- Как вы думаете, Кирилл Палыч, сегодня будет ясная погодка или как всегда?

- Даже не знаю, что вам сказать, Александр Михайлович. Давайте выйдем и проверим. Как вам такая идейка?

- Что ж давайте.

Старички встали со своей постели и аккуратно застелили ее. Поочереди умывшись, они сели завтракать за стол. Один из них выглянул в окно и сказал.

- Ну вот видите. Что я вам говорил. Как всегда.

- Ну ничего. Жили двадцать лет без солнца, да и еще проживем.

- Но это довольно спорный вопрос, нам уже за…

- Вот только не начинайте опять про свое, Александр Михайлович. Жили и будем жить, зачем нам помирать?

- Ох извините, я опять про свое, ради Бога извините.

- Ничего, бывает.

Позавтракав, старички оделись, зарядили ружья и вышли из своей ветхой лачуги на охоту.

- Пожалуй, Александр Михайлович, сегодня и не такая плохая погодка.

- Вы правы, Кирилл Палыч. А вот помните три года назад, когда солнышко выглянуло?

- Конечно помню. Тогда над нами еще самолеты пролетали. Вы еще предположили, что война началась.

- А что, самолеты и в самом деле были военные.

- Так может просто президент летел.

- А зачем президенту четыре истребителя и два грузовых?

- Ох, не знаю, Александр Михалыч, это не наше дело.

- Да, но все же интересно.

- А зачем тогда, по-вашему, мы сюда переехали? Специально, подальше от цивилизации?

- Да, да. Я помню. Тайга, свежий воздух, здоровье, все помню.

- А вот вы, Александр Михалыч, все говорите «Нам уже за девяносто, нам уже за девяносто». Так вот из-за свежего воздуха мы столько и живем.

- Вы однозначно правы, Кирилл Павлович.

- Ну так если наш разговор пошел о воспоминаниях, хочу напомнить, о нашем с вами, Александр Михайлович,  грешке.

- Упаси Господь, Кирилл Палыч. Что же мы с вами могли натворить то, а?

- О, да ты я смотрю, Александр Михалыч, уж совсем позапамятовал, как мы с тобой паренька то молоденького ухондохали?

- Ой, Кирилл Павлович, зачем вы так? Парниша сам стрельбу начал. Да и еще помните, как орать стал? «Не дамся вам упыри проклятые!». Какие же мы с вами упыри. Подумаешь пару морщин, да и кожа уже бывалый цвет потеряла. Но на упырей мы с вами никак не тянем. И вообще я давно говорил, что это бандит какой-то. Не может нормальный человек через самое сердце тайги пробираться. Точно от милиции бежал. Да еще помните, он из «АК-47» палить начал? И опять же зачем нормальному человеку в лес с автоматом ходить? У нас пока слоны не водятся. Да если бы и водились, то на них нужно не с «АК-47» идти, а со специальным ружьем, для слонов.

- Ну вы и разошлись, Александр Михалыч. Вина вас точно мучает. Вы бы не стали так распинаться, я вас знаю.

- Да ничего меня не мучает. Вы же в него больше патрон всадили.

- Так иначе мы бы его не одолели. Он же весь в броне был. Да и самое главное в противогазе. Кстати, Александр Михайлович, мы ведь с вами так и не додумались, зачем ему противогаз?

- Так, Кирилл Палыч, я же сразу сказал, что он военный и что война началась.

- Ха, ха. Вот вы и попались, Александр Михайлович. Кто мне только что втирал, что это бандит был? Или это у вас с память проблемы начались?

- Упаси Бог, я такого отродясь не говорил и на память пока не жалуюсь. А вы, Кирилл Павлович, не говорите ерунды. Вы еще скажите, что война началась ядерная и что весь мир лежит в руинах. Да, и еще скажите, что люди спаслись только в метро.

Оба старичка рассмеялись и начали углубляться в Тайгу…

Число населения Земли: 1 005 437 000.

Основная причина смерти: Ядерная война.

Число мутированных организмов: 0.

Рожденные плавать, ходить не умеют.

                Лохматая нежность.

