The Times They Are A-Changing, Bob Dylan

Ученик спросил Мастера:

— Что есть Будда?

Мастер ответил:

— Будда есть ум.

Ученик спросил:

— Тогда что есть Путь?

— Путь есть не-ум.

— Что же, Будда и Путь — это разные понятия?

— Будда — это открытая вытянутая рука, а Путь — это рука, сжатая в кулак.

— …Ракшасы и обезьяны окружили поле, на котором бились Рама и Равана, и, прекратив сражение, стали недвижно с обеих сторон, словно нарисованные: повергнутые в изумление и ужас, глядели они на тот небывалый поединок. И боги смотрели с небес на единоборство человека и ракшаса…

Женщина, сидящая возле детской кроватки, тонкими пальцами перелистнула страницу книги и приятным тихим голосом продолжила читать. — … Равана пронзил своими стрелами коней Рамы. Но не сразили их стрелы Раваны, даже не дрогнули небесные кони, и быстрота и сила их не умалились. Тогда повелитель ракшасов затмил небо своими пылающими стрелами, и, сливаясь одна с другою, они нависли над головами сражающихся, как второй небосвод, объятый огнем. И Рама послал им навстречу непрерывный поток своих стрел, и стрелы Раваны и Рамы сталкивались в воздухе с оглушительным громом. И обе колесницы, управляемые искусными возничими, носились по полю, как тучи, извергающие ливни. И Равана пронзил многократно Раму и Матали своими стрелами, и Рама поразил Равану и его колесничего; но оба — и Рама и Равана — стояли неколебимо и продолжали битву, не дрогнув под ударами; и возничие их продолжали править конями. Колесницы Рамы и Раваны сошлись и снова разошлись, и оба могучих воина непрерывно обрушивали друг на друга удары стрел, и дротиков, и копий, и булав, и палиц; земля сотряслась от их боя, и громом наполнились окрестности.

Сидя на кровати, мальчишка увлеченно слушал очередную главу о приключениях своего любимого героя- Рамы. Легендарного древнеиндийского царя Айодхьи, сына правителя Дашаратхи. Мальчик представлял себя на его месте: красивый, сильный, облаченный в золотые доспехи воин, скачущий на золотой колеснице. В руках лук и стрела. Он натягивает тетиву и стреляет по зловещему ракшасу. Вокруг сражается его доблестная армия — Ванары. Каждый воин восхищается своим лидером и все с большим усилием продолжают биться с демонами. Не на жизнь, а на смерть…

От разыгравшегося воображения, мальчик отвлекся от рассказа.

…-Наконец Рама поместил на тетиву своего лука огромную стрелу, подобную чудовищной змее. Натянув свой лук, он послал ту стрелу в Равану — ею снес он голову с плеч повелителю ракшасов. И на глазах обитателей трех миров — земли, и неба, и подземного царства — голова Раваны упала на землю. Но тотчас на месте ее выросла новая голова, подобная прежней!

Мальчик от волнения вздрогнул и с еще большим интересом стал слушать женщину.

… - И эту голову в тот же миг отсек Рама своими стрелами, и мгновенно новая голова появилась на ее месте. И эту отсек сын Дашаратхи. И так одну за другой он отсек сто голов у Раваны, равных сиянием, и всякий раз новая голова вырастала на месте прежней. И семь дней и ночей, не прекращаясь, длилась эта битва, и Рама не мог одолеть царя демонов, который казался бессмертным. «Поистине, это те самые стрелы мои, которыми были убиты Марича, и Кхара, и Вирадха, и Валин, — подумал Рама. — И я не могу постичь, почему бесполезна их сила, обращенная против Раваны». Тогда Матали сказал Раме: «Почему устрашился ты его, о воин? Порази его оружием, заклятым именем Брахмы. Ибо пришел час его гибели, предсказанный богами». И Матали подал Раме пылающую стрелу, созданную некогда самим Брахмой, Прародителем богов, для Индры. В оперении ее заключен был Ветер, в острие — Огонь и Солнце, в древке — Небо, в тяжести ее — горы Меру и Мандара…

— Да!! — выкрикнул мальчишка — Вот он ему сейчас задаст!!

— Потише Шаста — сказала женщина, кашлянув в кулак — А то разбудишь всех соседей.

Мальчик посмотрел за плечо женщины. Вроде все в порядке и никто не проснулся. Но от чего-то вдруг Шасте показалось, что было тут что-то не так.

В комнате царил полумрак. Лишь только небольшая цилиндрическая лампадка, с изображением дракона освещала его кровать и лицо женщины. Все остальное вокруг было не разглядеть, из-за темноты окутавшей все пространство. На момент мальчику показалось, что они совсем одни в этом месте, даже за отрытой дверью нет никого живого. Только он, его тетушка, и маленькая лампадка, которая теплым светом озаряла их.

— Я продолжаю — посмотрев на мальчика, сказала тетя. Шаста все с таким же интересом продолжил слушать рассказ.

— … Поместив ту страшную стрелу на свой лук, Рама выпустил ее в Равану. И стрела Брахмы, посланная Рамой, поразила Равану, разверзла грудь его и, пронзив сердце, омытая кровью ракшаса, вернулась в колчан. А Равана упал бездыханный….И бежали ракшасы, лишенные надежды, а обезьяны пустились преследовать их с деревьями и камнями в руках. Оглушительным ревом возгласили обезьяны победу Рамы. В небе зазвучала труба, и дождь цветов упал на колесницу Рамы. Ярче засияло солнце, ветер, напоенный благоуханием, овеял землю, и вселенная обрела мир… — женщина закончила читать.

— На сегодня все — сказала она, и положила книгу на тумбочку рядом с кроватью.

— А чего так мало? — надув губы спросил мальчишка.

— На сегодня хватит. Завтра уже конец дочитаю и все. Тебе понравилось? — спросила тетя

— Да! Здорово он его. Я знал, что Рама справится, он сильный. Вот был бы у него еще автомат как у дяди, тогда вообще он бы его сразу прижучил! — мальчик резко махнул пальцем по воздуху.

— Шаста — засмеялась тетя, — Какой ты все таки фантазер — тетя пригладила волосы мальчика и улыбнулась — Ладно. Давай уже спать.

— Не, я не очень хочу — сказал мальчишка.

— Надо Шаста. Завтра мне рано вставать. И тебе надо набираться сил.

— А вдруг ко мне не придут ракшасы ночью? Они страшные — мальчик нахмурил брови и натянул одеяло повыше.

— Не бойся, никто тебя не тронет — улыбнулась тетя.

Шаста краем глаза увидел промелькнувшую тень за дверью. " Может это кто-то из соседей возвращается?" — подумал мальчик. — "Но так поздно и без лампадки? Странно…"

— Все, я пойду, а то тоже спать хочу, доброй ночи Шаста — тетя поцеловала мальчика в лоб и улыбнулась.

Вдруг, Шаста заметил, как за спиной тети из темноты поднимается огромная черная тень. Она наступала словно тьма. В этот момент на тетю обрушилась черная когтистая лапа. Шаста не успел даже вскрикнуть, как его тетя просто исчезла, рассеялась словно дым от костра. Ее просто не было.

Мальчик от страха вжался в стену. Из тени проступил силуэт жуткого монстра. Его тело было сплошь черным, словно было частью окружающей его тьмы. Мальчик был в оцепенении, он не мог даже шевельнуться. Со всех сил он закричал, начал звать на помощь. Монстр смотрел прямо на него. Из темноты показалось страшное, словно объятое пламенем, красное лицо и жуткие черные зрачки на белых глазницах. Чудовище открыло свою пасть, оголив острые как бритва, клыки. Оно оскалилось, предвкушая добычу. Мальчик уже не мог кричать. Он смотрел прямо в глаза этому чудовищу словно под гипнозом. Страх полностью переполнил его сознание. Мальчик понял, что ужасное красное лицо, это последнее что он видит в своей жизни. Чудовище с рыком прыгнуло прямо на него…

Шаста проснулся весь в холодном поту, задев локтем тумбочку стоящую рядом с кроватью. Ноги онемели, пот лился с лица и по всему телу, одеяло прилипло к нему.

Очередной кошмар.

Который раз уже за три недели с ним происходит подобное?

Немного отдышавшись, Шаста оглядел вокруг свою комнату.

В лампадке уже догорела свеча и разглядеть, что-либо, в такой темноте, было трудновато. Лишь тусклый свет соседских лампадок едва проникал в его лачугу через дверное отверстие. Он смог разглядеть очертания знакомых предметов и вещей в своей комнате: вот возле двери стоит небольшой шкафчик с вещами и с книжной полкой, вот старый календарь висит на стене, на котором черными буквами написано " С Новым, 2013 годом!", вот на стене плакаты с изображением красивых городов, которых он никогда не видел и даже не мог себе представить, как таких гигантов могли строить люди. А может, это были вовсе и не люди, а древние божества? Они смогли создать такие величественные и красивые дома? И не только дома, а еще и чудаковатые машины, красивые деревья, цветы и еще множество других чудес, которые когда-то были, а потом просто исчезли в один миг.

Шаста каждый раз задумывался: почему так случилось, почему люди больше не живут в том красивом мире, и теперь вынуждены, находится тут, в подземном царстве?

Еще с детства ему говорили брахманы и другие взрослые, что все случилось по вине людей. Алчность и тщеславие погубили их. Люди стали желать большего, желать больше власти над миром и в итоге лишились всего. Неужели им был так безразличен их мир?..

Шаста стянул с себя мокрое одеяло, и уселся возле тумбочки, свесив ноги с кровати. В комнате стояла давящая тишина, и не было слышно разговоров жителей и других звуков за стенками его лачуги.

"Значит, еще пока все спят. Так сколько же времени сейчас?" Шаста в полумраке нащупал свои наручные часы на тумбочке и, нахмурив брови, попытался разглядеть секундную стрелку. Полшестого утра. "Сейчас же дядя придет, а я только встал и совсем не готов — подумал Шаста — Так, а это что?". Юноша нащупал ладонью на тумбочке небольшой предмет круглой формы, на конце которого свисала тоненькая ниточка. "Это же подарок для Амиты!" И как он только мог забыть про него?

Это был небольшой кулон в форме цветка лотоса, привязанный к тонкой серебристой цепочке. Шаста представлял, как Амита будет радоваться такому подарку. Это ведь не просто побрякушка каких не мало у других девушек на станции. Это лотос-символ чистоты! Большая редкость было найти такое украшение на станции, а тем более на поверхности, да еще и без дозы радиации. А вот отец его друга Навина, нашел такой и принес ему. У Навина всегда были различные вещи из прошлого. Его отец часто выходил на поверхность, в поисках полезных и пригодных вещей.

Сам Навин, сказал, что ему такая побрякушка не нужна, и за девушками ухлестывать, это слишком низко для него. Друг всегда был горд собой и не раз любил похвастаться своими вещами или находками. Тогда-то Шаста и попросил друга отдать ему кулон взамен на порцию картошечки с грибами — самого вкусного деликатеса, который могли готовить на станции. Шасте было жаль отдавать единственную порцию еды, которую давали дозорным кшатриям на посту. Но и допустить, чтобы такой красивый кулон его друг просто выбросил. Ну уж нет. Навин тогда назвал его дураком, мол, от еды отказался, ради подарка для девчонки. Но Шаста думал, что дураком был именно Навин. Ведь и он мог подарить этот кулон кому-нибудь…

Внезапный стук в дверь отвлек Шасту от размышлений.

— Открыто — сказал он и прикрылся одеялом.

В комнату зашел его дядя — невысокий мужчина средних лет с густыми черными волосами и заметной сединой на висках. Судя по взволнованному лицу, дядя был чем-то обеспокоен. Это еще было заметно по его навящивому движению; он все время дергал свои лихо закрученные усы, когда нервничал.

— Шаста ты чего уселся? Сейчас же одевайся, и идем бегом за мной — дядя резко водил фонарем по стенам лачуги, пытаясь осветить всю комнату.

— Дядя, да успокойся ты, что за спешка сегодня такая? — вяло произнес Шаста

— Давай, говорю, одевайся — махнул дядя рукой — Шандар приказал сегодня выставлять кшатриев на дозор раньше положенного времени. И тебя это тоже касается, так что поторопись. Я подожду на выходе.

Раз уж Шандар приказал, то такие приказы даже не обсуждались. Начальник дозора станции никогда слов на ветер не бросал и не давал глупых приказов на выполнение. Только благодаря его строгости можно было соблюдать дисциплину на дозорах в южном и северном тоннелях. Да и еще благодаря дяде Шасты-Акилу, который был заместителем начальника станции.

Вместе они проводили набор начинающих кшатриев для защиты тоннелей. Выдавали снаряжение, оружие и обучали юных защитников в школе новобранцев. Дядя с большой ответственностью подходил к своей работе и старался никогда не оплошать в своем деле. Шандар и Акил были не только хорошие руководители и воины, но и неплохие друзья товарищи, которые иногда вместе позволяли себе расслабиться и немного выпить в каморке начальника дозора. Да только чтобы об этом не узнали брахманы из Верхнего храма, а то такие посиделки могли для них кончиться изгнанием из сангхи.

Ни одному из кшатриев не подобало вовлекаться в желания и пороки, присущие любому другому человеку. Преданность своему брахману, благородство, правдивость, смелость и терпение — такими главными принципами и качествами должен был обладать каждый кшатрий.

Шаста надел просторную рубашку с загнутыми рукавами, и обмотав вокруг пояса белое лунги, быстро надел сандалии. Такую одежду носил каждый мужчина на станции, за исключением брахманов, которые носили традиционную монашескую кэсу.

Шаста выбежал из комнаты и взглядом осмотрел соседские лачуги. Небольшие цилиндрические лампадки красного цвета все еще освещали широкий проход между жилищами. Уже были слышны разговоры проснувшихся соседей за деревянными стенками, но пока никто из них не выходил наружу. По-видимому, они не спешили на работу.

Посередине широкого прохода, стояли высокие фонарные столбы из чугуна, на концах которых было по четыре круглых лампы. Только фонари эти не работали уже как двадцать лет, и жители станции, сверху нацепили на них большие бумажные светильники, по форме напоминавшие тыкву. От каждого столба, вдоль всей станции, тянулись разноцветные молитвенные флаги треугольной формы. Шаста посмотрел наверх. По деревянным мосткам, скрепленных канатами между вторыми этажами некоторых жилищ, уже ходили брахманы в Нижний храм. Жители станции потихоньку просыпались. На верхнем уровне было отчетливо слышно разговоры на повышенных тонах.

Сами лачуги делали из любых подручных средств: куски железа, арматуры, деревянных балок, и бортов от старых метрошных вагонов. Из-за большого количества жителей общины, брахманы и кшатрии решили сделать двухуровневые жилища, для большей экономии пространства станции.

— Давай бегом. Сегодня очень важный день, если ты не забыл — сказал дядя, и быстром шагом пошел вперед.

— Да, и еще, сегодня твой последний дозор в тоннеле — улыбнулся дядя — Совет в храме долго принимал это решение. Но, я замолвил за тебя словечко. Так что постарайся не подвести меня.

— А Шандар не против того, что я уйду из дозора?

— Ну, конечно, ему не очень хотелось отдавать одно из лучших дозорных. Особенно после твоего поступка в южном тоннеле. Он хорошо относится к тебе Шаста. Но с моим предложением он согласился.

— Динеша тоже снимают с дозора? — спросил юноша

— Да конечно, вы оба молодцы. Двое храбрых дозорных, которые уничтожили ракшасов в тоннеле! — восторженно сказал дядя.

От одного слова ракшасы, Шасту бросало в дрожь.

Эти существа появились десять лет назад, и первое их нападение было на Верхний храм. Черные демоны пришли со стороны старого центрального парка культуры и отдыха. Многие погибли в день первой волны ракшасов. Ужасные черные бестии, по два метра ростом с острыми когтями на крючьях-лапах и с такими же острыми клыками, были способны разорвать любого человека на части. Их жуткие лица цвета крови и черные как сама тьма глаза, наводили ужас даже на самых храбрых кшатриев, которые защищали Стену у Верхнего храма.

После того дня, жрецами-брахманами их Верхнего храма, было принято решение о постройке защитных сооружений по периметру храма. Первый оборонительный рубеж, кшатрии заняли на мосту у входа в ЦПКиО, но от натиска неумолимых бестий, бойцы все же отступили к стенам храма и построили там оборонительную Стену, из остовов ржавых автомобилей, бетонных плит и кирпичей. Все огнестрельное оружие было отдано бойцам на защиту храма, а также единственный огнемет кустарного производства, которым старались пользоваться только в крайних случаях. После нескольких побед, кшатрии были уже уверены в своей обороне, и крушили ракшасов еще на подходе к храму.

Ситуация усугубилась еще больше, когда твари нашли проход на станцию Крестовский остров. Никто из жителей не ожидал нападения из тоннелей, но мысли о том, что ракшасы найдут проход в подземку, были. После того как ракшасы захватили станцию, путь в Большое метро был отрезан. Раньше общине еще удавалось хоть как-то поддерживать контакт с независимой Спортивной и даже со станциями Приморского альянса. Но, эти времена прошли, и буддисты стали сами по себе.

Шандар и дядя Шасты, несколько раз пытались наладить работу гермозатворов в южных тоннелях, но все попытки оказались тщетными. Система проржавела насквозь, и незыблемые ворота было невозможно сдвинуть с места.

Впоследствии, Шандар решил усилить дозоры в южном тоннеле и установить баррикады на десяти метрах от станции в обоих тоннелях, а также усилить подготовку новобранцев в кшатрии. Молодых людей, которые были изначально из касты кшатриев, было не особо много, поэтому, пришлось нарушить принцип деления на касты в тот период, и некоторых юношей начали набирать из каст вайшьев и шудр, которых и так было немного. И только после нескольких месяцев обороны, натиск ракшасов поутих, и кастовое деление возобновили снова.

Юноша вспомнил день, когда ракшасы снова напали на станцию и в тот день, он был на дозоре, вместе со своим напарником Динешем.

Кровь стыла в жилах от воспоминаний о том дне…

Темный зев тоннеля, запах сырости и могильный, пронизывающий до костей, ветер. После четырех часов дозора, Шаста уже не обращал на это внимание. Время тянулось очень долго и однообразно. Дозорные сидели возле костра и рассказывали друг другу различные истории и новости. Особенно популярными были истории про Большое метро, в которое хотели попасть многие из его друзей.

Главным рассказчиком, как всегда был Динеш. Он любил хвастаться своими достижениями и знаниями и всегда старался быть в центре внимания. Шаста недолюбливал его, потому что слишком хорошо знал. Уже не один раз юношу ставили с ним в дозор и за время общения, (если конечно это можно было назвать общением, а скорее подтруниванием друг друга), Шаста понял, что Динеш совсем не меняется. Каким он был в детстве задирой, таким и остался. Ничего кроме хвастовства и эгоизма в нем не было, ну разве что небольшая доля храбрости и решимости, и то, не так часто проявлялись эти качества.

Такое отношение было взаимно. Динеш тоже недолюбливал Шасту, еще с самого детства. Он считал его слабым по характеру и недалеким по уму. Каждый раз Динеш пытался чем-то задеть его. Шаста терпел, долго терпел, но как то раз уже не выдержал и ударил Динеша по лицу. Парень тогда с разбитым носом всю неделю ходил, и каждый раз слышал насмешки в свой адрес. Конечно, Шасте тогда влетело от тети с дядей, да еще и от брахманов, которые утверждали что это недостойный поступок юного кшатрия и буддиста в целом.

После этого Динеш уже меньше лез к нему, но все также продолжал иногда посмеиваться над ним. Шаста думал что Динеш хоть как-то изменится после того случая. Повзрослеет что ли, но он остался таким же задиристым пацаном с кучей комплексов. Шасте стало даже как-то обидно за него. Динеш был сыном Махавира — командира дозорных на Стене и главы касты кшатриев. Сильный, волевой и мужественный человек. Удивительно, как у такого человека, был такой незадачливый сын.

Шаста вовсе не знал про отношения Динеша и его отца, но он думал, что вызывающее поведение Динеша связано именно с этим. И вот, по стечению злых обстоятельств, их вместе, Шандар поставил в дозор в самый опасный тоннель, аргументируя это тем, что они оба кшатрии и друг к другу должны обращаться как братья. Только это их обоих не устраивало.

Все происходящее в тот день пронеслось перед глазами юноши за считанные секунды, в виде четких фрагментов воспоминаний.

Дуновение ветра, пропитанного вонью сотен трупов. Последние огоньки в костре. И кромешная темнота. А в ней, затаились черные демоны.

И вот ракшасы атакуют их.

Стрекот автоматов, свист стрел и арбалетных болтов. Крики Динеша. Просьба о помощи. Оглушительный монотонный рев нескольких десятков тварей. Взрыв гранаты…

Потеря сознания. Мертвые дозорные, которые совсем недавно разговаривали и смеялись вместе с ним. Раненый Динеш. И…

При этом воспоминании, коленки юноши затряслись, ноги стали ватными, пот полился с лица. Страх сковал все тело.

…В этот момент появился гигантский ракшас. Два с половиной метра высотой, черная как смоль шерсть, гигантские лапы и длиннющие когти. Шаста потерял самоконтроль. Руки дрожат, сердце начинает биться в бешеном ритме. Автомат в руках ходит ходуном. Ракшас принюхивается, ищет его слабые места. Хищно оскалившись, тварь высунула красный язык и облизнулась. Шаста посмотрел ему в глаза, полные жестокости, беспощадности, желания убить, уничтожить, сожрать…

Юноша понял в тот момент, что перед ним ужасное воплощение Раваны. Настоящий демон-людоед. Шаста смотрит на его красное, покрытое язвами лицо. Черные глазницы сверкают злобой. Глаза Раваны смотрят на юношу, словно бы видят его насквозь, чуят его страх. Он питает его, насыщает нечеловеческой силой… Шаста говорил себе в тот момент-"Трус! Трусливый мальчишка, ты не достоин, называться кшатрием!". Он ничего не мог поделать со своим внутренним страхом перед таким противником.

Равана начал наступать на него. Сработали инстинкты. Шаста переборов себя, принял этот бой.

Треск автомата. Зверский рык. Равана ранен.

Гигантская черная лапа над головой…

Р-а-а-аз!

Распоротое плечо юноши. Кровь текущая ручьем. И неизбежное падение.

Он не может встать. Нет сил. Никаких…

Ракшас оскалился. Демон приготовился к прыжку. Теплое мясо добычи было всего в пару метров от него. Осталось только дотянуться…

Кланк!

Яркая вспышка света озарила весь тоннель.

Опаленный Равана убегает в тоннельный мрак.

В последний момент, Шаста видит раненого Динеша и подоспевших дозорных со станции.

И снова потеря сознания. Перед глазами только мрак и жуткое лицо демона…

Щелк. Щелк. Щелк.

Юноша увидел перед глазами щелкающие пальцы дяди.

— Шаста, Шаста! Очнись уже! Что с тобой? Ты весь побледнел.

Шаста встряхнув головой, рассеяно посмотрел на дядю.

— Тебе что, плохо? — забеспокоился он.

— Нет. Все в порядке. — отмахнувшись, сказал юноша.

— Тогда давай бегом и не отставай — дядя быстро пошел вперед.

Шаста настолько погрузился в воспоминания, что даже совсем забыл про дядю, и даже о том, куда он идет. Эти события трехнедельной давности настолько ясно встали перед его глазами, что он ощутил себя снова там, в тоннеле с автоматом в руках, стреляющим по полчищу ракшасов.

После тех событий, жители общины стали называть его и Динеша героями, и каждый из буддистов еще с большим уважением начал относится к молодым кшатриям. Дядя настолько гордился своим преемником, что предложил Шандару выдвинуть кандидатуру Шасты на помощь дозорным у Стены. Но по закону, туда могли попасть только кшатрии, достигшие двадцати пяти лет, и имевшие очень хороший опыт в дозоре. Поэтому, Шандар предложил дяде попробовать отдать парней в помощники четырем кшатриям-сталкерам. Их называли Хранителями боевой Ратхи.

Ратхой называли старую автомотрису АС1А, которую Хранители нашли пятнадцать лет назад, в одном из старых ангаров вблизи Площади Ленина. Конечно, так просто эту дрезину им никто не дал, и пришлось договариваться с учеными со станции. Взамен на это, кшатрии стали работать на них, добывая различные медикаменты и медицинскую аппаратуру в старых и заброшенных больницах разрушенного города. Переделав автомотрису в боевую дрезину, Хранители занялись работой на ученых и очень редко стали появляться на Старой Деревне.

Дядя согласился на это предложение и вместе с Шандаром предложил эту идею брахманам из Верхнего храма. И только через три недели, старейшины дали согласие.

Шаста конечно, сначала был очень рад такой новости. Еще бы. Избавится от дозора и больше никогда не стоять в этих темных тоннелях и перестать, всегда думать о нападении ракшасов в любой момент. А служба на боевой Ратхе-это ведь мечта чуть ли не любого мальчишки со станции! (Конечно, после мечты служения на Стене у Верхнего храма.) И друзья будут ему завидовать, и не будет он уже обычным кшатрием дозорным. Но с другой стороны, Шаста понимал, если он будет теперь там, то видится со своими друзьями, будет еще реже и больше проводить время на поверхности, а там было очень опасно. То, что было там, Шаста боялся даже представить. Только один раз, в свои пятнадцать лет, юноша вместе с дядей, впервые поднялся на поверхность.

Каждый молодой человек из касты кшатриев, должен пройти первый обряд в Верхнем храме и получить благословление и учение от верховного брахмана-старейшины Лакшмана. Основателя буддийской общины.

Шаста тогда был очень напуган увиденным. Разрушенные дома, ржавые автомобили, пустые улицы и непонятная радиация, которой еще в детстве пугали всех непослушных детей. Сложно было представить, что раньше по эти улицам ходили люди, а в этих причудливых автомобилях они передвигались по городу. Все было странно и совершенно незнакомо. После того как Шаста увидел небо, у него закружилась голова и ему стало плохо. Небо было совсем не красивое, как обычно его рисовала тетушка, оно было покрыто темно серыми тучами, а также с него падал крупный холодный дождь. Сильный ветер гонял грязь и обломки ржавчины по округе. Было очень страшно смотреть на все эти руины. После того дня, он больше не выходил на поверхность и старался не вспоминать ту вылазку.

А теперь ему предстояло работать на поверхности, причем не только на территории станции, а еще дальше. Там, где были совершенно неизвестные ему места. Какие опасности в себе таил этот брошенный разрушенный город, Шаста мог только догадываться, но лучше об этот не думать вовсе.

Сейчас ему не казалась эта идея очень удачной. Он каждый день думал о том, как ему будет на новом месте, что его там ждет. Шаста никогда себя не считал храбрецом или героем, всегда сомневался в правильности своих действий и часто просил помощи богов Тримурти и самого Будды.

Юноша очень любил свою станцию, свою лачугу, родных и друзей. Он любил спокойствие и умиротворенность. Никогда не старался лезть на рожон или вмешиваться в чужие дела. Просто выполнял свою работу, как и все жители сангхи. Обычная повседневная рутина, доставляла ему больше удовольствия, чем какая либо спешка. Но одновременно с этим, он грезил побывать в разных местах этого большого мира. Да вот только, как в нем по путешествуешь, если кругом опасность подстерегающая на каждом шагу? Уж лучше не лезть наповерхность. Целее будешь.

И вот ему поручили такую ответственную работу. Чем он так отличился от других юных кшатриев, которые так же как и он, были в дозоре и каждый день рисковали своими жизнями? Неужели только единственным храбрым поступком в его жизни? Он так не думал, этого было недостаточно…

На станции уже начинался новый день. Вайшьи выходили из своих лачуг с верхнего квартала и небольшими группами двигались в оборотный тупик в левом тоннеле на северной стороне станции. Раньше тупик использовали для ремонта вагонов метро и других служебных нужд, а теперь там находилась свиноферма, а также грибные и картофельные плантации. Конечно, они не были такими богатыми как на станциях Большого метро, но буддисты очень бережно относились к своему хозяйству и были очень трудолюбивы.

Шаста вместе с дядей подходили к северному краю станции. В конце широкого прямоугольного прохода, стояло два кшатрия дозорных, которые следили за внутренними гермоворотами станции. С обеих сторон были служебные помещения. Одно из которых, Шандар обустроил под свою каморку. На дверях так и было написано — "Начальник дозора станции".

Второе помещение, жители оборудовали под местную мастерскую, где несколько опытных мастеров делали луки и арбалеты для кшатриев, а также простенькие самострелы и кустарные автоматы, и прочие важные вещи для экипировки дозорных. Помимо этого, мастера помогали жителям из любой касты. Что-то подлатать в Нижнем храме, чем-то помочь на свиноферме и плантациях. В общем, отдавались своей работе по максимуму.

Дядя остановил Шасту.

— Так, сейчас идешь к тете, она тебя покормит, и возьмешь вещи с оружием — сказал он — А потом быстро на дозор в левый тоннель. Чтобы без опозданий понял?

— Почему сегодня в северный тоннель? Там толком и караулить нечего. — Развел руками юноша

— Ничего, постоишь последний день здесь. В южном ты уже отработал свое сполна — дядя положил ему руку на плечо и улыбнулся.

— А Динеш?

— Он тоже молодец. Может вы наконец, станете нормальными товарищами после тех событий. Вам еще предстоит вместе работать там, наверху — дядя опустил глаза. Он был рад за своего преемника, что тот теперь будет заниматься более взрослым и серьезным делом, и понимал что это дело еще опасней предыдущего. Акил всегда верил в юношу и гордился им, ведь больше у него никого не было.

— Все хватит разговоров. Мне еще в южный тоннель бежать — дядя развернулся и, сделав пару шагов, бросил через плечо — Да. Вечером увидимся. Мы идем в Верхний храм на посвящение.

— К старейшине Абхаю? — крикнул Шаста вдогонку дяде.

— Нет. К Лакшману пойдем. — Крикнул дядя, уходя все дальше от ворот.

Вот это да! К самому Лакшману! Шаста не видел верховного брахмана уже как год, после того как старейшина заболел тяжелой неизлечимой болезнью. Брахманы говорят, что скоро Ланкшман освободится от этой жизни, полной страданий и боли. Но в его смерть верилось с трудом. Лидер, объединивший людей, давший им надежду и жизненные учения, так просто взял и заболел? Шаста всегда думал, что Лакшман не покинет свой народ, всегда будет рядом с ними. Он понимал, что старейшина не бог- дэва, а такой же учитель, как и Гаутама Будда, когда тот был учителем и для своего народа. Такой же обычный человек, как и все жители сангхи. От этой мысли Шасте было немного обидно, но в тоже время он был рад. Такой человек как Лакшман заслуживал покоя, после всего что он сделал для жителей Старой Деревни.

Шаста зашел в лачугу тетушки и дяди. Вокруг все было завалено ящиками различной величины и многими вещами: несколько старых календарей с изображением городов (точно таких же, как и у него в лачуге), несколько красных лампадок. Кое-какие из них горели и освещали комнату в лилово-красный свет, что придавало необычную атмосферу. А также различные книги, банки с всякими травами и грибами, инструменты в углу и несколько самодельных статуэток Будды. На отдельной полке стояли старые микроскопы, лупы и подзорные трубы. Акил дорожил ими больше всего.

Дядя всегда притаскивал различные вещи, которые могли понадобиться по домашним делам. Особенно, он любил делать что-то своими руками: смастерить пару детских кукол, починить автомат или арбалет. А больше всего он любил разбирать и чинить оптические механизмы. В этой работе ему не было равных. Тете не всегда нравилось, что ее муж приносит различный хлам в лачугу, но уже сколько раз она ни пыталась уговорить дядю выкинуть это старье, он всегда притаскивал очередную побрякушку в дом. Дядя всегда говорил, что любая вещь здесь может пригодиться по хозяйству, но тетя думала, что ее муж просто не хочет расставаться с вещами из прошлого. Она понимала его и иногда сама, глядя на какую ни будь вазу или светильник, вспоминала те времена, когда они еще были молоды и жили совсем другой жизнью. А теперь от того времени остались только обрывки воспоминаний и старые вещи.

Шаста оглядел комнату. Тети не было видно, зато бряцание посуды, где-то в стороне, доносилось отчетливо.

— Тетушка, это я Шаста.

Бряцание посуды прекратилось. Шаста присел за небольшой деревянный столик, который стоял прямо посередине лачуги. Тетя вышла в своем разноцветном фартуке одетым поверх серого халата. Она выглядела точно так же, какой Шаста ее запомнил с детства — вытянутое красивое лицо с тонкими бровями над большими карими глазами и кудри светлых волос до плеч.

— Ой, как ты вовремя, а я уже и кашу приготовила. Акил сказал ты сегодня выходишь, последний раз в дозор, так что давай садись, надо подкрепиться, я сейчас — Тетушка скрылась за занавеской, а потом вынесла оттуда миску с ложкой рядом с которой лежала небольшая сдобная лепеха. Шаста скривился. Снова грибная каша.

— Давай кушай, я старалась. — Тетя села напротив него и облокотившись на руку, с улыбкой стала смотреть на юношу.

— А мои вещи тут? — спросил Шаста, откусив кусочек лепешки — Дядя сказал, что у вас все оставил.

— Да конечно — тетя вскочила со стула и принялась рыться в вещах в небольшом шкафчике.

Шасте стало неудобно перед тетушкой. Сам сидит есть, а она в вещах копается. И сам встать мог. Тетя достала его защитный костюм — обычный самодельный бронежилет с вшитыми металлическими пластинами и резиновыми сапогами. Укороченный автомат, который ему подарил дядя, и лук со стрелами.

— Давай не отвлекайся, сегодня у вас почему-то раньше дозор начинается. Снова Шандар нашего дядю гоняет.

— Да дядя то и не против, ему это нравится, он мне сам говорил.

— Знаю, знаю — со вздохом сказала тетя — Он гордится тобой, за совершенный поступок, тогда в тоннеле. Ты не представляешь как мы волновались за тебя. Столько натерпелись. А теперь тебя повышают, так сказать. Будешь помогать нашим четырем Хранителям наверху. Даже не знаю к лучшему это или нет. Опасно там теперь, на поверхности. Не то что раньше, гуляли люди, веселились, на машинах ездили, а теперь тут, под землей сидим. И кому все это мешало…

Шаста посмотрел на нее исподлобья. Тетя опустила голову и о чем то задумалась. Снова наверно вспоминает то старое время, своей прошлой жизни.

Такое бывало часто у нее и у дяди, а сам юноша ничего не мог им сказать, только как поддержать в такую минуту. Шаста не знал как было раньше. Для него было только его настоящее сегодня. Его лачуга, его друзья, его родные, его дом, а также темные тоннели, полные опасностей и дивный новый мир, который он с самого детства хотел узнать.

Это была его мечта. Но с возрастом эти мечты прошли, и теперь он понимал, насколько было тяжело в этом мире. И Шаста стал таким, каков он есть сейчас. Главное, что он не совсем один в этом мире.

— Ладно. Что я тут, в самом деле. Не хочу тебя грузить своими воспоминаниями — улыбнулась тетя — Было раньше так, да. Все поменялось, не вернуть уже того что было… Надо жить как есть сейчас. Ведь прожили уже двадцать лет и хорошо все. Значит и дальше будем жить…

— Мне нравятся ваши рассказы с дядей о том времени, которое было — сказал Шаста, опустив ложку в тарелку — Мне всегда казалось то время очень необычным. Я даже не могу представить, что люди жили так как раньше. На этих машинах ездили, гуляли на поверхности, а это метро было создано только для передвижения по городу. Странно как-то.

— Тогда все это было привычно для людей. Мы не часто задумывались о будущем. Никто даже представить не мог, что мы будем жить, тут в метро. А все получилось именно так.

— А ты хотела бы, чтобы было как раньше? Туда, наверх, снова? — Шаста пальцем показал в потолок

— Да конечно — ответила тетя — Мне хотелось бы, чтобы там побывал ты, вырос там вместе с друзьями, а не тут. Увидел мир, каким он был раньше, красивый, яркий. Увидел проходящих мимо людей с улыбками на лице. Все торопятся по своим делам, а кто-то гуляет и ест мороженное в солнечные и теплые дни. Увидел красивые зеленые деревья и цветы. Или прогулялся бы под летним дождем.

— Красиво — сказал Шаста — Но мне трудно удается это представить. Может быть, когда-нибудь так снова и будет.

— Нет Шаста, уже так никогда не будет. — С грустью ответила тетя. Заболтались мы с тобой, давай доедай и одевайся, тебя наверно уже заждались на посту.

Шаста быстро расправился с остатками грибной каши и заел все сдобной лепешкой. Быстро встав со стула, он взял у тети бронежилет и сапоги. Тетушка убрала тарелку со стола и отдала Шасте автомат. Одев на себя жилет, Шаста проверил карманы с дополнительными патронами и отделения для самодельных гранат. Схватив лук и колчан со стрелами, Шаста не заметил как задел старенький микроскоп дяди, который стоял на краю тумбочки. Микроскоп упал на пол и с треском разбился. "Блин, теперь от дяди влетит точно"-подумал Шаста.

— Чего там у тебя разбилось? — Тетушка с полотенцем на руках выбежала с кухни. Увидев упавший микроскоп у нее округлились глаза.

— Я просто лук взять хотел, я не заметил его. — Шаста в растерянности начал собирать осколки от микроскопа.

— Ну, все, Акил будет очень недоволен тобой. Этими микроскопами он очень дорожит.

— Тетушка, да тут этих микроскопов и так много. Зачем они дяде? Все равно они бесполезны.

— Эти микроскопы дядя оставил еще со своей прошлой работы. Это единственные вещи были, которые он взял с собой тогда. Может когда-то они, и пригодятся, особенно в наших мастерских.

— Ты ведь сама на него всегда ругалась, за то, что он всякие ненужные вещи таскает от всех соседей и с поверхности, а теперь защищаешь.

— Да защищаю, любил он их, это была работа всей его жизни. Вот даже после того что случилось, микроскопы эти остались у нас. Вот если бы ты разбил ту вазу на полке — Тетя указала пальцем в угол комнаты, в котором висели несколько полок с разноцветными вазами — Вот тогда бы я не злилась.

— Это потому что нам эту вазу подарила семья Навина?

— Ох, лучше бы и не дарили, толку никакого и положить даже нечего. И вообще, после появления этой вазы у нас в комнате ерунда какая-то началась. Банки разбиваются, календарики падают и дядя уже потерял несколько инструментов своих, а я несколько материалов для вышивания.

— Может злые духи, какие в вазе? — спросил Шаста — Она ведь с поверхности. Отец Навина там часто бывает.

— Ой, глупости не говори, духи. Единственное что они могли принести в этой вазе, так только дозу радиации. Это мы с дядей стареем просто, вот и забываем что куда положили.

Тетя присела на стул, сомкнув ладони в замок.

Шаста подошел к тете и обнял ее

— Для меня вы всегда будете такими, какими я вас помню с детства.

— Все равно это будет неизбежно Шаста, и ты должен будешь готовым ко всему.

— Я понимаю

— Все. Давай беги, тебя там ждут, не подведи дядю в последний день. Он очень ценит твою помощь за все эти года.

— Я не подведу.

— Все, беги.

Шаста крепко обнял тетушку и быстро вышел из лачуги.

По всей станции уже зажглись огни. Мастерские возле гермоворот начали свою работу. Оттуда доносились разговоры мастеров и звук работающих станков. На верхних уровнях ходили брахманы, собирая утренние пиндапаты с жителей. Со стороны храма слышались звуки утренней мантры.

Мягкие плавные звуки растекались по всей станции, что создавало очень необычную, загадочную атмосферу. Шаста уже привык к повседневным мантрам. Он любил эти мелодии, они успокаивали его сознание и позволяли немного расслабится.

Шаста быстро дошел до северного тоннеля. Спустившись с платформы юноша пошел по рельсам к гермозатвору. Возле небольшого костра уже сидело несколько дозорных, среди которых Шаста узнал своего хорошего друга — Навина.

— Опа, герой южных тоннелей пришел! — засмеялся Навин. Двое дозорных подхватили его смех.

— Ну, привет, барахольщик — улыбнулся в ответ Шаста, один из дозорных нервно хихикнул, Навин на него зло посмотрел и тот сразу стих.

— Ну, че, как дела? — спросил Навин — Чего это тебя к нам поставили сегодня? — Навин встал со своего места и поравнялся рядом с Шастой.

— Приказ Шандара. Сегодня утром мне об этом дядя сказал, вот и к вам отправили.

— О как — цыкнул Навин — Последний день в тоннелях… Повезло тебе, повезло — Навин рукой зачесал свои русые волосы назад и приподнял голову.

Он был ниже Шасты, и всегда стоя рядом с ним, пытался выглядеть немного выше. Особенно, когда рядом проходили девушки, он старался выглядеть более уверенней в себе. Рассказывал глупые шутки с серьезным видом, чтобы хоть как то привлечь к себе внимание. Девчонки конечно смеялись, но уж точно не над его шутками, а скорее над ним самим. Навин часто рассказывал юноше о всех своих проблемах и о проблемах других людей. Каждый на станции знал, что Навин, тот еще болтун и любит посплетничать о других. И это была еще одна причина насмешек над ним. Но Шаста знал что, несмотря на это, он всегда может положиться на своего друга, а тот в свою очередь поможет ему.

— О - Навин быстро сунул руку в свой походный рюкзак — Я тут кое-чего тебе принес, как обычно — улыбнувшись, Навин протянул Шасте небольшую, тонкую книжку, с очень необычной обложкой.

— Это что такое?

— Не знаю, если честно. Я у отца нашел в старых ящиках, одна такая книжечка была. Ты посмотри, там вообще одни картинки непонятные. — Навин пальцами схватил тонкую страничку и начал поочередно переворачивать одну за другой.

Эта книжка была очень красивой и необычной. Шаста увидел разноцветные картинки разные по размеру на каждой странице. На них были изображены люди в различной одежде, а на кое-каких страницах вообще, и не люди вовсе, а мутанты какие-то с разной внешности. Картинки были очень яркие, и каждая из них была наполнена некими движения или разговорами в маленьких белых облачках над персонажами. Что это все значит и зачем, Шаста не мог понять, да и не особо хотел. Он был очень увлечен этими картинками, от каждой из них появлялись разные эмоции: напряжение, радость, восторг, злость, неопределенность. И все это благодаря обычным рисункам.

— Эй, ты чего, уснул что ли? — Навин пощелкал пальцами у лица Шасты.

— Это так необычно, странная книжка.

— Ага, я, когда впервые увидел, тоже оторваться не мог. О как раньше делали, да? — с гордостью сказал Навин — Даже не знаю, отдать тебе или нет.

— Да это красиво, но, зачем оно? — спросил Шаста

— Ну, не знаю я, че пристал? Просто рисунки красивые, дарю просто так. Вот у тебя пускай будет, ты же любитель всяких картин и рисунков. Календари старые собираешь, можешь и это в свою коллекцию сунуть.

— А вдруг это надо твоему отцу?

— Не думаю, что ему интересны эти рисунки, у нас и так хлама полно.

Шаста прекрасно знал своего друга. Навин очень любил собирать различные мелкие вещи и притаскивать их к себе домой, даже выпрашивал у соседей всякую мелочь за порцию еды. Еще и отец его очень часто выходил на поверхность и притаскивал оттуда всякий хлам. Что было полезное среди вещей, отец Навина отдавал на пользование общины, а бесполезные штучки отдавал сыну, который потом раздавал эти безделушки всем своим друзьям и соседям.

— Ты обложку зацени — Навин пальцем ткнул в книжку.

Шаста внимательно посмотрел первый лист. Сверху было написано непонятное слово, ниже точно такое же, только другими буквами — белым на красном фоне, а на всей оставшиеся половине были нарисованы те самые люди, которые были в книжке. Их всего тут было шестеро и очень необычно одетых, а двое из них так вообще на людей были мало похожи.

— А что это написано, ты смог прочитать? — Шаста указал на первое слово на обложке.

Навин подошел поближе и немного нахмурившись, сказал:

— Че то непонятно, буквы неправильные.

— Со-ми-с — прочитал по слогам Шаста — А последнюю букву я не знаю, загогулина какая-то.

— Может это инициалы автора? — предположил Навин — Как раньше было, у всех второе имя. Фамилия о! — у Навина округлились глаза — А это первая заглавная буква имени. Только фамилия странная, Сомис. Слышал такую?

Шаста покачал головой

— А вы парни слыхали? — спросил Навин у двоих дозорных

Те тоже покачали головой.

— А ты посмотри на этих людей, стремные они какие-то.

Шаста посмотрел на обложку еще раз.

На первом плане была изображена девушка в обтягивающей одежде с рыжими волосами, рядом с ней мужчина с луком в руках, позади них высокий блондин в сине — белом костюме со звездой посередине, в руках он держал щит точно такого же цвета. Рядом с ним, мужик с длинными волосами и молотком в руке. Слева стояло существо похожее на человека, только одетое в непонятный костюм, который был больше похож на консервную банку красно-желтого цвета. И последний, зеленокожий гигант с огромными руками и широченными плечами.

— А девушка ничего так. — оценил Навин.

— Ага. Ты только на этих взгляни. — Шаста поочередно показывал на каждого из нарисованных пальцем — У этого молоток. Я думаю он работает в тоннеле Красного пути. У этого щит и костюм дурацкий, от мутантов не спасет.

— Зато у этого лук. — Навин ткнул пальцем в мужчину — Наш человек, с луком.

— Думаешь, он из наших? — спросил Шаста

— Ха-ха, из наших…Ты глянь только, жилет не наш и противогаза нет, как он вообще сражается? Не думаю что это кшатрий, или какой-нибудь счастливчик из Большого метро. Да и вообще это книжка старая, так что не парься. А этот похож на железную кастрюлю. — засмеялся Навин, когда увидел человека в консервной банке.

— А вот это точно Блокадник — Шаста показал пальцем на зеленого монстра.

— Не, у Блокадника серая кожа, ну так мне рассказывал батя. Он его как то видел на поверхности. Говорит страшный, жуть. Большой гигант, как этот, а пули его не берут, надо много пуль или гранат. Батя тогда и вернулся быстро и рассказал все Махавиру на Стене у храма, чтобы были аккуратнее кшатрии наши. Так вот. Ну, так чего, возьмешь книжку а?

— Давай, может, посмотрю как-нибудь — Шаста провел пальцем по обложке и спрятал книжку себе в рюкзак. — А ты мне просто так отдаешь? — косо посмотрел Шаста на Навина, ведь знает что его друг, так просто не отдает свои вещи.

— Да просто так, мы же друзья. — Навин широко улыбнулся другу — Тем более это твой последний дозор, а завтра уже на поверхности будешь, на боевой Ратхе. Может, погибнешь там, а я всю твою комнату себе заберу, буду жить там — Навин засмеялся.

— Не дождешься умник — улыбнулся Шаста в ответ — Может, это ты еще загнешься в дозоре, а твоя лачуга как раз рядом с моей. Я туда предложу Амите переселится, чуть подальше от храма.

— Ох-ох, дурак влюбленный. — усмехнулся Навин — Ты ей хоть подарил цветок лотоса а?

— Ничего подобного. Она мне друг…Хороший очень. — Шаста смутился-Вот сегодня и собираюсь подарить. Вечером. После посвящения в храме. Подойду к ней и подарю.

— Ну, гляди, не опоздай только, а вдруг кто-то другой ей кое-чего скажет, и все, прощай любовь. Страдать будешь.

— Это ты про Динеша?

— А про кого же еще. Он к ней лезет еще с детства. И он еще постарше ее. А еще знаешь чего я слышал? — Навин поманил Шасту пальцем, и немного нагнувшись, шепотом сказал — Верховный брахман Абхай хочет дочу свою, ну Амиту тобишь, замуж отдать, за сына одного из кшатриев. Чтобы укрепить отношения между кастами. Но ты сам понимаешь, что это против правил. Так как Амита дочь брахмана, она и должна выходить замуж за брахмана. Но Абхая это мало волнует, он же верховный жрец, вот и вертит, крутит правилами общины как хочет.

— Глупости, не может он этого сделать. Старейшина Лакшман его приговорит к изгнанию из общины за нарушение правил.

— Да какая разница, что Лакшман скажет — развел руками Навин — Да он был с нами все это время. Но если ты позабыл, то напомню, что Лакшман уже как год лежит в Верхнем храме в своих покоях, и к людям не выходит. А что это значит? Только то, что болезнь уже доконала нашего старейшину. Не в силах он уже подействовать на касту брахманов и на Абхая. Он же его заместителем был и все полномочия теперь у него. Лакшман в скором времени умрет, тогда вся власть и окажется у Абхая. Так вот.

Навин подвинулся поближе к костру, на котором готовилась еда. Немного зачерпнув ложкой грибной суп Навин с аппетитом проглотил горячий отвар.

— А зачем брахманам укреплять союз с кшатриями? У нас и все так в порядке в общине, все выполняют свою работу. Брахманы бояться что кшатрии поднимут восстание или что? — спросил Шаста

— А ты сам подумай — продолжил Навин — Мы держим оборону в тоннелях и на Стене у храма. Наши Хранители боевой Рахты добывают нам еду и оружие. На нас, по сути, держится община.

— Да это так, но и на брахманах тоже. Без Лакшмана, может быть, вообще всего этого не было. Пожрали бы нас ракшасы уже давно или мантисы пришли с севера и устроили тут свой поганый улей. Это благодаря старейшине мы сплотились в одну общину.

— Эх, ничего ты не понимаешь во внутренней политике нашей сангхи — с серьезным видом сказал Навин.

— Чего? Что за политика?

— Ох, неуч. Политика ну это… Короче, это когда одним надо много всего, а другие им в этом мешают, вот что это.

В этот момент Шаста услышал неприятный скрежет за гермоворотами. Навин и двое дозорных напряглись, но с места поднялся только Навин. Один из дозорных начал немного отступать от ворот, а второй так и остался сидеть смирно возле костра.

— Слыхал да? — сказал Навин — Это, похоже, мантисы проснулись, все пытаются дальше в тоннель пробиться.

Скрежет теперь послышался с другого края ворот. Навин подошел туда и приложил ухо к герме. Шаста сделал тоже самое. Теперь было отчетливо слышно стрекот жвал мантисов. Шаста никогда не видел этих существ, но рассказы про их гигантский Улей и про "королеву",знал каждый дозорный.

Один только раз, Шандар отправил бригаду дозорных в сторону Комендантского проспекта. Вернулся только один кшатрий, и много чего рассказал про этих насекомоподобных тварей. Сказать, что очень страшно было, то это значит, ничего не сказать.

Мантисы прощупывали слабые места в гермоворотах, пытались пробиться через них. Шаста затих. Он услышал как рядом с одним существом затрещало еще одно, будто бы мантисы переговаривались между собой, как и дозорные. Треск немного начал спадать. Шаста опустил автомат и повернул голову в сторону Навина. Друг стоял немного в стороне от юноши, щупая гермозатвор. Шаста посмотрел назад и увидел что один из дозорных, который стоял подальше, нашептывал себе под нос молитву о Брахме и других богах. Шаста ладонью призвал его успокоится.

— Ты чего затих? — спросил Шаста Навина

— Не знаю, такое ощущение будто у них тоже дозорные, как и у нас. Наверно их привлек наш разговор и они пошли на шум. Мне даже страшно представить, что творится там, за гермоворотами.

— Идем к костру. Поедим. Нам еще тут сидеть до вечера. Сомис этот почитаем — усмехнулся Шаста.

— Да уж ты прав. Погнали.

Дозорные уселись возле костра и поочередно разлили себе грибной суп по тарелкам. От приятного аромата у Шасты забурлило в животе. Он достал маленькую книжку и положил рядом с собой. Парни старались не говорить между собой, ожидая что за гермоворотами снова послышится треск мантисов.

— Эй, мальчишки, чего расселись? — неожиданно раздался голос из темноты со стороны станции. Шасте этот голос был очень знаком, он сразу понял кто это.

— А это ты умница разумница. Выходи, давай, покажи личико — с насмешкой произнес Навин

— Да, это я — из темноты вышла девушка среднего роста, одетая в чуридар-курта местного пошива с голубоватым оттенком.

Девушка плавной мягкой походкой подошла к костру. Прямая осанка, приподнятый подбородок, короткая стрижка светлых волос, маленькие поджатые губки и большие серые глаза. Девушка держала руки в замок на уровне пояса.

— Намасте, Дэви. — улыбнулся Шаста своей лучшей подруге.

— Намасте, позорные дозорные. Меня попросили вам принести немного еды, так что вот держите. — Дэви легким движением руки достала мешочек с хлебными лепешками и парой штучек картофеля.

— О это ты молодец, хорошо, очень даже. — сказал Навин — Ну все, можешь идти, принесла молодец.

Дэви вздернув голову, резко хмыкнула.

— Я вообще пришла не только за этим, а еще, и пообщаться с вами.

— Ну, так общайся, кто тебе запрещает. — усмехнулся Навин

— А ты сиди и ешь свои лепешки, я тогда с Шастой поговорю.

— Садись Дэви, у нас тут суп есть, только сварили, грибной. — Шаста налил супа в тарелку и предложил Дэви.

— Нет спасибо Шаста, а то вдруг твоему другу не достанется, он же жадный у нас.

Дэви зло посмотрела на Навина, а тот, как ни в чем не бывало, уплетал лепешки за обе щеки и кивал головой в ответ.

— Угу, Угу — пробубнил он.

— Да он и твой друг, если ты не забыла.

— Лучше бы забыла. Друга такого иметь как этот, врагу не пожелаешь.

— Ага, вот не общайся со мной, иди к своим кшатриям со Стены, они ведь постарше чем мы, интересней.

— Не говори с набитым ртом, противный, фу! — Дэви скривила лицо и отвернулась. — Зато они никаких глупостей не делают и не ведут себя как дети малые.

Двое дозорных напротив, засмеялись.

— Дэви, смотри, что мне Навин подарил. — перебил ее Шаста. Он показал девушке маленькую книжку — Видела когда-нибудь подобное? Очень необычная книжка.

Дэви с серьезным умным видом начала рассматривать картинки и обложку книги.

— Вот зря ты показал ей, сейчас умничать начнет, как всегда. — сказал Навин и присел поближе к ребятам.

— Я, конечно, вижу такое впервые, но как называется, знаю. — Дэви провела тонким пальцем по первому слову — Тут написано "Ко-ми-кс" — медленно прочитала она

— Ого, как ты прочитала? — спросил Навин

— Тут написано латинскими буквами. Меня мама научила. Не зря же она в школе работает на станции — гордо сказала Дэви и приподняла нос.

— Видишь, я же говорил, она все знает. Даже эти вот, комиксы. — Навин тыкал пальцем в книгу.

— А для чего они? — спросил Шаста — Тут только рисунки красивые и все.

— Раньше такие книжки читали дети. У каждого в мире были комиксы, их много было.

— И как такое читать? Тут картинки одни, текста толком нету.

— А дело в том, что именно красота рисунков, изображение, нравились детям. Сам посмотри, какие они красочные. Мне мама говорила, что еще раньше фильмы были, что то вроде картинок, как вот эти, только они двигались.

— Фильмы? Картинки двигались? Врешь ты все. — скривил лицо Навин

— А вот и нет, умели делать и такое, раньше много было фильмов. А еще сериалы, их показывали по телевизору, люди их смотрели. Чего я вам сижу, объясняю, ваши родители и так вам должны были все рассказать. Как детишки, честное слово.

— Ты не умничай, а рассказывай, интересно же, телевизоры всякие. Сериалы. Батя мне рассказывал про это, но я никогда не видел — сказал Навин

— Сейчас ты точно этого не увидишь. Вот, например телевизор может и увидишь. У Шасты дома например. — Дэви хитро посмотрела на него.

— У меня? — Шаста от изумления чуть не выронил тарелку.

— А ну-ка, почему я не знаю? — сказал Навин

— Да я даже не знаю, как оно выглядит, телевизор этот ваш!

— Он стоит в комнате твоего дяди, ящик такой со стеклом посередине. Помнишь?

Шаста вспомнил небольшую коробку, в комнате дяди и тети, он никогда не знал и не мог себе представить, что это был телевизор, Дядя так про него ничего и не говорил. Да и как в этот ящик могли поместиться сериалы и кино?

— Да уж помню, странная штука такая, в комнате стоит.

— Вот покажешь мне ее обязательно, понял? — Навин уставился на Шасту.

— Эх, все вас учить надо и рассказывать, вроде вам и по двадцать лет, а все маленькие, как и раньше. В дозоре сидите уже. Не стыдно? А я еще и младше вас, дураков.

— Вот не надо тут ладно — встрял Навин — Мы сидим и работаем, защищаем всех, пока ты там, в школе своей сидишь и в земле копаешься.

— Я своим родителям помогаю, они трудолюбивые очень. А детей я люблю учить и сама много чего узнаю.

Этим Дэви и выделялась из всей остальной молодежи на станции. Она была очень смышленой и любознательной девушкой и частенько рассказывала своим друзьям различные истории или какие-нибудь научные познания.

— А работа наша ничуть не легче вашей. — продолжила она — Сам попробуй убирать за свиньями и картошку выкапывать. Так вот. Я кстати сегодня помогаю в школе твоей тете, Шаста.

— Это здорово, правда. Думаю ей будет приятно это, ты ей нравишься. Она мне сказала что возможно, тебя поставит воспитателем на время, а потом может и учителем постоянно.

Конечно, то, что называлось школой, мало было похоже на обычную школу. Само помещение представляло собой старый вагон метро, сидения которого были переделаны под парты, а само обучение проходило довольно в быстром темпе. В школе общины, обучали самых маленьких жителей станции. Да и их то, не так много было. Ребята с увлечением слушали каждые уроки и старались все запоминать и схватывать налету любой предмет. В этом большая заслуга мамы Дэви, ее самой и тетушки Шасты, которая иногда проводила воспитательные работы для малышей.

Шаста и сам еще мальчишкой прошел этот период и после обучения был знаком с некоторыми науками прошлого, хоть и не в полную силу, по причине недостатка учебников или знаний самих преподавателей.

По наставлению брахманов, большая часть учения проходила под религиозным аспектом. Ребята знали и другие религии помимо буддизма, но учителя старались как можно четче и больше делать направленность на мудрые учения Гаутамы Будды.

— Спасибо Шаста, мне приятно это слышать. — улыбнулась Дэви — Да, кстати, сегодня вечером тебя ведь посвящают в Хранителя Ратхи, и Динеша тоже?

— Да-ответил он

— Это будет здорово, я думаю. Сам старейшина Абхай придет посвящать тебя.

— И не только он. Шаста сначала идет к Лакшману представь? — сказал Навин

— А чего я раньше не знала об этом. Все скрываете от меня да? Друзья называется.

— Да нет, я сам только утром узнал об этом, от дяди.

— Значит, пойдешь в Верхний храм. Я там всего один раз была.

— Так вот. — цыкнул Навин- Шаста то теперь покидает нас, герой тоннелей.

— А я рада за него, а ты не завидуй.

— Если честно, то тут и завидовать не надо. — сказал Шаста — Я совсем не представляю, что меня там ждет и как все будет. Хранители каждый раз выходят на поверхность и не бояться. А я не очень хочу туда.

— Да и ты не бойся чувак. — сказал Навин — Всех гадов и ракшасов перебьешь там. Может даже в Большое метро попадешь. Вот поэтому я и завидую тебе. Автомат, лук, куча монстров, а ты на боевой Ратхе, против всех них. Круто.

— Ничего крутого Навин, это и правда очень опасно и я понимаю Шасту. — заступилась Дэви. — А ты не бойся. Хранители помогут тебе и научат всему.

— Уж я надеюсь. — пробубнил Шаста.

— Ладненько мальчишки. Мне надо уже в школу идти, помогать, а вы тут не скучайте.

— Да уж не будем, поверь. — улыбнулся Навин

— Дурак

— Зануда

— Да хватит ребят. Вы ругаетесь с самого детства, я вообще удивляюсь, как вы друзьями стали.

— Да-да, я тоже удивляюсь, как она нам другом стала, невыносимая зануда. Наверно потом к своим кшатриям пойдешь да?

— А тебе то что, ревнуешь да? — усмехнулась Дэви.

— Ну, уж нет, даже не надейся.

— Все, надоело мне с вами, особенно с тобой Навин. Сидите комиксы читайте и картинки смотрите.

— Иди, иди уже.

