетическое хранилище, и ускорит восстановление энергии. Опять же, можно будет желейками закинуться заранее, и не поймать «передоз».
— Пошли на выход, закончили! — хлопнул я в ладоши. — И тебя это тоже касается! Нет, мы больше не будем сегодня драться. И энергии я тебе больше не дам. И вообще, помыться бы тебе не мешало! Эй! Я что сказал!
Медоед хотел драться дальше. Его медоедская душа требовала крови! Враги должны страдать, и это для него было главным.
— На завтрак блинчики! С медом и вареньем! И сметаной! — вспомнил я кое-что.
Опа-ча! Сразу войнушка подождет, Отморозок развернулся на 180 градусов, и побежал впереди всех на выход.
— Прожорливая скотина! Оголодал тут на гоблинах! — хмыкнул я. — Блины будете?
Кара фыркнула, а Шнырька повернул ко мне свою любопытную мордочку.
— Мороженко?
— Будет тебе мороженко, но позже. Морозилки я уже заказал.
Шнырька вздохнул, и облизнулся.
— Ш-ш-ш-шметана?
— Ну да, бедняжка! — засмеялся я. — Придется пока довольствоваться сметаной.
***
Вечером я взял машину и отправился в город. Без Волка и без Анны. Почему? Потому что после сметаны с крафтовым пивом, что притащил Петрович из поселка, у меня резко обострился опасное заболевание под названием «голод». Пренебрегать симптомами не стоило, ведь разум мог в любой момент мигрировать в другую голову, а Охотнику этого допускать ни в коем случае нельзя.
Волк побухтел, но я был непреклонен. Просто заплатил ребятам из охраны строителей, что привезли смену и отбывали в город, делов-то! На машине был имперский орел, машина отслеживалась по ДжиПиЭс. Только полные дебилы нападут на такой транспорт.
Шнырька не показал никаких врагов, что даже странно. Что-то притих Король — нужно его проведать в ближайшее время, но сперва девушки, а Король потом!
Я привычно выбрал «смешанный» проверенный клуб. Охрана, после моих дуэлей здесь, уже запомнила меня в лицо, а официант тут же организовал столик. Дальше дело техники. Дорогой алкоголь, блеск родового кольца, и оранжевое сияние кольца Истребителя сделали свое дело.
Официант просветил меня за интересующих меня девушек, отнес шампанское, и вскоре я уже сидел с четверкой веселых тусовщиц, смеющихся и выпивающих за мой счет.
На мгновение у меня возникло дежавю — как будто я праздную закрытие заказа в прошлой жизни. Хотя, в принципе, это было очень похоже.
Собственно, ритуал был один и тот же. Девушки выпили, закусили, потанцевали, ну а дальше я предложил двум из них продолжить знакомство в более интимной обстановке. Проблем не возникло, вот только «отвергнутые» девушки, кажется расстроились. Я компенсировал им расстройство еще парой бутылок шампанского и, приобняв моих избранниц на сегодняшний вечер, направился к выходу, улыбаясь про себя и вспоминая Андросова.
Он каждый раз убеждался, как я действую на женщин и пытался, со свойственной ему любознательностью, выяснить причину. Вот только нет никакой особой причины. Да, мой Дар Душелова сделал меня более… гхм… притягательным для женщин. Этот недоказанный факт из прошлой жизни, который, похоже, остался у меня навсегда.
Сколько было споров и сколько было драк, когда ревнивые мужья прятали жен и дочерей, когда в деревню врывался Охотник с неистовым желанием потратить деньги, и при этом хорошо повеселиться! Были ли это предрассудки простого народа? Без понятия! Мне самому всё виделось по-другому. Я просто был честный и обаятельный. От девушек мне нужен был только секс, и я прямо говорил об этом. В сексе, как и в бою, я отдавал себя всего без остатка. И мне кажется, девушки это всегда чувствовали!
— Саша, привет! — раздался веселый женский голос, когда я, все также прижимая с двух сторон хихикающих девушек, вышел наружу.
— О! Катя! Здравствуй! — графиня Екатерина Синельникова собственной персоной!
— Смотрю, ты быстро восстановился! — рассмеялась моя коллега из последнего рейда. — Рука уже не болит?
Она многозначительно уставилась на мою ладонь, что прямо сейчас сжимала упругую попку блондинки.
— Как видишь! — улыбнулся я. — А ты какими судьбами тут?
— Ну, мы с девочками решили развеяться.
— С девочками? — нахмурился я, и не зря.
Если бы взглядом можно было заморозить, то сейчас бы я превратился в ледяную глыбу. Голубые глаза смотрели на меня с презрением и, кажется, лёгкой ненавистью. Было ли там что-то еще? Без понятия. Тут темно, а я не очень был трезв.
— Привет, Хельга! — слегка улыбнулся ей, и попытался понять, что со мной сейчас будет. По ее глазам видно, что она хочет меня убить.
— Чтоб ты подавился! — буркнула девушка, и попыталась быстро пройти мимо меня, но задержалась на секунду, поравнявшись со мной, чтобы зло прошипеть. — Бабник!!!
А вот это сейчас обидно. Подавиться вискарем — это малоприятно, да и хорошего напитка жалко.
— Можно подумать! В нашем дворе никто не еб… гхм… не целуется! — поправился я, ехидно улыбаясь. — Ну что, дамы? Проследуем в номера?
— Давай лучше к нам? Не люблю я эти гостиницы, — сказала брюнетка. Кажется, Ира… или Таня… но это не точно!
Первой мыслью была — подстава? Но я одернул себя. Сандр! Расслабься, и получи удовольствие! А Шнырька — следи!
Когда такси подъехало к дому, никакой засады не было. Мы, смеясь, поднялись на пятый этаж, где девушки — работницы городской администрации, снимали уютную квартирку.
Эх! Раззудись, плечо!!! Размахнись, рука!!! Или не рука, или не плечо… Ха-ха!
Ночь прошла чудесно. Никаких подстав/засад и прочей фигни не было, хотя учитывая мою ситуацию, я был настороже.
Шнырька бдил, я отрывался, будучи готов в любой момент пропустить энергию по телу, сбросить алкогольное опьянение и ввязаться в очередную зарубу. Но всё обошлось.
Утром, когда еще не рассвело, я стоял внизу, возле подъезда, куда лихо подкатил Волк, чтобы забрать меня. Передав стаканчик с кофе, он направил машину в имение, где меня ждала Анна. Утренние дороги были пустыми, и Волк выжимал максимум из движка.
Я, наслаждаясь кофе, лениво поинтересовался.
— Как дела с нашей гвардией, Волчара?
Потапов хмыкнул и, не отрывая своего взгляда от дороги, протянул руку на заднее сидение, откуда достал несколько листов бумаги. Я криво улыбнулся, Волк не доверял гаджетам. По роду своей службы он знал, что почти всё можно отследить, а раскрытая группа в тылу врага — мёртвая группа. И потягивая горячий напиток, я начал листать бумаги, вчитываясь в данные, написанные, не по мужскому, аккуратным почерком. Мне потребовалось полчаса, чтобы внимательно всё изучить.
Пока имение охраняли строители, беспокоиться было не о чем, но ремонт скоро закончится. Брать наемников — не было ни денег, ни желания. Наемников можно перекупить, а учитывая уровень моих врагов, можно было запугать, убить или что еще похуже.
Да и Андросов мне все уши прожужжал, предлагая свою помощь, что также не подходило мне. Во-первых, лучших людей мне не отдадут, а во-вторых, каким бы Андрей не был мне другом, а я искренне считаю его своим другом, у него есть отец и родственники. И меньше всего мне сейчас нужен «засланный казачок».
— Почему так мало? — я улыбнулся. В пачке было пятнадцать досье.
— Ты ж сам сказал, проредить три раза! — удивился Потапов.
Ну да, говорил. Этому меня в прошлой жизни научили. Вообще, это относилось к снаряге в поход, как памятка молодому Охотнику. Собрал «рюкзак», выложи его, и пересобери, с осознанием, что всегда можно что-то выкинуть. И так три раза. Потом это всё делаешь на «автомате» с первого раза, но вначале сильно помогало. А то догонишь тварь — а сам уставший. Или, наоборот, не взял критически важную снарягу или оружие.
— Я так понимаю, ты решил обескровить спецназ Империи?
— Так там на действительной службе только пятеро осталось. Десять человек уже… гхм… отошли от дел, — улыбнулся Андрей.
— И во всех ты уверен, как в самом себе? — уточнил я.
— Именно! — без запинки ответил Потапов, а ведь я наблюдал за его реакцией. Ни тени сомнения не было на лице.
— Почему ты думаешь, что они согласятся? — продолжил «допрос» я.
— Просто знаю, — усмехнулся Волк.
Я взглянул еще раз на бумаги. Память у меня отличная, двенадцать человек были вне области, а раскиданы по всей Империи, а четверо даже вне ее.
— И они прибудут сюда, просто на собеседование? Без гарантий, что они подойдут?
— Именно! — снова кивнул немногословный ветеран.
— Почему? — искренне заинтересовался я.
— Большинство из них мне обязаны, кое-кому обязан я, — охотно пояснил Потапов. — Скажем так, я на 99 процентов уверен, что они тебе подойдут!
— Почему на 99? — усмехнулся я.
— Как говорил наш курсовой офицер: «Я даже в себе только на 99 процентов уверен!» Так вот, он был прав!
— Хорошо! — кивнул я. — Выдергивай их. Что ты им обещал по зарплате?
— Ничего не обещал, — засмеялся Волк. — Если бы я заманивал их зарплатой, меня бы все послали далеко и надолго.
— Вот как?
— Ага! — продолжал веселиться Потапов. — Эти люди «не за деньги», а «за идею».
— Ну так идея у вас была одна — защищать Империю, ведь так?
Волк перестал смеяться, и посмотрел на меня серьезно.
— У всех есть причины уйти со службы, если они еще этого не сделали, уж поверь. Кое-что я написал в карточках, кое-что они расскажут тебе сами. Ты ж сам сказал, что главное — чтобы я поручился за них!
— И ты ручаешься? — я еще раз переспросил.
— Да, ручаюсь! — кивнул Волк.
— И из них ты сможешь сформировать свою знаменитую дюжину?
— Нет, — удивил меня ответ Потапова. — Из них мы сможем сформировать маленькую армию, набрав рядовых бойцов «попроще». Все люди на этой бумаги — проверенные командиры, те, кто смогут натаскать талантливых рекрутов.
— И какого размера будет эта армия? — заинтересовался я.
— Да какой захочешь! — к Волку снова вернулось хорошее настроение, и он широко улыбнулся.
— Заманчиво, — почесал затылок я. — Ладно, когда приедут, тогда и разберемся! Армия… — я нервно хихикнул. — Это ж сколько денег надо?
— Много, Александр, очень много! — кивнул Потапов и сбился. — Или это был риторический вопрос?
Я просто улыбнулся, и похлопал его по плечу. Собственно, Андрей говорил дело. Обычно, на руководящих постах Родовой Гвардии стояли родичи, что мне было никак недоступно из-за отсутствия таковых. Придётся их заменить преданными людьми.
А еще у более-менее влиятельных Родов была одна или несколько команд Истребителей. Многое полезное из Разломов было либо невозможно купить, либо стоило очень дорого. Да даже те же желейки, что использовались в повседневной жизни! Вот и бегали эти команды по Разломам в поисках необходимого.
Мне же нужны «универсальные солдаты», что могут орудовать и в Разломах, и в обычном мире. Я не мог себе позволить роскошь брать неодарённых охранников. Все бойцы должны быть Одарёнными — это было условие подбора для Потапова.
Когда-нибудь я обзаведусь вассалами, но это будет нескоро. Анна просматривала вольных Истов на предмет вербовки, но я не очень доверял этой братии. Были у меня на примете несколько Истов из Центра, но тут тоже надо хорошенько подумать. В общем, сложно быть главой Рода. Рода, состоящего из одного бедного, но очень амбициозного барона.
Мы как раз приехали в имение, и первый, кого я увидел, был встревоженный Петрович.
— Здравия желаю, ваш-бродие! Проблемы у нас!
— Здорово Петрович! У «нас» — это у кого? — уточнил я, особо не напрягаясь. Были бы проблемы серьезными — мне сразу бы позвонила Анна.
— У нас… У вас… — смутился Ист-пенсионер. — Камень у нас воруют!
— Да ладно! — удивился я. — Какой камень? Кто ворует?
— Дык, магический, вестимо! — выдал старик. — А кто ворует, мне неведомо!
— Ну-ка, пошли! — мы направились к навесу, под который выгрузили весь запас магического камня из Разлома. Куча была внушительной.
— Хм… И где? — я подошел ближе, ничего не понимая.
— Дык, вот тут слева пропала кучка! — ткнул пальцем в ту сторону Ист.
— Может строители взяли? Они ж на укрепление фундамента вроде просили? — почесал я голову.
— Нет! Строители с того края берут! — указал Петрович. — Я их контролирую!
Я покачал головой. Петрович не выглядел особо здравомыслящим, хотя сейчас он был трезв. Да и Анна говорила, что старик он цепкий.
— Пойди прогуляйся, пожалуй, а я всё сам осмотрю, — кивнул я, отправляя старого Иста прочь. Не нужны мне лишние глаза. А сам снарядил Шнырьку на разведку.
Пока малой оглядывал территорию, я обернулся. Моя усадьба была частично обнесена строительными лесами. Из расположенных недалеко строительных вагончиков как раз выходили рабочие, направляясь на объект. Округу патрулировали до зубов вооруженная охрана. Кто же здесь мог камень спереть? Да и зачем?!
— Ш-ш-шандр! Наш-ш-шел… ш-ш-шкатиняку! — объявился на плече у меня Шнырька, и позвал за собой.
Мы прошли мимо патрулей, что кивнули мне приветственно, и проследовали к хозяйственным постройкам, где в хорошие времена хранили зерно и агропродукты, выращенные на территории баронства. В принципе, за десятилетия они сохранились, но перед новым использованием нужно было провести ремонт. Эх, опять лишние траты! А с другой стороны — натуральное хозяйство — это хорошо и вкусно! Вон, так полюбившиеся Анне и Отморозку, яблоки росли в яблоневом саду неподалёку. Петрович рассказывал, что местные собирали их на самогон, а в старые времена делали «каль-ва-дос»!
Мы зашли в полумрак хранилища, и из темноты, тяжело топая, на меня бросился натуральный голем!
Ужас какой! Когда он добежал до меня, я схватил его за квадратную каменную голову, и приподнял над землей, рассматривая. Дело в том, что высотой он был чуть выше полуметра, и сейчас болтался в воздухе, яростно загребая ногами и руками.
Ну, надо же, вот неожиданность! Когда я разбил голема в Разломе, то его душу я не поймал. Големы — интересные полуживые создания, и они, в некоторых случаях, имеют душу. Вот только душа есть у самых старых големов, возраст которых исчисляется сотнями лет. Похоже, что за такое время, сама Матушка-Природа офигевает от псевдоживого создания и, то ли по ошибке, то ли по какому-то умыслу, наделяет его душой. И это, реально, большая редкость!
В подавляющем большинстве случаев, голем не имеет души, и после смерти растворяется бесследно. Я так и думал! А тут, смотри-ка!
Похоже, моя поверхностная экспертиза камней была неполной. Душа растворилась в камне и, через некоторое время, голем стал самовосстанавливаться. Вот только мощного источника энергии Разлома уже не было. Он, по-видимому, забрал остаточную энергию из камня и, как смог, «собрался».
— И что мне теперь с тобой делать? — спросил я у него.
Голем был безмозглым существом, хотя у старых, вместе с душой, появлялись зачатки разума. У этого тоже, похоже был, потому-что он перестал размахивать своими конечностями, и завис в воздухе, наблюдая за мной глазами-щелками.
— Расклад такой, — вздохнул я. — Или я разбираю тебя опять на стройматериалы, и строю из тебя баню, или ты идёшь ко мне в услужение.
Я осторожно поставил его на землю, и тот стоял смирно, чего-то ожидая. Я потянулся и нащупал его душу. Приручение голема немного отличалось от живых тварей, но принцип был такой же. Я надрезал палец, и протянул руку вперед. Голем неуверенно подошёл ко мне, и ткнулся квадратной башкой мне в руку. Кровь зашипела, впитываясь в камень, и на голове у него остался отпечаток моего большого пальца. Есть!
Какой он интересный. Где есть энергия, там он и хочет быть.
Плакала моя баня, но я придумал кое-что получше. По моему желанию он превратился сперва в большой камень, а затем в каменный шар, и снова вернулся в форму маленького человечка. Работает! Работает!!!
— Будешь дверью! — выдал я своё окончательное заключение.
Меня несколько напрягал родовой подвал с Разломами, куда не стоило пускать посторонних. Я было уже оговорил со Смородиным огромную бронированную сейфовую дверь, но пока не дал предоплату, так как стоила эта «дверка» какую-то заоблачную сумму!! А теперь неожиданно у меня появилась ей замена. И какая замена! Голем может быть «условно-живой» дверью, что будет защищать усадьбу от тварей изнутри, и пускать внутрь только тех, кого я разрешу. Вот только энергия…
Плакала моя желтая желейка! Я почесал голову. Нет, не вариант. Мне нужно расширить собственное хранилище, а без Энергетической Печати это невозможно. Я и так смогу поставить исключительно слабую печать, а учитывая всё возрастающее количество питомцев, и усиление тела, без нее я никак не обойдусь. Значит, нужно вскрыть схрон с желейками, что я забрал на скотобойне у Короля. Я позже хотел их продать, но это дело поважнее.
— Значит, так! Сидишь пока здесь! Никуда не выходишь! А я пойду тебе… гхм… «корм» достану! Ясно?!
Каменный человечек кивнул, послушно развернулся, и скрылся в темном углу.
— Ш-ш-шкатиняка наш-ш-ш? — тут же осведомился Шнырка недовольно. Ревновал он, что поделать. Он еще к Отморозку никак не привык!
— Наш-наш! — хмыкнул я. — Но ты у меня самый любимый!
— Хорошш-ш-шо! — довольно улыбнулся Шнарк, и исчез куда-то по своим шнарковым делам.
Ну, а я направился в усадьбу. Надо бы позавтракать… Кажется, там еще рассол оставался, капустка квашенная, да и яичницу бы я рубанул… с салом, да.
После того, как я подкрепился, и побеседовал еще раз с Анной о разных проблемах Рода, в котором состоит аж один родич, то позвал Волка, и сказал ему собираться. Мне нужен был мой схрон с желейками, и к нему мы направились.
Волк так странно на меня посмотрел, когда я указал ему точку, куда ехать. Мы приехали, и я даже не вышел из машины, а просто продолжал сидеть и лазить по смартфону, рассматривая интересные Разломы, и обдумывая свои дела. А спустя минут двадцать сказал, что можем ехать обратно в усадьбу. Наверное, он подумал, что у меня с головой не все хорошо, или важная встреча сорвалась.
Я то знаю, что Шнырька кабанчиком метнулся куда надо, и принес мне мои желейки, оставив их в багажнике, в большой сумке, которую я взял с собой.
Уже думал, что поездка обойдется без приключений, как пришел экстренный вызов из Центра. Это была обычная рассылка, которая проводилась по всем Истам, у которых была достаточная репутация. Оказалось, что один Разлом прошляпили, и не успели закрыть. Теперь из него ползут твари, а рядом находятся деревни, жителей которых те точно сожрут. И кто бы мог подумать, но я нахожусь в десяти минутах езды оттуда. Возможно, это судьба? Или карма Охотника, которому и в этом мире приходиться заниматься тем же, что и в прошлом. Хотя я не жалуюсь.
Души — они такие вкусные…
— Волк, давай к деревне Шарковое! Знаешь, где это? — дал ему указания, но понял, что он может не знать, так как я и сам не знаю, где это.
— Конечно, не знаю, — усмехнулся он. — Зато знает он, — постучал он пальцем по навигатору.
Блин, вечно забываю, что я уже не в том мире. У нас «навигаторы» тоже были, но далеко не у всех, и их роль исполняли артефакты, в которые вбивались координаты, и затем сгусток энергии вел тебя на место. Вроде бесполезная и простая штука. Но делать ее могли только маги-артефакторы, в ранге Магистров. Очень тяжелая работа, с координатами и мысленными образами.
Были, конечно, там и «паленые» артефакты-навигаторы, которые делали всякие мастера-недоучки, и прочие недоросшие. И не раз это приводило, что сгусток шел не по дороге, а через леса и болота, что приводило к смерти.
Меня однажды решили так подставить наниматели, и дали спецом нужный им навигатор. Он и завел меня в засаду.
Как итог — засада пала смертью глупых, а наниматели лишились этих идиотов, бывших неплохими бойцами, но если не сравнивать их с Охотниками. И слова мне никто не сказал другого, кроме — «просим прощения». А решились они на такое только потому, что я был в запасном простом одеянии, отдав основную броню на починку после сложной охоты, и эти дебилы решили, что я молодой Охотник. По нашему внешнему виду часто было не понять, насколько опытен Охотник, ведь души давали нам не только силу, но и молодость. Да и причина была в одной женщине… Эх! Молодость!
— Приехали! — сказал Волк, и стал ждать моей команды.
Вот это я задумался, даже время пролетело незаметно.
М-да… Мысли о прошлом всегда затягивают меня. Вот только надо понимать, что оно на то и прошлое, что нужно его отпустить.
— Выходим! — даю команду, которую он ждет.
Я не успел даже дверь открыть, как Волк распахнул свою, и роется в багажнике. Этот маньяк тоже решил поучаствовать, и уже основательно вооружается.
Я следил за новостями из Центра, и знаю, что нужно ехать к юго-восточному краю деревни. Именно туда движется орда диких тварей.
«Моя команда будет через тридцать три минуты».
«Нас трое, мы только-что выдвинулись».
«Не успеваем, нам нужно два часа».
«Мы тоже не успеваем».
«Дежурный отряд Истов Центра уже в пути».
Я читал чат тех, кто присоединился к этому рейду, и это дало мне понять, что кроме меня, пока здесь никого нет. И я смогу снять все сливки. Вот почему я не взял с собой Карамельку? Думал, что быстро смотаемся, туда и обратно. Теперь придется раскошеливаться.
— Господин Ист! Какое счастье, что вы прибыли! — подбежал ко мне пухлый мужичок. — Я Семен, управляющий деревней, принадлежащей роду Барановых. Мы уже думали, что быть беде! Пожалуйста, не дайте этим тварям ворваться в наш поселок!
Мужик был бледным от испуга и отчаяния. А еще он, кажется, понял, что я один, и боится, что сбегу. Такое тоже бывает. Когда первые прибывшие понимают, что им не справится своими силами, тогда деревня обречена.
— Пожалуйста… — упал он на колени, — дайте нам хотя бы полчаса, пока мы не выведем всех людей из деревни.
О! Он придумал новый план, и там умоляюще смотрит. Сейчас, фактически, судьба всей деревни лежит на моих плечах.
— Иди уже, и не мешай! — по-аристократическому бросил я ему, и он быстро убежал.
А я призвал двух волков, и приказал им затаится в поле с пшеницей. Пшеница была высокая, и моих зверей там не видно. Я дал им приказ охранять поле от монстров, так как был уверен, что они пойдут именно туда.
А пока спокойно стою и жду, когда же монстры сюда доберутся. И они пришли!
Сука… Первым делом, я услышал жалобный вой волков и понял, как я облажался. Этот старый управляющий сбил меня с толку, и я отправил Шнырьку проверить, чтобы никто не наблюдал за мной, и я мог нормально пользоваться своим Даром. А выходит, что я облажался по-полной. Мне надо было отправить его на разведку, чтобы понять, кто это там такой вырвался, и почему этот Разлом не закрыли. Быстро отправляю Шнырьку на разведку, а то мне не понравилось, что поле стало пропадать. В прямом смысле… словно уходит под землю.
Но Шнырька не успел… Я увидел их своими глазами после того, как волки умерли. Это были долбанные мыши, и было их ЛЕГИОН!
Твою ж мать… Такие и целого дракона могут сожрать. Кажется, я снова влип…
Однажды один из сильнейших Охотников попал в плен на целый месяц. Все были очень удивлены, как Сандра угораздило попасть в такой переплет. Он охотился на стаю волколаков, когда внезапно перед ним возникла пространственно-временная аномалия.
Охота была закончена, и Сандр, как командир группы, зашел внутрь на разведку, строго-настрого приказав больше никому не соваться внутрь. Приказ командира — для Охотников святое, и они разбили лагерь, ожидая возвращения своего лидера.
Примерно через пару дней из аномалии вышел Сандр. Из одежды на нём были только его любимые семейные трусы, а на шее у него болтался металлический ошейник, при этом его глаза как-то странно блестели.
С грустным видом Охотник поведал, что встретился с непреодолимой Силой, что могла разрушить само Мироздание. Ему пришлось пожертвовать своей свободой, чтобы отвести угрозу от родного мира. Он попрощался с товарищами, завещав им блюсти Кодекс. И ни в коем случае не возвращаться для его спасения, иначе его жертва будет напрасной.
Охотники послушались, и имя Сандра уже собрались выбить на Аллее Славы величайших членов Братства, когда, примерно, через месяц, Сандр вернулся, сильно исхудавший, и немного безумный. Аномалия исчезла без следа, Мир был спасён.
Что там было, так никто и не узнал. Каждый раз, на прямой вопрос, что там было и через какие муки ему пришлось пройти, чтобы сбежать, Сандр отказывался отвечать, а в глазах у него возникало странное мечтательное выражение.
Видимо, сама мысль о происшедшем с ним ТАМ причиняла Охотнику нестерпимые страдания. Все пришли к выводу, что с Сандром там творили поистине ужасные вещи. В конце-концов, история подзабылась, но у Сандра появилась странная привычка. Он почему-то с подозрением стал относиться ко всем блондинкам.
И только самому Охотнику было ведомо, через что ему пришлось пройти на Острове Одиноких Эльфиек.
Мышей было очень много. Эти твари попросту сожрали целое поле, и я был сейчас рад, что Волк остался с людьми, помогая им.
Такс… Кажется, это будет сложнее, чем я думал. Пока меня не видно, и крысы не добрались сюда, на открытую местность, я призываю полсотни муравьев, и посылаю их в бой на пшеничное поле.
Они послушались, и сразу же рванули в бой, показать наглым крысам, как легко их можно перекусить. Завязалась битва, в которой я понимал, что муравьи дохнут слишком быстро.
Двадцать летучих мышей отправились валить своих сухопутных собратьев.
Смешно было наблюдать, как они цепляли мышку, и уносили ее на высоту, где ломали своими крепкими лапами, и так повторялось много и много раз.
Время текло очень быстро, не прошло и пяти минут, и до меня стали добираться эти падлы, и я еще раз вспомнил Карамельку, которую не взял с собой. А может это и к добру, а то бы еще эти гадкие мыши сожрали мою кошку. Потом позора было бы…
Так, а теперь уже совсем невесело. Их все больше и больше, и мне приходится рубить направо и налево. А меньше их не становится. Да и вообще! Хорошо, что никто не видит! Гордый барон Галактионов, родовым оружием мышей гоняет! Какой позор!
В моем запасе еще много душ, но, кажется, жизнь с леди Голдсмит оказывает на меня свое влияние, и мне просто жаль так бессовестно и бессмысленно их разбазаривать.
Могу угробить те души, которые поймал в этом мире, но ради мышей? Это уже даже несмешно. А тратить кого-то сильного из прошлой жизни, вообще, непозволительная роскошь. Хотя пару выдохов дракончика навели бы тут порядок!
Моя жадность заставила шевелить меня мозгами, быстрее соображая, как выйти из этой ситуации.
И я нашел выход! Довольно интересный, от которого мне сразу захотелось рассмеяться. Почему все гениальное — так просто?
Разрубив очередную мышь, которая пыталась меня цапнуть, я призвал трех кислотных слизней, и поставил их перед собой. Не прошло и пяти минут, как вся моя призванная армия была уничтожена, и мыши ринулись на меня, как на ближайшую цель. Но перед ними оказались слизни, и мыши решили их тоже сожрать.
Дальше я просто наблюдал, как мыши прыгали на слизней, попадали в их тело, и растворялись. А слизни лишь радостно булькали. Приток душонок мышей шел ко мне просто гигантскими волнами. Хоть каждая из них слаба, но их количество внушало. Отличная вышла охота!
Пора домой! А то Исты уже на подходе, объясняться придётся. Пускай уже в Разлом идут и сами этот рассадник закрывают!
***
Анна была непривычно тихой и загадочной. Она настаивала на том, что мне нужно поехать с ней, и встретиться с одним, как она выразилась, «полезным» человеком. Не доверять девушке оснований у меня не было. А лишние вопросы — что они дадут?
Мы подъехали к большому парку в центре Иркутска.
— И куда дальше? — спросил я у Анны.
— Пошли, прогуляемся по парку.
— Мне с вами? — спросил Волк.
Анна улыбнулась.
— Да нет, тут безопасно.
Волк всё равно посмотрел на меня. Я, также улыбнувшись, сказал:
— Анна же сказала, что безопасно. Так что, лучше здесь посторожи. Нам ещё один бомбист совсем не нужен.
Мы ещё не успели затормозить, как Шнырька уже был отправлен на разведку, показывая мне нескольких людей, которые расхаживали по парку в разных местах, а куртки их подозрительно оттопыривались. Похоже, там были даже не пистолеты. Ну, Анне можно верить. Если что, я нас прикрою.
Когда мы направились вместе с девушкой в сторону искусственного пруда, что был на территории парка, я увидел, как мужчины оживились. Один без палева дотронулся до уха, включая коммуникатор. С места никто не сдвинулся. Ждали они нас, но никакой угрозы я не чувствовал.
На скамеечке, возле пруда, сидел мужчина неопределённого возраста. Как это бывало у Одарённых, ему могло быть и тридцать, и шестьдесят лет. Он улыбался своим мыслям, и отщипывая кусочки от буханки белого хлеба, кидал их в пруд, где угощение благосклонно принимали несколько лебедей, и куча уток.
Анна уверенно направилась к нему. Увидев нас, мужчина улыбнулся, но продолжал своё занятие.
— Здравствуй, Семён, — кивнула Анна, когда мы подошли поближе.
— Здравствуй, Анна, — улыбнулся мужчина, и разорвав оставшийся хлеб на два больших куска, бросил их в воду, за которыми птицы сразу устроили нешуточную свару.
— Это Александр Галактионов, о котором я тебе рассказывала.
— Здравствуй, Александр.
Мужчина встал, стряхнул с колен крошки хлеба, и протянул мне руку, одарив крепким рукопожатием. Пальцы его были свободны от колец. Я не видел ни родового кольца, ни кольца Истребителя.
— Присаживайтесь, — он нам кивнул.
Я, по привычке, уселся посередине, сдвинув Анну в сторону, чтобы если что, можно было ее прикрыть.
Мужчина точно был Одарённым, достаточно сильным Одарённым. Глубокое сканирование я не проводил, чтобы не раздражать этого человека, так что понятия не имел, на что распространяется его Дар — на боевое или гражданское применение.
Шнырька показал, что окружающие люди даже не сдвинулись с места, а наоборот, потеряли к нам интерес, мониторя периметр вне. Похоже, это были люди этого человека, и находились они здесь для его охраны.
— Семён, как ваша фамилия? — не то, чтобы это меня сильно интересовало, но надо же было как-то завязать разговор.
— Пусть будет Сидоров, — улыбнулся мужчина, пристально глядя мне в глаза.
Я пожал плечами. Сидоров, так Сидоров. Иванова я уже знаю, теперь будет ещё знакомый Сидоров.
— Кто вы такой? — прямо спросил я, чем вызвал у него широкую улыбку.
— А ты не любишь тратить время зря, как я погляжу.
— Привычка такая… давняя, — пожал я плечами.
— Ладно, постараюсь кратко, — кивнул мужчина. И действительно, он уложился буквально в пять минут.
Он представлял Организацию. Да, именно так — Организацию с большой буквы. Что интересно, была она интернациональной, то есть охватывала своими сетями весь мир. Почему сетями? Да потому-что эта Организация оказывала не всегда законные услуги, заключавшиеся, в основном, в поисках нужной для своих клиентов информации. Существовала она давно. Как сказал Семён, их корни уходили еще в бронзовый век. Уже тогда люди понимали, что информация — это один из самых ценных предметов торга.