- Вот уже двадцать лет мы плывем в никуда. Я думаю, что каждый из нас смирился, с мыслью о том, что мы уже никогда не вернемся домой. Я понимаю, что вы сейчас чувствуете, и поверьте, я чувствую то же самое. Но поверьте, решение, которое мы приняли - оно правильнее всего. Жить, не зная о том, что происходит вот уже семнадцать лет, это глупость. Я понимаю, что многие из тех, кто отдал, за нас свою жизнь, хотели, чтобы мы ее продолжали. Но так больше продолжаться не может. Мы должны выйти и узнать судьбу нашего родного города- Питера.

Речь Капитана была, как всегда пламенна, но она все равно не придавала мне сил.

Держа в руках «калаш» я готовился опять выйти на поверхность. Настала моя очередь подниматься ввысь по лестнице. Хоть защитный камбез жутко жал и я, в общем, был против этой идеи – я нашел в себе силы, как в былые годы, и чуть – ли не бегом  начал подниматься.

Выйдя, наружу я узнал знакомый порт, то, что от него осталось, конечно. Я спрыгнул на палубу и начал прикрывать Трофима и Миху. Оба они были мне друзья, особенно Миха. С ним мы еще вместе учились, потом вместе именно из этого порта уходили на службу, и вот – здесь! Трофим же, был старше нас, он был ровесник нашему капитану. Трофима любили все, а особенно Капитан. Они с Трофимом были как мы с Михой.

Мне дали команду, и я спрыгнул с палубы. За мной последовали Ворчун и Гек. Прикрывая их, вышел и сам Капитан.

- Держитесь подальше от металла барышни – фонит.- Такое поведение Кэпа меня не капли не удивило. За эти годы он стал позитивнее, в то время как остальные стали наоборот мрачнее и серьезнее. Все же странный он был человек.- Выдвигаемся!

И тут был сюрприз. Стоило нам отойти, как крупнокалиберные пулеметы подлодки направились на нас.

- Вы лучше нас прикрывайте идиоты.- Пробормотал по рации Ворчун оставшемуся на борту экипажу.

- Заткнись и шагай.- Прозвучала рация.

Все немного усмехнулись, а Капитан прямо, заржал во весь голос. Многие из нас считали, что он тронулся умом потеряв разом всю свою семью. Еще бы, она у него была огромной.

Медленно шагая, мы продвигались к каким-то постройкам. По всей видимости, это были склады. Одному из них кусок отвалившегося крана, что грузил когда-то контейнеры, проломил крышу.

Наш план был дойти пешком до станции метро «Приморская». По мнению Капитана, если и спасся хоть какой- то народ, то только в метро. Все же считали, что метро, скорее всего, завалило. Но нельзя было терять надежды. Мы вышли за пределы порта и продвигались стремительно и быстро, чтобы никакая тварь нас не почуяла. Однако наша тактика не сработала. Как только мы скрылись, из зоны видимости пушек на нас, открыли охоту. Прикрывая, друг друга мы разом подняли, головы ввысь.

- «Чайки»! Шухер! – Было, не понятно кто это простонал, но каждый из нас был знаком с чайками. Двадцать лет нам нужно было, что-то есть. Мы подплывали на нашей атомной подлодке «Воля» к маленьким портам и опустошали их. Там и началось наше знакомство с «чайками». Это здоровые махины метров шесть в длину. Судя по всему, их предками были обыкновенные чайки. Мы не стали фантазировать, так их и назвали. Мне даже страшно предполагать, сколько она весит. Эти твари сожрали не одного члена нашей команды.

На бегу, мы затрещали автоматами. На нас летело около двух, трех «чаек». Разобрать это было довольно сложно из запотевшего противогаза. «Чайки» пошли на заход, но тут же одну из них насквозь пронзил поток крупнокалиберных патрон. «Чайки» не учли, что они в воздухе не ушли из поля зрения подлодки. Вторую, прицельным выстрелом из СВД  сбил Трофим. Последнюю «чайку» я так и не увидел, вполне возможно, что она, испугавшись, расправы улетела. Но еще меня отвлек сидевший на корточках «упырь», с наслаждением поглощавший чью-то голову. Он сидел позади меня, близь одного из зданий и наблюдал, как мы разделывались с «чайками».