— Да Шаста, Амита тоже придет на ваше посвящение. Потом поболтаете с ней. Она сказала что хочет тебе что-то рассказать. А после жду тебя на вечернюю медитацию, перед сном очень поможет. А ты — Дэви ткнула пальцем в Навина — Дурак. Не общаюсь я с этими кшатриями со Стены, и не нравятся они мне, хоть и поумнее тебя будут многие и по приличнее. Дома развел свинарник, хлам один…Даже свиньи на ферме чище, чем ты. Грязнуля. — фыркнула девушка-Все пока, До вечера.

Дэви такой же легкой походкой скрылась в темноте тоннеля.

— Это еще цветочки. — улыбнулся Навин — Вот видела она бы мою коллекцию под светом вечерних лампадок, это вообще шедевр абстракционизма.

— Откуда ты таких слов понабрался? — усмехнулся Шаста.

— Все от отца, он рассказывал про молодость свою. Это слово одно из направлений художественного искусства, вот как! Очень модно было среди художников старого времени. И выглядело это причудливо и непонятно.

— Модно — протянул Шаста — Все у них как то не так было. Причудливо.

— А мне нравится.

— Ты не исправим, совсем. — улыбнулся Шаста

Следующая половина дня прошла для дозорных без особых изменений. Ребята рассказывали друг другу истории о Большом метро. Навин рассказывал про необычные события на поверхности, о которых ему рассказывал его отец, и конечно же парень хвастался своей кучей хлама. У Шасты язык не поворачивался называть это коллекцией.

Несколько раз к дозорным приходил дядя Шасты, а также начальник дозора — Шандар. Вместе с дядей, они проверяли режим работы каждых дозорных, а также заходили в оборотный тупик тоннеля, проверять работу вайшьей на свиноферме и плантациях грибов и картофеля.

Шасте уже не терпелось попасть в Верхний храм на обряд посвящения. А что же дальше? Он об этом старался думать поменьше. Он редко встречал Хранителей Ратхи на станции. Он не представлял, как ему будет с новыми взрослыми людьми. Он понимал что ему будет очень не хватать этих разговоров у костра дозора или его маленькой лачуги. Все последние дни до посвящения он думал только об одном — справится ли он? Не подведет ли Хранителей? И что будет дальше с его родной станцией?

Для него это было очень важно. Ракшасы с каждым днем становятся все свирепее и злее. Мантисы продвигаются по северному тоннелю все ближе и ближе к гермоворотам. От их натиска, даже ворота могут не помочь в защите станции. Несмотря на всю спокойную атмосферу общины, внутри каждого жителя появлялась тревога и страх. Каждый день становился угрюмее и хуже. Некоторые уже не могли сопротивляться, у них не выдерживала психика. Запирались у себя в лачугах и не выходили целыми днями, думая что это их спасет. Учения брахманов и их молитвы не помогали. Кшатрии начинали слабеть под натиском монстров. Шаста ощущал это, он видел людей которые боятся этого, а себе он не позволял сдаваться, хоть и тоже очень боялся.

Мрачная обстановка на станции приводила его к мыслям, что надо поскорее уходить со станции, иначе он просто не выдержит. Но если он уйдет и кинет их всех, своих родных и друзей, то кто о них позаботится? Он не мог так поступить. А теперь с выходом на боевую Ратху, он думал что поступает именно так. Будто бы он уходит от всех, покидает их в трудную минуту. Вместе с этой мыслью приходила и другая — может быть это и есть переломный момент в жизни станции? В его жизни? Что если завтрашний день все изменит, и уже не надо будет бояться ужасных монстров, боятся смерти? Он тешил себя надеждой, что все вот-вот изменится, скоро они все избавятся от страха и опасности и все станет как раньше.

С этими мыслями, Шаста просидел возле костра последние часы своего дозора. Время посвящения вот-вот начнется. Дядя вместе с Шандаром придут за ним и они отправятся в Верхний храм к старейшине Лакшману.

— Эй, Шаста! Тебя тут у гермоворот ждут! — крикнул один из дозорных кшатриев.

— О, ну вот и настал момент. Давай друг, удачи — сказал Навин

— Да, она мне явно не помешает — Шаста встал с рельс и пожал другу руку на прощанье. — Удачи вам парни, чуть позже увидимся.

Дозорные подняли руки вверх, провожая его. Шаста ускорил шаг и быстро добрался до платформы, на которой уже стояли Шандар и его дядя с еще двумя кшатриями. Все были одеты в легкие костюмы химзащиты, на шее у двоих болтались обычные противогазы ГП-5.У Шандара и Акила были более улучшенные ГП-7. Начальник караула держал наготове укороченный "калаш", точно такой же был и у дяди.

— Шаста давай скорее, Лакшман нас ждет уже. — сказал дядя — Так, вот одевай, и поскорее, сейчас выходим на поверхность — Дядя протянул племяннику точно такой же костюм и противогаз. Шаста быстро оделся, проверил свой автомат и фильтр противогаза.

— Ну что, готовы? — спросил начальник дозора

— Да — поочередно сказал каждый.

— Ну, тогда пошли. Открывай ворота!

Один из охранников быстро зашел в служебное помещение, второй достал автомат и повернулся к воротам. В этот момент герма содрогнулась и со скрипом начала подниматься вверх. Кусочки ржавчины и пыли влетели в лицо. Юноша зажмурился. Шаста увидел впереди разобранные на части эскалаторы и прочие куски мусора.

— Поднимаемся парни — скомандовал Шандар

Кшатрии медленно начали подниматься к внешним воротам. Шаста взглянул на вверх В самом конце подъема была непроглядная темнота.

.Включив фонарь, кшатрий увидел перед собой небольшие фонарные столбцы, некоторые из них были сломаны и разбитыми. Стекла лежали по всему эскалатору. Шаста аккуратно ступал шаг за шагом, дабы не напороться на осколки и не провалится под сломанный механизм. По соседним ступеням поднимались Шандар и двое кшатриев. Дядя следовал за юношей тяжело дыша. Такой подъем давался ему с трудом.

Поднявшись ко вторым воротам, кшатрии остановились.

— Открывайте вторые ворота! — крикнул Шандар вниз и сделал несколько круговых движений фонарем, чтобы сигнал увидели охранники.

Внизу Шаста увидел как один из охранников, что-то говорит второму. Через секунду, вторая герма тоже поднялась.

Перед кшатриями был старый вестибюль станции. Стеклянный купол был разбит, куски железных перекладин с остатками стекла свисали с потолка. Турникеты у эскалатора так и остались на своих местах, замерев навечно. Вестибюль был полностью захламлен различным мусором наполненным радиоактивной пылью.

— Надеть противогазы, быстро! — Рявкнул Шандар

Кшатрии быстрым движением натянули противогазы на лица и выставили автоматы перед собой.

— Так идем вперед. Когда выйдем на улицу, поворачиваем направо и следуем за мной и Акилом.

Все пошли к выходу. Шаста разглядывал старый книжный киоск на выходе из вестибюля. Он был на половину пустым. Только несколько растрепанных книг валялись под ногами, а стеллажи были опрокинуты на бок. Все на поверхности было точно таким же, как и шесть лет назад.

Оставив позади громаду торгового центра " Гулливер" (в названии которого не хватало пару букв), кшатрии проследовали дальше. Впереди уже виднелись прожилки железной дороги, покрытой мхом и травой.

Ощущение напряжения и опасности не покидали юношу ни на минуту, казалось, что вот-вот на них нападет какая-нибудь тварь из темноты или начнется буря, как это было в тот раз.

Шаста последовал за дядей и Шандаром, теперь они двигались по прямой улице, ведущей к Храму. Шаста увидел впереди мигающие огни, которые светили из маленьких прямоугольных окон храма, а также несколько отблесков от фонарей на Стене.

Шаста внимательно смотрел по сторонам, опасаясь нападения из-за развалин или черных деревьев, которые росли вдоль железной дороги уходящей все глубже в город. По этой самой дороге, каждые два месяца выходит боевая Ратха в Большое метро. И теперь ему предстоит отправиться в этот путь.

С левой стороны, возле железной дороги стояло большое здание сплошь со стеклянными стенами. Правая сторона здания была разрушена. На обрушенных этажах, хорошо проглядывались остатки внутреннего убранства торговых бутиков. На крыше такими же большими буквами, как и на крыше "Гулливера", была надпись- "ТЦ СТАРАЯ ДЕРЕВНЯ".

Очередной торговый центр. Сколько же раньше было таких зданий у людей? И ведь надо было строить таких гигантов. А сколько требовалось еды и одежды для каждого человека? Шаста не мог себе этого представить. Он не жаловался на жизнь в метро, ему вполне хватало то, что он имеет, ему не нужно было много вещей или много разной еды, да и позволить больше он не мог себе. А люди в древности хотели все больше и больше себе ненужных вещей, много разной еды и прочих прелестей хорошей жизни… но и зачем? Неужели им не хватало того что они имели? И от этого желания быть всегда сытым, быть лучше других, иметь больше других, наверное, люди и погубили себя. В итоге из всеимущих сделать себя бедняками и бродягами, страдающих от болезней и боявшихся опасных тварей, которые могут в любой момент их сожрать.

Шаста не заметил, как они подошли гораздо ближе к храму. Окружающая их местность была по-настоящему пугающей и отталкивающей. Вокруг стояли ржавые остовы автомобилей, по правой стороне улицы полуразрушенные здания провожали немым взглядом путников. Казалось что из темных окон за ними следили страшные чудовища. Юношу бросило в дрожь, по спине прошелся неприятный холодок. Шаста прибавил шагу, поравнявшись с дядей.

Дойдя до стен храма, Шаста снова был в неописуемом восторге. Насколько же большой и величественный Верхний храм. Стены его почти сохранились за двадцать лет, только в нескольких местах опали гранитные куски облицовки. Маленькие оконные проемы тоже сохранились и несколько из них были закрыты металлическими листами, а в самых верхних окнах горел яркий свет.

Это были покои старейшины Лакшмана.

В темноте виднелась еле различимая золотая верхушка храма, поражающая своей красотой даже после Катастрофы.

Впереди появились три человека в черных костюмах химзащиты с такими же черными бронежилетами, сделанными из подручных средств. У каждого в руках "калаши", на лицах противогазы ГП-5.

— Стоять! — рявкнул один из дозорных

— На кого голос повышаешь сынок? — спокойным голосом спросил Шандар

— Прошу прощения Шандар…Из — за темноты не распознал вас.

— Ничего — Шандар положил руку на плечо дозорному.

С левой стороны от храма было небольшое четырехэтажное здание, кшатрии сделали из него местом постоянного проживания дозорных, а также укрепили мешками с песком окна. Из здания вышел человек среднего роста. За место левой руки у него был вставлен протез. Мужчина был одет в точно такой же черный костюм, но вместо черного бронежилета у него была армейская разгрузка, потрепанная и порванная в нескольких местах, на поясе висело четыре самодельных гранаты а также дополнительные рожки к автомату.

— Здравствуй Шандар — голос у мужчины был жесткий с хрипотцой — Это тот самый юный кшатрий с дозора? — Мужчина указал пальцем на Шасту.

— Да Махавир, он самый.

— Что же ясно. Я проведу вас к старейшине. Идем за мной — Махавир резко развернулся и быстрым шагом пошел ко входу в храм.

Шаста редко видел командира кшатриев на станции. Еще когда в первый раз на храм напали ракшасы, Махавир приказал Шандару, взять на себя должность начальника караула станции, а сам стал командиром всех дозорных обороняющих Стену. Он был настоящий знаток своего дела. Бывший военный полковник нашел себе применение и после Катастрофы. И теперь командовал своей собственной армией солдат, хоть и не такой многочисленной как раньше.

— Шаста идем — поторопил его дядя.

Но юноша уже не мог оторвать взгляда от оборонительной Стены. Это было строение высотой трех метров, состоящее полностью из ржавых автомобилей и бетонных плит. Вся эта громадина была выстроена в форме полукруга и тянулась по обе стороны храма, огибая его. С внутренней стороны стояло по несколько дозорных с автоматами наизготовку, в нескольких проемах между машинами были укрепления в виде мешков с песком, на которых стояли пулеметы. На самом верху Стены были укрепления из металлических пластин и капотов автомобилей. На одном из укреплений Шаста увидел два огнемета. Стена являлась оборонительным рубежом не только для Верхнего храма. Самым важным объектом для обороны являлась вентиляционная шахта станции. Если бы буддисты вовремя не спохватились соорудить Стену, то ракшасы уже давным-давно бы захватили станцию.

От всего увиденного у юноши появились внутри чувства гордости и восхищения.

Храм был невероятно красивым и красочным. Четыре прямоугольных вытянутых колоны тянулись до самого верха образуя три арки, на верху которых стояло позолоченное Колесо Дхармы. Верхний портик был полностью разукрашен различными цветами, где в большей степени преобладал красный и желтый цвет. Второй раз за свою жизнь Шаста видел храм, и уже второй раз он не мог сдержать своего восторга. Это место было по-настоящему величественным и загадочным. Наверно в этой загадочности и есть вся его красота.

Шаста не заметил, как отряд зашел внутрь храма. Он поспешил за ними.

Зайдя внутрь, Шаста оглядел вокруг апартаменты храма. Зрелище было неописуемым. По обеим сторонам были выстроены в ряд по четыре колонны, тянущееся к прямоугольному куполу храма усеянному красивыми витражами. Шаста узнал изображение цветка лотоса. На главном алтаре храма стоял бурхан Большого Будды Шакьямуни, покрытый сусальным золотом. Высокую нефритовую мандорлу Будды украшали различные мифологические существа. Между колоннами и до алтаря были развешаны молитвенные флаги различных цветов, точно такие же, как у них на станции. Возле алтаря ходили жрецы, одетые в бардовые одеяния традиционной школы Махаяны.

В отличие от своих собратьев из Нижнего храма, жрецы были одеты в более чистую и на порядок качественную одежду, которые вышивали мастера из лучшей ткани в общине.

Дядя, Шандар и Махавир стояли возле дверей, ведущих на верхние этажи храма. Стянув с себя противогаз, Шаста смог разглядеть командира. От макушки до левого глаза тянулся широкий шрам, рассекая короткий ежик, седых волос. Морщины и острые скулы говорили про уже не молодой возраст командира.

— Акил, Шандар, можете пока подождать его внизу, я с ним схожу к старейшине, не стоит его напрягать лишний раз.

— Шаста ждем тебя внизу. — сказал дядя, и, помедлив, добавил — Не беспокойся, удачи тебе.

Шаста кивнул ему в ответ.

— Беспокоится и правда не стоит — усмехнулся Махавир — Слушай внимательно. Лакшман очень болен, и его внешний вид тебя может немного встревожить. Ты его понапрасну вопросами не мучай. Сил у него мало. Его жена Иша, уже пожилая женщина, но все еще помогает ему. А ты, если что, тоже помоги, не наглей и веди себя пристойно.

— Да, я понял — ответил Шаста, немного вздрогнув.

— Все иди. Мы будем ждать внизу.

Махавир ладонью похлопал по плечу юноши и спустился вниз.

Шаста был немного встревожен происходящим, слова командира его напрягли, но он не мог подвести его.

Шаста зашел в покои Лакшмана.

Первым что он увидел, это были три больших лампадки с изображением дракона, которые освещали часть небольшой комнаты. По середине стояла большая кровать уложенная одеялами. От кровати исходили благовонья различных отваров и трав. Возле кровати сидела пожилая женщина невысокого роста с седыми волосами, полностью закрывавшими ее лицо.

Морщинистыми руками она держалась за одеяло, ее ладони тряслись. Она посмотрела на Шасту серыми глазами. По морщинистому лицу скатывались слезы. Шаста неловко взглотнул.

— Подойди юноша, он ждал тебя. — сказала женщина сухим тихим голосом.

Шаста преодолев свой страх, сделал пару шагов к кровати. На ней лежал худой старик укрытый несколькими узорчатыми одеялами. Половина его лица была в язвах, левый глаз совсем не открывался. На обритой налысо голове проступали небольшие седые волоски. Старик немного приоткрыл рот и что-то пробормотал. Шаста наклонился немного ниже и присел на колени возле кровати. Старик снова попытался заговорить. Теперь Шаста отчетливо расслышал его.

— Еще один юнец пришел поведать старика. — уголок рта немного дернулся, старик попытался улыбнуться. — Я вижу у тебя много вопросов ко мне, хочешь их задать?

— Я… не знаю, с какого начать. Их много. Но я хотел бы и сам ответить на них.

— Не знаешь, — протянул старик — Это хорошо. Не каждый знает все. Даже я. Эти вопросы мучают тебя, я вижу. Ты часто задаешься вопросом " Почему именно я, а не кто-то другой?" или " Имею ли я право поступить, так как хочу, или надо поступить, так как этого ждет большинство?"

— Да, часто. Ответьте мне пожалуйста.

— Как твое имя?

— Шаста

— Шаста, я помню тебя, еще маленьким. Я помню каждого ребенка родившегося в общине, но ты попал к нам младенцем, как и многие другие. — Лакшман немного прикрыл глаза и закашлялся. — Знаешь, когда я был таким как ты, я тоже задавался такими вопросами. А потом я подумал. А что если я рожден для чего-то большего? Для того чтобы кому-то помочь или защитить.

— Вы ведь и так помогли всем нам. Без вас не было бы сангхи. И не жили бы мы, так как сейчас.

— Во многом мне помогли мои верные друзья и любящая жена — старик краем губ улыбнулся женщине. Она взяла его за руку. — Завтра у тебя начнется уже другая жизнь, тяжелее и сложнее. Но ты должен быть готовым к ней. Готовым быть ко всем трудностям. Поверить в свою цель, это значит поверить в самого себя. Так и ты поверь в себя. Это главное. Никогда не оборачивайся на то что тебе говорят окружающие, что надо делать все так как думают другие. Задача в жизни не в том, чтобы быть на стороне большинства, а в том, чтобы жить со своим внутренним, сознаваемым тобой законом.

— Старейшина, а что если мне страшно от того, что я не знаю, что будет в будущем? Не знаю, что меня ждет?

— Никогда не страшись изменений в своей жизни. У тебя же есть друзья?

— Да есть. Они хорошие, правда.

— В этом том я не сомневаюсь. Доверяй им, они помогут тебе. В наше время доверять кому-либо это очень тяжело. Но поверь, среди людей появятся и те, кто может всегда помочь. И ты сам перед ними будь искренен. Будь чист своим сознанием здесь и здесь- старейшина пальцем показал на голову юноши и на сердце.

— Я запомню это.

— Ах да. Ты же у нас теперь Хранитель. Молодец.

— Спасибо старейшина. Я могу идти?

— Да, ты свободен, дай-ка старику отдохнуть. — старейшина попытался посмеяться, но вместо этого он начал тяжело кашлять. — Ох. Эта болезнь погубит меня Шаста. Я знаю что значит мое имя для вас, но у всего есть свое начало и конец, вот и мой подошел.

— И вы попадете в нирвану?

— Не будь таким наивным, мой друг. — усмехнулся Лакшман — Даже Гаутама Будда не достиг нирваны.

— Почему вы так говорите?

— Чтобы достичь нирваны, надо всю свою жизнь смирно сидеть в позе лотоса и медитировать, не поддаваясь никаким чувствам и желаниям. А Гаутама отдавал себя своей работе. Учил других людей, был с ними вместе. И, я думаю, это ему нравилось. Нравилось давать людям свои учения, мысли, философию, делится жизненным опытом. Ведь все великие деятели вносили что-то новое в этот мир. Изменяли его, влияли на других. Великими деяниями они оставили след в истории и память о себе. Именно это делает человека великим. Главное чтобы эти деяния были правильными. А я… Я не настолько был освобожден от своих желаний и чувств. И знаешь, я вполне этому рад. Ведь за жизнь, я испытал самые необыкновенные чувства, и наверно самое чудесное из них, это любовь. А от такого отказываться совсем не хочется. — Лакшман улыбнулся. Иша посмотрела на них обоих, с необычной радостью, перемешанной с грустью.

— Тут был до тебя юноша. Он был довольно строптивым и нагловатым. Сразу видно, что передалось ему от отца. Но он был не особо уверенным в себе. Думаю, ты еще поможешь ему в этом. — сказала Иша

— Не думаю. Мы с ним не особо ладим.

— Ты изменишься Шаста, и он тоже- сказал Лакшман- Все мы меняемся под влиянием людей, которых встречаем, и порой настолько, что сами себя не узнаем. Запомни это… И еще, просто иди своим путем. Прими свою жизнь, такой, какая она есть и постарайся ухватить от нее как можно больше.

Шаста неловко кивнул.

— Удачи тебе, юный кшатрий.

— Как все прошло? — спросил дядя.

Махавир и Шандар смотрели на юношу.

— Все хорошо, он себя очень плохо чувствует. Эта болезнь и правда неизлечима? спросил юноша

— Нет — ответил Шандар — Раньше были способы сдерживать приступы болезни, но и это полностью не могло вылечить человека, а сейчас и подавно.

— Идите обратно на станцию, старейшина Абхай собирает всех в Нижнем храме. — Махавир быстро надел противогаз и пошел к выходу. Все остальные проследовали за ним.

После встречи со старейшиной Шаста был в состоянии полного разочарования. Ему было очень жаль Лакшмана и его жену Ишу. Он очень хотел помочь им, но понимал что это не возможно. Слова старейшины очень сильно повлияли на юношу. Шаста дал себе слово, что будет поступать так, как он сказал. Через свой внутренний страх и сомнения, юноша был готов принять новое, уготовленное ему испытание.

После возвращения на станцию Шандар и Акил сопроводили Шасту к Нижнему храму.

Нижний храм соорудили с южной стороны станции. Отгородившись от жилой стороны кусками жести и частями вагонов электропоездов, брахманы устроили свой жилой уголок для медитаций, а также для различных праздников. Оттуда уже доносились шумы всех жителей общины, которые собрались для речи старейшины Абхая.

При входе в храм, возле платформы сидели три местных музыканта, исполняющие вечерние мантры любви и желаний. Один играл на многострунном ситаре, сидя на узорчатом ковре в позе лотоса, второй отбивал легкий ритм на табле, третий подыгрывал на духовом бансури. Простая легкая мелодия разливалась чарующими звуками по всей станции.

Волшебный звук ситара сплетался с легкими постукиваниями таблы, бансури дополнял такой аккомпанемент, своими переливающимися звуками. Старая Деревня погружалась в необычную, загадочную, сказочную атмосферу некой индийской древности.

Шаста не мог оторваться от игры музыкантов. Внутри стало спокойно и легко. В голове проскальзывали образы различных божеств и царей далеких веков прошлого.

Зайдя внутрь храма, юноша увидел Навина с Дэви, сидящих в позе лотоса. Он прошел к ним. Жители станции сидели полукругом и медитировали. Женщины были одеты в праздничное, разноцветное, покрытое узорами сари, мужчины — в традиционном лунги. Некоторые двигались в такт музыке играющих на входе. По центру у алтаря сидели монахи, в ладонях у каждого были небольшие свечи, освещавшие их лица. По сторонам от брахманов тянулись молитвенные флаги, на которых висели красные лампадки с изображением газели. На центральном алтаре стояли деревянные фигурки богов Тримурти — Брахмы, Вишну и Шивы, над ними стояла статуэтка Будды сидящего на цветке лотоса. Все ожидали начала процессии. С правой стороны, за красной ширмой, Шаста заметил движение трех человек, старейшина Абхай готовился выступить перед общиной.

Брахманы подняли указательные пальцы вверх. Постепенно шум начал утихать, музыканты перестали играть. Ширма отодвинулась, и оттуда, в сопровождении трех монахов, вышел мужчина среднего роста в узорчатом сине-золотом шервани. Черные волосы, были гладко зачесаны назад. Властное лицо, уверенный взгляд. Этот человек всегда следил за своей внешностью. На запястье висело несколько браслетов и четок, на безымянном пальце золотое кольцо с красным камнем.

Шаста узнал старейшину Абхая, Он всегда старался выделяться среди прочих брахманов и не только внешним видом, но и поведением, что выражало недовольство у многих монахов. Краем глаза, юноша заметил черноволосую женщину в красно-черном сари, ее взгляд был безразличным к происходящему, она выглядела замученной и печальной. К ней подошел Абхай, и взяв ее за ладонь, нежно поцеловал. Женщина немного смутилась и неловко улыбнулась старейшине. Отпустив ее ладонь, Абхай повернулся ко всем.

— Приветствую вас, мои братья и сестры! — зычно произнес старейшина. Толпа поклонилась ему.

— Сегодня мы вновь проводим посвящение наших молодых юношей в доблестных воинов-кшатриев!

Жители восторженно заликовали.

— Двое молодых братьев станут верными помощниками Хранителей боевой Ратхи. И вместе с ними они пойдут для выполнения опасной, но благородной миссии. Как вы думаете, мои братья и сестры, смогут ли эти двое юношей пройти ужасные испытания, самого демона Кали?

— ДА! — громко сказали все.

Абхай поднял руки и все сразу перестали шуметь.

— А что думают сами воины? — спросил он. Жители станции переглянулись- Выходите сюда братья!

От волнения ноги сделались ватными, дыхание участилось. Шаста был в небольшом оцепенении, но преодолев чувства, подошел к алтарю. Из противоположного угла вышел Динеш улыбаясь всем. Подойдя, он подмигнул Шасте и встал рядом со старейшиной. Абхай приобнял юношей и отступил.

— Вы готовы братья выполнить эту миссию и верно служить Хранителям?

— Да — резко ответил Динеш

— Да — помедлив, сказал Шаста

Абхай посмотрел на женщину в красном сари.

— Лалита, супруга моя, а как думаешь, ты, смогут ли справиться эти юноши?

— Да, Абхай — тихим ровным голосом произнесла женщина и опустила глаза.

— А ты, дочь моя, Амита, веришь в них?

— Да, отец. — с неким пренебрежением сказала девушка.

Шаста услышал голос, который хотел услышать весь этот день. Он был встревожен от взглядов окружающих, но и одновременно радовался появлению Амиты.

— Это хорошо — Тихо произнес Абхай — Очень хорошо.

Брахман отпустил юношей и подошел ближе к толпе.

— Я помню времена хаоса. Когда мир рушился у меня на глазах. Мы искали спасения, но понимали, что уже ничем не можем друг другу помочь. Я помню людей одумарненных славой и богатствами. Они желали большего, всегда. Желания взяли вверх над их сознанием, демон Кали поработил их внутренний мир. Они не замечали как начинали терять человеческий облик. Их страдания усилились и ничто уже не могло усмирить их пороки. Эпоха Кали достигла своего апогея и люди имевшие все, стали нищими, а тем, кто был чист сознанием и не поддавался порокам, достался в наследство разрушенный, опустошенный мир. Его населили ужасные чудовища, демоны из подземного мира пришли уничтожить всех и поработить свободных людей. Уже десять лет мы сражаемся с ракшасами и никогда не сдаемся!..

Жители воскликнули, но тут же замолчали, увидев поднятую руку брахмана.

— Я хотел бы рассказать вам притчу о Будде Гаутаме….Существует предание: Будда остановился у врат Рая. Ради достижения этой цели он трудился всю свою жизнь. Врата открылись перед ним. Играла музыка. Было празднество и ликование, потому что очень редко человек поднимался к таким высотам. Привратники открыли врата, вышли навстречу и пригласили Будду:

— Ты прибыл! Входи! Мы рады приветствовать тебя! — кричали они

Но они были удивлены. Будда выглядел грустным. Он не мог думать в этот момент о блаженстве. Он задумался о миллионах заблудших, страдающих, не знающих, что делать. Они нуждаются в его помощи! Будда сказал привратникам:

— Пожалуйста, закройте врата! Я не могу войти. Я буду ожидать, пока все люди не войдут в эти ворота. Возможно, потребуется вечность, но это не имеет значения.

"Я вижу миллионы грустных лиц, сердца, полные слёз, людей, которые никогда не знали радости". — Сказал Гаутама — "Закройте ворота, я войду последним… " И сейчас Будда всё ещё стоит снаружи Райских врат и освещает путь каждому, кто идёт этим путем…. Эту притчу я говорил вам не раз. Мы с вами заблудшие и страдающие, но мы страдаем не от самих себя, а от мира вокруг нас. Но помните, что Будда осветит нам путь, каждому из нас. Благодаря вере и нашему единству и сможем одолеть ужасных демонов! И завтра — старейшина повысил голос — Наш путь начнется братья мои!

Толпа заликовала, у многих женщин полились слезы, некоторые из мужчин стали со своих мест и гордо произносили имя старейшины. Абхай улыбался каждому из них.

Брахманы позади него снова подняли пальцы вверх, толпа смолкла.

— Юноши выпейте этой воды — Абхай протянул чашу Динешу, тот выпрямил осанку и с серьезным видом принялся пить, а после поклонился Абхаю. Шаста без особого фанатизма повторил то же самое.

— Теперь вы готовы кшатрии к этому пути. Будда осветит вам путь.

Ранним утром за Шастой зашел дядя, и как обычно в своей манере, начал его торопить. Парень стал собирать все самое необходимое в дорогу. Взяв с собой дядин старый фонарь на пальчиковых батарейках, Шаста принялся собирать колчан со стрелами и свой боевой лук, который не раз выручал его в тоннелях. Плюс к нему, взял свой укороченный "калаш" и пару магазинов. Накинув на себя костюм химзащиты, который ему отдал дядя, Шаста прикрепил к нему противогаз, на уровне шеи. Повесив свой самодельный нож на ремень, он двинулся к гермоворотам с дядей.

Возле гермоворот его уже ждали. Шаста был очень впечатлен видом Хранителей. Сложно было передать эти чувства на словах.

И так, стоя с полуоткрытым ртом, юноша смотрел на них. Все четверо были одеты в черные комбинезоны химзащиты. Черные штаны из прочного материала были заправлены в сапоги с высокой шнуровкой. На колени примотаны черные наколенники из прочного пластика. Поверх комбинезонов, надеты армейские разгрузочные жилеты со множеством карманов и отделений. На ремешках болтались черные противогазы ППМ-88 со стеклом панорамного обзора.

Шаста сразу понял кто из кшатриев лидер. Высокий, широкоплечий мужчина с грубоватыми чертами лица. Высокие скулы, впалые щеки, прямой нос. Глубоко посаженные карие глаза и широкие брови. Черные, как смоль волосы, убраны со лба и завязаны в аккуратную короткую косу, на затылке. С левой стороны лица, от виска до щеки, тянулось три шрама, которых прикрывала короткая черная борода, тянущаяся от уха до уха. Взгляд Хранителя был полон решимости и… грусти? Да, именно грусти и некой тоски. Что говорило о нем, как о человеке, который повидал многое в этой жизни, и наверное, потерял столько же. В руках хранитель держал автомат АН-94 "Абакан" с подствольным гранатометом. За спиной на ремне висел старенький рычажной " Винчестер".

Стоящий рядом с ним кшатрий, был пониже ростом на полголовы, и выглядел как крепкий здоровяк. Немного выпирающий по бокам и спереди жилет разгрузки, добавлял ему полноты.(Еще и из-за обилия различных гранат висящих на крючках разгрузки.) Округлое лицо с мясистым носом, маленькие круглые глаза, припущенный лоб, широкие хмурящийся брови. Кшатрий символизировал собой грубую ударную силу в команде, отчего казалось, что он самый суровый из всех. Но стоило только посмотреть на его добродушное лицо, сразу становилось понятно, что такое мнение ошибочно. Больше всего выделялась его налысо обритая голова с татуировкой огнедышащего дракона, набитой от макушки до лба. А от висков до подбородка тянулась густая черная борода с проседью. В могучих руках кшатрий держал пулемет РПД с дисковым магазином. На ремне висела кобура с увесистым кольтом "Анакондой" сорок пятого калибра.

Третий кшатрий был моложе остальных и выглядел как герой любовник из шпионского боевика. Взгляд с усмешкой, красивое аристократичное лицо и голубые глаза. Такой образ портили только его короткие дреды на голове. В руках он держал обычный АКМ, а в двух кобурах на штанах висели обрезы.

Коренастый четвертый хранитель, выглядел сурово и отстраненно от всех. Его цепкий хладнокровный взгляд смотрел на окружение с опаской и осторожностью, придавая ему вид замкнутого в себе сталкера отшельника. За спиной висел старый "Винторез", в кобуре — обычный ПМ. По-видимому, кшатрий был любителем тихой и тонкой работы. И касалась такая работа только устранения чего и кого-либо.

Все четверо излучали необыкновенную силу и мощь. Хранители были больше похожи на героев легенд или эпосов, которые Шаста слушал в детстве. Он был немного в растерянности и в необычайном восторге. С самого детства, он хотел быть похожим на какого-нибудь бесстрашного героя, благородного, справедливого, храброго и верил, что такие есть и в жизни. Ведь сам сомневался в себе.

И вот спустя много лет он их увидел. Но было ли это так на самом деле? Может быть, внешность была обманчива? Шаста не хотел задаваться этими вопросами, как и впрочем, многими другими. Он верил, что все, что он видит так и должно быть. Он не сомневался в благородстве этих кшатриев.

Лидер Хранителей подошел к Шандару и пожал руку.

— Долго вы добирались до дома. Думали, опоздаете… — сказал начальник дозора.

— Дела задержали. Здравствуй Шандар — сказал хранитель.

— Здравствуй Виджай.

Хранитель посмотрел на юношу.

— Это и есть наш новый помощник?

— Да. Его зовут Шаста. Лучший дозорный с северного тоннеля.

— Я помню его. А вот лучший или нет, мы узнаем. — сказал кшатрий — Здравствуй Шаста. — его голос был мягким, звонким. От кшатрия веяло уверенностью и внутренней силой. — Меня зовут Виджай, Это Ранеш — кшатрий указал на бородатого справа от себя. Тот подмигнул парню. — А это Амар и Садхир.

— Здорова! — отсалютовал дредастый Садхир.

Коренастый Амар только кивнул и снова отвернулся от всех.

— Вы меня знаете? — первое, что пришло в голову, спросил Шаста.

— Виделись пару раз. Ты был еще совсем юн. — улыбнулся хранитель — Мы хорошо знакомы с твоим дядей и Шандаром.

— Но мне дядя ничего не говорил про вас.

— Значит, не было нужды говорить об этом.

— Извините! — неоткуда взявшийся Динеш быстро залез на платформу и подошел к кшатриям — Я тут эта самое, опоздал малеха. — с насмешкой сказал он. — Намасте.

— Ну что же, теперь ясно, кто понесет провизию — усмехнулся бородатый Ранеш

— Виджай, погнали уже. Сахаров ждать не любит. — сказал Садхир.

— Ну что же, если надо спешить то, не смею вас задерживать… Да будет с вами Индра, кшатрии. — сказал Шандар

— И с вами мужики — Ранеш пожал руки Акилу и Шандару. Остальные сделали то же самое. Шаста крепко обнял дядю и пошел за Хранителями.

Новый день встретил кшатриев прохладным ветром с мелким дождем. Свинцовые облака затянули небо. С приближением зимы становилось все холоднее. Лишь только лучи морозного солнца, проникали через прорехи темных туч, где-то в стороне залива.

Кшатрии зашли за здание бывшего торгового центра, который вчера Шаста разглядывал на пути в храм. За домом была старая железнодорожная станция, которую Хранители приспособили под небольшую мастерскую для обслуживания боевой Ратхи. Вот Шаста, наконец, и увидел ее.

Передняя кабина, где размешалось управление дрезиной, осталось таким, как и раньше, только сверху приделали деревянную, с металлическими бортами, башенку для наблюдений. Всю часть, где размещались пассажирские места, кшатрии вырезали, оставив открытую платформу. Теперь там стояли металлические борта с прикрепленными к ним мешками с песком, из которых торчали острые металлические колья. Сверху промежуток между кабинами, кшатрии скрепили металлической рамой из сваренных труб. К автомотрисе спереди был прицеплен вагон трамвая, окна которого были забиты деревянными ставнями с небольшими щелками между ними, для видения огня с обеих сторон. К передней части кабины автомотрисы Хранители прикрепили ковш старого строительного бульдозера, вместо тарана.

— Добро пожаловать на борт, юноши. — cказал Виджай

Шаста с Динешем запрыгнули на платформу, за ними залез Ранеш. Амар и Садхир пошли к трамвайному вагону и устроились там. В задней кабине Шаста увидел две больших бочки с бензином, рядом с ними, десять штук двадцати литровых канистры.

— Теперь небольшой инструктаж — начал кшатрий — На боевой дрезине выполнять приказы беспрекословно. Сказал лечь, значит лечь. Сказал заткнуться, значит заткнуться. Если меня не будет, слушаться во всем Ранеша, либо Садхира или Амара. Вы уже пацаны не маленькие, думаю, понимаете. По пути нам может попасться все что угодно, поэтому глаза, уши, автоматы, всегда наготове. — Виджай взял одну канистру и перетащил в кабину управления — Так. Шаста, сейчас будешь мне помогать. Ранеш, займись этим красавцем. — Кшатрий пальцем ткнул в Динеша.

— Это я могу, могу. — усмехнулся бородач — Дуй сюда, салага, будем, тебя учит из пулемета стрелять. Он тут всего один и то у меня, так что отвечаешь головой. — пригрозил пальцем Ранеш.

Динеш неуверенно подошел к нему. Шаста заметил, что Динеш все утро был сам не свой. Постоянно медлил, вел себя сдержанно и часто оглядывался по сторонам с напуганным взглядом. От его самоуверенности и наглости и след простыл. Может Динеш боялся поверхности или чего еще?

Ранеш установил РПД на сошки у борта и начал пояснять Динешу устройство пулемета и как правильно оборонять Ратху.

— Иди сюда — окликнул Шасту Виджай — Покажу тебе управление дрезиной. Парням и до вас я тоже мозги промывал, а то привыкли у себя в тоннелях сидеть, задницы греть. Так что привыкай, мне люди без дела не нужны. Не будешь выполнять приказы, окажешься за бортом.

Шаста неловко кивнул. Юноша не ожидал таких резких слов в свою сторону. Кшатрий открыл крышку бака и залил туда бензин. Пустую канистру отставил в сторону.

— Пустые канистры всегда тащи в корму, чтобы под ногами не мешались. Со временем привыкнешь. А теперь сюда смотри.

Кабина управления была не очень большой, но при этом уютной. Над приборной панелью кшатрий развесил кусочек молитвенного флага и рисунок с изображением Индры — бога покровителя кшатриев. Рядом с рисунком были маленькие календари с изображением древних городов, точно таких же как у Шасты в лачуге. Хранитель подвесил на крючок свои четки.

— Вот смотри. — Кшатрий сел в кресло и схватился за рычаг справа от себя — Управление, конечно, легче не придумаешь. Всего один рычаг с коробкой передач на четыре ступени. А нам же с тобой европейский элитный экспресс и не надо, правильно? — усмехнулся Виджай, но Шаста не поддержал его — Ладно. Когда попрошу подменить меня, просто регулируй этот рычаг и смотри вот на этот циферблат — кшатрий постучал по круглой стеклянной штуковине, которая была похожа на часы — Он показывает скорость с которой мы едем. Максимум тут восемьдесят в час, но с учетом того что у нас еще грузовой вагон впереди, малышка выдает всего шестьдесят. Ни в коем случае не повышай скорость до максимума, движок полетит к чертовой матери. Шесть цилиндров это тебе не шутки.

Шаста с интересом наблюдал, как кшатрий заводит дрезину. Вдруг что- то затрещало и зашипело под платформой. Шаста почувствовал как по ногам прошлась дрожь. Механизмы заработали, карданый вал с рокотом начал вращаться. Дрезина была готова к пути.

— Ну а так все просто. Двигаешь от себя рычаг, тачка едет. На себя — ход замедляется. Вот это стоп кран — кшатрий пальцем показал на красный рычаг чуть выше — Используем редко, но пригодиться может, в случае чего.

— Да, я понял.

— Вот и чудно. А теперь лез наверх в башню, будешь моим наблюдателем. Увидишь чего по пути, типа собаки облезлой, дерева упавшего, твари летающей — говори мне, либо Ранешу.

Шаста залез наверх и снял автомат с плеча. Проверив боезапас, юноша устроился поудобней.

Ему было немного обидно за такое поручение. Сидеть наверху следить за всем окружающим, вместо того чтобы помогать в управлении. Шаста глянул на Динеша. Тот стоял возле пулемета уперев приклад в плечо и с серьезным видом высматривал что-то в прицел. Он увидел Шасту и ехидно улыбнулся. Явно ему было интересней управляться с пулеметом. Бородач Ранеш накинул на голову капюшон, дабы не засудить лысую макушку, и, постучав по стеклу противогаза, уселся на левый борт. Амара и Садхира не было видно в вагоне. Только звук шагов доносился оттуда.

— Все, мужики, едем! — крикнул Виджай.

— Ну, удачи нам. — сказал бородач

— Ранеш, ты куда заказ Сахарова положил? — спросил Виджай

— Да в вагоне, у парней. Все в ящиках, как и загружали.

— Главное не повредить аппаратуру, а то профессор три шкуры спустит с нас. И плакала наша взрывчатка.

— Не сцы, довезем. — захохотал Ранеш

— Я надеюсь. — хмуро ответил кшатрий

Ратха тронулась с места, медленно набирая ход. Шаста начал осознавать, что впервые за двадцать лет он покидает родные места, и теперь, что ждет его впереди было совсем не ясно. Мысль о том, что он будет в Большом метро, не очень радовала его. Сколько бы он не слушал интересных историй про это место и сколько бы он не хотел туда попасть, он не хотел покидать родную станцию.

Попасть совсем в другое место, увидеть совсем других людей с другими законами и порядками, наверно больше всего пугало именно это. Как его примут там? Или всем будет глубоко наплевать на появление молодого буддиста на станции? Он очень надеялся, что именно так и будет.

Дрезина проехала мимо Серафимовского кладбища. Черные голые деревья шатались под порывами осеннего ветра. Гул от веток разносился на всю округу. По телу пробежала дрожь. Шаста съежился от холода. Приподняв воротник свитера, юноша прикрыл горло.

После кладбища открылся вид на город. Заброшенные, полуразрушенные здания стояли по обеим сторонам дороги. Дома мелькали между скрюченными деревьями городских аллей, ржавые машины стояли на улицах в навсегда застывшей пробке. Шаста успел разглядеть несколько почерневших от времени скелетов, выглядывающих по пояс из лобовых стекол. Ему стало не по себе от этого зрелища.

Впереди показался небольшой мост через речку. Река была черного оттенка и больше напоминала густую слизь протекавшую между улицами.

Виджай немного сбавил ход. Кшатрии проезжали под широкой эстакадой. С одной стороны она была обрушена и перегораживала автомобильную дорогу внизу.

Шаста заметил движение впереди между зданиями. Черные мелькавшие тени, двигались пригнувшись, пересекая железную дорогу.

— Я вижу что-то впереди. — сказал он, нагнувшись через борт.

— Я тоже. — донеслось из кабины — Так мужики, небольшой привал. Амар иди сюда, поохотимся.

Виджай вышел из кабины с "Абаканом" наперевес.

— Где это мы? — спросил Динеш

— Станция Новая Деревня. А над нами Коломяжский путепровод. Тут вдоль набережной, можно было добраться на другие острова города, но после обрушения, это стало немного проблематично. — сказал Ранеш

— Динеш Шаста, идите сюда. — подозвал к себе парней Виджай — Вон видите, между деревьями твари бегают?

Шаста пригляделся и увидел пять необычных существ, покрытых от хвоста до головы твердыми наростами, больше напоминавшие панцирь. Наросты свисали до уровня голени. Было заметно, что тварям тяжело передвигаться с ними.

— Это собаки Павлова, но не совсем обычные. Теперь они вообще мало на собак похожи стали.

— Мы их в шутку броненосцами кличем. — сказал бородач — Болезнь какая-то их поразила. Хрен знает что такое, вроде на грибок похоже, только крепкий очень. На расстоянии их фиг прибьешь, тут калибром помощнее надо. И желательно подальше отойти, а то спугнем.

— Амар покажи-ка парням, как надо. — ухмыльнулся Виджай

Кшатрий деловито снял с плеча "Винторез" и ловко примкнул к прицелу. Задержав дыхание он сделал два выстрела по собаке. Одна пуля прошила ногу твари, вторая влетела в голову, раздробив череп. Тварь упала. Амар плавно сместил ствол правее и повторил выстрелы. Вторая собака упала рядом с первой.

— Давайте парни, вы теперь. — Сказал Виджай

Динеш опередил Шасту. Неуклюже взяв винтовку, юноша, трясущимися руками, прильнул к прицелу.

— Ну. Чего ждешь? Дыхание задержал и на курок жми. — резко сказал Виджай

Динеш зажмурился и выстрелил. Две пули улетели вверх, только одна долетела до собаки и чиркнув по панцирю отрикошетила в сторону.

— Стрелок из тебя, еще тот. — усмехнулся Ранеш.

— Да у нее панцирь, смотрите какой! — запричитал Динеш.

— Так ты целься в голову, тогда и сработает. — подмигнул кшатрий.

— Давай Шаста, теперь ты. — Виджай передал винтовку парню.

Шаста посмотрел в прицел, одна из тварей тяжело ковыляла с оставшимися двумя. Она была полностью покрыта этим грибком. Шаста выстрелил. Одна пуля застряла в панцире, две другие задели лапы собаки, она упала и задергалась в конвульсиях.

— Добивай — холодно произнес Виджай

Шаста немного растерялся. Несмотря на то что это существо было порождением злых духов и пораженно опасной болезнью, парню не хотелось его убивать. Собравшись с силами, он задержал дыхание и выстрелил. Пуля разорвала челюсть собаке.

— Молодец.

— Я так не думаю.

— Ты что у нас в пацифисты записался? — зло произнес Виджай — Этих мразей и так тут полно. Нечего их жалеть. Ты же не жалеешь ракшасов в тоннелях?

— Нет. Просто, какая польза от этого? Ракшасы злые, свирепые. А эти, просто охотятся и живут.

— Охотятся они на таких же, как и ты. И жрут таких же как ты. Разницы между ними и ракшасами нету. А какую пользу это приносит, я сейчас тебе покажу… — Кшатрий резко развернулся и зашел в кабину. Ратха медленно тронулась с места.

Шаста опустил взгляд и присел возле железного борта.

— Не обращай внимания. — шепотом сказал бородач — У него часто бывают такие срывы.

Остановившись рядом с мертвыми тушами собак, Виджай с автоматом, перепрыгнул через борт дрезины.

— Амар, Ранеш, прикройте, если что. — скомандовал кшатрий.

Виджай, оглядывая цепким взглядом окружение, медленно прошел к трупам собак. Выхватив десантный нож из нагрудного кармана, кшатрий сноровисто начал вырезать застывшие наросты со шкур мутантов. Через пару минут, уже с набитым небольшим мешком, кшатрий вернулся на дрезину.

— Вот. Смотри. — Виджай ножом подцепил один кусок плоти — Эта шкура очень прочная. Такие пластины можно вшить в любую плохо защищенную одежду. На колени, рукава и прочее. Для этих тварей эта болезнь смертельна, но ты можешь использовать ее качества для собственной защиты. Поэтому, прежде чем говорить о бесполезности дела, лучше сначала узнать зачем это делать. А если у тебя кишка тонка убивать, то тогда тебе здесь делать нечего. Не знал, что в дозор берут таких неженок. И как ты выжил там…

Виджай подкинув мешок Амару, удалился в кабину. Динеш усмехнулся над парнем и вернулся к пулемету.

Вторую половину пути отряд ехал в полной тишине. Вернувшись на место наблюдателя, Шаста продолжил смотреть на развалины города проносившиеся мимо них.

Двигаясь вдоль улицы матроса Железняка, дрезина обогнула высокое полукруглое здание и выехала на распутье железнодорожных путей. Посмотрев назад, Шаста увидел небольшой мигающий огонек на очень далеком расстоянии, который в промежутках времени угасал, то снова появлялся.

— Что это за свет? Там сзади? — спросил парень

Ранеш обернулся, и, подойдя поближе к задней кабине, стал высматривать огонек.

— Это маяк торговцев с блошиного рынка. На Удельной. Привлекают к себе заблудившихся сталкеров со всей округи. — сказал он

— Что это за рынок такой? Прям наверху? — спросил Динеш

— Нет. На поверхности у них только небольшой форпост охраны. Сам базар находится внизу, на станции. Помню, бывали как-то. Выбора конечно у них — навалом. И продают, то, что нельзя найти даже в Торговом городе. Рынок и раньше был барахолкой, а теперь так и подавно. Это очень опасное место…Слыхал я от одного мужика, как тот вместе с товарищем попал к ним. Решили переночевать в местной забегаловке. На утро, говорит, просыпаются, а у них ни денег, ни одежды. Только руки за спиной связаны. Говорит, чудом сбежал оттуда, а второго так и забрали к себе. Потом, через месяц, мужик этот, своего друга встретил в тоннеле на Александра Невского. Тот не узнал его. Весь в грязи, синяки под глазами, худющий до ужаса и в кандалах. Чепуху какую-то мелит себе под нос. Мужик пригляделся, а у друга языка нет, отрезали, к чертям собачим. Оказалось, его в рабы веганцам продали, на зеленую ветку. Мужик как дал деру оттуда, и все. Не видел больше товарища своего. И кто знает что с ним теперь. — вздохнул Ранеш- Так вот парни. Тут надо осторожней быть. Нюх как у собаки, глаз как у орла.

Выслушав рассказ кшатрия, юноши переглянулись.

— Обычно эти торгаши отправляют пленников и воров на свою Арену. То ли гладиаторские бои, толи еще какая-то чушь. В общем, на потеху людям. А,оказывается еще и для Империи Веган отправляют рабов. Этого я не знал…

— А вы были на зеленой ветке? — спросил Динеш

— Нет, упаси Будда попасть туда. А вот Амар был. Давно правда… Он вообще редко рассказывает что-то о себе. Знаем только то, что Амар вместе со своей семьей попал к ним в рабство. Потом они сбежали оттуда и в тоннеле наткнулись на бандитов с Достоевской. Семью забрали и убили, а его вышвырнули на съедение крысам…. После трех месяцев скитаний по метро, Амар нашел убийц. Эти уроды сбежали на Обводный канал. Амар их достал там и перебил всю станцию одним ножом… После смерти родных он стал таким суровым и нелюдимым.

— А как он с вами познакомился? — спросил Шаста

— Он был на Спортивной челноком торгового каравана. Ему эта работа надоела быстро, и он решил податься к нам, в кшатрии. Виджай его заприметил сразу и взял в команду. А так… Тяжелая у него судьба. Уж у кого она сейчас легкая…

— А Садхир тоже кого-то потерял?

— Садхир попал в метро еще тринадцатилетнем мальчишкой. Что с ним было до Катастрофы, я не знаю. А вот в метро, промышлял грабежом в Торговом городе. Охмурил какую-то девчонку молодую. Дочку богатого торговца. С ней где-то год жил, а потом обдурил папашку ее и взял половину его богатств себе. Она тоже, та еще стерва была. Изменяла ему, врала. Вертела парнем как хотела. Вот он и отомстил. А потом скрывался от карательных отрядов Торгового города и к нам сбежал. Со своим легким характером и опытом, так и ужился с нами. Я еще удивляюсь как такой строптивый, девушку себе не нашел среди наших. Сам говорил нам — "Была молодость лихая, да вот повзрослеть пора". Так и стал кшатрием. Такая вот история.

— Интересно-сказал Динеш — Хоть и занудно.

— Ну, у всех своя история. Где-то приукрашено, а где-то недосказано.

Сквозь поросшую мхом и травой железнодорожную колею, Шаста увидел очередную развилку. Посмотрев на правую сторону, юноша увидел широкую улицу, выныривающую из-под железнодорожного моста уходящей дальше, вдоль путей. Приглядевшись, Шаста увидел на углу здания, табличку, с потертой надписью названия улицы: " Большой Сампсониевский просп. 77".Проехав пару метров, Шаста увидел за деревьями, высокое серое здание с коричневатыми оконными рамами, расположенные четко одно под другим. Несколько оконных проемов были разбиты и больше напоминали темные проходы пещер. Парень краем глаза заметил движение внутри окон. Что-то большое и опасное скрывалось от глаз путников.

— Подходим к Кантемировской. — тихо сказал Виджай — Ни в коем случае не стрелять. Ведем себя тихо и спокойно. — дернув рычаг на себя, кшатрий сбавил ход и выключил переднюю фару.

— Так парниша я за пулемет. — сказал Ранеш — А ты бери " калаш" и не спускай глаз с этого здания. — Ранеш присел на одно колено и уткнул приклад пулемета в плечо.

— Что… такое? — Динеш схватил свой автомат и с пугливым взглядом отступил к левому борту. Его руки затряслись.

Ранеш не ответил и прильнул к прицелу.

— Ранеш, что это за здание? — шепотом спросил Шаста

— Роскомтех… Бывший завод имени Климова. Только уже давно это не завод и работают там не инженеры.

— А кто?

— Сейчас увидишь.

Шаста крепко стиснул цевье автомата. Возле многоэтажки, улица разделялась на две части и уходила вглубь города.

— Амар видишь что нибудь? — спросил Виджай

— Пусто — коротко ответил тот.

— Будь наготове. Садхир ты тоже. Пройдем на малом ходу. Дай бог пронесет.

— А. а что там? Вы можете сказать? — тихо спросил Динеш. Он был не готов сразится с неизвестным врагом. От былой уверенности в себе ничего не осталось. Теперь он выглядел жалко и напугано.

— Цыц паря. А то останемся в этой дрезине навеки. — процедил сквозь зубы Ранеш.

Дрезина медленно проезжала прямо напротив здания. Над кшатриями скопились темные дождливые тучи. Вечер усилился и сильными дуновениями начал разгонять пыль и грязь по округе. Ржавые линии электропередач со скрежетом наклонились под порывами ветра, будто вот — вот были готовы упасть. За зданием показался просвет солнечных лучей.

Динеш не заметил как задел локтем небольшую фару, прикрепленную к борту дрезины. От страха, кшатрий выронил автомат из рук. Упав на пол, автомат самопроизвольно выстрелил.

Раздался глухой хлопок. Пуля вошла в мешок с песком.

Виджай по-волчьи оскалился на парня. Амар и Садхир начали водить стволами из стороны в сторону выискивая затаившихся хищников. Ранеш чертыхнулся себе под нос. Шаста посмотрел в черный проем оконной рамы. Оттуда показалось мерзкого вида существо- перепончатые руки-крылья с острыми когтями. Морда вытянутая с острыми передними зубами и загнутыми острыми ушами. Тварь рыкнув, взмахнула крыльями и устремилась ввысь.

Зацепившись одной лапой за край рекламной вывески, существо начало издавать короткие звуки, отдаленно напоминавшие гавканье собак — " Гау-Гау-Гау". Из соседнего здания вылетело еще одно существо, точно такого же размера с метр высотой. Вторая тварь спикировала прямо над дрезиной. Шаста четче смог разглядеть мутанта. Тонкое костлявое брюхо с облезлой шерстью, широкая грудина. Задние лапы с двумя острыми когтями. Тварь была похожа одновременно на собаку и летучую мышь, только гораздо крупнее в размерах.

Не найдя для себя ничего съестного, тварь полетела в сторону многоэтажки. Первое существо еще немного повисев на щите, полетело за своим собратом и скрылось в темном проеме окна.

Все вздохнули с облегчением. От напряжения побледнели костяшки на пальцах. Стекло противогаза запотело, стало тяжелее дышать. Шаста посчитал до десяти и успокоился. Динеш сидел прислонившись к бортику задней кабины прикрыв лицо руками. Автомат он так и не поднял. Виджай двинул рычаг вперед и дрезина начала постепенно набирать ход прочь от жутких тварей. Ранеш, отпустив РПД, нагнулся через борт, тяжело дыша.

— Фух. Еле пронесло парни. — сказал он

— Что это за твари? — спросил Шаста

— Крыланы… Днем они ориентируются только по слуху, но ночью видят отлично.

Виджай вышел из кабины и подошел к Динешу. Взяв юношу за грудки, кшатрий резко поднял его и ударил кулаком под дых. Динеш согнулся от боли и упал на платформу.

— Теперь ты даже дышать будешь с моего разрешения! — рявкнул кшатрий — Ты нас тут угробить решил а? Да нам повезло, что там только две твари оказалось, а не целая стая. Следующий раз я тебя самолично скормлю им. — Динеш пытался спрятать глаза от разъяренного кшатрия, но тот сверлил его суровым взглядом.

— Вы…вы, не имеете права — промямлил парень — Если узнает мой отец, вас ждет изгнание из общины.

— Да? Ты так думаешь пацан? Да отец сам тебя отшлепает по заднице как мелкого мальчишку, а мне за это еще и спасибо скажет. — немного отступив, кшатрий поднял автомат Динеша и кинул ему в руки.

Хранитель более мягким тоном продолжил:

— Ты по определению не должен был сюда попасть, а остаться гнить в своем тоннеле…Самодовольный молокосос. Это я еще в первый день понял, когда увидел тебя на Стене храма. Но ты сын своего отца, так что будь добр, не позорь его имя, а в первую очередь не позорь самого себя. Если будешь продолжать в таком же духе, то слетишь на хрен с Ратхи и будешь мыть стойла для свиней…Уж поверь, я такое устроить смогу.

Динеш схватил автомат и молча поднялся, держась за живот.

— М-да. И такое бывает — протянул Ранеш

— Виджай всегда был таким? — спросил Шаста

— Нет… Лет пять назад все было по- другому. А потом в один момент все изменилось…Он изменился….Случились события, на которые он не мог повлиять, а теперь он винит себя во всем, что случилось. Он перестал замечать окружающих его людей, они стали ему безразличны. Ты не думай что он жестокий человек. Жесткий, но не жестокий. Жизнь с ним поступила жестоко, наверно, как и со всеми нами, кто смог выжить.

— Но вы же Хранители. Надежда нашей станции. С вами каждый мальчишка сангхи мечтает отправиться в путь.

— О-хо-хо — улыбнулся бородач — Ты думаешь, это так легко нам дается? Мы, такие же, как и все остальные. Со своими страхами, со своими проблемами. Нет никакой разницы, управляешь ты боевой дрезиной или обороняешь тоннель, или стоишь на Стене. Все дело только в тебе самом. Насколько ты приспособлен выживать в таких условиях, и конечно, способен ли ты оставаться самим собой, не подражая другим. Виджай стал постепенно терять свой облик, забывать себя. Единственное, что его останавливает стать пустой безжизненной оболочной, это маленькая надежда, что далеко отсюда его семья все еще жива. Он говорит об этом каждый день. Я не заметил как он стал просто одержим этой мыслью. Она поселилась в его сознании как червь. Все, что он делает для общины, он делает как в уплату своего долга.

— А вы верите, что его семья еще жива?

— Я хотел бы в это верить. Но шансов почти нет. Я сам до последнего верил что и моя семья жива. Но потом, смирился с мыслью, что их больше нет. Ты не представляешь как это тяжело….Поэтому, тешить себя такими надеждами, я не вижу смысла…

В этот момент раздался сигнальный гудок из кабины.

— О. Кажись, приехали — сказал Ранеш — А ну-ка парни, задницы подняли! Сейчас будете помогать выгружать ящики.

Приподнявшись с платформы, Шаста осмотрел местность вокруг. Все ближе к вокзалу начали попадаться проржавевшие электропоезда и вагоны на параллельных путях. Виджай замедлил ход, дабы не задеть ржавые составы по сторонам. Впереди уже четко было видно платформы вокзала. Немного поддавшись вперед, Шаста разглядел на крыше вокзала прямоугольную башню с отломанным шпилем на конце. Левая часть здания была обрушена. В прорехе между бетонными плитами, виднелись лестничные пролеты и полуразрушенные кассы. С правой стороны, Шаста увидел двух незнакомцев в камуфляжных костюмах с автоматами наперевес. Солдаты не спеша подходили к платформе, у одного в руках был дозиметр.

Остановившись впритык у платформы, из Ратхи вышли Садхир с Амаром. Отключив двигатель, Виджай взял автомат и закрыл кабину.

— Здоров, служивые. Мы привезли заказ профессору Сахарову.

— Здравия желаю. Профессор оповестил о вашем прибытие. Прошу следуйте за мной.

— Сначала груз донести помогите. У нас там не елочные игрушки.

Солдаты зашли в передний вагон и поочередно начали выносить деревянные ящики на платформу.

— Динеш, Шаста помогаем — скомандовал Виджай — Только не уроните груз. Ранеш, будем прикрывать их если что.