На мой вопрос — «как они познакомились?», он сказал, что давно вёл дела с Родом Голдсмитов. А, собственно, Анна была одним из контактных лиц этого Рода. Кое-какую информацию она покупала, уже работая на меня. В этот момент я пристально посмотрел на Анну. Ведь она ни разу не заикнулась, что ей нужны на что-то деньги, точнее — на информацию. На что Анна улыбнулась, и просто пожала плечами. Соображала она быстро, и поняла причину моего взгляда. Ладно, надо будет у нее потом спросить — насколько она потратилась. Так вот, некоторые запросы в данный момент уже превосходили уровень её так называемого «доступа». Чтобы вести дела дальше, нужно было выходить на новый уровень, а он подразумевал прямой контракт заказчика, в данном случае, с главой Рода.
— Такие правила, ничего не поделаешь, — пожал плечами Семён.
Да я, в общем-то, и не возражал. Но попытался задать ещё несколько наводящих вопросов по поводу Организации, и контактов, конкретно, Семёна.
Оказалось, что он является лидером местной ячейки, которая охватывала Иркутск, область и несколько других областей. На него работало много людей. И он контактировал с многими заказчиками. Единственный нюанс, что в области был ещё один равноценный по статусу член Организации. И сделано это было для того, чтобы интересы заказчиков не пересекались. В принципе, содержать целую кучу агентов Организация не хотела, и примерно делила всю зону влияния на две части, которую по тем или иным признакам раскидывала на людей с пересекающимися интересами.
— Анна примерно обрисовала твою ситуацию. Конкретно, здесь все твои враги либо не обслуживаются нами, либо стоят на обслуживании моего коллеги. Так что с чистой совестью могу предложить вам сотрудничество.
— То есть Король… — многозначительно начал я.
— Король… — засмеялся Семен. — Он «король» только в этом месте. Честно говоря, мы стараемся не иметь дела с откровенными отморозками, к которым относится данный индивидуум. Мы начинали с ним сотрудничество по мере его становления, — тут он сбился. — Точнее, начинал не я, а мой коллега. Но в какой-то момент прекратили. Нам слишком не нравятся его методы.
— То есть у вас всегда чистые руки? — усмехнулся я.
— Подколол! — рассмеялся в ответ Семён. — Нет, у нас не всегда чистые руки. Иногда они бывают по самые локти в крови. Но всё это нужно для бизнеса. Мы не понимаем неоправданной жестокости.
— А как вы оцениваете, когда жестокость переходит, по вашим слова, в «неоправданную»?
Тут уже Семён нахмурился.
— Опыт, молодой человек, опыт. Я отвечаю перед следующими в структуре, ведь присматривают и за мной. У нас есть свод правил, которые выступают в качестве константы для оценки. Ну, а дальше у меня есть некоторая степень свободы, — он развел руками.
— Я примерно понял, как вы организованы. Сейчас бы я хотел узнать ваши возможности.
— Это хорошо, это по-деловому, — сказал Семён. — А наши возможности… Ну, они, практически, безграничны. К примеру, мы знаем точное месторасположение двух родовых мечей Галактионовых.
— Это которые отобрали в момент уничтожения моего Рода? — нахмурился я.
Семён покачал головой.
— Это уточнение уже является информацией, которая имеет цену. Поверьте, мы просто знаем, где сейчас находятся два этих меча.
— И вы мне об этом расскажете?
— Я смогу вам рассказать, если вы оплатите стоимость этой информации.
— И какова же она?
— Месторасположение двух мечей мы вам откроем за два миллиона рублей. Лот не делится, и является единым.
Я постарался удержать эмоции.
— Два миллиона рублей за две железки? Пожалуй, я пока воздержусь, — улыбнулся я. — Но буду иметь это ввиду.
Я не особо нуждаюсь, вообще, в железках. При моем правильном развитии я смогу рвать врагов и голыми руками. Да и с мечами подешевле, не клановыми, я смогу справиться не хуже.
— Понимаю, — сказал Сидоров. — И да, мы даём гарантии, что информация достоверная.
Я снова повернулся к Анне. Она просто молча кивнула, подтверждая его слова.
— Итак? — он приподнял бровь.
— Итак? — ответил я вопросом на вопрос.
— Вы хотите заключить с нами контракт?
— Возможно, — сказал я. — А что для этого нужно? Мы должны что-то подписать?
— Не совсем так, — он достал из кармана круглый медальон, который отливал серебром. Возможно, из серебра он и был сделан. Присмотревшись к нему, я увидел, что это рукотворный артефакт с непонятными мне характеристиками. И состоит он из двух частей.
Он свободно разделил этих два кругляша надвое. Один в другой вставлялся с помощью небольшой выемки посередине.
— Вот сюда, — он указал на камень, который был в одном из артефактов, — мне нужна капля вашей крови. И контракт будет заключен.
— Капля моей крови? — усмехнулся я. — Для чего вообще нужен этот артефакт?
— Одну половину я оставлю у себя, а вторую отдам вам. По предъявлении её вы сможете, будучи в командировке, выйти на связь с любым лидером моего уровня в случае необходимости.
— А если я ее потеряю? — не знаю, почему я это спросил. — Просто, вещь — это ненадежная штука.
— Мы сделаем вам дубликат, используя оставшуюся у нас часть. Правда, вам придётся за неё заплатить. Но я думаю, что эти расходы вы потянете. Ну как, согласны?
— Думаю, да, — сказал я, и достал свой нож.
Резанул себя по пальцу, и протянул руку. Семён ловко подставил артефакт, и капли крови начали капать на него. В этот момент я его проверял. Даже в моём прошлом мире были заклинания, которые по крови могли повесить на человека своеобразный «маячок» — его можно было без труда найти в любой точке мира. Если эта таинственная Организация будет действовать таким тупым методом — я прямо сейчас разобью ему голову, порешу всех остальных, и заберу артефакт с собой. Мне такое сотрудничество не нужно.
Но оказалось они знали, что делают. Кровь, коснувшись выемки, зашипела, и растеклась тонким слоем, покрыв обе части артефакта. И в этот момент она уже не стала кровью. Точнее, я точно видел, что она потеряла полностью свои «поисковые» свойства. Вот только оставшийся отпечаток точно позволял идентифицировать меня. И да, по этой плёнке меня не найдёшь. Это действительно был просто документ на предъявителя, по которому, при наличии нужной техники и занесения в базу, можно было меня идентифицировать. Я несколько расслабился.
— Отлично. А теперь я расскажу, кто может с нами контактировать. А контактировать может заказчик, его жена или жены. В крайнем случае — дети. Ну, и еще, максимум, два человека, которым наш клиент предоставит доступ.
— Анна — одна из них, — кивнул я.
— Принято, — улыбнулся Семён.
— Жен я ещё не завёл, детей тоже. Второе контактное лицо я вам предоставлю позже.
— Принято, — сказал он.
— Одно уточнение, — сказал я. — Мне не обязательно общаться с вами для поиска информации. Это вполне может сделать Анна?
— Вам так неприятно моё общество? — засмеялся мужчина.
Я оглядел его снизу доверху. Да нет, мужик как мужик, вроде нормальный. Вот только я больше по женщинам.
— Дел очень много, без обид, — сказал я.
— Понимаю, и уважаю. Ответ на ваш вопрос — Анна вполне может общаться за вас. Вот только, — он чуть наклонился, чтобы видеть Анну, которую я заслонял своим телом, — вы же понимаете, госпожа Голдсмит, что теперь вы отсоединены от вашего Рода, и не сможете получить у нас никакую родовую информацию, несмотря на то, что ваш отец раньше дал вам такой же доступ. Контактное лицо не может работать на двух людей.
— Я полностью понимаю и принимаю, — сказала Анна.
— Всё никак не можешь простить отцу свою мать?
Анна скривилась.
— Ладно-ладно, не моё это дело.
Он перевел свой взгляд на меня. Я же старался сохранить «покер-фейс».
— Александр еще не знает? Советую ему рассказать. Советую, как уже полноценному партнёру.
Я кивнул, и мы продолжили разговор.
— Услышанное зафиксировано, — кивнул Семён. — Ну, а теперь самое интересное. У нас есть обычай давать новому клиенту три пакета информации, полезной ему в данный момент.
— Здорово, люблю подарки, — сказал я. — Мне можно выбрать, что я хочу?
— Не совсем так. Мы сами оцениваем информацию, которую хотим передать. Вы уж извините, — развел он руки в стороны, — но это же подарок.
— И что вы хотите мне рассказать?
— Три вещи. Первая стоила бы для вас пять тысяч рублей. В соседнем городе Король купил особняк, подготовив его под свое убежище. Пока он временно пустует, хотя часть вещей туда уже перевезена. Адрес я перешлю Анне. Вторая информация — она бы обошлась вам в десять тысяч. Есть одно интересное предприятие, принадлежащее Королю, которое выпало из точки поиска вашей безусловно талантливой спутницы. Это склад, куда завтра придёт большая доля товара — очень дорогого товара. Также адрес будет у вас.
Я согласно кивнул. Пока что эта информация мне понравилась.
— Ну, а третья — это, так сказать, на десерт. Есть в Иркутске банк, который не брезгует общением с криминалитетом. Его правление в столице, но, в принципе, его филиалы основную прибыль получают за счёт того, что хранят ценности некоторых клиентов, скажем так, не очень дружащих с законом. Так вот, в иркутском отделении банка есть пять ячеек, где Король хранит нечто важное. Эта информация стоила бы вам сто тысяч рублей. Да, я понимаю, звучит дорого. Но почему я вам это говорю? Потому что это, своего рода, бесполезная для вас информация, и дальше будет предупреждение. Я вам усиленно не рекомендую соваться туда, ведь несмотря на некоторую недобросовестность владельцев банка, охрану они замутили там знатную.
Я улыбнулся.
— Может быть, вы знаете и номера ячеек?
Семён пристально на меня посмотрел, на этот раз с улыбкой.
— Знаю. Ячейки триста — триста четыре, если вам это поможет, — в глазах его появился интерес. — Вы всё-таки хотите попробовать?
— Нет, что вы. Просто природное любопытство.
— Я ещё раз повторю — очень не рекомендую проводить силовой захват. Да и узкопрофильных специалистов нанимать тоже не стоит. Поверьте, они спецы в качестве сохранения средств своих клиентов.
— Да-да, я уже это понял. Итак, — я встал, — рад был с вами познакомиться.
Мой собеседник тоже встал, и протянул руку, в которой была вторая половина медальона.
— Вы забыли.
Я взял в руки, и покрутил его.
— Как проходит идентификация, если это не вы?
— Очень просто — ноутбук и сканер. Сканер немножко доработан, это не просто обычное электронное устройство, но и немного артефакт, но в целом, очень простая идея.
— Ясно. Ну, спасибо, Семён Сидоров! Буду надеяться на долгое и плодотворное сотрудничество.
— И вам удачи! До свидания, Анна.
Мы пошли в сторону парка, и я увидел, как наблюдатели снялись с места, и незримой тенью стали сопровождать Сидорова, который не спеша направился к другому выходу из парка.
— Удивила! — сказал я Анне. — Но это приятный сюрприз. Они действительно все могут?
Анна пожала плечами.
— Даже у моего отца запросы достаточно скромные. Но из того, что я слышала — они почти всегда достают нужное. Так что да, возможности у них бесконечные.
— Организация, блин! — усмехнулся я. — А как тебе цена на мечи?
— Торг у них неуместен. И у них есть какие-то свои принципы ценообразования. Так что ты либо платишь цену, которую они сказали, либо не получаешь информацию.
— Сурово, но уважаемо, — сказал я.
— Саш, — неуверенно протянула Анна, когда мы почти дошли до нашей машины.
Я посмотрел на нее настороженно. Интонация в ее голосе мне не нравилась.
— Что такое?
— Тут такое дело… — начала девушка.
Я чуть было не схватился за голову. Эти женщины… Хотя… она вроде не из таких.
— Слушай, дорогая, — сказал я, — мы уже хорошо знакомы. Давай без этих ваших… — я сбился.
— Бабских штучек? — засмеялась Анна.
Да, она меня действительно хорошо знает.
— Ну, типа того. Говори сразу, что нужно, и мы это решим.
— Тут личный вопрос. Дело в том, что сегодня вечером меня пригласил на приём дядюшка. Я хотела бы, если ты не против, пойти со мной в качестве моего спутника, — она потупила глазки, но я увидел, что из-под длинных ресниц она напряженно наблюдает, ожидая моей реакции.
— Да легко! — сказал я. — Нашла проблему…
Она ощутимо расслабилась, и выдохнула.
— У меня и смокинг есть, — хмыкнул я.
— Вот и хорошо, вот и здорово! — рассмеялась девушка.
— Там будет что-то, о чём я должен заранее знать?
Тут веселье девушки немного приутихло.
— Ну, как тебе сказать… В принципе, это просто день рождения старшей жены дяди. Моего отца не будет, он в командировке. Но такие визиты пропускать нехорошо. Я и так в последнее время несколько отдалилась от Рода, и по городу уже поползли разные слухи.
— Вообще, никаких проблем, — ещё раз сказал я. — Люблю приёмы. Кормят там вкусно?
— Ну да, — пожала плечами девушка. — Граф Голдсмит может позволить себе хороших поваров.
— Значит, будем гулять и веселиться, — сказал я.
Когда мы уже ехали, я не удержался.
— Что имел в виду Семён, говоря о твоей матери, и что мне нужно знать?
Было видно, что Анна сразу смутилась.
— Я хотела тебе сказать, но никак не могла собраться с духом. Нет, ты не думай! Это никак не влияет на наше с тобой сотрудничество, потому-что это личное.
— Ладно, не тяни, говори, как есть.
— Дело в том… Ты же знаешь, что моя мать умерла?
— Да, ты что-то об этом говорила.
К своему стыду, всё, что касается чужих родственников, интересовало меня мало. Меня и свои «родственники» не интересовали — ведь кто они мне такие, по сути?
— Дело в том, что мою мать убили. И отец точно знает, кто это сделал.
— Даже так? — мне стало интересно. — И что дальше? Он жестоко наказал убийц?
— В том-то и дело, — опустила голову Анна. — Люди, сделавшие это — очень влиятельные. И вступать с ними в простую конфронтацию — значило повредить бизнес-империи Голдсмитов. Оно… — Анна смущённо замолчала.
— Того не стоило? — продолжил я фразу. — Охренеть, папашка!!!
Она промолчала. Было видно, что она очень расстроена.
— Дело в том, — продолжила она, — что изначально я к тебе пришла, когда поняла, что ниточки из столицы ведут, похоже, к тем же самым людям. Я не была уверена полностью. Вероятность составляла процентов восемьдесят, что являлось достаточно высокой вероятностью, по моему опыту.
— И ты хотела через меня поближе подобраться к ним?
На Анну было больно смотреть. Она покраснела, и сейчас теребила свое платье, не зная, куда деть руки.
— Изначально план был таков, — она вскинула на меня влажные глаза. Кажется, она сейчас разревется. — Саш, но поработав с тобой, я поняла, что в твоём лице я получаю больше, чем работодателя. Я не готова отказаться от мести, но когда я решу отомстить, я тебе скажу, и отдалюсь так далеко, чтобы тебе и твоему Роду это никак не навредило.
Я порылся у себя в нагрудном кармане, куда Анна ещё пару дней назад засунула мне чистый платок, и протянул его девушке.
— Вот и пригодился, — улыбнулся я. — Вытри слезы, и больше не говори глупостей.
— Почему… глупости?
Анна аккуратно, чтобы не размазать тушь, промокнула глаза.
— Если что-то накопаешь, дай знать, и мы подумаем, как быть. Как ты уже знаешь, я люблю неприятности, и жить без них не могу. Мы обязательно отомстим. Помнишь, что я говорил тебе про свою семью, которой у меня всё еще нет, и своих близких, которыми, надеюсь, в будущем, обзаведусь?
— А я тебе семья или близкая? — кокетливо улыбнулась девушка сквозь слёзы.
Ну конечно, женщины — такие женщины!
— И то, и другое, — сказал я абсолютно серьёзно. — Я не обещаю, что мы сделаем это в ближайшее время. Но я тебе даю сто раз слово, что мы найдём и накажем убийц твоей матери.
Анна смотрела на меня, крепилась, но тут слёзы брызнули, как из ведра, и она обхватила меня за шею, прижавшись и сотрясаясь в рыданиях.
Анна очень странным и быстрым образом стала близка мне. А еще она незаменимый специалист, на которой держится столько вопросов, что мне даже страшно становится. Мало того, что она все успевает, так ей еще это и нравится. Если ради того, чтобы все продолжалось так и дальше, мне нужно убить несколько… десятков? Сотен? Ну, и плевать!
— Спасибо… Спасибо большое! Спасибо…
Я увидел офигевшие глаза Волка в зеркале заднего вида, показал ему кулак, а затем указал пальцем на дорогу.
— Всё-всё, нормально, — осторожно я погладил её по волосам. — Всё будет хорошо.
— Извини, — девушка отпрянула от меня.
— Да ничего, — сказал я. — Если тебе нужно будет выплакаться, я всегда подставлю свое плечо, не переживай.
— Спасибо!
Девушка тут же достала зеркальце, и попыталась посмотреть на себя. Но макияж был наложен грамотно, и даже не потёк. Она отложила зеркальце, и посмотрела на меня.
— Ты же не считаешь, что я обязана была тебе сказать эту информацию?
— Нет, не считаю. Всё в порядке, — сказал я. — Месть — дело святое, и часто индивидуальное. Но я рад, что ты поделилась со мной. Хотя я и узнал об этом таким способом, — криво усмехнулся я.
Мстил я в прошлой жизни часто и со вкусом. Охотники были лакомой добычей, и за каждого убитого нашего мы забирали… всех.
— То есть, всё-таки, ты меня упрекаешь, — надула губки девушка.
Я пожал плечами.
— Ничего не могу с собой поделать. Просто не делай так больше. Да, ты имела право. Но узнавать о твоих проблемах из уст незнакомого человека — такое себе. И, кстати, мы же можем просто взять и купить информацию о тех, кто покушается на меня, и тех, кто убил твою мать?
— Думаю, сможем, — сказала Анна. — Но так, как эти люди влиятельные, то тут могут быть свои нюансы. Нам могут не продать нужную информацию. А если и продадут, то это будет стоить очень дорого.
— Деньги… Опять чертовы деньги, — покачал я головой. — Ладно, позже разберемся.
***
Особняк среднего брата Голдсмитов был на удивление скромен. Ну, так я решил по фасаду. Учитывая район города, недвижимость здесь стоила недешево.
— Многоэтажный многоквартирный дом? Как-то не по-графски снимать квартиру.
— Почему это квартиру? — нахмурилась Анна, когда мы уже выходили из машины. — Этот дом весь его. И еще восемь штук на этой стороне улицы, и десять штук на той, — усмехнулась Анна.
— Упс!
Лицо у Анны просветлело, когда она поняла, о чём я.
— Это фасад у него выглядит, как многоквартирка. Внутри там всё перестроено!
— Понятно.
На крыльце нас встретил слуга, который хорошо знал Анну, поприветствовав её и меня. Причём, меня он назвал по фамилии. Походу, все данные о гостях уже внесли в списки.
Внутри нас встретил хозяин. Я передал большой букет роз, который мы купили, идя сюда, и поздравив именинницу с днём рождения. Анна передала какую-то упакованную коробку, непонятно с чем внутри. Подарок она выбирала без меня.
— Александр Галактионов, — оценивающе посмотрел на меня Авраам Голдсмит.
В отличие от своего брата, он был выше и крепче. Это было неудивительно, учитывая, что матери у них разные. Он являлся третьим по старшинству из пятерых мужчин старших Голдсмитов, и состоял в совете Рода, которым председательствовал отец Анны.
Мы перекинулись парой вежливых фраз и гаф откланялся к вновь прибывшим гостям.
Вообще-то на приеме было достаточно мило. Мне даже почти не задавали дурных вопросов. Зная Голдсмитов, большинство из них дружило с головой. Учитывая их Дар, они ещё и умели работать с информацией. И даже до того, как Анна сказала, с кем она будет, а в тот момент, когда она пошла работать ко мне, я думаю, что они узнали всё о мне и о моей родословной. Возможно, даже больше, чем известно самому мне.
В конце концов, я устроился рядом с баром, потихонечку попивая на удивление вкусное вино. Как мне сказал услужливо бармен — напрямую с виноградников Франции, которые также принадлежали Голдсмитам. Насколько мне сказала Анна — из пяти братьев двое жили в Иркутске, один в столице, и еще двое за границей.
Хотя нет, я погорячился, сказав о том, что все отнеслись ко мне благосклонно. Один молодой офицер, в военном мундире, причем мундир, если мне не изменяет память (а память мне никогда не изменяет), был английским, шумно выпивал с друзьями неподалеку за столиком, постоянно бросая на меня кривые взгляды. И чем больше поднимался его градус в крови, тем больше эти взгляды мне не нравились.
— Похоже, нормально посидеть у меня не получится, — пробормотал я себе под нос, когда он встал. — Ну, зато разомнусь немного.
И тут молодой офицер меня удивил. Он подошёл не ко мне, а пошёл прямо к хозяину, и что-то начал негромко ему говорить.
Народ, стоящий рядом с ними, всполошился. Все остальные тоже стали подтягиваться туда. Анна же, наоборот, бросилась ко мне, как будто ища защиты.
— Саша, извини, но у меня большие проблемы!
— Да ты что? — саркастически улыбнулся я. — И какие же?
— Я официально требую у рода Голдсмитов руку дочери Рафаэля Голдсмита — Анны. Моему Роду была обещана эта свадьба, и я настаиваю, чтобы Голдсмиты выполнили своё обещание.
— Хе-е-ера себе-е-е!!! — протянул я, и удивленно повернулся к Анне. — Это жених твой, что ли?!
— Не совсем так, — наморщила очаровательный носик Анна. — Да, изначально был договор на нашу помолвку. Но после смерти моей матери Ротшильды неофициально разорвали помолвку.
— Ротшильды?
— Ну да, это младший сын герцогов Ротшильдов, Джеймс. А помолвку их Род разорвал, поняв, откуда ветер дует. После того, как моя мать… и отец… Ну, я тебе рассказывала.
— Угу, — задумчиво пробурчал я, разглядывая молодого герцога. — Так почему он не угомонится?
— Я без понятия, — пожала плечами девушка и, судя по её лицу, она действительно была в недоумении. — Во-первых, для меня было сюрпризом его присутствие здесь. А во-вторых, это очень странно.
— Вся наша жизнь — странная штука, — выдал я экспромтом глубокий философский смысл. — Ты мне вот что скажи — ты сама хочешь замуж за этого молодого удальца?
Лицо Анны на секунду скривилось, и я понял ответ.
— Ты что, дурак?
— Нет, — автоматически ответил я, а в голове у меня появилось явное ощущение дежавю. Вот только сразу я не вспомню, когда меня в последний раз так обзывали. Но когда-то это точно было. Но я, на всякий случай, уточнил. — То есть, замуж за него ты не хочешь?
— Ни в коем случае, ты что! — затрясла головой девушка так интенсивно, что я аж испугался, что её голова вот-вот сейчас отвалится.
— Ну, не хочешь — значит не пойдешь! — улыбнулся я.
Я смотрел, как Голдсмит пытается образумить молодого Ротшильда, но тот не сильно поддавался внушению. В конце концов, он просто вырвал своё плечо из руки Аарона, который его мягко придерживал, и направился решительным шагом прямо к нам.
— Анна, я требую, чтобы наша свадьба состоялась! Да, мой Род разорвал нашу помолвку, но не было официального объявления!
— Да ты что?! — к Анне вернулось её самообладание, и вместе с ним, изрядная доля сарказма. — А как насчет вашей фразы, что «эта сучка Голдсмит уже не представляет никакой ценности для нашего Рода»?!
Герцог на секунду смутился.
— Дорогая моя Анна, вы хотите оскорбить мой Род? У вас есть доказательство ваших слов? — он начал говорить с ехидной улыбочкой. — Вы не можете знать, были ли эти слова сказаны или нет, а если у вас есть ко мне претензии, то попрошу доказательств.
А вот мне резко захотелось уменьшить количество его зубов.
— Откуда я знаю? Ну, так ты не забывай, к какому Роду я принадлежу!
— И всё же я настаиваю!
Лицо герцога быстро наливалось краской.
— А что это у тебя за мундир такой красивый? — решил немного сгладить ситуацию я.
— Лейб-гвардия Его Королевского Величества!
— Хрена себе! — присвистнул я. — Это у вас еще шапки такие прикольные? Почему гвардеец короля так далеко забрался от своего босса?
— Ты кто такой?! — презрительно скривилось благородное лицо Ротшильда.
— Тот, кто вежливо говорит тебе развернуться на сто восемьдесят градусов, и топать к своим дружкам. А еще лучше убраться на свой туманный Альбион, и там права качать, — я не удержался, и ухмыльнулся. — Правда, я слышал, что девушки у вас там стрёмные. Ну, уж извини, братан. Ты сам выбрал свое место жительства.
— Да кто ты такой?!! — внезапно заорал молодой офицер, повторяясь, и кладя руку на эфес родовой шпаги.
— Барон Галактионов, собственной персоной, — невозмутимо сказал я, с удовольствием отхлёбывая вино из бокала.
Ну, надо же. Насколько я не люблю вино, но когда ремонт закончится, я уверен, что у меня в имении найдётся винный погреб, который сейчас, наверняка, занят каким-нибудь мерзким гоблином. Но после его восстановления нужно будет заказать пару ящичков сортового вина.
— Барон?! — удивился он, явно не ожидая увидеть соперника такого низкого Рода, а затем попытался выбить бокал с вином из моих рук.
Ой, как некрасиво… Решил указать мне на мое место? Ну-ну…
Все вокруг ахнули! Ведь они, в отличие от этого идиота, знали, кто я такой, хотя моя репутация была неоднозначной. Похоже, что их больше удивило такое наглое поведение англичанина. Все же Голдсмиты — дипломаты по своей натуре.
Руку с бокалом я отдернул, подаваясь назад, так что рука его пролетела мимо. Я же свободной рукой слегка добавил телу противника инерции, ровно настолько, чтобы он повернулся ко мне задом, не вставая с высокого стула. Таким образом, идиот сам придал себе ускорение, и филигранно налетел на выставленную подножку, на самом максимальном ускорении, которое я мог ему придать.
Для многих он запнулся, и полетел подальше от меня. Никто и не заметил, как моя нога на секунду была выставлена, а затем убрана обратно.
— Красиво полетел! Видать… к дождю!
Герцог, не ожидавший такой подставы, рухнул на стол, разметав бокалы и тарелки.
— Саша, он хоть и дебил, но очень сильный Одаренный.
Я повернулся к Анне. К её чести, я не увидел особой встревоженности в её глазах. Девушка просто дала мне нужную информацию. Значит верит в меня, молодец!
— Мне же не послышалось, — он сказал, — «твой сраный Род»?
Губы Анны растянулись в легкой усмешке.
— Боюсь, что он именно так сказал.
Все дело в том, что он осознал, в каком находится положении, и стал что-то бубнить себе под нос, вставая со стола. Он был в гневе, и контролировал себя плохо. Хотя многих его слов было и не разобрать, но вот некоторые до нас долетели, в том числе, и про Род.
— Еще там что-то было про «сучку», да?
— Двоим нам не могло послышаться, — поддержала меня Анна.
Судя по лицам гостей, они тоже все слышали.
Я одним глотком допил вино, поставил бокал на стойку, и кивнул бармену.
— Повтори!
Офигевший бармен, глядя на всё это безобразие, тем не менее послушно достал с верхней полки бутылку, и начал наливать. Я же встал со стула, и блаженно потянулся.
— Дуэль!!! — завопил герцог, отряхивая крошки с мундира.
— Как неожиданно, — улыбнулся я.
Тут же подбежал озабоченный Голдсмит. Я ему кивнул.
— Ваше Сиятельство, предоставьте нам какое-нибудь место, без бьющихся предметов.
— Александр, мне бы не хотелось, чтобы мой дом стал местом смерти последнего из Галактионовых, — дипломатично решил помочь мне хозяин этого места. — Вы можете отказаться. Вам всего лишь придется задобрить пострадавшую сторону, а я в этом могу помочь.
Ах, ты ж… Значит, помочь решил. Что ж… Так даже интереснее.
А вот герцог, бедняга, аж завис на месте, когда услышал, что я последний из Рода.
— Это что, меня посмел оскорбить пес шелудивый? — не верил он своей удаче. — И даже никаких претензий не будет со стороны Рода?
Ясно… То ли от выпивки, то ли от удара, но он слегка потерялся, и теперь говорил все, что думал.
Он хоть до дуэли-то дойдет?
— Отказаться? — я хмыкнул, и ткнул пальцем в уже вставшего на ноги герцога, точнее, в его шпагу. — Граф, как вы думаете, сколько стоит его шпага?
— Я думаю, за тысяч двести Род её точно выкупит.
Острый ум Голдсмита сработал сам по себе, после чего граф как будто спохватился.
— Ты же не хочешь…
— Хочу! — сказал я. — Очень хочу! Денег много не бывает. Так что будьте так любезны — предоставьте нам небольшую площадку. Пять на пять метров будет достаточно. И обещаю — я буду аккуратным.
— Внутренний дворик подойдёт?
— Вполне, — сказал я, и мы вышли наружу.
Интересные люди Голдсмиты. После моей фразы за деньги, как мне показалось, многие стали смотреть на меня по-другому. Даже, в некотором роде, одобрительно, хотя я для них и чужак.
Дуэль началась.
Подозреваю, что английские герцоги ещё никогда не получали таких позорных трындюлей. Как сказала Анна, герцог был силён. Он был универсалом, с перекосом в стихийную часть, поэтому его файрбол выглядел красиво.
Когда шар огня оторвался от его пальцев и полетел ко мне, у меня возникли две мысли. Во-первых, если дуэль была оговорена до первой крови, то с этим могли возникнуть проблемы, ведь попади такой «шарик» в слабого Одарённого, крови в нём не останется, только обгорелые кости. А второе, что этот молодой офицер слишком полагался на свою мощь, напрочь забыв о технике боя.
Да, мои силы в этом мире были далеки от прошлого. Но кое-какие знания у меня остались, и это самое главное. Знания, опыт. Ну, а эффективность нарастёт со временем, как только это тело доберется хотя бы до десяти процентов мощи моего прошлого тела.
Я вытянул меч, и выставил его в сторону летящего шара. Народ снова ахнул. Со стороны это выглядело, как будто я от безысходности пытаюсь закрыться мечом от куска плазмы. Вот только я знал, что делаю. Плетение было сильное, но хрупкое. Прогнав через себя энергию, запустив ее в меч, и как только кончик меча коснулся шара, я ударил по самой хрупкой его части, и огромный смертоносный шар с шипением мгновенно растворился в воздухе.
Офигели все. Больше всех офигел, конечно, герцог. Видимо решив, что это его косяк, он кинул в меня второй шар, с которым я так же расправился, показав, что нет — это была ни фига не случайность.
А ещё я увидел, что на два подряд шара он потратил очень много своей энергии. Поэтому я просто засунул Аквилу в ножны, подпрыгнул к нему, и начал использовать герцога, как обычную боксёрскую грушу, предварительно выбив его шпагу из руки. Самое сложное было — не подбить ему нос, чтобы, не дай бог, не появилась кровь.
Слегка ускорив тело, я работал в хорошем темпе. Удары сыпались на герцога со всех сторон. Он сперва пытался отбиваться, но затем просто прикрыл лицо руками. А я продолжал. Почки, печень, скула, бедро. Ногами я тоже не пренебрегал. С ужасом увидев, что я рассек ему губу, я схватил его за волосы, и быстро и аккуратно вытер ему рот его же рукавом.
— Кровь! — крикнул кто-то, кажется секундант.
— Тебе показалось, — хмыкнул я, и продолжил дубасить герцога дальше.
Когда доспех его окончательно упал, я чуть-чуть поубавил свои силы. Убивать мне его совсем не хотелось. Да и видел, что он уже еле стоит на ногах. Я отвел душу, влепив ему точнехонько в нос. Послышался хруст. Нос с горбинкой — гордость еврейской нации, свернулся набок, и оттуда хлынула кровь, от которой я увернулся, отпрыгнув.
Ротшильд упал и потерял сознание. Я отряхнул руки, и не глядя, протянул требовательно раскрытую ладонь назад. Тут же в ней появился мой бокал. Я видел, что Анна, выйдя на улицу, подхватила мой заказ. Я отхлебнул и улыбнулся. Хорошее вино! Пожалуй, я не буду ждать, пока мой погреб приведут в порядок.
— Ваше Сиятельство! А как бы мне получить пару ящичков вашего замечательного вина?