-Гек, нет!!!- Проорал Миха. В ответ на это упырь повернулся к нему своим обезображенным лицом и раскрыв рот аш до самой груди, довольно громко прохрипел, в ответ, на что лишился своей собственной башки. На счету Трофима прибыло.

- Нам стоит поторопиться. – Заявил капитан. Но никто не мог прийти в себе. Мы даже не заметали, как потеряли еще одного своего товарища.

-  Нам надо идти! - Заорал капитан и дал очередью по окну третьего этажа. Мы последовали его примеру и пальнули по зданию. Мы побежали… в разных направлениях. Причиной того стала не наша стрельба по зданию, а стал дикий хрип со всех сторон.

Я без прерывно бежал переулками пробираясь сквозь заросли. На пути мне встретился странный объект издали похожий на человека. Он стоял ко мне спиной, и я думаю, не заметил меня. Вскоре я понял, что за мной не кто не идет, а камбез натер мне пах настолько, то я его не чувствовал, я решил остановиться. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в одном из множеств дворов Питера. Я заплутал! В рации раздался чей-то голос, молящий о помощи. Я не смог разобрать, кто это был, так, как он захлебывался кровью. Я тоже стал звать на помощь, но никто не отвечал, даже лодка… Однако стрельба крупнокалиберных продолжалась. Я даже не заметил, как она началась. Пока стреляет пушка, есть надежда. Но тут она замолчала. Впервые за много лет я остался один, возможно даже совсем один! Выжить на поверхности- не реально, идти к метро- верная смерть, тем более я не знаю, где я нахожусь.

Я огляделся по сторонам еще раз. Я сидел, облокотившись на стенку спиной. Справа от меня была арка, полностью заросшая чем-то непонятным. Забавно, сейчас она мне кажется отвратительной, а пару минут назад она была практически единственной моей надеждой на спасение. Посреди двора росло какое-то не правильное дерево, как будто его перевернули вверх тормашками. Своими листьями оно загораживало мне обзор на арку, прям напротив меня. Но благодаря ветру, шелестящему листья, я все же смог ее разглядеть. Она на удивление мне была абсолютно не тронутой, хотя само здание было полуразрушенным. Мне даже захотелось подойти и получше ее разглядеть. Но потом, сейчас мне надо прейти в себя. Слева был подъезд. У меня сложилось впечатление, как будто этот дом забросили еще до Катастрофы, так мы ее называли. Двери в подъезд были полностью заколочены досками, и висел здоровый замок, размером с кулак. Хм, даже стекла не выбиты. Интересно, значит, там после катастрофы никто не был, да и до нее. А может… Нет, смирись твоя жизнь окончена, ты не жилец, зачем пытаться бежать, спасаться, если потом тебя все равно найдут, а если и не найдут, то ты пустишь себе пулю промеж глаз, да даже если и не пустеешь и умрешь собственной смертью, какой в этом смысл? Прожить жизнь, посветив ее, ее-же спасению, бессмыслица! Но все-таки жить хочется. Человеку всегда хотелось жить, даже когда он понимал, что это не возможно.

С правой стороны от меня что-то зашевелилось, и я направил туда ствол, готовясь к смерти. Патрон у меня осталось меньше, чем я предполагал. Но нет, прошло пять минут, и я понял, что это всего лишь ветер гуляет в арке. Нет, зная, что я не жилец, что мне терять? Я встал и направился к подъезду.

Отковыряв доски, я не решался отстрелить замок, сразу сбегутся. Но принял я это решение сразу как надомной начала парить «чайка». Отстрелив замок, я включил фонарь и медленно начал обследовать дом. Кругом было сыро и пахло влагой. Не смотря на то, что подъезд был заброшен, казался он вполне опрятным. Здесь же не лазит всякая дрянь, надеюсь. Почтовые ящики, мусоропровод, лифт, разрисованные граффити стены – все напоминало мне юношество. Аккуратно ступая по лестнице, я все больше и больше погружался в прошлое, вспоминал вещи, которые давным-давно уже забыл. Даже дойдя до середины лестницы, жутко расхохотался, вспомнив, как мы с Михой стебались над бомжем заснувшего у нас на лестничной площадке, но тут же пришел в себя и продолжил путь.