Взяв пять ящиков с грузом отряд прошел через вокзал на другую сторону. Зайдя в павильон метро, один из солдат постучал прикладом автомата по гермозатвору. Через мгновение ворота содрогнулись и со скрипом начали подниматься вверх. Солдат шедший впереди всех обернулся и сказал:

— Добро пожаловать на Площадь Ленина.

Площадь Ленина была поистине необычной станцией. Она состояла сплошь из разных лабораторий и мед отсеков, которые были размещены на перронных залах по обеим сторонам платформ. Укороченный центральный зал был полностью загружен различными ящиками и аппаратурой. Кругом сновали люди в камуфляжах и белых халатах, которые, то и дело перетаскивали различные ящики с места на место. Среди всей толпы были и обычные люди — женщины с детьми и старики. Все они впопыхах собирали свои громоздкие чемоданы и прочие вещи и загружали их на состав только прибывшей дрезины, около южной стороны платформы.

Динеш и Шаста стояли рядом друг с другом и с любопытством смотрели по сторонам, оглядываясь на проходящих мимо них людей. Это было по-настоящему невообразимо, насколько здесь отличались люди и их жизнь от жизни молодых кшатриев. За место спокойствия и умиротворенности, к которым они привыкли на Старой Деревне, здесь была суета и напряжение. Солдаты в камуфляже с недовольными лицами косо смотрели на них и проходили мимо. Некоторые жители с любопытством разглядывали прибывших незнакомцев. Шасте стало неуютно от взглядов толпы. Он старался не обращать на них внимания и постоянно прятал глаза. Динеш чувствовал себя не лучше. Юноши присели на мешки с песком позади кшатриев и внимательно слушали их разговоры с местными военными.

Сняв с себя противогазы, кшатрии сдали оружие сидевшему в будке солдату. По-видимому, он был ответственным за гермоворота.

— Сталкеры, откуда будете? — спросил охранник

— Не валяй дурака служивый. Мы тут появляемся каждые полтора месяца — сказал Виджай — Мы к профессору Сахарову с его заказом. Он у себя?

— Извините, я тут недавно на станции. Профессор сейчас у южного тоннеля принимает парламентеров с Адмиралтейской. Вы можете его подождать в лаборатории.

— О как. Ну ладно. Пускай твои орлы перенесут груз в лабораторию. Я подожду его там.

Охранник отдал приказ двум солдатам и те потащили ящики к правой платформе.

— Парни вы пока отдыхайте. Я переговорю с профессором. Потом заберем заказ и рванем домой.

— Слыхал? Что за парламентеры с Альянса? — спросил Ранеш

— Не знаю. Тут вообще как-то, все не то. Не нравится мне это — тихо сказал Виджай- Вы пока походите тут, покажи парням станцию. Я может, узнаю, что к чему.

Виджай прошел под арку на платформу.

Половина тоннеля была полностью отделена отпиленным куском старого электропоезда. За дверью был прикреплен прозрачный брезент, служивший входом в лабораторию.

Мысли в голове путались. Виджай не мог понять, что за переполох происходит на станции. Раньше было все более слаженно и дисциплинировано, а теперь на платформах сидят гражданские и ждут отправления грузовых составов, повсюду грязь и куски мусора, что было непозволительно для военных медиков.

Южная часть станции опустела полностью, оттуда были убраны все части мед блока. Кшатрий заметил, что самая ближайшая его часть местами обгорелая и обвалилась. Возле прохода к платформе стояло двое солдат в респираторах. Позади них в обломках копошились медики в прочных костюмах химзащиты с противогазами. Виджай увидел желтую ленту перекрывающую проход крест накрест, посередине которой висела табличка с надписью- "Внимание! Возможный источник эпидемии чумы. Вход строго запрещен!"

Вот тут-то сталкера и осенило.

На станции проводили мероприятия по отчистке станции от чумы, и теперь все лаборатории были подвержены немедленной отчистке. Да что тут лаборатории! По-видимому, на всей станции скоро объявят карантин. Поэтому увеличилась численность охраны. И жителей (которые скорее были пациентами, чем жителями) начали эвакуировать на южные станции вместе с мед составом.

Но одна мысль не давала покою кшатрию.

Ведь на этой станции строгая санитария. За любую бумажку, брошенную на платформе, могли просто выкинуть в тоннель, либо отправить наверх, несмотря на то, кто ты по званию или какой ты специалист медик. Эпидемия чумы на площади Ленина-это, наверное, была самая абсурдная новость, сравнимая с каким-нибудь анекдотом из газеты.

Отбросив рассуждения, Виджай прошел в лабораторию.

На железных стенах висели различные фотографии и медицинские документы, разбросанные на полу. Большая стопка бумаг и папок, небрежно сложена кучей на письменном столе. Вся правая сторона лаборатории была заставлена деревянными ящиками накрытыми брезентом. Кшатрий прошел к столу. Он немного удивился увиденному.

На обычной старой газете лежали порубленные куски хлеба, чуть ближе к краю стола стояла бутылка спирта и рюмка. Похоже, профессор запил, хотя в голове такое не укладывалось. Может это был Кантемиров? Он-то любил выпить на досуге и потрепаться о всякой ерунде. За что к нему не очень хорошо относились другие медики. Но и этого пройдохи здесь не было. Хотя, он обычно и встречал кшатриев с поверхности.

Усевшись в небольшое кресло у стены, кшатрий с нетерпением начал ждать профессора.

Ранеш, вместе с Амаром и Садхиром, провел парней на второй этаж станции возле южного эскалатора.

Это место являлось небольшим местным кафе, в котором могли посидеть проезжавшие мимо караванщики, или выпить по стаканчику местные офицеры в свободное время.

Усевшись за стол, Амар и Садхир начали выбирать себе закуску к местному самогону.

— Пропустить по стаканчику не помешает — усмехнулся Садхир — Конечно злоупотреблять не стоит, но по такому случаю как сегодня, я не откажусь.

— Ты гляди. Нам еще обратно ехать. Кто знает что может случиться — сказал Ранеш

— Да все нормально. Получим взрывчатку и домой. Думаю Махавир с Абхаем нас заждались уже — кшатрий встал из-за стола и поманил за собой Амара к барной стойке.

— Ох, неугомонные. — вздохнул бородач

— Взрывчатка. Это то, что поможет нам остановить ракшасов? — спросил Динеш

— Именно так, парень. Конечно не уничтожим, но думаю остановить получится. Вы не представляете как нам трудно далось выпросить у медиков такой товар. Конечно, это не из местных запасов. Скорее всего заказали у Торгового города на Сенной, а уж дальше сюда перевезли. Но мелочи уже не особо интересуют. Главное что есть. — усмехнулся Ранеш

— А что вы еще привозите сюда? — спросил Шаста

— Ну, обычно мы собираем всякую фармацевтику. Аптечки, аспирин, пенициллин…валерьянку. Все что смогло уцелеть и не испортилось за двадцать лет. В аптеках чаще всего испорченное попадается, а вот на старых складах и в больших больницах можно найти неплохой навар. Иногда притаскиваем уцелевшую аппаратуру и препараты. Местные потом разбирают их на запчасти, либо ремонтируют все. Знаешь как помогает в лечении? У-ух прям. Не зря же врачи с Ленина считаются лучшими во всем метро. Вот они и лечат всех кто к ним придет, за немаленькую сумму конечно. А мы, взамен на такие богатства, получаем патроны и оружие с едой, которые потом привозим домой.

— И все десять лет вы этим занимались? Собирали лекарства в аптеках? — с язвительной усмешкой спросил Динеш

— Да. И вам придется. Если уж к нам попали.

Амар и Садхир вернулись с подносом. На нем стояли три рюмки с белой мутной жидкостью и тарелки, наполненные жареными грибочками с кусочками мяса. Шаста невольно взглотнул. Динеш подсел поближе к кшатриям и принялся вынюхивать манящий аромат грибов.

— Ну, блин! За две порции пол рожка отдал! Цены у них теперь заоблачные просто- выругался Садхир.

— Мог грибами обойтись, а то еще и свинину взял. Конечно она дорогая- хмуро сказал Амар.

— Да нет. Раньше было дешевле вот и все. — Садхир с аппетитом проглотил кусочек мяса.

Ранеш взял рюмку и залпом выпил белую жидкость.

— Так вот пацаны. Знали бы вы как не легко заниматься этим. Столько парней потеряли… — со вздохом сказал кшатрий- Возьмите себе что ни будь. Еще обратно ехать — Ранеш выдал кшатриям по пять патронов и принялся, с аппетитом есть грибы с тарелки Амара.

Шаста отвел взгляд от кшатриев и засмотрелся на проходящих людей внизу на платформе.

Не было тут спокойствия как у него дома. Не было тех лампадок, успокаивающих своим светом. Не было той загадочной, сказочной атмосферы, которую он так любил у себя дома. И не было тут его друзей и знакомых. Большое метро жило совсем другой жизнью: активной, суматошной и более хмурой, чем дома. Наверное, мало кто из жителей этих станций вообще знает про существования буддийской общины на севере фиолетовой линии.

Шаста понимал, что они совсем там одни и никому нет до них дела. Мечтая с детства оказаться в этих местах, по прибытию сюда, он понял, что тут совсем не так прекрасно и чудесно как говорили взрослые.

До появления ракшасов, южная часть ветки была относительно безопасная. Шаста помнил те времена, когда на станцию приезжали караваны с независимой Спортивной и привозили различную ткань и еду, а взамен буддисты готовили различные отвары из растений, которые помогали при легких заболеваниях. Знания тибетской медицины сохранились еще с прошлого времени. Настои ценились очень высоко, слух о них дошел даже до станций альянса, которые заказали у общины пару десятков банок. Но потом появились эти твари с поверхности и полностью отрезали Старую Деревню от остального метро.

Немного позже, было принято решение найти удобный транспорт для передвижения на поверхности. В последствии это стала боевая Ратха. Так и появился отряд Хранителей, которые стали чуть ли не единственной надеждой общины на выживание.

Парни прошли к барной стойке и начали осматривать меню местной забегаловки.

Выбор был не богатым: жареные грибы со свининой за семь патронов, сто грамм самогона — за один, и крысиное мясо — по три. Шаста по привычке взял жареных грибов, а Динеш решил испробовать крысиный деликатес, приготовленный на открытом огне. Юноши вернулись к столу Хранителей.

В ожидании Виджая, кшатрии провели свое время в кафе.

Брезент в лабораторию приоткрылся и в комнату зашел военный в камуфляже.

— Леонид Викторович сейчас подойдет, подождите пару минут.

— Да сколько можно-то — вяло сказал Виджай, но солдат прослушал комментарий мимо ушей и вышел из лаборатории.

Виджай встал со стула и подошел к одному из ящиков. Приоткрыв брезент, кшатрий увидел множество резиновых противогазов ГП-5 с кучей респираторов, сделанных из резины и пластмассовых намордников. Слепили, как могли. И так всегда.

Противогазов было не меньше сотни и все были разного состояния. Кое-какие и с дырками в резине, а на некоторых были треснутые стекла.

Кшатрий резко открыл соседний ящик. В нем лежало множество костюмов химзащиты, в почти таком же состоянии, как и противогазы. Виджай насчитал более сорока костюмов. "Зачем Сахарову столько этого барахла? Он собрался так защитить местных от чумы?.."

В этот момент, брезент у входа приподнялся, и в комнату зашел пожилой мужчина. Короткие седые волосы, морщины на щеках и синяки под глазами. По уставшему виду можно сказать, что профессор работал всю ночь, как зачастую это бывало.

— Ну, здравствуй сталкер. Заказ принес?

— Это что за барахло у тебя, Леня?

— Заказ принес, говорю? Вопросы потом задавать будешь — медленно сев за стол Леонид Викторович налил себе в рюмку самогона, и смачно выпив, закусил это дело кусочком хлеба.

— Заказ в этих ящиках. Все как договаривались — недовольно сказал Виджай. Ему совсем не нравилось настроение профессора. Еще и пить начал, профессор блин.

— Т-а-ак. — Леонид медленно поднялся с кресла и пододвинул к себе два ящика — Что в этих?

— Аспирин. Глюкоза. Пенициллин. Взяли то, что сохранилось. В этом — кардиостимуляторы. Сам разберешься с ними. В третьем, пару микроскопов и спирографы. Ну а в последнем- три электрокардиографа. Все точно по списку.

— Невероятно! Это Замечательно. — Глаза профессора блеснули от радости, старик немного оживился и принялся открывать ящики — С электрокардиографами мы теперь сможем измерить активность сердца любого пациента. Конечно, у нас есть такие, но они старые. А эти из последних моделей! Удивительно как они сохранились… Ох представляю, и попотели вы.

— Да-да, это конечно все замечательно, но может ты объяснишь, что за хрень у тебя на станции происходит?! Эпидемия чумы. Что еще за бред? И куда Владлен делся?

Профессор посмурнел и снова сел за стол, налив себе еще рюмку настойки.

— Нету больше Владлена, нету. — Пробубнил он

— То есть как это, нету?

— Да вот так. Сгорел он в лаборатории своей заживо. Вместе со всеми документами и колбами.

— Может, по порядку расскажешь? Кто как. За что.

— Помнишь, он все про тайное убежище говорил? Где-то под Звездной. Все искал, в документах рыскал.

— Да помню. Кантемиров мне как-то предлагал его найти. А про это убежище я и не только от него слышал. Обычная байка в метро.

— Да вот оказалось совсем не обычная. — Профессор залпом выпил рюмку и, закусив очередным кусочком, продолжил — Неделю две назад, Владлен притащил сюда девчонку мелкую. Я-то подумал, что может, кто из местных бродяг ребенка потерял или больна она чем-то. В общем, Кантемиров мне начал заливать, мол, вот веду в медотсек дитя, будь добр пропусти и прочее. Я гляжу на нее, и вроде не такая она как дети из подземки. Ухоженная, волосы гладкие чистые, и кожа более румяная. Владлен все так впопыхах говорил, ни хрена не понятно. Я ему сказал, веди уже лечи, так и отпустил их. Потом, какая-то бурда началась. Девчонка убежать пыталась, Владлен ее под замок посадил. Потом через пару часов, пропала девчонка эта, как куда — не пойми. Такой переполох устроила, мама не горюй. И не одна вроде сбежала. Кантемирову потом досталось от коменданта. Тот хотел его в карцер запихать, но я его отмазал.

— Так и чего дальше? При чем тут девчонка эта? Не томи Лень. — Виджай облокотился на ящики и сложил руки на груди.

— Да вот что потом. После этих событий к нам Черный Санитар пожаловал и спалил к чертям каморку Владлена вместе с ним. — Профессор ладонью смахнул крошки со стола и снова принялся наливать самогон.

Кшатрий был поражен этой новостью. Вот так номер.

Черный Санитар — живая легенда Петербургского метрополитена, явился на станцию и собственноручно казнил одного из врачей вместе с лабораторией. Черный ни с кем не церемонился когда появлялся на станциях метро. Все беспрепятственно пропускали Санитара, потому что знали, лучше лицом к лицу с ним не сталкиваться. Его методы были бескомпромиссны и жестоки по отношению к больным чумой.

— Бред. — Выпалил кшатрий — Что ему делать у вас на станции? Эпидемия чумы, у вас? Не смеши меня.

— Вот я о том же говорю. Ни один раз за двадцать лет не происходило такого, а тут на тебе. Я думаю тут все связано было. И девчонка эта, и убежище, и этот Черный Санитар. Да вот только как?

— Не забивай голову. Неужели после этого случая вы решили эвакуировать всю станцию?

— Да Виджай. И не только поэтому. — профессор на секунду притих — Видишь эти ящики? Там все для тебя сталкер и для вашей станции. В этот раз я даю больше чем обычно. — Леонид отставил рюмку в сторону и облокотился на кресло.

— Что это значит Леня? — кшатрий побагровел, на лице заиграли желваки.

— Война началась Виджай. Веганцы идут с востока. — спокойно сказал профессор.

Кшатрий обомлел. Веган значит. От империи этого стоило ожидать.

Еще с самого начала существования своей империи, зеленые не могли поделить ветку с Приморским Альянсом, и уже на протяжении многих лет, две самые сильные группировки Питерского метро враждовали между собой. Но планы Веганцев были более глобальные, чем обычный захват территорий.

— А! — профессор соскочил со стула и подошел к входу. — Тут один человек хочет поговорить с тобой. — Леонид выглянул из-за брезента и подозвал кого-то рукой.

В лабораторию зашли два человека в черных комбинезонах с нашивками эмблемы Приморского альянса. Один из них держал АКС-74у, у второго был обычный АКМ, он выглядел старше второго. Налысо обритая голова с коротким ежиком волос, серьезный холодный взгляд без эмоций.

— Петр. Постой за дверью. — сухо произнес солдат

— Присаживайтесь — профессор пододвинул стул к незнакомцу и сам сел в кресло.

— Виджай, это парламентер с Адмиралтейской.

— Богдан Исаков — представился адмиралтеец

— Э-э-э — протянул кшатрий.

— Богдан, расскажите по какому вопросу вы здесь? — начал профессор

— Мне поручено руководством Альянса, доставить взрывчатку на вашу станцию. Как я понимаю, заказчиком являетесь вы. — Адмиралтеец посмотрел на кшатрия.

— Леня, какого хрена? Ты сказал, что взрывчатку добудешь у Торгового города. А тут этот красавчик с Адмиралтейской прискакал.

— Моя задача не только в этом сталкер. — холодно сказал адмиралтеец-Вчера утром Империя Веган атаковала аванпосты Альянса на поверхности. К вечеру они продвинулись на станцию Лиговский проспект. Со дня на день начнется штурм Площади Восстания и Маяковской. Руководством моей станции и станции Площади Ленина, было принято решение эвакуировать всех врачей и военных на запад. А также провести набор новобранцев в ряды армии Альянса для борьбы с Империей Веган.

Виджай перевел взгляд на профессора.

— Мы уходим отсюда Виджай. Переходим под командование альянса.

— И еще — продолжил адмиралтеец — У меня есть указание, провести возможный контакт со станцией Старая Деревня, жителем которой вы и являетесь.

— Ну, уж нет. Это вам не светит. Мне лишние люди на дрезине не нужны, а всей моей станции не нужен союз с Альянсом. Так что, свое указание можете засунуть, куда по глубже своему начальству.

— Это не тебе решать, сталкер. Мне нужно поговорить свыше поставленными лицами вашей общины. Поэтому ты отвезешь меня на Старую Деревню. В противном случае, никакой взрывчатки вы не получите.

— Ты мне не указывай, что делать адмиралтеец, а пытаться шантажировать меня — себе дороже. Много кто пытался.

Виджай и парламентер напряженно смотрели друг другу в глаза с ненавистью. Виджай был готов размазать Богдана по стене лаборатории, тот, в свою очередь, хотел того же.

— Эй! Эй! Эй! Может, успокоитесь оба? — встрял профессор — Богдан лучше с ним не дерзить. А ты приутихни Виджай. Давай выйдем, поговорим с глазу на глаз.

Профессор встал со стула и подозвал кшатрия рукой к себе. Выйдя за брезент, профессор и кшатрий отошли немного подальше от лаборатории.

— Леня, зачем ты ввязал в наш договор Альянс, кто тебя просил?

— У меня не было другого выхода. Если нам остаться на Ленина, Веганцы доберутся и до нас. Только убивать не будут. Не всех. Мы им будем нужны, как рабочая сила. У нас лучшие врачи во всем метро, у нас лучшая медицинская техника. Они заставят нас совершать жуткие эксперименты над людьми. Ты ведь знаешь что они вытворяют с пленными? А потом нас просто закуют в кандалы и оправят копать шахты. Поэтому мы и уходим к Альянсу. Помогать раненым и тяжело больным.

— Я работал на тебя десять лет…Вся эта техника принесена мной с поверхности. Ты не представляешь, скольким людям ты должен жизни. А ты сидишь здесь, в своей тепленькой комнате и пьешь самогон. Что теперь? Спасаешь свою шкуру и уходишь да? Бросаешь нас, мою станцию на верную погибель? Взамен на все что я сделал, ты мне отдаешь эти рваные тряпки?! Наша станция подыхает. Мерзкие, жуткие твари пожирают наших лучших воинов! А ты был нашей последней надеждой и теперь все. Конец?

— Эй, сталкер, а не ты ли мне ныл последние пять лет, что хочешь уйти от своей общины? А? Перейти в Большое метро, работать на меня и неплохо жить? Тебе ведь плевать на свою станцию…. А теперь ты винишь меня в том, что я поступаю так же?

Виджай опустил глаза. Резкие воспоминания о прошлой жизни четко встали у него перед глазами. В голове все смешалось и перепуталось. В том что говорил профессор была доля правды. Виджай никогда не признавался себе в этом, до этого момента, все искал оправдание его словам и своим мыслям, но теперь пришло время признать это.

— Да в чем-то ты прав… У меня тогда сорвало башню! Ты разве этого не понимаешь?! Мне хотелось уйти…Подальше от всех….как и хочется сейчас. Но я в долгу перед теми людьми. Я дал обещание, что помогу им. Если есть шансы выжить, я сделаю все чтобы спасти их, а потом сделаю то, что хотел…

Профессор положил ладонь на плечо кшатрия

— Ты не в силах что-то изменить Виджай… Ее уже не вернуть. Как бы ты не хотел…

— По твоему заданию это случилось…. Если бы не тот день, все было бы по-другому.

— Выполни свое обещание. А дальше, как пойдет. Бери этого Богдана, и езжайте, может он что-то придумает.

— Я догадываюсь что. Завербовать наших кшатриев и других мужчин в ряды доблестного Альянса, а потом просто бросить вперед, в атаку, как пушечное мясо. Думаешь, я не знаю, как к нам относятся в метро? Нас тут считают сектантами, фанатиками, обдолбанными наркоманами, от которых лучше избавиться!.. Да вот это не так…Наша община во многом превосходит вас идиотов. А вы все грызете друг другу глотки, даже после Армагеддона. Вот и сдохнете в этих тоннелях. — В сердцах выругался кшатрий.

— Хватит!… Своими криками ничего не добьешься. Просто поверь, может альянс это ваш последний шанс остаться в живых, не жить как изгои, избавится от этих мерзких тварей и все начать по-новому. А сейчас не теряй времени, езжай домой. Идем.

Профессор зашел в лабораторию. Кшатрий все не мог смириться с тем что случилось. Все вокруг казалось кошмарным сном, от которого хотелось побыстрее избавиться. Все в один миг потеряло какое-либо значение, надежды на дальнейшее будущее почти не осталось. Только вот, эта надежда пропала еще двадцать лет назад, когда весь мир превратился в безжизненную пустыню, в которой теперь хозяйничала госпожа смерть.

Шаста все смотрел по сторонам, разглядывая убранство кафе. На стенах были развешаны карбидные лампы, освещавшие круглые столы для посетителей.

Динеш разделавшись с мясом, запил все стаканом отчищенной воды и достав из кармана маленькую зажигалку начал, усердно чиркать по кремню.

Щелк. Щелк. Щелк.

Из зажигалки появился завораживающий огонек, периодически колыхающийся от дуновения ветра. Динеш, как завороженный уставился на него.

— Глупый Виджай — со злостью сказал он — Кем он себя возомнил? Хранитель…. Ха! Это благодаря моему отцу он им стал. А так бы сам мыл стойла свиньям. Вот увидишь, скоро я переберусь на Стену. Вместе с отцом буду оборонять ее от ракшасов. А потом и сам стану Хранителем Ратхи. А этот выскочка останется ни с чем. Да…Так и будет.

— Пока еще, мы не на Стене и будем там не скоро. А пока, наберись терпения и делай все что надо. На нас надеются в общине. Им нужна помощь. А если тебе наплевать на всех, то так и скажи. От тебя это было бы ожидаемо. Если не можешь, справится здесь, то на Стене от тебя толку не будет. Даже твой отец ничем не поможет. — Шаста говорил резко и как можно жестче, чтобы хоть как-то повлиять на заносчивого товарища.

— А ты будет у них на побегушках да? Ты сам слышал, что многие кто был с ними, даже дня не могли прожить. Если тебя это устраивает, герой ты наш, то давай, дерзай! Вот останешься без руки или ноги и станешь никому не нужным, а может, и вообще загнешься и отправишься к Яме в подземное царство…. А мне еще жить охота. — Динеш снова посмотрел на огонек и затих.

Шаста не ожидал, что Динеш окажется таким трусливым. Чтобы сын командира кшатриев оказался слабаком, это было трудно представить. Шаста и раньше считал его подлым, но трусливым врятли. Ведь они вместе уничтожили ракшасов в тоннеле, а это считалось подвигом для любого кшатрия.

Динеш снова повернулся к Шасте и уже более спокойным голосом сказал:

— Знаешь, я всегда хотел быть похожим на отца. Ничего не боятся, быть храбрым как он. Я свою мать совсем не помню. Она умерла когда я был маленьким. Я помнил, как отец переживал из-за этого, но никогда не давал себе слабину. Когда он стал командиром на Стене, он позабыл про меня и редко появлялся на станции. Я думал, что он помешался на ракшасах. Всю свою ярость и злость срывал на них. Иногда, я даже его боялся… Я не хочу покидать сангху… Я просто не могу. Когда мы отправились в путь, я боялся потерять все что у меня есть. Это место… совсем другое. Этот город, он проклят, в нем теперь живут злые духи, и я вижу их даже здесь… — Динеш положил руку на плечо Шасты, на глазах кшатрия появились слезы. — Мне страшно Шаста… Я не думал, что когда то признаюсь в этом…Особенно тебе.

Шаста понял, что страх Динеша был вовсе не в жутких мутантах города, да и вовсе не в злых духах. Он боялся остаться один, наедине с монстрами появившиеся в его сознании. Шаста был немного растерян поведением Динеша, он никогда так не откровенничал с ним и вообще мало общался. А теперь, юноша стал единственным человеком, который готов был выслушать его.

— Я не помню своих родителей. Меня воспитали дядя с тетей и все двадцать лет я был с ними. Да… Нам сложно жить, но зато я всегда знаю, что могу положиться на любого из вас. Когда мы были детьми, мы хотели быть такими же, как и наши кшатрии. Теперь, когда мы выросли, я понимаю что это совсем не легко. Мне тоже страшно Динеш, но если мы будем держаться вместе, может, проживем еще пару лет назло Кали и ракшасам, мы же кшатрии. — Шаста улыбнулся Динешу, похлопав его по плечу.

— Эй, парни, идем уже! — окликнул парней Ранеш

Шаста подошел к перилам у края второго этажа и увидел Виджая несшего деревянный ящик к гермозатвору. За ним шел человек в белом халате и еще двое солдат в черном камуфляже, которые тащили еще два ящика.

— Кто это? — спросил Динеш

— Не знаю — прищурился Ранеш — Но точно не местные.

Спустившись на платформу кшатрии, подошли к гермоворотам. Двое военных положили брезенты в ящики и сверху накрыли деревянными крышками. Шаста посмотрел на двух неизвестных солдат с нашивками, на которых были вышиты эмблемы в виде сжатого кулака. Парень заметил, что Виджай был чем-то обеспокоен и не стал задавать лишних вопросов.

Амар и Садхир также подозрительно смотрели на незнакомцев, но ничего не сказав стали помогать военным с ящиками.

— Виджай все в порядке? — спросил Ранеш

— Да….Надевайте противогазы, готовимся к выходу.

Охранник в будке скомандовал своим солдатам открывать герму.

— Все Виджай. Вот и прощаемся с тобой. Может еще увидимся — Профессор пожал руку кшатрию и по-дружески похлопал по спине.

— Не думаю Леня. Не думаю. — немного помедлив кшатрий добавил — Знаешь профессор, между Веганом и альянсом, не такая уж и большая разница. Ну а если ты любишь, когда тебя используют, то удачи. Мы, люди, жили и живем как свиньи, потому что мы друг другу никто…

— А разве тебя самого кто-то другой волнует? — спросил Леонид

Кшатрий промолчал.

— То-то же…

Виджай отсалютовал профессору и, надев противогаз, двинулся прочь со станции.

Профессор, больше ничего не сказав, смотрел в след уходящему отряду. Гермозатвор на станции Площадь Ленина закрылся в последний раз.

Ратха постепенно набирала ход, все дальше удаляясь от пустого вокзала. С приближением ночи на поверхности становилось прохладней. Вокруг была давящая тишина, лишь только размеренный стук колес дрезины и гул ветра разносился по округе. Черные громады разрушенных домов на половину погрузились во мрак. Вдалеке, на горизонте, проступали сквозь пелену туч, лучи заходящего солнца, которые теплым светом озаряли крыши гиблых хрущевок.

Сидя в наблюдательной башне, Шаста смотрел на железнодорожные пути, которые то и дело попадали под свет передней фары. Динеш, как обычно занял место на платформе за пулеметом.

Неизвестные солдаты, как позже, оказалось, были парламентерами с Приморского Альянса. По приказу своего начальства они отправились на Старую Деревню. Какой это был приказ, адмиралтейцы сказали только Виджаю.

После приказа Виджая слушаться его во всем на дрезине, гости, вместе с Амаром и Садхиром, устроились в грузовом вагоне позади, дабы не путаться под ногами у недовольного командира.

— Ранеш, на пару слов подойди. — тихо сказал Виджай из кабины.

Бородач, что-то напутствовал Динешу у пулемета и зашел в кабину. Шаста нагнувшись к крыше кабины начал слушать разговор двух кшатриев.

— Может, наконец, объяснишь, что ребята из Альянса делают у нас на борту?

— Слушай, плохие новости у меня.

— Давай, выкладывай.

— Короче, не будет больше помощи от медиков. Этот…Богдан, сказал, что война началась. Веганцы атаковали их посты и теперь двигаются к Площади Восстания. Вот-вот начнется штурм. А Сахаров, вместе с другими учеными уходят на станции Альянса.

— Ох, ее! — протянул Ранеш — Что же это получается? Старый хрен, вот так бросает нас, и все, с концами?

— Типа того. Как оказалось, Сахаров взрывчатку у адмиралтейцев купил. Видел ящики, которые мы притащили? Там лежит более сотни респираторов и ГП-5,а во втором химза местного пошива.

— Как я понимаю, это для наших.

— Именно, эти красавцы не только из-за взрывчатки едут к нам. У них есть дело к Абхаю. Хотят и "Старуху" под себя подмять для борьбы с Империей.

— Вот так новости. Хреновы дела, ничего не скажешь. — цыкнул языком кшатрий.

— Да, теперь мы сами по себе. Последний шанс на динамит. Может, получится остановить тварей. А потом…не знаю. Посмотрим. Скажи всем, пускай готовятся, скоро гнездо крыланов. Главное чтобы наши гости глупостей не наделали, я не хочу тут остаться навеки.

Ранеш вышел из кабины и начал раздавать команды всему отряду. Приближаясь все ближе к злосчастному заводу, Виджай постепенно замедлял ход дрезины.

Услышав разговор кшатриев мысли в голове юноши были не из приятных. Возникали только вопросы — Как? Почему? Зачем?

Война в Большом метро, это было что-то невообразимым для Шасты. Метро уже не казалось таким сказочным местом, о котором ему рассказывали в детстве. Неужели люди были снова готовы убивать друг друга из-за какого то невидимого недостатка у самих себя и им снова хотелось иметь больше чем у других?

Старейшина Абхай был прав.

В сердцах людей появилась алчность и желание иметь больше остальных, желание быть лучше и сильнее других. Из-за идей, которые они считали важнее всего остального, люди обрекли себя страданиями на веки. Демон Кали появился в их сознании и посеял хаос в их сердцах. И теперь спустя двадцать лет, люди повторяют те же ошибки что и раньше. Люди не меняются…

Шасте стало неприятно от собственных мыслей, тело переполнила злость на всех людей вокруг, и в первую очередь, на самого себя. Ему хотелось изменить все происходящее, повлиять на людей, дать им образумится. Он понимал, что бессилен что-либо исправить, из-за чего еще больше начинал злиться.

Впереди показался переезд, который кшатрии пересекали еще утром. Потушив огни и снизив скорость на минимум, отряд в напряжении высматривал высотку впереди. Виджай тихо вышел из кабины с автоматом наперевес. Кшатрий сел на одно колено у платформы рядом с Динешем. Шаста стал прислушиваться к окружению.

В вечернем сумраке было сложнее разглядеть какое либо движение на улице. Ранеш, пригнувшись, взял у Динеша пулемет, проверив ленту и дернув затвор, кшатрий уселся поудобней. Шаста взял свой "калаш" и придвинулся поближе к борту башенки.

Шаста не видел, что происходит в грузовом вагоне, но был уверен, что Амар с Садхиром готовы стрелять при первом же приказе.

— Что-то слишком тихо — сказал Виджай — Обычно эти твари вечером вылезают из своей норы.

В подтверждение этих слов, одно из существ вылетело из соседнего здания. За ним вылетело еще три штуки. Сделав пару пролетов, один крылан приземлился на железнодорожный столб перед дрезиной. Вытянув голову, существо произнесло уже знакомое "Гау- Гау". В этот момент на крышу вагона присел еще один крылан. Медленно перебирая лапами, существо прошлось по крыше до противоположного конца вагона. Длинные когти на костлявых лапах, скрежетали по металлической поверхности, от чего у Шасты пробежали мурашки по всему телу. Кшатрии старались не издавать ни звука.

Все замерли в ожидании.

Неожиданно, из-под моста вылетело еще два крылана, и приземлились возле Ратхи. Шаста краем глаза увидел, что еще с десяток тварей сидело на крышах зданий. Посмотрев на многоэтажку, юноша увидел, что все окна были забиты мутантами. Через пару мгновений тварей стало еще больше. Они вылезали из всех щелей, каких только возможно: из парадных зданий, из ржавых автомобилей и автобусов на улице, с балконов домов. Вся улица кишела десятками, а может и целой сотней крыланов.

— Плохо дело парни, ох плохо — сказал Ранеш

— Тихо! — цыкнул Виджай — Еще немного и мы выйдем из зоны их видимости.

Шаста заметил, что крылан, который сидел на крыше вагона, начал царапать когтями по деревянным ставням в окнах. Существо что-то унюхало, и ловко перекинувшись на борт вагона, заскрежетало с еще большим усилием.

— Учуяла тварь — глядя туда же, сказал Виджай — Сейчас Амар ее тихонько снимет.

Но вместо тихого выстрела "Винтореза", тишину пронзила очередь из "калаша". Крылан с разорванным брюхом упал на шпалы.

Сородичи крылана, начали размахивать крыльями и улюлюкать во всю глотку. Это было сигналом к атаке. С десяток тварей резко взмыли в воздух и полетели прямиком на дрезину.

— Ого-о-о-нь! — скомандовал Виджай.

Застрекотали автоматы. Шаста и Динеш срезали очередями по несколько тварей сразу. Ранеш встав во весь рост, начал поливать небо свинцом из пулемета. Виджай быстро забежал в кабину и резко двинул рычаг управления до упора. Выбежав, он вместе с другими начал оборонять дрезину.

Крыланы появлялись со всех сторон. Одной гигантской тучей они преследовали нарушителей своей территории.

Одна тварь зацепилась за наблюдательную башню. Шаста развернувшись, полоснул очередью по мутанту, тот слетел вниз под мост. За ней, еще пару крыланов начали цепляться за кабину дрезины. Одна тварь попыталась лапой схватить Шасту за плечо, но увернувшись, кшатрий ударил крылана по вытянутой морде и добил пулей в голову. Виджай услышал автоматные очереди из грузового вагона. Через пробитые окна, мутанты начали проникать внутрь.

Теперь Амар и Садхир оборонялись, чуть ли не врукопашную. Виджай услышал ругань двух кшатриев и приказы Богдана. Вместе со своим подручным Петром, адмиралтеец был в конце вагона, где хранилась взрывчатка. "Главное чтобы шальная пуля не влетела в ящики, а то все на воздух взлетим".

Дрезина стремительно набирала скорость, но, несмотря на это, крыланы неумолимо продолжали преследовать нарушителей. Так просто твари не хотели упускать добычу.

Перезарядив РПД, Ранеш продолжил рубить тварей еще на подлете к дрезине. Пули прошивали тушки крыланов насквозь. Мертвые твари пачками падали на землю либо под колеса дрезины. Не успев перезарядить автомат, Динеш схватил одну тварь за заднюю лапу и выхватив нож, полоснул крылана по морде. Теплая кровь мутанта резко хлынула на лицо кшатрия. Отхаркнувшись, парень поднял автомат и перезарядил его.

Отвлекшись на то, как напарник убивает крылана, Шаста не заметил, как сзади одна тварь схватила его за рюкзак, автомат выпал из рук на платформу. Схватившись за железный борт башенки, кшатрий попытался вырваться, но крылан оказался не таким слабым. В этот момент прогремел выстрел. Хватка ослабла. Шаста развернулся и увидел мертвую тварь с дыркой в голове. Виджай подбросил парню автомат и развернувшись продолжил отстреливаться.

Переключившись на подствольник, кшатрий выстрелил в десяток тварей с правой стороны. Снаряд влетел в самую гущу крыланов и взорвался. Кшатриев обдало жаром. Разорванные на части тела мутантов попадали на землю.

Перезарядить гранатомет, Виджай не успел. Один крылан, спикировав прям на кшатрия, выхватил из его рук автомат. Сделав несколько пируэтов перед дрезиной, крылан задергался от разрывавших его тело пуль автомата Шасты.

Продырявленная в нескольких местах тварь, выронила автомат на крышу башни, и камнем упала под вагон. Шаста схватил автомат и кинул его Виджаю в руки. Тот в ответ кивнул.

— Да сколько вас! — прокричал Ранеш, стреляя из пулемета — Еще хотите?! Ублюдки!

Ранеш выстрелами разрезал пополам двух тварей одновременно. Перекинув ствол на левый борт, кшатрий продолжил стрелять, но твари синхронно вернулись и пули улетели в "молоко".

На Динеша накинулось сразу несколько крыланов. Схватив парня за плечи, крылан опрокинул его на платформу. Динеш начал барахтаться, дабы скинуть с себя тварь, но попытки были тщетными. Еще один мутант присоединился к сородичу.

— Помогите! — Еле слышно прокричал Динеш

Виджай бросил автомат и, выхватив нож, перерубил одной твари гортань. Второго крылана Динеш ударил ногой в грудь. Зашипев, тварь начала царапать парня по ногам. Виджай, быстро подняв автомат, изрешетил тварь в упор.

Берегись! — выкрикнул Шаста

Один крылан, растопырив лапы, спикировал прямо на Виджая. Кшатрий успел убрать голову и развернувшись, выстрелил из подствольника в упор. Легко ухнув, снаряд влетел в плоть крылана.

— Ложись!!

В этот момент тварь разорвало на мелкие кусочки. Кшатрии попадали оглушенные на платформу. Взрыв зацепил еще нескольких крыланов, разбросав их во все стороны..

Шасте на время заложило уши, перед глазами все расплылось.

Ранеш, отбросив РПД, достал свой громоздкий револьвер, и начал не глядя стрелять в стаю тварей позади. Динеш лежал на платформе закрыв уши руками.

Виджай пытался докричаться до Шасты, но понял, что парня оглушило.

— Что?! — крикнул Шаста. Голос звучал, будто в вакууме. Юноша вспомнил, что, точно такие же ощущения были тогда в тоннеле с ракшасами.

Через мгновение, все прошло, и Шаста отчетливо расслышал кшатрия.

— Хватай автомат и за мной! Надо помочь парням!

Выхватив из-за спины "Винчестер", кшатрий перелез через кабину и встал на сцеплении двух вагонов.

— Давай сюда! Ранеш прикрой нас!

— Я с вами — Динеш оклемавшись, поднял свой автомат и пошел за кшатриями.

Крыланы, немного отступив, начали собираться плотной кучей для новой атаки. Шаста увидел сотни, а то и больше тварей преследовавших их. Эта стая была больше похожа на рой гигантский пчел. Твари синхронно перемешались по воздуху в большой массе своих тел и все быстрее нагоняли дрезину.

Виджай выстрелил из ружья в крылана, приземлившегося на крышу прямо перед лицом кшатрия. Дробь разорвала пол морды, туша скатившись с крыши, упала под колеса.

Выбив ногой деревянное ограждение в окне, кшатрий пролез внутрь. Шаста и Динеш последовали за ним.

Садхир, выхватив два обреза, стрелял по окнам, через которые пролезли твари. Амар стоя с ножом в руке добивал последнюю тварь. В вагоне было более десятка трупов мутантов.

— О! Явились! — воскликнул Садхир- А мы уже заждались.

Виджай увидел в конце вагона двух адмиралтейцев. У Богдана одна рука была в крови, он сидел возле ящика со взрывчаткой. Петр перезаряжал автомат возле разбитого окна.

— Взрывчатку надо перетащить на этот край! Если кто-либо попадет в ящик, нам хана, вместе с дрезиной!

В ведущем вагоне раздался треск пулемета Ранеша. Кшатрии не заметили, как еще одна волна крыланов нагнала дрезину.

Амар и Садхир впопыхах взяли ящик и перетащили его в другой конец вагона. Внезапно, две твари вылезли позади Петра и схватив его когтями, резко вылетели вместе с ним из вагона. Не успев даже выкрикнуть, Петр пропал из виду.

— Нет! Петя! — выкрикнул Богдан. С ужасом на глазах он подбежал к окну. Вскинув автомат, адмиралтеец отступил к кшатриям.

Твари облепили весь вагон своими телами. Всей своей огромной массой, начали влезать внутрь. Кшатрии отрыли огонь по ненасытным бестиям, которые лезли со всех сторон.

— Садхир, иди к Ранешу! Быстро! — скомандовал Виджай.

Кшатрий стрелял из ружья по каждой приближающейся твари, превращая их мерзкие тела в мясное крошево.

Амар, отбросив " Винторез", снова выхватил нож, и резкими, четкими ударами, безжалостно кромсал крыланов. Кшатрий вошел в кураж и не мог уже остановится. Схватив одного крылана за горло, кшатрий колющими ударами бил в грудь мутанта, а потом, отпустив его горло, начал разрезать перепончатые крылья. С яростью отбросив тушу мутанта, Амар посмотрел на себя. Весь комбинезон был в крови, на руках висели ошметки мяса. Кшатрий выглядел как хладнокровный убийца, не дававший пощады своей жертве.

— Мы так долго не продержимся! — выкрикнул Богдан

Виджай почувствовал рядом с собой запах тухлого мяса. Это был запах не от крови крыланов, он больше напоминал запах мокрой псины. Ну конечно! В вагоне он оставил мешок с кусками плоти собак мутантов. Мешок пропах кровью собак и легко мог привлечь крыланов.

Схватив мешок, кшатрий резко открыл ящик с взрывчаткой. Внутри лежали динамитные шашки цилиндрической формы с фитилями на концах. Динамит был обмотан крепежной лентой по пять штук, на связке из трех таких цилиндрообразных брусков. Таких связок было более тринадцати штук в ящике. Адмиралтейцы оказались не такими жадными, как думал Виджай. Обмотав связку динамита с мешком тухлятины, кшатрий развернулся к остальным.

— У меня есть одна идея.

— Нет! Что вы делаете?! Это же то, что поможет нашей станции! — выкрикнул Динеш, увидев в руках кшатрия динамит.

— Это единственный способ избавится от них. За мной! — Виджай подобрав "Винчестер", упрямо пошел в конец вагона, расстреливая в упор крыланов.

Выстрелив последний рожок, Шаста отбросил автомат и схватил свой лук. Натянув тетиву, кшатрий выстрелил в впереди ползущую тварь. Крылана пригвоздило стрелой к стенке вагона. Динеш шел позади него отстреливаясь короткими очередями. Сзади прикрывали Амар с адмиралтейцем.

Виджай почти подошел вплотную к заднему окну, но в этот момент на него набросился крылан, выбив из рук связку динамита. Тварь навалилась всем весом на кшатрия. Виджай схватил крылана за горло левой рукой, пытаясь сбросить от себя мутанта. Мерзкая морда клацнула челюстями перед лицом. Правой рукой, Виджай пытался дотянуться до дробовика, но попытки были тщетными.

В этот момент, в тело мутанта влетело две стрелы. Кшатрий увидел Шасту, стоящего в метре от него. Юноша решительно достал еще пару стрел, но не заметил крылана позади себя. Тварь набросилась на спину и начала грызть юношу за комбинезон.

На следующий день Виджай, в незамедлительном темпе собрался в Верхний храм на совет старейшин. Несмотря на раны и ушибы, полученные в ходе сражения с крыланами, кшатрий был довольно энергичным.

Каждое утро он отдавал предпочтение тренировкам и медитации. Поддержание своего тела в хорошей физической форме, не раз спасало ему жизнь в трудных ситуациях. А возможность немного расслабится при медитациях, позволяло кшатрию освободить свой разум от ненужных мыслей.

Виджай не любил оставаться на станции. Тоннели давили на него, он чувствовал себя как мышь, загнанная в клетку. Несмотря на всю опасность, подстерегавшую на поверхности, кшатрий все равно чувствовал себя там более комфортней и свободней, чем в душных темных тоннелях давивших своим непроглядным мраком.

Несмотря на свою энергичность, Виджай чувствовал тяжесть внутри себя. Он не мог заснуть всю ночь, из-за воспоминаний ушедшего дня. Он с горечью вспоминал Динеша. "Этот парень погиб, по моей вине"- думал Виджай. Его мучила совесть, перед другими, перед Махавиром, а в первую очередь перед самим собой. "Надо бы уже привыкнуть к этому"-говорил он себе. Все кто был рядом с ним, умирали.

Мысль о том, что молодые мальчишки, теряли свои жизни, так и не узнав этой жизни, терзали его изнутри. Да и жизнью это было трудно назвать. Скорее, выживанием на пепелище старого мира. Жизнь, которая может оборваться в любой миг. Таков новый мир.

Подняв адмиралтейского гостя, Виджай вместе с ним собрался на поверхность. Богдан чувствовал себя хуже. После ранения, адмиралтеец почти не двигал левой рукой, но, несмотря на это, Богдан все так же сохранял спокойствие и свою невозмутимость. Виджай про себя назвал его ледышкой, из-за отсутствия каких либо эмоций, но заметил, что адмиралтеец очень хороший и опытный солдат, хотя и считал его заносчивым и наглым. Богдан видимо тоже оценил кшатрия по достоинству и теперь был в разговоре с ним более вежливым.

Явившись на Совет, кшатрия и адмиралтейца уже ждали за круглым столом Абхай, Акил и Шандар. Виджай увидел что не было только Махавира. Внезапно в теле появилась тревога. После известий о смерти сына, Махавир ушел к себе и не появлялся всю ночь на Стене.

Рядом с Абхаем стояли жрецы, исполнявшие роль как советников, и, похоже, как личных телохранителей старейшины.

— Намасте, старейшина Абхай — Виджай поклонился брахману и присел за стол — Старейшина, это Богдан Исаков. Парламентер от Приморского Альянса. Вместе с важным грузом, который мы получили от ученых с Площади Ленина, мы сопроводили парламентеров до Старой Деревни. Богдан, это начальник дозора на станции — Шандар, рядом с ним его заместитель, Акил.

Шандар и Акил кивнули адмиралтейцу в знак приветствия. Абхай смотрел на Богдана с высока и с пренебрежением, как обычно смотрел на всех незнакомцев, которые появлялись в сангхе.

— При всем уважении, я думал, что старейшина Лакшман, верховный брахман у вас в общине. — Сказал Богдан

— Старейшина Лакшман сейчас тяжело болен. Его место занимаю я. Или вас это чем-то не устраивает? — c укоризненной спросил Абхай

— Ни в коем случае. — парировал Богдан

— Богдан, расскажите нам, по какому делу вы прибыли в нашу общину? — спросил Шандар

— Шандар, я думаю без отсутствия командира Махавира, нам не стоит начинать беседу. — сказал Акил

— Махавир не в том настроении чтобы вести беседы — сказал Виджай

— Несмотря на отсутствие Махавира, я думаю стоить продолжить — Абхай вальяжно приподнял свое шервани, и сел поудобней, выпрямив спину — И так, Богдан, расскажите нам, чем мы удостоены такого внимания от Альянса?

В этот момент раздался в стук в дверь. Не дожидаясь, ответа на пороге появился Махавир. Командир выглядел уставшим и измученным. Напухшие синяки под глазами сильно выделялись на его бледном, как камень, лице.

— Позвольте, я присяду — Махавир медленно сел за стол и уставился перед собой.

Виджай старался не смотреть в его сторону. Внутри все сжалось, ощущение вины полностью овладело им.

— И так, все в сборе. — сказал Абхай — Рассказывайте Богдан.

Адмиралтеец рассказал совету про все, что происходит в Большом метро. Про начавшуюся войну с Веганом, про уход медиков с Площади Ленина на станции Альянса и про свой приказ от начальства, с целью вербовки всех окрестных станций в ряды приморцев. Все это время пока его слушали, Абхай перешептывался со своими подручными, и все время кивал им в ответ. Акил с Шандаром были встревожены рассказом Богдана. Каждый раз заместитель Шандара, тяжело дыша, пытался встать из-за стола, но сдерживал себя и продолжал слушать адмиралтейца. Шандар уставился в одну точку и о чем-то задумался.

Виджай глядя на них всех, понимал, что они и он сам не в силах что — либо предпринять в этой ситуации.

Богдан, закончив свой рассказ, с таким же, как и раньше невозмутимым взглядом посмотрел на всех присутствующих.

— Ситуация, конечно, хуже не придумаешь. — сказал Шандар — Ну что, давайте решать, как поступим.

— Думаю, выбор у вашей общины не велик — сказал Богдан — Станции Альянса готовы вам выделить жилье и пропитание. Женщины и дети будут жить в безопасности.

— Ага, а наши мужчины в это время будут биться с Веганом в тоннелях. Или сразу как пушечное мясо в первые ряды. — сказал Акил — В чужую сангху со своим уставом не ходят, молодой человек.

— Разве не у вас самые храбрые воины во всем метро? Только так о вас говорят на других станциях. Смелые и благородные буддисты. — сказал Богдан

— Храбрые то храбрые, но если вы не знаете, все наши мужчины и юноши сражаются против ракшасов на юге и сдерживают натиск мантисов на севере. Мы отрезаны от всего остального метро и находимся в кольце.

— Если вы не предпримите ничего, это кольцо в скором времени сомкнется. Пока есть шанс отсюда уйти, не теряйте его. Врачи с Площади Ленина уйдут только через день со станции. Вы можете примкнуть к беженцам.

— Допустим, шанс у нас есть. Но как мы перевезем более двухсот человек на красную ветку? — спросил Шандар — Самолета у нас нету и корабля подходящего тоже, на такое количество людей. И если вы не заметили, то кораблей и самолетов уже как двадцать лет нету.

— У вас есть боевая дрезина, на которой мы добрались. Разве этого мало?

Все посмотрели на Виджая.

— Это исключено. Дрезина не предназначена для перевозки такого количества людей. Ратха и так еле-еле выдает шестьдесят в час, из-за грузового вагона. Но и отцепив его толку не будет. Придется делать несколько заходов в таком случае, но нам не хватит бензина. И еще, там на пути крыланы, которых теперь стало на несколько сотен больше. Всех нас просто пожрут по пути.

— Черт! Должен же быть хоть какой-то выход — Шандар ударил кулаком по столу.

— Старейшина Абхай, мы могли бы попросить помощи у торговцев с блошиного рынка на Удельной или на транзитной Черной речке. К Альянсу мы точно не попадем — сказал Акил

— Никаких блошиных рынков кшатрий! — резко сказал Абхай — Я помню, как эти торгаши обокрали меня и еще нескольких брахманов! Они воры и убийцы. Мы быстрее от них подохнем чем от ракшасов! А переправлять людей с Черной речки на затопленную Горьковскую…. Нет! Увольте. — Поправив свои кольца, Абхай приподнял рукав и продолжил — У меня теперь к вам главный вопрос уважаемые. Что с нашей взрывчаткой? Виджай, она здесь?

— Да старейшина, Взрывчатка сейчас у Шандара на станции.

Шандар кивнул Абхаю.

— Но, — продолжил Виджай — По пути сюда на нас напали крыланы и чтобы избавится от них, мы использовали одну связку динамита. — Виджаю тяжело дались эти слова, он прекрасно знал, что последует за ними.

— Об этом я знаю кшатрий. Это ведь было твоим решением так?

— Да старейшина.

— Эта взрывчатка наш последний шанс. А ты разбрасываешься ей как маленький ребенок игрушками!

— Старейшина, если бы я этого не сделал, мы бы не вернулись вовсе — Виджай старался говорить как можно убедительней и строже, но прекрасно зная натуру Абхая, он понимал что это бессмысленно, и старейшина будет гнуть свое.

— Да, конечно, Виджай. Но насколько я знаю, двое из вас все таки не вернулись. Что ты скажешь на это кшатрий?

Виджай краем глаза увидел, как Махавир сжал руки в кулаки, глаза налились злобой.

— Они погибли по моей вине, старейшина. Я не смог их спасти.

— То-то же, кшатрий, то-то же. Это непростительная ошибка. Ты Хранитель боевой Ратхи, на тебе лежит ответственность за всех молодых кшатриев, которых ты обучаешь. А что в итоге. Сколько их уже погибло? Я закрывал глаза на это раньше, но сейчас уже не могу. Лишился парня, лишился взрывчатки. Да тебя уже пора было бы изгнать из сангхи! — Брахманы позади Абхая, кивали в подтверждении его слов.

— Абхай, Хватит! — рявкнул Махавир — Сейчас не время, разбрасываться людьми направо налево! Виджай один из лучших воинов нашей общины, если не лучший! Все может произойти. Все и с каждым. Никто от этого не застрахован. — напряженная обстановка немного поутихла. Виджай не ожидал, что Махавир заступится за него, но это вовсе не радовало кшатрия, наоборот, он напрягся еще больше. Мысль об изгнании преследовала его каждый день. И вот Абхай сказал это. Почему именно сейчас? Почему в самый неподходящий момент!?

— Кшатрии на Стене устали, боевой дух хуже некуда, в тоннелях обстановка не лучше. — продолжил Махавир-Эти твари каждый день ищут наши слабые места, пытаются найти брешь в обороне. Они очень умные. Теперь, когда это им не удалось, они начали нападать по несколько раз за день, выматывая наших бойцов. Долго так продолжаться не может Абхай…Надо использовать взрывчатку, сколько ее у нас есть…Завалим тоннели, уничтожим мост. И может, задержим их.

— Может и задержим, но какова вероятность, что они не будут искать обходные пути? Пытаться пролезть через завалы? — спросил Шандар — Не забывайте, что мантисы с севера, все больше углубляются в тоннель. Я боюсь представить, что там твориться сейчас. Они расплодились по всему северу от нас. Только гермоворота помогают сдерживать их.

— Если правильно все сделать и в нужном месте заминировать. Все может получиться. — сказал Акил — Я ведь раньше в инженерных войсках служил, что-то помню с молодости.

— Только ты один такой, на всю станцию — Шандар косо посмотрел на товарища.

— Ничего, пару толковых ребят найдем — усмехнулся Акил — Что скажете старейшина?

Абхай перешепнувшись со своими подчиненными, привстал из-за стола и, поддавшись вперед, сказал:

— Так. Шандар и Акил, готовьте два отряда в южный и северный тоннели. Взорвите там все, чтобы ни одна тварь не проскочила. Махавир, бери оставшуюся взрывчатку и отправляй бригаду на мост. Думаю, ее хватит обрушить его….Что касается вас Богдан. Мы были рады выслушать предложение Альянса, но увы и простите, мы не можем рисковать своими людьми. У нас и так своих проблем хватает. И, как вы слышали, у нас нету возможности попасть к вам. Жаль, но ваш приезд сюда оказался бессмысленным. Я попрошу, чтобы вас устроили где-нибудь на станции на пару дней. А потом можете уходить куда хотите…А сейчас прошу прощения, я должен готовится к сегодняшнему погребальному обряду в Нижнем храме. — Абхай вышел из-за стола и вместе с провожатыми пошел к выходу — Ах да!…Виджай, так как Ратха нам больше не нужна, ты можешь быть свободным вместе со своей командой. Больше вы там не нужны. Махавир, они полностью в вашем распоряжении, делайте что хотите. — Резко развернувшись, Абхай вышел из комнаты.

— Не переживай Виджай, сансара все стерпит. — улыбнулся Акил кшатрию.

— Махавир, завтра утром я отправляю отряды в тоннели. Взрывчатку я видел, думаю нам хватит двенадцати связок динамита. Оставшиеся используйте для моста.

— Хорошо Шандар. Можете идти.

Начальник караула вместе со своим заместителем ушли из комнаты. Богдан сидел с поникшим взглядом, уставившись в пол. Адмиралтеец был явно не готов к такому повороту событий. Теперь Богдан думал, что ждет его по приходу обратно домой. Останется ли он при должности парламентера альянса или же его спишут в обычные солдаты и оправят на передовую.

— Виджай, — начал Махавир — я понимаю, что ты сейчас чувствуешь и о чем думаешь.

— Я виноват перед тобой Махавир. Я не смог его спасти…

— Не вини себя, друг. На то есть свои причины. Да мне тяжело, но сейчас не время скорбеть. Ты сделал, как посчитал нужным. Теперь главное чтобы смерть моего сына не была напрасной. Не слушай Абхая, этот самодовольный мудак печется только о своей власти. Будь сейчас Лакшман, было бы все по-другому, как раньше.

— Я возвращаюсь на станцию, надо сообщить парням о решении совета. Богдан идем — Виджай похлопал по спине адмиралтейца. — Спасибо, Махавир, что понял.

Командир пожал руку кшатрию. Вместе с адмиралтейцем, Виджай вышел во двор Храма и двое пошли к станции.

— Что теперь будешь делать, Богдан?

— Не знаю. Ваш старейшина прав. Я зря приехал сюда.

— Об этом я тебе сказал еще на Ленина.

— У меня был приказ. — коротко сказал он

— Ну что ж, тогда пока побудешь пару дней с нами. Как потом добираться будешь?

— Попробую дойти до Горьковской или Черной речки, оттуда на "Гостинку".

— Хороший план. А сейчас, пойдем, выпьем местной настойки, уверен тебе понравится — усмехнулся кшатрий.

Шаста полдня провел в своей лачуге лежа на кровати. Ноги ныли, спина болела. При малейших движениях левой рукой, резкая боль пронизывала сухожилия до самых пальцев. Старая рана давала о себе знать. В перерывах между новыми приступами, Шаста пытался встать с кровати, но из-за травм нанесенных крыланами он не мог даже дотянутся рукой до стакана с водой стоящего на маленькой тумбочке.

После очередной неудачной попытки, Шаста смирно лег обратно. За весь день, к нему приходили Навин с Дэви, которые хоть как то разбавляли его уныние и грусть своими разговорами.

О вчерашнем совсем не хотелось говорить, Дэви еле сдерживала слезы, только при одном упоминании о Динеше. А Навин, как он сам себя назвал, истинный джентльмен, старался успокоить девушку все время обнимая ее за плечики. Шаста думал, почему не приходит Амита. Дэви об этом умолчала, да и Навин ничего не говорил. Шаста подумал, что Амита была занята в помощи своему отцу. Но, как известно ему было, сегодня у них Совет старейшин, на котором присутствует даже его дядя и наставник.

А может девушка не приходила и по другой причине. Что если она обиделась на него вчера, когда он ушел, не попрощавшись и даже толком не поддержав ее?

Шасту словно обдало кипятком. Внутри появилась злость на самого себя. Девушка горевала по своему другу, а он поступил как эгоист и подумал лишь только о себе. Думал, что было только ему больно, и эту боль он поставил выше чем все остальное. Он не понимал, что другим так же плохо как и ему, а теперь когда он это осознал, ему стало очень обидно за самого себя. Это был поступок не достойный поведения кшатрия, а самое главное, это был поступок не настоящего друга.

"Дурак, дурак! Что же я сделал!". От злости Шаста ударил рукой по тумбе. Резкая боль пронзила все от кончиков пальцев до предплечья. Шаста скривился от боли и перевернулся на бок. "Так тебе и надо, дурак".

Шасте хотелось немедленно извиниться перед Амитой за свой поступок, но снова почувствовав боль в спине, юноша успокоился и улегся лицом в мягкую перьевую подушку.

Что бы сказал дядя по поводу его поступка? Акил всегда старался помочь ему в подобных вопросах, но чаще всего отвечал своими шутливыми пословицами или отнекивался. Или может тетя? Да, вот она наверно бы помогла ему привести мысли в порядок. А может Виджай? Почему-то проскользнула мысль именно про него, но точно, это был самый плохой вариант.