— Э, гхм, кхм… — прочистил горло Голдсмит. — Да не вопрос! Мы дадим вам с собой.
Он подошёл ко мне, и прошептал тихо на ухо.
— И добавим ещё. Уж поверьте, это того стоило! Ротшильды опозорены. Вины вашей в этой дуэли нет. Но, зная наших дальних родственников, предполагаю, что проблемы они вам еще смогут обеспечить.
— Пфф… — улыбнулся я. — Два ящика такого вкусного вина стоят небольших проблем.
Голдсмит посмотрел на меня удивлённо, не понимая, шучу я или говорю серьезно.
Голдсмит оказался ровно таким, каким должен быть. Вот только Анна явно выделялась среди них своим характером.
Он сразу смекнул, что выгоды с Анной не выйдет, или что он там задумал, если это был вообще его план, и быстро перестроился, набившись мне в друзья.
Я же улыбнулся, отдал Анне пустой бокал, бесцеремонно снял пояс с бесчувственного тела, которое пытались привести в чувство, и засунул в него шпагу.
— Дорогая! — повернулся я к Анне, немного играя на публику. — Ты достаточно отдохнула?
— Думаю, да, — поддержала игру она.
— Тогда позвольте нам откланяться, — сказал я Голдсмиту. — Приём был чудесен! И да, — я повернулся к секундантам поверженного герцога, — я думаю, вы разберетесь, где меня найти.
Мы пошли к ждущему нас Волку, куда уже предварительно запихнули пять ящиков вина.
Когда мы тронулись, я посмотрел на Анну.
— Ты же понимаешь, что это не случайность?
— Конечно, понимаю. У меня в голове крутятся, как минимум, несколько человек, кто виновен в этом внезапном появлении герцога, и этом дешевом спектакле.
— Ну, тебе виднее, — пожал я плечами. — А с другой стороны — одним больше, одним меньше. Какая разница… Но, вообщем, вечер удался — я стал богаче на двести тысяч.
— Двести пятьдесят, — сказала Анна.
— Что «двести пятьдесят»?
— Дядюшка немного ошибся. Я думаю, ты вполне можешь потребовать с них двести пятьдесят.
— Ты же моя умница! — от души сказал я, и нежно погладил трофейное оружие.
***
Утром я с удивлением услышал пиликанье планшета, обозначающего сигнал из Центра. Да, я поставил на него особый сигнал, чтобы ничего не пропустить.
С удивлением потянулся к планшету, открыл и увидел, что мне, ни много, ни мало, поступила претензия от Центра. Разлом с големами после проверки оказался не закрыт. Я почесал голову, и попытался вспомнить.
А почувствовал ли я его закрытие? Учитывая, что там со всех сторон фонило магическим камнем, то сейчас я уже не был так уверен. Центр предлагал закрыть мой косяк самостоятельно, либо получить штраф к репутации, и опять выдать Разлом в открытую базу. Я посмотрел — репутация моя составляла 151 балл. Ровно на один балл выше максимальной локальной.
После ста пятидесяти, насколько я помнил с той лекции, что я не проспал, репутация накапливается медленнее, и по достижении важных отметок, Истребитель уже имеет право собирать команду Истребителей по всему миру. Я полистал для интереса рейтинг, чтобы просто проверить — ничего ли я не забыл. Ну да, максимальная репутация в 522 пункта была, что ни удивительно, у японца. Вот ему уже некуда стремиться. Истребителю с половиной тысячи репутации было позволено всё.
В случае необходимости, он мог потребовать мобилизовать весь наш Центр, чтобы вызвать куда-то на подмогу в любую точку мира. И отказаться никто не мог. Да, постфактум, были бы разбирательства, не превысил ли он свои полномочия. Но факт оставался фактом — для Истребителей он был царь и бог. И, конечно же, имел звание «Абсолют».
Я снова почесал голову. Хотелось бы мне посмотреть на живого Абсолюта. Это сколько же энергии Разломов нужно было впитать?! И что они собой представляют в этом мире. Ладно, этим нужно Анну озаботить — это по её профилю. Я, естественно, не собирался отказываться и, одевшись, выскочил во двор, где Волк с ещё одним человеком возились рядом с Ласточкой.
— Доброе утро! — крикнул я.
Оба обернулись, и во втором я узнал отставного подпоручика Сарамбайкина, живого и здорового.
— Наша гвардия множится? — улыбнулся я, с удовольствием пожимая тому руку.
— Да, Его Высочество княжич Андросов дал разрешение. Он сказал, что и вам отправил оповещение, потому-что не мог дозвониться.
Я засунул руку в карман и посмотрел, что телефон у меня был отключен со вчерашнего дня.
— Волк, отведи Мишу к Анне. Она поставит его на довольствие и подпишет все нужные документы. А сам возвращайся, нам нужно будет мотнуться в Разлом.
— Так может Пулю с собой возьмем? — начал Волк.
— Не нужно, там только хвосты подчистить, — сказал я. — Это быстро.
***
Оказавшись возле Разлома, я зашёл внутрь.
Добытчики Архипа поработали качественно, забрав весь камень, что был на поверхности. Вот только, по торчащим из земли кускам фундамента, задумчиво бродил новый голем. Размерами он и близко не доставал до того старого, что сейчас планомерно пожирал желейки, сидя в углу моего сарая. Предупрежденные жители уже не удивлялись, когда через равные промежутки времени куски камни какой-то неведомой силой «самовытаскивались» из общей кучи и уползали в сторону сарая.
С этим големом мне даже не пришлось выкладываться полностью. Разбив его на чистой физухе, я огляделся. Попросил Шнырьку просмотреть всё тщательно, вспоминая о подземной пещере с кристаллом в одном из Разломов, что я недавно закрывал по заданию Центра.
Никаких пещер здесь не было. Я подошёл к фундаменту, прикоснулся к камню, и начертил пару рун. Ну да, похоже, что пока отсюда не будет добыт весь камень, Разлом не закроется. Энергетического ядра, как такового, концентрированного, в данном Разломе не существовало. Вся энергия была тонким слоем распределена по этим камням.
— Интересно, как протащить в Разлом экскаватор?
— Экш-ш-шкаватор? — тут же осведомился Шнырька, который появился у меня на плече. — Защ-щ-щем… экш-ш-шкаватор?
— У тебя есть предложение получше? — улыбнулся я.
— Камни… ш-ш-шкатиняка! — ткнул маленьким пальчиком Шнырька.
Ха… а ведь верно! Моему растущему голему всё равно, что к себе присоединять. Так пусть вытаскивает весь этот камень из Разлома, и тогда даже перевозить его не придётся. Вот только, когда он отожрется, как эту огромную каменную глыбу без палева провезти через весь Иркутск?
***
Остаток дня мы потратили на езду от Разлома до имения, где, погрузив в фуру голема, мы оттарабанили его к Разлому. Я зашёл с ним внутрь и указал ему на камни.
— Ты знаешь, что делать, — хлопнул я его по холодной каменной спине.
Голем, который уже превысил два метра в высоту, и полтора в ширину, кивнул квадратной башкой. Под щёлками с глазами у него появилась щель рта, и туда, одна за другой, залетели три желейки. После чего по земле пробежала дрожь, и прямо из-под земли, с пучками травы и кусками грязи, стали выскакивать камни, прилепляясь к телу голема. Несмотря на то, что он был каменным, выглядело это так, как будто к небольшому озерцу ртути подкатывались отдельные капли, сливаясь в единое целое. После этого голем впал в коматоз.
Я постоял минут пять, и почесал голову. Похоже, дела так быстро не делаются.
— Сколько ждать-то ещё? — спросил я у голема.
Тот повернул ко мне башку, и посмотрел на меня, не моргая. С другой стороны, как камень может моргать?
Да, проблемы с коммуникацией в последнее время преследуют меня и моих питомцев.
— Ладно, за тобой присмотрят, — сказал я, и направился к выходу.
Около джипа весело болтали Потапов и Сарамбайкин, не забывая при этом цепко оглядывать окрестности.
— Пуля, держи! — протянул я Михаилу кольцо с прозрачным камнем. — Надень на руку.
Он без разговоров подчинился.
— Теперь пошли со мной.
Зашли в Разлом, и я кивнул на голема.
— Как только он закончит, ты почувствуешь приятную волну энергии, которая тебе очень понравится.
— Для этого я должен находиться внутри Разлома? — без всякой тревоги уточнил приказ боец.
— Ты можешь находиться и снаружи, но тогда ты пропустишь самое интересное, — улыбнулся я. — Дело в том, что это продолжение твоей восстановительной терапии. А ещё… мой маленький подарок.
Уже включив телефон, я прочитал сообщение Андросова, где он сказал, что он вернул начальный ранг Ветерана Михаилу. Его максимальным потенциалом был крепкий Мастер. Похуже, чем у Волка, но всё равно очень хорошо, как для не аристократа.
Так вот, по моим расчётам, энергии из этого Разлома хватит, чтобы начального Ветерана превратить в крепкого. О своих людях нужно заботиться, нужно их укреплять.
Я хлопнул его по плечу, и вышел наружу, где меня уже ожидал Волк, и мы выехали обратно.
Я отметил, что сегодня, на удивление, хорошая погода. Не было ветра, да и температура, как для поздней осени, стояла высокой.
Я взглянул на Волка, который уже понял, что его командир находится в глубоких раздумьях, и молча крутил баранку.
— Слышь, Волчара. Ты же хотел меня заманить на рыбалку?
— Ну… да, — сказал он. — Что, прям сейчас?
— Да, а чего откладывать. До темноты время еще есть. Можем немного посидеть.
— С удовольствием, — сказал Волк и нажал на педаль газа, притопив, чтобы как можно быстрее добраться до озера и перейти к его любимому хобби.
Вся снаряга уже лежала в Ласточке. А у Волка даже был для меня водонепроницаемый комбинезон. Он, как бы извиняясь, сказал.
— Это всё-таки не лодка. Будут брызги, и слегка мокро, так что рекомендую надеть.
Я хмыкнул и подчинился.
— Тут рядом место прикормленное есть.
— Не-не, — сказал я. — Давай севернее, и лучше по суше. А то по воде мы к утру только доплывем.
— Куда это? — не смог удержаться Волк.
— Просто поверь мне.
Проехав вверх на север, еще примерно пятьдесят километров, я увидел слева берег озера, и махнул в ту сторону.
— Вот тут можем съезжать.
БРДМ бодро доехал до берега, и аккуратно спустился на воду. Включился водомётный двигатель, из люка показалась башка Волка.
Тарахтя двигателем, мы направились вперёд, а я просто говорил, в какую сторону. Волк перестал улыбаться, сосредоточился и крутил головой.
— Ты же знаешь, что этот район условно-опасный? Сюда забредают с северной части мутировавшие дикие твари.
— Знаю-знаю, не волнуйся, — сказал я.
— Так, здесь тормози! — сказал я. — Давай свои удочки, что ли. Думаю, нам сегодня повезет.
Мы закинули снасти. Клёв был хороший. За полчаса мы наловили карасиков и окуньков, и даже попался омуль — визитная карточка Байкала.
Волк расслабился, и предложил мне фляжку со спиртом. Какая рыбалка без выпивки.
Было ощутимо прохладно, несмотря на «поддёву» и водонепроницаемый костюм, поэтому я с удовольствием принял. Когда вернул ему фляжку, я увидел, что Волк ее аккуратно спрятал в карман.
— А ты чего?
— Так я же за рулём!
— И что, это мешает? — спросил я.
— Ну, вообще-то, нет. Но я за вас ответственный.
— Слушай, друг мой, — сказал я. — Ты же Одарённый. И даже если это не так, скажи — сколько ты можешь выпить, и после этого вести бой, или вести машину?
— Да сколько угодно, — хмыкнул Волк.
— Вот и я о том же. Не дури, и давай выпей со мной. У меня хорошее настроение, и я хочу тебе пару сказочек рассказать.
Волк удивленно посмотрел на меня, отхлебнул, и слегка скривился.
— Сказочек?
— Ну да, тебе в детстве сказки рассказывали?
— Я вырос в приюте. По вечерам вместо сказок старшаки трындюлей прописывали или рассказывали. Ну, это как везло.
— О, тяжёлое детство, понимаю, — сказал я. — Так вот. В этом мире существует множество сказок.
Я рассказал Волку про Уробороса — гигантскую змею, что оплетает своим телом все планеты Вселенной, и пытается сожрать свой хвост, являясь символом вечности.
Я рассказал про валькирий, которые летают над полем боя и решают, кто из воинов одержит победу в битве, а кто должен погибнуть. Они же подбирают души павших храбрых воинов и переносят их в Асгард — небесную крепость скандинавских богов, где они пируют в волшебном замке Вальхалле.
— А ещё в туманном Альбионе, гордому представителю которого я недавно прописал небольших люлей, есть легенда, что фея, живущая в озере, дарит достойному герою меч. Здорово, правда?
— Неплохо, — Волк посмотрел на меня, прищурившись.
Он уже понял, что командир у него не всегда здравый, и пытался поймать, не тот ли это момент.
— Как ты думаешь, ты достойный герой?
Волк посмотрел на меня уж совсем подозрительно.
— Извини, Саша, но спирт был неразбавленным.
— Я знаю, хорошая штука. Дай-ка сюда ещё раз фляжку.
Пригубил, и скривился.
— Вижу, ты парень скромный. Но лично я считаю, что ты один из достойнейших. По крайней мере, ты мне показался таким. И если бы здесь, каким-нибудь образом, оказалась фея, то она точно одарила бы тебя щедрым подарком. Кстати, по-моему, у тебя клюёт.
Волк подсек, и с усердием потащил.
— Ого, что-то здоровое!
Подсекая, и работая катушкой, он тащил-тащил. В прозрачной воде, в лучах заходящего солнца, что-то блеснуло, и он с удивлением вытащил замотанный в леску меч, на рукоятке которого скалился медоед, а на ручка была выгравирована пасть скалящегося волка.
— Знакомься, Волк. Это твой новый меч. И зовут его — Люпус, что в переводе на наш, на удивление, тоже означает — Волк.
Я порылся в кармане, и протянул вассальное кольцо Рода, что забрал у некроманта.
— Это тебе! Поздравляю, командир Гвардии Рода Галактионовых!
Волк был в шоке, и кажется, даже счастлив, но еще до конца до него не дошло, что сейчас произошло. Но ничего, вскоре поймет. Интересно, а он уже понимает, что даже в случае, если что-то пойдет не так, и он передумает, то от меня так просто ему не уйти?
Всю дорогу назад в поместье Волк молчал, переваривая случившиеся. А еще держал в руках меч, не отпуская его даже ни на секунду. Я за этим наблюдал с улыбкой, и думал о произошедшем.
Я сделал это неспроста. Есть у меня такая фишка, что верных людей нужно вознаграждать, и не просто дарить всякую фигню, а делать это эффектно.
Так же, если Анна в будущем укажет хоть на княжеский Род, который не будет в зоне наших интересов, и попросит меня о мести, я с радостью сделаю это для нее.
С мечом получилось все просто, и Волку за это нужно благодарить Анну. Именно она нашла в старых записях подвала информацию про меч в озере. Но самое интересное, что это была неподтвержденная информация. Там была запись, в районе слухов, что когда-то один из членов Рода пал именно на Байкале, и тогда был утерян этот меч. Это навело меня на другие интересные выводы, которые позже придется проверить.
Я улыбнулся, вспомнив вопрос Волка о безопасности на Байкале. Я точно знал, что опасности вокруг нет. Мне периодически недовольно матюкался на ухо Шнырька, который ужасно не любит воду, и которого я последних несколько дней использовал, как подводного разведчика.
Именно мой маленький друг нашёл меч, и именно он привязал меч к леске Волка. Теперь за это ему причитается много мороженого! Заслужил!
Кстати, меч Волка по всем параметрам сильнее моего. Он был пятым по старшинству в нашем Роду. Старше его были только Лео, Урса, Гидра и Драко — меч Главы Рода.
В Люпусе сидит сущность Волка, сильная и старая, а еще смирная. Хотя это слишком относительно. Скорее всего, их характеры сошлись, и душа меча спокойна.
Выходит, что мои сородичи знали о нем, но не могли найти. А потомки, вероятно, уже не верили в эти данные. Так и потерялся этот меч. Вот только многое не сходится. Нужно над этим хорошо подумать.
Насчет сохранности меча я не переживал. Волк — такой человек, что с оружием сможет расстаться, только если его заберут с уже мертвого тела. Но, в таком случае, я потом заберу его уже с других мертвых тел, которые будут умирать очень долго и мучительно.
— Приехали! — сообщил мне Волк.
— Полагаю, тебе сегодня нужно свободное время? — спросил я у мужчины, догадываясь, что это так.
— Если я вам буду нужен, вы только позовите, — он не собирался брать отгул на сегодня. — Если что, я буду в тренировочном зале. Мне нужно вспомнить, как обращаться с мечом. Как давно это было. Я же говорил, что специалист больше по ножам!
— Говорил, — хмыкнул я. И мы даже проверили. Волк был хорош, чертовски хорош! Как для местного Одарённого, конечно. Да, его стихия — огнестрел, но и драться на мечах их тоже учили. Так что проблем у него не будет, а совершенствоваться никогда не поздно. — Я позже покажу тебе пару приемчиков!
— Буду благодарен, — кивнул довольный Потапов.
Как я и думал, Волка теперь не вытащишь из зала, где он будет тренироваться до потери пульса. Такой уж он человек. И это мне тоже в нём нравилось!
Сам же я пошел к Анне, и поделился с ней новостью, что нашел меч. Анна была рада, что оказалась мне полезной. Она этому делу уделила много внимания и точно была уверена, что меч находится там. Я как бы и не сомневался, что он может быть там. Это она думала, что ее версия звучит глупо, и я не прислушаюсь к ее советам. Может, в других обстоятельствах, так и было бы, но только не сейчас. Когда твой друг Шнырька, то все становится проще.
Проще… Вот только… не все. Сегодня я осознал, насколько я был слеп, и кажется, что такая спокойная и легкая жизнь меня расслабила. Но ничего, я исправлюсь. Только я об этом подумал, как зашел в свой кабинет, и понял, что исправляться придется срочно. В моем кабинете на столе лежала целая гора разнообразного оружия. Как родового, так и простого.
Я тяжело вздохнул, и плюхнулся на диван.
— Вот это мне работы подвалило… — сказал устало, глядя на гору смертоносных вещиц.
Как в издевку, Шнырька появился в комнате с пакетом, из которого начал высыпать разные безделушки прямо на пол. Они были грязными и мокрыми от намула. Видимо, придется решать дела быстрее, чем я думал.
А все дело в том, что когда я попросил Шнырьку найти родовой меч на дне Байкала, он мне еще несколько других штук показал прежде, чем нашел нужный. Я ему сказал — остальные не трогать, а он, как я понял, насколько не хочу этим заниматься, хитро на меня посмотрел, и давай показывать, что там еще было. А там было много всего.
Север Байкала периодически «радовал» Истов Разломами и дикими тварями, и локальная война там шла сотни лет. И теперь, судя по всему, у малого появилась новая игра. Он решил все дно озера перенести ко мне.
Подошел к кучке, что он высыпал, и обнаружил там родовые перстни, монеты и драгоценности.
Мне срочно нужна сокровищница. Нужно придумать, куда спрятать все это добро. Если кто-то узнает, сколько здесь у меня родовых вещей, то их хозяева могут попытаться забрать силой свои реликвии. А ведь я еще не разобрался с теми, что нашел у себя в подвале. Пришлось всё это оружие отнести к Анне.
— Это что? — девушка распахнула глаза от удивления.
— Даже не спрашивай, — сразу остановил ее следующий вопрос. — Нашел, когда искал свой меч. Нужно узнать, чьи они, и какую ценность для нас представляют. Если что-то есть ненужное, может сможем продать через Организацию?
— Пожалуй, не стоит, — расстроила она меня. — Не стоит никому знать, сколько родовых мечей теперь у нас есть. За такое сюда может припереться и Абсолют.
Хм… Интересно, а я смогу с ним справиться? Хотя, почему бы и нет? Я в свои силы верю, а вот вопрос в другом. Переживет ли мое имение такую битву, и смогу ли я совладать с последствиями.
Она подтвердила мои мысли насчет этих вещей. Древние Рода очень болезненно относятся к своей памяти, и чтят ее. А у меня, вероятно, сейчас находятся их давно потерянные вещи.
— Ты права, но информацию по ним все равно найди.
— Это я, само собой, сделаю. Глянем, что нам из этого пригодится, — улыбнулась она мне, сидя в своем кабинете, который я специально выделил ей. — Еще что-то?
— Ага… — а типа она не видит, что я стою здесь с пакетом в руках. — Вот это тоже нужно проверить, и потом доложи, что со всем этим лучше сделать.
— Хорошо, обязательно.
После этого я покинул Анну, и вернулся в свой кабинет.
— Да ты, блин, издеваешься!!! — на моем столе лежала новая партия оружия, и весь пол был усыпан всякими безделушками. А еще у меня кружилась голова от недостатка энергии. Шнырька окреп, и уже мог бегать на дальние расстояния, вот только энергии жрало это нехило. Я рассосал уже пятую желейку за сегодня и, кажется, сотую за последнии дни поисков. Но оно того стоило!
Как открыл дверь, так и закрыл ее, и пошел прочь. Ну, нафиг… Слишком много на сегодня для меня обновок.
И, кажется, их будет еще больше. Кто бы мог подумать, что Байкал хранит в себе столько тайн? Может, кто-то и подумал бы об этом, а вот я что-то пропустил тот момент, что реки и озера для меня тоже является неплохим источником дохода.
Остаток дня я провел за медитацией и тренировками. Не одному Волку нужно возвращаться в свою прежнюю форму. Жаль, что энергии только очень мало. Но есть жёлтая желейка, которой вряд ли хватит на что-то полноценное.
Новый день, и новые приключения! Именно так у меня и вышло. Только я проснулся, как обнаружил сидящего на моей подушке Шнырьку, и пристально смотрящего на меня.
— Ш-ш-ш-шабака дш-ш-шикая! — возмутился он, вместо того, чтобы сказать «привет».
— Кто? — не понял я, о чем он говорит.
— Ш-ш-шабака!!! — повторил он.
Я ничего не понял из этого, и он тяжело вздохнув, решил мне показать.
После просмотра его воспоминаний я был с ним солидарен. Затупок, такой затупок! Ему стало скучно, и он каким-то немыслимым образом завербовал Карамельку к себе в напарницы, и повел ее в подвал. Там они на пару устроили геноцид броненосцев, и пока я спал, они втихаря тащили из меня энергию. Все бы ничего, ведь зачистка — дело полезное, но, блин, все нужно в меру!
Они так там всех достали, что теперь бои идут перед самым входом, и такими темпами они отступают до двери в подвал. А я еще недостаточно откормил голема, чтобы он стал надежной и прочной дверью. Пуля докладывал, что Голем все еще зачищает Разлом.
Делать было нечего, пришлось одеться и спуститься вниз. Я их просил присматривать за подвалом, а не тащить всех наверх.
Шнырька тоже все смекнул и рванул туда, откуда и транслировал мне, что там происходит.
Вот Затупок откусывает голову одному гоблину, и лапами разрывает второго, и так еще пятерых, но затем здоровенная дубина опускается на его голову, и он вырубается. Этот гоблин назывался Хобгоблин, и был следующей стадией эволюции простого гоблина. В три раза больше, и раз в десять сильнее. По сравнению с обычными соплеменниками, он был «тяжелой артиллерией» в их племени, и все самые сочные самочки всегда доставались ему.
Теперь вся эта братия висит на Карамельке, которая рычит и рвет их на куски. А медоед лежит себе и отдыхает, гад!!!
Полежав две минуты, встал, и как ни в чем не бывало, отряхнулся, и напал на Хобгоблина со спины.
Они не додумались атаковать лишь одно племя, но решили закошмарить всех одновременно, и в итоге монстры решили объединиться против них. Ну и стратег из Пупсика получился!
Когда я спустился, то Карамелька уже была зажата в углу. Может показаться, что ее загнали туда, но это же хитрая кошка. Она заставила их так думать, и когда Хобгоблин опустил свою дубину на нее, то она ловко подпрыгнула, и по дубине забралась ему на плечи, откуда и ударила лапой по шее. Она, конечно, молодец, но теперь из этой сволочи течет кровь, как из крана.
Я сразу вступил в битву, давая время Каре отдохнуть, а то медоед, хотя и сильный, но натуральный балбес. Ему дисциплины явно не хватает, не может отвыкнуть, что перестала ему капать халявная энергия. Артефакт убил, и меня хочет подвести под тоже самое. Фиг ему…
Мой меч срубает головы гоблинов без проблем, и даже Хобгоблин не стал для меня проблемой. Просто большая дура, которая думает, что сильна. На самом деле дико неповоротливая, и теперь лежит без одной ноги, и орет. Черт… Мы, конечно, глубоко находимся, но рабочие наверху могут и услышать ее вопли.
Рывок к нему, и меч пробивает артерию на шее, которая так и выпирает из-под кожи. Если срочно не вызвать целителей, то быстро умрет. Что-то не вижу я здесь целителей.
— Прости, чувак, но не судьба! — говорю ему, и отпрыгиваю от последнего удара, который он хотел нанести мне перед своей смертью.
Гоблинов и броненосцев здесь много, драки еще на пару часов, и как показывает Шнырька, еще идет подкрепление. Вот только я заметил, как по потолку ползет длинная сколопендра, около метра в длину.
На запах крови, что ли? Или на шум приползла? Думает, что ее не видно, раз темно, но темнота — это вещь сильно относительная. Свет ее глаз тяжело спрятать, а они сверкают. Я мог бы швырнуть в нее мечом, но зачем, если есть идея получше.
Подбираю с земли лежащего Затупка, у которого язык болтается на боку, и швыряю им. Врезавшись в сколопендру, они вместе полетели на землю, и переплетясь в объятиях. Смотрится так себе, но зато это его разбудило, и он явно был недоволен таким поворотом событий. Его сейчас пытается сломать какая-то дикая и противная тварь. Он стал, как сумасшедший, вырываться, а силы в нем немало. В итоге, он разодрал сколопендру на части, и теперь стоит на четырех лапах, с красными от злости глазами, и хищно смотрит по сторонам.
Гоблин, который налетел на него со спины, тут же получил когтистой лапой в лицо, которая содрала кожу с его черепа. А Отморозок пошёл искать новые жертвы. С этого момента начался геноцид гоблинов.
Карамелька сидела рядом, и вылизывала шершавым языком лапку, которую запачкала в бою. Она такая чистюля, не то, что этот Затупок.
Я планировал сегодня отправиться в Муравейник, где для Красивой хотел набрать муравьиную гвардию. А ночью зачистить это место от гоблинов, и прочего. И потом уже посмотреть, кто обитает там дальше. Примерно Шнырька уже показал, кто там есть, но это было мельком, и картинка в моей голове пока еще не сложилась. Похоже, там придётся здорово попотеть!
А теперь выходит, что я завис тут с самого утра, а ведь я даже перекусить не успел.
Мы уже очистили несколько больших помещений, и мне, прям, грустно. Какой трындец у меня творится под домом. Все стены в каких-то лазах и отнорках. Я ведь даже не пойму, откуда может прийти опасность.
Так как жрать уже хотелось нехило, я прибегнул к своему Дару, и призвал парочку волков, а еще двадцать муравьев, а то чего они… Их отправил по норам убивать все, что там им попадется навстречу.
Они как раз могли пролезть в эти норки, а вот мне пачкаться не хотелось. В конце концов, я барон или крот?!
Режиссер Шнырька показывал мне яркую картину боя моих призванных воинов.
В одной из таких нор сидели гоблины, которые устроили засаду, но им было неудобно там сражаться. По идее, они хотели зайти ко мне в спину. Интеллект кое-какой все же у них присутствовал. Когда к ним заполз муравей, то они даже сопротивляться не пытались.
В некоторых отнорках моих муравьев попросту убили, а Шнырька так никого и не нашел, когда прибыл туда. Жаль, что он не может быть во всем местах одновременно.
Постепенно проходя все дальше, я давал команды Затупку и Каре, налаживая их взаимосвязь, а также боевую слаженность, что тоже немаловажно. Периодически пинал мохнатую задницу, когда мой отважный, но слабоумный боец, чересчур тупил. Местами, когда он хотел броситься в бой, я его останавливал, и просил обойти врага сзади, оторвав тому ногу или хвост.
Да-да… Сука, крысолюды тут тоже были.
Или у меня там каждый день открываются Разломы, или мои родственнички были теми еще извращенцами, которые устроили тут целый зоопарк, с разной живностью. Хоть билеты продавай и устраивай познавательные экскурсии!
Интересно, что живность теперь перестала между собой собачится, и бежит в нашу сторону. Типа, враг моего врага — мой друг! Вот только плевать мне на них. Чем больше мы убивали, тем сильнее я становился, и тем больше у меня было душ.
Так, к примеру, на нас выбежало воинство гоблинов, свежих и полных сил. А командует ими Хобгоблин с каменной огромной дубиной. Он хищно смотрит на меня, а из его рта текут слюни. Проголодался, наверное. Другие варианты я сразу откинул. Ну, нахер!
— Чего вылупился? Беги, давай! — обращаюсь я к нему.
Он меня не понимает, и орет, стуча дубиной по земле, чтобы запугать меня.
— Ах, вот так? — меня возмутило такое его поведение.
Пойти и башку ему оторвать, что ли? Хотя, зачем… Есть вариант и получше.
Вызываю троих Хобгоблинов, и вселяю в иллюзии души.
— Принесите мне его голову! — царственно киваю на одинокого воителя, который уже перестал быть таким смелым.
Мои тупицы кивнули, и с голыми руками побежали на него. А вооруженный хоб понял, что ему сейчас пи… будет больно, и развернувшись, побежал прочь. Реально, не очень он смелый, как оказалось. Его таки догнали, но как показал Шнырька, аж в самом лагере, где было очень много врагов.
Мои, конечно, там сразу пали, правда, голову ему все-таки оторвали, как я и просил. Так что свою задачу они выполнили. А еще забрали с собой кучу гоблинов, просто раздавив их. Ну, а чего те под ногами путаются?
На шестой час в этом подземелье тут уже была война двух лагерей. Мои призванные сражались с местными. И я решил попробовать разделить их на два отряда. Один доверил Затупку, а второй Карамельке. Как итог, Отморозок рубился в одиночку, как маленький лев, и два раза был отправлен в нокаут. А Карамелька стала управлять призванными, которых я доверил медоеду. Вот у нее постепенно стало получаться. Она залезла на высокий выступ, и оттуда раздавала свои приказы, а те послушно исполняли.
На этой ноте я их покинул, с рекомендацией отступить, как только призванные закончатся, или они поймут, что тут дело — труба. Мы отогнали местных довольно далеко, так что в наш дом они не заберутся. Им бы раны зализать. Конечно, это не факт, но все же будем на это надеятся, а то мой желудок уже орет благим матом. Ну, а Шнырьку я назначил главным по желейкам, получив в ответ негодующий вопль! Вот совсем не любит малой копаться в чужих мозгах!
У выхода из подвала меня ждала Анна.
— Видок, конечно, у тебя еще тот! Да и подвал у нас прелюбопытный, — сообразила она сразу, что к чему.
— Есть такое! — улыбнулся я ей. — Не переживай, я справлюсь с этим. Ничего особенного, но после этого у тебя работы прибавится еще больше.
— Еще?! — удивленно воскликнула девушка.
— Вчерашние мечи тебя так озадачили?
— Вчерашние — нет, — покачала она головой. — А вот сегодняшние — да, и не только мечи.
Понял я, о чем она говорит, когда мы зашли в мой кабинет, в который у нее тоже был доступ.
Сука… Шнырька… Я же его, как нормального человека, просил приносить трофеи из озера ПОСТЕПЕННО!!!
Комната была завалена всяким хламом, и не только… Нахрена нам старый якорь? А нет… Их два… И медная рында с надписью «Бисмарк».
***
Глаза старого лавочника неестественно расширились, когда мы с Волком ввалились в «Легендарное Оружие Архипа» с несколькими большими сумками. А потом сходили еще раз в машину.
— Давно ты не заглядывал ко мне, Александр! Я думал, ты забыл старика! — моя немаленькая ладонь утонула в огромной лапе старого Иста.
— Как же, забудешь тебя! — ухмыльнулся я, и пошел за товаром.
С помощью Анны и Волка мы провели первичную сортировку добра. И это, я вам скажу, был сущий ад!!! Эти два… гхм… скупердяя были похожи на старую драконью пару, на чью сокровищницу я посягнул. Они бились за каждый предмет так яростно, что даже я офигел.