Зайдя за поворот, я обомлел. На полу лежал скелет, да ладно скелет, у обычных скелетов две руки и две ноги. А у этого была одна рука, причем второй нигде не было, и жалкий отросток вместо ноги. Я начинал жалеть о том, что не попался чайке и пошел сюда. Дальше идти я не стал так, как дальше был завал. Я спустился в подъезд и упал на пол, потому, что сил уже никаких не было. Я упал с такой силой, что, ударившись оп пол головой, стекла в противогазе треснули и развалились. Я зарыдал, сел. В истерике я сорвал противогаз с головы и бросил его об стену. Теперь я точно труп. Да я уже был обречен двадцать лет назад. Лучше бы я сдох вместе со всем человечеством! Все, стараясь не о чем не думать, я достал из рюкзака “пистолет Макарова” и направил себе в висок.

- Не стоит.- Чья-то рука отвела от моей головы пистолет.

Я не решался открыть глаза. Да, но если бы это был мутант, то почему он все еще не убил меня. Да и спас меня, от меня же самого. Видимо он был умный мутант, даже умел разговаривать.

- Я смотрю, ты тут совсем озверел?- Ехидно спросил меня чей-то голос?

- Капитан!- Воскликнул я и открыл глаза. И было такое ощущение, как бут-то мой позвоночник рассыпался, и все мое тело полностью опустились на пол. Передо мной стоял громадный человек в кожаном плаще и противогазе. За спиной у него висела РПГ! А из-под плаща торчала «Узи». Однако из под противогаза на меня смотрели в полнее человеческие глаза.

- Какой я тебе капитан, твоего капитана «Дохляки» замочили.- Хоть у меня было полно вопросов, я промолчал, так сказать, отдавая свою честь капитану. Но все же спросил незнакомца, кто он.

- Я - гордо заявил незнакомец - сталкер!

- Но…- я пытался сформулировать вопрос еще раз, но слово «сталкер» так и вертелось у меня на языке. – Я…

- Ты бы лучше надел противогаз, а то так и «котенком» стать можно.

- Я его… – и начал косится на его останки.

- Понятно, возьми мой.- Незнакомец, сняв рюкзак со спины, вытащил оттуда почти новенький противогаз, даже лучше, чем у него самого, и дал мне. Я со скоростью света нацепил его на себя, боясь превратиться в так называемого «котенка». На удивление дышать стало легче.

- Ты с подлодки?

- Да, а что?

- Просто она уплыла. – Слава Богу, хоть кто-то из наших спасся.

- А откуда ты столько знаешь?

- Как откуда? Пальба стояла такая, что на нее все жители наземного Петербурга сбежались! В то числе и я.

- А ты не побоялся, что они тебя сожрут?

- Кого? Меня? Щас им, разбежались! Я с ними в ладах. Кстати нам не плохо было бы поторопиться. Скоро светает.- И впрямь. Я не обратил внимание на время суток, когда выходил с подлодки. Скорее всего, была ночь. Это  тяжело было понять. После Катастрофы все небо было в грязи и пыли. В общем, какое-то время была ядерная зима. Сейчас она сбавила темп, но все же различать время суток было по-прежнему трудно.

Мы вышли из подъезда. И направились в сторону заросшей арки.

- А нам обязательно идти через нее, а? – Мне не хотелось идти через нее, так как в прошлый раз, я порвал камбез, зацепившись за одну из множеств веток. – Вот вполне чистая арка. – И я стремительно направился к ней.

- Стой! – И незнакомец, бросившись, сбил меня с ног – тем самым не дав войти мне в арку. – Тебе жить надоело? Собственно чему я удивляюсь, ты чуть сам себе мозги не вышиб, пару минут назад. – Между прочим незнакомец был довольно легким по сравнению с его видом.

- Да что я сделал? – С большим недоумением спросил я.