Про наставника хотелось думать меньше всего, но каждый раз появлялась мысль, что будет дальше со всей командой Хранителей, если теперь путь в Большое метро был закрыт? Получается, нужды в них просто не было…Нет. Должен быть выход. Ученые со станции Площадь Ленина были не единственными, кто мог им помочь, есть ведь и другие, кто отозвался бы на просьбу о помощи. Может быть, этот Богдан поможет им. Как-никак представитель Альянса, а это многое значит.

От размышлений Шасту оторвал робкий стук в дверь. В комнату зашел Акил. Дядя как обычно куда-то спешил, глаза метались из стороны в сторону.

— Дядя, что случилось? — лениво спросил Шаста

— Я только что с совета. Дела у нас хуже некуда.

Шаста привстал с кровати, облокотившись на стену позади.

— Альянс нам не поможет? — взволновано спросил он.

— Нет. Богдан этот, рассказал про все, что творится в Большом метро. Предложил нам переселение на их станции, да вот только нет у нас такой возможности…

— А как же Хранители? Виджай что-то должен предпринять.

— Боевая Ратха нам не поможет. Слишком много людей на станции. Нам не хватит ни топлива, чтобы добраться до метро, ни патронов, чтобы защищать женщин с детьми. Надо было все это раньше решать. может и получилось бы. — дядя тяжело вздохнул.

— Значит, мы сами по себе?

— Да… — кивнул он — Завтра Шандар отправляет два отряда в северные и южные тоннели. Попробуем взорвать их взрывчаткой. Если и это не получиться…Я не знаю, что будет дальше…

Шаста, молча, смотрел на дядю. Теперь шанс на победу был совсем ничтожен. Могучий альянс не помог им, искать помощь у кого другого просто не имело смысла. В скором времени уже будет некого спасать. Они остались совсем одни.

Внутри появилось непреодолимое желание сейчас же пойти в бой, уничтожать мерзких ракшасов. Уничтожить их всех до единого и наконец-то избавится от страха перед ними, избавится от чувства тревоги и ожидания, когда твари снова начнут лезть на станцию.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил дядя

— Нормально… Я могу помочь вам?

— Нет. Завтра я найду толковых ребят из дозора и пойду с ними в южный тоннель. А ты лучше оставайся со своей командой. Вы можете еще пригодится.

— Значит, Ратха больше не нужна общине?

— Она не нужна Абхаю и брахманам. Махавир думает напротив. Пока что, ваш отряд будет на станции. Либо вас отправят на Стену.

Шасте теперь было абсолютно все равно. Детские желания вместе с энтузиазмом испарились словно сны приходящие каждую ночь. Служба на Стене, казалась уже не такой заманчивой и почетной для него, как было раньше. Теперь не имело значения, где он будет сражаться с ракшасами, на отравленной радиацией поверхности или в темном, пропахшем трупами, тоннелем.

— На то воля Махавира. — сказал он

— Ладно. Через пару часов начнется погребальный обряд. Встретимся в храме. — Дядя похлопал парня по плечу и вышел из лачуги. Шаста посмотрел ему вслед. Юноша все с большим усилием начал заставлять себя подняться с кровати.

Вечером на станции было очень тихо. Не было ни вечерних мантр, ни песен, которые обычно исполняют музыканты у входа в храм. Только монотонный хор брахманов разносился по станции, что больше напоминало равномерное гудение, некоего механизма, работавшего где-то в глубине тоннелей.

Жители общины оплакивали погибшего Динеша. Собрались почти все. Шаста вместе с Навином и Дэви стояли возле других кшатриев, друзей Динеша. Шаста увидел сидящих возле алтаря, жену и дочь Абхая, а сам старейшина тихим голосом, читал священные мантры.

В храме стояла гробовая тишина, лишь изредка со стороны доносились всхлипывания девушек и женщин. Разглядеть что-либо в темноте было трудно. Возле алтаря стояло только две лампадки освещавшие слабым теплым светом лица сидящих брахманов и старейшину. Абхай продолжал наговаривать мантры. Его голос то повышался и был более звонким, то снова опускался и был приглушенным. Это было больше похоже на некое заклинание. Волшебное, загадочное…

Сидящие перед старейшиной, брахманы, качались из стороны в сторону в медленном темпе. Сидящие ближе к алтарю буддисты, тоже повторяли за ними в унисон монотонно повторяя сочетание звуков.

Шаста пытался найти в толпе собравшихся Виджая и других Хранителей, но внимательно осмотрев все ряды, юноша не нашел кого либо из них. Взгляд кшатрия наткнулся на рослую фигуру на противоположной стороне алтаря. Это был Махавир. Лицо командира немного подрагивало от попадающего на него света лампадки. Уставившись поникшим взглядом на лампадки, кшатрий что-то бормотал себе под нос, на глазах застыли слезы. Шаста не мог представить себе, насколько было плохо сейчас командиру. Отцу погибшего сына…

После совершения обряда, Абхай читал проповедь о перерождении погибшего в новом кругу жизни, и снова начал говорить о том, что Боги помогут единству общины, главное верить в них, и тогда, в сознании людей будет порядок и покой. Многие были согласны с ним и утвердительно кивали в ответ, некоторые даже поклонялись. Абхай смотрел на всех свысока. Старейшина был доволен собой. Шасте этот взгляд не нравился. Абхай был явно в восторге от реакции на его слова, старейшина наслаждался мимолетным ощущением власти над общиной. А может уже и не мимолетным. Ясно было, что с последними событиями, влияние Абхая на кшатриев возросло и на всю общину в целом. К чему это приведет, парень не знал, но понимал, что явно не к лучшему.

При выходе из храма Шаста встретил Амиту. Девушка была в еще худшем состоянии чем вчера, лицо побледнело, глаза от слез были красными и припухшими. Она не сразу заметила Шасту, но увидев его, неуверенно улыбнулась и опустила взгляд.

— Амита, я хочу попросить у тебя прощение, за вчерашнее. Я ушел, так и ничего не сказав. Я должен был тебя поддержать, но я думал, что больно только мне. Прости — Шаста смутившись отвел взгляд в сторону.

Девушка, улыбнувшись, обняла его и поцеловала в щеку.

— Ничего Шаста. Я понимала что тебе тоже плохо. Ведь ты был тогда с ним, ты видел как он погиб. Я думаю это страшно, когда у тебя на глазах умирают люди, с которыми ты жил бок о бок. Я все никак не могу привыкнуть, что каждый день может кто-то погибнуть из вас там, в тоннелях. Мне страшно Шаста. Я не хочу потерять вас. — Девушка, всхлипнув, уткнулась ему в грудь. Шаста крепко обнял ее и сказал:

— Завтра все изменится, вот увидишь. У нас есть возможность остановить ракшасов. И когда мы сделаем это, ничего уже не надо будет бояться- улыбнулся Шаста- А сейчас пойдем отдыхать. Завтра будет хороший день…

Шаста стоял в конце вагона с автоматом наперевес.

Дрезина двигалась вперед по бесконечной железной дороге, тянувшейся через непроглядный сумрак. Кшатрий, не мог сфокусироваться на каком либо предмете, все плыло перед глазами. Шаста попытался дотянуться руками до разбитой оконной рамы, но стенка вагона исчезла у него из под рук. Юноша оступившись, чуть не вылетел наружу. Все движения были медленными и вялыми, словно эффект замедления в каком-нибудь кино. Вдруг тишину пронзил глухой выстрел из автомата, Шаста увидел, как из глубины вагона выходит высокий широкоплечий мужчина с автоматом. Уверенный взгляд, жесткие черты лица, густые черные волосы завязаны на затылке в косу. Это был Виджай.

Кшатрий стрелял куда-то позади Шасты. Парень посмотрел в ту сторону и увидел гигантскую черную тучу сплошь состоящую из перепончатых крыльев и острых когтей. Вся эта живая масса скопилась в одном месте позади вагона, образовывая некое подобие черной дыры, в которой окружающий свет тонул как камень в воде.

Из черной массы появилось тело человека. Его на весу держали черные существа с перепончатыми крыльями. Шаста узнал Динеша. Его лицо и тело было сплошь черным как тень, он не шевелился, даже когда твари отрывали от него куски плоти.

— Стреляй Шаста! Стреляй! Выбора нет! — Кричал Виджай, его голос был протяжным и монотонным — Уничтожь его! Или нашей станции конец!

— У него кишка тонка — произнес Динеш. Его голос был зловещим и жутким- Вы не в силах спасти себя. Мы будем везде…

Виджай стрельнул очередью во тьму. В этот момент из тела Динеша вырвались темные щупальца и пронзили тело кшатрия. Виджай упал замертво.

Тело Динеша теряло человеческий облик и постепенно начинало превращаться в двухметровое существо демонического вида. Черная густая шерсть сливалась с окружающей его тьмой. Лицо Динеша исчезло и на его месте появилось новое, ужасное, красное как кровь с белыми белками глаз и черными как мрак зрачками. Тварь открыла пасть, оттуда вывалился красный длинный язык. Тварь облизнулась.

— Вам негде спрятаться — прошипело существо — Тебе не удастся спасти их всех. Я буду преследовать тебя, пока не напьюсь твоим страхом. Трусливый щенок. Ты ничтожен передо мной… — тварь усмехнулась в зловещей улыбке, и с отрытой пастью бросилась на кшатрия…

Шаста резко проснулся. Пот лился с лица, сердце стучало так, что его наверное было слышно в соседней лачуге.

Снова кошмар и теперь он был связан с недавними событиями. Равана преследовал его и с каждым разом появлялся все чаще и чаще во снах. Шаста не давал страху овладеть собой полностью. Если сдаться сейчас, дальше уже будет бессмысленно сопротивляться. А этого допускать нельзя.

Шаста быстро зажег лампадку и стянул с себя одеяло. В этот момент стук в дверь нарушил тишину в лачуге, парень от неожиданности дернулся. "Кого там еще несет?.."

— Входите — сказал он

Приоткрыв дверь, в лачугу зашел Виджай. В руках он держал "Абакан". Кшатрий был в своей стандартной экипировке — черные сапоги с высокой шнуровкой, комбинезон, поверх которого разгрузочный жилет с множеством карманов забитыми боеприпасами: гранаты РГД, автоматные рожки, на поясе разгрузки патроны к ружью. Судя по виду и серьезному лицу, кшатрий был готов к очередной вылазке.

Шаста не ожидал, что хранитель лично явится к нему в лачугу. За весь вчерашний день, они ни разу не встретились на станции, хоть и юноша не особо хотел видеть наставника. Значит что-то важное случилось, если Виджай самолично пришел к нему.

— Накидывай бронежилет и комбез. — жестко сказал он — Возьми побольше патронов и обязательно фонарь. Я буду ждать тебя на выходе. Быстрее только. — развернувшись, кшатрий вышел из лачуги.

Шаста услышал топот над потолком и разговоры на повышенных тонах на выходе. Похоже, что-то случилось на станции. Просто так бы кипишь не подняли.

Быстро встав с кровати, Шаста поспешно собрал рюкзак, набив его консервами, флягой с водой, фонарем дяди и батарейками к нему. Накинув на себя комбинезон и жилет, кшатрий проверил крепления и рожки к автомату. " Так, пару гранат не помешает и конечно же боевой лук со стрелами". Потушив пальцами свечу в лампадке, Шаста выбежал наружу. Виджай и Шандар ждали его немного в стороне от лачуги.

— Что случилось? — спросил парень

— Два часа назад мы отправили отряд из десяти человек в северный тоннель. Парни так и не вернулись. Связь с ними потеряна- сказал Шандар- Взрыва тоже не было, мы бы узнали это наверняка, они потерялись где-то на подступах к Комендантскому проспекту. Вас отправляю на разведку, другими дозорными уже не могу рисковать.

— Идем. Остальные ждут нас у входа в шахту- сказал Виджай

Быстро добравшись до оборотного тупика, кшатрии прошли мимо свиноферм и плантаций грибов.

Вайшьи работали во всю, не покладая рук с самого утра. Их похоже совсем не волновало, что происходит на станции и поэтому, даже не обернулись на вооруженных путников. Немного свернув в право, кшатрии прошли до конца тупика и остановились возле вентиляционной шахты.

Возле нее уже стояли Ранеш, Амар, Садхир и Акил. Двое последних открывали вентиляционную перегородку, загородившую темный ствол шахты.

— Ну что, готовы мужики по тоннелям лазить? — с задором спросил Ранеш и расплылся в широкой улыбке, от чего его борода стала еще более пышной.

— Да, с твоим-то пузом, это проблематично — ухмыльнулся Садхир

— Так парни. Наша задача, найти отряд дозорных. Если они погибли, а скорее всего это так, то найдем выживших, взрывчатку, и доделаем дело — сказал Виджай — Шандар, отряд в южный тоннель вы отправили?

— Еще нет. Сегодня утром Акил их только готовил для задания. Отправляем через час.

— Хорошо. Садхир и Амар, остаетесь на станции, поможете начальнику, вдруг что случится. Я, Ранеш и Шаста идем на "Комендану".Вопросы?

Кшатрии покачали головой. Акил закончил возиться с решеткой и подошел к Шасте.

— Все готово мужики, давайте лезьте. Связи с вами не будет, так что, когда найдете отряд свяжитесь с помощью их передатчика. Удачи. — Акил пожал руку кшатриям. Шандар кивнул отряду и вместе с Амаром и Садхиром ушел в сторону станции.

— Ну, сынок, давай там осторожней — Акил приобнял Шасту и пожал ему руку — На Будду надейся и сам не плошай — улыбнулся дядя

— Скажи тете, чтобы не волновалась.

— Обязательно.

— Вы там все? — спросил Ранеш обернувшись.

Шаста подошел в Виджаю и встал возле темного прохода шахты.

— Все. Выступаем.

.Первым в темный проход прыгнул Виджай, за ним Шаста, затем Ранеш замыкающим. Кшатрий всем своим весом плюхнулся на бетонный пол, чуть не выпустив пулемет из рук. Крякнув и встряхнув головой, кшатрий поднялся и посеменил мелкими шажками за Шастой.

Вокруг кшатриев сомкнулась тьма. Лишь только через отверстие позади, проникал тусклый свет. Из глубины шахты поднялся воздух и с протяжным гулом влетел в лица путников. Шасту бросило в дрожь. Юноша вспомнил, как в детстве ходил сюда играть с мальчишками и каждый раз вздрагивал от внезапного потока ветра из тоннеля, думая, что там живут злые духи или чудовища, которые утаскивают детей в темноту.

Решетка позади них закрылась и теперь в проходе стояла кромешная темнота. Виджай включил фонарь. Яркий луч осветил бетонные, покрытые мхом, стены.

— Вперед парни — скомандовал кшатрий

Шаста включил свой налобный фонарь и, разложив приклад автомата, упер его в плечо. Вдоль обеих стен тоннеля, тянулись провода и толстые кабели повисшие лохмотьями над головами путников.

Сколько тянулся этот тоннель, было не ясно. Шасте казалось, что он нескончаемый, и они никогда не доберутся до потерявшегося отряда. В голову пришла мысль — "А что если отряд просто исчез в этом тоннеле? Куда-то за его пределы? Либо кшатрии просто потерялись в других подземный переходах и теперь блуждают во мраке, пытаясь найти выход."

Шаста не заметил, как наткнулся на широкую спину впереди идущего Виджая. Кшатрий остановился что-то высматривая впереди. Светя фонарем из стороны в стороны, Виджай осматривал стены и бетонный пол тоннеля, по которому расходились трещины покрытые зелено — ржавым мхом и другими непонятными растениями. Кшатрий присел на корточки и выхватив свой нож, начал ковырять мох. В глаза попал отблеск какого-то предмета.

— Что там? — пробасил Ранеш

— Четки одного из дозорных. — Виджай повернулся к остальным и показал находку.

Это были обычные четки, на которых, через бусины, были нанизаны пластинки в форме четырех конечной свастики с загибами концов вправо.

— Плохой знак, ох плохой — покачал головой Ранеш

— Значит мы на верном пути. Скоро должны прийти — Виджай прильнув к прицелу "Абакана" упрямо продолжил идти вперед.

Пройдя еще несколько метров, отряд попал в широкое помещение посередине тоннеля. Шаста взглянул наверх и увидел железную решетку с прорехой с боку. Выше решетки были большие винтообразные лопасти заметно покачивающийся от ветра, поступающего сверху. Между лопастями, проглядывалось серое небо.

— Где это мы? — спросил парень

— В межлинейном тоннеле. — сказал Виджай — Его использовали при строительстве "Комендантского проспекта". Через эту шахту, работники метрополитена спускались сюда и перетаскивали строительный материал. Мы идем параллельно основному тоннелю и скоро придем на станцию.

Кшатрии миновали старую шахту и прошли глубже в тоннель. Через несколько метров, тоннель расширился и начал уходить в правую сторону.

На стенах и на полу была непонятная серо-зеленая слизь, в некоторых местах она затвердела и выглядела как наросты грибка или опухоль. Кшатрии напряглись.

Шаста покрепче сжал автомат. Ранеш прильнул к прицелу пулемета. Впереди была открытая дверь служебного помещения. Зайдя внутрь, отряд увидел неприятное зрелище — все стены и пол были сплошь покрыты слизью и затвердевшими наростами. На полу, вперемешку с различным хламом, лежало несколько человек, покрытые с ног до головы этой слизью.

Трое из них были завернуты в наросты грибка, как в кокон гусеницы. Шаста заметил, что трупы конвульсивно дергаются. Четвертый лежал без кокона. У дозорного вздулся живот, внутри него что-то медленно шевелилось.

— Виджай это наши, смотри — подцепив стволом пулемета кусок бронежилета, Ранеш показал его напарникам.

— Кто это сделал? — взволновано спросил Шаста

— Мантисы — сказал Виджай — Осмотрите трупы. Надо найти взрывчатку и передатчик.

Ранеш принялся осматривать углы помещения. Шаста заглядывал в коконы, и переборов свою неприязнь, начал руками вскрывать их. Застывшая слизь, оказалась довольно прочной и плохо поддавалась деформации.

Поставив приклад автомата вертикально в кокон, Шаста схватился за ствол и резко дернул его на себя. Кокон рассыпался на мелкие кусочки. Внутри лежал труп дозорного с разорванным брюхом. От этого зрелища, кшатрия немного передернуло. По телу пробежал озноб.

Шаста скривившись, начал прощупывать кокон на наличие взрывчатки. У кого она была он не знал, и поэтому приходилось вскрывать все три, и ни в одном из них Шаста не нашел взрывчатки.

— Эй, да тут только четверо из отряда — сказал Ранеш, осматривая дальний угол комнаты — Куда остальные делись?

— Не знаю — сказал Виджай — Должно быть, твари их утащили в Улей. Я нашел следы.

Ранеш и Шаста подошли к кшатрию. Виджай указал пальцем на пол, по которому тянулась слизь куда-то за угол. Подняв оружие, кшатрии пошли по следам. Впереди был тупик, который заканчивался шахтой грузового лифта. Сам лифт стоял с открытой решетчатой дверью, внутри него лежал еще один труп. Живот дозорного был надутым и импульсивно вздувался, также как и у другого трупа.

— А вот и передатчик — Ранеш поднял с пола сломанный радиопередатчик, полностью покрытый слизью. — Точнее, то, что от него осталось.

Шаста подошел ближе к трупу. Ему совсем не хотелось прикасаться к нему, но попытаться найти взрывчатку стоило того.

— Что с ним? — спросил парень

Виджай присел на колено и достал из кармана нож. Сделав надрез на комбинезоне, кшатрий вспорол живот мертвому дозорному. Оттуда вывалилось множество мелких личинок похожих на гусениц. Мерзкие существа расползлись по полу. Ранеш прикрыл глаза ладонью и посчитал до десяти. Шаста не выразил никаких эмоций и просто посмотрел на мертвеца. Он уже начал привыкать к жутким смертям своих соратников. Виджай сурово оглядел труп дозорного.

— Труп начал разлагаться. Мантисы используют тела убитых как инкубаторы для своего потомства. Когда личинка получит достаточно питания, труп полностью высыхает и остается гнить. — сказал наставник

— Ну, прям в мире животных. — пробубнил Ранеш

Шаста отступил от кшатриев на пару шагов, осматривая правую стену тоннеля. Толстые трубы тянулись высоко по шахте, до самого верха. Краем глаза Шаста увидел выпуклый предмет на трубах. Посветив туда, луч фонаря выхватил большой рюкзак, из которого торчало пять цилиндров с фитилями на концах.

— Я кое-что нашел. — сказал он

Ранеш и Виджай подошли к парню. Виджай, встав на трубу, проходящую внизу, достал увесистый рюкзак, набитый связками динамита. Следом за рюкзаком упало мертвое тело мантиса. От неожиданности, Шаста подскочил. Ранеш скривил лицо и плюнул на труп.

Существо отдаленно напоминало богомола, только гораздо крупнее в размерах: круглая голова с большими фасеточными глазами, на конце морды толстые серпообразные жвала с рубцами на концах. Передние конечности были покрыты хитиновым панцирем. Такой панцирь тянулся от головы до брюха, защищая только верхнюю часть. Вместо задних конечностей, у мантиса, был длинный пупыристый хвост со множеством мелких ножек, с которого стекала слизь.

— А вот и взрывчатка — сказал Виджай, никак не отреагировав на дохлого мантиса.

Поширудив рукой в рюкзаке, кшатрий достал четыре связки динамита.

— Тут не все. Где то должен быть еще динамит. И я догадываюсь где — Виджай посмотрел наверх.

Внезапно из помещения послышались шорох и скрип. Кшатрии вскинули автоматы и уставились на дверь. Виджай первым пошел вперед. Осмотрев углы, кшатрий зашел внутрь. Все было на своих местах как и пару минут назад.

Снова раздался шорох в правом углу помещения. Виджай направил ствол на железный шкаф и медленно стал подходить к нему. Шорох доносился явно оттуда. Кшатрий жестом подозвал остальных. Ранеш, обогнул напарника и, кивнув ему, направил ствол пулемета на высокие дверцы шкафа.

Виджай резко потянул дверь на себя. В проеме показалась рука, затем голова, и из шкафа выбрался человек в бронежилете и комбинезоне дозорного, испуганно щурясь от фонарей кшатриев.

— Нет…. Не стреляйте! Прошу вас! — завопил парень

Ранеш усмехнулся и опустил пулемет. Виджай силком вытащил парня из шкафа, тот упал на колени и начал что-то бубнить себе под нос. Он был худощав, с темными короткими волосами, глаза испуганно озарялись вокруг, губы дрожали.

— Кто такой? Говори! — рявкнул Виджай

Парень сглотнул и посмотрел на каждого из кшатриев.

Вы… вы их убили? — встревожено спросил дозорный.

— Да тут и убивать было некого. — сказал Ранеш — Слизь одна.

— Их тут были десятки! Сотни! — завопил парень — Мы не успели ничего сделать… Их было так много, они появлялись из ниоткуда. Я спрятался в шкафу чтобы не нашли. А потом я видел, как они заворачивают в коконы остальных…

— Так, по порядку давай. Когда пришли? Куда делись остальные? — спокойно спросил Виджай

— Они утащили остальных наверх в Улей — тяжело дыша, сказал парень — Тут все остальные…

— Взрывчатка у тех была? — снова спросил Виджай

— Да… Да. Была…. Это все мантисы. Они повсюду. Владыка смерти наслал их на нас. — Глаза дозорного округлились — Все мы окажемся в его царстве. Все!

— Успокойся — сказал Шаста — Мы вытащим тебя отсюда.

— Все окажемся. Все… — парень прислонился к стене и уставился поникшим взглядом куда-то в сторону.

Оставив парня одного, кшатрии вышли к шахте лифта.

— Ранеш, вы с Шастой остаетесь здесь. Я наверх. Может, найду выживших и взрывчатку. Установите заряды в тоннеле и ждите моего прихода — Виджай достал одну связку динамита и привязал ее себе на пояс разгрузки. Рюкзак с оставшейся взрывчаткой подкинул Ранешу — Вот. Думаю, трех штук вам хватит. И следите за ним, чтобы глупостей не натворил — кшатрий указал пальцем на дозорного.

Похлопав рукой по карманам с боеприпасами, Виджай повесил автомат через плечо и полез на кабину лифта.

— Виджай — окликнул его Ранеш — Только "королеву" не разбуди.

Ничего не ответив, Виджай схватился за навесную лестницу и ловко стал карабкаться вверх.

Шахта лифта была довольно широкая, но кромешная темнота не давала полностью осмотреть ее. Спасал только налобный фонарь, свет которого освещал небольшие участки впереди. Риск упасть вниз был велик. Виджай карабкаясь по вертикальной поверхности, старался не смотреть вниз. Мышцы напряглись, руки заныли.

Раньше все давалось легче. Изнурительные тренировки по самбо, секция рукопашного боя — все это давало особые навыки и результаты, которые не пропадали с годами. Но с возрастом такие подъемы и марш-броски давались тяжелее. Виджай не хотел себе признаться в этом, он чувствовал себя на лет двенадцать моложе, но понимал, что через лет десять он уже не будет таким энергичным как сейчас.

Цык…Цык. Цык.

Налобный фонарь замигал и как назло отключился.

"Да что же это такое?!"

Кшатрий приподнялся на небольшой уступ. Постучав ладонью по фонарю и покрутив защитное стекло, Виджай упрямо полез дальше.

Внезапно, кшатрий почувствовал, что коснулся рукой некой липкой дряни. Посветив на свои руки, Виджай увидел слизь мантисов. След был свежим. Явно твари еще не покинули шахту.

Чертыхнувшись, кшатрий полез наверх с еще большим усилием. Остановившись на очередном выступе, Виджай прислушался к окружению. Внизу послышался шорох и еле слышное потрескивание с правой стороны. Кшатрий опустив голову посветил фонарем вниз.

Треск мгновенно прекратился. Ничего не заметив, Виджай полез дальше. До верха оставалось пару метров. Схватившись за очередную ступень, рука предательски соскользнула.

Снова слизь!

Правую ногу повело в сторону. Виджай успел подставить колено и удержался.

"Тр-р-р-р" — раздалось внизу.

Кшатрий посветил фонарем вниз.

Двое богомолоподобных мантисов взбирались по шахте, преследуя жертву.

Их хитиновые панцири отражали луч фонаря. Мерзкие передние жвала стрекотали как пулемет. Большие фасеточные глаза уставились прямо на кшатрия. Длинные усики на лбу заходили ходуном. Твари учуяли добычу.

Виджай быстро вскинул автомат одной рукой и дал залп по ближайшей из тварей. Несколько пуль пробили хитиновые щиты на лапах мантиса, но это его не остановило. Всадив еще пару пуль в голову, мантис замертво повис на трубе, за которую держался своим змееподобным хвостом.

Кшатрий резко навел ствол на второго и выстрелил. Очередь оторвала мантису острые жвала и задела глаз. Тварь в бешенстве полезла вверх. Выстрелив еще раз, кшатрий сбил его.

Внезапно над головой Виджая пронеслась лапа третьего мантиса. Кшатрий увидел мерзкие жвала у себя перед лицом. Ударив тварь стволом " Абакана" в морду, кшатрий выпустил в него оставшуюся обойму. Голова мантиса лопнула как арбуз и разлетелась на мелкие кусочки.

Поднявшись на ровную платформу, Виджай перезарядил автомат и, прильнув к прицелу, пошел вперед. Луч фонаря выхватывал различные силуэты всякого хлама облепленного слизью.

Виджай взглянул на дозиметр.

Норма.

С правой стороны показался просвет. Кшатрий ускорил шаг и быстро добрался до источника света. Это был вход в вестибюль станции из служебного помещения. Выйдя наружу, кшатрий внимательно осмотрел зал.

Вестибюль был полностью разрушен: сломанные турникеты, придавленная кусками бетона будка дежурного, выбитые стекла и двери у входа. По стенам проходила широкая трещина. В ней рос зеленоватый мох и необычные растения больше похожие на лианы. Виджай посмотрел в правую сторону. Заваленные бетонными глыбами гермоворота были опущены только с левой стороны. С правой стороны был довольно широкий проход. Видимо, через него мантисы попадали на саму станцию и в тоннель. Сколько там уже этих существ, Виджаю было страшно представить. Мантисы плодились быстро, и с каждым разом их становилось все больше.

Виджай подошел к проему под гермоворотами. "Если установить заряд здесь, то ворота обрушаться и тогда не придется использовать всю взрывчатку". Стянув с пояса связку динамита, кшатрий прицепил ее в проем между стенками ворот. Сзади раздался протяжный стрекот жвал. Развернувшись, кшатрий увидел трех тварей.

Вскинув автомат, кшатрий дал очередь по приближающимся мантисам. Попадая в слабо защищенные места, пули тормозили наступавших тварей. Переключившись на одиночные, Виджай продолжил отстреливаться, смещаясь в правую сторону к придавленной будке. Кшатрий увидел еще с десяток мантисов, забиравшихся по разрушенному эскалатору со станции.

Виджай старался отстреливать ближайших тварей. Остальную стаю просто так было недостать, да и пули на дальнем расстоянии особого вреда не приносили. Перезарядившись на ходу, кшатрий поспешно стал смещаться в сторону выхода. Мантисы вылезали из нор в стенах, спрятанных под слоем застывшей слизи.

Выйдя в подземный переход, кшатрий мимолетным взглядом осмотрел его. С обеих сторон переход был обрушен и какого-либо намека на выход из этой подземки, просто не было. Виджай краем глаза увидел мантиса слева от себя. Быстро вильнув в сторону, кшатрий ушел от удара хитиновой лапы. Направив ствол автомата в открытое брюхо, Виджай выстрелил в упор, разрезав тело мантиса пополам.

Переведя взгляд на остальных мантисов, Виджай, не успев перевести дух, продолжил отстреливать их по одному.

Вскоре, возле прохода в метро, сложилась приличная куча из трупов и подранков мантисов, тем самым преградив путь остальным ретивым тварям.

Патронов для автомата становилось все меньше, использовать гранаты против них — себе дороже. Громкие шумы могли привлечь особей побольше, а уж кого наверняка, так это "королеву". Встречаться с этой дамочкой особо желания у кшатрия не было.

Отступая все ближе к входу в торговый центр, Виджай увидел, как только подступившие твари оттаскивали своих мертвых сородичей обратно в тоннель. Некоторые особи покрупнее, поедали трупы соратников на месте. Такое поведение было обычным для мантисов. Наверняка, из-за их близкого родства с богомолами.

Временное переключение тварей на другую добычу, сыграло на руку кшатрию.

Быстро вставив новый рожок, Виджай поспешно зашел в торговый зал и метнулся в ближайший бутик, по левой стороне.

Пол магазина был закидан порванной одеждой и разломанными манекенами, покрытыми слизью. Возле кассы разбросанного хлама была целая куча.

Упав на пол под витриной магазина, Виджай накидал на себя кучу рваного тряпья и замер в ожидании. Несколько мантисов, пробивших заслон у дверей, пронеслись мимо бутика. Один из них, просунул хитиновую башку внутрь и издал протяжный стрекот. Так и не обнаружив добычу, мантис ускакал прочь вглубь центра.

Виджай прикрыл глаза и, посчитав до десяти, перевел дыхание. Медленно поднявшись с пола, кшатрий высунулся и оценил обстановку. Переступив разбитую витрину, кшатрий замер.

Виджай почувствовал неприятное покалывание в затылке. Выработанные с годами инстинкты, давали понять, что дело дрянь и надо незамедлительно действовать.

Осторожно обернувшись, Виджай увидел, как большая куча тряпья возле кассы медленно приподнимается. Из-под остатков упаковочной коробки, показалась круглая морда с большими фасеточными глазами и длинными жвалами на конце. Эта тварь явно была больше остальных мантисов в два раза, и выглядела не как богомол, а скорее как гигантская стрекоза: толстый вытянутый хвост, передние длинные конечности без хитинового панциря, две пары двухметровых прозрачных крыльев…Самка!

Самка медленно повернула морду в сторону кшатрия, и, принюхиваясь, начала качать головой вверх вниз. С головы до задних лап, самка была облеплена различной одеждой; начиная порванными платьями со стразами, заканчивая нижним женским бельем.

— Ух, какая ты у нас модница — пробормотал Виджай, медленно поднимая ствол "Абакана" — Но с шопингом надо завязывать.

В ответ, самка громко завизжала чирикающим звуком и ринулась всем телом прямо на кшатрия. Виджай быстро выбежав из бутика оступился об разбитое стекло и побежал вперед.

Самка со всей силой влетела в витрину, выбив раму и двери магазина. Перевернувшись всем телом, тварь по инерции задела толстым хвостом витрину соседнего бутика.

Виджай не оглядываясь на разъяренную бестию, вбежал в торговый зал, и, перепрыгнув через деревянную стойку бывшего "Кофе Хауза", нырнул в узкий проем кабины стеклянного лифта, остановившегося между нулевым и минус первым этажами. Оставалось надеяться, что конструкция выдержит удар самки.

Тварь со всей скорости врезалась мордой в стойку кафе, разбив ее вдребезги. Не заметив, как один кусок дерева застрял у нее в голове, самка ринулась прямиком к лифту.

Просунув пол головы в узкий проем, тварь с мерзким чавканьем жвалами, пыталась достать кшатрия из стеклянной коробки. Виджай отпрянул назад, и, направив ствол автомата в голову самки, выпустил очередь в упор. Половина ее морды превратилась в фарш. Самка забрыкалась в конвульсиях, но видимо сдаваться не собиралась.

Высунув голову наружу, тварь забралась на лифт сверху. Виджай почувствовал, как кабина просела под ее весом и вот-вот была готова полететь на нижние этажи.

"Молодец, теперь это твой персональный стеклянный гроб…Что же дальше будешь делать?"

Присев на стеклянный пол кабины, Виджай перезарядил "Абакан" и попытался протиснуться в проем между открытой кабиной лифта, и потолком следующего этажа. Из-за рюкзака и "Винчестера" за спиной, получилось свесить только ноги.

Собравшись уже снимать боекомплект, кшатрий услышал потрескивание жвал над кабиной. Самка все не унималась и похоже к ней на подмогу пришли мантисы-самцы, дабы помочь вытащить из лифта строптивого двуногого.

Но не тут-то было…

Лифт резко накренился на правую сторону и немного съехал вниз.

"Взи-и-и-их!"

.Наверху что-то с резким звуком ударило по потолку и вздыбилось вверх.

Звук повторился и теперь лифт накренился на левую сторону и со скрипом стал съезжать потихоньку вниз. Теперь кшатрий понял, что это был звук рвавшихся канатов подвески, которые мантисы прогрызали своими толстыми жвалами.

— Ах, ты стерва! Вот так значит?! — не выдержал Виджай

И в этот момент лифт резко полетел вниз под собственным весом и весом самки. Кшатрий за долю секунды успел выпрыгнуть из лифта, при этом ободрав себе комбинезон и задев плечо.

Сделав пару кульбитов, Виджай упал возле двери припаркованного автомобиля. Кшатрий крепко ударился головой об металл. Тупая боль пронзила голову.

Он попал на минус первый этаж подземной парковки, развлекательного центра. Вся парковка была покрыта застывшими наростами слизи. Такие наросты были повсюду и имели форму толстых труб, на подобие горок в аквапарке. Они представляли собой тоннели и переходы между этажами, таким образом, создавая картину, некоего подобия подземного города мантисов тянувшегося до самого верха. Такие переходы проходили насквозь бетонных стен парковки и уходили куда-то вглубь за пределы комплекса.

Оглянувшись по сторонам, Виджай встал с бетонного пола и подошел к краю шахты лифта. Посмотрев вниз, кшатрий увидел разбитый в дребезги лифт. На его осколках лежали размазанные по полу тела мантисов-самцов. А вот самки не было. Остался только след слизи, уходящий куда-то в правую сторону. Играть в прятки с этой красавицей настроения не было.

Кшатрий осторожно отступил от края дыры, как вдруг сзади выпрыгнула выжившая самка, разломав трубчатые переходы и перевернув машину.

Схватив Виджая за рюкзак своими жвалами, тварь бросила кшатрия со всей силы на капот автомобиля.

Окружение мимолетно пронеслось перед глазами.

Приземлившись на спину, кшатрий успел подставить автомат перед собой, тем самым не давая жвалам самки, дотянутся до себя. Сил не хватало, чтобы сдвинуть голову твари. Она была слишком сильна, несмотря на свои глубокие раны и отсутствие половины морды.

Виджай собрав все оставшиеся силы, резко оттолкнул самку от себя и направил ствол автомата ей в грудь. Но выстрелить так и не успел. Тварь передней конечностью выбила автомат из рук.

Кшатрий, быстро поднявшись, прошмыгнул через крышу автомобиля и увидел за ним кусок отвалившегося бетона с торчащей арматурой. Тварь подсекла ноги Виджаю и тот, скатившись, упал прямо возле куска бетона.

Самка набросилась сверху, и не заметив для себя опасность, всем телом упала на арматуру. Морда твари оказалась прямо напротив лица Виджая, задев одной из жвал его висок. Кшатрий быстро поднялся на ноги и выхватил "Винчестер". Железная арматура пробила тело самки насквозь, тем самым обездвижив ее. Тварь забилась в агонии и мерзко затрещала жвалами, вертя головой из стороны в сторону. Виджай направил ствол дробовика на морду твари и выстрелил. Дробь оторвала оставшуюся часть головы от туловища и самка наконец-то сдохла.

Подобрав ускользнувший "Абакан", Виджай перевел дыхание и продвинулся вглубь парковки.

Где и как можно было найти оставшийся отряд кшатриев в таком лабиринте, состоявшим сплошь из ржавых остовов автомобилей и своеобразных тоннелей в виде затвердевшей слизи, кшатрию казалось просто невозможным. Дозорные могли быть где угодно в таком большом комплексе.

Раньше он казался не таким уж и большим, но с появлением Улья все изменилось. Теперь ранее известные ходы и проходы, которые Виджай помнил с былых времен, были, либо разрушены, либо превратились в логова мантисов. А уж что говорить о подземной парковке, которая, несмотря на свою простоту по строению, была отнюдь не такой маленькой. Либо она стала больше, из-за проделанных в ней переходах.

Ясно было одно — дозорные точно погибли в этих тоннелях, и спасать было уже просто некого, но из-за важности разрушить тоннели, приходилось искать остатки взрывчатки, которые уж точно не были лишними.

В подтверждении своим мыслям, Виджай наткнулся на один из затвердевших коконов, в котором лежал полуразложившийся труп. Кшатрий осмотрел его. Это был не дозорный из сангхи. На нем не было привычного бронежилета с металлическими пластинами, и не было каких либо символических предметов, наподобие ожерелий или четок, которые кшатрии нашли в тоннеле.

Осмотрев местность, Виджай наткнулся еще на пару таких коконов. Трупы в них были не первой свежести и совсем не похожи на дозорных со станции. Обычные сталкеры бродяги со станций синий ветки забрели сюда по случайности, в поисках каких либо предметов или ценных вещей, которые можно было втюхать на рынках в метро за неплохую сумму, либо обменять по бартеру на какой-нибудь простенький самострел.

Кшатрий прислушался к окружению.

Было подозрительно тихо, лишь только еле слышный стрекот жвал мантисов где-то в отдаленных переходах, проходил эхом по парковке. Улей больше напоминал логово ксеноморфов из старого боевика восьмидесятых. Почему-то в голове появились только такие ассоциации.

Трупы попадались все чаще. Теперь коконы с мертвыми были прилеплены даже на стенах и на потолке парковки. Это напрягало еще больше. Кшатрий инстинктивно чуял, что здесь что-то неладное, и надо бы поскорее выбираться отсюда.

Зайдя еще за один поворот, Виджай увидел пять коконов прислоненных к стенке. Подбежав, кшатрий стал осматривать их, и увидев знакомые бронежилеты и рядом валявшиеся самострелы, начал быстро вскрывать коконы один за другим.

Это были дозорные Шандара. Трупы были еще в неразложившимся состояние. Их животы импульсивно поднимались, то опускались, что могло значить, только то, что мантисы уже успели их набить своими личинками и произошло это совсем недавно.

Виджай открыл последний кокон. В нем лежал рюкзак с двумя оставшимися связками динамита. Закинув их себе в рюкзак, кшатрий собрался уходить, как вдруг услышал протяжный стон, за машиной. Виджай быстро перепрыгнув ржавый остов, увидел человека, сидевшего на полу прислонившись к стенке.

Был он стройного телосложения, на вид не более тридцати лет, с бледной кожей на лице и ниспадающими грязно-белыми патлами чуть ниже плеч. Впалые щеки, глаза на выкате, что придавали ему немного удивленный вид. С тонкими руками и пальцами, он больше походил на музыканта или художника. Одет он был совсем никак дозорный со станции, да и на обычного бродягу тоже не походил. Черный бронежилет, обычно которые носили полицейские или спецназовцы бывшего ОМОНа. Под ним, костюм химзащиты, цвета хаки, порванный в нескольких местах. Высокие кирзовые сапоги и мешковатые штаны. На ремне висела деревянная кобура, из которой торчала рукоятка маузера.

— Эй, мужик…помоги — простонал человек — Я тут, это самое…прилип.

Виджай с недоверием посмотрел на сталкера. Заглянув ему за спину кшатрий увидел, что тот был прилеплен слизью к стене.

— Помоги, говорю. — повторил сталкер

Схватив незнакомца за плечи, Виджай резко дернул его на себя. Мужик повис на руках кшатрия как тряпичная кукла и свалился снова на пол.

— Ой-йо — скривился незнакомец — Ну спасибо, братела, помог. Ты это самое, пакетик тут не видел, такой коричневый, а?!

— Что? — переспросил Виджай

— Пакетик говорю, не видел? — повторил незнакомец — Па-ке-тик! В нем снадобья всякие. Мне надо, очень…

Сталкер поднял палец вверх и озадаченно посмотрел на Виджая.

— Нет. Не видел — отрезал кшатрий и посмотрел в сторону парковки.

"Вот только умалишенного нам не хватало, с пакетиками."

— А ты, чей будешь то, братела? — спросил мужик — Ты нацист что ли?

Виджай нахмурив брови, косо посмотрел на незнакомца. Тот уставился на четки со свастикой на запястье Виджая.

"Ясно, думаем только штампами…"

— Нет. Я буддист, со Старой Деревни. Ты бы примолк, незнакомец. Тут есть желающие пообедать нами.

— А ну да, буддист, слыхал про вас. А я меня Металлистом кличут, кстати.

— Это замечательно. Я Виджай. А сейчас заткнись пожалуйста. Отсюда надо уходить.

— Да, да, я вот собирался. Только надо Джимми найти — сталкер начал ширудить ладонями по полу.

— С тобой еще кто-то есть?

— Да, его Джимми зовут….Эй, Джимми, куда же ты пропал то а? — сталкер приподнялся, и стоя на коленках, заглянул в кузов автомобиля. Ничего там не найдя, сталкер снова сел на пол и с поникшим лицом уставился под ноги Виджаю. — Че-то, нету Джимми, пропал друг.

"Что еще за Джимми?.."

Виджай готов был поклясться, что больше никого вблизи кроме них не было, конечно же, кроме голодных мантисов. Эти забавы незнакомца и его странное поведение, начинали надоедать кшатрию.

— Так. Слушай. Я ищу выход отсюда, меня уже заждались. Если тебе тут нравится, то оставайся. Удачи. — бросил кшатрий через плечо и ушел в сторону шахты лифта

— Эй, эй! Постой! — завопил незнакомец — Я нашел его.

Сталкер на четвереньках подполз к перевернутому автомобилю слева от себя, и достал из-под капота необычный автомат. С виду он был похож на АКМ, но из-за переделанного цевья, вместо которого была деревянная скоба, тянущаяся до самого ствола, автомат потерял свой прежний вид. Обвязанный грязной тряпкой приклад ходил ходуном. Судя по всему тряпка заменяла ремень. Рожки были обмотаны синей изолентой, а на крышке ствольной коробки был прикреплен деревянный тоненький брусок, с двумя вбитыми гвоздями посередине, заменявшие мушку. — Вот и Джимми! — широко улыбнулся Металлист.

Лицо незнакомца вмиг переменилось, и уже в следующее мгновение он крикнул:

— Осторожно сзади!!

Виджай с разворота выстрелил из "Винчестера" по подползающему сзади мантису, который цепляясь длинным хвостом за прогнившие трубы, перебирался поверху. Справой стороны появился еще один. Кшатрий дернув рычаг, дослал патрон и выстрелил снова. Мантису оторвало переднюю конечность вместе с головой.

Развернувшись, Виджай протянул руку Металлисту:

— Идем со мной, если хочешь жить. — подмигнул кшатрий

— Терминатор хренов — процедил Металлист

Схватившись за свой автомат "Джимми", сталкер быстро поднялся с пола.

Судя по всему, незнакомец был левшой, и очень непривычно, для кшатрия, держал автомат. Главное чтобы стрелял хорошо.

Пройдя вдоль рядов автомобилей, двое вышли к центру парковки. Виджай заметил, что машины стоят накренившись вниз, над дырой в полу средней величины, от которой тянулись зигзагообразные трещины в разные стороны. Не желая приближаться к дыре, кшатрий отступил пару шагов назад.

— А Виджай, это имя или фамилия? — вдруг спросил незнакомец

— Какая разница?

— Да так, просто. Странное имя — Виджай. На индуса ты не похож вроде, только прическа странная и рожа серьезная. Может ты цыган?

— Нет.

— Хм… — незнакомец приложил палец ко рту — А у меня друг был, еще со школы. Мы его цыганом звали, хоть он и татарин был…ну неважно. Хороший парень. Вы чем-то похожи. Только тот смуглее и повеселее.

— Здорово

— Ага. Мы с ним классно зажигали в былые времена. Клубы, танцы, девчонки. Ввязывались во всякие аферы и передряги, он без этого не мог. В общем ловили кайф…А потом херня эта началась. Цыган неделю до этого, в Крым улетел, к себе домой, в Бахчисарай. Так с ним и не увиделись больше. Что с ним там, хрен знает. Арбузы мне привозил, вкусные-е-е…

— Заткнись, пожалуйста. — зло оборвал кшатрий.

Сталкер сразу сник.

Как оказалось, Металлист был не только странным, но и болтливым. Виджай уже начал жалеть, что не оставил незадачливого путника на съедение мантисам.

— Под ноги смотри, это не бетон. — Виджай указал под ноги сталкеру, тот оступился на застывшей слизи и упал спиной на машину позади.

Под ногами что-то затрещало и хрустнуло. В этот же момент, автомобиль на который приземлился Металлист, просел в пол. С хрустом прошла толстая трещина, от ног сталкера до дыры.

Хрясь!

Машина сквозь пол упала вниз. Бетонный пол начал крушится под ногами путников.

Виджай схватив сталкера за шиворот, резко отдернул его в сторону и сам прыгнул вперед. Машины у дыры, все разом попадали вниз. Куски бетона и переходы мантисов обрушились следом. Всю парковку трясло. Грохот и скрип ржавых автомобилей заполонил весь этаж.

Следом за грохотом прозвучал истошный вопль некой твари. Из разных углов комплекса проявился стрекот и чирикание жвал.

— Что это?! — перепугано, спросил Металлист

— Похоже, ты разбудил "королеву"- мрачно усмехнулся Виджай

Глаза незнакомца стали еще больше. Казалось, что они вот-вот вылезут из орбит.

— Че уставился?! Бегом за мной! — скомандовал Виджай.

Схватив Металлиста за рукав, кшатрий прибавил шагу. Стрекот жвал слышался уже отчетливее и с каждым разом приближался все ближе.

Впереди, Виджай увидел знакомую шахту лифта, рядом с которой лежал труп самки. Возле трупа, несколько мантисов жвалами разрывали плоть мертвой хищницы.

Кшатрий выстрелил в ближайшего из них. Дробь разворотила хитиновый панцирь на куски. Быстро перезарядившись, Виджай выстрелил и во второго. Мантис упал навзничь с пробитым брюхом.

Металлист вырвался из рук кшатрия, и, прицелившись в третьего мантиса, нажал на курок. Автомат дал осечку. Чертыхнувшись, сталкер выхватил маузер, и, сделав пару выстрелов в голову, опрокинул тварь на спину.

Мантисы появлялись из всех, каких только возможно, нор и щелей. За пару мгновений твари заполонили весь этаж. Металлист водил стволом пистолета из стороны в сторону отстреливая тварей поочередно. Некоторые пули отскакивали от хитиновых панцирей тварей и лишь нескольким удавалось пробить плоть. Поняв, что одним пистолетом не обойтись, сталкер начал перезаряжать свой автомат.

Виджай добежав до шахты, схватился за откусанный трос, свисавший с самого верха.

— Сюда быстро! — крикнул кшатрий, стреляя из дробовика по приближающимся тварям.

Металлист, неуклюже спотыкнувшись об оторванный бампер автомобиля, подбежал к кшатрию и, развернувшись, стал палить из готового автомата.

На удивление кшатрия, автомат оказался довольно мощным. От трех, четырех прямых попаданий, хитиновые панцири мантисов раскалывались как скорлупа.

— Блин, да сколько их! — завопил сталкер

— Давай хватайся за трос и лез наверх! — Виджай сунул в руки Металлиста оборванный трос и отступил. Схватившись за трос, сталкер быстро начал залазить наверх.

Виджай перезарядив "винчестер" сделал еще пару выстрелов по тварям. Закинув ружье за спину, кшатрий полез за сталкером.

На нулевом этаже, все было также как и двадцать минут назад, за исключением того, что весь Улей проснулся и теперь, голодные недовольные мантисы, начали вылезать из своих нор в поисках нарушителей их покоя.

Поспешным шагом, путники снова вышли к подземному переходу. Мантисы, после недавнего появления кшатрия, немного утихомирились и многие твари спустились обратно в тоннель, но некоторые, самые ненасытные, все еще рыскали по вестибюлю вкусный обед.

Виджай похлопал себя по разгрузке, проверяя боезапас. Три "эргэдэшки",два магазина к автомату, пять подствольных гранат и где-то с десяток патронов к дробовику. Еще повоюем.

Металлист озадаченно посмотрел на вестибюль в поисках выхода.

— Ну и куда дальше Сусанин?

— В служебное помещение. Там шахта. — кшатрий указал пальцем на приоткрытую дверь возле гермоворот — Но сначала, кое-что сделаем.

Расстреляв троицу мантисов у ворот, Виджай подбежал к оставленной связке динамита.

— Прикрой меня — сказал он Металлисту

Присев на одно колено, кшатрий начал делать растяжку из гранаты. Привязав кусок шнура к кольцу гранаты, Виджай растянул шнур до конца проема.

В этот момент из глубины тоннеля раздался грохот. Вестибюль затрясся. Со стен посыпалась штукатурка и комки пыли. Не успев прижать противоположный конец шнура куском бетона, Виджай отпустил растяжку и отступил назад.

Металлист нервно завертел головой, сильно сжав "Джимми" руками.

— Это еще что за хрень?! — тихо спросил он

— Без понятия. Но дело дрянь. — мрачно ответил Виджай

Из тоннеля послышался громкий треск с десяток мантисов. Твари начали подниматься по эскалатору в вестибюль.

Металлист и Виджай направили стволы на проем. Через мгновение оттуда показались хитиновые морды мантисов. Твари навалившись друг на друга начали протискиваться все с большей силой внутрь, давя своих же сородичей под собой.

Сталкеры открыли огонь по беснующимся созданиям, превращая их в один большой зеленый комок мяса.

— Прям как фанаты за автографами! — прокричал Металлист — Песня еще не спета, уроды!

Твари лезли неумолимо, все больше вытесняя сталкеров обратно в зал. Если до этого дойдет, они окажутся в окружении, и тогда уже шансов выбраться совсем не будет.

Виджай снова схватил "Абакан" и одиночными залпами начал отгонять тварей от себя. Металлист совсем не экономил патроны, и всаживал по десять патронов в одного мантиса. Патроны в "Джимми" закончились. Сталкер выпустил из рук автомат и схватился за маузер.

— А ну-ка, уроды, словите подарочек! — Виджай не заметил, как Металлист резко сорвал одну гранату с его разгрузки и вытащил чеку.

— Нет! Стой идиот!! — Рявкнул кшатрий, и бросился на сталкера, пытаясь выбить гранату из его рук.

Но было поздно.

Повалившись на Металлиста, Виджай увидел, как граната ударилась об край бетонной плиты и отскочила прямо в проем под гермоворотами, где был динамит.

Кшатрий в последний момент успел схватить непутевого сталкера и вместе с ним нырнуть за обрушенную бетонную глыбу.

Граната взорвалась вместе с взрывчаткой. Ударная волна окатила весь вестибюль, покрывая необъятным пламенем бетонные стены и сжигая тварей.

Вестибюль заполнился огнем и грохотом.

Гермоворота со скрежетом резко упали, придавив собой мантисов. Тварей разбросало по всему помещению. Дверь служебного входа оторвало и взрывом вынесло на сталкеров, накрыв их сверху.

Виджай в последний момент увидел столб огня, приближавшийся к ним, и потерял сознание.

В то время пока Ранеш готовил взрывчатку, Шаста осматривал шахту лифта. Пол часа назад оттуда раздавались выстрелы, и сверху, на крышу, попадали туши дохлых мантисов. То что это был Виджай сомнений не было, но вот где теперь кшатрий, и что с ним, было неизвестно.

Несмотря на все еще свою злость на наставника, Шаста понимал, что без него, им врятли выбраться из этих катакомб. Хоть Виджай и был человеком жестким и нелюдимым, но опыта и храбрости у него было хоть отбавляй.

Если у него получится отыскать выживших и оставшуюся взрывчатку, то Хранителей, возможно, вернут на Ратху. А дальше, можно начать ездить на Удельную. Плевать какие там торговцы, плевать на их правила и законы, главное будет шанс сохранить общину.

Шаста не мог понять, почему Виджай еще не ушел из сангхи, после того как Абхай лишил его работы. Что же еще двигало этим человеком? После рассказа Ранеша и после действий самого Виджая, Шаста был уверен, что наставнику безразлична община, даже, несмотря на то, что это его единственный дом. Или все же нет?

Тешить себя надеждой, что где-то далеко все еще жива твоя семья, Шаста думал, что это глупо. Но с другой стороны, это наверное было единственным, во что хотел верить наставник. Это был единственный стимул для него, сражаться дальше за жизнь.

Но помимо желания найти семью, было еще что-то, чего Шаста еще не знал. Почему, Виджай решил так поступить? Ранеш говорил, что один случай пять лет назад его изменил. И что же тогда случилось?..

Было слишком много вопросов. Все оказалось куда сложнее чем он себе представлял. В сангхе все следовали определенным правилам, табу. Все жили по распорядку. Каждый отдавал себя общине в полную силу и даже не задумывался зачем что-либо надо. И так было легче жить, по правилам. Шаста знал куда и к кому может обратиться за помощью или получить ответы на свои вопросы. И он их получал. Только они были всегда однообразными и касались в основном их идеологии.

А теперь, когда он познакомился с Хранителями, его мировоззрение начало постепенно меняться. Теперь, все что казалось таким простым, на деле оказывалось чудовищно сложным. Мир встретил его опасностями и смертью. Шаста понимал, что не только ракшасы жуткие создания. Этот мир населяли и другие твари, может еще хуже красномордых. И их сотворили явно не древние демоны из книг и проповедей. Да и сам мир не ограничивался только Старой Деревней и Большим метро. Он был огромен, и даже сложно представить на сколько.

От размышлений, Шасту отвлек шорох в стороне. Это оказался горе дозорный, который достал из кармана комбеза четки, и приложив их к сердцу, начал что-то бубнить себе под нос нервно раскачиваясь вперед назад.

Шаста старался его не трогать. Парень испытал стресс и был очень агрессивным.

— Я не хочу…Я не хочу…Я не хочу — монотонно начал повторять он

— Чего не хочешь? — спросил юноша настороженно.

— Я не хочу в царство Ямы, он здесь, он рядом….Ждет нас…Его демоны окружают нас. Они повсюду — парень уставился перед собой продолжая бубнить какие-то заговоры или заклинания.

Шаста занервничал. Находится рядом с ним было неприятно и даже опасно. Кто знает, что он может натворить на дурную голову. Поскорее бы вернуться домой…

Из темноты тоннеля показался Ранеш. Бородатый здоровяк тяжело дыша, облакотился на трубу возле стены.

— Фух…. Ох, и напарился я. — Ранеш вытер пот с лица рукавом и полез в рюкзак за флягой. Сделав пару больших глотков, кшатрий вытер подбородок — Я все поставил. Скрутил фитиля в один большой. Думаю времени нам хватит за глаза и за уши — бородач жестом провел над головой. — Как наш болезный?

Шаста подошел поближе к кшатрию.

— Мне кажется, он бредит. Говорит про царство Ямы и демонов. Бубнит себе заклинания под нос.

— Мда-а — протянул кшатрий — Тяжелый случай. Ну ничего, скоро вернется Виджай и пойдем домой. Надеюсь, он хлопцев нашел.

Шаста услышал шорох из помещения. Парень схватил автомат и напрягся. Ранеш медленно поднял пулемет и направил ствол на проход. Дозорный испуганно огляделся и вжался в стену.

— Это они…. Снова! Они пришли за нами! Демоны! Нам конец…нам всем конец! — парня трясло от страха, он упал на пол и поджал ноги под себя.

Шаста почувствовал волнение, которое накапливалось внутри как ком. Ему стало не по себе. Отбросив глупые мысли и преодолев страх, юноша взял себя в руки. За место страха пришла злоба. Шаста резко подошел к дозорному и схватив его за грудки поднял с пола.

— Никто здесь не погибнет! Понял?! — Шаста как можно резче сказал это в лицо парню — Мы выберемся отсюда и уйдем домой. Успокойся!

Парень забрыкался, пытаясь вырваться. Его глаза бешено метались из стороны в сторону. Пот лился ручьем по напуганному лицу.

Тяжело дыша, Шаста отпустил дозорного. Тот снова упал на пол. Подняв свой самострел, дозорный приложил его к груди.

— Все там…Все — шепотом произнес парень.

Вместе с шорохом, послышался и другой звук. Отдаленный и прерывистый. Прислушавшись, Шаста понял что это автоматные очереди. Ранеш тоже услышал их и нахмурившись подошел ближе к шахте лифта.

— Это Виджай! — сказал Шаста

— Да. И, похоже, не один.

Парень прислушался. И правда. Вместе с очередями послышались короткие хлопки калибра поменьше. Явно кто-то стрелял из пистолета.

В этот момент шорох из помещения послышался сильнее и отчетливее. Ранеш медленно двинулся ко входу, Шаста последовал за ним.

В комнате все так же неподвижно лежали коконы с трупами. Но стена над ними немного изменилась. Теперь на месте нароста слизи, там была широкая дыра из которой и раздавался шорох. Шаста медленно подошел к стене и посветив фонарем внутрь дыры, увидел перед собой извилистое тело покрытое хитином. Мантис затрещал жвалами и ринулся на парня.

Шаста дал очередь по твари, но пули ушли в сторону. Навалившийся сверху, мантис пытался жвалами перекусить юноше горло, но тот руками схватился за них, пытаясь отвернуть мерзкую морду от себя.

Очередь из пулемета заглушила стрекот жвал. Пули пробили тело твари насквозь и отбросили тушу в стену. Шаста быстро вскочив, поднял автомат и добил дергающуюся тварь выстрелом в голову.

Вдруг с потолка и со стен, наросты начали лопаться. Оттуда полезли мерзкие твари. Ранеш очередями начал рубить появляющихся мантисов. Крупнокалиберные пули прорезали их тела как нож масло.

Шаста отступив к кшатрию, стал отстреливаться прицельными выстрелами. Тварей было больше десятка. Они полностью заполонили помещение пытаясь вырваться наружу.

Ранеш услышал, как сзади раздался треск жвал. Развернув пулемет, кшатрий начал стрелять по мантисам спускавшимся из мрака тоннеля. Поочередно сбивая тварей очередями, Ранеш медленно начал двигаться к шахте лифта. Шаста перезарядив автомат, последовал за ним.

Дозорный завопил что-то неразборчивое и выстрелил из самострела куда-то в стенку, так и не попав по намеченной цели.

Вдруг сверху над ним появился мантис, и одной передней конечностью выбил самострел из рук парня.

А-а-а-а!! Помогите!! — мантис схватил жвалами за шиворот комбинезона и начал тащить парня наверх. — А-А-А!

Шаста выстрелил в темноту, в которую ускользнул мантис. Хватка ослабла, и парень упал на пол. Сверху повалилось мертвое тело твари. Юноша подбежал к дозорному и приподнял его за руку. Ранеш перезарядив РПД, развернулся в их сторону и дал очередь выше голов кшатриев. Несколько срубленных выстрелами мантисов повисли на лохмотьях проводов и трубах тоннеля.