В конце-концов, мне пришлось стукнуть кулаком по столу.
— Так! Мы сейчас отбираем самое дешевое барахло! Что же будет, когда дело дойдет до действительно чего-то ценного?
— Мы оставим его себе! — сразу широко улыбнулся Волк.
— Молодец, Андрей! — похвалила Потапова Анна.
— Вы друг друга стоите! — покачал я головой. — Может тебе кровь на анализ сдать? Окажется, что ты потерянный в детстве младенец Голдсмитов!
— Не смешно, — буркнул Волк.
— Вообще не смешно, — скривилась за компанию Анна.
В общем, в конце-концов, мы отобрали самые простые, дешевые вещи, без клейма Рода, и наихудшего качества. Хотя, всё это барахло было «игрушками» Одарённых, поэтому, по умолчанию, стоило неплохих денег!
Архип сразу же принялся перебирать вещи, называя свои цены. Я кивал, и он вбивал стоимость на калькулятор.
— Цепочка… Металл из Разлома, камень выпал… 200 рублей… Кольцо с рубином… Простое украшение, но камень хорош! 500 рублей… Меч, карская сталь, 1000… Еще один двуручник, но бестолковый, только за вес дам 1200… А откуда у тебя кинжал Рода Байсуровых?!
— Эмм… Что? — я вернулся к реальности. — Там же нет родового клейма?
— Зато есть резьба на рукоятке! Только Байсуровы этим заморачиваются, и никому чужому не дают. Это их гордость!
— Хмм… — я протянул руку. — Дай-ка мне его сюда!
Он протянул мне кинжал из адаманита, который был мне ни к чему, но я планировал выручить за него хорошую сумму. Кинжал отправился обратно в пустую сумку.
— Не было никакого кинжала! — посмотрел я в глаза лавочнику без улыбки.
— Ну, не было, так не было! — понимающее пожал плечами Архип, и вернулся к делу. — Так, что у нас тут еще? Неплохой топор… был… Топорище ни к чёрту! Он что, под водой долго лежал?
Я закатил глаза. Кажется, я застрял тут надолго! А ведь я хотел еще заглянуть в Муравейник!
— Итак, дамы и господа! — Хрулёв стоял около невысокой трибуны.
Перед ним, в мягких креслах, вольготно устроились командиры дежурных групп Центра. Это были мужчины и женщины разного возраста, и разной внешности. Они имели разные классы, и разную силу. Более того, хотя большинство из них и были аристократами, но парочка всё ещё оставалась простолюдинами. И да, как минимум, трое из них получили титулы только благодаря своей работе. Такой опасной и нужной для человечества работе.
— Итак, как вы уже слышали наш аналитический отдел, — он кивнул на главного аналитика «Серёжу», только что закончившего свой доклад, — показывает, что в последнее время в Эпицентре происходит что-то аномальное. Количество Разломов увеличивается, с невиданной доселе скоростью. Я не знаю, с чем это связано, — старый Ист исправился. — МЫ не знаем, с чем это связано. Из истории и архивов известно, что таких активностей у нас в Иркутском Эпицентре было, как минимум, три. Вот только последний из них был семьдесят два года назад. Причем, аналитики не ручаются, что мы сейчас на пике активности. Скорость появления Разломов может увеличиваться. И мы должны основательно к этому подготовиться. Итак, моим приказом уже объявлен экстренный сбор Истребителей по всей Империи. Нашего количества явно недостаточно. А судя по уровню Разломов, я думаю, что наши спецгруппы тоже могут не справиться.
— Это ты преувеличиваешь, Петрович, — раздался весёлый крик с первого ряда, где сидел командир спецгруппы, Истребитель второго класса, барон Василий Дёмин — как раз именно он получил титул только благодаря самому себе, изначально будучи простолюдином.
«Специальными группами» называли пять элитных постоянно действующих дежурных групп, костяк которых состоял из двенадцати Истребителей второго-третьего класса. По необходимости они добирали нужное количество Истов послабее, либо объединялись друг с другом, для какого-то особого рейда. Именно они зачищали самые сильные Разломы внутри Эпицентра, куда для того, чтобы только попасть, нужно было повоевать, отбиваясь от диких тварей.
— Нет, Вася, я не преувеличиваю. Наоборот, возможно, преуменьшаю. Суть в том, что ваши три обязательных Разлома в неделю теперь превращаются в шесть. Я, так и быть, оставлю вам один день в качестве выходного. Но я в любой момент могу и его забрать. Более того, если этого не хватит, будете ходить и два, и три раза в день.
— Звучит заманчиво! — засмеялся один из Истов четвёртого класса, командир обычной группы. — У меня предложение, командир! — продолжил он. — Дайте мне Галактионова на усиление, и я смогу закрыть все двенадцать Разломов в неделю.
Со всех сторон раздались смешки. Из присутствующих воинов кто-то оценил шутку, но кто-то и скривился.
— Хорошая шутка, Лефер, — без улыбки сказал Хрулёв. — Вот только напомни, какая репутация у тебя?
— Пятьдесят четыре! — с гордостью сказал молодой виконт.
Он явно гордился, что к двадцати семи годам был крепким ветераном, и уже два года водил дежурную группу без разных косяков.
— А какая репутация у Галактионова?
Он смущенно пожал плечами. Народ же сразу достал телефоны — самые умные решили проверить. По залу раздались хмыканья, изумлённые свисты, и какое-то непонятное бормотание.
— Ну, кто посмотрел? Подскажите нашему героическому виконту!
— Сто пятьдесят четыре! — сказала девушка в первом ряду.
— Галактионов, если захочет, может взять тебя, твою группу, и ещё половину из вас. И я с радостью вас ему отдам. Не только благодаря репутации, а благодаря тому, что я вижу.
— Вот только я не вижу желания у Галактионова нам помогать, — сказала та же девушка.
— Так точно, виконтесса Свиридова, — улыбнулся дед. — Но я работаю над этим. В общем так, задание ясно? Ясно. Приступайте! По мере прибытия в Центр призванных Истов будут формироваться новые, и усиливаться ваши старые группы. А теперь — всем разойдись! Разломы сами себя не закроют!
Мария разминулась с Галактионовым. Звонить напрямую ей не хотелось, хотя она была уверена, что он будет рад увидеть ее. Но ей захотелось устроить ему сюрприз.
Просмотрев контракты Центра, она увидела, как напротив Галактионова стоит пометка, что он зашёл в Муравейник. Конечно же, в одиночку. Мария была опытным Истребителем, и поэтому, быстро сформировав рейд-группу из пяти человек, она тоже отправилась к Муравейнику.
А вот дальше все пошло не так, как она рассчитывала. Они обошли все комнаты, где обычно работали одиночки первого яруса. Потратили на это несколько часов, но нигде не встретили Александра. Никто не видел и не слышал ничего о нем.
Оценив мощь своей группы, она спустилась на второй ярус. Там уже Истребителей было поменьше. С другой стороны, они немного подрались. Даже она отвела душу, вдоволь помахав мечом. Но Галактионова и там не было.
Подойдя к спуску на третий ярус, они как раз увидели группу матерых Истов, которые шли снизу с кучей добычи.
— Барона Галактионова не видели?
— Кого? — скривился командир группы, и тут же поправился. — А, Галактионова… Нет, не видели.
— Странно.
Скромного барона знал в лицо уже весь Центр, и это было неудивительно.
— А вы с какого яруса? — уточнила она, глядя на их кольца, что были, в основном, четвёртого класса.
— По третьему прошлись, и немного на четвёртый заглянули.
— И там тоже Галактионова не видели?
— Нет, точно не видели.
Они попрощались, и Мария залезла в планшет. Судя по информации, Галактионов почти четыре часа находился в Муравейнике.
Она оглядела свою группу — пятёрки и шестёрки, которых она взяла с расчётом просто пробежаться по первому ярусу. На третий идти им явно рановато.
Она тяжело вздохнула.
— Так, дамы и господа! Работаем здесь еще часик, и уходим!
«Дамы и господа» с азартом принялись за работу после команды своего лидера. А Мария в очередной раз задумалась.
«Да кто же он такой, этот Галактионов?!».
***
У меня был «какой-то план», и я его придерживался.
Имея в наличии пока что ещё не до конца материальную муравьиную матку, у меня возникла мысль возродить искусство рода Галактионовых. А именно, их невероятное Приручение. И начать это делать с муравьёв. Они были неплохими воинами и рабочими. Плодились быстро, яйца были дорогими. В общем, наскоро придуманный бизнес-план мне понравился. Осталось только набрать побольше душ. Ведь в каждом питомнике должен быть хороший племенной кобель, не так ли? Вот только на верхних ярусах мелкие муравьишки явно не подходили для моей розовой красавицы, поэтому мне пришлось спуститься вниз.
Отморозка я оставил дома. Задолбал этот идиот со своими постоянными кончинами! Наказан! Послала мне Вселенная такого тупицу!
Первый, второй, третий, а затем и четвертый ярус. В присутствии Красивой это было просто. Муравьи, в большинстве своём, держались от нас в стороне. А те, что бросались, были безжалостно уничтожены.
Я, кстати, немного переживал по поводу того, как Красивая воспримет убийство её сородичей. Но когда первого из «непослушных» муравьёв она собственноручно перекусила пополам, я успокоился.
Понял… Кто не с нами, тот под нами.
Так мы и шли, отбиваясь от слабых противников. Первого бойца мы «взяли» на четвёртом уровне. Еще двух сняли на спуске к пятому.
Я вспомнил «веселую» поездку на седьмой уровень и понял, что при всём моём желании слишком далеко углубляться мне не хочется. Пятый уровень, и хватит пока.
Набрав ещё дюжину душ и десяток красных желеек, мы уже хотели вернуться назад, когда Шнырька показал мне интересную картину. Несколько коридоров правее бежала необычная кучка муравьев. Четверо солдат сопровождали, похоже, тоже солдата, но выглядел он… мощнее, что ли? Внутри меня стал разрастаться азарт любителя животных.
— Мне нужен этот самэц! — почему-то произнёс это с кавказским акцентом, и махнул своим верным питомцам.
Мы столкнулись с ними на выходе небольшой пещерки, куда забежали с разных сторон, и тут же вступили в битву. Я немного разобрался уже со своей Аквилой, и понял ее основное достоинство. Дух орла работал частично автономно, делая мои, и без того сильные удары, еще более стремительными. Душа птицы как-то воздействовала на скорость. И удар моих мышц, помноженный на родовой артефакт, получался поистине сокрушающим.
Муравей был достойным противником, и, на удивление, быстрым. Он даже смог ухватить зубами Кару за хвост, мгновенно получив лапой по морде. На спину его взлетела и взгромоздилась Красивая. Ну, а я колбасил его мечом спереди.
— Не трогай мою кошку!!! — заорал я, всаживая меч снизу-вверх, пробивая его голову.
Муравей грохнулся на землю, а я удовлетворенно затянул его душу.
— Хорош! — постучал я его по большой хитиновой башке, и потянул все еще торчавший из головы меч на себя, разрывая башку надвое.
Внутри, ожидаемо, была оранжевая желейка, которая сразу отправилась ко мне в мешок.
Тут я посмотрел на Красивую, которая в первый раз проявила эмоции. Она печально посмотрела в сторону трупа своего сородича.
— Тоже тебе понравился? — похлопал я её по хитиновой башке. — Ничего, будет тебе знатный жених. Вы сделаете с ним настоящую муравьиную ячейку общества. Ну, а твои яйца мы будем продавать.
Муравьишка возмущенно заверещала. Похоже, ей не понравилась моя идея.
— Ладно-ладно! — примирительно поднял я руки вверх. — Это необязательно! А то вдруг там попадутся какие-нибудь дефективные?
Кажется, мой бизнес-план затрещал по швам. Я взмахнул головой, как заправский предводитель, указав окровавленным мечом в сторону верхнего яруса.
— Мы славно поработали! А теперь нам пора на выход!
Шнырька был хорошим «начальником разведки». Буду в Муравейнике, он прыгал по всем направлениям, и показал мне мою рыжеволосую знакомую, которая ходила с группой по верхним ярусам, расспрашивая обо мне. Я улыбнулся, но прерываться не стал. Успею ещё с ней увидеться.
Когда я вышел из Разлома, задержавшись там дольше, чем собирался, она уже отбыла в Иркутск. Мне же нужно было заскочить к себе в усадьбу. Однако, пока Волк рулил в сторону моего нового дома, я набрал Долгорукову.
— Привет! — раздался удивлённый голос с той стороны трубки.
— Привет. Как у тебя дела?
— Хорошо. А у тебя?
Ну да, ничего незначащие любезности. Собственно, я слышал по голосу, что она удивлена, поэтому просто сказал, что звоню поблагодарить её лично за всё, что Род Долгоруковых сделал для меня. Ну, и сказать, что в случае ее внезапного появления в Иркутске, буду очень рад видеть ее.
Мария держалась до последнего, про между прочим поинтересовавшись, чем я собираюсь заняться сегодня вечером. Я сказал, что Андросов с невестой пригласили меня на ужин. Собственно, приглашали они меня уже давно. Я ещё точно не договаривался, но ничего не стоит договориться в любое время. На что Мария сказала, что хорошо, если она будет в Иркутске, то обязательно мне позвонит. На этом и порешили.
Затем я набрал Андросова и сказал, что у меня появилось резкое желание с ними поужинать прямо сегодня вечером, если они ничего не имеют против. Андросов несколько ошалел — обычно на такие совместные мероприятия меня ничем не затянешь. Поэтому быстро согласился, обговорив место встречи.
Голем отожрался и закрыл Разлом, мы с Волком подъехали к его входу, где нас ждал раскрасневшийся и довольный Сарамбайкин.
— Спасибо за подгон, командир! — улыбнулся он.
— Наслаждайся, — улыбнулся я, быстро просканировав нового гвардейца. Он нормально так «подтянул» силы, так что я не прогадал.
— Кажется, у нас проблема! — скривился Волк, когда «возмужавший» голем вышел из Разлома. — Боюсь, фура развалится при его транспортировке.
Я прикинул на глаз и понял, что Потапов был прав. Не вести же его за руку пешком домой? Пришлось вызвать спецтехнику для перевозки тяжелых армейских танков. Затратно, но что поделать! Оставив Мишу встречать транспорт, мы с Волком двинулись домой.
Голем изображал из себя огромный камень, и работяги не могли понять, зачем он мне мог понадобиться. Сколько тросов они порвали прежде, чем смогли его погрузить!
Добравшись до имения, я спустился в подвал, захлопнув дверь прямо перед носом Отморозка. Кажется, он что-то орал за дверью, обиженный и возмущенный.
Я призвал Красивую. И взяв в обе руки по красной желейке, начал напитывать их силой, создавая избыточную емкость, на время моего отсутствия. Потом, одного за другим, призвал почти сотню обычных муравьёв, пока не трогая воинов. Но когда Шнырька показал мне броненосцев и живых Хобгоблинов, я хмыкнул и все-таки призвал парочку муравьев-солдат, чтобы они присматривали за Красивой. Я дал ей указание навести здесь порядок, строго-настрого запретив лезть за большую дверь на «дикую» территорию, и ограничиться только предбанником, где водились бывшие монстры. Пора начинать исследовать подземелье более обстоятельно. Для этого нужно немного навести здесь порядок. Я думал сводить кого-нибудь из ребят сюда прокачаться. Но смысла особого не было, только лишняя трата времени. Там дальше, в диких подвалах, их гораздо больше. Ну, а здесь… Короче, пусть Красивая качается.
***
Я задумчиво посмотрел на фрак, который подарил мне Андросов. И решил, что это событие недостаточно знаменательно, и можно обойтись простым костюмом. Честно говоря, я хотел взять с собой Анну. Но потом вспомнил про Долгорукову, и примерно представляя, по какому поводу она здесь появилась, решил лучше не нервировать благородную княжну.
Я приехал первым. Князья, как водится, опаздывали. Столик был забронирован. Я с удовольствием заказал себе сто грамм вискаря. А потом подумал, что вечер может быть не очень томным, и заказал сразу бутылку.
Не успели мне принести заказ, как сзади раздался грудной женский голос.
— Разрешите к вам присоединиться?
Я с удивлением оглянулся. Рядом стояла женщина, которая выглядела очень эффектно. Когда-то она, несомненно, была охренительной красавицей. Да к чёрту, она и сейчас охренительная красавица, несмотря на то, что возраст у неё был плюс-минус сорок. Длинные белокурые волосы, голубые глаза изучающе смотрели на меня с милой улыбкой. Одета она была скромно. Чересчур скромно для тех украшений, что были на ней.
На её руках, практически, каждый палец был унизан кольцами, но не было родового кольца. Хотя след от него на среднем пальце был виден. Остальные кольца поражали своими камнями. Кажется, каждое из них стоило, как квартира в Иркутске. Так себе маскировка. Хотя, может я ошибаюсь, и такой задачи у нее не было, просто женщина оделась в удобное платье.
— Я ожидаю своих друзей. Не хочу показаться невежливым, — осторожно ответил я.
— Да я вас особо и не задержу, — уже не ожидая приглашения, женщина ловко скользнула на стул напротив меня.
Хмм… Я, как Охотник, мог с первого взгляда оценить потенциал бойца по тому, как он двигается. Так вот, эта дамочка была безусловно бойцом. И, похоже, очень сильным бойцом, как для этого мира.
Осторожно прощупав её Дар, я понял, что она явно имеет уровень Мастера, и выше. Подозреваю, что выше…
Женщина не представилась, и не спросила моего имени, а беззаботно затараторила, указывая на моё кольцо.
— А вы Истребитель, правда?
— Правда, — кивнул я настороженно, всё ещё пытаясь понять, что ей от меня нужно.
— А, кажется, желтый цвет — это четвёртый класс?
— Снова верно, — кивнул я.
— Здорово, — протянула она. — Я по молодости тоже хотела стать Истребителем, но не сложилось. Дела родовые, понимаете ли.
— Понимаю, — кивнул я. Хотя я ни хрена не понимал, что ей от меня все-таки нужно.
Женщина мило защебетала, всячески притворяясь дурочкой. И хотя я был настороже, но тоже разговорился. У нее определенно был талант вовлечь в беседу своего собеседника. Впрочем, разговоры были ни о чём — о Разломах, о службе в Центре, всего понемножку. Но каждый из этих вопросов был с подоплекой, и мне приходилось рассказывать кое-что и о себе. Нет, там не было ничего интересного. Так… поверхностная информация, которую, думаю, в Иркутске уже знают все, поэтому я особо не смущался.
На мой прямой вопрос — кто она, и что здесь делает, женщина засмеялась. Смех у неё был заразителен, и ответ был очарователен.
— Скажем так, я нахожусь в небольшом отпуске, и решила заглянуть в Иркутск, чтобы посмотреть на тот самый Эпицентр, в который я так рвалась в молодости. А еще… по работе.
Я саркастически улыбнулся, но настаивать не стал. Легенда так себе, но кто я такой, чтобы у нее выпытывать подробности.
Мы проговорили еще пару минут, когда к нам подошел здоровенный мужчина, двухметрового роста, и с руками, похожими на молоты. Он что-то прошептал на ухо своей… госпоже. Тут уже без вариантов — это явно был охранник. Одет он тоже был просто, но меч был на поясе, и я про себя присвистнул — Балийская сталь! Это что же за Род такой, который может доверить дорогое оружие своему охраннику.
— Извините меня, Александр, но мне пора, — вскочила женщина. — Приятно было с вами познакомиться.
— В той части, что приятно — согласен, а вот, чтобы познакомиться… — я улыбнулся, намекая на то, что своё имя она мне так и не сказала.
— Ничего, Александр… Когда-нибудь, мы обязательно еще встретимся. Вы приятный собеседник, и истории ваши занимательные.
Она встала, и неспешно проследовала на выход. Откуда-то из глубины зала к ней присоединились ещё два охранника, экипированные таким же дорогим оружием.
Они вышли на улицу, и я увидел, как они сели в большую бронированную машину, от которой за версту веяло магией и артефактами. Машина двинулась, и тут же за ней стартанули ещё две таких же огромных машины с охраной.
Я покачал головой, подумав про себя отправить за ними Шнырьку, и послушать, что они обо мне говорят. Но потом передумал. Что-то мне подсказывало, что с этой женщиной я ещё встречусь. Угрозой от неё не веяло, так что оставим это на будущее. Должны же быть в жизни хоть какие-то сюрпризы.
Когда появилась будущая чета Андросовых, трети бутылки уже не было. Дальше все, как по будильнику. Через пару минут появилась Долгорукова. Андросов и Светлана загадочно улыбались, ведя разговор ни о чём. Я, как смог, изобразил удивление, и даже небольшой восторг.
— Какими судьбами?
— Да вот, ты же сказал, что если я буду в Иркутске, то мы сможем с тобой увидеться.
— Удивительно, учитывая, что мы с тобой только говорили сегодня утром.
Я, как настоящий джентльмен, не стал ломать даме кайф, а просто сделал восторженные глаза, и предложил перейти к выбору основных блюд.
Полилась беседа ни о чём. Ожидаемо, Долгоруковы, Морозовы и Андросовы поддерживали отношения всегда, учитывая их мощные связи. В этом я как раз не сомневался. Ещё не удивился тому, что взаимоотношения у них, кажется, были хорошими. С другой стороны, делить им было нечего. Андросовы были Лекарями, оказывающими услуги, в том числе, Императорской Семье, но не только. Долгоруковы держали оружейные заводы. Ну, а Морозовы исторически были клиентами и тех, и других, поставляя Империи и Императору, не забывая о себе, самое ценный актив в этом мире — мощных бойцов.
Я сделал вид, что с большим интересом слушал последние столичные сплетни, которыми с удовольствием обменялись девушки. При этом Андросов тоже принимал в беседе активное участие. Мне же эти фамилии, практически, ни о чём не говорили, поэтому я просто мило улыбался, не забывая всем подливать, и ждал. И, наконец-то, дождался.
Разговор стал меняться, и мы плавно подошли к разговорам о Разломах. В этой теме я плавал, как рыба в воде, и мог поддерживать их разговоры бесконечно. Впрочем, со своим опытом, мои истории были реально интересными.
И как всегда, в такие хорошие застолья, под градусом выпитого, разговор зашел за отношения, и прочее. Долгорукова рассказала, как она сломала нос одному ухажеру, а он пожаловался своему отцу, чем сразу упал в ее глазах, и глазах ее Рода. А Морозова похвасталась, что у них все хорошо в отношениях.
Вот что могло пойти не так? Все… Решили они обсудить меня, при мне же, и Андросов, тюлень подвыпивший, ляпнул, что я сам хожу в Разломы, а это очень рискованно, и он боится, что я однажды оттуда не вернусь. Что мне нужна хорошая жена, которая будет учить меня уму-разуму, и убедит зря не рисковать.
Думаю, тут и так все были в курсе, что я «типа» помолвлен с его сестрой. А потому я намекнул ему, чтобы он прекращал говорить всякое «нравоучительное», что я пока птица вольная, и меня все устраивает в моей свободной жизни. И жениться я не хочу. От такого заявления он аж закашлялся, хотя и слышал от меня его не раз. Но все думал, что продавит.
Я заботливо наклонился, и постучал друга по спине.
— Что значит «не собираешься»? — офигел Андросов, делая круглые глаза, и всячески подавая невербальные сигналы, чтобы я молчал.
— Да не приспособлен я для семейной жизни. Вы же меня уже немного знаете.
— Нет, так дела не делаются! — кажется, Андросов, несмотря на то, что сам предлагал разорвать помолвку, немного даже обиделся. Его задела честь семьи. — Помолвка уже заключена! Тебе придется жениться на моей сестре!
Тут уже нахмурилась Мария. А я откровенно наслаждался сложившейся ситуацией.
— Что значит — «придётся»? Ты меня к алтарю, силой, что ли, потащишь?
— Саша, так дела не делаются! — со стороны могло показаться, что у Андросова началась истерика, но при этом он сквозь зубы улыбался.
Я рассмеялся. Мне даже стало немного жаль моего друга.
— Ладно, Андрюха, поговорим потом.
— Нет-нет, давайте поговорим сейчас, — сказала Мария. — Так ты собираешься жениться или нет?
Зараза, Андросов… Веселится вовсю. Раньше я ему при таких разговорах сразу рот затыкал, и он возмущенно пыхтел, а тут по факту есть помолвка, и он, как одна из сторон, имеет полное право поиздеваться надо мной. Теперь сидит довольный, и зырит на меня, ожидая, что я отвечу. Еще и Мария… Даже если я ей не интересен, от слова совсем, но ведь существует еще женская логика.
— А вы с какой целью интересуетесь? — хитро прищурился я, чем немного охладил пыл благородной княжны.
— Да… просто так… Хотелось бы знать… — с паузами в разговоре, ответила Мария.
— Место шафера уже занято, — я кивнул на Андросова. — Но, возможно, ты захочешь стать подружкой невесты?
Подозреваю, что от откушенного лимона реакция была бы не такой сильной — так перекосилось лицо у Долгоруковой. Чего это её так штырит?
— Я… как-нибудь… обойдусь.
— Ну, тогда просто в гости пригласим.
— Если у меня будет свободное время, — раздраженно поджала губы Мария.
— Что значит — «свободное время»? Такое событие! Ты обязана на него прийти! — возмутился в шутку Андросов.
В итоге, подозреваю, Мария так и не смогла понять, фиктивная это помолвка или нет.
Я быстренько повернул разговор в другое русло. Но у меня появился повод кое о чём подумать.
Дальше я активно участвовал в разговоре, вспомнив всё то воспитание, что дали мне Годдарты, и придерживая при себе все те шуточки и манеры, которые привило мне Братство Охотников. Получилось вроде нормально. Никого я не задел до самого последнего момента.
— Разрешите отрекомендоваться! Граф Ханыгин! — навис над нами здоровенный мужик, еще с двумя товарищами.
Я нахмурился, но ответил.
— Вам тут не рады!
— Да я и не к тебе обращаюсь, — ошарашил меня здоровяк. — Госпожа Долгорукова, приятно встретить вас здесь. Тем более, одну, без мужской компании.
Андросов нахмурился. А Светлана с улыбкой взяла за руку жениха и сжала, останавливая.
— Я так понимаю, это камень в мой огород? — ухмыльнулся я. Кажется, вечер перестал быть томным. — У княжны, как бы, уже есть мужская компания.
— Это ты, что ли? — нахмурился граф. — Честно говоря, я думал, что ты её охранник. Вот только меня смутило, почему ты с госпожой за одним столом сидишь, а не в месте для слуг.
— Это где? В хлеву, что ли? — не понравился мне его тон, от слова совсем.
Приперся залетный граф, о котором никто ничего не знает. Может даже не из наших, и давай права качать, играя своими мускулами.
— Да хоть и в хлеву! Ты и там не выделялся бы, — с ухмылкой ляпнул граф.
Андросов снова возмущенно открыл рот. И снова хрупкая княжна Морозова сжала его руку так, что Андрей тихо ойкнул. Всё-таки силы этой девушке было не занимать.
Я же реально радовался, что все эти светские разговоры подошли к концу, и в воздухе запахло хорошей дракой.
— Слышь, ты! — я отключил в себе аристократа, и включил Охотника. — Взял бы ты своих дружков, да свалил отсюда подальше. Может, как раз в то место для слуг, о котором ты говорил. А можешь и прямо в хлев! Как раз там есть стойло для таких баранов, как ты!
Конечно, я знал, что так дела не делаются. Но, черт возьми… Как же я люблю выводить из себя таких заносчивых идиотов. После такого ему просто непростительно будет замять дело, и спустить все на обычную словесную перепалку. Не наваляет мне — это урон его чести. А вот если выгребет от меня, то еще больший урон. Тебя оскорбили, так еще и по тыкве надавали. Что ты за слабак такой?
— Ты совсем оборзел, барон?! — нахмурился граф.
— Оборзел? — засмеялся я. — Нет, что ты. Я всегда такой, когда вижу дебилов, которым не терпится получить неприятности на всю голову, ну и на все остальные части тела тоже.
Граф покраснел, а затем побледнел.
— Я вызываю тебя на дуэль!
— С превеликим удовольствием, — заржал я, и повернулся к своим ребятам. — Смотреть будете?
— Конечно! — в три глотки возбужденно сказали они.
Нахмурился один только Андросов. Мария же явно улыбалась, а затем добавила.
— Я такое зрелище ни за что в жизни не пропущу!
Мы вышли на задний двор, и граф высокомерно процедил через губу.
— Предлагаю бой до смерти!
Я открыл рот, но тут уже меня взяла под руку Мария, и сказала.
— Я буду секундантом у господина Галактионова. И думаю, что до первой крови будет в самый раз.
— Эээ! — возмутился я. — Я согласен до смерти, раз он так хочет! — почему бы не прибить идиота?
— Вот и хорошо! — оскалился граф.
Как всегда, весь кайф обломал Андросов.
— Граф, вы сейчас решили не прислушаться к слову княжны Долгорукой и княжича Андросова? Вы, как минимум, поступили опрометчиво, оскорбляя моего дорогого друга, барона Галактионова, — напомнил Андрей ему свой титул, от чего тот слегка струхнул. — Или вы хотите омрачить этот вечер, устроенный для моей дорогой невесты, смертью?
Чьей смертью, он не уточнил. Я понимаю, что он сейчас от будущих проблем меня оберегает. Вот только я уже говорил, что люблю проблемы. Они заставляют меня ощущать себя живым. Один против всех… Как в старые добрые…
Кстати, мне показалось, что у графа поменялось лицо, когда он услышал мою фамилию? Хотя, дошло до него не сразу. Нет, не показалось, потому что двое дружков начали что-то возбужденно шептать ему на ухо. Он, кажется, собирался передумать. Муки выбора я увидел на его и так не блещущим интеллектом лице. Но потом он, видимо решив, что в худшем случае, сегодня он не умрет, сделал вид, что благосклонно согласился.
Видно ему друзья-дебилы, такие же, как и он, предложили похвастаться перед княжной, избив или убив какого-то там барона, у которого и Рода нет, кроме него самого. А он с дуру и согласился, забыв уточнить, что это за барон, и какая у него фамилия.
— Не-не-не… — сказал я. — До первой крови — это слишком просто. Проигравший бреется налысо, и на 12 лет уходит служить в монастырь. Как вам такая идея?
— Я не возражаю, — пожал плечами Андросов.
— Я возражаю! — тут же сказала Мария, слегка эмоциональнее, чем стоило.
Блин… Долгорукова… обломщица.
— Ладно… — сделал вид, что задумался. — Я не хочу устраивать из дуэли простой мордобой, и сводить все к глупым унижениям, которые можно было бы придумать. Предлагаю проигравшему отслужить на благо Империи. Вы ведь согласны, что Империя превыше всего? — такого от меня даже Андросов не ждал, но кивнул со всеми. — Жители Империи страдают от постоянно открывающихся Разломов, и раз так, то пусть проигравший поможет им. В течении месяца закроет двадцать Разломов, а иначе позор ему и всему его Роду.
Граф снова задумался, очень крепко на этот раз, но улыбнувшись, кивнул.
Он понимал, что такое количество Разломов закрыть, практически, нереально без сильного Рода, который поможет всем, чем сможет. И если я проиграю, то получу статус не сдержавшего своего слова, и позора будет… у-у-у-у…
Со свистом Аквила вылетел из ножен. Слегка криво, и даже небрежно, но так, чтобы не заподозрили сразу во мне умелого фехтовальщика.
Мария присвистнула, а затем сказала.
— Хорош! Где это ты уже успел прибарахлиться?
— Места надо знать рыбные, — улыбнулся я, и повернулся к сопернику. — Граф, ну что, начали?
Граф был неплохим мечником. Кольцо Иста я у него не видел, но похоже, он тренировался много и тщательно. Опять же я не «сканер-Андросов», но подозреваю, что Ветерана он получил давно и заслуженно. Но он явно не дотягивал до моего ранга. А кстати, какой у меня ранг в этом мире? Надо как-нибудь всё-таки пройти тест. Самому интересно. Вот только тест должен быть какой-нибудь независимый. Не хочу никого ни расстраивать, ни пугать.
Дуэль закончилась достаточно быстро, в течение буквально пяти минут. И то, только из-за того, что мне захотелось немного размяться. Печати работали, как часы.
Меч графа полетел в сторону. Сам он, после моей подсечки, упал мордой в землю. А я собрался устроиться сверху, заломив его руку. Однако увидел в стороне грязную лужу, подтащил его за шкирку, и засунул туда его лицом. Подержав его там несколько секунд, отпустил, и поинтересовался.