- Это же «арка смерти». На вид она и в самом деле ничего, а как войдешь, она тебя расплющит как Тузик грелку. – Вставая, незнакомец продолжил. – Таких арок по Питеру тьма тьмущих. Не знаю как так получилось, что они не то что бы пострадали, они даже не постарели со временем, но видать радиация сделала свою работу. Иными словами это аномалии. Кстати эти аномалии разновидные, и бывают не только в арках. Если не веришь на, попробуй сам. – Незнакомец протянул мне поднятый им камень и опять сказал. – Смелее.

Ну, я собственно не боялся, просто я находился в шоке. За этот день, или ночь, я испугался больше, чем за всю свою жизнь и все мои действия были чуть приторможены. Я бросил камень и даже не успел толком понять весь процесс. Вот он был, и вот его не стало.

- Убедился? Ну, тогда пошли.

- А куда мы идем? Ты так и не сказал.

- В последнюю колыбель человечества... В метро! – Незнакомец опустил указательный палец вниз.

- Так люди все-таки спаслись? Но где, в метро!

- Какой же ты тупой. Повторяю, да в метро.

Мне стало чуточку обидно. Мы же даже друг друга не знаем в лицо, а он уже обзывается. А может, у него сегодня произошел такой же стресс как у меня, вот он и срывается. Не думаю. Такое шоковое состояние как у меня вряд ли испытывал хоть кто-то на этой практически безлюдной земле.

В общем, ничего не поделать, придется лесть. Мой, так называемый «Ангел хранитель» полез первым. Глядя, как он пролезает сквозь заросли, я удивлялся, откуда в нем столько грации. Досмотрев, как он облез последнюю ветку, я последовал его примеру. Когда до конца оставалось еще не много, я поднял голову на не знакомца и увидел, как он машет рукой в разные стороны, видимо давая кому-то знак остановиться.

- Эй! Ты это кому? – И тут по моему лицу ударила ветка, которую я придерживал рукой.

- Чего кому?

- Ну кому ты машешь?

- Ты видимо слишком долгое время провел без противогаза.

- Да нет же, я видел!

- Давай резче, а то реально начинает светать.

Дошли мы без происшествий, на удивление мне,  и все-таки добрались до метро. Какая это станция я так и не понял.

- А какая это…

- Дальше пойдешь сам.

- А че так?

- Мне туда нельзя. Убьют.

- Ха, значит, меня можно посылать, а сама здесь?

- Глупенький. – Он снял противогаз. Я пошатнулся и больно плюхнулся на копчик. Это был не он и даже не она, это было ОНО. С одной стороны Оно было похоже на женщину, но с другой вместо лица было скорченное лохматая морда. И все же я придерживаюсь мысли, что это она. Она же в конце концов спасла два раза мою жизнь! – Теперь иди и не кому не рассказывай, что меня видел. Понял?

- П… Понял. – Не внятно пробормотал я. И быстро скрылся в вестибюле.

  Спускаясь по лестницам эскалатора, я чуть ли не падал, потому, что делал это бегом. У меня перед глазами до сей пор, стояла с одной стороны милое личико лет двадцати пяти, с другой стороны лицо Питерского мутанта. Но однако, я очень быстро отошел и перешел на шаг. Это меня спасло. Дальше практически не было ступеней. Если бы я бежал, я бы их не заметил и расшиб голову.

Дойдя, а точнее допрыгнув, через ступени в конце пришлось прыгать, до гермоворот я встал и долго думал, что мне делать. Я постарался постучать, но звук вышел настолько глухой, что с той стороны, вряд ли его кто услышал. А может, я еще успею догнать, как сама она себя называла «сталкера»? Но отойду ли я от второй нашей встречи? Да, но я же не знаю, как попасть внутрь, но с другой стороны я уже нагулялся на поверхности, и возвращаться обратно мне не хотелось. Эх, была, ни была.

Выскочив в вестибюль, я сразу же заметил чью-то тень от солнца на полу. Тень была вполне человечна, так что я, даже не снимая автомата с плеча, отправился к ней. И все же, для надежности я заглянул за угол. Там стоял, как назвала его моя спасительница «дохляк»! Мне повезло, что он стоял ко мне спиной и, судя по всему, грелся на солнышке. У меня было время, что бы разглядеть его по лучше. На нем была только кожа, да кости, зато когти его были острее лезвия.