— Нет…Я не хочу! Отпустите! — дозорный вырвался из рук Шасты пытаясь убежать, но парень схватил его за запястье.

— Ты что делаешь! Куда?!

— Надо с ними покончить! И с нами тоже! Нас ждет перерождение. Новая жизнь! Отпустите! — Парень ударил Шасту по лицу и, вырвавшись, убежал в темный тоннель позади.

— Стой дурак! Ты что удумал?! — В последний момент крикнул Ранеш, не в силах остановить парня.

"Новая жизнь. Перерождение…. О нет. Только не это…"

Шаста подбежал к Ранешу и схватил его за руку.

— Ты что паря делаешь, не видишь, я занят?!

— Уходим отсюда! Поскорее Ранеш, идемте!!

Кшатрий с недоумением посмотрел на парня. Но посмотрев в сторону темного тоннеля, его лицо резко переменилось.

— Ох, тыж, твою мать! За мной быстро! — рявкнул бородач

Шаста оглянулся назад и увидел в зеве тоннеля маленький огонек, смещавшийся медленно в сторону. Опасения парня подтвердились. Дозорный решил сам все тут взорвать вместе с ними, думая, что избавится от демонов подземного царства Ямы. Шаста мигом бросился следом за Ранешем. Оставшиеся мантисы вылезали из помещения приближаясь к кшатриям. Ранеш очередью снес одному башку, второго прорезал насквозь выстрелом в упор.

Юноша быстро залез на грузовой лифт и, схватившись за навесную лестницу, полез наверх. Ранеш разрезал очередью пополам последнего мантиса и полез следом.

Шаста сам от себя не ожидал, что так быстро долезет до верха. Посмотрев вниз, парень увидел под собой лысую голову бородача, лоснящуюся от пота. Из-за кучи боеприпасов и тяжелого пулемета, Ранешу тяжело давался этот подъем. Кшатрий, кряхтя, хватался за каждую лесенку, пытаясь как можно быстрее добраться до поверхности.

Оказавшись рядом с Шастой, кшатрий, отдышавшись, вытер пот со лба и тяжело вздохнул. И в этот момент внизу взорвался динамит. Шахта наполнилась ужасным грохотом. Гигантский столб огня, со скоростью влетел в шахту и неумолимо поднимался все выше.

Все произошло в доли секунды. Шаста и Ранеш в последний момент вылезли на платформу, и не успев встать на ноги, их окатило жаром со спины. Остатки ударной волны вынесли кшатриев в служебный коридор за обломки старой мебели.

Перед глазами все плыло. Уши заложило, лицо было в копоти. Шаста встав на четвереньки, начал ширудить по полу в поисках своего автомата. Руки ноги целы. Удар оказался не таким сильным, как ожидалось. Ранеш тяжело откашлявшись, стряхнул с бороды пыль и схватился за голову.

— Вы целы? — Спросил Шаста

— О-о-х — простонал бородач — Что-то мне в голову прилетело. — Ранеш рукой нащупал у себя за спиной какой-то предмет. Это оказался автомат Шасты.

— Похоже, меня твоим автоматом приложило.

Шаста прислушался и услышал автоматные очереди за стеной слева. Выстрелы прекратились. Послышался чей-то крик. Спустя пару секунд, раздался еще один взрыв, который прокатился по коридору канонадой различных звуков. Шаста нырнул за шкаф, где лежал Ранеш, и закрыл глаза. Коридор наполнился пылью и гарью. Стенки затреслись. Спустя минуту грохот стих.

Шаста встал с колен и, подобрав автомат, помог подняться Ранешу. Кшатрий схватил РПД и медленно пошел к выходу в вестибюль станции, откуда доносился очередной стрекот жвал. Сражение еще не окончено…

Виджай с трудом открыл глаза. Он не чувствовал боли или усталости. Все тело было легким, как вата, и казалось вот-вот взлетит. Теплые лучи летнего солнца проникали в небольшую комнату, игриво светя в лицо. За окном раскачивались высокие деревья покрытые зеленью. Знойный ветер, легкими порывами проникал внутрь комнаты.

Медленно повернув голову, Виджай увидел, что лежит на мягкой кровати, покрытой белоснежным одеялом.

Ранним утром отряд покинул временное прибежище и продолжил путь до станции. Солнце появилось из-за туч, озаряя своим светом мертвый город. Несмотря на не очень пасмурное небо, было довольно холодно, и отряд старался двигаться быстрее, дабы не околеть по пути. Идя вниз по Стародеревенской улице, кшатрии вышли на пересечение Богатырского проспекта.

Шаста с интересом смотрел на дома вдоль улиц, некоторые из них были разрушены до нижних этажей. Как оказалось, весь Богатырский проспект был покрыт трещинами и разломами, через которые приходилось то и дело перескакивать либо обходить другими путями. Вся часть проспекта за ЗСД, была затоплена водой и поросла высокими камышами и мхом, среди которых, можно было заметить вросшие в землю автомобили и дома. Некоторые дома были обвязаны лианами от самого фундамента до крыш, что придавало им вид неких фентезийных существ великанов, находившихся в спячке ожидая своего пробуждения. Вся часть района была покрыта такими лианами, от чего переносное значение фразы- "каменные джунгли",приобретало уже прямой характер.

Кое-как пробравшись через городские разломы, отряд дошел до улицы Оптиков, с которой было видно разрушенную крышу "Гулливера".

Шедший первым Виджай, внезапно остановился и жестом приказал остальным уходить с улицы. В полной тишине, отряд поспешно вошел в ближайший подъезд и замер в ожидании. Металлист отступил дальше всех, погружаясь в полумрак парадной. Ранеш оглядывался по сторонам, держа наготове пулемет. Виджай сосредоточенно смотрел на небо, пытаясь разглядеть то, что его так насторожило. Через мгновение, из-за многоэтажки с правой стороны, вылетел птеродонт. Взмахивая своими перепончатыми крыльями, существо медленно кружило над улицей в поисках еды. Птеродонт, то и дело вздрагивал всем своим ящероподобным телом, от несущихся порывов ветра. Сделав пару пролетов, ящер издал протяжный рык и скрылся за домами, в стороне болот.

Все расслабленно вздохнули.

— Идем. Мы почти пришли- сказал Виджай

Шаста опустив автомат, сделал шаг вперед, как вдруг услышал шорох позади. Обернувшись, парень увидел за Металлистом черную угловатую тень медленно поднимающуюся с земли.

— Берегись! — парень резко схватил сталкера за комбинезон и со всей силы дернул его на себя. Ранеш и Виджай резко обернулись наставив стволы в проход.

Из темноты вышло высокое существо, на котором был надеть черный порванный балахон. Существо было настолько высоким, что доставало своим сгорбленным туловищем до лестницы. Кшатрии медленно вышли из подъезда, существо повторило за ними и остановилось у входа. В свете солнца, кшатрии лучше разглядели его. Передние и задние конечности, были больше похожи на ходули артистов цирка. Шаста заметил, что под балахоном висело множество различных склянок, бутылок и прочих вещей. Существо дернулось и весь этот хлам зазвенел как колокольчики. Из-под черного капюшона, показалась круглая голова без глаз. Существо оскалилось показывая всем свои длинные острые зубы. Как оно видело, было не ясно, пока не повернуло голову. На месте ушных раковин были обычные отверстия, которые конвульсивно раздувались и сжимались. Кшатрии несводя глаз с монстра отступили еще на пару шагов. Монстр прошипев стал обходить путников. Вскоре, монстр медленно развернулся и пошел в сторону болот.

Отряд поспешно двинулся дальше, глядя в след уходящей твари.

— Это оно! Оно напало на наш отряд! Только их было гораздо больше — сказал Металлист, вытирая пот со лба.

— Мы называем их болотными пешеходами — сказал Виджай

Сталкер изумленно посмотрел на него.

— Они сюда часто приходят. Собирают всякий хлам и уходят на болота — сказал Ранеш — Я пару таких видел на Серафимовском кладбище. Так далеко они редко заходят. Поодиночке они не нападают, а вот толпой порвать могут, если их разозлить.

— Ага, мои парни погибли там, на мосту.

— Видимо вы попали в их владения. Нарушили территорию. Вот вам и досталось.

— Все. Идем — скомандовал Виджай и пошел вперед.

Шаста оглянулся назад и увидел, как болотный пешеход смотрит им в след, стоя на месте. Через секунду, существо повернуло голову и пошагало прочь. Парень посмотрел по сторонам и увидел еще с десяток пешеходов, медленно выходящих из разрушенных домов. Существа медленно погружались в болотную топь, скрываясь за высокими камышами…

Добравшись до станции, кшатрии поспешно спустились на платформу. У гермоворот их встретили Шандар и Акил. Радостный Акил крепко обнял Шасту и пожал руки остальным. На станции не думали, что кшатрии вернуться и многие стали оплакивать погибших. Тетушка вышла из лачуги и со слезами на глазах начала обнимать всех по очереди, даже незнакомца Металиста, который не мог оторвать взгляда от красот станции. Такое сталкеру довелось увидеть впервые за проведенные двадцать лет в убежище. Еще больше впечатления на сталкера, произвела волшебная музыка ситара, доносившаяся от храма.

— Е-мое! Да я в Индии! — воскликнул сталкер, увидев мимо проходящих женщин в сари, державших маленьких детей за руки. Малыши с любопытством оглядывались на незнакомца, а тот в ответ подмигивал.

— Слушайте, А песни и танцы у вас есть? Ну как в кино? — воодушевленно спросил Металлист

— Песни есть и танцы иногда тоже — сказал Акил

— Круто. А красные точки на лбу?

— Тоже есть — вяло улыбнувшись, сказал дядя. Акил был явно не готов к появлению еще одного человека, причем такого как Металлист, и пытался вести себя вежливей с незнакомцем, хоть и чужаков на станции не любил.

— Вы ребята мне нравитесь! Ох, как!

Шаста увидел, как на платформу поднимаются Амита, Дэви и Навин. Ребята были счастливы увидеть Шасту и крепко обняли его, чуть не уронив на землю.

Скоро подошли и Амар с Садхиром. Садхир широко улыбаясь, подбежал к товарищам и приобнял их. Сдержанный Амар просто пожал каждому руки и встал в стороне.

После долгой встречи и обменом новостей, Шандар повел Хранителей к южному тоннелю. Виджай отпустил Шасту, и тот вместе с друзьями пошел к Навину в гости, где юноша рассказал друзьям обо всем, что с ним приключилось в Улье мантисов.

Начальник дозора рассказал о том, что случилось на станции, пока кшатрии отсутствовали. Как оказалось, вскоре после их ухода, на станцию напали ракшасы и пробили оборону в левом тоннеле. Вторая бригада с взрывчаткой, погибла под завалами. Пожертвовав собой, кшатрии взорвали тоннель, но как оказалось, этого было недостаточно.

Быстро добравшись до завала, Виджай начал осматривать место боя. Самые плохие ожидания кшатрия сбылись. Тоннель полностью завалить не получилось. Взрыв оказался неправильно направлен, в итоге из-за чего обрушилась только левая сторона тоннеля.

— Этот завал ракшасов не остановит — сказал кшатрий — Через дней пять, твари пророют здесь лаз и снова прорвутся на станцию.

— Вы нашли взрывчатку? — спросил Шандар

— Да, у погибшего отряда было еще две связки. Шандар, если мы взорвем и другую часть тоннеля, я боюсь, это может привести к обрушению свода станции.

— А у тебя есть другие предложения? Используем оставшуюся взрывчатку и с ракшасами покончено — твердо сказал начальник дозора

— Какие новости у бригады Махавира на мосту? — проигнорировав, спросил кшатрий

— Мост взорвали, обломки попадали в реку. С эти проблем не возникло.

— Хоть что-то хорошее — пробубнил Ранеш

— Виджай, отдай оставшуюся взрывчатку, мы доделаем дело.

— Ты понимаешь, что одна маленькая ошибка, может привести к обрушению станции? Не всей, но половине точно.

— У тебя есть другой план?

— Есть. У нас есть шанс спасти всю станцию-уверенно сказал Виджай

— И каким образом?

— Спроси у нашего сталкера. Он знает. Он может помочь…

Новость о возвращении кшатриев быстро разошлась по станции, так же как и новость о неудачи обеих бригад в тоннеле. Паника на станции начала нарастать. Брахманы, уже не в силах помочь людям, просто звали всех на священные мантры в храм, не проповедуя различных сказаний Будды и не рассказывая древних буддийских притч. Вскоре, Виджай потребовал очередного Совета старейшин и пригласил туда всех Хранителей и Металлиста. Сталкер не ожидал что будет в центре внимания и старался вести себя более сдержанно. Махавир, узнав о гибели отряда, был в подавленном состоянии, но когда Виджай рассказал совету про Металлиста и убежище в Комарово, командир воспрял духом и был готов действовать.

После рассказа сталкера о жизни за городом и о заброшенном убежище в Белоострове, совет принял трудное решение: Отправить экспедицию на поиски убежища и наладить контакт с местными. Махавир отдельно выделил задачу по поиску транспорта, который мог бы эвакуировать всю станцию. Совет был очень скептически настроен на такой удачный расклад, но Металлист уверил их, что его община поможет в этом. Единственный кто был недоволен таким решением, был Абхай. Он с насмешкой слушал рассказ сталкера и публично назвал его вором и продажным лжецом. Старейшина был недоволен поспешным решением кшатриев в проведении такой рискованной операции, аргументируя это тем, что, Хранители неспособны выполнить такое задания и в Комарово их ждет только смертельная ловушка подстроенная бандитами.

Недоверие Абхая к Виджаю возросло еще больше. После того как он узнал о провале операции и смерти всей бригады на севере, Абхай назвал кшатрия безответственным выскочкой. А на новость о том, что в последствии кшатрии все таки взорвали северные тоннели и сохранили взрывчатку, Абхай никак неотреагировал. Теперь старейшина был на стороне Шандара и согласился с начальником станции взорвать оставшиеся заряды. Но тут уже заступился Махавир, сказав что, это может послужить разрушению южной части станции целиком, так как от тоннеля до станции уже пошли широкие трещины от последствий первого взрыва. В итоге, все решилось голосованием, в котором одержали верх кшатрии. Абхай, недовольный ситуацией, покинул совет и сказал, что не желает больше обсуждать этот вопрос, напоследок добавив — "Пускай тогда наши доблестные Хранители отправляются на поиски убежища. Я не желаю их видеть в сангхе." После такой выходки старейшины, кшатрии начали поспешно решать вопросы о наборе добровольцев в отряд и выделению пропитания и боеприпасов на дорогу.

Шаста вскоре узнал от дяди решение Совета отправить экспедицию в Комарово, и начал поспешно собирать вещи. Дядя всячески пытался отговорить юношу от этой затеи:

— Я не могу тебя отпустить, Шаста. Мы совсем не знаем, что теперь происходит в тех краях. Это очень опасно.

— Дядя, сейчас везде опасно. Я должен идти. Хранители рассчитывают на меня. Я часть их отряда и не могу подвести никого. — Решительно сказал юноша

— Нет! — строго сказал дядя-Я не разрешаю тебе.

— Я не спрашиваю твоего разрешения, дядя. Я сам принял решение — юноша уверенно посмотрел в глаза Акилу, тот немного опешил.

Дядя не ожидал, что приемник скажет такое. Акил всегда считал Шесту более домашним юношей, который старался не лезть на рожон. Такое поведение можно было объяснить его юношеским максимализмом.(Как зачастую все родители говорят своим детям.) Но, Акил увидел в глазах юноши непоколебимую решимость. Дядя раньше не замечал такого во взгляде Шасты и это его немного насторожило.

— Да… Ладно, собирайся. — отступил дядя и нервно пригладил усы. Акилу не хотелось отпускать приемника, он очень сильно дорожил им.

Вскоре, после совета, Металлиста поселили вместе с Богданом. Адмиралтеец так и не решился уходить один со станции и остался в компании Хранителей. Несмотря на свою хладнокровность и непрогибаемость, Богдан проникся обществом жизнерадостного и болтливого сталкера. И узнав о его жизни, изъявил желания отправиться в экспедицию вместе с другими. Адмиралтеец решил найти комаровское убежище и попробовать предложить местным переселится на станции Альянса, тем самым сохранить свое положение в качестве парламентера и советника клана. Виджай был более менее доволен такой новостью. Какие бы цели не преследовал адмиралтеец, в отряде нужны были толковые ребята и Богдан был таким.

Амар, Садхир и Ранеш, занялись восстановлением боевой Ратхи. После очищения дрезины от крови и трупов крыланов, кшатрии по-новому заколотили окна и нагромоздили на вагон еще одну смотровую башню, только гораздо шире, чем ту, которая была над кабиной. Укрепив обе башни листами железа, кшатрии принялись восстанавливать ведущий вагон автомотрисы. Выровняв каркас посередине платформы, Хранители загрузили новые мешки с песком по бокам платформы и все усеяли металлическими кольями, на месте прежних погнутых. Ратха была готова к дороге. Виджай самолично проверил двигатель и управление дрезиной и был готов загружать боеприпасы с оставшимся топливом на борт.

Тем временем, Шаста провел последние часы с друзьями. Рассказав о походе, Дэви и Амита были очень взволнованы такой новостью, а вот Навин наоборот, просился в отряд и хотел вместе с другими отправиться в поход. Но Шаста сказал ему, что лучше бы друг оставался здесь и помогал Акилу и Шандару, так как в тоннеле не все спокойно, несмотря на то, что кшатрии его взорвали. А такой опытный дозорный как Навин им явно не помешает. Другу было приятно такое оценивающее суждение и Навин горделиво начал хвастаться собой, за что Дэви его в очередной раз назвала дураком и дала подзатыльник.

— Ну что герой, готов в поход-то а? — спросил Навин

— Тут сложно быть готовым — коротко ответил Шаста

— Ой, да ладно тебе. В большом метро был? Был. С крыланами сражался? Сражался. В Улье даже побывал! А тут какого-то похода боишься. Дурак, чесслово! — друг хлопнул ладонями по коленкам.

— Это ты дурак — заступилась Дэви — А Шаста прав. Неизвестно куда отправляются и неизвестно что ищут. Может там такие монстры, что даже ракшасы ерунда.

— Ну, куда едем, это известно — сказал Шаста — В неком Белоострове есть убежище, и мы его найдем.

— Вот побываешь на этом белом острове, а потом все мне расскажешь — погрозил пальцем Навин

— Расскажу, расскажу. Кстати, Навин, у меня для тебя подарочек есть.

Парень с любопытством посмотрел на Шасту, девчонки присели поближе. Шаста достал из рюкзака белую дощечку с клавишами и протянул ее другу. Навин, нахмурившись, повертел дощечку в руках.

— Это че такое?

— Я знаю что это, дай сюда — Дэви выхватила из рук парня дощечку и с серьезным видом начала ее рассматривать — Это клавиатура. Таких много было раньше.

— Вот откуда ты все это знаешь? — спросил Навин — Вот откуда?

— Читаю много, в отличие от некоторых — фыркнула Дэви. Шаста усмехнулся, глядя на друзей.

— Шаста, я кое-что хочу тебе отдать — сказала Амита.

Парень, медленно повернувшись к ней сел поближе.

— Помнишь песню, которую я тебе пела после посвящения?

— Да, конечно.

— Вот держи — девушка протянула парню сложенный листок бумаги.

— Но зачем? Тебе ведь подарили его и сказали сохранить у себя.

— Я песню переписала себе на листок, а этот ты можешь взять себе. Просто, когда будешь в дороге, и прочитаешь его, сразу вспомнишь про нас — девушка улыбнулась

— Амита, я про вас и так не забуду, никогда. Я его возьму.

Так до конца дня, друзья были вместе. Шасте не хотелось покидать их снова, но он не мог бросить свой отряд. Внутренние переживания ушли и наместо их пришло чувство предвкушения похода. И теперь, когда окончательно решалась судьба станции, он просто не мог оставаться в стороне.

Двое дозорных сидели у костра, возле обрушенного тоннеля и с аппетитом наворачивали только что приготовленную грибную кашу. Смена подходила к концу и кшатрии были уже готовы уходить, как вдруг один из них услышал шорох за обрушенными стенами тоннеля.

— Ты слышал? — спросил он напарника

— Нет, а что такое? — жуя, спросил второй

— Подойди — махнул тот рукой

Отложив кашу в сторону, дозорный, кряхтя, поднялся с места и медленно подошел к напарнику.

— Прислушайся.

Кшатрий нагнулся поближе над развалинами и вслушался.

— Да ветер гуляет. Либо камни осыпаются.

— Думаешь? — взволновано спросил тот

— Ага. Пойдем уже, наша смена закончилась- кшатрий отступил, и взяв арбалет, пошел на станцию.

Второй немного помедлив, последовал за напарником, оборачиваясь назад.

За кучей бетона и земли, во мраке тоннеля, два черных монстра рыли проход для своей демонической стаи. Кшатрии не знали, что их ждет дальше…

На утро, Шаста поспешно начал собираться в дорогу. Проверив фонарь и противогаз, парень взял лук со стрелами и пошел в лачугу к тете с дядей.

Тетушка поспешно приготовила еды, а дядя начал проверять все необходимое для похода.

— Вот. Держи — дядя протянул Шасте новый защитный комбез и бронежилет — Это мой бронник, кевларовые пластины, наплечники и карманы для боеприпасов. Я сам пришил- дядя усмехнувшись пригладил усы — Вот. А теперь держи вот это — Акил достал из ящика такой же противогаз, какой был и у Хранителей — Я его тебе не показывал, да и сам не носил, все держал для важного случая. Похоже этот случай настал. Держи.

Шаста повертел в руках противогаз и прикрепил к нему фильтр.

— Как там мой автомат, не загубил еще?

— Нет. Он целый и хорошо стреляет.

— А то. Я его сам ремонтировал. Ну, сынок, теперь ты готов. — Дядя похлопал по плечу парня. — Видия что скажешь, а?

— Ой, садись уже покушай Шаста, а то этот старик тебя замучает. — Тетушка придвинула стул и встала рядом с Акилом.

— Стариком меня уже называет. Я еще в рассвете сил — хмыкнул дядя

— Ой, да будет с тебя — тетушка приобняла его.

— Ты, сынок, давай там аккуратнее. Что теперь в тех краях, совсем не ясно. И что это за убежище такое. Может и Абхай прав, ловушка там, кто-ж знает.

Тетушка стукнула его ладонью по груди.

— Ну ладно, ладно. Узнаем когда вернетесь.

Шаста, доев кашу, быстро надел бронежилет дяди, закинул колчан со стрелами и лук и прикрепил противогаз к комбинезону.

— Вы идете провожать нас?

— А то. Конечно, идем, да ведь тетушка?

— Да, да. Идем — улыбнулась она

— Шаста, мы кое- что хотим тебе сказать, вот уже долгие годы — дядя посерьезнел — Ты и так знаешь что мы тебе не родные. Но все эти годы мы воспитывали тебя, как своего сына.

— Ты был совсем маленьким, когда мы взяли тебя. Твоих родителей мы не знали, но мы уверены, что они хорошие люди. — Сказала тетя

— Ты должен знать, что, если что вдруг случится, мы будем всегда рядом. Мне очень приятно, что ты вырос нормальным пацаном. И я могу гордиться тобой. Куда тебя приведет твоя дорога, мы не знаем. Мир очень сильно изменился. Но даже в нем, ты можешь найти тех, кто тебе поможет. Так что, как я люблю говорить, на Будду надейся и сам не плошай.

— Я знаю дядя. Я… уже не так сильно боюсь того, что меня ждет. Я готов к походу. Виджай и другие хранители мне помогут. Мы найдем новый дом и вернемся, обещаю.

Шаста крепко обнял дядю с тетей и был уже готов выйти.

— Ну, идем что ли — сказал Акил тете, которая стояла и вытирала слезы платком.

Видия посмотрев на юношу, вспомнила тот день, когда Шаста впервые попал к ней в руки.

Это было ровно двадцать лет назад…

…Тогда еще молодая Видия, а в прошлой жизни, Ольга Павловна Воронцова, работала в отделе шведской косметики в "Гулливере". Ожидая своего мужа с работы, женщина готовила новые подарочные упаковки для заказчиков. Платили не особо щедро, но Ольга и не стремилась к богатствам. Для нее главным богатством было имение своего ребенка, которого, к сожалению, она не могла иметь. Вместе со своим мужем, она хотела взять какого-нибудь мальчишку или девчонку из детского дома, воспитав его как собственного.

Александр Валерьевич, тогда работал в Ленинградском оптическом объединении, в здании буквально напротив, и каждый день посвящал себя работе до позднего вечера. Многие попали под сокращение, в связи с набиравшем обороты кризисом. Рабочий день начали сокращать вместе с зарплатой. Его как ценного сотрудника со стажем, проработавшего двадцать лет, оставили.

Сам Воронцов был очень увлечен своим делом. Каждый день приносил домой сломанные микроскопы подзорные трубы и многие другие оптические приборы и с энтузиазмом начинал разбирать их. Ольга на него сильно ругалась, мол хлам всякий домой приносит, но мужа это не останавливало.

Сегодня рабочий день оказался слишком коротким, и работники объединения постепенно уходили по домам. Александр заметил, что еще с самого утра творилось что-то непонятное на работе, да и не только на работе. Радио весь день барахлило, а вскоре и вовсе отключились все каналы. С телевизором творилось тоже самое, да и коллеги были как-то напряженны и сильно нервничали. Некоторые на работу не пришли, другие уходили раньше всех, поспешно доделывая работу. Александр и раньше замечал такое поведение коллег. В связи с ситуацией в мире, тут просто невозможно было не нервничать. Но сегодня было что-то слишком много паники.

Решив доделать свою работу дома, Воронцов стал поспешно собираться. Ольга его уже заждалась, а он как обычно увлекся своими стекляшками. Собрав сумку полную оптических изделий, Александр поехал к торговому центру. Ольга ждала его на выходе с пакетами полными продуктов.

Ольга заметила, что на улице было слишком многолюдно и некоторые из прохожих, куда-то бежали сломя голову.

В этот момент раздался гул сирень. Прохожие стали оглядываться по сторонам, но потом, как ни в чем не бывало, продолжали идти в своем темпе. Как вдруг за чертой города показались столбы огня взлетающих в небо ракет. Александр выбежав из машины подхватил обомлевшую жену и быстро побежал ко входу в метро.

Вся толпа прохожих в панике начала забиваться в узкий проход, топча под собой всех, кто был медленнее. Воронцовы краем глаза увидела полицейского, который свистком, а потом и пистолетом пытался призвать людей к спокойствию. Заметив что один из прохожих выхватил нож и пырнул впереди идущую женщину, страж порядка выстрелил ему в спину. Ольга старалась держаться за мужа всеми силами, костяшки побелели, руки вспотели. Женщина увидела молодую женщину державшую малыша завернутого в пеленке. Рядом с ней стоял красивый высокий мужчина пытавшийся унять столпившихся людей, не давая им коснуться своей женщины.

Девушка обернулась к Ольге

Ее глаза были в слезах, боль и отчаяние наполнили их. Но было в них кое-что еще…

Сила и воля.

Ольга впервые видела такой взгляд, она понимала, что эта женщина никому не даст в обиду своего ребенка.

— Возьмите его, прошу вас — женщина протянула младенца Ольге.

Женщина не могла дотянуться до малыша из-за толпы наполнившей проход. Александр кричал сзади из всех сил, поторапливая Ольгу. И в этот момент один человек взял ребенка и передал его поверху через людей Оле. Она взглянула на малыша и увидела, что маленький совсем не плачет. Младенец уставился большими глазами прямо на женщину.

— Спасите его, прошу! — Девушка отступила к мужу и обняла его.

Земля затряслась. Со всех сторон вспыхнул яркий свет, после которого начался грохот.

Александр в последний момент выхватил жену, и семья забежала на эскалаторы. Перед глазами все проносилось за секунды — Вот станция, раненые люди, слезы и гермоворота которые закрылись навсегда.

Несмотря на всеобщий ужас, Ольга видела перед глазами женщину, пожертвовавшую собой ради малыша. Ольга поклялась себе, что спасет малыша и никогда его не бросит.

Время прошло, и Воронцовы, приняв новые законы образовавшейся общины, выбрали себе новые имена, а старые оставили в той жизни, стараясь их больше не вспоминать.

Акил сразу полюбил мальца и сказал жене, что воспитает его как достойного мужчину. Бывший полицейский Вадим Голубев, взял себе имя Шандар, и в первые годы, проведенные под землей, очень хорошо сдружился с семьей Воронцовых. Видия старалась забыть те времена, но каждый раз вспоминала взгляд той женщины в последний день…

…И вот, спустя двадцать лет, уже взрослый Шаста стоял и смотрел на нее точно таким же взглядом, полным уверенности и силы. Видия была рада за него. Он обрел друзей и стал мужчиной, но для нее, он был все тем же младенцем в пеленках. Все двадцать лет она воспитала его, как собственного сына и очень привыкла к нему. Видия понимала, что рано или поздно его придется отпустить. И вот это время пришло…

На проводы отряда собрались многие. Почти вся железнодорожная станция была забита буддистами. Шаста встретил друзей, которые раньше него собрались на платформу.

— Давай герой, покажи там всем! — улыбнулся Навин — Будет, что интересное привози.

— Шаста, не слушай его, будь там осторожней. И по возможности, занимайся медитацией, как я тебя учила — строго сказала Дэви

— Не думаю, что будет такая возможность.

— Да, вот-вот. Не лезь со своей медитацией- ухмыльнулся Навин. Дэви только фыркнула в ответ.

— Шаста, только возвращайся обязательно, мы будем ждать. — Сказала Амита

— Вернусь ребята. Вы тут только держитесь.

— А нам то что, ракшасов пока не слышно, может, и зря едете вообще.

— Не зря. Дядя мне сказал, что завал в тоннелях может не остановить их.

— Все будет в порядке Шаста, не беспокойся. — Амита уверенно посмотрела на парня, тот в ответ улыбнулся.

Пока ребята прощались, Шандар и Акил помогали Хранителям затаскивать ящик с боеприпасами на борт дрезины. Амар и Садхир сидели на платформе в ожидании отбытия. Ранеш тем временем проверял свое оружие и выдавал патроны остальным. Виджай, в ожидании Махавира, проверял свой боезапас, косо посматривая на Абхая, который в сопровождении трех брахманов пришел на станцию. Старейшина надменно смотрел на всех собравшихся, изредка улыбаясь провожающим.

Кшатрий знал, что эта улыбка фальшива и за ней скрывается хитрость и коварство. Возможно, Абхай был рад, что наконец-таки избавился от назойливых Хранителей. Он был уверен, что из отряда мало кто вернется, а может и никто вовсе. Виджай усмехнулся, мысленно послав старейшину куда подальше.

На платформу пришел Махавир, вместе с ним было еще три кшатрия. Один из них выглядел немного устрашающе.

Под серым, уже изрядно потрепавшимся, плащом, выглядывал старый армейский жилет. На поясе висело множество метательных ножей, под поясом — кобура со стареньким Макаровым. За место наколенников, на камуфляжные штаны были пришиты шкуры собак-броненосцев. Лицо кшатрия было исполосано шрамами. Он всячески старался прятать его под капюшоном. Двое других, были похоже друг на друга, как две капли воды. Одинаковые противогазы ГП-5, одинаковые бронежилеты и кустарные автоматы "Ублюдки". Виджай про себя их назвал "Труляля" и "Траляля", так уж солдаты походили на героев старой сказки.

— Виджай, это Рохан, мой верный помощник, помнишь его?

Хранитель кивнул, не сводя глаз с кшатрия в плаще. Виджай вспомнил его, когда наведывался на Стену. Этот кшатрий был скрытным и мало появлялся среди других. Рохан был правой рукой Махавира и все время проводил дозор на мосту у парка.

— Рохан, это Виджай, отныне слушайся его. В походе он главный.

Рохан медленно кивнул, ни проронив, ни слова.

— Мы взяли еще пару добровольцев тебе в помощь — продолжил Махавир — парни согласились помочь.

— Это все?

— Да, остальные отказались. Да и мне нужны бойцы на Стене.

— Ясно. Десятерых хватит, я думаю. Пускай тогда залазят на крышу, мне нужны наблюдающие.

Кшатрии, кивнув командиру, быстро забрались на дрезину и заняли позиции. Рохан в одно движение оказался на борту и ловко запрыгнул на крышу.

— Виджай, давай-ка отойдем. — Сойдя с платформы, Махавир исподлобья взглянул на стоящего в стороне Абхая.

— Ты парня берешь с собой?

— Да, он часть отряда. Я ему доверяю.

— Главное чтобы он доверял тебе.

— Доверяет. Мы с ним уже говорили об этом.

— Постарайтесь вернуться все. У нас и так мало людей. — Махавир сурово посмотрел в глаза кшатрия — Виджай, на вас теперь вся надежда. Если там и правда что-то есть, то это шанс нам выбраться отсюда. Ракшасов не остановит завал. Через пару дней они прорвутся на станцию, и я боюсь, нам уже их не сдержать. Ты храбрый воин, и как бы там ни было, ты останешься для меня хорошим другом. Помни, мой сын погиб и я не хочу, чтобы его смерть была напрасной.

— Я сделаю все, что в моих силах. Мы вернемся. Только пообещай, что не погибните, пока мы будем в пути.

— Это само собой. Забудь про Абхая. Он уже не в силах что-либо сделать. Брахманы теряют власть, он это понимает.

— Это меня и пугает. Слишком спокойно он к этому относится.

— Не спокойно. Поверь мне.

— Виджай, мы едем? — послышалось сзади. Это оказался Садхир

Виджай утвердительно кивнул.

— Ладно. Не будем терять времени- сказал Махавир

— Все на борт! Отправляемся! — скомандовал Виджай

Металлист, который все это время болтал с Богданом, отсалютовав всем присутствующим, залез на платформу дрезины, и, расслабившись, присел на борт. Сталкер был рад, что возвращается домой и радости доставляло еще больше, наличие хорошей компании. Богдан, пристроившись рядом, вел себя более сдержанно. Встав у кабины, адмиралтеец поглядывал на дорогу впереди.

Хранители, быстро забравшись на дрезину, распределились по местам — Амар и Садхир как обычно заняли места в грузовом вагоне позади. Ранеш, поставив пулемет на сошки, приглаживал затвор оружия. Виджай забравшись в кабину включил двигатель и выглянул по пояс в боковое окно.

— Давай, герой, удачи там — Навин пожал руку другу.

— Шаста, мы тебя ждем — Дэви крепко обняла Шасту и стукнула его по спине.

Амита медленно подошла к парню и, притянув его к себе, поцеловала в щеку.

— Не забудь про мою песню. Сохрани ее…

— Да я сохраню. Обещаю — Шаста улыбнулся и обнял девушку — Ну все ребята. Я поехал. Не пропадайте тут- поправив автомат. Шаста напоследок поцеловал тетушку и пожал руку дяде.

Махавир встав у края перрона, посмотрел на отряд.

— И так. У вас есть еда, патроны, запасные фильтры и несколько дней на поиски убежища. Постарайтесь вернуться все. Мы вас будем ждать. — Махавир отступив от края загнул руки за спину и оглядел отряд суровым взглядом. — Да хранит вас Индра, кшатрии.

Все в ответ кивнули.

— Постойте — Шаста подошел к Махавиру — Вот возьмите — парень протянул командиру старую зажигалку. Махавир с удивлением посмотрел на него. Это было у Динеша. Я знаю она ваша. Он очень дорожил ей…И еще, он сказал, что всегда хотел быть таким как вы…. И я думаю, он таким был, храбрым и сильным.

Махавир серьезно посмотрел на юношу. Он не ожидал что парень заговорит с ним на эту тему. Командир взял в руки свою зажигалку и приложил ее к сердцу.

— Спасибо, Шаста. Ты мне очень помог. А теперь помоги остальным.

Парень коротко кивнул и запрыгнул на дрезину.

— Ну, все. Едем — сказал Ранеш

Виджай нажал на гудок. Резкий звук раздался по всей округе.

На платформу зашли брахманы и начали монотонно петь священные мантры. Женщины и девушки заплакали, мужчины кивали уезжающим.

— Че то, как-то уныло у вас людей провожают. — Сказал Металлист — А ну-ка, дайте батьке слово!

Сталкер встав на борт дрезины, схватился за перекладину. Набрав воздуха в легкие, Металлист хрипловатым громким голосом заорал:

-

Теплое место, но улицы ждут отпечатков наших ног

!

И вновь боевая Ратха была в пути.

Путники совершенно не знали, что их ждет по ту сторону разлива. Виджай, старался везти Ратху помедленней и каждый раз просил наблюдающих кшатриев смотреть по сторонам. Отряд был в напряжении.

Легкий порывистый ветер, несущийся навстречу, с каждым дуновением старался колко задеть лица путников. На горизонте виднелись кучевые облака как вата заполонявшие небо. И лишь через небольшие прорехи между ними, проступали теплые лучи утреннего солнца.

Хранители редко заходили за черту города, и сейчас для них эти места были вовсе незнакомы. Металлист, почувствовав общее волнение, тоже на время притих, и покуривая очередную самокрутку, все заглядывал за борт платформы изредка причмокивая губами, чем раздражал серьезных Богдана и Ранеша.

Шаста увидел окраину Юнтоловских болот, проходивших с правой стороны от дрезины. За руинами домов мелькала болотная топь и можно было разглядеть жуткие растения, окутавшие Богатырский проспект и другие улицы, своими гигантскими лианами.

Забравшись в наблюдательную башенку, юноша увидел впереди белую гладь воды, изредка поднимающуюся из-за накатывающих волн, надуваемых ветром.

Двигаясь вдоль Приморского шоссе, Шаста не мог не заметить, как эта сторона района сильно отличалась от противоположной. Следов гигантских растений и вовсе не было и почему-то дома не погрязли в болотной топи. Зато они были разрушены похуже своих соседей.

После очередного порыва, Шаста почувствовал запах тины перемешанный с терпким запахом воды, который постепенно нарастал. Отряд приближался к заливу.

Подъехав впритык к окраине города, Ратха резко затормозила.

— Что такое?! — прокричал Металлист

Виджай выглянул из кабины и посмотрел на дорогу впереди. Точнее, на то, что должно было быть дорогой, а вместо нее была сплошная вода.

— Дорогу затопило. Металлист что дальше?

— Да, нормально все! — махнул рукой сталкер — Езжай вперед, тута не глубоко. Мы же как то прошли.

Цыкнув языком, Виджай вернулся в кабину, и на медленном ходу повел дрезину сквозь водную преграду. Шаста с напряжением вглядывался вперед, ожидая что Ратха вот-вот попадет в какую-нибудь яму, или наткнется на бетонную глыбу.

К счастью, ни того ни другого не произошло и успешно проехав дальше, дрезина выехала на открытое место, с которого открылся вид на Финский залив и Лахтинский разлив сливавшихся воедино.

Ранеш и Богдан внимательно оглядывались по сторонам, выискивая затаившихся хищников, которые могли наблюдать за дрезиной из темных окон разрушенных домов.

Шаста смотрел на сторону разлива. Отсюда можно было легко разглядеть весь Юнтоловский парк, разросшейся до невероятных размеров и цеплявшего своими черными скрюченными корнями ближайшие улицы, идущие вдоль берега.

Весь разлив был покрыт зеленоватой тиной и гигантскими кувшинками, совсем не похожими на своих маленьких предков. Солнце выглянуло из-за туч и теперь освещало всю округу. От лучей, разлив отсвечивал зеленоватыми бликами, появлявшимися на поверхности, то снова исчезавшими в тени деревьев.

В глубине разлива прошлась рябь волн, расходясь в стороны. Шаста пытался разглядеть то, что так потревожило воду. Явно это что-то было не маленькое и затаилось на глубине озера.

— Шаста смотри — Ранеш схватив парня за плечо, развернул его в сторону залива.

Залив был поистине гигантским. Шаста раньше никогда не видел столько воды и завораживающее смотрел на накатывающие волны, которые белыми барашками расходились по сторонам. Отсюда было видно весь город-призрак.

— Это Васильевский остров. — Ранеш рукой показал на разрушенные дома напротив.

Высокие темные многоэтажки стояли вдоль берега острова. Под порывами ветра несущегося с залива, с них изредка падали бетонные глыбы.

— А что это? — Шаста кивнул в сторону большого здания на противоложном берегу, больше похожее на глубокую тарелку с мелкими отверстиями по бокам.

— Это футбольный стадион. — сказал Богдан — Строили давно, да так и не достроили.

Что такое футбол, Шаста спрашивать не стал, чтобы не казаться совсем глупым при взрослых. Юношу заинтересовало другое причудливое строение, которое выглядывало из-за крон темных деревьев усеянных вдоль берега. Это чудо было совсем не похоже на жилой дом и уж тем более на стадион. Оно было похоже на большой стеклянный шар, правая половина которого была разрушена. Из бреши торчали искореженные металлические перекладины перемешанные с кусками толстого стекла.

— Это клетка для животных? — спросил Шаста, вспоминая рассказ о городском зоопарке.

— Хо-хо — ухмыльнулся Ранеш, приглаживая бороду — Это "Питерлэнд", старый парк развлечений. А это купол аквапарка. Все-то тебе рассказывать надо.

— Похоже, люди только и делали, что развлекались. — хмыкнул парень

— Конечно же, нет. Но отдыхать то нужно было.

Шаста спорить не стал. Ему было интересней смотреть на причудливые строения. В голове не укладывалось, что раньше люди были на такое способны.

Дрезина остановилась, и шум двигателя смолк.

— Все мужики. Приехали. — мрачно сказал Виджай и спрыгнул с дрезины в воду. Как оказалось, ее было по щиколотку — Ранеш и Богдан, за мной.

Кшатрий и адмиралтеец спрыгнули с платформы, и пошли за наставником.

Остановившись, Ранеш присвистнул. Металлист и Шаста с любопытством выглянули с платформы. Поперек дороги лежало большое дерево намертво вросшее в воду корнями.

— Мда-а. А когда мы шли его не было. — сказал Металлист — Может это, на скорости сдвинем его? У тебя же там ковш от бульдозера стоит, вот и пробьем его нафиг.

— Нет. Так мы скорее движок сломаем. — сказал Виджай — Скажите Амару, пускай тащит инструменты, будем резать.

Металлист свистнул кшатрию и Амар вышел с небольшим ящиком из вагона. Ранеш и Богдан взяли топоры и начали рубить ветки дерева. Садхир передал через Металлиста двухстороннюю пилу. Виджай и Амар принялись разрубать ствол. Спустя время, кшатрии остановились отдохнуть. Дерево было почти распилено.

Ратха остановилась ровно посередине железнодорожного переезда. Двое дозорных на крыше вагона смотрели в сторону залива и о чем-то перешептывались. Один указал рукой на волны и подняв автомат прильнул к прицелу. Второй отошел к краю наблюдательной пристройки и не шевелясь вгляделся в воду.

Шаста увидев тревогу в глазах дозорных, и посмотрел в сторону, куда указывал первый.

Волны на заливе стали больше и почему-то двигались в одном направлении сплошной стеной. Юноша пригляделся и увидел, как одна гигантская волна неумолимо несется на дрезину и вот-вот накроет ее.

— Смотрите! Там волна! Волна! — прокричал парень

Все разом обернулись на залив. Ранеш и Богдан опустив топоры с изумлением смотрели на приближающуюся стихию. Виджай выпустив из рук пилу приказал всем залезть на платформу, сам же встал у борта и сурово вгляделся в толщу воды.

Волна уже была совсем близко. Все схватились за борта платформы готовясь к удару. Как вдруг, из волны вылетело гигантское существо и с протяжным ревом пронеслось над дрезиной, за ним появилось еще несколько таких существ, а потом еще и еще!

Гиганты вылетали из волны и на большой скорости проносились над платформой метров в четырех от нее. Размахивая своими широкими полукруглыми крыльями, существа пролетали над путниками, обрызгивая их водой. Их плоские тела и крылья выглядели единым целым и были больше похожи на летающие диски "фрисби", только гораздо больше в размерах, примерно по шесть метров.

Все завораживающе смотрели на это чудо новой природы. По ребристым телам летунов проходила дрожь от головы до кончиков раздвоенного хвоста. Шаста увидел как одно существо отрыло широкую пасть и издало протяжный рев, за ним повторили и другие особи. Летающие гиганты с большой скоростью влетали в разлив. Некоторые пролетали по десять, а то и двадцать метров над водой и только потом всем телом погружались в воду, оставляя за собой широкий след.

Один из гигантов не смог достаточно разогнаться и упал на мелководье позади дрезины. Существо жалобно застонало и попыталось вдохнуть, разевая пасть и раскрывая широкие жабры. Большие круглые глаза метались из стороны в сторону. Один глаз был больше другого и смещен немного в сторону. Гигант брыкаясь всем плоским телом, доковылял до воды и расправив крылья нырнул.

Существ было десятки, и все они летели в одном направлении.

— Кто это?! — прокричал Шаста

— Мы называем их Небесные скаты — сказал Виджай — Перед зимой они прилетают сюда и погружаются на дно разлива. Наверно, впадают в спячку и выносят молодняк.

— Конечно, скатов в заливе быть не может. Это скорее камбала, только вымахала до таких размеров. — сказал Ранеш

— Откуда они приходят? — спросил Металлист

— С Балтийского моря, скорее всего. Сейчас там водится, может что угодно.

Гигантов становилось меньше. Теперь из волн вылетало по одной или две твари. Шаста посмотрел вслед гиганту летевшему над разливом. Существо было готово нырнуть в воду, как вдруг оттуда резко выпрыгнуло змееобразное туловище с гигантской пастью. Схватив одного летуна, тварь начала разрывать его пополам. Летун дико взревел. Тварь извивалась всем своим змееобразным телом и пыталась унять добычу. Существо, так же резко как и появилось, нырнуло обратно в воду с мертвым летуном. Внезапно, из воды вылетело толстое щупальце и схватило еще одного летуна, потом показалось и второе щупальце. Скрутив добычу, щупальца потянули ската на дно. Чудовище выныривало все ближе к мосту вылавливая отстающих скатов.

Все с изумлением смотрели на схватку морских гигантов. Преимущество было явно у хищника. Выхватив последних скатов, монстр скрылся под водой.

Шаста увидел, как вода медленно поднимается и большой волной начинает двигаться в сторону дрезины. Монстр почуял их…

— Оно плывет к нам! — прокричал один из дозорных на крыше

— Оружие наготове! — скомандовал Виджай

В этот момент из воды выскочило гигантское змеиное тело, покрытое крепкой чешуей. С истошным ревом существо разинуло пасть. Нижняя челюсть раздвоилась на две части и оттуда показалось два ряда острых, как бритва клыков. Длинный раздвоенный язык, извиваясь, высунулся наружу. Тварь имела две пары глаз, на шее были необычные мешочки, которые раздувались и сжимались, служившие своего рода, жабрами для дыхания. От головы по спине тянулся костяной хребет.

— Е-мое! Да это же уж!! — воскликнул Металлист, увидев на мешочках оранжевые пятна.

После сражения с монстром, кшатрии старались не говорить о произошедшем. Восемь путников кое-как разместились на узкой платформе автомотрисы и немо смотрели на дорогу впереди. Настроение у всех было никакое. Еще двое парней погибло и это только в начале пути. Что же будет дальше? Этот вопрос задавал себе каждый.

Шаста уже потерял, какие либо надежды, что они доберутся до намеченной цели. Новый мир всячески препятствовал им в этом. Юноша понял, что его жизнь превратилась в череду испытаний, которые было необходимо преодолеть. Для этого нужно было согласится с правилами нового мира и быть в нем жестче. Таким, как был Виджай и другие Хранители. "Но смогу ли я быть таким же, как они и справится со всеми трудностями?" Спрашивал себя юноша, но ответа не находил.

Металлист ерзал на месте, все, силясь выглянуть за кабину Ратхи, но в этом ему явно мешал сидящий слева Ранеш. От каждого движения сталкера, лицо кшатрия покрывалось багрянцем.

— Ты можешь не ерзать?! — рявкнул бородач-Даже спокойно посидеть не даешь.

— Да надоело сидеть. А мы только Лахту проехали.

— Ну, так встань. Надоело ему….Сохранился бы наш вагон, я бы тебя там одного запер.

— Ха. Да мне же и лучше борода.

Металлист посмотрел на задумчивого Шасту.

— Эй, паря, о чем думаешь? — спросил он

— Думаю. Сможем ли мы добраться до этого убежища. Двоих уже нету.

— А-А-А. Ясненько. Ты у нас пессимист значит.

— А что тут оптимистичного?

— Вот знаешь. Я всегда стараюсь не унывать, в любой ситуации. Ведь если совсем расклеится, то можно загнать себя в угол от безысходности. Вот тогда можно смело помирать. А я вот, стараюсь такого не допускать. И как видишь, хорошо выгляжу в свои-то годы

Ранеш и Садхир хохотнули.

— А что вы смеетесь? Вот скажи паря, сколько мне лет? Приблизительно?

— Где то тридцать. Не больше.

— Ха! — Металлист пригладил свои волосы — Мне тридцать восемь. Представь?

Шаста покачал головой.

— А то — широко улыбнулся Металлист — Понимаешь, неважно, как ты выглядишь снаружи или сколько тебе лет. Главное как ты себя ощущаешь внутренне. Я вот молод душой и как видишь даже внешне, ничего так.

Ранеш поперхнулся от смеха.

— А ты не смейся. Сам вон татуху себе на макушке набил, а самому наверно уже за сорокет.

— Куда уж мне до тебя. Юнец ты наш.

Садхир и Богдан усмехнулись

— Да, скучно с тобой борода. — Махнул рукой Металлист

— Скажите, а может, вы просто боитесь чего-то и поэтому такой? — спросил Шаста

— Я? Боюсь? — хохотнул сталкер — Не-е-е. Сдохну так сдохну, чего уж там. Это либо скоро наступит, либо чуть позже.

— И как вы думаете, кем вы станете в следующей жизни?

— В следующей жизни? — сталкер изумленно посмотрел на парня — А. Ну да. Вы же у нас буддисты. Совсем забыл….Да фиг его знает, судя по моей поганой карме, стану каким-нибудь жуком навозником или превращусь в мантиса. Как там, в Улье. Но хотелось бы в какую-нибудь летающую тварь. Высоко лететь, далеко глядеть.

Половину из того что сказал сталкер, Шаста не понял, и косо посмотрев на него, отвернулся.

— А вообще, я вот что тебе скажу паря-продолжил сталкер-Жизнь это одна больша-а-я шутка. Помню я, до войны, были такие люди, их бомжами называли. Без определенного места жительства. Во! О них мало кто думал и они о себе тоже, вот и обеднели. Окружающему миру было на них плевать, за некоторыми исключениями, но все равно этого не хватало….А сейчас, мы с вами, тоже стали такими как они. Все ходим по пеплу мира, который превратился в помойку и собираем остатки еды. Живем в норах, пытаясь как-то скоротать свои ничтожные дни. Хотя и сами не замечаем, как вырождаемся…Мда-а…Все поголовно стали бомжами. Забавно да? — ухмыльнулся сталкер.

Шасте эти слова показались совсем не забавными, а наоборот грустными. Люди сами довели себя до такого состояния, весь свой прекрасный окружающий мир уничтожили. Только парки развлечения и остались. Да вот, развлекаться уже некому.

— Я вот не верю, что вся планета превратилась в пепел — сказал Садхир — Я думаю, что есть еще уцелевшие места. Например Сибирь, там же бескрайняя тайга, бомбить то и нечего. Или пустыни, там и до войны никто не жил.

— Возможно, мой друг — сказал Металлист — Я вот думаю, на севере кто-то точно уцелел. Хоть и холодно там. Или в больших городах. Лондон, Париж, Нью-Йорк. Тоже забились в подземку и сидят там, на связь не выходят.

— Да и животные, не все в монстров превратились — сказал Ранеш — Возьмем океан к примеру. Там же воды немерено. Размеры гигантские! И вы думаете, это все накрыло радиацией? Точно нет. Там такие глубины, что и не снилось. А животные там живут, которые толком не изучили даже до войны. А вот моря, да может быть заражены…. Или, например джунгли Амазонки и Африки, там-то я думаю нормально все. Живут себе туземцы, как нив чем не бывало, и знать не знали про войну.

— Кто знает мужики, кто знает… — сказал Металлист

Ратха на медленном ходу, проезжала вдоль шоссе. По пути все чаще начали попадаться старые деревянные дома и заброшенные автозаправки. Погода заметно ухудшилась, и теперь все небо затянуло тучами. Ожидая дождя, путники накинули капюшоны комбинезонов и крепко застегнули горлышки.

Виджай посмотрел на дозиметр, который еле слышно потрескивал. Кшатрий не стал рисковать и приказал всем надеть противогазы.

— Подходим к Лисьему Носу — сказал наставник.

Отряд встал со своих мест и приготовил оружие. Ранеш как всегда устроился за пулеметом, но из-за тесноты, снял его с сошек удерживая на весу.

Дрезина въехала на окраину города. Большая его часть была со стороны залива и хорошо продувалась ветром, но на уровень радиации это никак не повлияло. Дозиметр затрещал все громче. Виджай прибавил ходу и Ратха двинулась вперед.

Лисий Нос оказался заброшенным поселком, и лишь только стая диких собак, проносилась по улицам в поисках пищи. Завидев необычного железного монстра, мутанты разбежались в рассыпную и стали наблюдать за ним из укрытия, периодически рыча.

Ратха двинулась дальше все, отдаляясь от пустого городка. Никто не ожидал увидеть хоть кого-нибудь из выживших, но такие мысли были. Теперь путники понимали, что и в дальнейшем, они врятли кого либо встретят. Но, подъезжая к развязке КАДа, Шаста заметил движение под эстакадой и попросил Амара взглянуть в прицел винтовки. Кшатрий подтвердил слова юноши и Виджай сбросил скорость. Ратха медленно нагоняла четырех бродяг.

Незнакомцы были одеты совсем не в соответствии с их окружением и погодными условиями. Все четверо были одеты в грязно белые балахоны, под которыми не было даже намека на какой-нибудь жилет или комбинезон. Явно незнакомцы не боялись получить дозу радиации и чувствовали себя спокойно. Трое из них, тащили на худых плечах громоздкие мешки, порванные в нескольких местах. Что было в них, разглядеть не удавалось. Четвертый бродяга был старше остальных и выглядел как волшебник из фентэзи. Длинная белая борода, морщинистое лицо, большой нос. Не хватало только шляпы с высоким конусом.

Старик упирался на длинную корягу вместо трости, и медленно ковылял впереди всех, прихрамывая на одну ногу. Незнакомцы увидели Ратху и остановились. Двое позади, сняли мешки с плеч и отодвинули их за ноги. Третий как остался стоять с мешком на плече, так и стоял, внимательно поглядывая на путников. У одного на плече висел старенький АКМ, у двоих других были арбалеты. Старик был без оружия.

Он поднял руку, приветствуя путников. Виджай остановил Ратху и выйдя из кабины поднял руку в ответ.

— Доброго дня, хлопцы — голос старика был хрипловатым и низким — Откуда вы такие красавцы?

— Из Питера, папаш. — Сказал Виджай

— О, из Питера значит. Це добре. Бывали у нас хлопцы из Питера. Хорошие хлопцы. Интересные.

— И где сейчас они?

— Да, погостили у нас и ушли. В метро свое. А мы их уговаривали остаться… Затянет вас подземка. Ох, затянет. Надо быть с природой вместе.

— То-то твои парни такие крепкие. От природы, небось.

— А то ж — сказал старик, проигнорировав фразу кшатрия. Все с природой, да с природой…

— Вы сами-то, откуда будете?

Один из молодых посмотрел на старика, тот коротко кивнул и повернулся к кшатрию.

— Да из Кронштадта мы, сынок. Гуляем тут. Дичь подстреливаем.

— Ну, смотрите, чтобы потом рога не выросли от дичи этой — усмехнулся Виджай

— То не, от такой не вырастут — махнул рукой старик — Вы хлопцы, кудой едете?

— Да, вот тоже прогуляться решили, на курорт съездить. Сам же говоришь, затянет нас подземка. Вот мы и к природе поближе.

— Это вы хлопцы молодцы, молодцы. Как-нибудь к нам в гости заезжайте. Город покажем, экскурсию так сказать, проведем. Покормим.

— Да бывали мы в Кронштадте папаш. А еды у нас и своей хватает.

— Це добре хлопцы, добре.

В этот момент у одного из незнакомцев, из мешка выпало что-то продолговатое. Старик зло посмотрел на молодого, остальные тоже оглянулись на него. Бродяга неуклюже повернулся и спрятал предмет себе за балахон. Шаста разглядел предмет и обомлел. Это была оторванная человеческая рука. Парень сжал цевье автомата крепче. По лицу полился пот. Виджай медленно потянулся за автоматом, лежавшим на панели кабины. Старик не видел, что кшатрии делают, но потихоньку начал отходить.

— Пойдем мы хлопцы, пойдем. Ждут нас уже…Заждались дома…

— Давай папаш…давай.

Старик стукнул неуклюжего молодого по ногам и в спешке поковылял в сторону города, старательно размахивая палкой перед собой. Молодые водрузили мешки и, не оглядываясь, поспешили за стариком.

Шаста вздохнул и опустил автомат. Виджай взял в руки автомат и прицелился в спину уходящим. Все посмотрели на наставника. Через пару секунд бродяги скрылись за дорожной развилкой. Виджай опустил автомат и вздохнув отложил его обратно в кабину, попутно надавив рычаг вперед. Ратха двинулась с места.

— У них была человеческая рука. Я видел — сказал парень

— Это каннибалы — мрачно сказал Ранеш — Без них новый мир не обошелся.

К горлу подступила тошнота. Шаста и раньше слышал истории про каннибалов, но не мог представить, что когда-нибудь встретится с ними. Насколько человеку нужно озвереть, чтобы съесть себе подобного? Новый мир кардинально менял инстинкты людей и теперь они превращались в таких же демонов, каких знал Шаста. Они ничем не отличались от ракшасов, а может, были еще хуже, из-за своей способности психологически и морально давить на окружающих. Это были поистине опасные противники, великолепно приспособленные к новому миру.

— У меня был сослуживец… — начал Виджай — После армии, он пошел работать в порт, в Кронштадте.

— Это ты про Толяна? — спросил Ранеш

— Да

— Хороший был парень. Хоть и раздолбай.

— Так вот — продолжил Виджай — За год до войны, он мне рассказывал, что возле берега было строительство какого-то подземного сооружения. Он сначала решил, что закладывают новую ветку метро до города, либо подземный тоннель. Но оказалось, это был военный объект. То ли бункер, то ли убежище. Не знаю….Когда полетели ракеты, туда забилось много людей. Кто знает, может это они и есть, выжившие…

— А что случилось с вашим другом?

— Погиб наверно, а может сейчас среди них — Виджай посмотрел в сторону города.

— Почему вы не убили их?

— Рано или поздно, они сдохнут от голода. На радиоактивной диче, они долго не протянут.

— Да, а пока они будут убивать и других несчастных так? — парень зло посмотрел на наставника.

— Смерти от голода, они заслуживают больше, чем смерти от пули.

— Они еще стольких могут убить, просто ради того чтобы поесть.

— Каждый выживает, как может. Сейчас такой мир. Ты его уже не изменишь.

— Я бы их убил — процедил парень

— Шаста, ты когда-нибудь вставал перед выбором, убить человека или отпустить его?

Юноша немного опешил и покачал головой.

— Я надеюсь, в такой ситуации ты никогда не окажешься. Поверь, это сложно. Ты можешь убить человека, лишить его жизни, но можешь ли ты вернуть эту жизнь? Не Всемогущий, а именно ты?

Шаста не ожидал такого вопроса от наставника и вновь покачал головой.

— Это их выбор так жить, по-звериному. Рано или поздно их не станет. Новый мир уничтожит их, который их же и сотворил… Поиспользует как своих марионеток и сожрет, как они пожирали других. А мы… Мы не имеем право разрушать жизни других людей, потому что мы не можем сотворить новой жизни…. Но почему, человеку дана возможность убивать себе подобных, я не знаю. Возможно, это еще одно жизненное испытание, которое нам необходимо преодолеть.

— А что если человек убил всю твою семью и ты желаешь отомстить, что тогда?

— А ты его отпустишь, если он так поступит? — усмехнулся Виджай — Все в мире происходит по закономерностям, которые мы иногда не замечаем или просто не хотим замечать…. Каждый пожинает, то, что посеял. Замкнутый жизненный круг.