— Сдаешься?
— Нет! — сказал гордый граф, пытаясь тщетно вырваться.
Ну, нет — так нет. Запихнул его туда ещё раз, и с интересом наблюдал, как из грязной лужи пошли веселые пузырьки.
Достал его, и поинтересовался ещё раз.
— Сдаешься?
Бульк!
— Нет…
— Да что ты за баран такой? — в сердцах проговорил я, и запихнул его в третий раз туда.
Когда пузырьки исчезли, а граф подозрительно перестал дёргаться, я снова вытащил его за волосы, и спросил.
— Сдаешься?
— Сдаётся он, сдаётся! — подскочил его секундант. — По глазам вижу, что сдаётся!
— Правда? — удивился я, и повернул лицо почти утопленника к себе.
В глазах не то что согласия, в нём жизни уже не наблюдалось.
— Ладно! — сказал я. — Будем считать, что сдался.
Отпустил его, и он снова упал мордой в лужу, откуда его уже достал секундант.
Я по-хозяйски пошёл к мечу графа. Вот только подскочил его второй дружок.
— Господин Галактионов, мы так не договаривались!
— Да ладно? — удивился я, и повернулся к своему секунданту.
Мария с трудом сдерживала смех. По её раскрасневшемуся лицу было видно, что девушка получила явное удовольствие, но сейчас развела руками.
— К сожалению, он прав. Это изначально оговаривается вначале дуэли.
Вот, блин… Забыл про этот момент.
— Век живи, век учись! — задумчиво почесал я затылок.
А, впрочем, ладно.
— Меч у него все-равно говно! — последнюю фразу я произнес довольно громко, на что друзья-приятели побежденного графа недовольно скривились.
Я же отряхнулся, и посмотрел на своих друзей.
— Так что, продолжим наш банкет? Надеюсь, на сегодня больше эксцессов не будет.
— Жаль! — весело улыбнулась Мария.
Я посмотрел на неё с интересом. Кажется, у нас много общего.
— Успокойся! Я не собираюсь тебя ни ругать, ни читать нотаций. Ты опять путаешь меня со своим отцом, — улыбнулась красивая блондинка, лет за сорок.
Хельга расслабилась немного.
— Извини, мама, но ты же понимаешь, в каком я здесь положении нахожусь.
— Понимаю, доченька, понимаю. Вот только тебе не кажется, что ты слегка здесь задержалась? У нас был уговор — ты получаешь шестой класс Истребителя, и сразу после этого уезжаешь домой.
— Да, мама, я знаю, но…
— Но появился какой-то молодой человек? — улыбнулась красавица.
— Откуда ты… — начала Хельга, но потом сбилась. — Ну да, о чём это я… Но ты ошибаешься, это совсем не так.
— Да-да, конечно. Я слишком плохо знаю свою дочь, — заразительно рассмеялась женщина. — Как мне докладывали… гхм… моя агентура, пару раз за это время ты была почти на грани, чтобы применить наш Дар. Ты же понимаешь, чем это нам грозит?
— Да, мама, прекрасно понимаю, — потупила глаза, обычно, такая гордая девушка. Сейчас она выглядела, как маленькая школьница, вызванная «на ковёр» к директору.
— Мне кажется, ты понимаешь плохо. Наш Род не любят. Сильно не любят. Многие не любят за дело. Но факт остаётся фактом. Во всём мире множество людей, кто с удовольствием использует тебя нам во вред. И хорошо, если это будет просто похищение. А если тебя убьют?
— Мама, ничего такого не было. Я тебя уверяю!
— Конечно не было, — женщина насупилась, став чрезвычайно серьёзной. От неё буквально повеяло ледяной аурой. Не зря её, и друзья, и враги, называли Снежной Королевой. — Возвращаясь к своему вопросу о молодом человеке… Я же сказала — это не просто так. Ну, кроме того, что у меня есть кое-какая информация, — она увидела, что Хельга хочет возразить, и примиряюще подняла руку. — Да, я понимаю, что она не спорная и неоднозначная, но я-то сделала вывод, исходя из другого. Ты с детства плохо контролируешь эмоции, и проще всего заставить тебя, скажем так, совершить неразумный поступок — это вывести тебя из себя. Учитывая, что сделать это чрезвычайно сложно, и получается это только у твоих близких, я думаю, что кто-то или что-то здесь тревожит тебя. И это становится опасным.
— К примеру, — женщина снова улыбнулась, — последний Разлом, о котором судачит весь Иркутск. Если бы все узнали, кто ты такая — это был бы сильнейший удар по нашей репутации. Чем-чем, а благоразумием мы всегда отличались. Иначе мы бы не прожили так долго, и не достигли таких высот.
— Мама, ты не понимаешь! — снова вскинулась Хельга. — У меня было всё продумано, абсолютно всё! Я не знаю, что тебе рассказали. Скорее всего то, что я не подготовилась к Разлому, но ты же меня знаешь. Я очень щепетильная в таких вопросах. Я изучила всё, и даже больше. Я точно знала, что нас ждёт в этом Разломе, и как его лучше пройти. Но… — тут она замялась.
— Но тут что-то пошло не так, — ободряюще улыбнулась мама.
— Именно! — Хельга замолчала, подбирая слова. — Скажем так, кое-кто из нашей группы нарушил все мои планы.
Женщина протянула руку, и нежно погладила по руке свою дочь.
— Давай поступим так… Да, я знаю, о чём вы договаривались с отцом. Но, тем не менее, на данный момент ты Истребитель уже пятого класса. В мире сейчас творится непонятно что. Кроме того, Разломы возле нас сильно активизировались. Твоему отцу нужны опытные бойцы. Я уверена, что смогу уговорить твоего отца вернуться сюда, но при одном условии.
— При каком? — спросила Хельга.
— Ты получила слишком много энергии, и за очень короткий срок. Я вижу, что твои энергетические каналы местами перенапряжены. И также я вижу, что кое-что из этого уже исправлено. Похоже, это работа какого-то Лекаря, очень, кстати, хорошего Лекаря. Андросов-младший? — она вопросительно приподняла бровь.
Хельга покраснела, и качнула головой.
— Ясно! Ты вернёшься сейчас же со мной.
Хельга снова вскинулась, но женщина повысила голос.
— Это не обсуждается! Наши Старейшины поработают с тобой, плотно поработают, — женщина снова усмехнулась. — И да, я знаю твоё упорство, поэтому, думаю, что это не займёт много времени. Как только твой энергетический баланс придет в норму, я поговорю с отцом, и ты вернёшься в Иркутск.
— Думаешь, он тебя послушает? — нахмурилась Хельга, тем не менее, с надеждой.
Женщина снова засмеялась.
— А когда такое было, чтобы он ко мне не прислушивался?
Тут уже широко улыбнулась Хельга. Да, такого действительно не было. Её отец, которого уважало полмира, а вторая половина боялась, очень сильно любил свою жену, и действительно отказа она ни в чем не знала. Правда, нужно уточнить, что Снежная Королева была одной из самых здравомыслящих женщин в мире.
Хельге хотелось бы стать когда-нибудь такой же умной и могущественной, как и ее мать.
***
Я чувствовал себя хреновым декоратором.
Анна хихикала, стоя у меня за плечами, а я пытался превратить голема в дверь. Пуля привёз его в усадьбу, пока я был в Муравейнике, занимаясь своими делами. Мы дождались темноты, чтобы не было лишних глаз, и подвезли нашу живую каменюку к центральному входу. Тут уже, взглянув на моего нового питомца, запротестовала Анна. Она возмущалась, указывая на очень дорогой каменный материал, из которого была сделана парадная лестница, которая, скорее всего, будет разрушена, если эта зверюшка потопает по ним вверх.
Пришлось голема за ручку отвести к запасному входу. И так мы дошли до двери, ведущей в подвал. Хорошо, что пол на первом этаже был каменным. Если бы там был дорогой паркет, что покрывал второй этаж, он был бы безнадежно испорчен.
Я на секунду задумался, а потом сказал голему.
— Ломать!
— Стой!!! — закричала Анна.
— Стой! — автоматически сказал я, и повернулся к ней. — Что опять не так?
— Этот дуб из Разлома! Ты что?! — сказала Анна. — Он стоит сумасшедших денег!
— Ну, так куда я эту дверь поставлю потом? Она же нигде не пригодится.
— Ну, как минимум, ты сможешь продать ее, как древесину. Плотники ее с руками оторвут.
— И что же теперь делать?
— Ты можешь попытаться попросить свою каменную тварь действовать осторожно?
— Хмм… — я почесал затылок. — Я, конечно, попытаюсь, но не обещаю.
Я посмотрел на косяк, который был намертво замурован в кладку. С ним я точно ничего сделать не смогу. Но вот сами двери…
Я дал мысленный приказ голему, и он легко приподнял и снял одну створку с петель.
Сзади удивленно хмыкнул Волк. Одна створка весила, наверное, тонну. Голем особо не напрягся даже, когда это делал. Я сперва решил положить её на пол, но потом представил, как эту «дуру» будут выносить строители. Похоже, они тут все переломают. Поэтому я кивнул голему, и он вынес створку на улицу.
— Отличный погрузчик, как по мне, — выдал своё экспертное мнение Потапов, который, также, как и Сарамбайкин, ходил за нами, как на веревочке, изучая здесь всё вокруг.
Также за нами ходила Карамелька и рассерженный Отморозок, которому очень не понравился новый “питомец”, но он ничего не мог сделать, согласно моему приказу.
Вторая створка отправилась вслед за первой.
— А теперь, давай, превращайся, — махнул я рукой.
Голем встал в проём и задумчиво посмотрел на меня.
— Ну… это, типа… квадрат или прямоугольник. Квадратиш. Практиш. Гут!!! Заполняй, короче, всё это пространство.
— Строитель из тебя никакой, — усмехнулась Анна.
— Не, ну если что-то поломать, то это ко мне. А вот построить — для этого есть специально обученные люди, — немного обиделся я.
Через некоторое время, методом проб и ошибок, Голем закрыл всё пространство.
Я подошёл и аккуратно постучал по двери. Камень, мало того, что сам по себе крепкий, да ещё и магический. Даже не представляю, кто сможет это пробить. Скорее всего, сейчас в подвал попасть легче будет, если разобрать фундамент, который, кстати, тоже был сделан из необычного камня. Предки — молодцы, хорошо постарались.
— Красота!!! — сказал я.
— А можно орнамент? — попросила Анна.
— Чего? — удивился я.
— Дверь какая-то серая, некрасивая, — наморщила носик Анна. — А надо сделать, чтобы было красиво.
Она ткнула пальцем в мое кольцо.
— Вот, пусть морду медоеда сделает.
Я почесал затылок. Ох, уж эти женщины! Постарался передать голему свою мысль. Потом подошёл и прикоснулся кольцом к камню. Прочнейшая скала подернулась дымкой, и на нём появилась огромная оскаленная морда медоеда, в оплетении ленточек и листочков, что создало цельный образ герба Галактионовых.
— Ну вот, теперь совсем другое дело! — сказала довольная Анна. — Красиво, правда?
— Вынужден с тобой согласиться, — кивнул я.
Это выглядело действительно красиво. Потрясающе тонкая работа. Представляю, сколько это бы стоило, закажи я его у резчиков по камню.
Тут между ног у меня пробрался медоед, подошёл к двери, и попытался поцарапать ее когтями. Правда, ничего у него не получилось. Он хрюкнул и попробовал укусить гладкую поверхность. Тоже не получилось. Затупок напитал когти силой, которую потянул из меня, и шарахнул по двери, на которой остались только глубокие борозды.
Тут уже голем не выдержал. Выглядело это так, как будто кирпич выдвинулся из кирпичной кладки, и долбанул Отморозка в нос. Тот, кувыркаясь и вереща, отлетел на несколько метров в сторону. Встал, потряс башкой, снова возмущенно заорал, и опять ломанулся на дверь, попутно вытягивая из меня силы.
Я еле успел перехватить его по пути за хвост, затем схватил поудобнее, и поднял, как обоссавшегося щенка за шкирку.
— Эй, алло, хватит, успокойся!!!
Отморозок верещал, и махал лапами в воздухе.
— Тихо, я сказал! — я добавил к приказу духовную силу.
Отморозок тут же замер, почувствовав хозяина.
— Как же с тобой сложно, — сказал я, опуская его на землю.
Я повернулся к двери-голему.
— Пропускай этого дурачка, когда он захочет. Так будет легче нам всем.
Отморозок на меня вопрошающе глянул, и я ему кивнул.
— Давай, иди уже. Он тебя сейчас пропустит.
Затупок подошёл к двери, и крайне аккуратно прикоснулся к ней лапкой. В один момент в сплошном камне оказался небольшой лаз, который в своих дверях делают любители кошек и собак.
Затупок вошёл внутрь, и дверь снова стала монолитной.
С той стороны тут же раздался приглушенный возмущенный визг. Маленькая дверца снова открылась, и он вылез наружу. У него на морде появилось несвойственное ему довольное выражение.
— Вот видишь, всё работает, — сказал я. — А сейчас проверим сами.
Я подошёл к голему, и приказал ему открыть. На этот раз открылся полноценной проем двери, куда я смог пройти. Я завершил привязку, разрешив голему пропускать туда Анну и Волка. Пока хватит.
А меня ждут новые свершения.
***
На улице вовсю кипела работа. Кажется, на моём заказе, даже учитывая скидку, Смородины нехило так наварятся. Машины со стройматериалами и комплектующими подъезжали одна за другой. Бригады работали по двенадцать часов в день, пытаясь сэкономить мне немного денег, да и чего греха таить — освободить бригады для других заказов.
— Как там обстоят дела с вашей казармой? — спросил я Волка.
— Да всё отлично, — он странно посмотрел на меня.
Рядом тяжело вздохнула Анна — ещё одна моя головная боль. Старая казарма рода Галактионовых была построена на совесть. Стены, крыша — всё было в порядке. Нужно было сделать внутри косметический ремонт, поменять столярку, и кое-что из коммуникаций.
Странное дело, но осматривая свои усадьбу и строения, я понимал, что основатель Рода был очень близок ко мне по духу. Если он что-то делал, то делал это на совесть. Использовались, насколько я понимал, самые дорогие материалы из доступных, и не очень, имеющих астрономическую стоимость.
Просто разобрав усадьбу по частям, я мог бы заработать кучу денег, что хватило бы на обычные материалы, и еще неплохо так осталось. Но нет, это против моей натуры. И, кстати, именно благодаря этому все основные конструкции сохранились в идеальном состоянии. Виконт Смородин несколько раз благодарил моих неведомых родичей, что позаботился о своём потомке, то есть, обо мне. Так вот, Анна была сторонницей того, чтобы сделать легкую косметику — подвести отопление, освещение, воду. Ну, и поставить дешевую мебель, по минимуму. Удивительно, но в этом её поддержал даже Волк.
— Тебе же здесь самому жить, — удивился я.
На что получил весёлый смех моего лысого ветерана.
— Девяносто процентов жизни я провёл в таких условиях, о которых лучше не рассказывать. Для меня крыша над головой — уже роскошь! — засмеялся Потапов.
Рядом согласно кивнул Пуля, который, походу, многое прошёл со своим командиром.
Хотел бы я ему сейчас рассказать, в каких условиях приходилось жить мне, но, увы, не могу. Жизнь Охотника, можно было назвать, из грязи в князи. На заданиях мы могли спать на голых камнях, и жрать корешки. А когда возвращались, то снимали королевские покои, и нас обхаживала прислуга.
— Не-не, я так не согласен, — сказал я, и утвердил закупки и смету у Смородина, отчего у Анны чуть сердечный приступ не случился.
— У тебя казарма будет круче, чем самая лучшая гостиница в Иркутске! — возмущенно сказала девушка, увидев перечень.
— И что в этом плохого?
— Зачем им четырехметровая плазма в комнате отдыха?
— Ну, не знаю. Футбол, может, смотреть? — предположил я.
— А зачем две бани?
— Ну как… Помещение есть, они там были. Мы просто восстанавливаем.
— А простого душа не хватило бы?
— Не-а, не хватило, — покачал я головой. — И вообще, русская баня и финская сауна, как сказал бы твой уважаемый отец, — две большие разницы!
— А бассейн… Бассейн в сауне зачем корежить и углублять???
— Ну, началось… — пожал я плечами. — Мои предки были какими-то дурачками, либо они не пили. Это где это видано, чтобы бассейн в сауне был глубиной всего в полтора метра? А когда из парилки выбежишь, да еще и не очень трезвый, это что же — головой, и прямо в дно бассейна? Пускай метра три будет. Нормально!
Анна закатила глаза.
— И, вообще, подруга, — сказал я, — этот перечень не обсуждается. Если сможешь уменьшить цены, то флаг тебе в руки. Но основную спецификацию не трогай.
Анна вздохнула, но в глазах у неё сразу появились чертята, когда она посмотрела на виконта Смородина.
Я заранее улыбнулся. Похоже, скоро виконт пожалеет, что с нами связался. И да, пусть лучше Анна достаёт его, чем меня. В каких-то вещах Анна была упрямее Отморозка, хитрее Шнырьки, и яростнее Карамельки!
Так вот, сейчас казарма была уже, практически, отремонтирована. По крайней мере, жилые комнаты, рассчитанные на одного и двух человек. Опять же, Анна в качестве экономии предлагала поставить двухъярусные, а лучше трехъярусные кровати. Но я был против.
— Ты понимаешь, что человеку, который доверил мне свою судьбу, и который будет ответственен за наши жизни — будет очень сложно справиться со своим делом, не будучи хорошо отдохнувшим. Два человека — и так много. Я бы предпочел, чтобы у каждого была своя комната, — увидев, как Анна начинает багроветь, я быстро добавил. — Ладно, оставим по две.
В общем, жилой сектор был сделан. Возились как раз с бассейном, сауной и складскими помещениями. Кстати, стеллажи в оружейной нужно было просто почистить. Сделаны они были из того же дуба, что и дверь в подвале. Анна высказала, что это непозволительная роскошь, и в первый раз за всё это время ей возразил Волк. Он сказал, что оружие должно храниться в хорошем месте. Там, где сможет выдержать человек, не выдержит оружие. А это очень хорошее место. И вторая удивительная вещь — Анна с ним даже не спорила.
Сегодня к нам прибыла первая четвёрка, отобранных Волком будущих кандидатов в гвардейцы, которые находились недалеко от Иркутска.
Я, в очередной раз, понял, что Волку можно доверять. Переговорив с этими людьми, я решил, что они меня вполне устраивают, и даже больше.
У всех были свои истории. Трое из них были уже отставниками, и только один еще оставался на имперской службе, попав в немилость к командному составу. Имперский спецназ ценили, как очень хороших специалистов, и его не могли использовать, как «мясо». За это, какие бы отношения у руководства с подчиненными не было, последовала бы расплата. Даже в случае с Волком, если бы он просто набил или покалечил командира, его, скорее всего, оправдали после долгого разбирательства. Но вот гибель такого высокопоставленного офицера ему простить не могли. Так вот, тут было все наоборот — послать, как «мясо» не могли, а вот использовать в караульной службе — легко. Нигде не было сказано, что спецназ не должен стоять в дозоре. Понятно, что так его использовать мог только идиот, но всё же.
Это был поручик Павел Ким — невысокий крепкий кореец, со специализацией “рукопашник-диверсант”. Не хотела его отпускать Империя, ох, как не хотела! Но кто ее будет спрашивать.
Павел, собственно, давно уже хотел уйти, но только нигде не мог найти подходящего предложения. А тут нарисовался Волк. Попасть в Родовую гвардию было мечтой любого простолюдина, вот только так просто туда не приглашали. Притом, что Ким был хорошим специалистом и мощным Одарённым, его не могли знать лично наниматели. А репутация, построенная руководством, была мягко сказать — так себе.
Остальные трое тоже были хороши. Поручик Василий Астапов, поручик Алексей Смирнов, и штабс капитан Игорь Харченко — “универсалы”, Одарённые, с рангом Ветеран, лучшие из лучших, представители имперской военщины.
— Всё хорошо, всё мне нравится, — сказал я Волку. — А как бы мне посмотреть на их навыки?
Волк усмехнулся.
— Мы, конечно, можем устроить тебе представление — пострелять по мишеням, устроить спарринги. Но это же детский сад, верно, командир?
Я широко улыбнулся.
— Верно.
— Кроме того, перед тобой не зеленые курсанты. За каждого, как я ещё раз повторяю, я могу поручиться своей головой. Возможно, мы просто пойдем и решим твою проблему с Королём?
Это было так неожиданно, что я рассмеялся.
— Хрена себе! То есть, ты говоришь, что вы вшестером пойдёте и завалите Короля?
Но Волк без улыбки кивнул.
— Задача сложная, но достижимая.
— Не-не… — сказал я. — Тут есть два момента. Первое — я кое-что знаю, чего не знаете вы. Хотя… — я окинул своего лысого начальника гвардии, — возможно, вы и справитесь. Но я только-что получил нового командира гвардии и не хочу его потерять. Точно также, как и перспективных рекрутов. Ну, а вторая — самая важная причина — убрать Короля я хочу сам. Уж слишком мне… не нравятся его методы.
— Понял-принял, — кивнул Волк. — Тогда что?
— Есть у меня на примете кое-что интересное. Дело как раз для таких бравых бойцов, как вы.
Когда Анна искала информацию о Короле, попутно всплыла инфа о разных других «раковых опухолях» на теле Иркутска, так или иначе связанных с криминалом, в том числе, и с Королём. Где-то были самостоятельные банды, где-то они взаимодействовали друг с другом. Но, в общем и целом, все они были конченными ублюдками.
Да, я это понимал, и с радостью бы помог, если бы смог себя клонировать раз так на сто. А что, армия Александров Галактионовых — это был бы пипец миру! Но, к сожалению, сделать я этого не мог, да и собственных проблем мне вполне хватало.
Была идея сдать всех в полицию. На что Анна с усмешкой сказала, что большую часть этих банд полиция как раз и крышует. Как неожиданно! Хотя, вспомнив следователя, что упёк меня за решётку, я был совсем не удивлён.
Но пара моментов меня реально напрягали. Я отложил их в памяти, как дела, которые необходимо сделать после моего отъезда из Иркутска. Ну, временного, понятно, но тем не менее. Учитывая месторасположение моей родовой усадьбы, это теперь, как бы, мой дом. А что делают нормальные хозяева, если у них в доме заводятся крысы? Правильно! Убивают и забирают их души. Ха-ха!
В общем, одна независимая банда занималась ни много, ни мало, торговлей людьми. Приоритетом были молодые девушки и крепкие молодые парни. Первых — для сексуального использования, вторых — для тяжёлой работы в шахтах. И да, Иркутск был у них перевалочным пунктом. Дальше они переправлялись в Монгольское Ханство. Часть оседала там, а остальные расходились по всему миру. Исключительно мерзкий «бизнес».
Особенно сильно это волновало Анну. Она пару раз даже пыталась намекнуть мне, чтобы я этим занялся. Не знаю, видимо у неё были какие-то свои тараканы в голове. Поэтому без моего указания она достаточно хорошо распутала все ниточки.
Главная перевалочная база работорговцев находилась на западном берегу Байкала, с официальной вывеской базы отдыха. Вот только на показанных Анной картинках выглядело это, как концентрационный лагерь. Чем, впрочем, и являлось. Колючая проволока, пулеметные вышки, все дела. И вывеска — база отдыха Солнышко. Похоже, их главный был юмористом. Интересно, если ему «Испанский воротник» сделать, он будет смеяться?
Почему я раньше не брался за это дело? Ну, кроме того, что там постоянно присутствовало с полсотни людей административного состава и охраны. Это то, что как раз там внутри были невольники и невольницы. В одиночку «затащить» такой объект было проблематично, а натравив свою армию монстров, я не смог бы проконтролировать, кого начнут убивать мои зверушки. А убивать невиновных — на это я был не готов.
Ладно… Я мог и сам справиться, но просто не доходили руки. Там нужно было все распланировать, чтобы не показать больше, чем надо, пленникам. А еще придумать, что с ними потом делать. Вот последнее было проблемой, чтобы не стать известным, если это дело дойдет до общественности.
Я с осторожностью дал вводные данные, наблюдая за лицом Волка. Он слушал без улыбки, мозг его лихорадочно работал. Хотя нет, краешек его губ дернулся, когда я сказал, что в обычное время там находится от пятидесяти до семидесяти человек охраны. Кажется, эта информация его порадовала.
Но я, на всякий случай, уточнил.
— Это не проблема?
— Ты о чём? — нахмурился Волк.
Он реально не понимал!
— Я о том, что шестеро против семидесяти — это не проблема?
Потапов перестал себя сдерживать, и широко ухмыльнулся. Более того, все его боевые товарищи также не сдержали улыбок. Похоже, от того, чтобы не заржать в голос, их сдерживало только уважение передо мной.
Что делать, я тоже улыбнулся.
— Судя по вашей реакции — нет.
Потапов кивнул.
— Когда-нибудь я тебе расскажу, в каких пропорциях с противником мы имели дело. Так вот, я не скажу, что это детская прогулка. Но, скажем так, это обычное соотношение сил для применений имперского спецназа.
Я ему, конечно, поверил. Но у меня, в очередной раз, возник вопрос — нахера? Как можно было отпустить этих людей в полном расцвете сил со службы? Учитывая, что каждый из них стоил десятка, а то и больше противников. Нет, я, конечно, понимаю — бюрократия, кумовство, и всё такое. Это же трындец какой-то. Императору давно нужно было провести чистку в армии, а то при очередном большом конфликте, он окажется с одними генералами и необученной толпой новобранцев. М-да… Но это точно не мои проблемы.
— Что со снаряжением? — спросил я у Волка.
За это время, с помощью Шнырьки, мы забрали все схроны после бойни в парке, и добавили к собранному Волку оружию и снаряжению после бойни возле усадьбы. Выглядела эта куча довольно внушительно. Вот только я понимал, что работать эти ребята привыкли с другим оружием и снаряжением.
Волк улыбнулся.
— Есть хорошие экземпляры. На нас точно пока хватит.
— Но это не лучшее, что могло бы быть?
— Конечно, нет, — удивился Волк.
— Мне нужен список идеальной снаряги.
Новобранцы за спиной у Волка нахмурились. Кто-то недоверчиво хмыкнул.
— Я, конечно, сделаю. Но это будет не дёшево. И, кроме того, в свободной продаже ничего такого нет. А на чёрном рынке это стоит сумасшедших денег.
— Думаю, что справлюсь, — улыбнулся я. — Кроме того, жадных прапорщиков еще никто не отменял.
— Это точно! — сказал Волк. — Вот только, как ты выразился, через «жадных прапорщиков» ты сможешь найти, возможно, даже танк, но что касается нашей снаряги — она подотчетная, и вряд ли, кто-то рискнет ее списать.
— Понял… — ответил я. — Но ведь в Иркутске есть база спецназа?
— Конечно, есть, — нахмурился Волк.
Я хлопнул его по плечу.
— Вот и хорошо. Попозже ты мне расскажешь, где она находится.
— Чтобы взять склад спецназа, придётся нереально потрудиться, — озаботился Волк, а затем оглянулся. — Боюсь тебя огорчить, но мне нужна будет моя полная дюжина.
Я вытаращил глаза, и посмотрел на Волка.
— Ого! Ты что, думаешь, что я решил бомбануть имперский спецназ грубой силой? И второй момент, который меня чрезвычайно порадовал — там же сам спецназ, то есть люди?
— Ну, да, — ответил Волк.
— И с двенадцатью людьми ты всё равно бы взялся за это дело?
— Взялся бы, — сказал Волк. — И добился успеха.
Взялся бы он… А мне потом думай, как их отмазать, и на какие ниточки нужно будет надавить. Горько признаться, но я сейчас сам мало что могу в плане связей. Только попросить Андросова о помощи… или Долгорукову. Может даже Хрулева. В этом всем меня бесило слово “попросить”.
Как же все просто было в прошлом мире. Я подходил к Лорду Земель, называл свое имя и полный ранг, отчего тот был готов упасть на колени, и сделать все, как я скажу. Репутация… Как мне ее здесь не хватает. От этого жизнь и становится интереснее. Столько дел, и все такие классные.
— Что вы такое, господа?! — заржал я, вызвав недоуменные взгляды со всех сторон. — Ладно, шучу! Никакой войны с Империей не будет. Это я так, на будущее.
Про себя подумал, что обнести имперский склад, наверное, не лучшая идея. Хотя… Ладно, оставим наши моральные метания на потом. Возможно, у меня просто хватит денег.
— Мы можем приступать? — спросил Волк.
— Думаю, да. А когда вы начнете? Этой ночью?
— Не-а… — улыбнулся Волк. — Ночью работают только дилетанты. Да и инфракрасных визоров у нас пока еще нет. Учитывая, что базы находятся далеко от города, я думаю, что обеденный перерыв — самое то время.
— Какая-то помощь от меня нужна? — спросил я, чем вызвал недоуменный взгляд Волка.
— Если я попрошу у тебя помощи, то какой же это будет тест?
— Логично, — ответил ему.
— Весь автопарк в моём распоряжении? — уточнил Волк. — Ну, кроме твоего джипа.
Я кивнул головой.
— Ну, собственно, да. Но если нужно — джип тоже можешь забрать.
— Обойдусь, — сказал Волк.
Он настолько вошёл в роль, что невольно отдал воинское приветствие, правда, тут же смутился, и кивнул своим ребятам.
— Пошли, бойцы. Будете выбирать снаряжение.
Честно говоря, мне было дико любопытно, как всё это будет происходить. Ну, кроме того, что мне было интересно, как справятся ребята. Хотя, как раз в этом я не сомневался. Больше всего меня интересовало именно — КАК справятся ребята. Люблю я хорошие драки, и никогда не забываю чему-то научиться.
Когда из казармы вышли доверху обвешанные оружием бойцы, среди которых Потапов сверкал своей лысиной, я усмехнулся. Выглядели они довольно таки внушительно. Хотя Волк говорил, что есть снаряжение и получше.
Потапов, увидев меня, подошел и протянул руку. Он мне передал родовое кольцо.
— Меч я оставил в сейфе, а вот кольцо — не знаю, как поступить. Брать его с собой точно не вариант.
— Это точно, — кивнул я. — Сейчас, так и быть, возьму его в руки, учитывая, что я Глава Рода. Но в будущем запомни — никому нельзя его передавать! Иначе, — я махнул рукой, — слишком много аристократических заморочек.
Сделал пометку нанять ему учителя, который пройдется по основным аспектам. Уверен, что он и сам все знает, только его армейский мозг эту информацию задвигает в далекие уголки его разума.
Волк смутился и буркнул.
— Извини.
— Да ладно. Мы еще сделаем из тебя аристократа.
Чем заслужил удивлённый взгляд.
— А почему бы и нет, — сказал я. — Император же раздает титулы за заслуги перед Родиной и Отечеством. Пока мы решим дела нашего Рода, а дальше, возможно, возьмёмся и за проблемы Отечества.
— Было бы круто! — абсолютно, без иронии, сказал Волк.
— Хорошо понимаю тебя. Особенно с твоим бэкграундом. Всё, давайте!
Он развернулся, но я его окликнул.
— А зачем Пашу в комбинезон нарядили?
— Так надо! — крикнул Волк, уже удаляясь.
В итоге, Павел Ким, одетый в чистый, но застиранный комбинезон, уселся за руль фуры, вокруг которой происходило что-то странное.
— Петрович! — окликнул я деда.
Тот с готовностью подбежал ко мне. Петрович, по своей любознательности, превосходил даже моего Шнырьку. Вот если бы дед мог путешествовать по теням, ему бы вообще цены не было.
— Что там за кипиш? — спросил я.
— Похоже, они из фуры решили бронетранспортёр сделать, — сказал дед.
— Но на вид она, как обычная.
— Так это на вид. А вы бы посмотрели, что они там внутри начудили.
— Боевая фура? — засмеялся я.
Почему-то это словосочетание показалось мне странным и смешным.
— Так и есть, — пожал плечами Петрович.
Я почесал затылок. Неужели они пойдут в лобовую атаку? Как-то это не по-спецназовски…
— Рыжий! Это что еще за хрень? — спросил начальник караула, когда его позвал дежурный.
Камеры наблюдения, расставленные заранее, показали, что в сторону лагеря движется фура.
— Наши, что ли? — спросил командир гарнизона, уже понимая, что сморозил чушь. «Товар» привозили на других машинах. Эта явно была не этих.
— Хрен его знает, может заблудился. Объявлять тревогу?