Теперь нужно было убираться. Но времени было, меньше чем я предполагал. Стоило мне повернуться к эскалатору, как я тут же услышал знакомый мне хриплый рев. Не оборачиваясь, я пулей ринулся к ступенькам. На этот раз я был менее внимателен и на первом же пробеле между лестницами я кубарем полетел в низ.

Очнувшись, я лежал в чистой постели. Голова последний раз так раскалывалась, когда семь лет назад мы с горя опустошили весь наш незаконный запас алкоголя. Я опять на мгновение закрыл глаза, корчась от боли. Моя попытка приподняться на подушке увенчалась провалом. Нет, голова никогда так не болела. Еще через пару мгновений я заметил, что моя права рука закутана в гипс. Да и ребра побаливают. Но все же голова болит больше всего. Я даже толком не сумел разглядеть комнату, потому, что опять на секундочку закрыл глаза и отрубился.

В следующий раз проснувшись, мне тут же в глаза бросился человек стоящий в другой части комнаты. Он стоял ко мне спиной и чем-то занимался на столе. Голова болела меньше. Но появилась новая проблема. Я дико хотел в туалет, как называли у нас - хотел обгадить белого. От моего елозиния по кровати на меня обратили внимание.

- А, проснулся. – Этот человек взяв стул из другой части комнаты и подойдя ко мне сел на него. - Здорова тебя эта Дикарка потрепала. Но ты не бойся мы ее, ну это, того. Ты сам с какой станции?

- Я…

- А да понимаю, Док сказал тебе сейчас не стоит разговаривать. Ну ты наверное с «Площади Ленина», там все у вас: и медики, и вояки, и морячки – ну как ты. Ты небось уже соскучился по морю, вот и поперся в такую даль, да? – Незнакомец расхохотался, прямо, как наш Капитан. А они вообще очень сильно походили друг на друга. Тут я вспомнил Кэпа и всех тех с кем провел эти годы. – А ты небось на ту подлодку шел, а! А ну давай колись. – Со смехом в голосе спросил незнакомец. И все же он чертовски был похож на Капитана.

- А что там с подлодкой?

- Ух ты, да мы и разговаривать умеем.

- Как видишь. Так, что там с подлодкой?

- Да как что? Приплыла, мутантов целою гору замочила, да и уплыла. Она тут такой шухер навела. Тут ко мне младший сержант подбегает и орет. – Товарищ полковник там лодка, там лодка. – Мы на камеры в порту посмотрели, и в самом деле лодка. Валит «дохляков» на право и на лево из крупно калиберного. Ну мы отряд хотели послать, но лодка уже смылась, да и начальство долго резину тянуло, уж слишком много там этих тварей было. Ну так рас ты у нас разговаривающий, может ты все таки подтвердишь мои догадки, откуда же ты?

- Да я собственно, товарищ полковник с той само подлодки.

- Да ты гонишь!

- Да не, я вполне серьезно.

- Фига себе, так вот откуда у тебе морская форма, а мы то себе тут голову ломаем. Ну так будем знакомы, меня Анатолий Степаныч зовут. – И он протянул мне руку.

- А меня Дмитрий Павлович. – Мы пожали руки. – Так про какую дикарку ты мне сначала сказал?

- А так про ту, что тебя чуть не замочила.

- С чего ты взял, что это была она, а не он?

- Так ты что не заметил, что у нее правая часть рожи человеческая? Или она тебя сразу вырубила? – Тут то я понял про кого он мне говорит. Они убили мою спасительницу! Но зачем она пошла за мной? Видать хотела спасти мою шкуру в третий рас, да не спаслась сама. Да но в друг это она за мной гналась? Нет, я четко видел моего преследователя, это была не она. Значит она спугнула «дохляка». Но я не думаю, что рассказать Анатолию Степанычу про мои отношения, с так называемой Дикаркой, была хорошая идея.

- А как вы вообще поняли, что за гермоворотами кто-то живой, а не какая то там тварь?