— Все это сложно для меня. Может, я еще пойму вас.

— Поймешь, просто наберись терпения.

— Эй, философы, мы едем или нет? — Металлист округлил глаза и вопросительно развел руками.

Виджай похлопал парня по плечу и ушел в кабину. Шаста присел на свое место и задумался над словами наставника. Он не спрашивал себя о таком и даже не задумывался. Может Виджай и был прав, и стоило прислушаться к его словам. Шаста снова удивился, насколько же мир был непростым. И насколько он был непредсказуем и обманчив.

Виджай смотрел на бесконечно тянущуюся дорожную колею, которая мелькала перед глазами, сливаясь в единое целое. Он вспомнил себя еще мальчишкой мечтавшим стать машинистом поезда, чтобы путешествовать по миру и изучать его.

Воспоминания проплывали перед глазами чередой размытых образов, но одно из них Виджай запомнил очень хорошо. Это было воспоминание о последнем дне перед войной…

Тогда еще молодой Виджай, вместе со своим лучшим другом, ехал к своей семье в последний раз…

Колесо "Ниссана" вновь наехало на очередную бутылку со смесью. С резким хлопком, стекляшка разлетелась вдребезги, чуть не проколов колесо.

— Блин, Димыч, веди осторожней.

— Да я то, что могу сделать! Тут кругом митингующие — Димка завернул на Просвещения и, переключив передачу, резко вдавил педаль газа в пол.

В последние дни митинги возросли и теперь люди с плакатами появлялись все чаще. Недовольные правительством и сокращением зарплат граждане, толпами приходили к администрации своих районов и округов, пытаясь привлечь городских чиновников и потребовать от них денег.

— Видишь, все несутся куда-то… Несколько улиц уже перекрыли. В центре так вообще ОМОН вызвали. Лех, может, свернем а? Тут по проспекту опасно ехать. Еще бутылку кинут, не дай бог.

— Мда-а…. Пришли к чиновникам, в надежде на то, что, хоть что-то изменится…Да хоть к президенту, толку не буде. т — сказал Алексей, поглядывая в окно. Он очень нервничал и старался хоть как-то успокоить себя болтовней с другом.

Димка, округлив глаза, посмотрел на друга.

— Ну, ты харю отъел Димон…Давай сворачивай, может, проскочим.

Дима посмотрел в зеркало и погладил себя по щекам.

— Да нормальная харя, че ты.

— И татуху еще набил — Алексей посмотрел на татуировку своего друга, которая красным пятном разошлась по голове в форме огнедышащего дракона, и была больше похожа не на дракона, а на родимое пятно.

Дима с улыбкой погладил себя по черепушке.

— Классная татуха. Толян набил. В этом деле он мастер.

— Да и почесать языком тоже мастер. — цыкнул Алексей — Дима "Дракон". Ну и погоняло.

— Зато авторитетно, сразу зауважают.

— Да ты и в армейке авторитетно выглядел, а сейчас не знаю… Может зря набил?

— Нет не зря. Я себе еще бороду отращу. Вообще круто будет.

— Круто, круто. — Алексей повернулся к окну, наблюдая за происходящим.

Возле входа в метро собрались митингующие. Только выглядели они не как пролетарии с заводов или работники офиса. Эти ребята были моложе и одеты в цветастые кофты и рубашки с повязками на головах. Вперемешку с плакатами: "Повысьте зарплату. Надо кормить семью", цветастые держали плакаты с призывами: "Нет войне!", "Долой, гонку вооружений!", и с другими подобными надписями, нарисованными жирным красным маркером на белом фоне.

Рядом появилась еще одна толпа. Эти были одеты в балахоны с различными узорами. В руках у каждого были бубны и четки. Толпа энергично выплясывала незатейливый танец под бренчание бубнов и громко выкрикивали пару повторяющихся слогов.

— Кришнаиты, веселые ребята. — Сказал Дима

— Явно они под чем-то, не хотел бы я оказаться среди них. Фанатики…

— Почти приехали — Дмитрий завернул под тоннель, проходящий под КАДом, и прибавил газу.

— Димка, ты своим то звонил? Предупредил их?

— Да что там звонить. Линии перегружены. Надеюсь, они уже в убежище сидят…

Алексей похлопал друга по плечу. Он знал что его родители живут далеко отсюда. В Калининграде. И друг переживал за них очень сильно. Леша, не мог представить, насколько у Димы хватило сил стерпеть боль, после осознания того, что он может больше не увидится со своими родными.

Алексей и сам не мог свыкнуться с мыслью, о том, что в последний раз видится и со своей семьей, и поэтому, чтобы хоть как-то уберечь их от приближающегося Армагеддона, он спешил к ним домой, поторопить уехать из города.

Завернув во двор новостроек, машина остановилась возле парадной одной многоэтажки.

Дима и Леша, быстро поднялись на этаж и начали стучать в дверь.

На пороге их встретила невысокая худощавая женщина, лет сорока пяти, и рядом с ней высокий подтянутый мужчина, выглядевший, на лет пять старше своей супруги. Женщина с тревогой посмотрела на сына, увидев его обеспокоенное лицо.

— Лешенька, что случилось?

— Мам, пап. Собирайтесь и поскорее. Вам надо срочно уезжать из города. Алексей забежал в комнату и начал собирать свои оставшиеся вещи.

— Здравствуйте. — улыбнулся Дима и пожал руки мужчине.

— Здравствуй Димочка — Женщина обняла парня — Что это он делает? Леш, может, объяснишь, что происходит? Куда такая спешка?

— Одевайтесь, говорю вам! — Алексей достал сумки из шкафа и начал складывать одежду родителей всем скопом — Сегодня утром мне позвонил Третьяков, из штаба Кронштадта. Сказал что Балтийский флот приведен в боевую готовность. Тихоокеанский и Северный тоже.

Женщина схватилась за лицо и присела на диван. Мужчина сурово посмотрел на Алексея и сказал:

— Значит… война?

— Да — коротко ответил тот

— Может ваш Третьяков что — то напутал. Может это ложная тревога? трепещущим голосом сказала женщина.

— Нет, тетя Лида…Третьяков не ошибся…Он нам врать не станет. — Сказал Дима — Вам надо поскорее уезжать из города.

— Но куда?

— Уезжайте на север. Там вас не достанут. Я надеюсь.

— А ты?

— Мы с Димой поедем за Леной и ее родителями. Потом, оттуда, сразу поедем за вами. Хорошо?

Женщина заплакала еще больше и прикрыла лицо руками. Алексей присел рядом с ней и крепко обнял.

— Я обещаю, как только мы ее заберем, мы едем сразу за вами…Честно, обещаю….Мы встретимся там.

— Нет…Нет. Не уходи — покачала головой Лидия

— Я должен мам… Ее я не брошу.

Дверь комнаты приоткрылась, и в нее зашел мальчишка семи лет. В руках он держал черный берет с эмблемой двуглавого орла вооруженных сил. Мальчик был напуган. С обеспокоенным взглядом он посмотрел на Лидию.

— Мамуль, почему ты плачешь?

— Ох, Андрюша…не обращай внимания, все в порядке — улыбнулась Лидия сквозь слезы.

— А ну-ка, иди сюда морпех. — Леша улыбнулся мальчишке.

— Лешка! — мальчишка подбежал к брату, и тот его посадил на руки.

— Ну что, готов долг родине отдать?

— Всегда готов! — мальчишка надел берет и отдал честь.

— Тогда, сейчас ты приступаешь к важной миссии-Алексей сурово посмотрел на Андрюшу и тот сосредоточенно начал слушать брата — Сейчас соберешь все свои вещи и поможешь маме и папе, понял?

— А мы, куда-то уезжаем?

— Да, поедете в Карелию к бабушке.

— Мам, я не хочу к бабушке — мальчишка надул губы.

— Надо, Андрюша…Поедем, отдохнем там, в озере покупаешься.

— А Лешка с нами?

— Я вас догоню, только чуть попозже. И потом приеду, вместе с Димкой и Леной.

Дима подмигнул парню и тот улыбнулся.

— А сейчас, собирайся, и вы поедете. Берет, можешь оставить себе.

— Клево! — Мальчишка спрыгнул и побежал в комнату.

— Так, Лида, собираемся — отец схватил сумку — Я соберу побольше теплых вещей и запасы еды, которые у нас есть.

— Сереж, документы возьми на всякий случай…Может, они нам еще пригодятся. Лидия отбросила платок и начала помогать мужу.

— Дима, а как же твои родители? — спросила она

— Да они в Калининграде, теть Лид…Я к ним уже не успею.

— Ох, Димочка… я надеюсь, они спасутся.

— Да, там много бункеров всяких…Может, уже в одном сидят — Дима опустил глаза.

— Поторапливайтесь — сказал Алексей — Это может произойти в любую минуту.

— Не беспокойся сынок — сказал отец — Давай, забирай Ленку и приезжай.

— Обязательно.

Мужчина приоткрыл дверь шкафа. На нижней полке лежал прямоугольный сейф. Сергей достал из него охотничью "Сайгу".Леша знал, что отец отличный стрелок, и поэтому не сомневался, что отец прибьет любого, кто осмелится напасть на его семью. Будь-то зверь или человек.

Собравшись, все быстро вышли на улицу. Сергей, закинув вещи в машину, залил бензина в бак.

— Леш, возвращайтесь поскорей. Мы будем ждать- отец пожал руку Диме и обнял сына.

— Не останавливайтесь, Ясно? Двигайтесь только вперед. — сказал Алексей

— Лешенька, только вернись, пожалуйста… — Лидия со слезами крепко обняла сына.

— Я же сказал что вернусь.

— Лешка-а-а! Ты ведь не кинешь нас, правда? Андрюша посмотрел на брата.

— Нет, что ты…Ты лучше следи за стариками нашими и помогай им-улыбнулся брат — А еще, никогда ничего не бойся и будь уверен в себе…ты же морпех.

— Да-а-а!

— Давай, беги уже.

Лидия села в машину и высунувшись из окна, посмотрела на сына, рядом с ней высунулся Андрюшка, широко улыбаясь брату. Сергей завел двигатель и напоследок кивнув сыну, повел машину прочь с улицы.

Алексей смотрел им в след. На глазах накатились слезы Он сдерживал себя не давая волю эмоциям.

Невозможно было передать словами, что он чувствовал в этот момент. Видеть в последний раз своих близких и возможно их больше никогда не встретить. Ему было больно от этой мысли. В это мгновение, он хотел только одного- чтобы ничего этого не происходило. Не было утреннего звонка из штаба. Не было обезумивших людей на улице. И не было этого расставания.

Все вокруг казалось не настоящим. Он не верил в происходящее. Он думал, что это происходит не с ним, а с кем-то другим. А этот другой не в другом городе и даже не в другой стране…Он на другой планете…В другой галактике…В параллельной вселенной!.. Которая скрывалась за мириадами звезд вселенной бесконечности…

Все происходящее дальше, мимолетно пролетало перед глазами.

Снова машина…Снова толпы людей…

Алексей старался запоминать все, что они проезжали, каждого человека, каждое дерево, каждое облако. В последний раз, перед глазами проносился прекрасный мир, который вот-вот должен быть исчезнуть и остаться только в воспоминаниях…

Снова дорога… Кольцевая… Приморский район и дом Лены…

Ее лицо полное тревоги, ее летний сарафан, ее светлые волосы и большие светло-зеленые глаза, наполненные слезами.

А дальше…

Вход в метро… Гул сирен…Застывшие лица людей…Яркие вспышки… Нескончаемый грохот… Громада закрывающихся ворот. И…

Станция "Старая деревня", переполненная выжившими.

Слезы…Переломанные судьбы и человечество без будущего.

Все пронеслось за считанные секунды.

Алексей почувствовал как вера и надежда внутри него постепенно угасают. Но он не чувствовал себя одиноким. Рядом была его любимая девушка и лучший друг.

А потом появился Лакшман.

Он не был проповедником или мессией. Он просто сказа заблудшим о своем учении и о своей философии. Он не хотел насильно заставлять людей верить его словам. Наверно, он просто дал людям то, чего они хотели. И многие последовали за ним.

Этот человек поселил огонек надежды внутри каждого. Люди стали все чаще прислушиваться к нему и обращаться за помощью.

Благодаря сплочению и общей идее, выжившие объединились в общину с новыми законы. Приняв их, каждый выбрал себе новое имя и постарался забыть старое. И Алексей тоже поступил так, вместе со своим другом и девушкой.

Виджай, Ранеш и Саура — так теперь они называли себя.

Виджай постарался забыть свое прошлое имя, и вместе с ним, все остальное. Он понял, что если не избавится от прошлого, то у него не будет будущего. Но Елена не считала это правильным поступком и всегда говорила ему, чтобы он не забывал свое имя. Иначе он забудет и себя. Навсегда…

Но он не слушал ее.

Для себя он стал кшатрием Виджаем.

Виджай помнил слова Лены. Она была права… Он потерял себя. Как и потерял ее. И после ее смерти, он изменился насовсем. Потерял надежду и веру во что либо. Но вместе с этим, он чувствовал, что силы не покидают его, наоборот они возвращаются. Виджай думал, что он оправдывается сам перед собой. Успокаивает себя этими теплыми мыслями, но понимал, что дело не совсем в нем, а в ком-то другом. В том, кто влиял на него со стороны…И этот кто-то был рядом.

Кшатрий вновь вспомнил себя в детстве. Как маленьким мальчишкой гулял в парке и катался на детском паровозе вместе с отцом.

Воспоминания о детстве, перешли в воспоминания о юности. Когда Виджай, после армии, решил податься в помощники машиниста на железную дорогу, дабы осуществить свою мечту. Но без высшего образования его не взяли.

Не отчаявшись, Виджай пошел в метрополитен и там его взяли на семимесячное обучение. Начиная с обходчика тоннелей, юноша после стал помощником машиниста. Чем и занимался последние полгода перед войной.

Вместо бескрайних просторов и новых красот мира, юноша видел бесконечные темные тоннели. И он был рад и этому.

И вот теперь, Виджай стоял за штурвалом старой автомотрисы. "Что же. Детская мечта сбылась. Вот ты и путешествуешь по стране, как первооткрыватель эпохи географических открытий…" От этой мысли кшатрий усмехнулся. А ведь и правда. В далеком прошлом люди открывали новые земли, находили древние цивилизации, новые этносы и их культуру.

А теперь, после Катастрофы, люди вновь вернулись к своему прошлому. И теперь, в ранее знакомом месте, могло быть совершенно что-то новое. И зачастую такие находки приводили к смерти.

Человечество застряло во времени. Венец эволюции стал отстающим звеном в этом цикле и теперь передал эстафету существам сильным и более приспособленным к новому миру. Люди считали, что загубили планету и природу, но для природы это было новым шагом в эволюции. Для людей этот мир был враждебен, а для природы нет. Миллионы лет назад, на планете было радиации больше чем после ядерной войны, и тогда жизнь только начинала появляться. Для матушки Земли, такой катаклизм, был сравним с временным заболеванием, которое можно было излечить таблеткой парацетамола…

Впереди все чаще стали попадаться заброшенные дома, стоявшие посреди деревьев. За высокими соснами показались крыши старых панельных многоэтажек. Окна были выбиты и на их месте стояли деревянные ставни и разбитые стекла. Солнце тускло светило сквозь тучи. На небе прогремел гром, а через мгновение полился холодный дождь.

Путники снова надели противогазы, поглядывая на свои дозиметры. Дождь, к счастью, оказался не радиоактивным, и оживившись, отряд начал поглядывать по сторонам.

— Подходим к Сестрорецку парни — сказал Виджай

По правой стороне, сквозь кроны деревьев, был отчетливо виден песчаный берег залива. Шаста посмотрел в право и увидел между домами, начало большого озера. Озеро было больше чем Лахтинский разлив в раза два и выглядело почище его. Только вода была мутно темная, что настораживало молодого кшатрия.

— Сестрорецкий разлив — сказал Металлист, увидев настороженное лицо Шасты — Когда мы шли здесь, никого не встретили. Город пустой. Так что советую ехать сразу в сторону Белоострова.

Ратха въехала в город. Дома были полностью пустыми, а бульвары выглядели довольно неплохо. Деревья не превратились в скрюченные гигантские растения, как это было в Юнтоловском парке. Вдоль дорог стояли автомобили, брошенные своими хозяевами на съедение ржавчины.

Дрезина проехала по небольшому мосту через речку, и, прибавив ходу, двинулась дальше.

Проезжая между двумя скверами, кшатрии подняли оружие, внимательно вглядываясь в гущу деревьев и поросшего кустарника.

Шаста заметил, как между деревьями в сквере справа, что-то медленно двигалось параллельно дрезине. Большая тень скрываясь за кронами деревьев резко исчезла в тени кустарника задев ветки.

Шаста напрягся и, прильнув к прицелу, вгляделся в сосновую гущу. Но больше никакого движения юноша не заметил.

Зайдя за крутой поворот, Ратха сбавила ход и остановилась возле старого перрона.

— Сделаем привал. — сказал Виджай — Осмотрите периметр, мало ли что…

Металлист, Богдан и Рохан прошли в сторону заброшенного двухэтажного здания по правой стороне от дороги. Садхир и Амар остались на перроне. Шаста вместе с Ранешем и Виджаем углубились в сторону залива. Шум прибоя привлек внимание парня, и встав возле высокой сосны, стал наблюдать за набегающими волнами накрывавшие песчаный берег.

Весь берег был покрыт зелеными водорослями, которые одной большой массой растянулись вдоль всего побережья.

Шаста увидел, как небольшая белая птица слетела с дерева и приземлилась прямо на водоросли. За ней приземлились еще пару таких же. Птички ходили по водорослям, пытаясь клювом разорвать зеленую массу.

Виджай став рядом, тоже стал смотреть на трапезу падальщиков.

Внезапно, одна из птиц замерла и всем телом упала на водоросли. С двумя другими случилось тоже самое. Шаста заметил как зеленая масса зашевелилась. Водоросли, как щупальца осьминога, окутали тушки животных, и с чавкающим звуком затянули их в себя.

Шаста обомлел от увиденного. Виджай усмехнувшись приподнял бровь от удивления.

— Вот так оно и происходит. Не ты, так тебя… — сказал кшатрий.

Шаста хотел было что ответить, но вдруг, краем глаза увидел движение в кустах справа. Повернувшись, юноша увидел девочку с рыжими косичками. Лицо ее скрывал респиратор и разглядеть лицо полностью не получалось. Шаста от неожиданности вскинул автомат, но в ту же секунду девочка пропала. Парень встряхнув головой, посмотрел на кусты еще раз. Никого не было.

— Кто здесь? — спросил кшатрий. Ответа не последовало.

— Ты это кому? — спросил наставник.

— Там, в кустах была девочка. Я точно видел. На ней был респиратор.

— Пойдем. Похоже залив на тебя плохо действует — Кшатрий развернулся и пошел к дрезине.

Шаста вздохнул и, опустив автомат, пошагал за хранителем. Как вдруг из кустов показался еще один незнакомец. Именно незнакомец. Он был одет в прочный бронежилет желто-черного цвета, который явно был великоват ему. На голову нелепо была надета старая армейская каска. Незнакомец был невысокого роста и был явно младше Шасты. Мальчишка не успев спрятаться быстро побежал за кусты.

— Эй! Я тебя видел! Выходи не бойся. — Шаста пошел следом за ним

Виджай услышал парня и развернулся. Шаста резво за кем-то погнался. Кшатрий только хотел крикнуть ему, но вдруг почувствовал на себе чужой взгляд. Кшатрий оглянулся и увидел между деревьями, большого серокожего мутанта с маленькой головой как у младенца. Блокадник…

— Блокадник! — крикнул Виджай — Ранеш стреляй!

Все обернулись на клич командира. Ранеш с пулеметом на перевес подбежал к Виджаю.

Бородач почувствовал, как его что-то кольнуло. Выхватив маленький дротик из шеи Ранеш упал на землю. Виджай развернулся к другу, как вдруг почувствовал укол в ногу. Голова закружилась, перед глазами все поплыло и кшатрий упал без сознания.

Завидев двух своих товарищей лежащими на земле, Металлист Богдан и Рохан начали стрелять по кустам и деревьям. Все трое остановились одновременно и попадали на землю.

Шаста выбежал на звуки стрельбы. Все кшатрии лежали, на земле не шевелясь. Парень стал осматриваться по сторонам. Внутри все обдало холодом. На лице появилась испарина. Врага нигде не было.

Внезапно, сзади появилась девчонка с косичками. Рядом с ней, парень в бронежилете. Из соседних кустов вышли еще двое. Один был светловолосым и высоким. Лицо закрывал респиратор. В руках он держал круглый деревянный щит, на котором была изображена звезда. Второй был ниже всех. На руки были надеты маленькие однозарядные арбалеты. Голову закрывала железная маска с дырочками для глаз.

— Вы кто такие? Говорите! рявкнул Шаста

— Обернись — сказала девчонка

Шаста обернулся и увидел высокого серокожего гиганта с маленькой головой. Он был раза в два шире парня. Гигант нахмурился и что-то промычал. За ним показался шестой незнакомец в каске и с копьем в руках.

Шаста поднял автомат, но вдруг почувствовал укол в шею. Голова закружилась, окружение размазалось и распалось на мелкие фрагменты. Юноша в последний миг увидел девочку с косичками. Она хитро улыбалась и что-то говорила своим. Шасте показалась вся эта компания, довольно знакомой. Но, так и не вспомнив, где он их видел, парень потерял сознание…

Открыв глаза, Шаста попытался встать, но резкая боль пронзила голову, как кинжал. Вокруг была сплошная темнота. Что-либо разглядеть в ней, не представлялось возможным. Шаста попытался присесть, но от слабости снова лег на спину.

Юноша провел рукой по полу. На ощупь, обычный бетон. Все тело ломило, каждое движение давалось с трудом, суставы сводило судорогой. Шаста ощупал себя. Бронежилета не было, комбинезона тоже. Юноша был только в своем теплом свитере и камуфляжных штанах.

Кшатрий стал на ощупь ориентироваться в темноте. Рука наткнулась на что-то мягкое и шершавое. Оно зашевелилось. Шаста резко убрал руку.

Потом послышался стон, в темноте кто-то зашевелился.

Глаза быстро привыкли к темноте. За двадцать лет проведенных под землей, зрение постепенно адаптировалось под скудное освещение станции. Юноша увидел как темный, еле различимый силуэт, дернулся, и облокотился на стену.

— Виджай это вы?

— Нее….Нет — простонал человек, голос был довольно знакомым.

— А кто?

— Конь в пальто. Паря, не нагружай вопросами…Башка звенит, как колокол.

— Я думал, что я тут один — парень расслабился, узнав Металлиста.

Рядом послышалось еще одно движение. Шаста руками пытался найти второго товарища, но тот явно лежал подальше.

— Ох-ох…. Моя голова.

— Ранеш?

— Я, кто же еще — пробасил кшатрий

— О, и борода здесь. Ну, хоть не скучно теперь будет. — Металлист тихо хохотнул.

— Где мы? — спросил кшатрий

— Ну, судя по кромешной темноте и запаху, мы в заднице.

Шаста только сейчас уловил неприятный кисловатый запах, который был вокруг. Осталось понять, вокруг, это где?

— Ранеш, поводите руками, может рядом с вами еще кто-то есть — сказал юноша.

— Эй, тут есть кто? — шепотом спросил голос напротив — Отзовитесь…

— Кто говорит? — спросил Металлист

— Это я, Садхир.

— Садхирушка, миленький, ты где?

— Тут я блин. Напротив вас. Мы похоже за решеткой. Амар рядом со мной, еще не очнулся. Крепко досталось.

— Интересно и чем это нас так? — спросил сталкер

— Похоже на снотворное, только действует пожестче. Голова трещит.

— Ага, то же самое у всех.

— Снотворное? — переспросил парень — Похоже, мы нужны им живыми, так бы убили сразу.

— Да, однако — цыкнул Металлист — Интересно кому и зачем мы нужны. И кто это нас вырубил?

— Кто вырубил, я видел. А вот зачем, не знаю.

— Ну и кто же?

— Какие-то дети. Подростки. С ними был серокожий великан.

— Блокадник — прошептал Садхир

— Наверно

— Подростки говоришь? Ну и бред… — протянул Металлист

— Мужики, я нашел Виджая — сказал Ранеш — Похоже, спит еще.

С правой стороны послышался еще один стон. Шаста оглянулся.

— Кто очнулся, говорите. Сказал юноша

— Это я, Богдан. Где мы, черт побери?

— Здоров, братуха! — воскликнул Металлист — Нравится наше черное царство?

— Не то слово… — пробубнил адмиралтеец

— А мне-то уж как. Прям кайфую…

— Металлист заткнись — сказал знакомый голос

— Виджай, это вы?

— Я, я — послышалось из угла

— Ты как, брат? — спросил Ранеш

— Хреново… — кшатрий откашлялся — Так, где это мы?

— Да никто не знает. Ты бы чего-нибудь по оригинальнее спросил.

— В клетках мы — сказал Садхир — Как в зоопарке.

— Все целы?

— Да вроде все. Только Рохан и Амар молчат чего-то. Должно быть парней торкнуло посильнее остальных.

— Ясно….Попробую-ка открыть решетку — Виджай схватился за прутья и начал с силой дергать их. Дверь зашаталась, но никакого результата это не принесло.

— Фиг ты ее откроешь. Намертво приварена.

— Выход должен быть. Проверьте карманы, может что есть…

— Нет у меня пусто — сказал Ранеш — гады, бронежилеты и комбезы сняли.

— Я тоже пуст — сказал Садхир

— И я тоже — сказал Шаста

— А у меня только старая заколка в штанах и самокрутки. Жаль не раскурить…

— Давай сюда заколку. Может замок попробуем открыть.

— Ну, держи, Джеймс Бонд — Металлист подполз на четвереньках к кшатрию и передал заколку.

Виджай приподнялся над замком и кое-как сунул заколку внутрь скважины.

Шаста не мог толком разглядеть кшатрия в темноте, было только слышно его тяжелые вздохи и ругательства. Отрыть замок не получалось. Виджай начал со всех сил расшатывать клетку, но и это не помогло.

— Кто здесь? Ответьте! — раздался низкий голос в соседней клетке.

— Кто говорит? спросил Ранеш

— Это я, Рохан… Почему так темно? Где мы?! — Голос кшатрия стал резче и громче.

— Спокуха. Мы в клетках сидим- сказал Металлист

— Нет…Это не клетки! Мы в загробном царстве Ямы… Выпустите меня! — Рохан схватился за прутья решетки и начал ее дергать.

— Рохан, успокойся — сказал Виджай

— За грехи наши…пороки и желания…. Не будет больше перерождений. Слышите?! Мы погребены здесь…

— Успокойся! — зло сказал Виджай — Врятли демоны смогли чугунные решетки сделать… Мы сидим в каком-то подвале или бункере. Осталось понять, как отсюда выбраться…

— Яма… Царство смерти…Нас ждет суд… — уже шепотом говорил Рохан.

Шаста вспомнил дозорного в Улье, который говорил точно такие же слова, а потом взорвал себя вместе с тоннелем. Паника Рохана могла привести к похожим последствиям, чего не хотелось вовсе.

— Мда-а. Хрен мы выйдем отсюда… — сказал Металлист

— Ты же у нас за позитив, так придумай что-нибудь — усмехнулся Ранеш

— Ну-у…. Сейчас не тот случай. А вообще…

— Тихо! — Шаста прервал сталкера — Кто-то сюда идет…

Все прислушались к маленьким шажкам, доносившимся с левой стороны.

Шаги прекратились, и раздался протяжный скрип металлической двери. На секунду в помещение попал луч света и Шаста увидел сидящего в углу Рохана. Свет перегородила чья-то тень. Человек был явно не высокого роста. Незнакомец зашел в камеру.

— Как вы тут, дядьки? — раздался тонкий голосочек у двери — Не скучно вам?

По голосу стало понятно, что это девчонка и скорее всего это была рыжеволосая.

Девчонка старалась не отходить от двери, опасаясь, что ее может схватить кто-то из пленников. Что ж умно…

— А ты кто будешь, красавица? спросил Металлист

— А тебе все расскажи дядька… Попались вы. Такие здоровые лбы, а даже детей не смогли одурачить. Глупые и наивные дядьки…

— А ты иди сюда, поболтаем, о том о сем. Гляди подружимся.

— Дурачок вы дядька…С таким балбесом как вы, я бы не дружила.

— Ах ты дрянь мелкая. А ну иди сюда. Я научу тебя с взрослыми разговаривать! — Металлист схватился за прутья решетки.

Девчонка залилась хохотом и стукнула чем-то по клетке.

— Ай! Ты зараза! Что это?!

— Это чтобы вы дядьки не лезли своими руками, куда не надо.

— Скажи, где мы и кто вы такие. — Сказал Шаста

— Много хочешь, дядька. А вообще…вам и так скоро умирать.

— Эй. Эй! Какое умирать?! Мы вам ничего не сделали! — крикнул Садхир

— Ну конечно. Знаем мы вас, хитрецов. Вы злобные людоеды с востока. Большим дядькам тут не место!

— Мы не людоеды, мы буддисты, из города! — сказал Шаста

— Буддисты?

— Да, мы пришли из города. В поисках… В общем, ищем выживших! — Шаста понял, что лучше незнакомке не говорить про настоящую цель их путешествия.

— И мы ищем выживших, только нет никого. Только злые людоеды сюда приходят. А тут вы попались.

— Значит вы не одни? — спросил Ранеш

— Да… — протянула девчонка, поняв, что сболтнула лишнего.

— Может, есть кто из взрослых? Мы все объясним. Не людоеды мы — сказал Садхир

— Из взрослых…. Не, нету…Зато есть Всезнающий! — восторженно сказала она.

— А это что за перец?

— Это не перец!.. Это Всезнающий!

— Должно быть, он тут за главного — шепотом сказал Металлист

— Позови этого Всезнающего. Мы поговорим с ним- спокойно сказал Виджай

— Ну, хорошо. Только учтите, если вы вздумаете чудить, мы вас снова вырубим и уже наверно навсегда- девочка противно хихикнула и открыв дверь выбежала из камеры.

— Вот ведь зараза мелкая!

— Тихо. Придет этот Всезнающий, и поговорим с ним — сказал наставник

Через пару минут шаги послышались вновь. Они были тяжелее и ступали размеренно. Дверь открылась и в комнату вошел высокий худощавый человек. Увидеть еще внешность не получалось, только темный силуэт.

Незнакомец включил фонарь и стал светить в лица пленников.

Когда луч света попал на лицо Шасты, парень зажмурился и прикрылся руками.

— Что ж ты гад так светишь?! — не выдержал Металлист

— Кто вы такие? — спросил незнакомец. Его басовитый и протяжный голос разнесся по всей камере.

— Мы буддисты, из Питера, ищем выживших. Наткнулись на ваших детей у станции — сказал Виджай

— Из Питера? — протянул незнакомец — Давненько к нам не приезжали из города. Как двадцать лет уже…Что вы здесь забыли? Чужакам тут не место! — пробасил человек.

— Говорю же, ищем выживших и вот на вас наткнулись.

— Мои воины рассказали об этом. Ловко они вас уложили… Не похожи вы на людоедов. Это так. Странно одеты очень, и выглядите не нормально. Особенно, тот бородач с татуировкой. — Человек посветил фонарем на Ранеша. Тот правой рукой прикрылся от света, а левой показал кулак незнакомцу. — может вы бандиты?

— Послушайте, мы не людоеды и не бандиты — сказал Шаста — Мы из общины буддистов со Старой Деревни. Вот взгляните — парень просунул руку между прутьями. В руке он держал четки. Незнакомец резко выхватил их и посветил фонарем.

— Интересно, интересно… — протянул он — Такие узоры красивые…

— Опустите нас — продолжил парень — Нам не нужно от вас ничего. Выпустите и мы сразу уйдем.

— Многие так говорили. А что потом? Возвращались и похищали наших. По одному! — Мужчина повысил голос — Думаете Конец Света, это настолько ужасно? Не-е-е-т…Страшнее то, что происходит после него. Новые болезни, новые опасности. Люди обезумили и стали как звери. Теперь пожирают друг друга… Армагеддон — это больше чем страх… — незнакомец развернулся и открыл дверь.

— Чего?.. Что ты сказал?.. Эй, мужик, повтори! — крикнул вдогонку Металлист.

— Что? Что повторить?

— Про Армагеддон… Что ты сказал?

— То что, Армагеддон — это больше чем страх. Вот что я сказал.

— Это любовь, это слезы и боль…

Незнакомец обернулся и, подойдя ближе к клетке, посмотрел на Металлиста.

— Твоих сыновей…

— Африка! — сказали оба в голос

— Ха-ха! Да вы знаете эту песню — сказал незнакомец — Не думал что встречу в этих краях того, кто ее еще знает.

— Ну, так ясень пень! — воскликнул Металлист — Я раньше музыкантом был, вот и помню ее хорошо. Одна из моих любимых.

— Как и моя.

— Я смотрю, ты толковый мужик. Хоть и не вижу тебя….Как звать то?

— Зовите меня Джобс! Или Всезнающий. Так все называют.

— Заметано. А меня Металлист. Тут рядом со мной Шаста сидит, потом Ранеш с татухой, Виджай, командир наш, Садхир, Амар и Рохан с Богданом.

— Из этих имен, мне понятно только Богдан. — усмехнулся Джобс

— Да я тоже долго привыкал, но потом нормально все. Они парни хорошие. А еще..

— Металлист, заткнись — процедил Виджай — Джобс, так ты нас отпустишь или как?

— То, что вы не людоеды, это хорошо. Буддисты — пока не понятно хорошо или нет…

Все замерли в ожидании.

— Ну что же, выпущу вас, хочу поглядеть на вас поближе, а дальше решим что делать. Только смотрите, если что, ребята вас быстро уложат ясно? — Джобс посветил на всех. Путники закивали в ответ-Вот и чудно. Добрый я сегодня. Вам повезло. Ждите… — Джобс вышел за дверь.

— Так парни, сейчас действуем быстро. Ищем наши стволы и комбезы. Ищем выход и находим Ратху. Если они ее еще не разобрали на запчасти. — сказал Виджай

— Нет! Не надо — сказал Шаста — Он же сказал, что отпустит нас. Тем более, мы не знаем, как выбираться. Что если это подземный бункер или убежище? Нам просто так не выбраться, а эти дети знают тут все, как свои пять пальцев. Нас снова усыпят.

— Ели возьмем в заложники этого Всезнающего, они нам ничего не сделают. Тем более подростков шестеро. А выход мы найдем. — парировал Виджай.

— Послушайте, они обычные дети. Они не представляют опасности для нас. Зачем снова все крушить?

— Делай, как говорю, тогда и выберемся. Нельзя терять времени.

— А, по-моему, этот Джобс нормальный мужик. Хоть и с причудами — сказал Садхир

— Плевать, нормальный или нет. Нам надо уходить.

Дверь снова открылась и в комнату зашли пятеро подростков. Возле двери остался стоять тот серокожий гигант. Шаста напрягся.

Встав у клеток, дети наставили оружие на пленников. За ними зашел Джобс со связкой ключей в руках.

Открыв клетку напротив, Джобс приказал, двоим подросткам вытащить кшатриев. На глаза Богдана и Садхира накинули черные повязки, и повели куда-то за дверь.

Шаста заметил в свете фонаря лежащего Амара. Он все еще спал. Рядом сидел Рохан уткнувшись взглядом в пол.

— Дядька вставайте — сказала рыжеволосая девчонка и потыкала кшатрия стволом арбалета.

Действие яда еще не прошло полностью, и Рохан сидел, немного пошатываясь периодически размахивая руками перед лицом.

К клетке подошел здоровяк, и, закинув Рохана и Амара себе на плечи, понес их за дверь.

Джобс подошел к Шасте. Дети сказали кшатриям подняться и попросили их надеть повязки на глаза.

Что было дальше, парень не видел. Их вели по лестнице наверх, потом повернули на право, еще раз на право и на лево. Шаста старался запоминать дорогу, но ходов было слишком много, он просто не успевал запомнить все.

Пленников остановили и сняли с них повязки.

От яркого света ультрафиолетовой лампы, у Шасты зарябило в глазах. Непроизвольно потекли слезы. Он огляделся на других. Виджай Ранеш и Металлист тоже зажмурились. Садхир и Богдан стояли у стены слева рядом с детьми.

Отряд стоял посередине большой полукруглой комнаты. На низком потолке, горизонтально, висели цилиндрические лампы светившие ультрафиолетом. Стены комнаты были металлическими и отсвечивали свет от ламп. Вдоль них тянулись различные трубы, зигзагом тянувшиеся куда-то в коридор у входа.

У стены напротив, стоял широкий стол, за которым сидел Джобс. Шаста удивился от увиденного, да и другие кшатрии тоже стояли в изумлении. Юноша впервые видел человека в такой непонятной одежде.

Всезнающий носил рубашку, в крупную клетку, заправленную в классические узкие джинсы. Поверх рубашки была одета кожаная жилетка с маленькими карманами на пуговицах. На ногах, Джобс носил красные кеды с высокой шнуровкой, на которых с боку была эмблема в виде звезды.

Лицо Джобса было худощавым, но густая рыжая борода придавала полноты. Волосы зачесаны на правую стороны, а с левой гладко выбриты. На щеках были маленькие веснушки, покрывающие все лицо. Черные бусинки глаз, закрывали прозрачные очки с большой пластиковой оправе синего цвета.

— Какого черта? Ты же сказал, что отпустишь нас — сказал Виджай

— Да, отпущу, но не сейчас.

— Что?! — глаза кшатрия гневно сверкнули

— Спокойно. Вы уйдете, но позже. В городе снова появился туман. Там опасно.

— Что за туман? — спросил Ранеш

— Мы точно не знаем — сказала девчонка — Он приходит со стороны разлива и полностью накрывает город, пожирая все живое на своем пути. Этот туман опасен.

— На прошлой неделе мы отправляли людей для поиска вещей и еды. Когда город накрыло туманом, отряд исчез. Больше мы их не встречали. Ни оружия, ни вещей и следов крови.

— Ясно… — ответил Виджай

— Наша дрезина. Где она? — спросил Шаста

— Она осталась у платформы.

Девчонка сняла респиратор и отложила в сторону духовое оружие.

Рыжеволосая выглядела на лет пятнадцать, но из-за серьезного и целеустремленного вида, так вообще на все двадцать. Она была довольно миловидная. Маленькие губки, круглое личико, курносая с веснушками.

— Меня зовут Шельма — представилась девочка — Это Сокол — показала она на парня с луком — Это Роди и Кэп.

Мальчишка в бронежилете и блондин со щитом кивнули.

— А это Штырь и Макс — девочка показала пальцем на серокожего стоявшего позади кшатриев и на парня с копьем. — Мы отряд охотников.

Шаста еще раз посмотрел на детей и вспомнил, на кого они были так похожи.

Серокожий посмотрел на Виджая и, вытянув руку, промычал.

— Он просит вас поздороваться с ним — сказала девочка.

Гигант округлил маленькие глаза и начал дергать рукой перед кшатрием.

Виджай пересилив свою неприязнь, пожал руку гиганту.

— М-мА…Мак…Макс! — выговорил гигант — Мак-с! Макс!

— Виджай

— Ви-Виж… Вижай…Вижай!! — закивал Макс — Вижай! Макс! Вижай!

— Да-да, Виджай

Макс широко улыбнулся, оголив свои редкие зубы.

Кшатрий заметил, что Макс был поменьше, чем его сородичи Блокадники из города. Он был ниже, голова побольше и кожа позеленее. Он был больше похож на… подростка. Да и больше был похож не на монстра, а на умственно отсталого ребенка.

— Где вы его взяли, такого? — спросил кшатрий, показав на Макса

— Мы нашли его возле Лисьего Носа. Он был маленьким тогда. Рядом с ним нашли скелеты, таких же как и он. Наверное, родителей. Он вел себя дико и боялся к нам подходить. А потом, мы ему понравились и мы его взяли с собой. Вырастили и научили говорить. Немножко конечно, но что-то говорит и понимает-ответила Шельма.

— Видал когда-нибудь Блокадника подростка? — спросил Ранеш

— Нет. Никогда. Зато теперь ясно, откуда новые берутся. У них оказывается, дети есть…

— Джобс, так кто вы и где мы находимся? — спросил Богдан

— Я вам все покажу и расскажу. Идемте за мной. Остальные ждут нас.

— Остальные?

— Да. Нас много- улыбнулась Шельма

— Сначала скажите, что с Амаром будет?

— Мы его уложим спать и второго тоже.

— Хорошо. Проследите за ними — сказал Виджай

— Идемте за мной — Джобс всех подозвал рукой к себе.

Выйдя в длинный коридор кшатрии, пошли к большой двери впереди.

— Мужики, а вы заметили, что у него кеды "Конверс"? — шепотом спросил Металлист

— По виду, очень старые. — сказал Садхир

Джобс усмехнулся, покачав головой. Подойдя к двери, кшатрии остановились. Джобс выйдя вперед, приоткрыл дверь и сказал:

— Добро пожаловать в убежище "Двадцать шесть"!

То, что было за дверью, поразило всех. Шаста и Металлист стояли с открытыми ртами. Ранеш и Виджай замерли с непонятливыми взглядами. Даже невозмутимый Богдан двинул бровью и крякнул от неожиданности. Садхир присвистнув, зачесал рукой непослушные дрэды.

Кшатрии оказались в большой…Нет…Огромной комнате полностью забитой людьми молодого возраста. Начиная от семилетних заканчивая двадцати восьми летними. Среди них не было ни одного взрослого человека за тридцать.

Юноши и девушки, мальчики и девочки.

Все о чем-то говорили, спорили, играли, улыбались и смеялись. Некоторые говорили слишком громко пытаясь перекричать других.

Юные жители убежища были одинаково одеты. Почти одинаково. Различался только цвет одежды. Мальчишки носили узкие джинсы с клетчатыми рубашками и жилетками поверх них. Прически и кеды, были точно такие же, как и у Джобса. Даже очки одинаковые носили, некоторые были без стекол, и служили как украшение, дабы не выделяться из толпы.

Девушки носили рваные бриджи до колен. Поверх надеты точно такие же рубашки в клетку. Некоторые рубашки были им великоваты и висели балахоном на худеньких плечиках. Должно быть, донашивали за юношами. Несколько девушек носили сероватые платья с узорами в стиле ретро. Ребята помладше были одеты почти так же, только одежда была более цветастая и разношерстная. Малыши очень сильно выделялись из толпы не только внешним видом, но и поведением.

При всей такой необычности и яркости, было видно, что одежда старая и поношенная. Джинсы в некоторых местах зашиты заплатками. Шнурки на кедах висели лохмотьями, а сами кеды были порванными и грязноватыми. Волосы, несмотря на одинаковые прически, были сальными и немытыми.

Вся комната была увешана различными аксессуарами и предметами: потрескавшиеся виниловые диски, различные сумки и рюкзаки, брелки, диски, книги. Шаста увидел несколько необычных предметов на столе. Они были разного цвета, но имели одинаковую форму. На коротком ободке были прикреплены две шайбы с обеих сторон. От одной из шайб тянулся проводок.

Шасте захотелось посмотреть это чудо техники, но подойти к столу не решался. Глядя на всех жителей убежища, Шаста подумал, что никогда в жизни не видел таких приветливых и беззаботных людей.

— Е-мое! — воскликнул Металлист — Вы что, хипстеры?!

— Вроде того-улыбнулся Джобс

— Сколько же тут детей. И откуда они все? — спросил Ранеш

— Потом расскажу. А сейчас идемте за мной, мне надо готовится.

— К чему? — спросил Садхир

— К моему Дню Рождения.

Джобс повел кшатриев сквозь толпу.

Жители убежища стали оглядываться на незнакомцев. Многие косо смотрели на них. И так ясно было, что тут недолюбливают людей старшего возраста. Виджай старался не обращать на них внимания, но взгляд все время цеплялся за яркие одежды подростков.

Шаста заметил, как две девушки смотрят на него. Он огляделся и те спрятав глаза, тихо засмеялись. Парню стало неловко.

— Доброго дня, Всезнающий — сказал один из юношей.

— Доброго дня, мой юный друг — Джобс улыбнулся и пошел дальше.

Попадавшиеся юноши и девушки все чаще стали здороваться с Джобсом. Тот в ответ всем кивал и произносил одну и ту же фразу.

Шаста посмотрел на одну парочку, сидевшую возле выхода из помещения. Девушка посмотрела на Шасту и закусив губу улыбнулась ему. Шаста смущенно улыбнулся в ответ. Парень рядом с ней, зло посмотрел на кшатрия и обнял свою даму за талию.

Выйдя в широкий коридор, Джобс завел команду в еще одну комнату. Она была меньше чем другие и выглядела немного уютней. Маленькая лампа освещала деревянный стол, на котором лежали стопки различных бумаг и книг. Рядом со столом стоял шкаф, на котором висел плакат с красивой девицей в бикини.

— Сейчас мужики, вы обалдеете. — Сказал Джобс

— Да мы уже в шоке — сказал Садхир

Джобс полез под стол, и немного поширудив руками, достал оттуда плоскую дощечку белого цвета. На обратной стороне дощечки, был темный прямоугольник отражавший свет от лампы.

— Эмм. Это то, о чем я думаю? — сказал Металлист

— Именно! Довоенный планшет! Как вам а?! — Джобс с гордостью посмотрел на кшатриев. Те с удивлением смотрели на дощечку. Шаста с любопытством заглядывал за плечо впереди стоящего Виджая.

— Немыслимо… Как он у тебя уцелел? Не работает, я уверен в этом — сказал кшатрий.

— Еще как работает, только зарядка нужна. И можно попробовать включить.

— А есть чем заряжать?

— Есть, только придется попотеть.

— Давай! Давай! Давай! — кричал Металлист Богдану, который уже до седьмого пота крутил педали на велоаккумуляторе.

По соседству с Богданом, сидел Садхир, накручивающий педали на втором аккумуляторе.

Шаста Ранеш и Виджай, стояли в стороне и наблюдали за товарищами, иногда посмеиваясь.

Кшатрии стояли в генераторной убежища. Как оказалось энергию тут экономили, дабы не перегружать генератор, который должен был выдавать стандартные двести двадцать, но вырабатывал всего сто десять вольт. От чего освещение в убежище было скудноватым, а по ночам и вовсе отключалось. Только потом, Джобс подключил два старых аккумулятора к генератору и придумал велосипедную систему для получения энергии. Сами жители, использовали энергию на полную только по праздникам или каким- то важным событиям. А сегодня такое событие и было. Причем, оно было самым важным из всех.

— Да!! — воскликнул Джобс — Ха-ха! Заработал. Я же говорил! Думаю, тридцати процентов зарядки нам хватит. Поэтому, гости дорогие, идемте праздновать!

Адмиралтеец слез с велосипеда и отдышался. Своим недовольным видом, он дал понять всем, что лучше его не трогать. А вот Садхиру понравилось. Кшатрий сказал, что это хорошая разминка для ног, и теперь ему захотелось такой тренажер на Старую Деревню.

Вернувшись в главный зал убежища, кшатриев встретили Амар и Рохан, которые очухались после снотворного. Амар выглядел уставшим. Под глазами появились синяки, лицо побледнело.

— Амар! Братуха! — Садхир обнял друга и пожал ему руку — Ну ты как?

— Устал сильно. Голова болит. Чем нас так приложили?

— Это был яд из водорослей. На нас всех так подействовало.

— Ясно…. Не плохо тут эти джентльмены устроились. Столько детей…

— Идем за стол, у Джобса праздник сегодня.

Амар молча сел вместе с другом за длинный стол.

Рохан, не приняв гостеприимства коммуны, присел позади всей толпы и, накинув капюшон на голову, стал наблюдать за всеми.

Дети расселись по местам. В зал зашли шестеро охотников с Шельмой во главе. Девчонка села поближе к кшатриям и с серьезным видом стала наблюдать за происходящим.

Перед столом была импровизированная сцена, на которой стоял трон, собранный из металлических обложкой и кусков арматуры. За троном была стена. На нее привесили старую занавеску, которая явно что-то прикрывала.

На трон сел Джобс. Толпа подростков радостно загудела. Джобс поднял руку над головой, шум постепенно утих.

— Дети мои умы! Сегодня мы празднуем мой тридцать девятый День Рождения! — зычным голосом сказал Джобс

Все восторженно охнули и захлопали.

— Уже как двадцать лет, мы живем на обломках старого мира. Но мы с вами не сдаемся! Мы дети нового мира, но мы следуем по стопам наших предков. Они творили жизнь, создавали необычные вещи, которые остались брошенными в новом мире… Мы с вами тоже способны сотворить что-то новое в этом мире! Изменить его! Главное в нашем деле это работа, да. Но а что же еще нужно нам, чтобы что-то создать?

— Думать иначе! Думать иначе! Думать иначе! — прокричала толпа

— Да… — Джобс понизил голос — Не бойтесь творить! Не бойтесь перемен. Не бойтесь смерти!… Смерть — это причина перемен, она отчищает старое, чтобы открыть дорогу новому… Многие погибли из нас, но они погибли не напрасно. Они верили в свою идею, они были другими и думали иначе… Сейчас, я покажу вам то, что изменило мою жизнь, сделало ее ярче. Я стал жить по-новому! Когда я был молод, все мы были счастливы, благодаря этому древнему артефакту. — Джобс медленно подошел к занавеске.

— Твори! Твори! Твори! — монотонно загудели дети.

Джобс отдернул занавеску. Все заликовали. Некоторые встали со своих мест и стали хлопать.

На стене висела собранная из досок и покрашенная серым цветом фигура в форме яблока. Одна его половинка была вырезана, что создавало впечатленные, будто кто-то надкусил его.

— Что это дети мои?!! — произнес Джобс властным голосом.

— Артефакт жизни! Он сотворил новую эпоху!

— Как называется эта эпоха?!

— Эпоха "Ай"! Эпоха "Ай"!

— Да дети мои… Артефакт сотворил новую эпоху. И люди стали жить по новому! Их жизнь стала ярче… Но кто им в этом помогал? Кто же, кто давал людям безграничные возможности?

— Апостолы! Святые Апостолы!

— Их имена?!

— Айфон! Айпад! Айпод! Айфон! Айпад! Айпод!

Толпа повторяла это по несколько раз. Дети настолько завораживающе слушали Джобса, что казалось, они вот-вот его съедят.

— Мда-а, запудрил он детишкам мозги — шепотом сказал Металлист сидящему справа Виджаю.

— Нет. Он тут ни при чем. Дети сами сделали из него идола, даже, скорее не из него, а из того, о чем он говорит.

Джобс поднял руку и толпа стихла. Он подошел к столу и, взяв планшет, поднял его над головой. Ребята снова зашумели.

— Но, дети мои, вы должны понимать, что апостолы почти бессильны без великой богини…. И имя ее?!

— Всемирная сеть! ВСЕМИРНАЯ СЕТЬ!

— Да…Великая…Могущественная… Необъемлемая… И очень, скажу я вам, загадочная…. Благодаря Сети, люди стали видеть все красоты мира. И благодаря апостолам, каждый человек мог за секунду заглянуть в любой уголок Земли. Апостолы управляли жизнью людей и Всемирная Сеть!..

— Скажи, о Всезнающий, а можно ли было общаться с другими людьми, когда была Всемирная Сеть? — спросил один из юношей

— Да, конечно. Люди всегда общались через нее. Она связывала их судьбы.

— Скажи, о Всезнающий, а люди были вместе, как мы сейчас? Или они общались только в Сети? — спросил второй юноша. Дети зло посмотрели на него и тот с растерянным взглядом сел на место.

— Конечно, были, мой юный друг, но редко. — Джобс улыбнулся.

— Всезнающий, а что случилось с Всемирной Сетью? спросила девушка из толпы.

— Она ушла из нашего мира и больше не появлялась…

Дети с грустью вздохнули.

— Не надо печалиться, дети мои. Мы здесь с вами для того, чтобы возродить ее. Сотворить новую жизнь, новые артефакты!

— Но как мы это сделаем? — спросил маленький мальчишка.

— Мы восстановим контакт с миром, у нас будет новая Всемирная Сеть!…Сегодня к нам пришли путники из далекого города. Не бойтесь их. Они не причинят вам зла. Да они взрослые, но не злые. С них мы и начнем наш путь по созданию Сети. Так ведь друзья? — Джобс посмотрел на кшатриев, те неловко улыбнувшись, покивали в ответ.

— А сейчас, давайте забудем о грустном и начнем пир!

Дети завизжали от радости.

— И в этом нам поможет один из апостолов! Вставайте, будем танцевать!

Дети раздвинули стол и убрали стулья, освобождая место для танцев.

Несколько юношей втащили в зал один из аккумуляторов, вместе с ним две, средней величины, музыкальные колонки. Вопрос — "Откуда они взяли такое богатство?",Виджай мысленно оставил на потом. Детишки подтянули провода колонок к аккумулятору и один парень, сев за велосипед, стал накручивать педали.

Джобс, повозив пальцем по светящемуся экрану планшета, присоединил короткий проводок к одной из колонок.

— Начнем друзья!! — Джобс что-то нажал на планшете, и из колонок раздался звук барабанов, а после него заиграла гитара в незатейливом, но энергичном ритме регги.

Вся молодежь начала приседать под ритм песни и подняв руки вверх, стала раскачивать ими из стороны в сторону. Когда начались слова, вся толпа громко запела:

-

Неизбежность войны предвкушаю

крах!

Если я

говорю, значит,

он прав.

Армагеддон — это больше чем страх

Это любовь

,

это слезы и боль

Твоих сыновей

Африка!

О-е

!!

По пути в Белоостров, путники старались не отвлекаться на пустые разговоры, дабы не привлекать к себе внимание притаившихся хищников. Несмотря на небольшое расстояние между Курортом и поселком, дорога здесь была довольно опасная. Между приморским шоссе и железной дорогой тянулась река, в которой то и дело плескалась вода от игривых движений некоего существа.

Виджай старался экономить бензин для остального пути. Полных канистр осталось всего пять. Хорошо, что еще было пол бочки бензина, которая уцелела после сражения с лахтинским монстром.

Впереди, на развилке дороги, показалась платформа станции, сразу за которой виднелась разрушенная эстакада ЗСД, уходящая далеко на запад. По словам Металлиста, вход в бункер находился за шоссе, в месте под названием "Новый Белоостров", поэтому следующую дорогу пришлось пройти пешком.

Пройдя через шоссе, отряд прошел в лесной массив, в котором стояли двух и трехэтажные дома. Сами дома выглядели неплохо, по сравнению с остальными в поселке. Покатые, обнесенные кровлей крыши, стены из крепкого дерева, которые за двадцать лет так и не прогнили насквозь. Видно было, что до войны здешние обитали, были более состоятельные, чем остальные жители городка.

Металлист повел отряд на один из дачных участков. За кронами сосен проглядывался невысокий холм, покрытый бурым мхом и поросший высоким кустарником. Металлист уверенно прошагал к холму. Достав из чехла свой нож, сталкер точными ударами срезал несколько веток кустарника и отбросил их в сторону. В глубине холма, четко вырисовывалась круглая форма гермоворот бункера. Герма была покрыта мхом, из-за чего ее было сложно заметить издалека. Как сказал Металлист, дверь они сами накрыли ветками, чтобы никто не нашел это место.

Сталкер подозвал Ранеша, и вместе они сдвинули тяжелую герму в сторону.

Из непроглядного мрака тоннеля ведущего в недра убежища, с воем пронесся холодный ветер. Запахло сыростью и некой горькостью. В носу зарябило, Шаста прикрывшись рукой чихнул.

— Надеть противогазы! — скомандовал Виджай

Кшатрий, прильнув к прицелу автомата, начал спускаться первым. Включив налобный фонарь, Виджай озаряясь по сторонам, выхватывал лучом света поржавевшие стены убежища.

Отряд спускался вниз по бетонной лестнице с короткими ступеньками, вдоль которых тянулись провода и кабели.

Вскоре кшатрии вышли в первый зал убежища. Вокруг лежал мусор, сплошь состоящий из листков бумаги, пластиковых бутылок и остатков полиэтиленовых упаковок. Окружение зала отдаленно напоминало отсеки сестрорецкого убежища. Похоже, что оба бункера делали по одному проекту. Но белоостровское убежище выглядело более обшарпанным и грязным, по сравнению с бункером хипстеров.

На потолке, некоторые лампы были разбиты, стекольные рамы, ведущие в соседние отсеки выбиты либо треснуты. Создавалось ощущение, что убежищу лет тридцать, а не двадцать, хоть оно и было покинуто пару недель назад.

Такая обстановка напрягала всех. Чувствовалось присутствие некоего врага, который затаился в недрах убежища и поджидал путников, чтобы в один прекрасный миг сожрать по одному двуногому из отряда.

Виджай взглянув на дозиметр, дал всем отмашку двигаться дальше. Кшатрии с осторожностью пошли за командиром.

Зайдя за угол и остановившись в широком коридоре, кшатрий жестом приказал всем остановиться, а сам с дозиметром прошел пару метров вперед.

— Уровень норма. Снимайте противогазы.

Все с облегчением сняли давящие противогазы и осмотрелись.

— Двигаемся дальше.

По пути, мусора и разбитых стекол попадалось еще больше. Дойдя до широкой двери, Виджай резко толкнул ее вперед и вошел в просторный зал. Зал был точной копией сестрорецкого, но только более мрачноватый и грязный. Ранеш медленно светил фонарем по потолку высвечивая разбитые ультрафиолетовые лампы. Кшатрий навел луч света на стену и дернулся.

Шаста заглянул за плечо бородача и увидел на стене рисунок девочки с длинными волосами. Одной рукой она держалась за мягкую игрушку, а второй держалась за руку женщины.

Виджай посветил на стену напротив. В луче фонаря показались еще рисунки. На этот раз это были рисунки животных. Слонов, тигров, птиц и длинношеих зверей, которых Шаста сначала принял за больших птиц без крыльев, но разглядев копыта на длинных ногах, понял что это далеко не пернатое создание.

Виджай подошел ближе к столу в углу зала. На нем лежала порванная одежда и скомканные сумки.

— Ну и что это за художества? — спросил Металлист

— Ты говоришь, они пришли к вам, не имея вещей? — спросил Виджай

— Ага. Все были одеты в рванье всякое. Даже без оружия.

— Что-то их сильно напугало. Они покинули убежище в спешке и ничего не взяли.

Шаста посмотрел на стену еще раз. Проведя фонарем сверху вниз, юноша заметил небольшое поблескивание металла у основания рисунка. Приглядевшись, юноша увидел маленькую брешь в стенке. По краям куски стенки были не металлическими, и были больше похожи на сухари от хлеба. Шаста пальцами потрогал края. Маленький кусочек стенки отвалился и рассыпался на мелкие пылинки. Шаста прикрыл нос и еле сдержал очередной чих.

Юноша погладил центр бреши. На ощупь, это был самый что ни наесть металл. Холодный, гладкий.

— Идите сюда. Это не ржавчина — Шаста повесил автомат на плечо и схватил нож.

Все подошли к парню и начали светить фонарями на стену. Шаста отрезал кусок этой субстанции и протянул Виджаю.

— Оно как хлеб крошится. Настоящая стенка за этим.

— Может это мох — Виджай повертел кусок в руке — Или плесень.

— Похоже на плесень — сказал Ранеш

— Потом разберемся. Надо найти генераторную — Виджай раскрошил кусок плесени и пошагал вперед.

Металлист отрубил еще кусочек и, раскрошив его, начал вынюхивать пылинки. Потеребив нос, сталкер прошел в другой конец зала, как вдруг увидел впереди размытый силуэт знакомого человека. Человек вышел навстречу сталкеру и тот обомлел.

— Здравствуй Саша

— Колян?! Какого хрена?!

— Я тоже рад тебя видеть — человек улыбнулся

— Ты что тут делаешь, ты же сдох!

— Как грубо. Всегда ты таким был.

— Иди ты…

— Балагур и весельчак Сашка. Все застрял в своих восемнадцати. Взрослеть не пора?

— Заткнись. Это бред. Ты здесь быть не должен. Тебя тут не-е-т — Металлист поводил руками перед лицом Николая.

— Разуй глаза. Ты выжил Сашка, единственный из всех. Совесть не мучает?

— За что она меня должна мучить?

— Бросил ты друзей, не помог нам.

— Сами погибли. А мне фортануло.

— И хорошо тебе без нас живется?

— Нормально. Хоть и не привычно.