— Да с чего бы это? Пацаны только обедать пошли. Там сегодня кабанчика закололи. Запах отбивных даже сюда плывет. Да и я уже там должен быть. С хера ли ты меня позвал?
— Ну, так… — развел плечами оператор.
— Ладно, раз я уже здесь, я сам их встречу.
Он вышел за шлагбаум, и поднял руку.
Фура, рыча мотором, работающим с перебоями, остановилась. Из-за руля вышел невысокий крепкий мужичок с узким разрезом глаз.
— Чё надо?! — вместо приветствия сказал старшой.
То ли китаец, то ли японец, хрен их разберешь… А может кто-то из наших? Но пришелец протянул ему какие-то бумаги, и стал что-то тараторить на неизвестном языке.
— Так, тихо-тихо, не кипишуй! Я тебя не понимаю.
На ломаном русском водитель попытался объяснить, что разыскивает базу отдыха «Великолепие», куда он везет свой товар.
— Так ты не доехал еще пятьдесят километров, вдоль берега, — смилостивился старшой, немного расслабившись. — Ты рано свернул.
Узкоглазый опять о чём-то залепетал, размахивая руками. Старшой вскипел, и наставил на него винтовку.
— Ну-ка, вали отсюда, обезьяна! Сказал русским языком — ты ошибся!
Ему показалось, что на плоском простоватом лице иностранного гостя на секунду проскользнул волчий оскал? Проверить ему это было нечем, потому что через несколько секунд водитель без затей схватил за ствол винтовки и дёрнул на себя, заставив его сделать шаг вперед на длинный нож, который вонзился ему под подбородок. Перед тем, как умереть, уважаемый член банды Демонов услышал сухие щелчки и, кажется, с одной из вышки вниз полетело тело пулеметчика.
***
Я поленился переться, черт знает куда, и плюнув на перерасход энергии, отправил Шнырьку наблюдать за действиями Волка и его группы. Когда весь объект был полностью зачищен, а Волк уже набирал с местного номера полицию, чтобы, как анонимный, но очень законопослушный гражданин, оповестить о преступлении, я уже хотел отключиться.
Все действия были заранее оговорены. Анна, примерно, представляла, кто крышует эту банду, поэтому Волк звонил напрямую в Имперскую Службу Безопасности. Там у бандитов тоже были концы, но такое обращение они обязаны были проверить. К тому же, Имперская Безопасность была наименее коррумпированным органом в государстве.
Так вот, только сейчас я понял, зачем они взяли свою фуру. Я думал, что они будут на ней штурмовать. Хрен там! Запасливый Волк её взял для того, чтобы забрать как можно больше трофеев! А укреплял он ее, чтобы она не развалилась от тяжести!
Вон Ким уже тащит пулемет с вышки. А Астапов открывает “оружейку”, сняв ключ с мёртвого тела. Когда я отозвал Шнырьку, последней картиной был Волк, почёсывающий задумчиво лысину и смотрящий оценивающе на размеры четырехствольный зенитки.
Тут на меня налетела Анна со своими текущими вопросами. В принципе, работать с ней мне было комфортно. Доверие было полным, а мыслила во всём этом она намного лучше, чем я. Вот только была у неё привычка обо всех действиях обязательно докладывать мне.
— Анюта, солнышко, — с улыбкой сказал я, когда полностью выслушал её доклад, — что у нас с финансами?
Анна тут же надула губки, и оценивающе посмотрела на меня снизу вверх.
— Не, ну я знаю, что денег много не бывает, и у нас всегда с ними плохо, но всё-таки — сколько сейчас в наличии в цифрах?
— С полученным выкупом от Ротшильдов, и с твоей вчерашней выручкой от Архипа, в целом получается четыреста двадцать три тысячи, сто сорок два рубля и пятнадцать копеек. Но если бы ты посмотрел в бюджет, который я тебе каждое утро обновляю на планшете, ты знал бы об этом сам. Точно также ты бы знал, какие затраты нам еще предстоят, и в каких размерах. Рассрочку на выплаты в бюджет Империи на закрытие расходов по поддержанию купола я оформила, платежи идут. Кроме этой гигантской суммы долга меня еще беспокоят сметы строителей. Надо бы тебе поумерить свой аппетит, Саша!
— А зачем мне это делать? — улыбнулся я. — У меня ведь есть ты. Моё дело — добывать. Твоё дело — торговаться и считать.
Моя шутка не дошла до холодного сердца потомственной финансистки.
— Нельзя так шутить с деньгами!
— Что ты, что ты! — поднял примиряюще я руки, — Даже в мыслях не было! Кстати, я хотел спросить — как всё прошло с Ротшильдами?
Эх… Знала бы Анна, как мне плевать на деньги. Наверное бы огорчилась, бедняжка. Деньги для меня — средство достижения цели, а не суть жизни. Они просто должны быть у меня, и это уже моя забота. А также они должны служить мне, а не я им. Если я хочу, чтобы у парней была плазма и сауна в казарме, то так и будет. Охотники знали толк в прекрасном.
Помню, как один наемный Архимаг прибалдел, когда я нанял его, чтобы облагородить свое жилище в Замке Ордена. Как он тогда признался, нанимать Архимага-Артефактора — это очень расточительное дело. А то, что я проплатил сразу на месяц вперед, так вообще ввело его в шок. Ну, а что такого? Я хотел настроить нормальный климат-контроль. Это здесь у всех есть кондиционеры и теплые полы. А музыкальная купель так, вообще, отдельная песня.
Этот вопрос вынудил Анну улыбнуться. Очень широко, и очень недобро улыбнулась. Она же не может читать мои мысли?
Передача выкупа за оружие, по старинной привычке аристократов, происходила из рук в руки. В наше время безналичный расчёт заменил наличные деньги. Но раньше меч менялся на мешочек монет. И да, обычно это осуществлял победитель или проигравший, если он еще мог стоять на ногах, либо представитель его Рода. Встречаться с герцогом-идиотом мне совсем не хотелось.
Я хотел, как обычно похерить все аристократические заморочки, и отправить этот меч с курьером, что вызвало даже у невозмутимой Анны приступ ужаса — «Родовой меч! Курьером?!». Я, конечно, пожал плечами и сказал — «А что тут такого?»
Но Анна в тот момент сказала, что у неё есть идея получше. Она сама решила все устроить. Я не стал задавать лишних вопросов, и просто согласился. И сейчас мне не нужно было даже уточнения. Я просто улыбнулся.
— Оно того стоило?
— Уж поверь мне, Саша. Оно стоило того! — мечтательно закатила глаза Анна.
— Проблем не будет?
— Проблема сейчас только у проигравшего Ротшильда, за меч которого его прижимистый Род заплатил большие деньги.
— Прижимистый Род? — улыбнулся я. — Это говорит мне представительница… гхм… очень щедрого Рода Голдсмитов?
— Боюсь, что Голдсмиты уже не совсем считают меня своей. Особенно после произошедшего на балу.
— То есть, после всего там происшедшего, я, как порядочный человек, теперь обязан на тебе жениться? — в шутку усмехнулся я.
— Ага! — улыбнулась в ответ девушка, и было непонятно, шутит она или нет.
Тут же развернулась, и ушла прочь.
Я почесал затылок. Чего это она? Хорошая же была шутка!
Только Анна ушла, как раздался телефонный звонок. Это был Хрулёв.
— Привет, Галактионов!
— Здравия желаю, Ваша Светлость! Соскучились?
— Есть такое, — раздался смешок деда. — Ты слышал, что у нас объявлен призыв Истов?
— Да, что-то слышал такое. И что это все значит?
— Ну, ты попадаешь под категорию “призванных”.
— Очень хорошо. И что нужно сделать?
— Закрывать Разломы.
— Это и так понятно. Сколько?
— Шесть Разломов в неделю на группу.
— Принято. Что-то ещё?
— В смысле — «что-то ещё»? А приехать, укомплектовать свою группу?
— Василий Петрович, вы опять начинаете?
Хрулёв вздохнул.
— Я же должен был попытаться.
В принципе, я не против сходить с группой, главное, чтобы там не было лидера, который будет меня бесить. Люблю я командовать в таких рейдах, что поделать… И не люблю терять людей, даже если мне плевать на них. Это больно бьет по моей гордости и чести.
— Ладно, это я уже понял. Вы от меня, наверное, никогда не отстанете.
— Пока я жив, точно никогда! — “дед” не унывал.
— Будет вам шесть Разломов, не переживайте. Это всё?
— Нет, не всё. Есть у меня для тебя еще кое-что интересное.
— Вы же понимаете, что меня интересует?
— И что, кроме красивых женщин?
— Василий Петрович, и вы туда же?! Не верьте слухам! Все врут, потому что завидуют!
— Да-да, конечно, верю! — рассмеялся старый Ист. — Так вот, убирая в сторону женщин, тебя интересуют хорошие драки и деньги?
— Надо же, вы меня уже хорошо изучили! Именно.
— Слышал про спец Разломы?
— Слышал.
— Так вот, в свободном доступе их нет. Их вообще в Сети нет! Для того, чтобы ты их увидел, тебе нужно подъехать ко мне.
— Ну, это совсем другой разговор. С этого бы и начинали. Скоро буду!
***
— Василий Петрович, разрешите? — я зашёл в кабинет к Хрулеву.
— Присаживайся, Александр, — кивнул Хрулёв.
— И вы даже чаю мне не предложите? — улыбнулся я.
— Нет…
Собственно, чай я не хотел, но это было как-то неожиданно.
Начальник Центра поднял на меня хмурый взгляд.
— Извини старика, — и встал к самовару.
— Да это шутка была, Василий Петрович, — немного смутился я.
— Не-не… — покачал головой Ист, открывая краник у самовара, и наливая горячий ароматный напиток в большую кружку. — Традиции — на то они и традиции. Просто, в последнее время, много всего навалилось.
— Да, я видел, — кивнул я. — Спасибо! — сказал, беря в руки чашку с неизменной плошкой мёда. — Пока шёл сюда, необычное шевеление вокруг видел. Петрович, похоже, совсем с ног сбился. Вам новую технику, смотрю, пригнали.
— Есть такое, — Хрулёв довольно улыбнулся. — Небось, уже подошёл к Петровичу, и ещё раз попробовал выкупить у него «Тигр»?
Я аж поперхнулся чаем.
— А он что, вам каждый раз докладывает?
— Работа у меня такая — всё знать, — улыбнулся он.
— Да, подходил, каюсь, — абсолютно без сожаления, сказал я. — Но у него зимой снега не допросишься. Так что ничего не вышло.
— И ты меня называешь упорным? — тихо засмеялся старый Ист. — А сам-то никак не угомонишься.
— Так машинка такая хорошая! — пожал я плечами. — В свободной продаже я даже ее на чёрном рынке не видел. Хотя там и танки встречаются.
Хрулёв покачал головой.
— Есть такое. Спецоборудование для Истребителей куда попало не попадает.
— Так может, я не по адресу ходил? Может мне не к Петровичу, а сразу к вам нужно было?
Хрулёв сразу засмеялся.
— Возможно…
— Любите вы говорить загадками, Василий Петрович.
— Да и ты не самый открытый человек, которого я встречал в своей жизни.
— Один — один! — кивнул я.
— Ты чего прицепился именно к этой машине? В Разлом на ней не съездишь. Хотя, вон Петрович докладывал, что у тебя полу гражданская ненамного хуже.
— Да есть у меня, — скривился я, — один боец. Кстати, уже начальник гвардии Рода Галактионовых.
— Поздравляю! — серьёзно кивнул Хрулёв.
— Ну так вот, он от оружия и техники просто фанатеет. Вот и понадобился ему «Тигр». Разнарядку мне дал, шесть штук, говорит, ему надо.
— Шесть штук? — иронично усмехнулся Хрулёв. — Ну, шесть штук точно не дам. А вот парочку могу уступить. Да и вообще не понимаю, почему ты именно к ним прицепился? Ты не видел другое снаряжение Истов? Там не только “Тигр” есть…
— Да ладно?! — я опять удивился. — Что значит «уступить»? — и тут же спохватился. — В смысле, другое снаряжение?
Хм… Я нахмурился, обдумывая его закидон. Он явно намекает мне на вознаграждение. За такое я не против и с группами иногда походить. Если хорошие связи можно добыть мечом и магией, то почему бы и нет?
— Да в группах и не надо, то есть надо, но не всегда. С этим уже я с тобой бороться перестану, — Хрулёв хитро прищурился, явно неправильно прочитав меня. — Пока перестану. Я чего тебя позвал… Разломы растут, как грибы после дождя. И, что самое плохое, уровни у некоторых… ой-ой-ой… какие. Я думаю, что скоро к нам Абсолюты даже пожалуют. Несколько Разломов мы своими силами никак не закроем.
Он смотрел на меня, как будто ожидая моей реакции. Я пил чай, закусывал мёдом, и внимательно слушал его.
— Итак, о спец Разломах, — он повернул ко мне свой монитор. — Слушай сюда, что у нас есть на данный момент.
***
От Хрулёва я вышел слегка озадаченный, и немного воодушевленный. Не являясь штатным сотрудником Центра, я не подчинялся ему напрямую. А, следовательно, в случае моей гибели ответственность Хрулёва будет минимальной. По идее, он мог послать меня, куда угодно, даже на смерть. Но, учитывая его прямую заинтересованность в моей вербовке, я думаю, дед не хотел бы, чтобы я помер. Да и факт остаётся фактом — я хорошо закрываю Разломы. А сейчас это очень важно. Учитывая, что каждый Ист на счету, они могут формироваться в другие группы с менее социофобными рейд-лидерами.
В общем, флешка «жгла» мой карман. Нужно выбрать самое вкусное. И да, я понимаю, что с наскока туда не пойдешь.
— Алло, вы где? — спросил я у Андросова. Заранее связался и сказал, что буду в Центре, и хотел бы с ним встретиться.
— Подходи к складу.
Я пошел к складу, с любопытством осматриваясь. Реально везде было много новых людей, лиц которых я не знал даже приблизительно. А память на лица у меня всегда была хорошей. Похоже, расконсервировали две запасные казармы, чтобы уместить всех призванных. Да и около склада была небольшая толкучка. У каждого Истребителя было личное снаряжение. Но если Центр гостеприимно открывал ворота своего склада с халявным снаряжением, то Истребители тут же реагировали, стремясь получить всяких ништяков по максимуму.
— Здорово, Андрюха! Здравствуй, Мария.
Андросов и Долгорукова стояли в сторонке, у каждого в руках было по большой сумке. Видимо, они уже сходили к каптёрщику, и ждали только меня. Я стрельнул глазами налево и направо, на что Андросов улыбнулся.
— Нет её…
— Кого нет? — с любопытством спросила Мария.
— Саша, похоже, Хельгу разыскивает. Верно?
Я нахмурился.
— Интуиция твоя растёт вместе с опытом. Но блин, какой же ты бестактный для целого княжича.
— Причём здесь бестактный? — улыбнулся Андросов. — Здесь же все свои!
— О, Саша, привет! — раздался сзади знакомый голос.
Я повернулся. Ко мне шла княжна Морозова. Выглядела она забавно. Будучи миниатюрной девушкой, ростом, примерно, метр шестьдесят, и весом сорок пять килограмм, в дорогой броне она смотрелась слегка… игрушечно. Хотя я знал, на что она способна в рукопашке. Несмотря на то, что кольцо на ее руке было ещё прозрачным, я думаю, что даже если если уступала Истребителю четвертого класса Марии Долгоруковой, то очень ненамного. Всё-таки талант и Дар у неё были потрясающими.
Я нахмурился, глядя на невесту Андросова.
— Рад видеть тебя здесь, Света. Ты уверена, что хочешь этого?
Улыбка сразу сбежала с лица девушки, и глаза начали метать молнии.
— Саша, хотя бы ты не начинай! Я уже от Андрюши за два дня такого наслушалась. Хочешь — разомнемся, поспаррингуем? И ты скажешь сам, готова я или нет.
Я примиряюще поднял руки. Но тут в наш разговор влез Андросов
— Не стоит! — нервно смеясь, сказал Андросов. — В прошлый спарринг он поцеловал свою партнершу. Вдруг он и тут облажается, и мне тогда придется вызвать его на дуэль?
Я еле удержался, чтобы не закатить глаза. А еще говорит, что у меня юмор тупой. Вот его юмор тоже, мягко говоря, специфический.
— Так где же Хельга? — как можно беззаботнее спросил я.
— Она уехала, — сказал Андросов, и улыбнулся.
— Надеюсь, с концами? — хмыкнул я.
— А вот это вряд ли. Дела семейные, понимаешь ли. Я так понял, с тобой она не попрощалась?
— Не-а, — протянул я. — Ну и ладно, — повернулся к Марии. — Я так понимаю, рейд твой будет?
— Верно, — кивнула она.
— Кого возьмешь с собой?
Мария улыбнулась несколько напряженно.
— Хочешь меня проконтролировать, Галактионов?
— Можно подумать… — хмыкнул я. — Я так, по-дружески хотел помочь.
— Если ты хочешь помочь по-дружески, то можешь присоединяться к нам. Я с удовольствием возьму тебя в свою группу, — не выдержала и засмеялась Мария.
— Не-не-не… у меня дела. И это… рыбки дома не кормлены! — замотал головой я. — Но, всё-таки, кто в рейде?
Я спросил, и внезапно понял, что мне это действительно интересно. И это было странно. Даже в прошлом мире каждый Охотник отвечал только сам за себя, ненадолго собираясь в группы для тяжелой Охоты. А потом мы также разбегались. Да, мы уважали и ценили каждого из наших братьев. Но было это как-то… по-деловому, что ли. Охотники слишком долго жили, но часто умирали, чтобы привязываться к кому-то одному. Здесь же я реально понял, что жизнь этих людей мне небезразлична. Даже, грешным делом, на секунду подумал — не присоединиться ли мне к ним, хотя Мария производила впечатление благоразумного и сильного Истребителя. Думаю, с ней они будут в безопасности. Блин… но я всё-таки проверю.
— Пойдём мы втроём, и кроме этого, наши “разломщики”.
Ага, “разломщики”. Есть Гвардия Рода, а есть Группа Нейтрализации Разломов, или по-простому “рейдовики” или “разломщики”. Не во всех Родах она есть, далеко не во всех, и состоит, как правило, из отставных или действующих Истребителей. Конечно же, все три княжеских Рода имели такие группы.
— А откуда они здесь? — удивился я.
— Ну, согласно призыву Центра, каждый Род должен был выделить команду. Вот мы и взяли своих. Да вон ребята стоят, ждут.
Я взглянул в сторону, и восхищенно присвистнул. Там реально стояла маленькая армия. Бронированные машины с гербами Андросовых, Долгоруковых и Морозовых. Вот же чёрт! А “морозовская” спецура приехала на «Тиграх»!
Я повернулся к Свете.
— Света, а откуда у вас такие машинки? — а потом обратился уже к Андрею, — И почему у тебя таких нет?
Все втроем переглянулись, и рассмеялись. А Мария ответила.
— Ну, потому что Андросовым это обычно не нужно. Они обычно ездят по госпиталям и лечебницам. А вот у нас в Роду все высокопоставленные военные. Ты уже видел моего брата — начальника службы. А старший Олег — генерал-майор в свои сорок лет. А у Светки так вообще вся семья в армии, там звания такие… ух!!!
Я задумчиво почесал голову.
— Вот вы мажоры…
Чем снова вызвал веселый смех.
— Тебе подогнать “Тигренка”? — игриво прищурилась Долгорукова. — У нас тоже есть, я просто их не брала.
— Не-не, я своими силами справлюсь. Уже есть намётки, — покачал головой, чем вызвал тяжелый вздох Андросова.
— Ну, конечно же, всё сам!
— Именно, — ответил я ему.
В общем, люди, стоящие возле машин, даже издали, по снаряжению, вызывали уважение. Отличались они только цветами и гербами на броне. А так они были экипированы по высшему разряду. Три десятка мужчин и женщин с кольцами не ниже пятого класса спокойно стояли в сторонке, ожидая своих юных командиров.
— Так Разлом-то какой?
— Да что же ты никак не уймешься?! — удивилась Мария, надув губки, но достала планшет, и ткнула пальцем. — Вот, любуйся, раз-два-три.
— Можно? — я взял планшет из ее рук, посмотрел информацию по Разломам, и удовлетворенно кивнул.
Я не ошибся в Марии. Каждый из этих Разломов они могли пройти, если не с закрытыми глазами, то даже особо и не вспотев. Перестраховывается она или разминается — мне неважно. По крайней мере, здравомыслие присутствует, а с делами они справятся.
— Вопросов у меня больше нет, — вернул ей планшет.
— Может, будут какие-нибудь указания, пожелания, предложения? — ехидно промурлыкала Долгорукова.
— Да ладно, хватит подкалывать. Я же от чистой души, — сказал я.
Во взгляде Долгоруковой появилось некоторое смущение.
— Извини. Я не хотела тебя обидеть.
Такой резкий переход меня тоже немного смутил.
— Ладно, никаких обид. Я просто объяснил. В общем, удачи! И будьте на связи.
— Саш… — позвал меня Андросов.
— Да?
— У нас Истов больше, чем нужно для этих Разломов. Если не хочешь идти с нами, можем поделиться.
— Какие вы все заботливые, — покачал я головой. — Нет, я пока не в Разломы. У меня дела здесь есть. А вам — удачи! Созвонимся!
Дальняя кабина выглядела сейчас, как поле боя. Длинный стол был разделён надвое. Слева и справа сидели мужчины, от которых веяло неприязнью друг к другу, как будто собрались два враждующих лагеря. Это могло бы быть так, если бы не один нюанс. Причём удивительно — слева сидели мужчины без родовых колец. Справа же были исключительно родовитые аристократы.
— Итак, вы все поняли? — человек, известный в Иркутске, как Иван Иванович Иванов, пристально посмотрел на благородных аристократов.
— Нам это не нравится, Король. Очень не нравится, — сказал один из аристократов.
— Это и не должно вам нравиться, виконт Аникеев, — оскалился Король. — Вы просто должны делать то, что я сказал.
— И ты готов вернуть нам весь компромат? И окончательно закрыть с нами вопрос только из-за одного барона, верно? — спросил второй аристо, помоложе.
— Да, правильно.
— В чём подвох, Иванов? — задал третий. — Пять Родов против одного мальчишки. Да, мы навели справки. Парень хорош. Но не перебор ли это?
— Какая вам разница? — нахмурился Король. — Мне нужны все вы. Условия вам известны. По выполнению задания ваши Роды будут абсолютно свободны от обязательств передо мной. Ещё раз напомню — единственное, но самое главное условие — усадьбу вы оставляете мне, и внутрь не входите. Подходит?
— Подходит, — кивнул один из аристо.
— Я всех спрашиваю! — повысил голос Король.
Лица аристократов перекосились от такого с ними обращения. Но Король сильно “держал их за яйца”, поэтому, скривившись, они всё-таки подтвердили полученный приказ.
— Ну, вот и хорошо, — кивнул Иван Иванович. — А теперь можете быть свободны.
Аристо поднялись, и один за другим, направились к выходу. Король повернулся к оставшимся простолюдинам.
— Ты всё слышал, Алмаз?
— Да, всё!
— Проблем с законниками не будет?
— Я не знаю, — честно развёл руками авторитет, по кличке Алмаз. — Этот урод позвонил службистам. Такое ощущение, что он знал, кому звонить лично, ведь у меня и там были концы. В итоге, всё “мясо” у меня отобрали, а базу законсервировали. Если я и смогу вернуться назад, то это будет стоить мне огромных денег.
— Поэтому, ты ко мне и пришёл. Я даже где-то благодарен Галактионову, — усмехнулся Король. — А то ты всё считал себя таким умным и независимым.
Алмаз оскалился, но промолчал.
— Ладно-ладно, шучу! Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Напрягай всех, кого можешь. Деньги я тебе дам, — он пристально посмотрел на своего подельника. — В долг, разумеется. Если всё пройдёт успешно, часть долга я спишу. Остальную часть ты отработаешь. И да, пятьдесят процентов переходят мне!
— Король, ты обещал, что оставишь мой бизнес полностью мне!
— Времена изменились, Алмаз. И грех этим не воспользоваться. Либо так, либо никак.
— Ты поступаешь не по понятиям.
— Ещё одно слово, — нахмурился Иванов, — и ты пойдешь отсюда на хрен! Сделки не будет. Я справлюсь сам. А вот тебе, в лучшем случае, придётся бежать из Империи. В худшем, тебя пристрелят, как бешеную собаку. Ты это понимаешь?
Здоровенный мужик, больше размером Короля раза в полтора, поиграл желваками, покраснел от ярости, но согласно кивнул.
— Хорошо, принимается.
— Ну, вот и чудненько. Пускай аристо режут друг друга, а мы заберем себе все сливки. Теперь и вы можете быть свободны. Пельменей сегодня не будет. Ха-ха!
***
В усадьбе меня встретила встревоженная Анна.
— Саша, охрана доложила, что нас пасут!
— Кто это? — удивился я.
— Неизвестные люди. Особо близко не приближаются, но находятся в пределах видимости. Волк уже поехал разбираться. А вон и он.
«Ласточка», урча двигателями, ехала к усадьбе. На броне сидели мои новоявленные гвардейцы, которые прошли тест на пять с плюсом, с которыми тут же был подписан контракт. Согласно этому контракту, я даже взял на себя затраты по перемещению их немногочисленных пожитков в усадьбу.
Анна взялась за увольнение Кима. И тут выяснилась первая неожиданность. У двух из четырёх ребят были семьи и дети — редкое явление среди спецназовской среды, где неизвестно какое задание окажется последним. Но тем не менее. Когда с этим ко мне немного смущенно подошел Волк, я понял, что в казарме селить детей и женщин не получится. С другой стороны, они подписывали контракт со мной.
И тут вмешалась Анна.
— Что ты паришься. В Галактионовке много стоит брошенных домов. Да, и какая-никакая цивилизация там есть, магазины. И даже если снова вернётся старое количество людей, то и школу имперцы вернут. Вот только частично тебе придется датировать из собственного кармана.
— Дети — наше будущее! — улыбнулся я. — Так что я не против.
Повернувшись к Волку, я спросил.
— Понял?
— Понял.
— Анна, свяжись с Аркадием, пускай расселит ребят.
В общем, сейчас «Ласточка» притормозила рядом. Волк спрыгнул с брони, стянув аккуратно двух мужичков, одетых, как обычные селяне. По виду они были обычными простолюдинами.
— Кто такие? — спросил я у них.
— Грибники мы, Ваше Благородие! — ответил один из них.
Это была первая нестыковка — несмотря на их показное выражение, я увидел, что они абсолютно не боялись, что показывало, что они имеют определенную власть в своих кругах, и общение с аристо для них нормальное явление. Обычные селяне, особенно в глубинке, сразу трясутся при виде аристократов.
— И как были экипированы эти грибники? — повернулся я к Волку.
— Когда мы подъехали, при них уже ничего не было. Ребята там до сих пор ищут.
— Не нужно ничего искать, — ответил я Волку. — Посмотри у себя в багажнике.
Бровь Волка изумленно дёрнулась, но он тут же взял себя в руки, вспомнив, с кем имеет дело.
Открыв багажник, он увидел там два видеорегистратора и бинокли, которые Шнырька, по моей просьбе, откопал из-под палых листьев.
— Это что такое, грибники?
Тут лицо у одного из них дернулось. Видимо, они не ожидали такой оперативной работы.
— Ну, фото природы…
— Сука, фото природы! — заржал Волк, и дал тому подзатыльник. — Ничего умнее придумать не мог?
— Анна, — спросил я у стоящей рядом моей ходячей энциклопедии. — А грибы на моей земле собирать можно?
— Грибы собирать можно. Рыбачить на берегу тоже можно. А вот охотиться нельзя, только с твоего разрешения, — тут же доложила мне Анна.
— А снимать усадьбу, и собирать сведения непонятно для кого — можно?
Анна хищно улыбнулась. Кажется, я на неё плохо влияю.
— Не-а, — сказала она. — Мы имеем право сдать их в полицию. А еще имеем право… — тут она широко улыбнулась.
— Задержать их у себя?
— Вот именно. Обычно в Родах есть Командир Гвардии, и есть Начальник Службы Безопасности. В некоторых Родах — это один и тот же человек. Вот только, при всём уважении, — Анна кивнула, — Потапов эту должность вряд ли потянет. Не его это!
Тут мне пришла в голову чудесная мысль.
— Я знаю, кто потянет.
И широко улыбнулся, хитро глядя на Анну.
— Не-не-не!!! — замотала она головой, а затем замахала руками в мою сторону. — Я не потяну! Ты хотя бы себе представляешь, сколько времени это занимает? А я, между прочем, девушка, и у меня есть свои потребности! Ноготочки, прически, и прочие процедуры, которые, ой, сколько времени занимают.
Так что я против! Как быстро она сообразила, о чем я намекаю.
Но ничего… Меня не пугает ее отказ, и не таких… гхм… убалтывали.
— Как жаль… — наигранно расстроился я. — А я уже думал, что оно найдет своего хозяина!
При этих словах я вытащил из кармана штанов кольцо, которое только-что положил туда Шнырька. Кольцо Рода Галактионовых…
— Я согласна! — девушка, даже не обдумав дальнейшие свои действия, оказалась возле меня, и выхватила кольцо из рук.
Я только успел открыть рот от удивления, а затем с улыбкой посмотрел на нее.
— Подумаешь… Ну, перенесу парочку процедур на другое время. Ничего с ними не случится, это же их работа, — пробормотала про себя девушка, любуясь кольцом, которое уже красовалось на ее пальчике. — Так…. Я не поняла! А ну-ка, покажи свою руку!
Я находился в легком шоке, и мог разве что только моргать. Это она сейчас с какой скоростью передвигалась? Мне ведь не показалось? Или показалось?
Хм… Может, я не выспался сегодня?
Как мне показалось, Анна вмиг стала размытым пятном, и переместилась так быстро, что я едва успел ее заметить.
Я протянул ей свою руку, и она сравнила оба кольца.
— Это что, настоящее кольцо Рода? — удивилась она.
— Ага! — кивнул я.
Взглянул на Волка, увидел, что тот улыбается, но встретившись со мной взглядом, сразу сделал серьезное лицо.
Хм… Вот и решился вопрос, такой важный и нужный. Хорошо, что Шнырька вместе с мечом нашел тогда и кольцо. Только плохо, что тело хозяина кольца не обнаружили. Сожрали его, что ли? Или сам решил бросить всё, и уйти.
Так вот, найденное кольцо было именно «родовым». От «вассального», что было у меня и Волка, оно отличалось, в первую очередь, материалом. Золото из разных Разлома было разным. Я решил оставить себе пока «вассальное», ведь все и так знают, что я глава Рода. Золото настоящего родового перстня выглядело… нарядней, что ли? И точно лучше смотрелось на женском пальчике. Да, было пару преимуществ у этого кольца перед моим, с помощью чего я смогу немного помочь Анне в будущем, но это не было одним из тех трех «старших» колец. Так что, фиг с ним!
Помню у Охотников была одна очень необычная традиция. Я бы даже сказал, очень грустная. Когда Охотник становился инвалидом до такой степени, что даже не мог сам передвигаться без помощи артефактов, да и те особо не помогали, то жизнь больше не приносила никакой радости. В таком случае, он нередко оставлял все свои пожитки у себя в комнате, и уходил в полет… Наш замок находился на высокой горе.
Все понимали ушедших, и праздновали их уход. Не было причин горевать, ведь Кодекс говорил, что достойный уйдет на перерождение. А кто может быть достойнее человека, который до конца был верен Кодексу, и отдал ему не только свою жизнь, но и здоровье.
Конечно, такие случаи были редки, ведь медицина у нас была сильной, особенно, когда призывались лучшие Архимаги, даже для новобранцев. Такие раны могли оставить только очень сильные твари, где даже Архимаги были бессильными.
Что-то я отвлекся… Снова нахлынули прошлые воспоминания.
Да и Анна что-то говорит мне без остановки, а я только киваю головой, пропуская ее слова мимо ушей.
— Сундук, чемодан, гладиолус, зебра! — обратил внимание на Анну, и на то, что она говорила.
— Это что? — совсем ничего не понял.
— Да я говорю рандомные слова, чтобы понять, когда ты наконец-то вернешься, и начнешь внимательно слушать меня, — ехидно улыбнулась девушка.