- Так я те что, разве не сказал. У нас чуть ли не по всему городу камеры весят. А ты спрашиваешь про какой-то там вход на станцию.

- А что это вообще за стация?

- О, брат, не знать на какой ты станции, это верная смерть в Питерском метрополитене. Да шучу я, расслабься. – Я уж и в самом деле напрягся. – Ты Дмитрий Павлович на одной из самых процветающих станций этого подземного города, а то есть на « Балтийской». Еще до Катастрофы здесь было Управление внутренних дел метрополитена. Как сам понимаешь, это станция под чутким наблюдение «страж порядка». – Тут мой собеседник жутко рассмеялся и продолжил. – На самом деле, мы уже давным-давно никого не охраняем, а как бы сами за себя. И нас – с гордостью на лице заявил Анатолий Степаныч – все бояться и уважают.

Но наш разговор прервала личность, только что вошедшая в комнату. Я был ошеломлен. Передо мной стоял старик лет семидесяти пяти весь в знаменах и орденах. Волос на его голове почти не было, а если и были, то только седые. В нем я узнал знакомую мне личность

- Отец! – Проорал я во все горло. От этого крика у меня резко заболела голова.

Старик медленно подошел ко мне и прижал мою голову к своей довоенной форме, и тихо сказал. – Я тебя так долго ждал... – Мы оба расплакались.

Очнувшись, его тут же вырвало. Голова болела хуже, чем после гулянки с Бурбоном.

- Еп… воды… - Хоть он знал, что его никто не услышит, он все равно повторял.- Воды… Воды…

Надо было вставать, не известно, сколько он пролежал без сознания. Аккуратно привстав, что бы ненароком не вляпаться в бывшее содержимое желудка, он огляделся. Первое время Савва не мог понять, где же он находиться, но все прояснил луч солнца ударивший ему в глаза. Он был на поверхности. Савва не мог поверить этому. Он был в шаге от богатства и славы, а теперь в шаге от жуткой смерти. Вскочив на ноги, сталкер еще раз огляделся.  Он стоял на тесной улочке, между двумя высокоэтажками. Вокруг было полным полно мусора и пахло тухлой рыбой. Рядом как раз стоял мусорный бак, и из него торчала чья-то голова. Савва уже было потянулся за автоматом, но его не оказалось на месте. Не отчаиваясь, он полез в кобуру, но и в ней было пусто. «Хорошо хотя бы, что противогаз не сперли» - Подумал про себя Савва. Его версия произошедшего была таковой – Он потерял сознание и, обчистив, его отнесли на поверхность ученые из Изумрудного города. «Вот фраера поганые! Доберусь, всех порешу». Но сейчас ему надо было разобраться с загадочной головой торчащей из бака. «Может это и есть один из ученых? Точняк!»

- Хана тебе паскуда! – Сказал Савва и пнул бак. Затем, приподняв ученого за шкирку он ударил его по лицу, что у бедняги повылезали зубы, лишь за тем стал всматриваться в его лицо.

Это был седой старик в разорванной, грязной и пахнущей одежде.

- Не бей, прошу. – Жалобно всплакнул он.

- Хрен тебе! Думаешь меня так легко завалить? Многие пытались, да только сами теперь не жильцы. – После чего еще раз ударил старика.

- Пощади. Я тебя даже не трогал.

- Значит дружки твои, да? И тебя решили бросить? Ну значит будет мне перед смертью чем заняться. – Он ударил еще раз. После чего все лицо старика превратилось в кашу, и тот потерял сознание.

- Ой, как тебе не повезло-то. Хи-хи. – Он нащупал ножик, висящий на пояснице. – Да тебе в двойне не повезло.  

09: 15– По Московскому времени.

-    Сокол два! Ответьте! Прием!

-     Мангуст  семь, это  Сокол два. Доложите обстановку.

-    Сокол два, это Мангуст семь! Ведем бой с ЛМО! Запрашиваю огневую поддержку с воздуха! Как слышно, прием.

-    Вам отказано, Мангуст семь. Все птички заняты. Прием.

-    Черт бы вас побрал! Вас понял Сокол два. Конец связи.

Старик