— Значит, помнишь о нас?

— Каждый день Коля, каждый день…

— Если говоришь фортануло, то не проживи зря жизу свою.

— Ай, уйди, будешь мне тут еще мораль читать — сталкер махнул рукой и Николай исчез.

Металлист встряхнул головой и огляделся. Коли нигде не было.

— Что же за хрень такая?

Виджай толкнул следующую дверь, и в зал резко влетела накопившиеся пыль. Ранеш и Богдан, не выдержав, начали чихать и шмыгать носами. Виджай прикрылся ладонью, но пыль попала в глаза. Кшатрий зажмурился, глаза заслезились.

Шаста отошел от группы и стал разглядывать рисунки на стенах. Рисунки попадались все чаще, и вид их был более необычным. Непонятные треугольники, квадраты, круги и овалы. За ними были кляксы и росчерки. На ум пришло необычное слово, которое ему сказал Навин еще на дозоре — абстракционизм. Наверное, древнее искусство выглядело именно так.

Шаста вдруг почувствовал, как на него кто-то пристально смотрит. Резко развернувшись, юноша краем глаза увидел промелькнувшую тень, которая скрылась в проходе. Шаста нацелился в дверной проем, но его взгляд перешел на Металлиста, который жестикулируя, общался с кем-то невидимым. А потом, махнув рукой, помотал головой.

— Металлист все в порядке?

— В полном.

Внезапно раздался выстрел. Кшатрии обернулись и увидели как Садхир набрасывается на Рохана выбивая автомат из его рук.

— Царство тьмы! Царство тьмы! Мы снова здесь… демоны повсюду. Они окружают нас!!

— Успокойся идиот! — Садхир схватил Рохана за шею, Кшатрий извернулся и ударил Садхира в живот. Дико завопив и брызжа слюной, Рохан навалился на Садхира. Подбежавший Ранеш стащил разъяренного кшатрия с напарника и двинул ему по челюсти. Вдруг, Ранеш остановился. Вместо Рохана перед ним стояла его мама.

— Здравствуй Димочка

— Мама?

— Что же ты сынок, не приехал к нам? Мы так надеялись на тебя.

— Мам, я не смог, я был с Лешкой в Питере, я не успел бы…Простите меня…

— Эх, Димочка, уходи и поскорей…

Ранеш огляделся, его мама исчезла, и на ее месте снова появился Рохан, который занес кулак и ударил бородача в лицо. Ранеш пошатнулся. Кшатрий всем телом навалился на Рохана и мощным ударом своих ручищ, отправил того в нокаут.

Богдан и Садхир навалились на Ранеша и начали его оттаскивать от Рохана. Внезапно Богдан выпустил автомат из рук. Адмиралтеец с поникшим взглядом уставился в пол, а потом упал на колени и зарыдал.

— Богдан! Богдан что с тобой! — Садхир нагнулся над адмиралтейцем. Тот посмотрел на Садхира. За место лица Богдана, Садхир увидел окровавленное лицо Амара. Кшатрий упал на землю и со страхом на глазах начал отползать от своего друга. Амар с отчаянием смотрел ему в след что-то шепча. Садхир облокотился на опрокинутый стол и закрыл глаза.

Шаста не понимал что происходит, он не заметил, как Металлист начал снова разговаривать с невидимкой. Юноша посмотрел на Виджая, который стоял в стороне от всех и просто наблюдал за происходящим, не пытаясь даже вмешаться. Автомат кшатрия валялся на полу.

Шаста подбежал к нему и схватил за грудки

— Виджай очнитесь! Виджай!

Виджай обреченно посмотрел в глаза Шасты. На месте юноши появился Динеш. Парень был весь в крови и царапинах.

— Вы не спасли меня, Виджай. Вы не достойны ничего…

Кшатрий пришел в ярость и выхватил "винчестер", но кто-то ударил его по руке и дробовик вылетел.

— ВЫ НЕ СПАСЛИ МЕНЯ! — закричал мертвый Динеш

Виджай оттолкнул парня и побежал по коридору. Навстречу выскакивали лица всех погибших, с которыми он был когда-то знаком.

— Ты не спас нас! Не спас! — прокричала маленькая девочка в лохмотьях.

— Почему ты нас предал? — спросил юноша с окровавленной головой.

Виджай бежал, спотыкаясь и не оборачиваясь. Впереди появлялись силуэты, которые сменялись друг другом с бешеной скоростью.

— Ты же обещал, что не бросишь нас — сказала его мама

— Сынок, вернись — рядом появился отец

— Ты бросил всех нас! — зло произнес слепой старик в сером плаще.

— Почему?! Почему?! — крикнул еще один погибший кшатрий

— За что Виджай?! За что! — закричали все голоса

— За что!

— ЗА ЧТО!

Виджай выбежал и открыл дверь и увидел перед собой светлую комнату усеянную цветами и узорчатыми вазами. На встречу Виджаю вышла девушка со светлыми волосами и в летнем сарафане.

— Леночка?

— Ты забыл про меня Виджай…

— Нет. Нет конечно. Я никогда тебя не забывал любимая.

— Ты не спас меня и других тоже не спас. А что теперь? Пытаешься убежать от нас? Ты думаешь, что мы твои демоны? Как всегда бежишь от проблем, как всегда…

— Я спасу всех, я обещал…

— Никого ты не спасешь. Опоздал ты…. Нет никого. ТЫ ОДИН. ОДИН! НИКОМУ НЕ НУЖЕН!!

— Не говори так Леночка…не говори, прошу тебя.

— Забыл себя… Забыл что любишь.

— Никогда!..

— За что Виджай… ЗА ЧТО!!

— Виджай! — раздался голос сзади — Виджай, это все не настоящее! Это галлюцинации!

— Нет! Ты не имеешь права так говорить! Ты ничего не знаешь!

Шаста стоял и смотрел на Виджая. Его глаза полыхали безумием и отчаянием. Кшатрий развернулся и медленно пошел на парня с ножом.

Шаста стал отступать. Силуэт Виджая стал размазываться и на его месте появился тигр. Зверь оскалился и крадучись начал приближаться к своей жертве. Шкура тигра начала темнеть пока не стала сплошь черной. Морда тигра укоротилась и превратилась в кроваво красное лицо ракшаса. Монстр облизнулся длинным языком и встал на задние лапы. Он был огромным. Его белые зрачки на черных белках метались из стороны в стороны. Тварь занесла огромную лапу для удара. Сердце застучало быстрее, пот полился с лица. Но вместо страха появилась ярость и уверенность. Шаста направил ствол автомата на голову твари, как вдруг ракшас исчез и на его месте появился Виджай. Кшатрий занес руку с ножом и было уже ударил юношу, но вдруг что-то схватило его за запястье и резко выбило нож из руки. Кшатрий, пошатнувшись, упал на землю. Шаста в последний миг увидел силуэт маленького существа. Перед глазами все поплыло, картинки сменялись одна за другой и юноша потерял сознание…

Очнувшись, Шаста почувствовал. Как к горлу подступает ком, его вырвало. Живот схватило спазмами, тело бил озноб, голова ходила ходуном. Юноша не мог сфокусироваться на окружении. Тяжело дыша, Шаста облокотился на дерево. Он и сам не заметил, что это была сосна.

Шаста огляделся. Вокруг был знакомый дачный поселок. Сквозь пелену темных туч проступали лучи вечернего солнца. Небо стало заметно чище, и сквозь прорехи в облаках, было отчетливо видно голубоватый оттенок.

Вдруг, справа от себя, юноша услышал чье-то мурлыканье. Повернув голову, Шаста увидел небольшого зверька, который был похож одновременно на обезьяну и лемура. Маленькое тельце с пузиком, коротенькие задние лапки с руками-ступнями, четыре длинных руки и большая круглая голова, на которых были маленькие загнутые ушки и большущие глаза, как блюдца. Зверек любопытно смотрел на юношу и урчал. Шаста повернул голову налево и зверек повторил за ним, Шаста повернул голову на право, зверек снова повторил движение и заурчал.

— Ты кто такой?

— "Ур-Ур-Ур"- ответил тот.

— Эмм… Я тебя буду звать Ур, хорошо? — усмехнулся Шаста

Зверек довольно заурчал в ответ.

Юноша медленно потянул руку к зверенышу, тот принюхиваясь маленьким носиком, потихоньку подползал к нему. Прижав ушки, зверек наклонил голову и дал себя погладить. Шерсть была мягкой, щетинистой и очень теплой.

— Откуда ты такой взялся?

Зверек лапками показал в сторону леса и заурчал.

— Там твой дом?

— "Ур- Ур" — закивал звереныш

Шаста удивился. Как такой маленький зверек может хорошо понимать людей?

— Ты знаешь, что случилось с моими друзьями?

— "Ур-Ур"

— И что же?

Зверек залился урчанием, и начал жестами показывать все, что видел и знал. Из всей этой пантомимы, Шаста понял только то, что он показывал на убежище и то, что он вытащил оттуда кшатриев.

— Ты сам нас вытащил? Не думаю, что у тебя хватило бы сил.

Зверек оскалился и показал ряд мелких острых зубов. Он явно был не доволен высказыванием Шасты.

— Ну ладно, ладно. Может и сильный. Но, а все-таки как тебе это удалось?

Зверек протяжно заурчал, при этом, широко взмахнув руками, описал круг вокруг себя и ткнул пальцем себе в грудь.

— Эмм… Чего-то много?

Зверек закивал и снова показал это движение.

— А… Много…Много тебя. То есть, много таких как ты!

— "Ур-Ур-Ур"!!

— А где все? Такие как ты?

Зверек снова показал в сторону леса.

— Понял, Понял. Там твой дом.

Шаста осмотрелся вокруг. Все кшатрии еще лежали в отключке, но юноша заметил, что Металлист и Виджай начали просыпаться. Охая и стоная, кшатрии пытались подняться с земли.

— Посиди тут Ладно? Мои друзья очнулись.

Зверек любопытно посмотрел на Шасту и медленно пополз за ним.

— В-воды… — Простонал Металлист

Шаста быстро достал флягу с водой из рюкзака и, откупорив крышечку, прислонил горлышко ко рту сталкера. Металлист, жадно хлебая воду, резко поперхнулся и отвернулся от Шасты. Его вырвало.

Отдышавшись, сталкер схватился за голову и вытер рот.

— Вы как?

— Блин, вот так вштырило… Круче, чем грибочки.

Шаста усмехнулся и услышал шорох позади. Как оказалось, зверек полез в рюкзак Виджая и, достав оттуда еще одну флягу, повторил все движения за Шастой. Юноша еще раз удивился смекалке маленького друга.

Виджай откашлявшись, приподнялся на руках и, увидев зверька, начал отгонять его рукой.

— Эй, Эй. Это что за зараза?!

— Не трогайте его. Это Ур. Это он нас вытащил из убежища.

— Да откуда он такой взялся?!

— Из леса. Тут рядом живет его племя.

— Шаста убери его с меня. А то я за себя не ручаюсь — Виджай рукой отодвинул любопытную мордаху Ура.

Зверек оскалился на Виджая и ловким движением забрался на спину Шасты, и, свесив лапки, присел у него на плече, поглядывая на очнувшегося Металлиста.

— Это что за мартышка? — спросил сталкер

— Это не мартышка. Не совсем.

— Ну да…. Откуда им тут взяться.

Виджай выпил воды и, откашлявшись, посмотрел на остальных. Ранеш и Садхир тоже проснулись. Симптомы повторились, как и у всех. Прочистив желудки, кшатрии полезли за водой. Рохан и Богдан очнулись последними. Адмиралтеец, похоже, самый крепкий, просто присел у дерева, держась за голову. А Рохан прислонился к сосне и упал, на колени, тяжело дыша.

— И от чего это нас так? — спросил Металлист

— Может быть от плесени? — сказал Шаста — Там было очень много ее.

В подтверждение мыслей юноши, зверек утвердительно заурчал

— Ты знаешь, что это за плесень? — спросил юноша

Зверек снова заурчал и облизнулся.

— Нам надо обратно в убежище. — Упрямо сказал Виджай-Попробуем найти генератор и вентшахту.

— Не, я туда больше не пойду-сказал сталкер- Мне хватило одного прихода.

— Наденем противогазы, может, поможет.

Зверек спрыгнул с плеча Шасты и подпрыгнул к входу в убежище. Встав напротив темного прохода, звереныш начал обеспокоенно урчать и вертеть головой.

— Что такое Ур? — юноша подошел к нему, но зверек вытянул руки вперед, предупреждая его не ходить вниз.

— Не пускаешь да? Не бойся, мы наденем вот эти штуки. — Шаста показал зверенышу противогаз. Тот с любопытством посмотрел на него, но все равно покачал головой.

— И что же нам делать?

Ур опустил ушки и проскулил.

— Ну, уж нет. Нам надо попасть обратно- Виджай резко встал с земли и прошагал ко входу.

Звереныш снова оскалился на наставника и резко замер, широко открыв глаза. Внезапно Виджай остановился, словно перед невидимым барьером и схватился за голову. Помассировав виски, наставник присел на землю. Ур снова зашевелился и заскулил.

— Что с вами?

— Похоже твой друг ментал.

— Кто?

— Это тот, кто влияет на сознание других существ с помощью мыслей, то есть ментально. — сказал Металлист — Я в книжке вычитал.

Шаста удивленно посмотрел на звереныша, тот закивал головой.

— Так и чего же ты хочешь Ур? Пойми, нам надо туда попасть, это очень важно.

Зверек быстро допрыгал до высокой сосны. Ловко забравшись по веткам, Ур схватился за ствол дерева и начал громко и протяжно урчать.

Из глубины леса послышалось протяжное многоголосое урчание и улюлюканье. Кроны деревьев зашатались, ветки зашелестели. Что-то огромное двигалось на кшатриев. Металлист, Виджай и очнувшийся Ранеш, похватали свое оружие и нацелились на деревья. Шаста вглядывался в темноту леса. Как вдруг, оттуда, гигантской волной повыпрыгивала целая стая таких же зверенышей как и Ур. Их было больше сотни. Многие перепрыгивали с дерева на дерево, громко улюлюкая, другие бежали по земле, держа в руках палки и дубины. Некоторые были одеты в различные лохмотья и ожерелья в виде зубов каких-то других хищников. Один оказался побольше остальных, на круглой голове он носил заячью шкуру, на запястьях были привязаны кости в виде браслетов. В руках зверек держал длинную палку с острым наконечником. Шаста сразу понял, что это вождь племени.

Ур спрыгнул с дерева и залез на плечо Шасты. Кшатрии стояли растерянными. Никто не ожидал увидеть такую толпу лесных жителей. Виджай опустил автомат, остальные медленно повторили за ним. Глаза Ранеша округлились, бородач охнул, Металлист присвистнул. Садхир и Богдан стояли с открытыми ртами. Только Рохан был невозмутим.

— Вот это да! — воскликнул сталкер

Ур довольно заурчал

— Так значит это твое племя? — улыбнулся Шаста

— "Ур — Ур"!

Вперед всей стаи вышел вождь. Шерсть его была темнее и было заметно седину на голове. Поперек одного большого глаза тянулся шрам.

Вождь громко заурчал, все остальные за ним повторили и подняли палки и дубины вверх. Это было больше похоже на боевой клич, нежели на приветствие.

Ур спрыгнул с плеча и, опустив ушки, медленно подошел к вождю. Тот нахмурившись принюхался к зверьку. Потом что-то проурчал и погладил Ура по голове. Звереныш засмущался. Из толпы выбежал еще один звереныш. Он был более светлого окраса, худее. Глаза такие же большие, но более светлые. Зверек подошел к Уру и пригладился, к нему головой, тихонько мурлыча. Ур замурлыкал в ответ. Шаста понял, что это девочка.

— Это твоя подружка?

— "Ур-Ур-Ур"

Самочка мурчала более протяжно, и обычное "Ур-Ур", было больше похоже на "Уруру"

— Эвоки блин. — сказал Металлист

— Шаста, спроси его, зачем он остальных позвал. — сказал Виджай

Ур услышал кшатрия и быстренько допрыгал до входа в убежище. Звереныш начал громко мурчать и жестикулировать. Соплеменники с любопытством слушали его, а потом все разом посмотрели на вождя. Тот коротко и сердито заурчал.

Кшатрии с любопытством наблюдали за общением зверят. Металлист присел рядом с Шастой и вслушался в их урчание. Виджай сурово и с нетерпением посмотрел на стаю, Ранеш подошел к кшатрию, и, усмехнувшись, ткнул напарника локтем в бок.

Вождь и Ур на повышенных тонах перебивали друг друга. Но потом Вождь фыркнул носом и отошел от Ура. Тот взмахнул руками и победно заулюлюкал, а потом быстро нырнул в темный зев прохода. Все племя одной большой кучей побежали за ним.

Шаста еще раз, посмотрев на это племя, прозвал их для себя "Ванары"- храбрые и преданные воины Рамы, которые были очень любопытными и склонными к приключениям, и всегда участвовали в сражениях бок о бок со своим лидером.

— Может, пойдем за ними? — сказал юноша, посмотрев на Виджая — Похоже, они знают что делать.

Кшатрий, вздохнув, поднял свой рюкзак.

— Идем. Ранеш, Металлист и Богдан с нами. Рохан и Садхир остаетесь у входа.

— Ох-ох, плохо это, плохо. — Пробубнил Ранеш

— Надеть противогазы!

Кшатрии спустились в убежище.

То, что они увидели, привело всех в изумление. Ванары облепили все стены убежища и начали слизывать языками корку наросшей плесени, отчищая стены. На месте наростов, оставался чистый металл, поблескивающий в свете фонарей.

Довольные зверята мурлыкали от удовольствия. Похоже что для них эта плесень была не опасна, и являлась неким деликатесом или десертом.

— Твои друзья, любители хорошо поесть — подмигнул Ранеш

Кшатрии двинулись вслед за толпой и вскоре отряд и племя дошли до того самого зала. Виджай нашел свой дробовик. Повесив его за спину. Кшатрий подобрал автомат, который валялся у груды мусора. Рефлекторно дернув затвор, и прильнув к прицелу, наставник побрел дальше.

— Теперь понятно, что случилось с жителями убежища-сказал Богдан — Они надышались плесени

— Ага, то-то они такие странные были. Наверно приходы ловили, мама не горюй — усмехнулся Металлист

Пройдя еще несколько отсеков отчищенных от плесени, кшатрии попали на уровень ниже. Убежище было довольно большим, но все-таки уступало в размерах сестрорецкому.

Отряд добрел до крепкой металлической двери, на которой было изображение черепа с перекрещенными костями.

— Вот и генераторная. Проверим.

Виджай приоткрыл дверь, проверяя углы, и шагнул внутрь. Помещение было все в плесени, еще хуже чем другие отсеки убежища.

К Шасте подбежал Ур и урчанием подозвал своих соплеменников. Звереныши всей толпой забежали в генераторную и начали карабкаться по стенам, слизывая и грызя корку плесени. Кшатрии подождали, пока Ванары полностью отчистят помещение и начали осматривать генератор.

— Где-то тут должен быть рубильник или щиток-Виджай посветил фонарем на стены. — А вот и он.

Кшатрий подошел к четырем тумблерам на панели и все поочередно включил. Генератор крякнув и зашипев тихо начал гудеть. Виджай двинул рычаг на себя. Вдруг замигала лампочка на потолке, за ней включились соседние. Виджай наподдав еще, двинул рычаг до упора. Что-то загудело и зашипело и вдруг многочисленные лампы в коридоре, начали вспыхивать ярким светом.

— Ура! — крикнул Металлист

Ранеш и Шаста заулыбались.

— Ну что же с эти разобрались-сказал Виджай, и поправив ремень автомата, добавил — Осталось найти вентшахту. За мной.

Как оказалось, вся вентиляционная шахта была полностью в плесени, но благодаря Ванарам, ее быстро отчистили. Отряд после перезапуска шахты, начал осматривать жилые отсеки убежища, пока не наткнулись на большую столовую возле центрального зала. В больших морозильных камерах, все еще оставались запасы еды и воды, а уровнем ниже, кшатрии нашли арсенал убежища, который был не шибко богатым.

После осмотра всего бункера, кшатрии вышли на поверхность и решили устроить привал. Любопытные Ванары облюбовали убежище и только некоторые из них вышли наружу, включая и Ура.

Шаста, сидя на стволе упавшего дерева, угостил галетой звереныша. Смачно икнув, Ур закатил глаза и прилег рядом с юношей.

Садхир вместе с Богданом и Роханом, сидели в дрезине, периодически включая двигатель и что-то ремонтируя в нем. Ранеш и Металлист, сидя в окружении ванаров, уплетали консервы и галеты, угощая при этом любознательных зверенышей.

К Шасте подошел Виджай и насвистывая знакомую мелодию. Присел рядом.

— Вот и все. Генератор работает. Вентшахта тоже. Даже еда осталась. Неплохо им тут жилось…

— Значит, у нас есть возможность переселить сюда станцию? — юноша взглянул на наставника

— Да…Думаю что да. Осталось найти подходящий транспорт. Но где его искать, я не знаю.

— Металлист сказал, что поможет нам.

— Посмотрим. Все так гладко не может идти.

Кшатрий отвернулся и полез в свой рюкзак за консервами. Шаста подцепил ножом еще один ломоть мяса и, закинув его в рот с удовольствием начал жевать. Виджай снова начал насвистывать мелодию. Шаста, услышав знакомые нотки, перестал жевать и косо взглянул на Виджая. Тот сноровисто открыл банку ножом и подцепил один кусочек.

— Вы знаете эту песню? — спросил юноша, проглотив недожеванный кусок

Виджай взглянул на него с непониманием.

— Эта песня, я слышал ее от Амиты, после посвящения….Вот взгляните — Шаста достал из нагрудного кармана свернутый листок бумаги.

Виджай отложив банку в сторону, хмуро посмотрел на лист. Развернув его, на лице кшатрия появилось удивление.

— Это Амита отдала тебе? — спросил он. Шаста коротко кивнул — Не думал что снова увижу этот листок.

— Так он ваш?

— Да, я подарил его Амите через ее маму.

— Она мне ничего не говорила про вас.

— Она и не должна была.

— Зачем вы подарили его ей?

— Так надо было. Амита очень смышленая девушка, я понял, что эту песню поймет только она и поэтому подарил ей.

— Она ее спела мне, красиво очень. Только я не понял о чем песня.

Виджай усмехнулся и полушепотом прочитал текст:

…

-

Легенды делают нас мудрей

!

Мы ч

увствуем пульс единой Вселенной.

Апостол Пет

р -

Ратха двинулась дальше. Шаста не очень хотел покидать новых обретенных друзей из-за опасения, что в убежище может попасть зверь покрупнее. Но Виджай успокоил его, сказав что благодаря своим способностям влиять на сознание, они просто не подпустят хищников ко входу.

Юноша был очень рад находке кшатриев. Это убежище и, правда, могло стать новым домом для жителей общины. Там было все необходимое для жизни — еда, вода, большие помещения, хорошее освещение и самое главное, там не было ракшасов. Шаста не хотел думать, что же сейчас происходит дома, за время их отсутствия там все могло поменяться. Не ясно, остановил ли завал тоннеля ракшасов, а если и нет, то насколько он их хотя бы сдержит. Юноша надеялся, что достаточно, и у кшатриев есть еще время найти подходящий транспорт для переселения буддистов. Надежда теперь была только в облике сталкера, который пообещал помочь. А как сказал Виджай, все так гладко быть не может.

После разговора с наставником, внутри появилось мимолетное чувство стыда. Шаста стал первым человеком, кому кшатрий признался в своих внутренних переживаниях. Нет, ему это никак не льстило, наоборот, он почувствовал некую ответственность после услышанного, будто бы Виджай отдал частичку себя, своего прошлого ему. Все-таки, Металлист был прав, неважно, сколько тебе лет, главное то, как ты сам себя ощущаешь внутренне. Может внешне ты и меняешься, но внутри, все те же мысли что и прежде, все те же чувства и переживания, какие были в молодости, только уже не такие яркие и цепляющие.

Шаста понял, каким был Металлист на самом деле. Своим балагурством и веселостью, сталкер скрывал внутренние переживания, а его странности объяснялись, скорее всего, употреблением всяческих грибов и нервными срывами. Вот и сейчас, сталкер сидя на платформе, закуривал уже третью самокрутку и с блаженством на лице наслаждался своим окружением.

— Мужики, вы самые крутые из всех, кого я когда-либо встречал — расплылся в улыбке сталкер

Все косо взглянули на него. Ранеш как обычно отреагировал с ухмылкой.

Рохан так и вовсе перестал с кем-либо говорить, после происшествия в убежище. А Богдан выглядел озабоченным и задумчивым. Явно адмиралтейца задело что-то за душу. Теперь он не казался таким хладнокровным и безэмоциональным, как раньше. После встречи с буддистами он изменился.

Виджай все чаще начал с ним общаться, и оба вскоре позабыли о былой ссоре на Ленина. Ранеш и Садхир тоже привыкли к адмиралтейцу. Шаста вспомнил, как покойный Амар всю дорогу пытался задеть чем-то Богдана, но оценив его терпение и непробиваемость, Амар к нему стал относиться уважительней.

Проехав поселок Солнечное, путники приближались к Репино, от которого до Комарово было рукой подать.

Все были воодушевлены находкой и воспряли духом, несмотря на еще нерешенную задачу по поиску транспорта. Металлист, конечно же, был самым довольным. Сталкер был рад не только удачным стечениям обстоятельств, но и радовался возвращению домой, где его ждали.

Вглядываясь вперед, сталкер был в нетерпении увидеть знакомые очертания поселка.

За лесополосой, тянущейся справа, залив было уже плохо видно, из-за быстро наступившего вечера. Небо снова затянуло тучами, и заходящего солнца не было видно, лишь некоторые тусклые лучи проникали сквозь прорехи в серых клубах над горизонтом.

До Комарово путники добрались довольно быстро и без происшествий. Поселок оказался совсем небольшим, как думал Шаста. Все улицы представляли собой дачные участки зажиточных хозяев, которых уже не было как двадцать лет. Красивые особняки и коттеджи с большими вместительными гаражами для каких-нибудь "ленд-крузеров" или "мерседесов", проржавевших насквозь. Поселок встречал путников давящей тишиной. Только шум прибоя было слышно со стороны залива. На дворе была глубокая ночь, и вокруг Ратхи было не разглядеть толком ничего, кроме темных домов и крон деревьев по береговой стороне. Виджай погасил переднюю фару и выключил двигатель. Отряд вышел на первую улицу и проследовал за Металлистом, который уверенно пошагал по уже знакомому и проверенному пути.

Вход в убежище находился в одном из особняков, который, судя по виду, был самым зажиточным в былые времена и стоил наверняка не малую сумму.

Первая гермодверь была открыта настежь, что уже говорило о некой безалаберности и разобщенности хозяев бункера. Оно то и понятно, какое дело бывшему комаровскому олигарху до своих жителей. Ведь они живут за его счет. Наверняка, по причине его безотказности и всеобъемлющей доброте.

Металлист махнул рукой, и все проследовали за ним по длинной бетонной лестнице, которая уходила вниз на приличные двадцать метров. Вот уж зарылись глубоко, глубже некуда.

Сталкер бесцеремонно постучал по второй гермодвери. Через пару секунд оттуда послышался шорох и скрип железа, а потом и глухой голос одного из охранников:

— Кто тут?

— Я

— Кто я?

— Я бы сказал, да культурный слишком. Металлист это! Открывай, давай.

Снова послышался шорох и скрип, судя по всему, охранник ушел. Буквально через минуту за дверью появился новый голос, более четкий и громогласный.

— Орлов, ты что ли?

Металлист, хмыкнув, огляделся на кшатриев, которые уже были в не терпении.

— Я, Михаил Степанович, открывайте.

За дверью что-то затрещало и загудело. Металлическая бандура отодвинулась в сторону и на свет показались трое охранников, облаченных в черные бронежилеты одетые поверх синих комбинезонов. НА лицах незнакомцев были хорошие противогазы ГП-9. У двоих в руках имелись укороченные "калаши", у третьего — обычный Макаров.

— Сашка! Мы уж думали все, конец экспедиции. Вернулся чертяка!

Мужчина снял противогаз. Внешностью он ассоциировался со старыми военными, которые за долгие годы службы заметно подустали и готовы были выйти на пенсию. Немного толстоват, груб, морщинистое лицо со впалыми щеками. Заметные седые волосы на глубокой залысине, сразу выдавали возраст этого человека. Но сам он выглядел довольно бодро и уверенно.

— Да, товарищ полковник, Братство распалось, до Мордора я дошел один — ухмыльнулся сталкер

— А это ты орков с собой притащил? — хохотнул полковник

— Не совсем. Это ребята из Питера.

Глаза полковника округлились, его лицо заметно разгладилось.

— Из Питера?! — изумленно спросил тот

— Ну, я же обещал, что мы найдем выживших.

— Не может быть! Заходите скорей, заходите! — махнул рукой полковник и кшатрии по одному зашли в убежище.

— Меня зовут, Михаил Степанович Багрянцев. Я начальник охраны убежища.

— Здравствуйте полковник-начал Виджай — Металлист рассказывал про вас. Меня зовут Виджай, это Ранеш — бородач протянул руку полковнику — Это Садхир и Рохан — кшатрии кивнули — А это, Шаста и Богдан.

— Откуда вы такие будете?

— Мы из города, станция метро Старая Деревня, буддийская община.

— О как. Да… да. Помню, до войны был возле храма — Полковник пристально разглядывал гостей. — И что же вас привело сюда к нам?

— Привело нас дело.

— И какое дело, извольте спросить?

— Нам нужна ваша помощь. Саша сказал, что мы можем обратиться к вам.

— Ясно, но, поговорим чуть попозже, а пока заходите, что же это я вас на пороге держу. Чувствуйте себя как дома. Саш, проведи гостей в зал, а я пока позову Мосина. Думаю Остапович обрадуется этой новости.

— Хорошо, полковник, как скажете. — Сталкер махнул остальным рукой и кшатрии, в сопровождении охраны, проследовали за ним.

Убежище оказалось многоярусным и довольно большим. По пути в зал, кшатриям все чаще начали попадаться жители бункера. Все они были разных возрастов и выглядели аккуратно и ухоженно. Чаще всего попадались женщины с детьми, которые то и дело поглядывали на незнакомцев, а взрослые, на любопытные вопросы детей, отвечали шепотом.

Как понял Шаста, вся мужская половина бункера была на службе в охране, либо занимались техническим обеспечением убежища. Пожилых людей было заметно меньше, и то, наверное, большинство сидело по своим комнатам.

Разоружившись, отряд прошел в круглый зал, посередине которого стоял длинный металлический стол. Вокруг него стояли различные тумбы и шкафы с керамической узорчатой посудой и другими антикварными излишествами. На соседней стене висели портреты неких выдающихся личностей с тонкими чертами лица и одинаковыми гладкими прическами с белыми завитушками по бокам. Как сказал Богдан, это были не волосы, а парики, которые часто носили модные аристократы Европы прошлых векох. Хоть на юношу эти слова никак не подействовали, он все равно с любопытством рассматривал картины.

В комнату зашел полковник, за ним, быстрыми шажками семенил грузный дядька лет пятидесяти. По красному толстому лицу стекал пот и мокрыми пятнами расползался по клетчатой рубашке. Маленькие бусинки глаз сверкали и бегло озарялись по сторонам. Дядька, тяжело дыша, плюхнулся на маленький стул, который со скрипом просел под его весом.

— Гости, это Игорь Остапович, хозяин нашего убежища.

Игорь, криво улыбнувшись гостям, полез в карман за платком. Кшатрии медленно кивнули в ответ. Хозяин убежища быстро вытер пот со лба и посмотрел на присутствующих недобрым взглядом.

— Здравствуйте Игорь Остапович — сказал Металлист

— Привет Орлов, привет. Что, загубили, значит экспедицию да?

— Но я вернулся, и привел с собой питерских.

— Это хорошо…. Рассказывайте, откуда вы, кто такие и зачем пришли в мою обитель.

Не особо довольный таким приветствием Виджай, начал коротко рассказывать обо всех бедах жизни в метро и об их долгом путешествии до Комарово.

Шаста, значения слова "олигарх" не знал, но почему-то при виде толстосума Игоря Остаповича, сложилось впечатление, что раньше все олигархи и богатеи были именно такими. Юноше и не понравился сам Игорь, он был хитроват, нагловат и тщеславен, что наверняка объяснялось его жадностью к богатствам и властолюбием. Как сказал сбоку сидящий Ранеш — " типичный мудозвон", охарактеризовав так всего Игоря Остаповича.

К рассказу Виджая присоединился Богдан и, своей четкой и беспринципной речью, начал рассказывать Игорю Остаповичу о зажиточных кланах метро и предложил комаровским наладить связь с Приморским альянсом. Игорь, очень увлеченно слушал адмиралтейца, и после рассказа, предложил поговорить с ним с глазу на глаз. Виджая и полковника такой расклад немного напряг, но в беседу они решили не встревать.

После разговора, Игорь Остапович решил лично показать кшатриям его хоромы и убежище в целом, и повел их по различным закуткам, с гордостью рассказывая обо всех своих начинаниях в бизнесе и продвижению карьеры как большого Питерского магната. Вскоре беседа докатилась и до дней начала войны и приобрела уже более информативный и интересный рассказ:

…-Тогда то и было принято решение, создать целую сеть бомбоубежищ на территории Ленинградской области и самого города.

— Так значит, правительство знало о наступающем Армагеддоне? — спросил Виджай, который размеренно шагал рядом с хозяином убежища.

— Да…Знали. И об этом конечно знали, такие же состоятельные люди, как и я. И, кстати, на наши деньги были построены некоторые убежища.

— А это?

— А его я построил вместе с моими соседями, исключительно для нашего круга. Но, во время удара сюда сбежались все. И приезжие и жители соседних поселков и беспризорники с улиц. А я разве мог им отказать? Пришлось людей спасать, теперь вот отрабатывают свой хлеб.

Виджай усмехнулся. Какими были жадными люди такими и остались. И все делают ради какой-то выгоды.

— А что вы знаете про убежища на территории города?

— Честно немного. Некоторые из них остались еще после советских времен. Их просто обустроили по новому, а некоторые построили совершенно по новым проектам. Обычно, строили ближе к пригороду и зажиточным поселкам.

— Они были связаны между собой?

— Не все, только те, что поменьше. Большие убежища имели автономные резервы.

"Вот значит как. Если была целая сеть убежищ на территории города, то возможно есть еще выжившие. Похоже что рассказы Кантемирова о загадочном "Объекте 30",были не такими уж и выдумками. И возможно Владлен единственный, кто подобрался к разгадке этой тайны очень близко, за что возможно и поплатился жизнью…"

— О, нам сюда — Игорь повел гостей по крутой лестнице вниз и, зайдя за очередной поворот, вышел в широкий коридор, усеянный светодиодными лампами.

Из-за поворота, в конце коридора, послышался высокий певческий голос женщины, которая судя по всему, была увлечена процессом вокальных упражнений.

Игорь Остапович жестом приостановил отряд. Из-за угла, выехала инвалидная кресло-коляска с высокими подлокотниками. На коляске сидела полноватая женщина среднего возраста, но из-за обилия помады и броского макияжа на ее лице, дама выглядела куда моложе. Сама же обладательница певчего голоса, была одета в белое нарядное платье, очень зауженное на ее талии, если конечно, это можно было назвать талией.

Коляску вел пожилой худощавый мужчина, одетый в полосатый костюм и брюки галифе. Его шею закрывал, несколько раз, обернутый старый шарф, на ногах были черные штиблеты с резинками. На голове, мужчина носил белую фуражку с черным загнутым козырьком. При всем таком наряде, мужчина был похож на одного персонажа из старой советской классики Ильфа и Петрова. Вот только, в отличие от него, мужчина был не столь привлекательным и обаятельным. Его взгляд был уставшим и поникшим, а еще… немного диковатым.

И вот эта парочка медленно подбрела к гостям. Женщина, манерным движением руки, попросила остановить коляску, мужчина несколько раз молча, кивнул и остановился.

— Добрый день, Серафима Матвеевна — натянуто улыбнулся Игорь Остапович

— Зрасьте, здрасьте, Игорюша…Я очень не довольна тем, что в моем номере снова нету воды. И я хочу вас попросить, немедленно исправить эту ошибку. Я выгляжу ужасно и уже несколько дней не могу помыть волосы. А мне за моей прической нужно следить! Я, знаете ли, готовлюсь к туру по России, и вскоре покидаю этот отель.

— Серафима, не надо так беспокоиться, будет вам вода. А пока, отдохните и расслабьтесь.

— Ха! Я женщина занятая и у меня нету времени отдыхать. И не пытайтесь меня успокаивать! С таким обслуживанием как у вас, можно просто сойти с ума… — женщина приложила ладошки к голове и закатила глаза — Мне обежали пять звезд, а что тут? Три максимум! А еще курортный район Петербурга называется…

— Серафимушка, не серчай ты так — встрял мужчина — Будет тебе вода, и мы отправимся в тур по России. Игорь Остапович делает все возможное, чтобы тебе угодить. Будь доброжелательной.

— Аркаша, не учи меня как жить. С этим беспорядком надо заканчивать! А он повторяется злостно и постоянно!.. Я буду жаловаться.

— Серафима — сказал полковник — К нам приехали гости из Петербурга, они очень устали и хотят отдохнуть. Вы бы проявили уважение и поздоровались с ними.

Женщина фыркнула на полковника и рукой попросила того отодвинуться в сторону. Заметив впереди стоящих Ранеша и Виджая, щеки женщины покрылись багрянцем, а в глазах появилось восхищение.

— Боже! Какие красивые мужчинки! — Серафима широко улыбнулась и похлопала в ладоши, — Какая тонкость, какая грация, так ведь, Аркаша?

— Да Серафимушка, да — закивал мужчина — Очень красивые, очень.

— Подойдите-ка поближе молодые люди, хочу узреть вас поближе — женщина поманила кшатриев к себе и те, переглянувшись, осторожно подошли.

— Ох! Как же я давно не видела таких красавцев! Везде одни старики да пройдохи, а вы сильные мужественные, и я посмотрю, от женщин просто отбоя нету, да?

— Ну, не то что бы прям вообще, а так да. — промямлил Ранеш.

— Какой вы стеснительный — хохотнула дамочка — Поцелуйте даму в руку, в знак приличия. Вы же из культурной столицы, а не сельский дурачок.

Ранеш нехотя взял руку Серафимы, и еле коснувшись, чмокнул. Женщина хихикнула, и пригладила кшатрия по бороде, тот недовольный попытался увернуться. Виджай с ухмылкой посмотрел на друга, заметив, что тот потихоньку краснеет от стыда и злости.

— А вы, такой суровый, серьезный. Настоящий брутальный самец! — воскликнула дама, сзади раздалось несколько смешков.

— Серафимушка, может, пойдем уже? Надо покушать, отдохнуть…

— Аркаша, не торопи, я общаюсь с гостями.

— Здравствуйте, Серафима Матвеевна! — улыбнулся Металлист

— Ой! Сашенька! Что-то вы давно не появлялись в отеле, на гастроли выезжали?

— Да вот, за гонораром в город ездил, к продюсеру…. Так и не отдал деньги — сталкер ухмыляясь, косо посмотрел на Игоря Остаповича, но тот пропустил издевку мимо ушей.

— Да Сашенька, сейчас такое время. Все куда-то бегут, все бегут. И я скоро убегу, по Россиюшке матушке поеду. А то сижу тут, в этом отеле! — женщина зло посмотрела на Игоря, тот развел руками. — Но! По пути заеду в Петербург. В " Мариинку"…. Меня там ждут очень уважаемые люди.

— Съездите, может, останетесь там…. Я надеюсь — шепотом добавил сталкер.

— Да кто меня выпустит из этих казематов? Фигура пропадает! Голос пропадает! Одно расстройство…

— Серафимушка, у тебя хороший голос. Великолепный! И фигура тоже, мне нравится.

— Ох, избавь меня от лести Аркаша, я тебе всегда нравилась, а правду в лицо никогда не говоришь.

Мужчина обиженно опустил глаза.

— Серафима Матвеевна, нам надо идти. Гостей по номерам расмещать. Еще думаю наобщаетесь — улыбнулся полковник

— Ну что же, хорошо. Аркаша! Поехали! — женщина вальяжно сложила ручки на груди и выпрямила осанку. Аркадий наклонился и повез прочь коляску, по коридору.

Кшатрии облегченно вздохнули, но как вдруг услышали громкое протяжное "Стой!". Все обернулись.

Коляска остановилась, и женщина в пол оборота подозвала к себе Ранеша. Тот, вздохнув, побрел к даме.

— Мужчина, если вас так терзают муки и одиночество, приходите сегодня ко мне. Вечером. Посидим, поговорим. Может, еще чего надумаем… — женщина, закусив губу, погладила кшатрия по ладони, тот резко ее убрал.

— Это самое…. Давайте как-нибудь в другой раз — вяло улыбнулся кшатрий — Просто дорога была длинная. Устал я.

— Ну, смотрите, я предложила. Надумаете, приходите в мой номер на втором этаже. Я буду вас ждать… — последние слова женщина произнесла с шепотом.

Ранеш растерявшись, кивнул ей и быстро вернулся к остальным.

— А вы, Игорь Остапович! Не забудьте про воду!

— Да, Серафима Матвеевна, займемся этим сию минуту.

Коляска скрылась за поворотом, и снова послышалось пение Серафимы.

От такой встречи все немного опешили.

— Кто они? — спросил Виджай

— Местные идиоты — сказал Металлист — Серафима Матвеевна раньше была популярной певицей в Питере и области. Аркадий Ефимович ей продюсером приходится. Так и нянчится с ней уже лет тридцать.

— У нее что-то с головой не в порядке — сказал покрасневший Ранеш

— Когда произошла Катастрофа, Серафиме надо было ехать на гастроли по России и перед дорогой она гостила у меня — сказал Игорь — Вот после того дня, она все пытается уехать. Уже двадцать лет уезжает, все не уедет никак.

— Аркадий и сам немного не в себе, но держится. И ее удерживает. Конечно, нервы у него стальные, выдержать такую бестию-сказал полковник

— Тут не только они, еще есть парни из ее подтанцовки. Те еще перцы. Метросексуалы… — протянул Металлист-Узнаете, в общем.

Поглядывая на коридор, откуда выехала необычная парочка, кшатрии двинулись дальше и вскоре Игорь Остапович остановился возле большого отсека, в котором стояли двухъярусные кровати и небольшой металлический стол с вазой.

— Располагайтесь здесь. Раньше в этом помещении был склад, и здесь спали ремонтники, но в связи с ростом численности жителей, мы обустроили его под жилой отсек. Это единственное что я могу вам предоставить.

— Большего и не надо- сказал Садхир

— Душевая у нас на каждом уровне, здесь она тоже есть, только местных не спугните. Насколько вы собираетесь у нас остаться? — спросил хозяин убежища.

— Пока мы не добудем транспорт — сказал Виджай, косо посмотрев на Игоря — Вы так и не сказали, где его можно найти.

— Транспорт есть, Орлов вам не наврал — сказал полковник

Глаза Игоря нервно забегали. Явно хозяину убежища не хотелось говорить кшатриям про транспорт. За его взглядом скрывалось опасение и тревога.

— Где?

— В Зеленогорске — сказал Игорь — Боюсь вам туда не попасть. Город под контролем бандитов из Рощино, незнакомцам они рады не будут, особенно из Комарово.

— У нас с ними мирный договор — сказал полковник — Но я думаю, что его скоро не будет.

— Миша вот не начинай свой пессимизм. Они воры убийцы да, но сейчас держаться в рамках.

— Ну конечно, то-то они за два месяца захватили ближайшие деревни. Из-за доброты своей не земной.

— Кого они там захватили, мне все равно. Главное нас не трогают.

— Это пока, Игорь, пока. — Полковник с недовольством посмотрел на товарища.

— Вас они не коснутся. Мы решили взять этот транспорт, нам и диверсию устраивать. Ваших людей я не прошу помогать — сказал Виджай

— Диверсию?! — взбеленился Игорь — Этого нельзя делать!

— Игорь, послушай сталкера. Нам может, удастся избавиться от них. Я и сам готов дать пару ребят вам в помощь — полковник улыбнулся кшатрию, тот кивнул с благодарностью.

— Ну, знаете ли! Мне еще жить охота. Если вы собираетесь устроить у них диверсию, то действуйте сами. Наших людей сюда не вписывайте, у нас их и так мало… — Игорь зло плюнул под ноги кшатрию и ушел восвояси.

— Я с ним поговорю — уверенно сказал полковник — А вы пока располагайтесь тут и отдыхайте. Доброй ночи. — Полковник развернулся и пошел вслед за Игорем.

— И так у них всегда — сказал Металлист — Что ж, добро пожаловать в Комарово.

Последние часы вечера прошли довольно спокойно. Садхир, Рохан и Богдан уже видели десятый сон. Металлист ушел к своим знакомым, которых долго не видел и пропал на весь вечер. Жители были рады видеть сталкера и предложили ему поиграть на гитаре в одном из отсеков.

По большой комнате разносился попеременный храп уставших товарищей. Виджай принялся медитировать, а Ранеш, распаковав рюкзак, начал раскладывать оставшиеся запасы еды и воды. Каждый раз, когда кшатрий натыкался на пустые консервы и упаковки от галет, он начинал недовольно хмыкать и тяжело дышат, чем отвлекал наставника. Шаста не чувствовал усталости, но постепенно она приходила к нему. Юноша выложил листок с песней на тумбу, с мыслью, что почитает ее на ночь, и продолжил наблюдать за действиями Ранеша, пытаясь отвлечься от ненужных мыслей.

В этот момент стук в дверь отвлек кшатриев от своих дел.

— Заходите — сказал Шаста

В комнату зашел Аркадий Ефимович, по взгляду старика было понятно, что ему очень неудобно перед кшатриями, но он старался держаться и не показывать своей неловкости.

— Здравствуйте молодые люди. Простите что я так поздно. Вот пришел познакомиться с вами. Серафима попросила меня спросить как у вас дела — старик посмотрел на Ранеша-И спрашивала, не надумали вы еще навестить ее.

Кшатрий, улыбаясь, покачал головой и отвернулся.

— Ну что же, я ей передам. Она очень сильно переживает и нервничает из-за всего происходящего.

— Да, кое-что и, правда, произошло. Апокалипсис, например — сказал Виджай все еще сидящий в позе лотоса.

— Ох, вы только не говорите об этом Серафиме, такой стресс пережить для нее будет крайне сложно.

— Я думаю, она и не поверит в это — сказал Шаста

— Не думайте что она сумасшедшая, молодой человек. Просто ей немного не повезло. Я единственный кто остался с ней. Все помогаю и помогаю. Она очень ранимая женщина.

— Всему миру не повезло. Аркадий- ухмыльнулся Виджай

— Это так тяжело осознать. Она совсем не понимает этого, все хочет уехать на свои гастроли по России, да только нет никакой России. Только отель этот остался.

— Аркадий Ефимович, это не отель, это бомбоубежище-сказал Ранеш

— Как убежище?! То-то я думаю, тут окон нету. Когда мы тут оказались?

— Этого я вам сказать не могу.

— Странно все, очень странно….Ах да, познакомьтесь с нашими мальчиками. — Аркадий щелкнул пальцами и в комнату зашли три парня.

Они были похожи друг на друга как две капли воды. Узкие потертые джинсики, обтягиваю футболочки со стразами и аккуратные туфли с острыми носами. Все, троя, были очень худыми и смазливыми. На тоненьких личиках было много нанесенного тональника и пудры, отчего парни казались, больше похожи на моделей, сошедших с глянцевых обложек модных журналов. Прилизанные длинные челки сальных волос, дополняли такой образ еще лучше. Различить их можно было только по цвету волос- черный, белый и розовый.

— Это Жора, Леля и Гарик.

Пацаны одновременно кивнули и улыбнулись гостям. Парень, которого звали Леля, покровительственно посмотрел на Шасту и подмигнул. Юноша скривился от такого взгляда, почему-то появилось желание двинуть этому павлину со всей силы.

Белые клубы дыма медленно расползлись по всему помещению, заволакивая грязный, отсыревший от времени потолок железнодорожной станции. Сделав еще одну затяжку и медленно выпустив дым, Лектер почувствовал, как его тело наполняется эйфорией. Но не только от постоянного курения дури, рощинский бандит получал кайф. Долгие мучения и мольбы о пощаде беззащитной жертвы, доставляли ему удовольствия не хуже чем самокрутки с травкой. Но все это было не то, чего бы он хотел. Не было в этих ничтожных бродягах прыти и желания бороться за свою жизнь всеми способами. Они были слабы, что забавляло Лектера еще больше, и при этом сильно раздражало. Он не видел в них достойных противников, а только ходячие куски мяса, с которыми можно позабавится.

Сделав еще пару затяжек, Лектер вдавил самокрутку в стол, оставив на грязной клеенке след от копоти. Бандит, закинув ноги на табурет, начал разглядывать свое ожерелье с костями мутантов и бродяг, которых он убил. Среди всех побрякушек, Лектер особенно любил, два отрезанных уха неких бедолаг. Посмотрев на одно из них, глаза бандита налились похотью. Как же хорошо он порезвился с той девкой из поселка. А ее хахалю перерезал горло и выпустил кишки, оставив на съедение стервятникам. Веселый был день. Ничтожные слабаки. Лектер чувствовал свое превосходство над всеми: над этими ублюдками, над его подручными, и над другими, с кем ему доводилось встретиться в этой полной свободы жизни. Он чувствовал себя непобедимым. Он благодарил Апокалипсис, за то, что после него, он стал хоть кем-то, а до этого был никем. Свободный от всего и вся, Лектер наслаждался анархией и этой мимолетной жизнью. Каков мир, таков и он. И это его устраивало.

Он не позволял себе подстраиваться под других, и не позволял другим пользоваться собой. Благодаря своей силе воли, его уважали среди бандитов и уважение это было не только из-за страха перед ним. Но была воля одного человека, об которую его воля разбивалась как стекло об камень….При воспоминании о нем, глаза Лектера наполнились кровью. Бандит с силой сжал ожерелье, прорезав себе кожу до крови. Он ненавидел этого человека, но при этом очень уважал его, потому что боялся. Наверное, этот человек был единственным, кого он считал достойным противником, причем противником сильнее его самого. Лектера это раздражало и бесило. Он считал, что нет никого лучше, чем он. Но он ошибался. Этот человек, все-таки смог усмирить бандита. И даже сделать его своим подручным. Цепным псом. Лектор ненавидел его за это и при этом ненавидел самого себя, за свою слабость перед ним.

Бандит посмотрел на окровавленную руку. На лице заиграли желваки, внутри вскипела ярость, но бандит сдерживал себя как мог. С маниакальной улыбкой, Лектер облизнул свою кровь. Теплую, густую, полную смрада и нечистот. Он любил свою жизнь и при этом люто ее ненавидел. Не было полной свободы для него, и, наверное, никогда не будет. Цепной пес…

Громкий стук в дверь, отвлек Лектера от размышлений.

— Я же просил, меня не беспокоить! — резко сказал бандит

Тихонько приоткрыв дверь, в помещение зашел подручный Лектера — Серп. Здоровенный детина с лицом, больше похожим на кусок мяса. Левая часть лица была поражена некой болезнью, отчего выглядела как помятый кусок бумаги. За место кисти левой руки, был приделан протез в виде серпа, которым бандит вспарывал глотки своим жертвам начисто.

— Шеф…там это-промямлил головорез

— Что, это? — с раздражением спросил Лектер

— Один фраер приехал, на штуке не понятной. Дрезина вроде…Говорит что из комаровских. Чего с ним делать-то?

— Тащи сюда этого ублюдка-чуть помедлив, сказал Лектер — Поговорим.

Лектер хотел было отвернуться от напарника, но заметив его обеспокоенно-туповатое выражение лица, спросил:

— Чего лыбишься?! Если еще есть что сказать говори, не трать мое время.

— Тут эта… Парни спрашивают, когда возвращаемся и что делать с поездом этим.

— Возвращаемся, когда надо будет. Поезд заправить и подготовить к отправлению.

— Но…. У нас нету машинистов — растерянно сказал Серп

— Мне как-то плевать. Сказано делать, делайте!

— Понял Лектер, сделаем… — Серп, потупив взгляд, вышел за дверь.

Лектер суровым взглядом провел напарника и нервно зачесал свой ирокез. Несмотря на всю свою тупость и недальновидность, Серп был самым вменяемым среди головорезов, хоть и годился только как грубая сила в схватках.

Широко распахнув дверь, в комнату снова зашел Серп и бесцеремонно толкнул перед собой знакомого жирдяя. Тот споткнулся и упал на колени перед Лектором. Бандит усмехнулся. Как раз перед его коленями этому жирдяю и было место.

— Здравствуйте, я… Меня зовут…

— Я знаю, кто ты — прервал толстяка Лектер — Комаровский выродок.

— Я… Я хотел бы поговорить с вами…Вы же Лектер?

Бандит схватил жирдяя за толстую морду и заглянул ему прямо в глаза. Невинные хитрые глазки толстяка забегали из стороны в сторону, толстые пальцы потянулись к рукам головореза. Лектер видел этого человека насквозь. Хитрая жадная сволочь, которая сдаст всех, только ради того чтобы спасти свою шкуру.

Лектер зверски вглядывался в лицо толстяка. Какой же он жалкий и мерзкий. Такому жить нельзя.

— Отпустите….пожалуйста! — завопил толстый

Лектер усмехнувшись, резко отдернул руку от жирдяя. Тот сразу схватился за челюсть.

— Ну и что тебе надо, жирный?

— Я хозяин комаровского убежища. По обоюдному согласию с вашим кланом, я могу попросить у вас помощи. Таков был договор.

— Напомни-ка мне, какой же это договор? — спросил Лектер издевательски.

— В случае расторжения мирного договора, я выдаю вам все схемы убежища и системы безопасности. Взамен на это, вы гарантируйте мне жизнь…. Таков был уговор. — Уже поуверенней сказал толстый.

Лектер засмеялся. Все-таки он не прогадал. Он всегда хорошо разбирался в людях и вновь понял, какой человечек перед ним.

— Как же ты жалок… — Лектер снова подошел к толстяку. Резко выхватив кинжал, бандит приставил его к жирной шее. — Торгуешься своими людьми и сдаешь их с потрохами, чтобы спасти свою шкуру. Ох, как я люблю такие повороты…

— Вы… Вы не смеете меня трогать и…. вы обязаны доставить меня в Рощино к своим хозяевам.

От этого слова Лектер пришел в гнев.

— Тебя?! Тварь! К хозяевам?! — Лектер резко схватил стул и поставил его перед лицом жирдяя, от неожиданности тот заморгал. По красному лицу ручьями полился пот. — У меня нет хозяев, тупой ты ублюдок! Ясно!? — бандит, брызжа слюной, кричал в лицо жирдяя — Ты мямлящий кусок мяса, ты не смеешь мне указывать, что делать!

— Прошу, не бейте!…Не надо! — Жирдяй накрылся руками.

Гнев постепенно утих. Лектер ухмыляясь смотрел на толстяка. Присев на стул, бандит уже спокойным голосом продолжил:

— Ой, простите меня, великодушный, но… — Лектер схватился руками за голову — Но какого хрена, говна ты кусок, смеешь так со мной говорить?! Нет…. нет, нет, нет…. Может ты, просто пойдешь на хер тварь! НА-ХЕР! Понял скотина?! Я, конечно, может и отморозок. Но ты! Ты просто не должен существовать… — Лектер схватил револьвер и наставил ствол ко лбу жирдяя.

— Нет! Я прошу вас! Не надо….Простите меня! Простите! Я больше никогда так не скажу, я клянусь вам. Клянусь!

Лектер залился хохотом. Серп тоже не сдержал улыбки.

— Видал, Серп? Он просит нас, его не убивать. Ха-ха-ха!. Спокойно толстый, это шутка…Я шучу так — Лектер с улыбкой похлопал толстяка по щекам, тот нервно засмеялся. Серп не удержался и захохотал басом.

Потихоньку улыбка с лица Лектера начала спадать и стало таким как прежде. Толстяк взглотнув, снова умоляюще посмотрел на бандита.

— С чего бы это ты к нам пришел, а? Что же произошло в твоем убежище, что ты примчал к нам? Шкуру свою спасать?

— Вчера, к нам пожаловали гости из города. Серьезные парни…Они хотят угнать у вас транспорт. Тот, который стоит в ангаре. Я клянус, Это правда.

Лектер с ухмылкой посмотрел на жирдяя. Из города значит. Интересная сказка.

— А ничего поитереснее не мог придумать? Из города….Темнишь ты толстый, ох темнишь…

— Нет, я правду говорю. Через пару часов они уже будут здесь. Если уже не пришли…

И тут возле первой платформы раздался взрыв, а после него стрекот автоматов.

Лектер подбежал к окну и увидел нескольких комаровских солдат во главе с каким-то блондином, которые поливали свинцовым огнем его ребят. Посмотрев в сторону ангара, бандит заметил еще троих незнакомцев. Одного лысого с бородой и пулеметом, второго с дредами и обрезами, и третьего в черном балахоне стрелявшего с двух пистолетов по головорезам.

Глаза Лектера наполнялись кровью. Кто-то посягнул на его собственность и этот кто-то должен умереть.

— А-а-а-ах! — рыкнул Лектер-Твою мать! Кого ты сюда притащил, ублюдок?! Решил диверсию устроить, а меня дураком выставить?!

— Нет, нет, нет….Это они… Питерцы, я их не знаю!

Лектер пнул стул в стену.

— Серп! Что стоишь?! Занять оборону, всех наших на дыбы! Мы не отдадим этим ублюдкам наш транспорт… — процедил бандит

— Э-э-э… А с этим что?

— Я сам с ним разберусь…

Серп выбежал из здания и уже через минуту послышался сигнал тревоги по всей базе.

— Вы…вы, доставите меня в Рощино? — умоляя, спросил толстяк.

— Мужик, я же сказал что шучу. — Лектер выхватил револьвер и, приставив ствол ко лбу жирдяя, выстрелил.

Толстая туша замертво упала на пол. Под головой толстяка расплылась лужа крови.

Кровь брызнула в лицо бандиту. Лектер стерев ее со лба усмехнулся. Такая скотина не должна жить. Бандит пнул кусок мяса и вышел из помещения. Глаза бандита бешено забегали из стороны в сторону. Лектер был в предвкушении начинающейся схватки.

Как и сказал Багрянцев, до Зеленогорска было не так уж и далеко идти. Не рискуя выйти на открытое пространство перед вокзалом, разведчики повели кшатриев через лесополосу, тянущуюся вдоль дороги. Отряд вышел напротив самого вокзала возле четвертой платформы.

Ратха стояла через одну платформу и закрывала обзор, что мешало для наблюдения. Но зато, тот самый ангар оказался по правой стороне от кшатриев и до него было рукой подать. Проблема была только в патруле бандитов. Большее их количество находилось в самом здании и на привокзальной площади. Несколько головорезов копошились в ангаре, гремя бочками и инструментами, еще четверо расхаживали по первой платформе у вокзала.

Кшатрии не заметили, как двое патрульных поднялись из подземного перехода, но быстро смекнувший Металлист приказал разведчикам убрать их. Трупы головорезов спрятали в кустах.

Металлист и двое разведчиков остались возле Ратхи для прикрытия остальных. Когда Виджай и Ранеш сняли патрульных в ангаре, все проследовали внутрь.

Шаста никогда раньше не видел таких поездов, и явно этот транспорт был немного меньше обычного локомотива и имел совсем другую форму. Четыре вагона обтекаемой формы еще сохранившихся в хорошем состоянии, и раздвижные автоматические двери. Кабина первого вагона выглядела как покатая горка с прямоугольными лобовыми стеклами. Последний вагон, был точно таким же.

В догадку Шасты, Виджай объяснил, что это не поезд, а рельсовый автобус РА2, созданный за несколько лет до войны, и использовался он для пассажирских перевозок.

Кшатрии не стали медлить, и за короткое время заправили "поезд" дизельным топливом, хранившимся в ангаре. Пару запасных бочек, кшатрии загрузили на борт. Виджай разобравшись в управлении чудо-траспорта, решил устроить дерзкий побег, так как других вариантов уйти по-тихому просто не было. Но и его полностью реализовать не получилось. Затаскивая последнюю бочку, один из разведчиков оплошал, чем привлек внимание патрульных. Люди Металлиста сняли их, но они не заметили дозорного на крыше вокзала. По крику бандита сбежались все, кто был в здании. Ранеш не выдержав, кинул пару гранат в толпу наступающих. Раздался взрыв, который как гонг, озменовал начало сражения.