— Задумался, прости…
— Прощаю, но я не шутила, когда говорила, что нужно увеличивать силу Рода, — снова она за свое. Снова нужны люди? Зачем, если есть я, и есть армия… Но она, конечно, права. Все на себе не вытащишь, временами это так утомляет. — И нам нужен постоянный источник дохода, а то однажды ты можешь даже в Разломах не найти нужной суммы. Вдруг потеряешь родовой меч на дуэли?
И эта тема тоже важна… Где взять этот источник дохода, если с меня тот еще бизнесмен?
Поговорив еще несколько минут с Анной, и послушав ее, я пообещал, в какой уже раз, подумать над ее словами.
Ну, не нравилась мне идея устроить набор людей с улицы. Я люблю качество, а не количество. А тех еще нужно обучить. Они будут дохнуть, и дохнуть часто. Не по мне это. Нужны такие, как Волк. Вот над этим я и подумаю.
А пока я забрался в свой кабинет, и под стук молотков рабочих стал копошиться в своем планшете, разглядывая новые Разломы, которые дал мне Хрулев, сравнивая с «обычными», что появились в последнее время.
Нашел даже парочку интересных, но внезапно зазвонил мой телефон. Это точно не Андросов. Он сейчас должен быть уже в Разломе, или на пути к нему. Как и Мария со Светланой.
Хм… Номер неизвестный. Мне стало любопытно…
Поднял трубку, и услышал голос Архипа.
— Здравствуй, Александр! — начал он.
— И тебе не хворать, Архип, — напрягся я, понимая, что звонит с левого номера он не просто так. — Внимательно тебя слушаю.
— Меня просили тебе передать приглашение на встречу, которая завтра будет происходить в пельменной, номер тринадцать. Помнишь, где находится такая? — а вот это мне резко улучшило настроение. Пахнет проблемами, а я их люблю.
— Конечно, помню… На который час мне нужно прийти?
Архип хмыкнул. Я даже не спросил подробностей, а сразу дал свое согласие.
— В обед тебя там будут ждать… — сказал он и затих, ожидая моего ответа. — Если тебе интересно, то я не советую соглашаться, и потянуть хоть пару дней. Я, как ты понял, ничего не знаю, но дело нехорошее. Для тебя…
— Спасибо за заботу, но я, пожалуй, все равно туда наведаюсь.
— Твое дело, — положил он телефон.
Вот это я понимаю! Интересная жизнь! Довольный, откинулся на кресле.
Кажется, у меня появилась задачка для размышления. Пожалуй, приглашу Анну в свой кабинет.
С Анной мы провели время до двенадцати ночи, и она мне здорово помогла, со всем энтузиазмом подключившись к этому делу. Накидала столько версий, что я только удивлялся. Ей стоит книги писать, так как, кажется, половину из них она попросту придумала, как возможный вариант, и даже сама не верила в них. Дело сдвинулось с мертвой точки, когда она взялась за планшет, и стала искать разные ниточки.
Толком ничего не придумали, и я решил этой ночью прогуляться. Напряг Волка, и мы поехали в город, а на охране дома остался Пупсик, то есть, Отморозок, а еще Кара с Гвардией.
Вернулись только под утро, и у меня еще было время поспать. Жаль, что только два часика…
Главы четырех знатных Родов угрюмо сидели за столом, и ковырялись в своих тарелках. Пельмени были, как всегда, на высоте, но была бы их воля — забыли бы они это заведение навсегда, как страшный сон.
Но, они не могли. Кто по глупости, кто из-за жадности, но все они попали на «крючок» к Королю, и особого выбора у них не было. Раз таким способом они могли избавиться от этой сволочи Иванова, значит, так тому и быть.
Виконт Аникеев начал первым.
— Не нравится мне это господа! Ох, как не нравится!
— Да ладно тебе, Митрич! — подал голос самый молодой из них, барон Норков. — Быстренько размотаем этого выскочку, делов-то?
— Ты так в этом уверен, Игорёк?
— Конечно! Он барон без году неделя, ни Гвардии, ни связей!
— Вот только с княжичами он трется… — осторожно начал виконт.
— Подумаешь! Жопу лижет, чтобы что-то у них вымутить! Как будто мы так не делали!
— Жопу лизали? — нахмурился третий собеседник.
— Нет! Нет! Я не это имел ввиду! — сбился барон.
— Ты правильные слова выбирай, Игорёша! — покачал головой Аникеев. — Ты, вообще, рожден для криминала, а у нас бизнес!
— Можно подумать! — хмыкнул молодой. — Вот Боров…
— Тихо! — шикнул Аникеев.
К столику как раз подходил тот самый «Боров», точнее, виконт Боровицкий, который очень не любил своё прозвище. А ведь он действительно выглядел, как боров — большой, жирный, с заплывшими маленькими глазками и отвисшими щеками.
И да, молодой Норков был прав. Если все остальные попали в «кабалу» к Королю по дурости, то Боров сделал это сознательно. А его методы ведения дел не сильно отличались от бандитских. Да и основной его заработок был тоже связан с криминалом.
— Здорово, орлы! Готовы немного повоевать! — Боровицкий упал за стол, и махнул официанту, который сразу поставил перед ним три глубокие тарелки с дымящимися ароматными пельменями. Любил Боров хорошо поесть.
— Как будто у нас есть выбор, — скривился Аникеев.
— Да за такое нужно Иваныча расцеловать, — Боровицкий закинул, один за другим, в рот несколько пельменей, начал пережевывать еду, продолжая разговаривать с набитым ртом. Растопленное сливочное масло потекло у него по подбородку, и он, без затей, вытер его рукавом. — Король зол… Говорят, что к кипишу у Алмаза этот Галактиошка свою руку приложил!
— Вот это и напрягает, если правда, — покачал головой Аникеев. — Ты видел его «Солнышко». Такое нахрапом не взять!
— Тю! Наемников нанял, зуб даю! — хмыкнул Боров. — Видать, земли распродает, чтобы на плаву удержаться!
— А если он сам? — не унимался Аникеев.
Боровицкий аж жевать перестал.
— Нет, я знал, что ты Митрич ссыкло, но не до такой же степени!
— Эй! Полегче! — расправил сухие плечи пожилой виконт.
— А то что? Вызовешь меня на дуэль? — заржал Боров, и на стол перед ним полетели недожёванные пельмени. — Из вас аристократы, как пуля из говна!
— Не надо так, Алексей! — осторожно начал Норков.
Они просрали всё — честь, свободу, деньги. Все, как один, поклялись себе, что когда Король их «отпустит», они начнут новую, правильную жизнь. Вот только перед этой новой счастливой жизнью стоял восемнадцатилетний мальчишка, по недоразумению ставший главой Рода. Что ж… Ему придётся умереть!
***
В отведенное время для встречи я заходил в пельменную в бодром настроении и в хорошем костюме, который купила совсем недавно Анна. Она вообще стала делать слишком много вещей для меня.
Волк и два его бойца шли за моей спиной, придавая мне статус и солидность.
— Прошу прощения, вам назначено? — перехватил меня у входа администратор.
— Галактионов, — лениво, как это делают аристократы, бросил я ему.
— Прошу за мной, господин! Вас уже ожидают, — поклонился он мне.
Я стал разглядывать место, куда меня занесло, и ничего интересного не обнаружил. Кроме того, что оно было пустым. Значит, выкупили все время для приватной беседы.
Я уже знал, кто меня там ждет, благодаря Шнырьке, и хорошо подготовился. Но не только они приехали на два часа раньше. Когда я зашел в нужную комнату, на меня уставились пять пар хмурых глаз местных аристократов.
Их охрана смотрела не на меня, а на Волка и, пожалуй, оценивали свои шансы, в случае чего. Почему они так его боятся? Их пятеро, а Волк один… Он убьет их, в любом случае, быстро, и даже больно не будет.
Кстати, двух бойцов пришлось оставить на улице — такие требования выдвинул администратор. Мол, это не он решил, а господа, которые меня ждут.
— Вы весьма пунктуальны, как для молодого человека, — ухмыльнулся один из аристо.
— Благодарю, виконт Аникеев, я опаздываю весьма редко, только если по дороге приходится кого-нибудь убивать, — ответил я на его ухмылку своей. — Но в этот раз мой путь был весьма скучен.
Ой, как вы ребятки напряглись. Наверное, так и хотели спросить друг у друга, когда переглянулись. Какого черта он знает одного из нас?
— Барон Норков, может вам водички выпить или провериться у целителя? Что-то вы очень покраснели. Если хотите, я могу посоветовать вам хорошего Лекаря — своего друга и брата моей невесты княжича Андрея Андросова, — решил не оставлять все так просто, и продолжал давить им на психику.
У барона чуть глаза не лопнули после моих слов. Откуда такие связи у простого барона? Так и хочет спросить, гаденыш… Я не зря упомянул, что моя невеста Андросова. Как же сильно они заволновались.
По-хозяйски, не став ждать приглашения, я уселся на свободное место, которое было слегка в отдалении от других. Таким образом выходило, что они сидели полукругом и смотрели на меня. Наверное, это должно было давить на меня. А я сижу и улыбаюсь.
— Ну, чего молчим? Давайте, действуйте! — даю им отмашку, и провокационно зеваю.
Такого издевательства первым не выдержал виконт Боровицкий.
— Тебе смешно? Ты уверен, что выйдешь отсюда с такой же самой улыбкой?
— Ой, а что, Боровицкий решил показать из себя большого босса? — презрительно окинул я его взглядом. Пожалуй, он единственный из всей пятерки был тем, кого бы я с радостью придушил. — А вы, виконт, уверены, что вообще выйдете отсюда?
О, охрана сразу дернулась к своему оружию.
— Успокойтесь… все! — поднял руку Жанов.
— Да-да, успокойтесь, — улыбаюсь. — А то Волк у меня очень нервный, — кивнул я на своего охранника. — Вы же все его уже узнали? Да? Что, нет? Как нет? Ну, так спросите вон у него, — киваю на охранника Жанова. — Он точно его знает.
Как же мне нравится все это. Они позвали меня сюда, будучи уверенными, что сейчас размажут мальчишку. А что-то пошло не так, и теперь они сидят и психуют по-полной.
Даже их охрана, и та нервничает, не ведая, что им предстоит. Нет, они не были слабыми, но зная Волка, один из них точно понимал, что в случае стычки, как минимум трое из них не выйдут живыми из этой комнаты. А еще они не знали, на что способен я. Но скорее всего, хорошо знали, на что способны их господа, и оттого нервничали.
— Щенок… — сжал зубы Боровицкий, в криминальном мире известный под прозвищем Боров.
— Боров, скажи мне, а Король тебя отпустил погулять? Или ты, как непослушный мальчишка, сам решил вписаться в это дело?
Как же сильно растет напряжение в этой комнате. То, что Боров — виконт, и при этом работает на Короля, было тайной для многих. И теперь они явно не понимают, откуда я это узнал.
Как уже сказал, не зря я тут два часа сидел. А Шнырька облазил всю округу. И количество их охраны, которая рассредоточилась по всему району, и сейчас сидят в своих машинах, зашкаливает. Если послушать, о чем они говорят, то многое может стать известным.
Так я узнал, что водитель Боровицкого имеет его жену, потому что у мужа проблемы с этим делом, после одного несчастного случая, когда он ущипнул за попу молодую и очень наивную девушку, которую принял за обслугу. Но в комнату вовремя влетел ее брат, и сломал ему… гордость? Будущее? Много чего сломал…
— Ладно, я устал, — когда увидел, что они снова стали собираться с мыслями. Я решил надавить на них еще больше, и поставить шах.
— Давайте, объявляйте мне войну! Я жду, господа! А после того, как объявите, то объясните, какого хрена здесь забыл Боров. Всем же известно, что он импотент, и не способен даже на бабу запрыгнуть. Куда уж ему войны объявлять!
Попал… Как же я попал… Теперь даже охраники в шоке, а у одного барона из руки выпала вилка, на которую он насадил пельмень. Ручонки перестали слушаться? Это хорошо… Все идет по моему плану.
Теперь вопрос, насколько же Боров тупой, как я о нем и думал.
— Ты… — подорвался он, как ужаленный со своего места, злобно смотря на меня.
— Я, виконт Боровицкий, объявляю Роду Галактионовых войну! Это мое последнее слово!
После этого он активировал свой Дар, и со всей силы швырнул кресло, на котором сидел, в стену, отчего то развалилось.
Он был в такой ярости, что вот-вот накинется на меня. Однако, еще не потерял весь разум и самообладание, и чтобы все не испортить, махнул рукой своему охраннику, и быстро направился к выходу.
Я не мог его так отпустить. Нужно было еще поиздеваться.
— А причина уже не нужна? — засмеялся я ему в спину, давая понять, что думаю о его войне.
Он сбился с шага, остановился, а затем повернулся ко мне.
— Сам придумай, щенок… — психанул он, и покинул нас.
— Ха-ха-ха! — комнату огласил мой смех.
О, боги… О, Кодекс… Как же это все весело.
А вот еще один взял себя в руки, и уже приготовился встать.
— Ну, раз этот придурок ушел, значит то, что здесь будет дальше происходить, останется для него сюрпризом, — не дал я барону встать, и уже без смеха, сурово посмотрел на всех присутствующих, активируя свою ауру силы.
— Пожалуй, ты и так знаешь, что здесь будет происходить, — без особого энтузиазма произнес Аникеев.
— Знаю, — кивнул я ему. — Все будет так, как я скажу! — неожиданно для всех произнес я.
Пока они не принялись пороть чушь и делать глупости, я щелкнул пальцами, и Волк вытащил папку, которую я попросил его мне передать, когда придет время.
Аккуратно ее раскрыв, я еще раз обвел взглядом всех собравшихся здесь, а затем медленно повернулся к Волку.
— Ликвидируй все засады Борова! — дал ему добро на это действие, которое мы обсуждали раньше, и снова повернулся к аристократам.
— А теперь, слушайте меня внимательно! Вы сейчас берете эти документы, и тщательно читаете их, убеждаясь, что они подлинные, а без них, копии бесполезны. Делаете удивленные лица, и сидите с непонимающим выражением на лицах, — пока я говорил, раскидал на стол перед каждым документы, предназначенные для них.
— Молодцы! Я же говорил, что все будет, как я скажу. И теперь можете не совершить ту глупость, которая погубит весь ваш Род. И да, поздравляю вас! Вы свободны!
Я дал время им переварить произошедшее, а сам довольно откинулся на кресле, и напевал глупую песенку из прошлой жизни о веселом гноме, который ловил за бороду лепрекона, а поймал второго такого же тупого гнома, как и он сам.
Они быстро шелестели бумагами, а я дал им время, дабы это сделать. Когда они вдоволь насмотрелись, я приподнял брови с вопросом — «Ну как?».
— Приятно было с вами познакомиться, Александр! — протянул мне руку Аникеев, пожал, а затем поднялся и ушел.
За ним последовали и другие, разве что руки мне никто больше не пожал.
Таким образом, я остался один в этой комнате, и услышал хлопки в ладоши.
— Издеваешься? — глянул на Волка.
— Наоборот, я восхищен! — говорил он без малейшей иронии. — Вы вели себя так, словно они нашкодившие дети, а не опытнейшие аристократы, хотя и не особо влиятельные.
Знал бы он, сколько я в свое время повидал таких акул. Конечно, этот мир отличается от прошлого, и подходы тут совсем другие. Но власть… Власть везде одинаково развращает, и также одинаково пьянит обманчивым могуществом.
Могущество только одно… То, что живет в тебе, а не в этих заносчивых аристократах или глупых железках.
Сам я недолго задержался в пельменной, минут на десять. Ровно на то время, чтобы мне отдали мой заказ с собой. Хотя это заведение принадлежит плохим людям, но повар здесь отменный. Когда я закончу свои дела с Королём, нужно будет наложить на эту пельменную свою руку. Свою загребущую охотничью руку. Ха-ха!
Волк доложил, что дело успешно продвигается, и скоро всё будет сделано. Я кивнул ему, и отправил туда Шнырьку, чтобы обо всем мне докладывал.
Дело было совсем простым… Люди Борова решили устроить засаду, только пока сами не знали, дадут ли им команду атаковать меня. А раз у нас сейчас идет война, то почему бы не напасть первыми?
Вот команда Волка, как мы заранее и договаривались, сейчас приближается к ним.
На том пустыре стоит десять внедорожников, и все с клановой символикой Борова. Интересно, его предков всегда так называли? Почему на гербе у него красуется свинтус? Но возможно — это кабан, но так нарисован, что похож на жирного поросенка.
— Едем домой? — спросил Волк.
— Не переживаешь за своих? — глянул я на него.
— Нет, — спокойно ответил мужчина, и даже бровью не повел. — Я в них уверен.
Похвальная черта — так верить в своих людей. Я всегда был уверен только в себе.
— А если возникнут проблемы? — все же не унимался я.
— Тогда они их решат, — пожал плечами Волк, продолжая держать руки на баранке.
Волк… Волк… Повезло мне с этим надежным человеком. Его душа не имеет гнили, как я вижу. Он просто хочет быть нужным и полезным, а еще интересно жить. Только интересы в жизни у него свои. Боевой адреналин и битвы — вот что ему больше всего нравится. Ах, да! Еще смертоубийственные железки! И чем больше, тем лучше! В этом мы с ним похожи…
Думаю, пришло время перевести наши отношения на новый уровень. Шнырька долго за ним следил, и ничего подозрительного не заметил. Даже ныл мне, что скучно за Волком следить.
— Сегодня у тебя еще один особенный день, — внезапно сказал я, чем сразу заставил его напрячься. — Ты прикоснешься еще к одной моей тайне, и познаешь ее. Отныне, ты тоже временами сможешь пользоваться моими способностями.
Я еще не договорил, как Волк меня перебил.
— Может не нужно? — как-то странно он посмотрел на меня. — Слишком много для меня потрясений в последнее время. А тайны имеет свойство разрушать доверие.
— Ха-ха-ха! — не удержался я, и рассмеялся. — Эх, Волк… Открою тогда тебе не одну тайну, а две! — Волк застонал, понимая, что спорить со мной бесполезно, и будет только хуже. — Если ты решишь меня предать, то тебя будет ждать не самый хороший конец. Так что я не очень переживаю насчет распространения моей тайны. А вот то, что ты узнаешь дальше, поразит тебя. Однако это будут только цветочки… Когда ты поймешь, что это дает, то придешь в ужас.
Почему он так побледнел? Ну, да… Он привык, что в жизни все просто. Вот враг — иди и убей его, а тут какие-то тайны и манипуляции.
— Я готов! — собрался он с мыслями и, кажется, понял что глупо сопротивляться.
Я щелкнул пальцами чисто для вида, а сам дал Шнырьке команду показывать сражение еще и Волку.
Волк так дернулся, словно его шибануло током.
— Не бойся, и считай это трансляцией прямо в твой мозг, — дал ему совет.
— Необычно, — выдавил он через некоторое время.
Больше он почти ничего не говорил, а внимательно следил за своими бойцами, которые как раз вступили в бой.
— Вот же дятел… — выругался Волк. — Говорил ему не применять молнию сразу против двоих. Она слишком слаба у него, чтобы убить гарантированно. А два подранка хуже, чем один мертвый враг.
Ага! Волк — такой Волк, и тут следил за работой своих людей. Чувствую, что после этого у них будет усиленная тренировка, в которой он разойдется по полной.
— Отличный выстрел! — похвалил кого-то Волк.
Он сейчас напоминал мужика, который смотрел футбол или имперские боевые игры.
— Долго! — наконец-то выдал он. — На минуту дольше действовали, чем можно было управиться, — под конец сражения сказал он мне.
Как по мне, все было нормально. Операция была проделана филигранно и быстро. При этом все противники мертвы, а их транспорт взорван, что жалко. Хотя нет, два уцелело. Абсолютно случайно — самые лучшие. Зря я на ребят наговаривал! И сейчас наши собирают добро, и закидывают все в трофейные и свои автомобили.
— Вот теперь можно и домой! — дал ему команду. — А после поедем к поместью Борова и посмотрим на его лицо, когда он узнает о том, что теперь только он один объявил мне войну. И да! В багажнике у нас подарок для Пули! Уверен, ему понравится!
В большой, но не новой машине сидели четыре гвардейца Рода Аникеевых. Возле водителя сидел пожилой мужчина с родовым перстнем — Семён Раскольников, командир Гвардии Аникеевых… точнее, того, что от неё осталось.
Молодым парнем Семён дал клятву отцу нынешнего главы Рода — виконту Аникееву, поклявшись защищать Род даже ценой своей жизни.
Со временем он дорос до главы Гвардии Рода, честно выполняя свою работу, и даже получив две пули за господина. Вот только после смерти Аникеева-старшего всё пошло по наклонной.
У старшего сына не было той жилки, что у его отца. Род хирел, залезал в долги, методы заработка были всё более и более сомнительными. И в один прекрасный момент благородный Род оказался на побегушках у местного бандита — Короля.
Перед поездкой сюда, глава Рода сказал, что намечается небольшая родовая война. Что ж, Семён был готов к этому. Такова его доля!
— Смотри, Боров! — кивнул водитель, молодой гвардеец, за что тут же получил подзатыльник от Семена.
— Алексей Иваныч он, тупица! — у Семёна еще оставались понятия о родовой чести. И пусть Боровицкий был самым отвратительным представителем аристократии, но он всё-таки оставался аристократом.
— Что-то Бор… Алексей Иваныч, красный, как рак! Краснее, чем обычно! — ничуть не унывал молодой.
— Есть такое! — вынужден был согласиться с ним Раскольников.
Он наблюдал, как жирный виконт с трудом залез в распахнутую дверцу своей машины, и тут же по рации раздалось.
«Внимание! Принимаем объект на выходе! Всем слушай мою команду!» — это был коллега Семёна, командир гвардии Боровицких.
— Пётр Сергеевич, не нагнетай! — ответил Раскольников. — У меня есть свой господин, и я слушаю только его приказы!
«Да что ты позволяешь себе, дебил!» — это был уже визг Борова. — «Делай, что тебе приказали, скотина!»
— Извините, но нет! Ожидаю приказ своего господина! Отбой! — Семён нажал кнопку рации, и вздохнул. Возможно, он только-что сделал себе хуже. Ведь он знал, что Боровицкий верховодит в их «теплой» аристократической компании, но всё же Раскольников еще помнил, что такое субординация.
Он потёр плечо, куда много лет назад прилетела пуля врага Рода. Плечо ныло, как всегда, на плохую погоду. Он повернулся назад, где сидели его подчинённые, и нахмурился.
— Трубецкой! А ты какого хера не взял свою новую снайперку?! Ты же у господина полгода ее выпрашивал!
Мужчина средних лет, задремавший в тёплой машине, виновато встрепенулся.
— Что значит… не взял! Вот же она! Чёрт… Где моя винтовка?!!
Два великих князя сидели на открытой веранде, закутавшись в теплые пледы из ангорской шерсти, и попивали горячий глинтвейн, куря свои трубки. Имение Андросовых было одним из самых больших околостоличных «кусков» земли. Владели они им долго и заслуженно.
Перед глазами сидевших расстилался ухоженный парк. На их глазах слуги вылавливали из декоративного пруда золотых рыбок, чтобы перенести их на зимовку.
Иван Васильевич Андросов усмехнулся, отпив горячий напиток, глядя, как споро работают его люди. Андросов-старший любил во всём порядок. Имея дар Лекаря, он был чрезвычайно консервативен. Ведь если лечение работало раньше, то оно сработает и в будущем. А вот эксперименты могли стоить жизни. Хотя Андросовы и прогрессировали, но делали это очень аккуратно, и без угрозы для жизней пациентов.
Иван Васильевич являлся почётным ректором Медицинской Имперской Академии, что было также неудивительно. В Академии готовились не только Одаренные врачи. Но всегда же есть артефакты. И даже простолюдин без Дара, используя правильно подобранное снаряжение, мог спасти жизнь своему пациенту. Так что все науки и Дары переплетались между собой — артефакторика, лекарства, зачарование. Всё это работало в комплексе с одной целью — дать Империи и Императору самый лучший подготовленный медицинский персонал.
Его же сегодняшний собеседник и близкий друг, князь Иван Сергеевич Долгоруков, также заботился о благе Империи. Вот только его епархией было оружие. Если Андросов лечил граждан Империи, то Долгоруков их вооружал, с целью защитить себя и нанести как можно более эффективный урон врагу.
— Никак не могу поверить, — улыбнулся Андросов, махнув слуге, что принес ему новую уже раскуренную трубку, в которой была смесь трав из Разлома, которые, в отличие от табака, не вредили здоровью, а наоборот, восстанавливали силы и энергию. Если у князя и была дурная привычка, то нужно перевести ее в мирное русло. — Андрей, бегающий по Разломам. Я всё пытаюсь смириться, но у меня плохо получается. Ладно, Катюша с ее нравом. Ей сам бог велел убивать… — он нахмурился, внезапно что-то вспомнив.
— Пусть ребята потешатся, — поддержал друга Долгоруков. — Мы сделали всё, что смогли — отправили лучших людей им в помощь. Да ты и сам знаешь, друг мой, насколько это хорошо работает на репутацию Рода. Даже таких сильных Родов, как наши. Хорошая репутация никогда не бывает лишней.
— Соглашусь с тобой, — кивнул Андросов. — В нынешние времена Император пристально следит за действиями Родов. И те, кто пытаются отлынивать от почётной обязанности, как правило, плохо заканчивают. Это тебе, можно сказать, информация из первых рук.
— Благодарю! — кивнул Долгоруков. — Хотя мне переживать по этому поводу совсем ни к чему.
Он весело рассмеялся, в конце закашлялся, и сделал большой глоток глинтвейна.
— Ну да, — кивнул Андросов. — Как так получилось, что все твои дети служат Империи? Не боишься, что останешься без наследника? Они ведь у тебя все находятся в горячих точках.
— Не боюсь, — кивнул Долгоруков. — Кроме того, что у них есть своя голова на плечах, я ими искренне горжусь. Сейчас тяжёлые времена не только для нашей Империи, но и для всего мира. Возможно, с активизацией Разломов люди поймут, что главный их враг — твари из Разломов, и перестанут грызться друг с другом.
— Ха-ха! — засмеялся Андросов. — Ты всегда был идеалистом. А я думаю, что большинство спит и видит, как твари смогут ослабить соседа, чтобы они отхватили побольше чужой земли. А что будет дальше, на это у них уже мозгов не хватает.
— Я слышал, Морозова тоже присоединилась к ребятам? — приподнял бровь Долгоруков.
— Это было ожидаемо, — сказал Андросов, — с её-то Даром. Мне иногда кажется, что девочка не пошла в Исты только из-за того, чтобы не ранить Андрея. Всё-таки они любят друг друга. А Андрей, до недавнего времени, не проявлял интереса к Разломам. И он меня, можно сказать, удивил. Сильно удивил! Сейчас же Морозова, во-первых, приехала поближе к жениху. А во-вторых, кому, как ни Морозовым, самое место в Эпицентре?
— Это верно, — кивнул Долгоруков. — Надеюсь, всё у них будет хорошо.
Он глубоко затянулся, и внимательно посмотрел на Андросова. Тот перехватил его взгляд и улыбнулся.
— Давай уже, спрашивай! Не зря ты ко мне припёрся из такой дали.
— Да я вообще-то в Генеральный Штаб по своим делам приехал, — показательно нахмурился Долгоруков.
— Да-да, охотно верю! — продолжал веселиться старший Андросов. — Но всё-таки?
Долгоруков не выдержал, и его нахмуренное лицо озарилось улыбкой.
— Что за помолвка у Кати с Галактионовым? И насколько это правда?
Андросов тяжело вздохнул, и щелчком подозвал к себе преданного слугу.
— Прошка, принеси-ка нам кое-что покрепче. Тут двумя словами не обойдешься.
***
— Виконт, при всём уважении, откуда вы берете такие цены?! Вы же оставите меня натурально без штанов!
Виконт Смородин смотрел на меня без улыбки и, кажется, совсем не рефлексировал по этому поводу. Я думаю, что он уже наслушался истерик своих заказчиков, и видел многое. Да и не истерика у меня была, а так… попытка разобраться. Анна подтвердила, что все цены более, чем адекватные, и ни разу братья Смородины не пытались меня надурить. Но всё же… Я понимал, что ремонт будет дорогим. Но не настолько же, сука, не настолько!
— Тридцать тысяч — укрепление фундамента, — ткнул я пальцем в строчку в смете. — Вы же камень мой берёте! — я кивнул на постепенно уменьшающуюся кучу магического камня. — Откуда такие цены?
— Всё очень просто, Александр. Если бы этот камень был наш, это было бы не тридцать, а триста тысяч. Так что это чисто за работу.
— Хорошо. А вот эти тридцать тысяч — замена проводки. Неужели всё так плохо?
— К сожалению, да. Сам дом был построен в те времена, когда электричества еще не было. Да, из лучших материалов. Но вот проводка была проведена гораздо позже. К сожалению, никакого магического усиления медного провода не придумано. Таким он, собственно, и остался. Вот только вся изоляция рассыпалась. Вы же не хотите получать короткие замыкания день за днём? Поэтому нужно поменять ее полностью.
— Хорошо, — сказал я. — А трубы? Трубы-то — тридцать тысяч! Это что вообще за цифра? Почему именно тридцать?
— Если вы посмотрите ниже, то увидите, что всё это стоит гораздо дороже тридцати тысяч. Я просто округлил в вашу сторону, — Смородин, кажется, начинал терять терпение, и немного обиделся. — Мы можем вообще этого не делать. В здании, со старых времен, ще остались печи и камины. Топите вручную, делов-то!
— Эй-эй! — я понял, что перегнул палку. — Водяное отопление — оно, как бы, привычнее. Мы же живем не в средние века.
— Именно, — кивнул виконт.
Я посмотрел в конец сметы, и пригорюнился. Собственно, пока что мы обговорили только укрепление здания и полный ремонт нескольких комнат, плюс коммуникации по всему дому. Для того, чтобы полностью отремонтировать всю усадьбу и сделать это именно так, как я хочу — из самых дорогих материалов, — нужно почти полмиллиона.
— Я же правильно понимаю — за полмиллиона можно построить такую усадьбу? — я кивнул на себя.
Тут Смородин в первый раз улыбнулся, немного расслабившись.
— Если простое помещение с вашими габаритами, то можно построить четыре усадьбы из обычных материалов. Да, внешне они будут смотреться, возможно, даже лучше. Но ремонт придется делать каждые пять-десять лет. А то, что вы просите, после нашего ремонта, он простоит, я не постесняюсь это сказать, тысячи лет. Вы хорошо позаботитесь о своих потомках, — хмыкнул Смородин.
Я же почесал голову. Как всё сложно!
— Мы могли бы сэкономить на казарме, — осторожно предложил Смородин.
— Не-не… — это предложение вызвало у меня натуральный ужас.
Не знаю почему, но я был готов сам жить в шалаше, вот только преданные мне люди должны жить в комфорте. Не знаю, откуда это у меня, учитывая мой разгульный образ в прошлой жизни. Поэтому первое, что было отремонтировано — это спальня, где жила Анна, и её рабочий кабинет. Дальше — казармы и, как ни удивительно, комнаты прислуги. Я же до сих пор ночевал в спальне с осыпавшейся штукатуркой. Но зато там была большая кровать из магического дерева, а балдахин сверху не давал штукатурке упасть мне на лицо. Хотя, конечно, свою спальню и свой кабинет, в которых я почти не бываю, я отремонтирую позже. Это всё было учтено в смете.
— Хорошо, виконт, действуйте! — сказал я ему.
А сам отошёл от него в глубоком раздумье. Честно говоря, я надеялся, что когда Шнырька «бомбанет» ячейки Короля, найдет там драгоценности, на крайняк — деньги. Ни того, ни другого там не оказалось. Там была только разного рода информация и компромат, половина из которых уже не актуальна. Видимо, хранились просто, как в архиве.
С другой стороны, сколько стоит вывести четыре Рода из войны, которая может закончиться моим полным уничтожением? Нам ли быть в печали!
Придётся забрать деньги другим способом. Например, я подозреваю, что уже могу открыть лавку оружейника.
Я как раз подходил к моим гвардейцам, что заезжали в поместье на новых трофейных автомобилях. Волк уже стоял, сложив руки на груди, и наблюдал за бригадами рабочих. С пассажирского места выскочил отставной штабс-капитан Харченко. Как старший среди всех по званию и по опыту, он возглавлял группу в отсутствии Волка, и он же стал его заместителем.
— Хорошо поработали! — кивнул ему Волк, на что Харченко слегка скривился.
— В смысле, ты уже в курсе?
— В курсе, в курсе! — улыбнулся Потапов.
