Айзек Азимов

Точка зрения

Роджер искал отца. Было воскресенье, и в выходной день отцу не полагалось быть на работе, но на всякий случай Роджер хотел убедиться, что все в порядке.

Обслуживающий персонал Мультивака, гигантского компьютера, с помощью которого решались мировые проблемы, жил в небольшом поселке рядом с ним. Здесь почти все были знакомы друг с другом, и дежурившая по воскресеньям вахтерша тотчас узнала Роджера.

- Иди вниз, по коридору "Л", - сказала она. - Но твой отец, скорее всего, сейчас очень занят.

По случаю выходного народу в коридорах было немного, но по голосам, доносившимся из-за дверей, нетрудно было определить, за какими из них работают люди. Роджер заглянул в несколько комнат и наконец увидел отца.

- А, Роджер, - сказал тот, - боюсь, я занят...

Выглядел отец так себе, и, судя по голосу, что-то у него не ладилось.

- Аткинс, - вмешался его начальник, - вы уже девять часов бьетесь над этой проблемой, и пока никакого толку. Лучше сходите с ребенком перекусить, вздремните часок и возвращайтесь.

Предложение явно не вызвало восторга у отца. Атмосфера в комнате была напряженной. Роджер слышал, как Мультивак шумел, жужжал, словно бы посмеиваясь над происходящим.

- О'кей, Роджер, пошли, - отец все же отложил в сторону прибор, известный Роджеру только по названию - анализатор схем, и добавил: - Позволим моим славным коллегам без меня выяснить, что же здесь не так.

Отец вымыл руки, и через пару минут они с Роджером уже были в буфете за столиком с бутылкой содовой, большими гамбургерами и хрустящей картошкой.

- Пап, Мультивак все еще не в порядке? - осторожно начал Роджер.

- Знаешь, - невесело ответил отец, - мы абсолютно ничего не нашли.

- А по-моему, он работает. Я сам слышал.

- Он, конечно, работает, но беда в том, что ответы его не всегда верны.

Программированием Роджер занимался с четвертого класса и в свои тринадцать лет испытывал порой почти ненависть к этому занятию, мечтая, бывало, о том, что хорошо бы жить в двадцатом веке, когда большинство его сверстников знать не знали, что это за штука - программирование. Хотя, с другой стороны, знания иногда здорово ему помогали в общении с отцом.

- А откуда ты знаешь, что Мультивак делает ошибки, если только ему известны правильные ответы?

Отец пожал плечами, и Роджер испугался: вдруг отец скажет, что это слишком сложно объяснять. К счастью, у отца не было скверной привычки уходить от ответа.

- Сынок, у Мультивака мозг размером с большой завод, но все же не такой сложный, как тот, что здесь, - он постучал себя по голове. - Иногда Мультивак выдает такой ответ, что у нас словно бы щелкает в мозгу: "Что-то здесь не так!". Мы запрашиваем его снова и, представь, получаем совсем другой ответ. Если бы в системах Мультивака был полный порядок, на один и тот же вопрос должен бы последовать один и тот же ответ. Раз мы получаем два разных, один из них, естественно, неверный. Весь вопрос в том, какой именно, И еще: мы не знаем, всегда ли мы ловим Мультивак на этом и не пропускаем ли его неверные ответы. Если же это так, то ситуация грозит катастрофой, которая может отбросить нас лет на пять назад. Что-то неладно с Мультиваком, но что именно, мы никак не поймем. К тому же, нарушения прогрессируют.

- Почему? - спросил Роджер.

Покончив с гамбургером, отец принялся за картошку.

- Мне кажется, сынок, - сказал он задумчиво, - разум Мультивака несовершенен.

- Что?!

- Видишь ли, будь Мультивак таким же разумным, как человек, мы могли бы поговорить с ним, обсудив все самые сложные проблемы. А если бы его разум был более примитивным, как у обыкновенной машины, легче было бы распознать неправильные ответы. Вся беда в том, что он как бы наполовину разумен. Как идиот. Достаточно разумен, чтобы делать ошибки очень сложными способами, но недостаточно умен, чтобы помочь нам понять, в чем же ошибка.

Он выглядел ужасно озабоченным.

- И что прикажете делать? Мы не знаем, как сделать его разумнее. Пока не знаем. Но мы не можем себе позволить и упростить его. Мировые проблемы стали очень серьезными, и вопросы, которые мы задаем, тоже очень сложны...

- А если отключить Мультивак, - предложил Роджер, - и капитально его осмотреть?

- Проблем накопилось так много, что это невозможно. Мультивак должен работать днем и ночью.

- Но, папа, если он продолжает делать ошибки, может, все-таки нужно его отключить? Если вы не уверены в ответах...

- Не переживай, дружище, - Аткинс потрепал сына по голове. - Мы что-нибудь обязательно придумаем.

И все же он был очень расстроен.

- Давай кончать, и пошли отсюда, - сказал он.

- Но, папа, - не отступался Роджер, - даже если Мультивак разумен наполовину, почему ты думаешь, что он идиот?

- Если бы ты знал, каким образом мы подаем команды, ты бы, сынок, не спрашивал.

- Пап, а может, вы не правы. Я, например, не такой умный, как ты, но я же не идиот. Может быть, Мультивак вовсе не идиот, а попросту ребенок?

- Забавная точка зрения, - рассмеялся Аткинс. - Но что это меняет?

- Многое. Ты не идиот, поэтому ты не знаешь, как работает мозг у идиота, но я ребенок и, может быть, могу догадаться, как думает ребенок.

- Да?.. И как же он думает?

- Ты говоришь, что вы заставляете Мультивак работать сутками. Машина на это способна. Но если вы ребенка заставите часами делать, например, домашнее задание, он быстро устанет и будет делать ошибки, может, даже нарочно. Почему бы Мультиваку не делать перерыв на час, а то и два, для решения собственных проблем и чтобы отдохнуть от ваших? Пусть пошумит и поразвлекается, как ему захочется.

Отец Роджера глубоко и очень серьезно задумался. Потом достал свой карманный компьютер и просчитал несколько комбинации. Потом еще несколько.

- А что, можно попробовать. Если ввести в интегральные схемы... интересно... Роджер, может, ты и прав. Лучше двадцать два часа полной уверенности, чем сутки постоянных сомнений.

Он оторвался от компьютера и вдруг спросил Роджера, словно бы советуясь со специалистом:

- Роджер, а ты уверен?

Роджер был уверен. Он сказал:

- Папа, надо же ребенку когда-то и поиграть.