— Открыть огонь! — скомандовал Ранеш

Застрекотали автоматы. Возле Металлиста раздалось два взрыва "эргэдэшек". Богдан, Рохан и Садхир, укрываясь за третьей платформой, отстреливались, старясь не угодить под пули. Со стороны вокзала раздался гул тревоги и уже через пару секунд на платформу выбежало два, а то и три десятка головорезов.

Шаста забежал в кабину "поезда"

— Виджай, надо немедленно уходить!

По кабине "поезда" попало несколько пуль, оставив на толстом стекле паутинки трещин. Наставник, пригнувшись у приборной панели, быстро схватил "Абакан" и выбежал из ангара с юношей.

Богдан и Ранеш скосили нескольких головорезов короткими очередями. Шаста пригнувшись у платформы начал отстреливаться со всеми остальными. Виджай в это время, не выходя из ангара, давал залпы одиночными. Несколько приближающихся головорезов попадали навзничь от точных выстрелов.

Из вокзала выбежал здоровенный амбал с серпом вместо левой руки. Вскинув крупнокалиберную винтовку, бандит выстрелил в одного из комаровских. Парню оторвало руку, и от болевого шока, он упал без сознания.

Ранеш завидев этого детину, пустил очередь из РПД. Несмотря на свои габариты, бандит быстро юркнул в подземный переход на противоположной стороне.

— Всем в поезд! Быстро! — скомандовал Виджай.

Кшатрии и комаровские в спешке, пригибаясь, забежали в ангар. Виджай Ранеш и Шаста прикрывая их, стреляли короткими залпами по бандитам. Главной прикрывающей силой был Металлист и его разведчики.

— Ранеш, Шаста, в "поезд" живо! — крикнул наставник.

Бандитов было слишком много. Медленно продвигаясь между платформами и, возможно под ними, головорезы довольно быстро смогли окружить кшатриев. Ранеш и Шаста встав у дверей вагона, постреливали по бандитам, не давая тем встать со своих позиций. Виджай, уже собравшийся забежать в вагон, в последний момент заметил выбежащего из вестибюля бандита с коротким ирокезом. Кшатрий сразу понял что это лидер головорезов. К нему подбежало пару его сподручных, и выдали ему бронежилет с двумя "Кипарисами". Кшатрий и головорез пересеклись взглядами на долю секунды. Игру в гляделки нарушила шальная пуля пронесшееся рядом с кшатрием.

Виджай быстро юркнул в кабину. Весь отряд уже распределился по вагонам и занял оборонительные позиции возле окон вагонов. Понажимав пару тумблеров и вдавив рычаг управления до середины, Виджай вывел "поезд" из ангара на медленном ходу. Отряд открыл огонь по засевшим бандитам у платформы. Шаста в последний момент увидел, как Металлист завел Ратху и отсалютовав кшатриям, повел ее в западную сторону, прочь из Зеленогорска.

"Поезд" набрал скорость, и звуки стрельбы начали угасать, лишь только несколько шальных пуль постучали по металлическим бортам вагонов, так и не добравшись до своей цели. Кшатрии покидали Зеленогорск.

Выбежав из вестибюля, Лектер остановился, увидев всю перестрелку.

— Бронежилет мне! — не глядя на подручных, рявкнул бандит.

Взгляд головореза наткнулся на рослого незнакомца в черном костюме химзащиты. В руках он умело держал "Абакан" с подствольником. Встретившись с его уверенным взглядом, бандит немного попятился и ухмыльнулся. Очередь из автомата одного из бандитов заставила незнакомца скрыться в глубине ангара. Через несколько мгновенный оттуда вылетел рельсовый автобус, который Лектер должен был доставить в Рощино. Бандиты начали стрелять вслед уходящему "поезду" при этом совершенно позабыв про еще одного незнакомца с белыми патлами, который вместе с комаровскими ублюдками, завел ту самую необычную дрезину толстяка, и погнал ее на запад.

От наступившей злости кулаки сжались со всей силой, а глаза налились кровью. Из перехода выскочил ошалевший Серп и посмотрел на главаря.

— Готовь машины Серп, надо догнать этих мразей.

— А как же тот патлатый? Мы его отпустим?

— Плевать. Главное догнать этих отморозков. Я верну, то, что они у меня украли — Лектер с ненавистью в глазах посмотрел на Серпа, тот немного дернулся от взгляда главаря и взглотнув кивнул.

Серп быстро посеменил за вокзал.

— Ах да… — вдогонку сказал Лектер — Врубай музло наполную. Чувствую, будет веселая схватка…

Кшатрии подъезжали к Комарово. Заметив нескольких охранников убежища во главе с Багрянцевым, сидевших укрывшись в темных проемах окон коттеджей, Виджай сбавил скорость и дважды посигналил им включенными фарами. "Поезд" промчался дальше. Шаста в последний миг заметил полковника, который пригнувшись, отсалютовал кшатриям, но в этот же момент крикнул что-то неразборчивое своим сподручным и снова занял выжидательную позицию.

Приближаясь к Репино, юноша, Ранеш и Садхир услышали стрекот автоматов и взрывы гранат раздававшихся позади. Шаста посмотрел назад и увидел как три черных пятна медленно нагоняют их. Чем являлись эти пятна, определить было невозможно, но ясно стало одно, бандиты просто так отдавать "поезд" не хотят.

Стрекот автоматов прекратился и на его месте появился другой звук, неумолимо приближавшийся. Резкий, громкий, зловещий и мрачный. Словно, олицетворение того, что преследовало похитителей.

— Что это? — спросил юноша

Ранеш нахмурившись, прислушался.

— Без понятия

Но через мгновение из-за угла выехало три машины. Конечно, то, что увидели кшатрии, мало было похоже на машины, скорее уж немыслимо слепленные адские колесницы смерти.

Первый, черный монстр на колесах, раньше был спортивной машиной, но теперь был больше похож на скоростной багги. Широкие, не по размеру, колеса, с шипованной резиной. За место обычной кабины, наспех сваренный каркас из металлических труб и перекладин. На капоте стоял тройной нагнетатель воздуха. На задней платформе, перегороженной железными рамами, сидел головорез в хоккейной маске, за внушающим страх гарпуном.

Машина, двигающаяся с правой стороны, была очень похожа внешне на черную, но имела белый окрас. Сложно было заметить, но когда-то, это была обычная "девятка". Теперь ржавый автомобиль был покрыт металлическими шипами по бортам. Машина стояла на высокой подвеске с широкими колесами внедорожника. Боковая дверь этого монстра открывалась наверх. В кабине, с винтовкой наперевес, сидел тот самый здоровяк с серпом, хищно скалясь.

И третий монстр….И это был действительно монстр. Невообразимый, внушающий ужас, металлический мутант. На трехосной платформе от "КАМАЗа" стоял корпус старенькой "Газели" с грузовой платформой, усеяной трубами и перекладинами, в форме веера. Вся машина была обвешена цепями и шестами с черепами. К двум бортам были приделаны перепончатые крылья с костяными шипами гигантского птеродонта. Череп самого ящера был приделан к капоту машины, чем представлял собой некое подобие глаз этого монстра для еще большего устрашения. К двум дверям были приделаны два больших динамика, откуда доносилась тяжелая рок музыка.

Головорезы выкрикивали победный клич, размахивая штуцерами, копьями, обрезами, абордажными крюками на цепях и другим оружием, под стать их виду. Самые бешеные из бандитов, были одеты только в бронежилеты поверх голых торсов. Головорезы были в предвкушении грядущей схватки. Несколько самых двинутых сидели, висели вниз головой на дверях и капотах машин. Жуткие оскалы и исполосанные лица в шрамах, измазанные машинным маслом, придавали им самый безбашенный вид.

Настоящие церберы преисподни. Кавалькада железных коней, на которых восседали всадники Апокалипсиса, преследовали кшатриев с одной целью — уничтожить.

Шаста был в изумлении от увиденного, и, судя по всему, не только он.

— Ох. У нас тут, похоже, бесплатный концерт Рамштайна-хмуро сказал Ранеш — Садхир, иди к Виджаю, эти психи начнут абордаж, предупреди его.

— Ага — чуть помедлив, сказал кшатрий. Садхир еще не отошел от увиденного цирка на колесах.

Развернувшись, кшатрий побежал в первый вагон на помощь другу.

— Всем приготовится! — скомандовал Ранеш — Сейчас начнется махач.

Теперь музыку было отчетливо слышно. Резкие ударные барабаны, больше похожий стрекот тяжелых пулеметов, раздавался на всю округу. Не менее резкий и тяжелый аккомпанемент гитары, со стучащим звуком, напоминавший отбойный молоток для дробления асфальта. И все это великолепие дополнял злобный, властный, басовитый голос, который на жестком, непонятном языке, произносил слова, словно рубил топором свою жертву.

Садхир как ошалевший вбежал в кабину первого вагона.

— Виджай! За нами гонятся Безумный Макс, Бэтмобиль и Делориан!

Кшатрий хмуро посмотрел в зеркало заднего вида и увидел три несущихся тяжелых машины. "И правда, цирк на гастролях…". Как оказалось, были не только эти три монстра. За ними выехали четыре приземистых багги с металлическими каркасами из сваренных труб. На них сидело по три, а то и четыре головореза. Машины пошли на обгон поезда с двух сторон. Виджай заметил в руках бандитов абордажные крюки.

— Занять позиции! Не давайте им залезть на борт!

Садхир кивнул и вышел в вагон. Виджай дважды нажал на сигнальный гудок "поезда" и вскинул "Абакан".

По заднему вагону, бандиты начали стрельбу. Шаста и Ранеш, за доли секунды успели скрыться за стенками вагона. Выругавшись, Ранеш развернулся и дал залп по несущимся машинам. Пули прошли веером над ними, задев только одного бандита. Шаста прицельно выстрелил в одно бандита на багги. Не ожидавший нападения головорез, с пробитой грудью упал под колеса машины. Один из комаровских, вместе с Богданом Роханом, повыбивали боковые стекла и начали вести огонь по головорезам.

Шаста и Ранеш выглянули из укрытия. От громкой и жесткой музыки, головорезы прибывали в бешеном адреналиновом состоянии. Некоторые из них подпевали жуткому голосу:

-

Du

!!

-

Du

Шаста проснулся с жуткой болью в голове. Он понял, что испытывал такое чувство и раньше. Голова кружилась, четко разглядеть окружение не получалось. Вдруг, в глаза попал яркий свет от фонаря. Юноша зажмурился, из глаз потекли слезы.

— Очухался, парниша. Хе-хе. Молодец, силен.

Шаста встряхнув головой, попытался сфокусироваться на каком-либо объекте. Юноша увидел перед собой стальные прутья тюремной камеры. "Вот и снова за решеткой…" — промелькнуло в голове.

До боли эта ситуация была похожа на ситуацию в убежище хипстеров. Да только тут уже врятли получится договориться ними. За место добродушного Джобса, за прутьями стоял Рохан с двумя брахманами. Жрецы наставили дула автоматов на юношу, ожидая, что тот резко двинется или попытается сбежать. Шаста узнал это место. Это был подвал Верхнего храма. Сюда в камеры сажали провинившихся из сангхи и случайных бродяг убийц, попавших в храм с целью нажиться на его богатствах, а в соседней комнате жили жрецы храма.

Шаста огляделся. Рядом с ним лежали Садхир, Ранеш, Виджай и… Махавир. Избитый командир кшатриев зашевелился. Юноша увидел в соседней камере еще двоих. Это были Акил и Шандар.

— Дядя! — выкрикнул Шаста

— Не рыпайся щенок. — процедил Рохан — Спит твой дядька, скоро уснет насовсем и встретит его царство смерти.

Внутри появилось непреодолимое желание убить Рохана. Шаста со злостью сделал резкий выпад через прутья, задев кулаком его живот. Кшатрий, оступившись, попятился назад, и зло, посмотрев на юношу, противно захихикал. Исполосанное шрамами лицо исказилось в жуткой гримасе.

— Какой прыткий а!

— Что вы с ними сделали?!

— Этих мы избили до полусмерти, а вот этих… Яд сестрорецких водорослей очень хорош. Помнишь такой у рыжей девки из убежища? Я взял немного, думал, вдруг пригодится. Вы до-о-олго искали меня по убежищу, да вот не было меня там.

Шаста вспомнил вечерний переполох в бункере Джобса, когда Рохан пропал и двое мальчишек вышли на поверхность.

— Джобс, тупой недоумок, даже не догадался поставить дозорных у входа. Хотя, какие там дозорные, одни малолетки. Те двое, что вышли на поверхность, даже не позаботились об открытой герме, а я же добрый, взял да закрыл…. Один из тех пацанов красиво тогда сдох. Да и Амарушка тоже красиво погиб, как герой! Да вот только зря…

— Мразь! Поганая тварь!

— Тише, Тише. А то разбудишь друзей своих. Вы недоумки пошли против воли самого Абхая! Вы думаете, он вас пощадит? Эти Хранители ему поперек горла стояли, особенно Виджай. Может хоть теперь избавимся от вас, навсегда. Сейчас, сюда явится старейшина. И не смей ему хамить, а то я тебя сразу прикончу. — Рохан вместе со жрецами ушел вверх по лестнице.

Шаста посмотрев ему вслед, обернулся к Виджаю.

— Виджай, вставайте! Виджай! — парень толкал наставника, но тот не просыпался — Махавир очнитесь! Дядя, Шандар! — юноша криками ничего не добился. В этот момент дверь сверху открылась снова и в подвал спустился Абхай с Роханом и жрецами.

— Не надо так кричать юноша-спокойно сказал Абхай — Крики не помогут тебе.

— Зачем вы это делаете? Зачем?!

— Какое неуважение к своему старейшине. Должно быть, дерзости у своего наставника научился?

Шаста с ненавистью посмотрел на Абхая.

— На тебя были большие надежды юноша, больше чем на отпрыска Махавира. И это оказалось правдой. Да вот только ты попал в ученики к неудачнику и выскочке. Вот теперь и отрабатываешь. Вы, Хранители, какое же было глупое решение вас создавать. Лакшман хоть и был праведником и добряком, но он не был так умен и дальновиден как я. За год своего правления, я понял, что от кшатриев будут большие проблемы. Они возьмут власть в свои руки, и брахманы станут просто ненужны. Думаешь, меня это устраивало?.. Совсем нет. Эта призрачная надежда на спасение, появившееся далеко отсюда, дала и мне шанс. Отправившись в эту экспедицию, я думал, вы подписали себе смертный приговор. А оказалось, что нет. Почти нет. Кое-кто из вас погиб. Но ничего, сейчас Рохан это исправит. — Старейшина взглянул на кшатрия, и тот, оскалившись, достал свой клинок. — Не будет больше вас.

— Вы самый жалкий из всех, кого я встретил на этом пути. Какой вы после этого предательства мужчина? Скажите, от Амиты и от своей жены, вы тоже хотите избавиться? — Шаста ухмыляясь, взглянул на Абхая. Юноша заметил, как старейшина от таких слов вздрогнул и пограбовел от злости. — Задело да?

— Сейчас для тебя все закончится юноша-проигнорировав издевку парня, сказал Абхай. — Не увидишь ты больше ни Амиты, не своих друзей, не дядюшку с тетушкой. Твои доблестные Хранители подохнут у тебя на глазах. А я…. Схожу в подземку. Проведу погребальный обряд всеми любимого Лакшмана. — Абхай развернулся и мягкой походкой вышел из подвала. Рохан и жрецы остались.

— Ну что же, начнем инквизицию — оскалился кшатрий

Шаста почувствовал, как рядом лежащий Виджай зашевелился. Рядом с ним очнулся Махавир и Садхир.

— О, вот и первые клиенты — усмехнулся Рохан

Кшатрии непонимающе оглянулись вокруг. Их руки были связаны сзади, и встать с места было проблематично. Садхира вырвало на пол.

— Твою мать, что здесь происходит Рохан?! — прокричал Махавир

— Здравствуй командир. Да я вот тут решил хирургией заняться. Вы будете первыми пациентами.

— Ах, ты ублюдок! Это все сволочь Абхай, он тебе мозги промыл, скотина! — проревел Махавир

— Тише командир. Не злись так на меня. Дело в том, что я тебе не служил. Моим хозяином всегда был Абхай. Нельзя идти против общины, кшатрий. Он всегда так говорил, а вы его не слушали.

— Вонючая псина! Я тебя порежу на куски!

— Нет, это я вас буду резать. По очереди. Жрецы, вытащите этих двоих- Рохан указал пальцем на Садхира и Виджая.

Жрецы, открыв клетку, взяли под руки Виджая и усадили его на колени на пол. За ним вытащили еще не очухавшегося Садхира и посадили кшатрия напротив Виджая.

— Вы меня хрен убьете! — процедил Виджай

— Так-с, начнем — Рохан схватил клинок и приставил его к горлу Садхира

— Садхирушка, скажи, ты смерти боишься?

— Иди в жопу, продажная шалава! — Садхир плюнул в лицо Рохану

— Садхир нет! — крикнул Виджай

Шаста заметил, как Махавир что-то пытается достать из своего протеза. Это оказался маленький зазубренный кинжал, спрятанный в протезе. Командир потихоньку, начал резать веревку на руках. Шаста отвернулся, не давая заподозрить себя и кшатрия.

— Мне еще раз повторить, Садхирушка? — вытерев лицо, спросил Рохан

— А мне еще раз послать тебя, тупой ублюдок?!

Рохан с яростью провел лезвием по глотке кшатрия. Густая кровь вытекла из шеи залив грудь. Садхир, захлебываясь собственной кровью, упал на пол замертво. Шаста обомлел от этого зрелища. Ярость и злоба переполнили все тело. В голове была только одна мысль-"Уничтожить поддонка"

— Садхир! — в гневе выкрикнул Виджай — Ах ты сукин сын!! Я вас всех перебью!

— Дальше… — Рохан пнув труп Садхира, облизнулся и подошел к клетке.

Кшатрий схватил за шиворот Махавира и посадил его на место Садхира.

— Давай мразь, попробуй меня убить-процедил командир

— А скажи мне, командир, ты боишься смерти? Или ты, Виджай?

— Тебе меня не убить, скотина!

Рохан ухмыльнулся и приставил клинок к горлу Махавира.

— Виджай, у нас еще есть шанс. — Махавир подмигнул

— Попробуем — кивнул Виджай.

В этот момент, Махавир с разворота засадил кинжал по ноге Рохана. Удар оказался не таким эффективным, как хотел кшатрий. Кинжал проскользнул по крепкому щитку наколенника.

Виджай в ту же секунду, упал на пол и, сделав подсечку одному из жрецов, повалил его на землю. Виджай поднял правую ногу и резко приземлил ее на шею брахману. Шейные позвонки с хрустом сломались.

Вся эта комбинация оказалась настолько молниеносной, что Шаста совсем не уследил за всем происходящим. Только в последний момент, юноша увидел, как Рохан оступившись, бежит к лестнице и влетает в дверь.

Махавир левой рукой выбил автомат из рук второго брахмана, а правой засадил кинжал ему в горло. Кровь брызнула на стенки, жрец упал навзничь, выронив автомат. Виджай вскочил с места и повернулся к командиру, тот отрезал веревку на руках кшатрия. Подобрав автомат, Махавир начал открывать камеры. Виджай встал на стреме у лестницы.

— Эти идиоты забыли про мой протез. — усмехнулся Махавир

— Это хорошо. Похоже наши брахманы, не такие уж и святоши.

— Это все дело рук Абхая.

— Я найду этого урода. — процедил Виджай

Махавир освободил Акила, Шандара и Ранеша. Шаста подбежал к окровавленному дяде. Один глаз заплыл, губы потрескались, на скуле был глубокий шрам. Шандар выглядел не лучше — все лицо было в ссадинах и ранах. Махавир поднял Ранеша. На кшатрия было страшно смотреть. Все лицо осунулось, под глазами набухли мешки, из ноздрей шла кровь.

Еще не отошедший от снотворного Ранеш, пошатываясь, облокотился на стену у лестницы

— Ты как друг? — спросил Виджай

— Хренова-то. — Ранеш посмотрел на труп Садхира — Садхир! Что здесь происходит?!

— Измена. Абхай подговорил жрецов против касты кшатриев. Они давно это запланировали. Теперь мы сами по себе. Надо эвакуировать жителей, пока не поздно.

В этот момент сверху раздался звон колокола тревоги.

— Ракшасы!! Ракшасы бегут на Стену! — послышалось за дверью сверху.

— Похоже, поздно — мрачно сказал Ранеш

— Идеи есть? — спросил Махавир

— Есть — уверенно сказал Виджай — Шандар, Акил и Шаста, бегите на станцию, эвакуируйте всех. Ранеш, на тебе поезд. Заправь последнее горючее и принимай людей. Махавир, вы на Стену.

— А вы? — спросил Шаста

— А я разберусь с ублюдком Роханом и займусь Абхаем.

— Отличный план. — сказал Ранеш

Шаста помог подняться дяде. Шандар подхватил его с другой стороны.

— Не надо мужики, я сам — прохрипел Акил — Поставьте меня.

— Ну, гляди, старина. — сказал Шандар

— Мужики, времени в обрез. Действуем быстро и по плану. Шаста, встретишь Абхая, не вступай с ним в бой, он тебя убьет если увидит — сказал Виджай

— Я его не боюсь. Я должен помочь друзьям и Амите. Он меня не тронет — уверенно сказал юноша

— Двигаем — сказал Махавир и первым вышел из подвала.

Двое жрецов с автоматами выбежали из-за угла, командир и Виджай скосили их короткими очередями.

— Где наше оружие и экипировка?

— За мной — Махавир повел кшатриев к правой стороне храма, где был вход в комнату.

В помещении лежала экипировка пленников. Шаста взял колчан со стрелами. В его автомате был один рожок. Виджай посмотрел на "Абакан"- то же самое. В "Винчестере" всего пять патронов. Ранеш выругался, увидев всего две ленты к РПД. Где остальные боеприпасы — не ясно. Брахманы обчистили кшатриев. Виджай зло сплюнул. "Хорошо, что остались десантные ножи. Плевать на остальное, и так прорвемся…"

Быстро одевшись, кшатрии двинулись дальше. У Стены началось сражение. Стрекот автоматов и взрывы гранат перемешивались с ревом наступающих ракшасов.

Выйдя во двор, Махавир сквозь шум стрельбы приказал Шандару вести юношу и его дядю на станцию. Ранеш кивнув Виджаю, вскинул РПД и посеменил позади отряда.

— Махавир, сдерживайте их как можете! А я за Роханом!

Командир кивнул Виджаю и тот скрылся в глубине храма.

Виджай был уверен, что Рохан скрылся на третьем этаже храма. Перезарядив "Абакан", кшатрий упрямо пошел к лестничному пролету. Несколько пуль пронеслись над головой Виджая. Кшатрий пригнувшись, обернулся назад. Двое жрецов спрятавшись за колонами, стреляли в слепую из "Ублюдков". Виджай от бедра срезал первого жреца. Второй, кувырком переместился к следующей колоне. Виджай прицельно дал залп по промелькнувшей ноге брахмана. Пули пробили ему ступню, жрец с криком упал на пол.

На вопрос — " Правильно ли я поступаю?" кшатрию было глубоко наплевать. Жрецы, Рохан, Абхай-предатели, а с такими не церемонятся.

Виджай добил жреца выстрелом голову. Внезапно, со второго этажа один брахман прыгнул на Виджая с ножом. Кшатрий увернувшись, ударил брахмана прикладом по спине. Жрец оступился и упал на пару ступенек вниз. Кшатрий прыгнул сверху и схватил жреца за шею. В этот момент, сверху показался еще один брахман с автоматом наперевес. Виджай развернул жреца перед собой, и, защищаясь его телом как щитом, дал очередь по второму. Пули прошили стенку, не задев цель. Брахман, выглянув из-за угла, выстрелил по кшатрию. Несколько пуль влетели в живой щит Виджая. Жрец повис на руках кшатрия и, чуть нагнувшись, Виджай выстрелил по брахману. Пули изрешетили тело жреца и тот повалился на стенку, замазав ее кровью. Спусковой крючок клацнул. Магазин пуст.

Да и хрен с ним!

Виджай выпустил труп из рук, и, повесив пустой "Абакан" через плечо, достал "Винчестер". Кшатрий подошел к стенке верхней комнаты. Несколько пуль просвистели справа от него. Переведя дух, Виджай развернувшись, дважды выстрелил по жрецам в комнате. Одному из них оторвало руку, второму дробь раздробила плечо, вырвав кусок мяса. Прыгнув вперед, кшатрий проскользнул за опрокинутый шкаф. Виджай быстро перезарядившись, выстрелил в брахмана у окна. Дробь вынесла его развороченное тело в заколоченное окно и брахман полетел вниз.

— Эй, Виджай, это ты красавчик? — прогудел знакомый голос

— Не сомневайся — хмуро ответил он.

— Иди сюда, поговорим как мужики.

— Не до разговоров мне.

Виджай встав на шкаф, оттолкнулся и прыгнул в сторону окна. В прыжке, кшатрий выстрелил в дверной проем. Как и ожидалось, там стоял еще один жрец. Дробь снесла ему пол башки. Упав на пол, резкая боль пронзила ребра кшатрия. Не обращая внимания на ушиб, кшатрий встал за угол. В ружье остался один патрон — для Рохана.

— Сколько патронов кшатрий?

— Один.

— Ха. А ты думал я просто так на открытом месте оставил ваши побрякушки? Играем в поддавки, кшатрий.

Виджай ничего не ответил.

Убийца стоял прям напротив входа. Настало время другой игры- кто быстрее выстрелит?

Виджай развернулся и хотел было выстрелить, но появившийся Рохан пнул кшатрия по руке. Ружье вылетело и проскользнуло по полу. Рохан наотмашь ударил Виджая по лицу, но промахнулся. Кшатрий пригнувшись, резко ударил Рохана в живот, а потом в подбородок. Убийца, пошатнувшись, выхватил свой клинок. Встав в стойку, Рохан скалясь, начал наступать на Виджая. Кшатрий выхватил нож из нагрудного чехла и, взяв его обратным хватом, осторожно стал кружить перед противником. Он знал, что Рохан мастер ножевых схваток, поэтому, с ним нужно быть предельно острожным.

Рохан сделал два резких выпада вперед. Виджай парировал удары и занес нож над головой. Рохан развернулся и выпрямил руку с ножом. Лезвие задело разгрузку кшатрия. Виджай увернувшись, полоснул ножом по плечу Рохана. Убийца взревел. С бешеным оскалом, Рохан провел несколько атак по кшатрию, но все попытки достать его, не увенчались успехом. Виджай ловко уворачивался от мелькавшего со всех сторон лезвия. Кшатрий пошел в наступление.

Выпад ножом. Ра-аз!

Рохан правой рукой поставил блок. Еще раз выпад. Рохан пригнулся и нанес удар. Виджай перехватил его руку, и ударил ножом в живот убийцы. Рохан поставил блок второй рукой. Виджай перехватив нож левой, сделал несколько молниеносных выпадов вперед. Рохан был таким же прытким и с уверенностью отбивал удары.

Выпад, блок. Выпад, блок.

Все движения происходили автоматически и молниеносно. Матерые кшатрии сражались в непрерывной схватке.

Убийца попытался ударить кшатрия в плечо, но Виджай вовремя подставил свой нож. Лезвия со скрипом соприкоснулись. Рохан надавил на кшатрия. Виджай надавил в ответ. Оскалившись друг на друга, спарингующиеся начали двигаться в подобии аргентинского танго, только с ножами. А заместо страсти была только ярость.

Виджай увидел на поясе Рохана связку мелких ножей прицепленных к цепи. Кшатрий резко толкнул Рохана вперед ударив его коленом в живот. Убийца согнулся. Виджай молниеносными ударами, бил Рохана в живот, а потом и в голову. Растерявшийся Рохан, выронил нож. Виджай со всей силы ударил его по лицу. Рохана развернуло от такого удара. Несколько зубов вылетело с кровью. Виджай уже был готов наброситься на Рохана сверху, но вдруг, тот достал свою цепь с ножами и полоснул по кшатрию, задев ему плечо и жилет. Резкая боль пронзила левое плечо. Кровь выступила из раны и маленькими ручейками полилась по рукаву. Рохан ударил кулаком в лицо кшатрия. Кровь хлынула из носа. Собравшись с силами, Виджай схватился за плечо и начал немного отступать от разъяренного Рохана. Убийца резкими движениями махал перед лицом кшатрия самодельной "булавой".

Виджай уловил момент, когда Рохан вновь занес цепь для удара, и, нырнув под руку убийце, схватил цепь, резко потянув ее на себя. Рохан влетел в руки Виджая. Кшатрий ловко обернул цепь вокруг шеи Рохана тем самым пытаясь удушить его. Связку ножей на конце, кшатрий сунул Рохану в грудь.

Убийца взревел от боли. Кшатрий заломил правую руку Рохана и сунул ее в цепь, обездвижев противника.

Держа одной рукой барахтающегося Рохана, кшатрий второй достал из-под его плаща гранату.

— Это за Садхира, сука! — Виджай зубами вытащил чеку и сунул гранату за шиворот убийце. Резко отпрыгнув в сторону, Виджай нырнул за опрокинутый шкаф.

Рохан, задергавшись, пытался достать гранату. Но было поздно. Тело Рохана разорвало на кусочки, оставив только оторванные ноги.

Виджай прикрылся ладонью от мясного дождя. Встав с места, кшатрий, подобрав "Винчестер" и держась за плечо, выбежал из храма.

Битва у Стены была в самом разгаре. Кшатриев осталось всего четверо. Твари лезли со всех щелей. Взбираясь на стену и пробиваясь через прорехи в ней. Виджай посмотрел в сторону ЦПКиО. Черные бестии гигантской волной прыгали в воду. Самые ретивые твари топили под собой отстающих. Ракшасы взбирались по обломкам моста и неумолимо бежали на Стену. Верхний храм был почти утерян.

— Виджай! Беги на станцию! Спаси остальных! — Махавир размахивая патой в одной руке и стреляя из пистолета в другой, бил тварей наповал.

Вдруг, один ракшас прыгнул на командира, подмяв того под собой. Виджай выстрелил из ружья в голову твари, пробив ей череп.

Кшатрий протянул руку командиру.

— Беги, мы их задержим!

— Вас тут уничтожат, отступайте к станции! Храм утерян!

— Нет-строго сказал Махавир — Я их остановлю. Нельзя чтобы они проникли в шахту!

Командир дозора посмотрел на Виджая глазами полными отчаяния и боли. Кшатрий понимал что это самоубийство и, возможно, Махавир хотел этого. У Махавира больше никого не осталось, за кого он хотел бы сражаться. Махавир решил выполнить свой последний долг перед жителями Старой Деревни. Командир был готов совершить, самый смелый поступок в своей жизни.

Виджай глядя ему в глаза, понял, что видит Валерия Гилева в последний раз в своей жизни. Махавир улыбнулся кшатрию.

— Помоги им Виджай. Сохрани общину.

Виджай кивнув, развернулся и побежал на станцию. Его ждал Шаста.

Махавир смотрел вслед убегающему Виджаю. Все кшатрии у Стены погибли, командир остался один. Навсегда.

Отбросив пустой Макаров, Махавир вытащил вторую пату и зверски оскалился на окруживших его ракшасов.

— Ну что уроды, вперед за папочкой!

— Старейшина Лакшман, мертв! — благоговейным голос сказал Абхай.

Перед ним на коленях сидели все жители общины. Женщины и дети плакали, мужчины успокаивали своих жен. Пожилая Иша сидела на коленях у мертвого Лакшмана оплакивая его. Глаза Абхая жадно сверкнули. Это были его женщины, его дети, его народ. Он добился своей цели и теперь наслаждался своей властью и непоколебимостью. Все будет так, как сказал он. И никак иначе.

— Сегодня, мы провожаем старейшину в новый жизненный путь! Да… Он был великим человеком, но даже самые великие не могут остановить неминуемую смерть. Главное, что будет после нее! Лакшман навсегда останется в наших сердцах. А мы с вами, попросим самого Будду отнестись к его жертве с почтением и достоинством!

В этот момент в храм ворвались трое.

— Вы все лжете!

Абхай растерянно посмотрел на кшатриев. Толпа ошеломленно охнула.

— Шаста! — крикнули Дэви с Навином, стоявшие у алтаря.

— Вы убийца! Предали кшатриев и всю общину! — юноша произносил слова резко и пронзительно.

— Как ты смеешь такое говорить своему брахману? — спросил один из монахов.

— Смею. Потому что это правда.

Акил и Шандар вышли из темноты прохода.

— Акил! Что они с тобой сделали?! — выкрикнула Видия из толпы.

Дядя подошел к ней, и приобнял, что-то нашептывая.

— Цел значит…. Ох, никому нельзя доверять, никому! — взревел Абхай — И что? Что дальше а? Ты думаешь, сможешь остановить меня? Не выйдет.

— Абхай, что это значит? — спросила Лалита

— То, дорогая, что теперь вся власть в наших руках. Мы восстановим общину, без кшатриев, без этих заносчивых выскочек! Мне герои не нужны…

— Абхай, хватит! Ты не спасешь общину. Сюда надвигается волна ракшасов! — резко сказал Шандар

Толпа перепугано завыла. Абхай все так же строго смотрел перед собой.

— Это ты виноват, Шандар. Вы минировали тоннель, а не я. Вы брали взрывчатку у торгашей Большого метро, а не я. И вы будете виноваты в смерти всей общины!

— Не слушайте его! — выкрикнул Шаста — Все собирайтесь немедленно и уходите со станции, на поверхность. Мы нашли убежище, у нас есть шанс на спасение!

Старейшина выхватил пистолет и выстрелил юноше в грудь.

Абхай нет! — рявкнул Шандар

— Нет! Шаста! — крикнула Амита. Девушка подбежала к юноше и взяла его за руку.

— Ты ничего уже не сделаешь, кшатрий.

Шандар в пару ловких движений оказался перед лицом Абхая и двинул ему прикладом по голове. Старейшина, пошатнувшись, упал на алтарь.

— Шаста! Очнись! — девушка, залившись слезами, дергала юношу за жилет и била по его щекам — Хватит, Очнись!

Шаста шевельнулся. Веки непослушно приподнялись.

— Я жив. Успокойся — промямлил юноша, приложив ладонь к лицу девушки.

К юноше подбежали Дэви с Навином.

— Ты как братуха?

— Жить буду — Шаста откашлявшись, привстал.

В этот момент прозвучали выстрелы в тоннеле.

— Ракшасы прорыли ход в обвале! — крикнул вбежавший в храм кшатрий.

— Акил забирай ребят и бегите к гермоворотам. — приказал Шандар — Надо эвакуировать людей. Всех до единого! Женщин и детей первыми. Никого не оставлять. Я иду к дозору. Попробуем их задержать.

Акил кивнул начальнику и, подобрав автомат, взял Видию за руку.

— Шаста сынок, ты как? — спросила тетушка

— Все в порядке. Уходите скорей, мы с Навином прикроем вас.

Друг уверенно кивнул и повернулся к Дэви. Взяв девушку за руку, друзья вышли из храма за все толпой.

— Амита, надо помочь твоему отцу, я его не оставлю. — Сказала Лалита

Глаза девушки заметались. Она не знала как поступить правильно. С самого детства она боялась и презирала своего отца. Амита всегда считала его слабохарактерным и жестоким. Это был ее родной отец, но каким же он был негодяем и поддонком. Амита никогда бы не простила его за то, что он делал с ней и с ее матерью. Но мама любила его и не могла его просто так бросить на съедение ракшасам. Амита понимала ее. Но этот поступок отца стал последней каплей терпения Амиты. Девушка приняла самое трудное решение:

— Мама, не надо. — уверенно сказала девушка — Я не хочу его больше видеть… Прошу, давай уйдем.

— Амита, ты готова поступить так жестоко с ним? — глаза Лалиты округлились-Он твой отец. Каким бы он не был, ты должна его любить.

— Нет, не должна. По его вине ты страдаешь, по его вине погибли многие люди… Он мне больше не отец. Я тебе всегда помогала, и буду помогать, сколько смогу. Верь мне.

Лалита со слезами смотрела в глаза своей дочери. Она увидела взгляд полный решимости и силы. Ее дочь уже не была маленькой девочкой читавшей детские сказки и мечтающей о волшебных принцах. Ее дочь стала взрослой. Она поняла, что Амита намного сильнее чем ее отец и чем она сама и возгордилась своей дочерью, как никогда ранее. Девушка придала ей уверенности в себе. Лалита кивнула дочери. Амита с улыбкой взяла маму за руку и повела ее из храма.

Шаста встав с пола, подобрал автомат, и, взглянув на тело Абхая, вышел следом за девушкой.

Ракшасы приближались все ближе. Из тоннеля все отчетливей было слышно злобное рычание бестий, а отступавшие кшатрии медленно продвигались к северной части станции. Волну черных демонов просто так было не остановить. Если дядя вовремя не эвакуирует жителей, то все спасение окажется напрасным.

Впереди, Шаста увидел знакомую широкоплечую фигуру с автоматом в руках. Наставник вернулся. При его появлении юноша почувствовал прилив сил. Шаста с тревогой посмотрел на хранителя. Виджай выглядел очень плохо: из плеча текла кровь, нос разбит, лицо побледнело.

— Виджай… — Шаста не успел договорить.

Сзади раздался глухой хлопок. Парень оттолкнул в сторону растерявшихся Амиту и Лалиту и вскинув автомат прильнул к прицелу. Позади него стоял Абхай. Старейшина вытянутой рукой держал пистолет.

— Бросай, автомат юноша! — рявкнул старейшина и выстрелил еще раз.

Амита ойкнула. Шаста послушно положил автомат на пол.

Сзади появился Виджай, наставив ствол на Абхая. Патронов не было, но был шанс запугать старейшину.

— Тебя это тоже касается кшатрий. — зло произнес Абхай

— Как-то ты не по-брахмански поступаешь, Абхай.

Старейшина хохотнул.

— Не по-брахмански… Ты не достоин называться кшатрием, Виджай. Неудачник…

Виджай оскалившись, сделал шаг вперед. Абхай резко схватил Шасту за воротник комбинезона. Развернув парня лицом к остальным, старейшина наставил ствол пистолета ко лбу юноши.

— Нет! — выкрикнула Амита

Шаста забрыкался, но Абхай держал его мертвой хваткой. Выхода не было…. Почти. Шаста нащупал в кармане штанов сломанный наконечник стрелы, которым он ранил бандита в поезде. Осталось только дотянуться до него.

— Отпусти парня, Абхай — холодно сказал наставник.

— И не подумаю, кшатрий.

— Станция вот-вот погибнет. Ракшасов не остановить. Подумай о том что ты можешь потерять.

— Я буду только рад потерять вас. Это моя община, мои люди. Лакшман был слишком не приспособленным к новому миру. Все что он говорил, было полнейшей ложью. Я тот, кто поставил вас на истинный путь. Никакого Большого метро и выродков из убежищ. Только мы.

— Это ведь ты убил Лакшмана, так?

— Этот старик любил с вами выходить на поверхность. Все выживших и больных искал. Какое благородство. Да вот только дозу схлопотал и слег старикашка наш.

Виджай вспомнил последний день вылазки вместе со старейшиной. После случившегося, оказалось что фильтры в противогазе Лакшмана, были не отчищены и просто сломаны.

— Ты сломал фильтры, чтобы поскорее избавиться от него.

— А ты догадливый. Старик оказался живучим. Целый год мучился от лучевой. Пока ваше влияние на общину возрастало, я долго принимал решение, добивать его или нет. Последней каплей, стало решение Махавира отправить экспедицию на поиски убежища. И вы нашли его. Значит вам и все почести и награды. А мне ничего, так? Каста брахманов всегда стояла выше всех остальных, но кшатрии взяли на себя слишком много обязанностей. И тогда я решил отдать мою дочь замуж за сына командира. Дабы скрепить наш союз. Иерархию нельзя нарушать, кшатрий. Никогда не было равенства среди людей.

— Ты сам всегда говорил, что сила в нашем единстве. Так будь добр, сохрани его.

— Хах. Это мне говорит человек, который хотел сбежать от своего народа, бросив его на верную погибель? И кто из нас еще ублюдок, Виджай? Вдруг нашел в себе человечность? Тебе же плевать на них всех, а мне нет.

— Как вы посмели предать свою общину, Абхай? — прохрипел Шаста — А свою дочь? Вы никогда не любили ее, так же как и ее мать.

— Заткнись щенок! Только ради них, я это все и делаю. Я не отдам вам свою дочь и Лалиту!

— Я ненавижу тебя — со злостью сказала девушка. Глаза налились слезами — Я никогда тебя не любила.

— Дочь моя, не говори так. Я всегда старался сделать для вас все самое лучшее. Мы с твоей мамой приехали в этот город чтобы вырастить тебя в лучших условиях. Но всему виной Апокалипсис. Но даже после него, я начал добиваться всего, чтобы наша семья была выше всех остальных. Я был никем!

— Ты и остался никем, Абхай. Ты исчез для меня, навсегда. — сказала Лалита.

— Нет, не говорите так! — старейшина задергался. Руки затряслись. Он был в отчаянии и ярости- Нет никакой общины! И не было никогда… Буддисты… Новые буддисты на обломках старого мира. Нет, это не буддизм, это всего лишь пародия на него. Приятная иллюзия, чтобы навеять вам мысли о спасении и сладком будущем. Способ управления большим стадом. Вот, что сделал Лакшман с вами! Превратил в своих рабов. А я… Я всего лишь плыву по этому течению. По этому дерьму! У меня нет будущего без вас — Абхай посмотрел на дочь и жену.

— Мы можем начать все заново, Абхай. — сказал Виджай — Сделать все так, как было раньше.

— Как раньше уже не будет… — Абхай не договорил. Шаста выхватив наконечник стрелы, всадил его старейшине в колено. Абхай заорал от боли и упал на колени. Шаста ударил его со всего маху по лицу. Старейшина дернулся и обмяк.

Шаста кивнул наставнику. Внезапно позади юноши поднялась черная тень ракшаса. Заметив изумленный взгляд Виджая, Шаста подхватил автомат и с разворота дал залп в брюхо твари. Ракшас с ревом пронесся над головой юноши, задев его лицо своей черной когтистой лапой. На лице появился порез.

— Бежим к воротам! — Виджай схватил Лалиту и Амиту за руки и быстро повел их между лачугами станции.

Ракшасы уже проникли на платформу. Кшатрии заняли последний рубеж обороны у гермоворот. Шаста вскочив с места, побежал за хранителем, как вдруг, заметил, что большой ракшас преследует его, прыгая с лачуг на лачугу, проминая под собой хлипкие деревянные ограждения и стенки. Впереди показался просвет платформы. Возле ворот стояли Акил с Шандаром. Кшатрии потихоньку уходили наверх, прикрывая отступающих. Примерно тридцать с лишним мужчин обороняли станцию. Шаста увидел Дэви с Навином. Рядом с ним своял его отец с автоматом. Друг стоял перед девушкой и отстреливал приближающих бестий. Дэви держала тонкими ручками громоздкий арбалет, который был явно тяжеловат для нее.

Юноша не заметил, как ракшас повалился на лачугу справа от него. Кусок деревяшки влетел юноше точно в голову. Шаста упал, проскользнув пару метров по платформе. Голова закружилась, фрагменты окружения распались на кусочки. В последний миг юноша увидел жуткую красную морду, которая неумолимо приближалась к нему.

Махавир заперся в храме. Найдя брошенный автомат жреца с последним рожком, кшатрий выглядывал наступающих ракшасов. Они были повсюду. За стенками храма, только и было слышно их рычание и звук царапающих когтей по дверям. Долго это не могло продолжаться и в храм забежала волна ракшасов. Красные морды, жутко скалясь и брызжа слюной, бежали на кшатрия.

Станция Белоостров.

Когда буддисты впервые спустились на перрон, миновало уже три дня.

Жители сангхи быстро обустроились в убежище и вскоре начали жизнь по новой. Маленькие дети сдружились с необычным племенем Ванар и вместе со зверятами проводили свои беззаботные дни в играх и веселье.

После того как погиб Махавир, на его место встал Шандар и бывший начальник станции снова возобновил работу дозорных кшатриев. Теперь дозор больше напоминал охрану убежища, нежели караульных. Акил занял почетное место инженера и главного заместителя Шандара по делам в убежище, обеспечивая жителей всех необходимым. А жена Лакшмана-Иша, заняла место верховного брахмана общины. И уже не многочисленной кастой, брахманы начали возобновлять духовную жизнь сангхи.

Когда к буддистам приехал Михаил Багрянцев, полковник сразу же предложил союз между убежищами Комарово и Белоострова. Шандару очень понравился такой энергичный человек как Михаил, и бывший полковник вместе с майором полиции быстро нашли общий язык. А вскоре с главой комаровского убежища познакомился и Акил, в итоге чего, мужики стали неразлучной троицей. Вот только тетушку Видию, это не очень устраивало. Женщина начала скучать по своему прежнему мужу, который все свое свободное время посвящал работе. Вместо этого, ее муж частенько пропадал где-то в каморке Шандара на очередном застолье.

В Комарово, однако, Шандар и Акил быстро понравились Серафиме Матвеевне и Аркадию Ефимовичу. Женщина так увлеклась рассказами Шандара и самим мужчиной, что вскоре начальник убежища, заявил что хочет уехать в Комарово навсегда, а бункер оставить под присмотром Акила.

Вскоре от Виджая поступило одно интересное предложение обоим начальникам убежища; попробовать объединиться с хипстерами из Сестрорецка. Михаилу такая идея понравилась сразу, а вот Шандар настроился скептически. Начальник убежища постоянно спрашивал остальных — "Что делать с этими гражданами, если там все дети?", но все-таки, после уговоров Металлиста и Ранеша согласился отправиться в Сестрорецк к Джобсу.

Шаста все эти дни провел рядом с Амитой и ее мамой. Лалита оплакивала погибшего мужа, несмотря на все что он сделал. Она стала вдовой и единственным родным человеком для нее была любящая дочь. Амита всячески поддерживала маму и старалась не покидать ее ни на минуту. Шаста замечал, что и сама девушка грустила и печалилась. Но, наверное, не из-за потери отца. Девушка очень беспокоилась за свою маму. Амита понимала, что вся ее прошлая жизнь теперь далеко позади, как и жизнь всех жителей общины. Она понимала, что Шаста ее никогда не бросит и всегда заступится за нее, как это было и раньше. Амита не боялась перемен и была готова принять новую жизнь и новые правила. Мир вокруг был жестоким, но вместе с Шастой, она была готова хоть как-то ужиться в нем…

Шаста и Амита решили поехать вместе с Шандаром, прихватив с собой Дэви Навина и Ура, с которым Амита очень хорошо сдружилась. Теперь зверек все время сидел у нее на плече, за что Шаста очень ревновал девушку. Сам же зверек постоянно шипел на парня, если тот пытался обнять его хозяйку.

После рассказа Шасты про большую коллекцию комиксов и наушников, Навин, воодушевившись, был готов, познакомится с отрядом охотников, а в частности с Полиной. После сражения на станции, Дэви стала мягче, относится к Навину и даже прислушиваться к нему. Хоть и Навин хвастался своей проявленной храбростью, называя себя неким Клинтом Иствудом, Дэви все равно была рада, что у нее есть такой друг, но после каждого его хвастовства, как обычно называла его дураком.

Виджай и Ранеш встретившись с Металлистом, рассказали сталкеру про дальнейшие события после похищения поезда. Металлист был очень рад тому, что у буддистов все получилось, и сказал, что боевую Ратху они взяли себе в Комарово. Виджай обрадовавшись этой новости, поспешил за дрезиной и вскоре приехал к Белоострову.

В дальнейшем, Ратха с путниками двинулась в Сестрорецк, на встречу с Джобсом.

Джобс очень обрадовался возвращению команды и после недолгой встречи, предложил всем сесть за стол и обсудить дальнейшие действия. Шандар, Акил и Багрянцев были поражены историей Павла и очень прониклись его окружением.

Полина, увидев Шасту, крепко обняла юношу и познакомилась с Амитой и Дэви. Девчонки быстро нашли общий язык и уже через пару часов, втроем посмеивались над Навином и Шастой, которые неуклюже пытались надеть наушники. Полина попросила подруг научить юношей и девушек коммуны индийским танцам и медитации. И вскоре маленькие дети и другие, сидели в позе лотоса в главном зале при свете лампадок. А увлеченные танцами красавицы бункера, вместе с Дэви и Амитой разучивали новые движения.

После долгого знакомства со всей коммуной, Полина отвела ребят в свой отсек, где лежала ее коллекция.

Какие чувства испытывал Навин, при виде полки с комиксами и другими вещами, передать было очень сложно. Только хлопок Шасты перед глазами, вывел парня из зависшего состояния.

— Да это же!.. Е-мое, клондайк, самый настоящий! Святой Будда!

— У нас у всех есть такие, мы их из города достали- с гордостью сказала Полина

— Да вы же богатеи просто. У меня тоже много всяких побрякушек, было, но все на станции остались…. Не вернуть уже.

— Найдешь себе новые, барахольщик- с издевкой сказала Дэви

— Вот не надо тут, а… Умная наша.

— Дурак-бросила через плечо Дэви.

— Не, ну ты видел! — возмущенно сказал Навин, посмотрев на Шасту — Я, между прочим, спас тебя, а ты меня дураком называешь.

— А, заслужил. Нечего хвастаться, спас, спас. Все спасли, не только ты.

— Вы ребята, и через двадцать лет будете себя подначивать? — спросил Шаста

— Да хоть через сорок! Никакого уважения к смелому кшатрию.

— Да и через сорок ты не изменишься — фыркнула Дэви

Амита встала рядом с Шастой

— А я думаю измениться — Девушка положила руку на плечо Шасты, и в этот момент ревнивый Ур схватил парня за волосы.

— Эй! Ур, ну хватит уже!

— "Ур-Ур-Ур"!

— У тебя есть своя девушка, вот и иди к ней.

Ур, прижав ушки, спрыгнул с плеча Амиты на стол, и, встав перед Полиной, пригладился к ее рыжим волосам.

Полина была очень поражена такому созданию как Ур и решила, что он может стать отличным помощником в охоте, за место погибшего Максима. Маленький, да удаленький… с его способностями можно было завлекать любую жертву.

В комнату зашел Металлист

Амита сомкнув ладоши, поклонилась сталкеру в знак приветствия.

— Здорово, а вы станцуете, чего-нибудь? Из вашего фирменного? Всегда тащился от индийских танцев. — ухмыльнулся сталкер.

— Думаю, да — сказал Дэви

— Это хорошо, я буду ждать. А вы че тут молодые, бодягу, небось, пьете? — спросил сталкер

— А чего это такое? — спросил Навин

— Ай, пацан, все вам объяснять надо…. Тут вот какое дело, мужики там перетерли дела свои. Скоро возвращаемся обратно. Желающие остаться есть?

— А можно они все останутся? — спросила Полина

— Ну, вот эти трое точно могут — сталкер показал на Амиту Дэви и Навина-А вот Шаста… Он может еще понадобится Виджаю.

— А где он сейчас? — спросил Шаста. После переселения буддистов, Шаста очень хотел поговорить с наставником, но все никак не было подходящего момента.

— Там наверху, у Амара и Садхира.

— Я иду к нему.

Деревянный колышек с глухим стуком вошел в каменный настил четвертой могилки у входа в убежища. На деревянной кресте было выцарапано новое имя — "Виталий Белов. Вечная память тебе друг"

Виджай отступил и посмотрел на две могилки своих погибших друзей, Виталика и Вовы.

— Мы вас не забудем — шепотом сказал Виджай — Никогда.

Что же будет дальше?

Виджай задавал себе этот вопрос все эти последние дни.

Он спас общину, как и обещал и теперь он был свободным от нее. Но почему-то внутри появилось необычное чувство грусти и печали…

Виджай медленно вышел к побережью залива и присел на песок. "Дозиметр не трещит, и то хорошо…"

Алое солнце медленно спускалось за горизонт, освещая своими теплыми лучами весь этот безумный мир, брошенный человеком на произвол судьбы. Виджай впервые за двадцать лет видел такое чистое голубое небо в свете заходящего солнца. На бесконечном просторе залива, периодически появлялись барашки тихих волн, несущихся навстречу солнцу. Густые белые облака медленно неслись по небу, уплывая в дальние, неизведанные края, а высокие перистые, словно белоснежные одеяла застыли высоко над мировым светилом.

Осталось выполнить свое последнее обещание — найти свою семью.

Эта цель уже не была такой параноидной и фанатичной. Нет. Она была более искренней и… правильной. Наверное, в силу своего упрямства и желания, Виджай хотел добиться ее. А еще, сдержать свое слово перед Леночкой.

Кшатрий краем уха услышал шорох позади себя, обернувшись, он увидел Шасту с Амитой, за ними медленно шли Ранеш и Металлист.

Шаста попросил девушку остановиться, а сам присел рядом с наставником.

— Здравствуй Шаста-сказал Виджай

— Скажите… Мы спасли станцию, и нашли новый дом… Вы еще хотите уйти от нас? — спросил юноша прямо.

— Я не знаю… Видишь сосны позади себя?

— Да

— Когда я был молодым, мы часто с друзьями приезжали сюда отдыхать, на это место. Ставили палатки, пели песни, играли на гитаре. Отдыхали, загорали…. Нам было очень хорошо вместе…

— Вы скучаете по ним?

— Да. И не только по ним…. Нету больше никого. И вот, спустя двадцать лет, я снова начал терять близких себе людей. И Виталика уже нет, и Вовки… и Леночки.

— Но, теперь у вас есть мы, это ведь так?

— Так. И я рад, что все так обернулось. Ты храбрый юноша. Ты оказался тем человеком, который давал мне сил на протяжении всего этого пути. Я долго не признавался себе в этом, но это так…

— Вы меня этому научили. Я понял, что могу бросить вызов этому миру и пройти все испытания, быть таким же жестким и жестоким, как и он сам. Я поверил в это.

— Да, жестким надо быть, но жестоким необязательно. Запомни это, иначе ты можешь остаться жестоким навсегда. А в остальном, мы с тобой похожи. Никогда не сходим со своего пути…

— Вы уйдете от нас?

— Нет, я останусь. Но… Я все равно попробую найти свою семью, во что бы то не стало-уверенно сказал Виджай

— Я помогу вам, ведь я ваш ученик. — улыбнулся Шаста

— Будь для меня не только учеником. А еще хорошим другом и верным товарищем — Виджай улыбнулся в ответ. Кшатрии обменялись рукопожатиями.

К ним подошла Амита.

— Здравствуйте, Виджай.

— Здравствуй Амита, как тебе убежище?

— Я еще не привыкла к нему. Но думаю, с Шастой мы уживемся здесь- девушка мило улыбнулась и приобняла юношу.

— Вот как. — Виджай двинул бровью — Я искренне рад за вас. Главное, не предавайте друг друга и никогда не бросайте.

— Этому никогда не бывать… — сказал Шаста

Шаста знал, что все уже позади и никакие опасности им теперь не помеха. За эти дни, юноша понял, что наивного и трусливого мальчишки из прошлого уже не будет. Он стал смелее и храбрее, он поверил в самого себя. И за это, он благодарил Виджая и тех всех других, с которыми он встретился на опасном пути. Шаста был счастлив. Рядом была Амита, Дэви, Навин, веселый и жизнерадостный Металлист и, конечно же, два Хранителя: смелых, храбрых, упрямых, добрых и отзывчивых. Эти люди никогда его не бросят, ведь он теперь их неотъемлемая часть. Они спасли свою станцию, это было главным для юноши. Для буддистов наступило новое время…

— Эй! Виджай. Ну мы едем или как?! — крикнул Металлист.

Все обернулись на выкрик сталкера. Ранеш ткнул Металлиста локтем в живот, а сам добродушно посмотрел на троицу у берега и прошел к ним.

— Думаю, они еще поладят — сказала Амита

— А куда они денутся. — сказал Виджай — Ладно ребята, надо ехать.

— Виджай — обратился Шаста. — Скажите, а какое у вас настоящее имя?

Подошедший Ранеш хохотнул и протянул руку юноше первым:

— Дмитрий Галдин. — улыбнулся бородач.

— Алексей Дементьев-сказал наставник.

— Приятно познакомится — усмехнулись юноша и девушка.

— Поехали домой-сказал Ранеш — Я уже и есть хочу, там нас ждут вкусные грибные лепешки.

Ребята скривились. Уж лепешек за двадцать лет они объелись досыта. Шаста и Амита подошли к Металлисту и, взявшись за руки, посмотрели на Виджая.

Кшатрий, отряхнувшись от песка, посмотрел на закат.

Виджай понял, что от прошлого не убежать, но нельзя на нем зацикливаться все время. Кшатрий вспомнил свои слова, сказанные когда-то — " Если не избавиться от прошлого, то у тебя не будет будущего".

Виталик, Вова, Леночка — они навсегда останутся в его сердце. Да, их не вернуть, но с этим ничего не сделать. Виджай все время бежал от демонов прошлого, всегда старался спрятаться от них, избавиться, но с появлением этого юноши, он осознал, что это глупо и неправильно. Шаста снова пробудил веру внутри него. С такими демонами внутри себя, надо бороться в первую очередь, ведь они могут уничтожить тебя изнутри как проказа. Что и случилось со всем миром.

Вот где настоящие ракшасы.

Внутри каждого из нас.

Глядя на залив, перед глазами появлялись имена и лица тех, которых он не смог спасти: старики, дети, женщины, кшатрии, Динеш и Елена. Все они смотрели на него не со злостью и не осуждая, они смотрели на него с улыбками. За двадцать лет, Виджай понял, что наконец-то совершил правильный поступок- он сдержал свое слово и снова поверил в себя. Для него это было самым важным.

А теперь, с храбрым Шастой, весельчаком Металлистом и лучшим другом Ранешем, он был готов, отправится в любое путешествие. Кшатрий понял, что теперь его новая семья, это горста буддистов, оставшихся на растерзание жестокому миру. Но теперь, эта горста стала огромной общиной, за которую надо бороться всеми силами. Он грустил по своей семье и любимой. Но теперь у него была новая семья.

На глазах Виджая появились скупые слезы. Встряхнув головой и вытерев лицо, кшатрий развернулся и уверенно посмотрел на друзей.

— Виджай, вы верите, что все будет хорошо? — спросил Шаста.

— Да… Я верю. — искренне сказал наставник — А еще…

Все непонимающе посмотрели на него. Виджай вспомнил очень важные слова:

— Я верю в Иисуса Христа, я верю в Гаутаму Будду, я верю Джа, я верю в Любовь! Я верю в Добро! И верить буду!

Оставив позади заходящее солнце и бескрайний залив, путники ушли с белого берега. Их ждала семья и новый дом…

Один ученик попросил Будду:

— Вырази кратко, с чем сравнимо твоё учение?

Будда ответил:

— Смотри на этот лес. Как он открыт! Ничего не спрятано. Я так же открыт, как этот лес.

Он показал кулак и сказал:

— Сейчас мой кулак закрыт, ты не сможешь увидеть листья, которые в нём.

Потом Будда открыл свою руку, листья упали, и он сказал:

— Но рука Будды не похожа на кулак, она открыта, и если ты чего-то не понимаешь, то причина — в тебе.

Отрывок из древнеиндийского эпоса — "Рамаяна"

Сангха (санскр.) — буддийская община

Лунги (саронг) — традиционная одежда мужчин в Индии

Кэса — традиционная одежда буддийских монахов

Ратха (др. — инд. ratha) — повозка, колесница

Пиндапата — традиционный сбор пищи, совершаемый буддийскими монахами для пропитания.

Мантра — священный текст (песня, стих, заклинание) в буддизме.

Чуридар-курта — мешковатая пижама со складками.

Сари-полотно из несшитой ткани окутывавшее все тело. Традиционная одежда индийских женщин

Шервани-длинный пиджак до колен, который застегивается пуговицами.

Бинди-знак правды, цветная точка, которую индианки рисуют в центре лба.

РПД-ручной пулемет Дегтярева

ПМ-пистолет Макарова

См. "Метро 2033: Во мрак "

АКС-74у — автомат Калашникова складной укороченный

АКМ-автомат Калашникова модернизированный

ЗСД-западный скоростной диаметр

ОЦ-о2 "Кипарис"- пистолет-пулемет

Ты меня (нем.)

Пата- индийский меч с длинным прямым лезвием.