К чести Харченко, тот даже бровью не повёл.
— И за трофеи наши тоже в курсе?
— А вот за трофеи — частично, — покачал головой Андрей. — Нужно их руками пощупать, что ли.
Он заинтересованно пошёл за ними.
Вскрыли первый багажник, и Волк один за другим начал доставать оттуда стволы.
— Говно… говно… фигня. Это оставим. Это можно отдать, — так, одно за другим, он пересмотрел всё, включая сюда и машины.
Я же с удовольствием смотрел и наслаждался работой профессионала.
В конце он повернулся ко мне, и почесал свою лысину.
— В целом, хлам. Но кое-что можно оставить. Если так вооружены все гвардейцы Боровицкого, а скорее всего, так оно и есть, то особой проблемы с ними не будет. Тем более, сегодня вечером приедут ещё шесть кандидатов. Осталось добраться только тем, кто сейчас находится на дальних рубежах Империи.
— Я уверен, что они все подойдут, — улыбнулся я. — Но с другой стороны, ты получишь свою полную дюжину. Вот только, даже несмотря на то, что Боровицкий остался в одиночестве, у него людей все равно будет побольше.
Анна навела справки. Род Боровицких был не сильно стар. Меньше ста лет назад его дед получил титул виконта за заслуги перед Империей в боях против Монгольского Ханства. Его отец ещё как-то пытался свести концы с концами. А вот Боров пошел по наклонной, решив, что лёгкие деньги можно заработать с помощью криминала. И он не брезговал ничем. Его гвардия состояла из пятидесяти человек, из которых двадцать были уже мертвы после нашего сегодняшнего рейда. Вот только, кроме гвардии, он держал возле себя несколько банд, большинство из которых составляла ликвидированная нами засада. В лучшем случае, он мог поставить под штык двести с лишним человек. А если Король окажет ему содействие, то и больше.
Волк об этом хорошо знал. Но, кажется, это знание его абсолютно не волновало.
Я в очередной раз задумался — почему остальные Роды не комплектуют гвардию по моему принципу. Но потом мне пришло понимание, что Иркутск, несмотря на важность местоположения — близость к Эпицентру, и границу с потенциально враждебным государством, всё-таки является провинциальным городом. Сильные Рода, наверняка, думали также, как я, и собирали свои гвардии столетиями. Зачем далеко за примером ходить — я видел гвардию Андросовых, и видел «разломщиков» трех княжеских Родов. Вот это реальная сила! Хотя Волк всё-таки был уникальным. Не знаю, за что мне такой подарок. Возможно, Кодекс всё ещё продолжает подкидывать мне ништяки за строгое его соблюдение в прошлой жизни. Но это неточно…
Небольшой проблемой было то, что главная усадьба Боровицкого находилась не рядом с Иркутском. Его дед получил кусок приграничной земли гораздо южнее, на границе с Ханством. В этом был двойной смысл. Во-первых, постоянные набеги монголов делали проживание там опасным. А с другой стороны, пограничные заставы Империи давали хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. В итоге, местная усадьба Боровицких была так сказать, перевалочной базой для его незаконного бизнеса. Вот с нее, пожалуй, и начнём.
Шнырька показал, что на данный момент там примерно сотня защитников, большинство из которых обычные бандиты.
Через два часа поездки я уже наблюдал в любезно предоставленный Потаповым бинокль то, что творится за его стенами.
— Можно начинать! — сказал я.
Прошла буквально минута, и на ломанном русском языке отставной поручик Ким доложил:
— Караулка зачищена!
Павел был из «обрусевших» корейцев в третьем поколении, но иногда прикидывался нездешним, когда это нужно было для дела.
Свою специализацию «Диверсант» он получил не просто так. Его Дар, вместе с усилением тела, давал ему возможность маскировки. Засечь его можно было только по силовым возмущениям. Так-то он становился полностью невидимым. И только что, как показал мне Шнырька, вырезал восемь человек караула так, что никто из них даже пикнуть не успел.
Дождавшись этого момента, Алексей Смирнов — специалист по электронике, тут же образовался внутри, подключив свой планшет, и выборочно выводя «ненужные» камеры из строя, а точнее, останавливая на них картинку записи. Это я видел и в предыдущий раз — всё работало, как смазанный механизм.
Глухие щелчки, и начали падать другие люди. Это Сарамбайкин опробовал новую игрушку. Ну как… пристрелял он её ещё в усадьбе, и сейчас уже опробовал в настоящем бою. Хорошая штука!
Внутри раздались крики и вопли. Волк задумчиво посмотрел на меня.
— Можно идти, — сказал я.
Внутри я призвал две стаи душ, чтобы отвлечь идиотов от нашего подхода. Потапов через секунду всё понял, и недовольно скривился.
— Опять твои штучки! Ты делаешь нашу работу совсем простой.
Да, я решил приоткрыть перед ним еще одну завесу. Это важно, когда ближайший твой верный человек, который отвечает за безопасность Рода, будет знать твои тайны. Вот с Анной все сложнее. Она, как никак, Голдсмит. Делиться с ней секретами не особо получалось. Хотя, девушка она умная, и думаю, о многом догадалась сама.
— Так в этом же весь смысл, — сказал я. — Ненавижу душные превозмогания. Всё должно быть легко и просто.
Я хлопнул его по плечу, и мы побежали внутрь.
Через полчаса в усадьбе не осталось ни одного живого боевика. Связанный обслуживающий персонал находился в сарае, на приличном расстоянии от усадьбы. Я сделал это намеренно. Костёр здесь будет высокий, не нужно страдать невинным людям.
Шнырька быстро «пробежался» по дому, и нашел два тайника. Там было немного золота, много наркотиков, и пятьдесят тысяч рублей.
— Неплохо-неплохо! — улыбнулся я, ощущая, как мой рюкзак ощутимо потяжелел.
Естественно, я забрал всё золото и деньги. Наркоту же Шнырька достал из тайников и разложил на кроватях, чтобы она точно была уничтоженной.
— Ну, что? Устроим небольшой фейерверк? — спросил я.
— Легко! Вася! — Волк подозвал своего гвардейца. — Жги!
Василий Астапов улыбнулся, и сжал в руке белую желейку, вытянув вперед вторую руку, из которой полетела струя горячего пламени.
— Да он чёртов живой огнемёт! — искренне восхитился я, глядя на работу Одарённого.
Я видел это впервые. В предыдущей стычке он действовал исключительно огнестрельным оружием, и действовал, как и все — идеально.
— Да, Василий у нас уникум, не зря у него позывной Феникс, — улыбнулся Волк. — Если на твоем пути стоит вражеский дзот, то всё, что нужно — это доставить Астапова у к нему поближе.
Я представил эту картину вживую, и даже немного поежился. Смерть от огня — страшная штука! Пару раз, в прошлом мире, я был очень близок к этому. Стоять в струе адского пламени Чёрного Дракона — такое себе удовольствие! И да, живой Феникс — страшная штука! По моему мнению, Василий немного до него не дотягивал, но ладно…
Через десять минут вся усадьба бодро пылала. Ожидаемо, Боровицкого на месте не оказалось, и лично передать ему привет не удалось. Но думаю, такой «привет» тоже сгодится.
Я достал планшет, и подозвал Волка. Отметил еще четыре точки — две, принадлежащих Боровицкому, а другие — моему старому другу Королю, а то он что-то расслабился. Судя по докладам Анны, ребята должны сами справиться.
— Сделайте вот с этими объектами тоже самое, что сделали с этим. И да, ты тоже иди, — кивнул я Потапову. — В ближайшее время я в Иркутск не собираюсь.
— Сделаем! Часа за четыре управимся.
— По часу на объект? — нахмурился я.
— Почему… по часу? По два. Мы просто разделимся.
Три человека на банду вооруженных бандосов. Я уже ничему не удивлялся, и молча покачал головой.
Сел в свой джип, и покатил в усадьбу. Попробую ещё немножко подоставать Смородина, глядишь, что-то из этого и выйдет. Водить я умел — научился в этом мире. Коней в прошлом мире я любил — это да. Да и ездовые твари из Разломов тоже были неплохими. Вот только машина в этом мире быстрее и удобнее. Хотя, если попадется где-то летающий маунт, нужно будет брать. А то всё вертолёты, самолёты…
Звук аварийного предупреждения отвлек меня от езды. Это пиликнул сигнал экстренного оповещения Центра. Такое я никогда не пропускал. Краем глаза я заглянул внутрь, и нахмурился. В сети шло оповещение, что Разломы стали вести себя нестабильно. Многие начали хаотично менять свои уровни, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения угрозы. Нифига себе!
Честно говоря, интуиция моя забила тревогу, поэтому я остановился на обочине, и внимательно углубился в изучение информации. Так и есть, чертова интуиция! Один из Разломов, в который повела свой рейд Долгорукова, скакнул сразу на два пункта — с красного на жёлтый.
Твою ж мать!!!
По информации, что я видел на сайте, они зашли туда и, судя по всему, еще не выходили. Быстрее, чем я успел подумать, уже набирал номер Хрулёва.
— Слушаю! — голос «деда» был непривычно сухим.
— Василий Петрович, рейд Долгоруковой все ещё в Разломе?
— Ты не мог сам посмотреть в сети? Обязательно нужно звонить мне?
Явно «дед» сегодня был не в духе.
— Василий Петрович, буду должен! Он точно поменял опасность, и ребята еще внутри?
— Да, точно! — сказал он. — Ребята внутри с двадцати двух часов вчерашнего дня.
Я быстро прикинул — с этого времени прошло уже двенадцать часов, а Разлом пятого ранга можно было пройти часов за шесть… максимум.
— Что планируете делать?
К удивлению, Хрулёв не окрысился на такой наглый вопрос, а как мне показалось, с грустью в голосе ответил.
— «Дежурники» все в Разломах. Ближайшие доберутся к ним только через три часа. Главы Родов проинформированы. Они пытаются срочно договориться с Вольными в Иркутске. Я не знаю, Саша, когда мы туда попадем. Извини, отбой. У меня еще много дел.
Я посмотрел на молчащую трубку.
Один в машине. Ни Кары, ни Отморозка. Экипирован для рейда обычной броней.
Хорошо, что хоть Аквилу от себя не отстегиваю.
Тут раздался звонок. Хрулёв, что ли звонит, забыл что-то сказать? Но нет, это была Анна.
— Саша! Звонил Сидоров. Он был очень любезен, и даже денег не взял. Через четыре часа Боровицкий будет возле нашей усадьбы. И, как сказал Сидоров, он приготовил нам неприятный сюрприз! Чрезвычайно неприятный!!!
Я автоматически нажал «отбой».
Друзья, застрявшие в рейде?
Или усадьба с моими людьми, оставшимися без прикрытия со стороны строителей, которых я отпустил на время, из-за недостатка финансирования…
Что же, пора идти ва-банк. Другого выхода я не вижу.
Я заглянул в планшет, и прикинул, как Боров и его компания планируют добираться к моему дому. Ещё из прошлой жизни, хотя я был простым Охотником, а не великим полководцем, я знал одну простую истину: самая плохая война — это война на своей территории. Сопутствующие потери будут неизбежными. И для того, чтобы этого не допустить, нужно сделать одну простую вещь — воевать на территории врага, или же на нейтральной территории.
Покрутив карту туда-сюда, я отметил участок дороги, который пролегал через густую тайгу, что находилась справа и слева от трассы. Завёл двигатель и втопил до упора педаль в пол.
Через три часа я затормозил возле контрольно-пропускного пункта полиции, чья функция была в дополнительной проверке машин, едущих с монгольской границы. Я вышел из машины и подошёл к молодому полицейскому, который с любопытством уставился на меня.
— Где здесь старший?
— Сержант Лунёв кушать изволил, — сказал молодой капрал.
— Зови его сюда.
— Но… — открыл рот молодой.
— Живо! — рявкнул я.
Молодой полицейский, покосившись на мое кольцо, быстро побежал в стационарную будку поста. Через полминуты оттуда вышел пожилой сержант с недовольным видом, дожевывая на ходу.
— Вы что-то хотели, Ваше Благородие? — неприязненно уставился он на меня.
— Немедленно перекройте дорогу, и не пропускайте ни одной машины. Впереди обнаружены твари Разлома. Это будет опасно для граждан Империи.
— Извините, но так дела не делаются. Мне нужно позвонить руководству, — скривился сержант.
Честно говоря, я был на взводе, сильно на взводе.
И меньше всего я ожидал, что на пути исполнения моих планов встанет имперская бюрократия.
— Сержант, — обманчиво-ласково сказал я ему, — это не обсуждается. Вы перекрываете сейчас же дорогу, или ваши трупы будут лежать на полосе движения. Так или иначе, я добьюсь своего.
Сержант, похоже, был не робкого десятка. Его рука потянулась к табельному оружию, и он открыл рот возразить.
— Я приказываю! — негромко сказал я, и добавил в свой голос силу душ.
Сзади ойкнул молодой. Сержант выпучил глаза, и начал разевать рот, как выброшенная на берег рыба.
— Приказ ясен?! — уточнил я.
— Так точно, Ваше Благородие! — он замахал руками. — Пушкин, срочно на трассу!
Я кивнул, и пошёл к своей машине, напоследок услышав:
— Пушкин, что с тобой?
— Кажется, сержант, я обоссался…
Сев в машину, я прикинул время, и рванул вперёд. Проехав, примерно, пять километров, я увидел подходящую фуру, что ехала мне навстречу. Резко вывернув руль, я затормозил перед ней, перекрывая дорогу. Взвизгнули тормоза, и фура остановилась в считанных метрах от моей машины. Из кабины выскочил разъяренный водитель, в руках он сжимал монтировку.
— Ты совсем страх потерял, мажор?! — закричал он и осёкся, когда увидел, кто вышел.
Я молча подошёл к нему, и протянул несколько купюр — всё, что было у меня с собой в кошельке, а затем засунул ему в нагрудный карман рабочего комбинезона.
— Слушай меня внимательно… Примерно, через полчаса или час здесь проследует кортеж. Двенадцать грузовых машин, четыре легковые, и ещё четыре бронетранспортера. Пропускаешь их, затем перегораживаешь своей машиной все полосы. Будут задавать вопросы — впереди неконтролируемый прорыв Разломов, где работают Истребители.
Мужчина покосился на карман с купюрами, среди которых были и сотенные. Вся боевитость его пропала, и он начал со страхом озираться вокруг.
— Не волнуйся, тебе здесь ничего не грозит. Просто сделай то, что я сказал. А если ты это не выполнишь, — я нахмурился, — тогда я найду тебя и убью. Это ясно?
При этом я демонстративно покрутил перед его носом кольцо Иста на пальце.
— Да-да, господин Истребитель! — согласно закивал водила.
— Ну, вот и молодец! — по дружески хлопнул я его по плечу.
Сам сел в джип, и отъехал примерно на середину пятикилометрового отрезка. У меня было ещё примерно полчаса. Не хотел я этого сделать, слишком мало времени прошло. Жёлтую желейку, полученную из Разлома, я использовал ранее, чтобы нарисовать контуры Печати Энергии. Печать уже работала, но до выхода на полную силу ей не хватало мощности — всё-таки жёлтая желейка сильно отличалась от голубой, что я использовал в Японии для печати Доспеха. Что же, придётся импровизировать.
Шнырька, изрядно зачерпнув у меня энергии, метнулся в имение и притащил из сейфа мешок желеек, что лежал у меня там на чёрный день. Щедро зачерпнув оранжевые, я начал, одну за другой, запихивать себе их в рот, скривившись в ожидании последствий. Энергия потекла по жилам, желудок скрутился в дулю. Но я разгонял энергию по каналам. Либо печать перекосит, и я останусь энергетическим инвалидом, либо всё пройдёт, как надо… Да нет, о чём это я.
Навыки никуда не делись. Через пятнадцать минут печать внутри меня запылала ярким светом, и следующими желейками я просто наполнял её. Когда я вышел из машины, у меня зверски болел живот, и я чувствовал себя обжорой, который впихнул себя больше, чем смог. Я даже шёл буквально на цыпочках, чтобы натурально не проблеваться, как физически, так и энергетически.
Ах да, ещё одно дело! Я поднял трубку.
— Василий Петрович?
— У тебя что-то срочное, Галактионов? Я занят.
Да, «деду» сейчас не позавидуешь. У него сейчас нарисовались большие проблемы.
— Очень срочное! — сказал я.
— Слушаю тебя, — Хрулёв сразу перенастроился на деловой лад. Всё-таки доверие у него ко мне было пока безоговорочным.
— Трасса М-135, 1024–1029 километры. Думаю, что к вам придёт уведомление о неконтролируемом прорыве. Так вот, не нужно сюда никого высылать. Ситуация контролируется. Мной.
— Ты что еще там придумал, Галактионов?! — начал Хрулёв.
— Отбой, Василий Петрович. Просто не лезьте, — устало сказал я, еле сдерживая спазмы желудка.
А сам вышел на середину уже пустой трассы. Сложил руки на груди, глядя в нужную мне сторону.
Вот показался конвой Боровицкого. Впереди шли два БТРа, за ними, в крытых машинах, ехали рядовые бойцы. Скорее всего, оставшиеся два БТРа замыкали колонну. Когда они подъехали поближе, я поднял руку, и приветственно замахал.
Шнырька показал, что прямо сейчас, в переднем БТРе гвардеец Боровицкого схватился за рацию, докладывая об этом командиру. Машины остановились. Второй БТР заехал борт к борту первого. Их орудия повернулись стволами ко мне.
Я ухмыльнулся. Ожидаемо, сам Боровицкий не вышел, а послал гвардейца, который, взяв еще двух человек, осторожно пошли вперед, прикрываясь прозрачными полицейскими пуленепробиваемыми щитами.
— Ты кто такой?! — рыкнул гвардеец. — С дороги!
— Я — барон Галактионов, — хмыкнул я. — Вы же ко мне в гости едете? Вот я и решил встретить вас заранее.
Я чувствовал себя уже гораздо лучше. Энергия медленно покидала мое тело, вместе с душами, что материализовались слева и справа, скрытые пока в листве деревьев.
Гвардеец что-то сказал по рации, после чего вся тройка стремительно выхватила оружие, и открыла по мне огонь. К ним тут же присоединились крупнокалиберные пулеметы БТР. Вот только меня на этом месте уже не было. Я рванул вперед, ускоряясь, и напитав доспех по максимуму, вихлял, как заяц, уклоняясь от пуль.
Справа и слева, из таёжных дебрей, рванули призванные твари из Разломов. Я призвал всё, до чего мог дотянуться. Среди них не было особо сильных, но их было много, очень много. Крысы, муравьи, несколько броненосцев, волки, и шайка орущих гоблинов заполонили весь конвой. Со всех сторон раздавались вопли ужаса и отчаяния.
Маленькая армия Боровицкого открыла огонь. Вот только не всех из призванных мной тварей брали обычные пули. Броненосцам так-то вообще было похрен! Я увидел, что один из них, набрав скорость, просто боднул грузовик, переворачивая его на бок вместе с вопящими внутри людьми. А второй запросто запрыгнул сверху на брезент, сплющивая людей в лепёшку.
Крысы залезли в приоткрытые люки БТРа. Изнутри раздались вопли. Гоблины гибли пачками. Ну а те, что добирались — запрыгивали на людей, раздирая им глотки своими острыми зубами.
Я же, походя, снёс Аквилой дерзкую, но слабоумную тройку «парламентеров», и врубился в самую гущу битвы. Давно я не чувствовал себя так прекрасно!
Я осознанно пошел на этот риск. С одной стороны, здесь камер не было, это я проверил через Шнырьку. Но я прекрасно понимал, что в скором времени все будут знать, как барон Галактионов лично встретил клан Боровицких, и расправился с ними в одиночку. С другой стороны, пусть теперь весь мир знает — Галактионовы вернулись! Более того, я хотел, чтобы это увидели все. В следующий раз, Рода, желающие объявить мне войну, десять раз подумают, прежде, чем сделать такую глупость. Нет, я не испытываю никаких иллюзий — древние Рода Империи смогут достойно мне ответить. Даже сейчас я видел, как несколько Одарённых успешно противостоят моим тварям, применяя неплохие техники. Вот, в первую очередь, они и были моей целью.
Увернувшись от фаербола, я поднырнул под меч Одарённого, отрубив ему ногу, и снёс башку стихийнику. Сбоку, с паникой в глазах, обернулся щитовик, что сдерживал куполом поток тварей. Ещё один выпад — купол упал, а на оставшихся стихийников со всех сторон набросились гоблины.
Я переходил от одной точки сопротивления к другой, вырезая Одарённых, и всячески ища глазами Боровицкого.
И вскоре я его увидел. Замыкающие два бронетранспортера вели непрерывную стрельбу, особо не заботясь о «дружественном огне». Они косили нападавших на них тварей, вместе с отступающими своими людьми. Боровицкий показал себя во всей красе, в чём, собственно, я и не сомневался.
Огонь был настолько плотным, что я даже задумался — как туда лучше подойти? Бойцы Боровицкого (а рядом с ним остались его лучшие) заняли круговую оборону, расстреливая моих тварей, не давая им даже приблизиться. Что ж, у меня тоже есть сюрприз для такого случая. Кто сказал, что броненосцы не могут летать?
Одного за другим я воплотил три души, примерно, в пяти метрах над обороняющимися. Три бронированные туши рухнули с неба, раздавив несколько врагов, и тут же вступили в бой против оставшихся в живых.
Продержались они недолго. Я увидел, что четвёрка Одарённых, вооружённых «разломным» оружием с трудом, но все же завалила моих броненосцев. Вот только вся стройная оборона была поломана. Первыми до них добрались мелкие крысы, которых подстрелить было очень сложно. Они кусали за ноги, забирались по телу, добираясь до сочленений брони, чтобы вонзить свои зубы в плоть. Кажется, и там уже творился хаос.
— Тебе конец, сволочь!!! — заорал Боровицкий.
Когда я неторопливо пошел к нему, он вышел вперед и поднял над головой медальон. Со зрением у меня было в порядке, но я все равно не поверил своим глазам. Пришлось отправить Шнырьку, чтобы рассмотреть это поближе.
Не может быть! Откуда здесь это?! В руках у Борова был Медальон Призыва — чрезвычайно сильный артефакт из моего мира. Когда молодые Охотники только вступали в период взросления, созданные Архимагами артефакты выдавались им «на усиление» с заключенными внутри душами сильных тварей, убитыми их более старшими и мощными товарищами. В общем, сейчас в руках у виконта было нечто подобное.
Или я ошибаюсь? Эта мысль не успела промелькнуть у меня в голове, как тут же я получил подтверждение — медальон загорелся и рассыпался на части, а сидящий внутри монстр освободился. Это был гигантский скорпион, который защелкал клешнями и замотал хвостом, сметая всех тварей.
— Убей его!!! — завизжал Боров. Завизжал натурально, как свинья.
Я прикинул свои шансы. Эта тварь была сильна, очень! Но не настолько, чтобы противостоять МНЕ!
***
Меня слегка шатало от перенапряжения. Энергетическая печать справилась, и я не стал инвалидом. Всё-таки я просчитал правильно. Передо мной, корчась в предсмертных муках, умирал Боров. Он был вскрыт от паха до горла, как распотрошенная… свинья. Кишки вывалились из страшной раны, но он всё ещё был жив, глядя на меня с ненавистью.
— Ты сделал в своей жизни очень много плохого, — покачал я головой. — Но хоть сдохнешь по-человечески.
Честно говоря, Боров меня удивил. После того, как я завалил скорпиона, при этом отбиваясь и уворачиваясь от группы поддержки, я думал, что он попросит пощады. Но нет, он тоже бросился в бой. Виконт Боровицкий не был хорошим бойцом, и у него не было иллюзий в том, кто победит. Особенно, после моей филигранной разделки гигантской твари.
Виконт решил умереть в бою. Правильное решение, пленных я не собирался брать. Когда, после его ранения, его люди бросили оружие, поднимая руки, я не колебался ни секунды. Я просто отдал приказ тварям, что подмяли их под себя. Сейчас по лесу разбегались оставшиеся враги, которых с азартом преследовали мои тварюшки.
Боров попытался что-то сказать напоследок, но выплюнул только сгусток крови, и отошёл в мир иной. Одной сволочью на этом свете стало меньше.
Я огляделся, осматривая поле боя. Души монстров выполнили свою задачу, и бесследно растворились. Нескольким бандитам всё-таки удалось уйти, но я особо не переживал. Сегодня им повезло. Но учитывая, чем они занимаются, их везение не будет бесконечным.
Конечно, выглядело всё очень странно. Одинокий мужчина, полностью залитый чужой кровью, двигающийся немного неуверенно, и сотни трупов, а еще перекорёженной техники вокруг.
Должен признаться, Боровицкий сделал мне царский подарок, призвав своего скорпиона. Его тело не спешило пропадать, и скорее всего, уже не пропадет. И теперь моя легенда с Разломом будет иметь основание, и мне не придется выслушивать нудные нотации и претензии от Хрулева.
Честно говоря, давно я так не уставал. Надо ускорить свою прокачку. Было бы сейчас со мной моё прошлое тело, мне не пришлось бы тварей вызывать. Даже этот скорпион… Я невольно улыбнулся, вспомнив гигантскую мантикору, что один король-отщепенец в прошлом мире применил против меня из такого же артефакта, который он снял с тела вероломно убитого им Охотника. Я тогда пошёл мстить, и справился в одиночку с целой крепостью и мантикорой. Славной была битва!
Сейчас душа скорпиона уместилась внутри меня, прилично усилив. Извини, тварюшка, но ты не выполнила свой долг перед неизвестным Охотником, что загнал тебя внутрь артефакта. Твоей задачей было сражаться за нас, а не против! Но ничего, я это позже исправлю. А пока сиди там тихо.
— Ш-ш-шандр затащ-щ-щил! — восторженно заверещал Шнырька, образовавшись у меня на плече, и потирая лапки. — Ш-ш-шандр заш-ш-шлужил морош-ш-шенку! — добавил малой, и хитро посмотрел на меня.
— Да-да, заслужил! — устало кивнул я. — Я непременно поделюсь с тобой, ведь кто такой Сандр без своего верного Шнырьки?
— Ш-ш-шлабак!!! — выдал своё экспертное заключение шнарк, заставив меня рассмеяться.
Я потрепал его по голове. Даже моей тварюшке не чуждо чувство юмора.
— Собери всё самое ценное, — сказал я.
В первую очередь, меня интересовало снаряжение Одарённых. В огнестреле я не особо разбирался, да и мой джип не был безразмерным. Почти четыре десятка единиц «разломного» оружия, и полсотни частей «разломных» доспехов, забили мой джип, попутно порвав модную кожаную обивку окончательно, и заляпав всё кровью.
Я усмехнулся, подумав про себя, что теперь точно придётся перешивать все сиденья. Надо где-то достать «разломную» кожу, такую, как у меня на диванчике в усадьбе. С ней бы точно ничего не случилось.
С грустью окинув горы оружия и техники, я развернулся. Хомяк внутри меня верещал, как резаный. Я несколько успокоил его, пообещав разобраться. Тут же набрал телефон Анны.
— Саша?!
Кажется, в её голосе была слышна тревога. Ну вот, а я только начал о ней хорошо думать, что она уверена во мне на все сто. Хотя она знала, куда я поехал, но тут и у адекватного человека (а Анна, безусловно, была адекватным человеком) возникло бы очень много вопросов по части моего здравого смысла.
— Всё в порядке, я разобрался. На 1024–1029 километре трассы М-135 очень много трофейного добра. Мы ведь получили официальное объявление войны?
— Получили, — ответила Анна.
— То есть, всё это наше?
— За вычетом налогов для Империи — да!
— Организуй эвакуацию уже наших ништяков.
— Я могу привлечь для этого Волка?
Я посмотрел на часы. Прошло почти пять часов. Это со скорпионом я почти час рубился? Я оглянулся. Ого, в лесу возникла новая выжженная просека.
— Думаю, он как раз закончил. Позвони ему. И ещё… — я прикинул расстояние. — Пусть Волк отправит кого-то в усадьбу, заберёт Кару и Отморозка, и доставит их к Разлому, — я чуть-чуть сбился, пересылая ей координаты. — Сюда. Как можно быстрее!
Анна, конечно же, сразу посмотрела.
— Жёлтый Разлом? Ты идёшь туда сам? Саша, но ты же…
— Всё будет хорошо, Анна. Просто верь мне!
Я улыбнулся, и отключил связь.
— Что ж, железный конь, теперь неси меня на помощь моим друзьям!
Пролетая мимо КПП, я увидел несколько полицейских машин. Какой-то пришлый поручик засвистел, и требовательно поднял руку, пытаясь меня остановить. Но тут, вопреки всей субординации, за спиной у него появился толстый сержант, и буквально стукнул офицера по руке, заставив её опуститься.
Я пронесся мимо поста на полной скорости, устало, но очень довольно улыбаясь.
***
— Внимание, экстренное включение!!!
Как докладывает наш корреспондент из Иркутска, в области произошли невероятные события!
Как мы вам рассказывали ранее, Эпицентры по всему миру активизировались, поэтому к ним сейчас прибывают все Истребители государств, находящиеся поблизости. Объявлен мировой сбор! По нашим данным, ситуация в Иркутском Эпицентре пока контролируема, но наш независимый корреспондент докладывает, что за двести километров от внешних границ Эпицентра, в условно-безопасной части произошёл массовый прорыв тварей.
Пострадало более трех сотен человек. В том числе, полностью уничтожена вся мужская часть Рода Боровицких, вместе с его главой, и его гвардией. Похоже, Род Боровицких перестал существовать. Прибывшие на место специалисты не обнаружили тел тварей, кроме одной, но зато какой! Как утверждает наш эксперт, это очень нехарактерно и странно! Возможно, Империя столкнулась с какой-то новой неведомой угрозой!
Хотя, один из наших корреспондентов докладывает, что Род Боровицких недавно объявил войну Роду Галактионовых, и поэтому…
Минуточку… минуточку… К нам сейчас приходят кадры с камер наблюдения о случившемся. К сожалению, на том участке дороги не было камер, но зато мы можем наблюдать их на других. Вот мы видим, как целая колонна боевой техники заезжает на этот отрезок.
А теперь вид с другой камеры, и в это же время туда заезжает всего одна машина, и как сообщают, это… секундочку уточняю…
Боже!!! В машине находится всего лишь один барон Галактионов, в то время, как с другой стороны — барон Боровицкий со своей армией. Так вышло, что именно сегодня Боровицкий объявил Роду Галактионовых войну. Так что, получается, парень сам пошел на войну?!
Дальше, дорогие телезрители, вы видите большое количество мёртвых тел, снятых нашими корреспондентами, прибывшими на место бойни. Да-да! Похоже, что именно здесь вся эта бойня и произошла! И кстати, мы видим только одну тварь из Разлома. Впечатляет! Она одна устроила это все?!
Минуточку… Ещё раз извините, уважаемые зрители. Ко мне сейчас идет новый поток информации.
Род Галактионовых прекратил своё существование… около сотни лет назад?
Но как же тогда… Ах, вот как… Совсем недавно объявился новый наследник, который вступил в права Главы Рода. Какая жестокая судьба! Только воскресил Род, и сразу получил объявление войны!
Но, дамы и господа, согласитесь, какое эффектное возвращение Рода Галактионовых! Удивительный Род, не правда ли? В одиночку победил своих врагов, да еще и тварь уничтожил!
А Галактионов, на минуточку, Ист на службе Империи, и уже успел достичь 4 ранга. И это в свои неполные 19 лет!
Как много поступает информации в данный момент, и вся такая противоречивая. Но сейчас я могу чётко утверждать лишь одно — этот молодой мужчина, почти мальчик, в одиночку уничтожил род Боровицких. Мы обязательно проведём расследование и выясним, насколько законными были его действия!
Минуточку… Ещё одно сообщение.
Ну, надо же! Такого я ещё не видела!
Герцог Хрулев выдвинул кандидатуру Галактионова к ордену за уничтожение чрезвычайно сильной твари Разлома! Если бы не молодой Ист, то, как нам сейчас сообщают, деревня Гагарки и Тимофеевка были бы полностью уничтожены, ведь именно они находились на пути этой ужасной твари из Разлома.
Что еще мы можем сказать…
Внезапно молодой барон стал довольно известной личностью, так как наш канал смотрит вся Империя, как вы знаете. Может нам стоит повнимательнее присмотреться к молодому человеку, чтобы узнать, чем он еще сможет нас удивить? А мой профессиональный опыт и интуиция подсказывает, что он сможет! Также, как его предки удивляли всю Империю и весь Мир!